Сергей Вяземский

Временный опорный пункт российских войск разместился к югу от Илиона за границами посада. Танк Т-72, бронемашина «Тигр», «Град», десяток «Уралов» и «Камазов», по паре «Тунгусок», «Акаций» и БМП-3. По местным реалиям – натуральная группа армий «Центр».

Место выбрали с умом – на небольшом возвышении, обеспечивающим артиллерии контроль над местностью, и неподалёку от луга, где приземлялись вертолёты.

Сборная тактическая группа, конечно, была явно избыточной по силе, но за неимением иной практики приходилось действовать как при наличии серьёзного по меркам Земли противника. Бронетехника, артиллерия, зенитное прикрытие, припасы, оборудование позиций – всё по науке. И к тому моменту, когда к опорному пункту прибыла машина Вяземского, техника уже успела закопаться в землю, а личный состав приступил к разгрузке грузовиков.

Впрочем, осмысленная деятельность на опорном пункте начала стремительно затухать с появлением Сергея, когда из его БТРа высыпалось нечто, скорее напоминающее цыганский табор, нежели разведотряд.

В число подруг Татьяны помимо маленькой кошкодевочки вошли ещё две девушки-северянки примерно её возраста, похожие как сёстры, и черноволосая женщина постарше – лет тридцати с небольшим. Решение освободить всю эту компанию из рабства далось Вяземскому легко и непринуждённо, чего нельзя было сказать о решении взять их всех с собой. Бывшим рабам, а ныне свободным людям в Илионе податься было особо некуда.

Вяземский знал, что прибытие местных жителей, не в статусе взятых в плен, начальство вряд ли обрадует. Однако решил, что и так уже нагрёб на себя много чего и хуже вряд ли уже будет. В Илионе бывшим рабыням делать нечего, а так хоть как-нибудь при деле смогут устроиться.

В общем, если что – ссылаться на тот же научный подход. Вроде как дополнительная контрольная группа. Не поверят, конечно, но хоть какая-то более-менее логичная отмазка. В таких делах не требуется врать искусно – требуется хоть немного прикрыть собственную наглость…

На импровизированном КПП затормозивший БТР встретила пара молодых контрактников – явно из тех срочников, кому предложили остаться в армии после Владимирского инцидента ради сохранения секретности. Подход оказался хорош – всем так и так намекали, что за пределы города им теперь выезжать не рекомендуется, а раз так, то лучше уж иметь стабильный заработок.

– Ваше воинское звание, цель прибытия, – осведомился солдат у вылезшего из бронемашины Сергея.

– Старший лейтенант Вяземский. Кто тут у вас старший?

– Ты, значит, Вяземский будешь?

Разведчик обернулся и тут же вытянулся по стойке «смирно», узрев перед собой крупного седого офицера в обычной полевой форме, но с генеральскими звёздами на погонах и в генеральской же фуражке.

– Товарищ генерал-лейтенант!..

– Вольно, старлей. Вершинин, Михаил Павлович, нынешний командующий ограниченным контингентом российских войск на Светлояре. Тебе известен как товарищ Первый… Эт-то что ещё такое?..

Генерала прервало появление из БТР освобождённых рабынь во главе с Татьяной, которые «щеголяли» запасной «флоровской» формой из подменного фонда. Их прежние обноски лейтенант хотел сжечь из санитарных соображений, но туземки вцепились в свои тряпки мёртвой хваткой, а Татьяна заверила, что вшей и блох ни у кого нет.

– Освободили из плена гражданку России, товарищ генерал-лейтенант, – по возможности бодро отрапортовал Сергей. – И некоторое количество местных в рамках научных изысканий…

– Научные изы… Не понял. Старлей, ты что несёшь?

– Здравствуйте! – на выручку Вяземскому пришла Татьяна, бросившаяся к генералу. – Спасибо вам всем огромное! Если бы не Сергей, я не знаю, что бы с нами там было! И это я попросила с собой и других забрать – понимаете…

– Тихо, тихо, девушка, – произнёс Вершинин. – Ничего, не благодарите – работа у нас такая – нечего за неё благодарить. Из Владимирска?

– Да, – вздохнула Семёнова.

– Ну, ничего, всё уже позади, только не волнуйтесь…

Из «Гиены» с радостным воплем выпрыгнула кошкодевочка, но оглядевшись и увидев вокруг совершенно незнакомую обстановку, испуганно ойкнула и на всякий случай спряталась за спиной Татьяны. Осторожно посмотрела на генерала, вежливо сняла с головы позаимствованное у Вяземского кепи и старательно выговорила:

– Равстуйте, сир.

