Глава 8. Расследование

– Грек, привет! – Несмотря на жару, Маклера знобило. Не вынимая рук из карманов штанов, он сел за столик напротив Гречихина и посмотрел на скучающую у стойки официантку. – Чаю принеси!

Грек от оклика поперхнулся и заметил:

– Странно от тебя такое слышать…

– Что тебе странно?

– Мне просто казалось, что, кроме водки и пива, ты больше ничего не пьешь…

– Лихо.

Маклер сокрушенно вздохнул. На душе стало тошно. Давно ли они с Греком знакомы? От силы пару месяцев, а он уже выводы такие делает. Хотя иногда Маклеру и самому начинало казаться, что не было у него даже детства. Вот так вот появился из ниоткуда – и сразу по барам да по подворотням в поисках сначала «травки», а потом спайса. Хорошо, хоть на «герыч» не подсел. А может, просто не успел? Эта новая жизнь как-то разом затмила прошлое, которое стало казаться таким далеким, что в него и верилось с трудом.

– Чего пришел? – настороженно спросил Грек и оглядел зал. – Не чаю же попить?

– Ты не знаешь, где спайс купить? – спросил Маклер.

– С этого и надо было начинать! – воскликнул Грек.

– Поговори еще, – вяло предостерег Маклер. – Так ты знаешь или нет?

– Вообще-то это удел молодых, – заговорил Грек, разглядывая сидевшую за соседним столиком блондинку.

– Ты это к чему? – насторожился Маклер.

– Жалко тебя. Четвертый десяток разменял, а со шпаной гадость всякую куришь.

От такого заявления у Маклера отвисла нижняя челюсть.

– Так ведут себя люди, которые в детстве были в чем-то ущемлены, – продолжал Грек, не обращая внимания на реакцию дружка. – Оказавшись без родительской опеки, они разом пытаются наверстать то, чего когда-то были лишены, и что в школе или институте закончилось бы просто шалостью, теперь превращается в зависимость.

– Ты с какой стати меня воспитывать взялся? – возмутился Маклер.

– Я не воспитываю, – возразил Грек. – Говорю то, о чем ты и так знаешь.

– Я к тебе не за этим пришел, – напомнил Маклер.

– Странный ты, – утирая рукой подбородок, хмыкнул Грек. – На любом заборе номера телефонов. Позвони – и привезут.

– Нет, меня такой расклад больше не устраивает. Втюхают какую-нибудь отраву, потом концов не найдешь.

– Ты хочешь так, чтобы, если что, потом предъявить? – догадался Грек. – Это после Танюхи?

– Да я и сам как бы тоже чудом выжил, – подтвердил Маклер.

– Таким не предъявишь. Их, как правило, серьезные люди крышуют.

– Ты мне в уши не дуй, – предостерег Маклер. – Знаешь или нет?

– Из тех, что ближе к твоему дому, Белый медведь.

– Хочешь сказать, Нурик «дурью» торгует? – не поверил своим ушам Маклер. – У него же солидный магазин!

– Вот там, на полках для сигарет, и спайс, – усмехнулся Грек, наблюдая за реакцией Маклера. – Называется «курительные ароматические смеси».

– Так у нас с февраля запрет на продажу! – никак не мог взять в толк Маклер. – Я знаю, что иногда в киосках толкают, но чтобы в таком магазине!

– Я пошутил, – признался Грек. – Но лишь наполовину. На складе магазина загружаются распространители, которые приезжают к Нурику под видом торговых представителей. Берут сразу на неделю.

– Странно, – пробормотал Маклер. – Я до сих пор считал, что это какие-нибудь законспирированные склады на окраинах или в гаражных кооперативах.

– И такое есть, – согласился с ним Грек. – Только самый главный поставщик в городе – это Нурик.

– Скорее Нарик, – задумчиво проговорил Маклер.

– Это как тебе больше нравится, – добродушно усмехнулся Грек. – Ты лучше расскажи, как сейчас?

– Ты о чем?

– Чувствуешь себя как?

– Нормально, – отмахнулся Маклер, допивая остатки чая.

На улице было жарко. Он огляделся по сторонам и решил не откладывать визит к Нурику в долгий ящик. Тем более дома все равно делать нечего, а безделье – первый повод пойти что-то купить, чтобы снова обдолбаться. Врач сказал, что в третий раз его попросту не успеют довезти до больницы, и Маклер решил, как говорится, «соскочить». Однако, оказавшись за стенами клиники, вдруг вновь стал ощущать потребность в зелье.

– Что-то тебя давно видно не было. – Нурик показал взглядом на стул по другую сторону стола и вновь уткнулся в экран ноутбука. – Говорили даже, что ты спайса курнул и накрыло тебя по полной…

– Было дело, – признался Маклер, понимая, что если Нурик действительно сидит на поставках зелья, то информирован, что случилось с одним из клиентов.

– Чего пришел?

– Поиздержался я. Слышал, у тебя работа для меня есть.

– Так и сказали, что именно для тебя? – уставился на него поверх монитора Нурик.

– Распространителем возьмешь? – напрямую спросил Маклер.

– А если ты снова пыхнешь и тебя накроет?

