2

Только утром мне удалось заснуть, зато так крепко, что я не слыхала, как отец с дочерью покинули купе и пришли новые пассажиры.

Открыв глаза, долго спросонья рассматривала нависшую над головой багажную полку и вдруг почувствовала чей-то внимательный взгляд.

Я быстро повернула голову.

На верхней полке вместо вчерашней девочки-школьницы сейчас лежал молодой мужчина в зеленой армейской рубашке. Он не успел отвести взгляда, очень смутился и этим понравился мне - всегда ценила такую застенчивость; хваленая мужская напористость никогда не производила на меня доброго впечатления. По-моему, у мужчин достаточно других способов доказать свою принадлежность к сильному полу.

На крючке висели китель и форменная фуражка с серебряными крылышками - значит, мой новый сосед имел отношение к «небесным» делам.

Мы разговорились уже в коридоре вагона. Летчика звали Леша. Нижнее четвертое место в купе занимал молчаливый старичок.

После завтрака Леша снабдил меня занятной книгой про физиков, «которые шутят», а сам на весь день засел в соседнем купе играть в преферанс.

Прошел обычный день пассажира дальнего следования. Неторопливые разговоры, чтение - у кого что есть, очередь к умывальнику, проводница с пылесосом, ворчащая на пассажиров, стаканы с чаем, буфетчица с коробкой беляшей… я всегда любила эти покупные беляши, которые ешь тут же, на улице, где-нибудь за углом, прихватив обрывком бумажной салфетки, обжигая руки горячим соком.

Вечером наш поезд подошел к большой станции и проводница объявила стоянку на десять минут. Появилась возможность выбраться из вагона, размяться немного, заглянуть в книжный киоск. Люди валом валили в пригородную электричку, я едва пробилась на вокзал.

Киоск «Союзпечати» находился в углу зала, поблизости от входа в привокзальный ресторан,

Пока я рассматривала книги на прилавке, двери ресторана широко распахнулись, в зал вывалился кто-то пьяненький, следом из дверей донеслась песня, которую выводил хриплый баритон: «Не слышны в саду даже шорохи…»

- Весело у нас,-вздохнула продавщица.- Третье число - день получки. Тут скоро такие шорохи пойдут…

Из ресторана донесся звон стекла, песня оборвалась. В дверях появилась официантка, в обычном крохотном фартучке, с кружевной наколкой на голове.

- Валеру нашего не видели? - спросила она.

- Это милиционера, что ли? - продавщица даже не подняла глаз.

- Его, конечно.

- Недавно здесь был.

- Вот, когда надо, его никогда на месте нет.

- А у вас когда не надо? Возле вас хоть целый день сиди. Поменьше бы поили мужиков. Все план выполняете.

Официантка неторопливо вернулась в ресторан. Шум продолжался. Что-то задребезжало, затем женский голос закричал испуганно: «Гена, Гена, зачем?!» Крик оборвался хлестким звуком пощечины.

- Господи! - сказала продавщица.- Да что у них опять там?

По многим причинам мне не следовало ввязываться в это пьяное ресторанное дело. Но я все-таки оставалась лейтенантом милиции, а за дверями ударили женщину.

Стол, за которым вспыхнул скандал, находился у самой двери. Я быстро сделала несколько шагов и успела перехватить поднятую руку. В руке была зажата бутылка из-под сухого вина, тяжелая и длинная, похожая на дубинку^ Может быть, мужчина и не собирался ею ударить, а замахнулся, чтобы припугнуть,- рассуждать было некогда, мне приходилось видеть убитых одним ударом такой бутылки.

Мужчина держал ее за горлышко, поэтому мне удалось вырвать бутылку.

За столом находилось пять или шесть человек, в том числе две женщины. Одна вцепилась в рукав мужчины; вторая навалилась на стол, закрыв лицо руками,- видимо, пощечина досталась ей.

Мое вмешательство было неожиданным, все сразу замолчали.

Тот, у кого я вырвала бутылку, тоже притих.

Его глаза все еще были затянуты мутью пьяной ярости, а на столике под руками стояло много всякого стекла, и я следила за ним внимательно. Он ожидал увидеть кого угодно, только не меня - почти девчонку. На его лице читались удивление и растерянность.

Запал у него уже прошел. Я поставила бутылку на стол.

- Дурень!-сказала я.- Ею же убить можно.

Все дальнейшее могло обойтись и без моего участия. Меня выручил милиционер.

Он был молодой и деловитый, и ресторанные скандалы были ему не в диковинку. Официантка заспешила ему навстречу. Я прошмыгнула к дверям.

На перроне стоял встревоженный Леша.

- Где же вы были? Ищу, ищу! - закричал он.- Поезд отходит.

Он схватил меня за руку, и мы помчались по перрону. Проводница уже собиралась захлопнуть дверь. В вагон мы вскочили на ходу.

- Чего вас понесло в ресторан? - спросил Леша.

- Выпить захотелось,- ответила я.

Загрузка...