– Здравствуй, – Вершинин сразу же подметил нечеловеческую природу девочки, но удивления не продемонстрировал. – А ты у нас кто?

Вряд ли коян поняла вопрос, но смысл уловила и потому ответила:

– Миа.

– Я… я её в лагере встретила, вы́ходила, – торопливо произнесла Семёнова. – Вы только не выгоняйте их всех, товарищ генерал. Пожалуйста! Эйла и Ясмин откуда-то с севера, Дэрья – с юга… Им же совсем идти некуда, а вокруг война…

– Ладно уж, – отмахнулся Вершинин. – Поможем, куда мы денемся… Работа такая. Давайте вот туда – к медпалатке. До обеда ещё два часа, так что потерпите немного.

– Спасибо вам огромное!

– Ничего, ничего…

Генерал проводил взглядом уходящих девушек, потом перевёл взгляд на Сергея и неожиданно усмехнулся.

– Что ни новость от тебя, старлей, то бабы какие-нибудь. Жрицы, принцессы…

– Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант! – бодро козырнул подошедший в сопровождении Ливии Эриксон.

– Здравия желаю. Хм… Знакомое лицо… Молдавия?

– И Молдавия тоже. Эриксоны мы, тарщ генерал, – ухмыльнулся бывший ополченец. – Неверов Алексей Анатольевич, если по паспорту.

– Эриксон? – тоже усмехнулся Вершинин. – А может, сразу Моторола?

– Да куда уж нам, простым взводникам, до самого наркома Новороссии…

– Ясно. А это кто – ещё одна освобождённая рабыня? – указал Вершинин на магичку.

– Ливия, – лаконично отрекомендовалась волшебница.

– Маг-переводчик из местных, – объяснил Вяземский. – Изъявила желание сотрудничать.

– Да-да, изъявить, – скучным тоном произнесла девушка. – Только не забывать о награде.

– О какой награде идёт речь? – тут же насторожился Вершинин.

– Я желать поступить на службу Федерации, как вольный маг.

– Да хоть прямо сейчас, если хотите. Федерации нужны маги.

– Хотеть, – заявила Ливия.

– Но вначале я выслушаю доклад старшего лейтенанта Вяземского. Хорошо?

– Хорошо, – кивнула волшебница и отправилась обратно к «Гиене». – Тогда я немного поспать.

– Эриксон, ты тоже иди пока что, – обратился к Неверову Сергей. – Отгоните БТР, посмотрите, что нам тут из запасов может понадобиться и отдыхайте.

– Понял тебя, командир.

Генерал и Вяземский отошли чуть поодаль.

– Текст соглашения в БТРе остался, – немного запоздало спохватился разведчик. – Принести?

– Позже.

Ну, позже, так позже.

– Воздух тут хороший, – неожиданно произнёс Вершинин. – И тепло. Чисто курорт – даже после Кавказа. Осколок в боку с Первой Чеченской ноет, а тут перестал почему-то. Что думаешь о девчонке-колдунье? Этот её магический перевод… Она, часом, мысли наши не читает? Или, того гляди, даже управлять станет…

– Маловероятно, – подумав, ответил старлей. – У меня вообще такое ощущение, что они с наставником нас дурят и язык даже магией выучить невозможно. Ну, а в целом – самые настоящие маги, жадные до знаний. Наставник её за мой планшет явно готов был правый глаз себе выколоть. С местной магической иерархией ещё не всё понятно до конца, но похоже, что такой простолюдинке как Ливии светит до конца жизни агрономией на полях заниматься, да мелкие болезни лечить. А она явно хочет больше.

– Амбиции и классовое неравенство, – хмыкнул генерал. – Знакомая история. Но ты лично ей доверяешь?

– Более-менее, – пожал плечами Сергей. – Вряд ли наша встреча на дороге была подстроена. В любом случае – лояльные маги нужны.

– Ясно. Что ещё расскажешь?

– Это у меня такой доклад вольный получается? – уточнил старлей.

– Официальную бумажку потом накатаешь, – отмахнулся Вершинин. – Сухие строчки – после, а сейчас мне нужно твоё субъективное мнение.

– О чём именно, товарищ генерал?

– О ситуации.

Расплывчато. Даже слишком расплывчато. И о чём же говорить-то?..

