Глава 5

— Я протестую, по какому праву вы расформировываете дивизию⁈ — Таисия Константиновна вскочила с кресла и приблизилась вплотную к экрану, пытаясь прожечь взглядом командующего. — Господин адмирал, гвардейские корабли не ваша собственность, чтобы распоряжаться ими как заблагорассудиться…

— Сядьте в кресло, капитан-командор, а то я на экране вижу только вашу вздымающуюся грудь вместо лица, — ответил Самсонов, после перепалки с командиром 9-ой дивизии не желавший больше ни ругаться, ни выяснять отношения прилюдно.

В эту минуту он был спокоен и хладнокровен как никогда. Таисия даже удивилась, рассчитывая на бойцовский поединок, но адмирал своим нордическим видом не давал девушке такой возможности. Возмущению великой княжны произволу командующего было объяснение. Никто не мог просто так по своему желанию расформировать флотское подразделение даже в условиях войны. Да еще какое подразделение! Это не «линейная» дивизия — это императорская гвардия — детище отца Таисии и соединение с огромными традициями. Как Иван Федорович смог позволить себе такую вольность⁈ Княжна сжала кулаки готовая драться с усатым адмиралом до конца. Вот я тебе покажу, а когда о данной выходке узнает сам император, не позавидую я вам господин уже возможно бывший адмирал!

Но вслух конечно она этого не произнесла, а скрестив руки, плюхнулась в кресло.

— Успокоились? Хорошо, тогда если позволите, я попытаюсь объяснить вам и остальным мотивы такого решения, — Самсонов был само спокойствие. — 2-я гвардейская не имеет командира — это раз. Дивизия, обладая превосходными дредноутами первого класса, абсолютно лишена легких кораблей поддержки, что значительно уменьшает мощь подразделения в условиях, в которых мы находимся — это два…

— Что вы имеете в виду? — не поняла капитан-командор. — Семеновская может дать сто очков форы любой другой дивизии в сравнении боевых характеристик кораблей…

— Если данные корабли рассматривать по отдельности, — ответил на это Иван Федорович. — Как ударное соединение в составе большого флота, действительно Семеновская, так же как и Преображенская дивизия могут оказать существенную поддержку в сражении, но это возможно только в тесном взаимодействии с другими более легкими дивизиями. «Линейные» подразделения, обладая универсальной структурой, могут защитить гвардейские эскадры в которых существует сильный перекос в сторону тяжелых кораблей. Однако в сегодняшней ситуации ослабленные и обескровленные подразделения Черноморского флота не сумеют прикрыть собой действия гвардии в секторе боя. А без поддержки легких кораблей дредноуты слишком уязвимы…

— Чушь! — не выдержала Таисия.

— Даже не хочу с вами спорить, — Самсонов пропустил мимо ушей подобное восклицание и продолжил. — Третьим пунктом, позволившим мне принять решение о расформировании Семеновской, является тотальное ослабление остальных дивизий флота после череды сражений в системе «Бессарабия». За редким исключением все соединения «черноморцев» понесли серьезные потери, тактические единицы ослаблены, большое число тяжелых вымпелов в их составе надолго выведены из строя. Для того чтобы восстановить мощь «линейных» дивизий необходимо срочно ввести в их состав гвардейские дредноуты по одному — два корабля на каждое соединение.

Комдивы слушавшие Самсонова заметно оживились и одобрительно закивали головами. Никто из них не отказался бы от такого подарка. Таисия Константиновна по взглядам присутствующих на совещании поняла, что осталась в полном одиночестве. Конечно эти хитрые «черноморцы» с удовольствием растащат по кускам гвардию! Посмотрите, облизываются как коты на сметану. Вот бы Васильков был сейчас рядом, но экран связи с «Одиноким» продолжал тускло отсвечивать черным квадратом. Хотя о чем я говорю, даже мой друг не заступится сейчас за меня. Ведь Сашка тоже считает, что в гвардейских дивизиях страшный перекос с точки зрения соотношений тяжелых и легких кораблей, а значит, и он поддержит произвол командующего Черноморским флотом…Таисия обреченно вздохнула, она поняла, что бессильна отстоять свою дивизию.

— Не переживайте так, Таисия Константиновна, — победно улыбнулся Самсонов, — никто не будет окончательно расформировывать 2-ю гвардейскую. Тем более, как вы сказали, я не имею на это права. В последующем, когда условия позволят, соединение будет снова восстановлено в прежнем составе…

— Когда же это случится? — спросила капитан-командор, не очень-то веря словам Ивана Федоровича. — Когда условия изменяться?