То, что Нурик даже для приличия не стал отрицать обратную сторону своего бизнеса, разозлило Маклера.

– Ты же такой дрянью не торгуешь. Да и врач сказал, жить мне осталось на одну затяжку, – хмыкнул он.

– Ты же летчик! – Нурик встал из-за стола, сунул руку в карман брюк и подошел к окну. – У меня на родине тебе бы цены не было. В кого превратился? Ты хоть помнишь, как мы познакомились?

– Такое разве забудешь!

Уже ни для кого из авиаотряда не было секретом, что грядет его расформирование, а пилоты в большей степени были заняты проблемой, где пристроиться, когда на пороге квартиры Маклера появился невысокого роста азиат с тремя русскими парнями и без обиняков предложил заработать много и сразу. При этом делать Маклеру ничего особенного не надо было. Просто во время очередного полета немного отклониться от привычного маршрута к полям, снизиться до верхушек деревьев и пролететь над крышами похожих на фермы зданий. В стране, где в малой авиации полная неразбериха и летает кто на чем горазд, даже не имея на руках документов или должной подготовки, сделать это было легко.

– Мы сбросим несколько мешков с чаем для фасовки, и все, – сказал тогда Нурик. – Там у меня что-то вроде мини-фабрики…

– Это что же за чай такой, что его с самолета надо бросать? – удивился Маклер.

– Элитный и очень дорогой, – уклончиво ответил Нурик. – Но самое главное, мы ввозим его в Россию нелегально.

– Контрабанда? Все равно странно как-то…

– Хорошо, – сдался Нурик. – Тебе о чем-нибудь говорит название «Цзюнь-Шань Инь-Чжэнь»?

– Я, вообще-то, не гурман, – признался Маклер.

– На русском языке означает «Серебряные иглы гор «Цзюнь-Шань», – стал объяснять Нурик. – Желтый китайский чай. Стоит почти восемь тонн «зелени» за килограмм. До начала двадцатого века вывоз этого чая с Китая карался смертной казнью.

– А мешки не лопнут? – на всякий случай спросил Маклер.

– Они очень легкие и сшиты из брезента специальным способом.

– Сложность в том, что у нас в экипаже два человека. – Маклер выжидающе уставился в щелки глаз Нурика.

– Я учел это, – кивнул тот.

– А ты не учел, что нам за него могут дать как за наркоту? – неожиданно выпалил Маклер.

– Точно ничего не будет, – заверил Нурик. – Это не запрещенный товар. Просто контрабанда.

Уверенный, что Эдик Лунев, у которого на шее больная мать и двое детей, не будет против подзаработать, Маклер согласился, а уже на следующий день пересчитывал купюры.

Так продолжалось до последнего дня существования авиаотряда.

– Послушай, – почесал затылок Маклер, размышляя, стоит или нет задавать этот вопрос, – а что на самом деле было в мешках?

– Почему спрашиваешь?

– Ты много платил даже для элитного чая, который якобы подделывал, – ответил Маклер, следя за реакцией Нурика.

– Спайс в них был.

– В мешках? – отчего-то не поверил Маклер, хотя ждал именно такого ответа.

– Почему удивился?

– Это же сколько?

– Сколько надо, – уклончиво ответил Нурик.

– Вот видишь! – воскликнул Маклер и сделал вид, будто обрадовался. – Я уже с опытом работы!

– Тогда как раз закон вышел, и я опасался, что за мной следят. С другой стороны, не мог отказаться от договоренностей с поставщиком. Человек серьезный, и именно для меня он оплатил крупную оптовую партию концентрата. Кстати, – прищурил и без того узкие глазки Нурик, – а как тебе удавалось по первому свистку осуществлять вылет?

– Отряд расформировывали, и особо никто ни в какие дела не вникал. Командиру говорил, будто есть богатый клиент, который хочет освоить самолет. Топливо списывали на прыжки. – Маклер вяло махнул рукой. – Долго объяснять.

– Как я понимаю, из той суммы, что я тебе давал, часть ты отстегивал ему?

– Нет, – покачал головой Маклер. – Просто он понимал, что дает заработать на первое время.

– У тебя родители небедные, – зачем-то сказал Нурик. – Не дают денег?

– Просить в таком возрасте стыдно, – признался Маклер. – Хотя последнее время приходится поступиться принципами.

– Хорошо, – вздохнул Нурик. – Будешь кем-то вроде менеджера. Хасан объяснит, что делать.

– А если в двух словах?

– Будет у тебя в подчинении с десяток распространителей. Их нужно контролировать и вести бухгалтерию.

– Сразу в начальники! – восхитился Маклер.

– Потому что уважаю.

– Не ожидал, – растерялся Маклер от такого признания.

– Все?

– Нет. Одновременно я ищу место. Если вдруг куда-то возьмут, сразу отпустишь?

– Конечно, дорогой, – повеселел Нурик. – По большому счету с этими обязанностями и Хасан справляется. Я эту должность тебе прямо сейчас придумал.

«Даже убивать тебя, гад, жалко, – спускаясь по ступенькам магазина, подумал Маклер. – Но за Танюху ты ответишь».

Он еще не знал, как приведет приговор в исполнение, но был уверен, что сделает это…

Загрузка...