– Ситуация… непростая, – осторожно начал Вяземский. – Конфликт развязал Новорим, но не весь Новорим хочет с нами воевать.

– А что насчёт тех, кто на Владимирск налёт устроил и сейчас в округе бузит?

– Владимирск атаковали с подачи некоторой части аристократии – тех ещё авантюристов. А сейчас в округе неспокойно – те, кто раньше отсиделся, да бандиты всякие с мародёрами решили воспользоваться бардаком и безвластием. Принцессе Афине сейчас с нами воевать не с руки – ей бы со своей пятой колонной справиться.

– Принцесса. Что можешь о ней сказать?

– Молодая, храбрая. В ночном бою в первых рядах рубилась. Благородная. Чужое и своё слово ценит. Как лично мне кажется – вменяемая. Хоть может и мечом махать, но старается вести диалог.

– Как отнеслись к версии, что Россия и Новорим – двоюродные братья? – усмехнулся Вершинин.

– Я бы сказал… с облегчением.

– Поясни.

– Это же Рим, товарищ генерал, хоть и другого мира и времени. Для них есть просвещённый цивилизованный Рим и разной степени немытости варвары. И с варварами нормальных переговоров они вести не станут и не смогут. А так для них есть шанс сохранить лицо, признав нас равными себе.

– Поправка в меморандуме о том, кто должен вести переговоры. Кто на ней настоял – принцесса?

– Нет, Эрин.

– Апостол, гхм, смерти?

– Богини смерти, – уточнил Вяземский.

– И в чём, по-твоему, её интерес в таком поступке?

– Не могу знать, товарищ генерал.

– А если подумать? Ты сейчас эту Эрин знаешь лучше любого из нас, а информация нужна быстро – времени на долгое наблюдение нет.

Сергей задумался.

– Вот кто она вообще такая? – продолжил тем временем Вершинин.

– Чёрная жрица, двенадцатый апостол богини Эмрис, – на автомате произнёс старлей.

– Звучит внушительно. Только что это означает? Кто она – какая-нибудь архижрица Сатаны, бродячая проповедница, шериф или ещё кто?

– Насколько я понял местный культ Смерти – это явно не сатанизм, – произнёс Вяземский. – Скорее он сводится к тому, что все люди смертны и за свои поступки надо отвечать соответственно. Не религия, а скорее философское учение. Даосизм там, или ещё какая махаяна. И Эрин в таком случае не жрица, а что-то вроде Конфуция в юбке… Гхм. И с мечом в руке. Такой вот странствующий проповедник.

– Содержательно, – дёрнул щекой генерал. – Но как это проясняет её мотивы?

– Эрин говорит, что таким образом развлекается. Для местных версия почти идеальная, потому что они считают её бессмертной ведьмой, живущей двенадцать тысяч лет и в одиночку побивающей целые армии…

– М-да, дело ясное, что дело тёмное… И как думаешь, насколько это правда?

– Возраст проверить возможности, естественно нет, а в бою… Насчёт армий, конечно, преувеличивают. Очень преувеличивают. Но Эрин явно сильнее любого обычного человека и голыми руками может положить человек десять. С оружием – и все сто. Это местных – насчёт наших сил ничего сказать не могу. Вряд ли ей по зубам танк, но вот убить пехотинца – для неё почти развлечение.

– А она развлекается?

Упивается ли Эрин своей силой и убийствами? Вряд ли. На одуревшего от крови берсёрка в ночном бою она походила мало – боец, опасный и не лишённый куража, но не спятивший маньяк.

– Я бы не сказал… – Сергей чувствовал себя не слишком уютно. Сухой официальный доклад, полный канцеляризма – это его стихия, ровная и привычная. Но генералу явно требовались личные наблюдения, которые ни в каком докладе толком не опишешь. – Она выглядит на двадцать лет и ведёт себя на двадцать лет. Когда – весело, когда – серьёзно. Больше весело, конечно – даже когда, гм, рубит врагов. Что ещё сказать-то? Я ж её знаю всего один день, товарищ генерал.

– А говоришь так, будто этот день длится уже не первую неделю. Хорошо, с этой Эрин ещё разберёмся. И с прочими бабами тоже. А что вообще можешь сказать по местному населению? Настрой, отношение, мнения. До социологических опросов ещё далеко, а ты ж у нас разведка – тебе глазастым и наблюдательным по должности положено быть.