Княжна скорее задавала вопрос о ходе войны, ведь Самсонов намекал именно на это. А если мы постоянно отступаем и проигрываем, то значит, гвардейским кораблям похоже уже не суждено снова соединиться…

— Не могу ответить на ваш вопрос, — честно признался адмирал. — Сегодня никто не может на это ответить. Но уверен, что Ставка и наш верховный главнокомандующий уже работают над этим и вскоре ситуация на фронте изменится…

— Бла-бла-бла, — буркнула себе под нос княжна.

— Итак, решено, — заключил Самсонов, — Семеновская гвардейская дивизия разбивается на двойки и тройки вымпелов, которые будут введены в состав остальных подразделений флота…

— Можете не скрывать своих хищных улыбок, господа! — обиженно воскликнула Таисия Константиновна, обращаясь ко всем присутствующим на совещании адмиралам. — Приятного аппетита, только не подавитесь…

— Понимаю вашу озабоченность, капитан-командор, — улыбнулся Самсонов, — и попытаюсь поднять вам настроение…

— Подадите в отставку? — с надеждой в голосе уколола командующего Таисия.

— Не дождетесь…

— Тогда навряд ли у вас получиться…

— Не торопитесь, — загадочно улыбнулся Иван Федорович и обратился к остальным:

— Господа, вы уже могли убедиться в высоком уровне подготовки капитана-командора Романовой в качестве флотоводца…

— Таисия Константиновна наглядно демонстрирует свой профессионализм в нескольких подряд сражениях, — кивнул, соглашаясь, адмирал Белов.

— Поэтому вторым моим решением станет назначение командора Романовой на должность командира 27-ой «линейной» дивизии, — заключил Самсонов, пряча в усах улыбку от вида удивленного лица девушка.

Таисия была шокирована, не ожидая такого развития. Она в первую минуту даже не знала, радоваться ей или расстраиваться. Девушка давно мечтала возглавить какое-нибудь серьезное тактическое подразделение и была уверена, что готова к этому. Но 27-я — это же родная дивизия Александра Василькова и именно он должен принять над ней командование! И по рангу и по справедливости…

— Я… я не знаю что ответить, — смутилась Тася, заметно краснея.

— Можете ограничиться стандартной в этом случае фразой «Служу Российской Империи», — ответил Самсонов, который сейчас явно был на коне.

— Почему именно я, а не Васильков? — вместо этого спросила Таисия Константиновна. — Вы все прекрасно знаете, что контр-адмирал как никто другой достоин этой должности…

— Позвольте мне как командующему самому решать кадровые вопросы в своем флоте, — Иван Федорович начинал сердиться. — Вы согласны принять командование 27-ой «линейной» дивизией или мне передать ее одному из каперангов?

— Значит, если я откажусь, вы все равно не поставите Александра Ивановича на эту должность? — догадалась Таисия.

Самсонов промолчал, но по виду командующего княжна поняла, что это именно так, и Василькову в любом случае дивизии не видать.

— У нас мало времени, госпожа капитан-командор, необходимо переходить к другим вопросам, — поторопил ее, Самсонов.

— Не сомневайтесь Таисия Константиновна, вы достойны этой должности, а другого случая может еще долго не представится, — в свою очередь поддержал девушку, вице-адмирал Хиляев.

— Я согласна принять командование, — выдавила из себя Таисия, как перед алтарем.

— До чего дожили, уговариваем молодое поколение становиться комдивами, — недовольно хмыкнул Иван Федорович, ожидавший более яркой реакции девушки.

Но все-таки Самсонов оказался доволен произошедшим. Растерявшись, княжна уже не так отчаянно станет защищать свою прежнюю дивизию от расформирования. Великого князя Михаила Александровича рядом не находилось, а признанный лидер среди гвардейских капитанов — Таисия Романова была ловко выведена из равновесия хитрецом Самсоновым. Поэтому командующий не ожидал сильного сопротивления у семеновцев их «временному» новому статусу… Конечно Иван Федорович желал и в будущем оставить гвардейские дредноуты в составе Черноморского флота, благо условия сложившиеся на фронте позволяли на это надеяться…

— Итак, второе решение тоже утверждено — капитан-командор принимайте командование над подразделением, — подытожил Самсонов. — Сейчас я выведу на ваши экраны названия гвардейских кораблей, которые получит каждая дивизия. Пойдем по порядку, во 2-ю «ударную» адмирала Белова зачисляются следующие вымпелы…

Самсонов на секунду замолчал, краем глаза наблюдая, как офицеры на мостике его «Громобоя» оживились и о чем-то совещаются.