– Население настроено достаточно лояльно.

– Серьёзно? После того, как мы артиллерией размазали тысячи их сограждан по окрестным полям?

– Серьёзно. Эти сограждане и между собой режутся с неменьшим азартом. Война, в том числе между теми же феодалами здесь, кажется, вполне привычное явление, – Вяземский слегка усмехнулся. – Для некоторых мы сейчас – просто ещё одни союзные варвары, а для некоторых – так даже и вовсе свита апостола смерти. Дикая охота, так сказать. Эрин знают, нас – нет, поэтому в глазах местных это не она с нами, а как бы мы при ней получаемся. Вообще, она вроде как в ознакомительных целях решила к нам присоединиться, а вот та же Ливия желает служить официально. Думаю, можно и просто рекрутов из местных завербовать, если возникнет потребность. Хотя тот факт, что мы покрошили несколько десятков тысяч их граждан и правда так просто со счетов списать не выйдет…

– Кстати, это же Империя – монархия, то есть. И вокруг графы-бароны. А у нас республика… На словах хотя бы. И как на это реагируют?

– Совершенно спокойно, товарищ генерал. Повторюсь – это всё-таки Рим. Насколько я узнал, даже здесь, в Новориме, были продолжительные республиканские периоды. Так что для местных наш строй может и архаика, но не дикость. Я бы вообще сказал, что при слове «республика» у местных в глазах появляется ностальгия, как у нас при слове «СССР».

– Любопытная мысль, – усмехнулся Вершинин. – Кстати, какие-нибудь артефакты встречались?

– Виноват, товарищ генерал?.. – Сергей подумал, что ослышался. – Артефакты? Магические?

– Магические артефакты – это просто и понятно. Экскалибуры всякие, кольца всевластья и прочие посохи… За этим тоже, кстати, посматривай. Но я вообще-то не об этом, а о чём-то из нашего мира – машинах, винтовках, самолётах… Даже солдатский ремень, кирзовые сапоги и алюминиевая ложка. Короче, любая вещь, нехарактерная для наблюдаемого уровня цивилизации и науки.

– Имеете в виду трофеи после нападения на Владимирск? – версия была откровенно слабой, но другой у Вяземского сейчас не было – трудная ночь не способствовала ясности мыслей.

– Нет, старлей. Я имею в виду следы, хм, прогрессорства. Видишь ли, в чём дело… Портал в этот мир уже открывался – советскими учёными в пятидесятых. И с того момента здесь могло остаться что-то. Или даже кто-то.

Сергей подобную информацию воспринял спокойно. Внешне. Да и внутренне, в принципе, тоже – устал уже просто за минувшее время удивляться чему-либо. Затерянная советская экспедиция в мире меча и магии? Эка невидаль…

– Ясно, раз молчишь – значит, не заметил ничего такого, – заключил Вершинин. – Но впредь посматривай. Понял, старлей?

– Так точно, товарищ генерал!

– Добро. Тебе и твоим парням час на отдых и сборы, а после поедем смотреть на эту твою принцессу. И что ты как раздолбай-то ходишь? Кепки нет, так хотя бы каску надел.

– Виноват!..

Щлем старлей оставил в БТРе, а кепи одолжил Мие, да и забыл про неё.

– На вот, – Вершинин неожиданно стянул с головы свою генеральскую фуражку и натянул её на Вяземского. – Чтобы местные видели, кто у нас тут главный дипломат, а не просто солдат. А то ж мы тут все зелёные, как жабы – хрен отличишь рядового от полковника. А фингал-то под глазом откуда?

– Боевая травма, – невозмутимо ответил старлей.

Не признаваться же, в самом деле, что по роже съездила одна из амазонок принцессы? Всё ж таки не прожжённый и опытный боец – вот и растерялся, когда налетела девушка, пусть и в доспехах. Вот был бы при ней хотя бы нож – другое дело…

– А разве не вы теперь будете вести переговоры, товарищ генерал? – осведомился Сергей, поправляя фуражку, которая оказалась чуть великовата, но в целом впору.

– Моё дело – общее руководство, – хмыкнул Вершинин. – А вся текучка – дипломатическая в том числе – на других пусть висит. Имя твоё, как представителя контактной группы, в меморандуме записано? Записано. Вот и продолжай действовать дальше вплоть до особого распоряжения. Светлояр – направление важное, но не приоритетное, так что лично министра иностранных дел можешь не ждать.

Загрузка...