— Что случилось? — нахмурился командующий, повернувшись к подчиненным.

— Господин адмирал, на радарах дальнего обнаружения появились неизвестные корабли, — последовал доклад вахтенного. — Из-за большого расстояния пока нет возможности их идентификации…

— Не трудитесь, идентификация не потребуется, — хмыкнул Иван Федорович, — здесь кроме нас и американцев никого нет. Интересно только Парсон это или Дрейк?

— Господин адмирал, первая группа из состава Черноморского флота готова совершить прыжок в систему «Таврида», — тут же доложил второй оператор, принимая у себя на пульте запросы капитанов кораблей на разрешение нырнуть в портал. — Пять вымпелов 27-ой дивизии ждут указаний…

Самсонов задумался. Начинать эвакуацию? Тогда успеют ли все русские вымпелы покинуть «Бессарабию» до подхода американцев или нет?

— Сообщите количество обнаруженных «неизвестных» кораблей, — распорядился Иван Федорович. — А так же мне необходимо знать точное расстояние до приближающихся объектов.

— Расстояние 89 миллионов километров, — доложил офицер, — при той скорости, на которой они сейчас движутся, данные корабли прибудут в наш сектор через шесть с половиной часов…

— Количество неидентифицированных кораблей пока подсчитать не удается, — сообщил второй дежурный. — На сканерах видно только их скопление без разделения на единицы. Примерно через час можно будет говорить о первых цифрах. Но если учитывать общие размеры движущегося объекта, можно утверждать, что перед нами соединение не больше чем в стандартную дивизию…

— Понятно, похоже, это разведчики Грегори Парсона, — уверенно кивнул Самсонов, — либо авангард, далеко ушедший вперед от своих основных сил. Все очевидно и большой опасности это для нас не представляет. Я даже удивился, если бы американцы не послали за нами по крайней мере слежку…

— Что передать группе, готовящейся к прыжку, господин адмирал? — поторопил Самсонова дежурный.

— Переход разрешаю, — кивнул командующий, — подготовиться следующей партии кораблей той же дивизии…

Иван Федорович в голове быстро подсчитал что времени в шесть с половиной часов пока американцы будут подбираться к искомому переходу должно хватить на девять прыжков. Это значит, что почти весть флот успеет к этому моменту покинуть «Бессарабию». Да, на этой стороне портала останутся еще корабли, но Самсонов изначально планировал, что последними будут прыгать самые боеспособные вымпелы, а они-то без особого труда смогут в случае чего отогнать «янки», если те все же решатся каким-либо образом помешать эвакуации.

Командующий первым делом отправлял в соседнюю звездную систему самые пострадавшие в прошлых сражениях корабли. Первой на эвакуацию шла 27-я «линейная», затем очередь принимала 3-я дивизия Козицына и 9-я Козлова. Замыкать операцию по переходу в «Тавриду» должны были подразделения Кондратия Белова и Дамира Хиляева, как самые боеспособные и полнокровные.

По-сути американцам, даже если они успеют прибыть к переходу, ничего не светило, только оставалось на безопасном расстоянии наблюдать за тем, как последние русские корабли покидают «Бессарабию».

— Портал активирован, первая группа кораблей 27-ой дивизии успешно прошла переход, — через минуту доложил оператор. — Аккумуляторные батареи «врат» начали накопление энергии в плановом режиме. Следующий прыжок через сорок две минуты…

— Итак, господа и дамы, — Самсонов снова обратил взор на большой экран перед собой, — давайте продолжим… На чем мы остановились? Ах да, распределение гвардейских дредноутов по дивизиям… Кондратий Витальевич вашему подразделению передаются следующие вымпелы…

— Немедленно остановите эвакуацию! — я плюхнулся в кресло и сразу же подключился к селекторному совещанию, ворвавшись туда как раз в тот момент, когда начался дележ Семеновской дивизии. — Вы что не видите, что происходит⁈

— Контр-адмирал Васильков, следите за своим поведением! — Иван Федорович покривился и устало отмахнулся, уже начиная привыкать к моей вольной манере обращения к вышестоящему командованию. — Что за привычка, во-первых, опаздывать, а во-вторых, влезать в разговор когда вашего мнения никто не спрашивает… Что вы там истерите? Объяснитесь…

— Господин адмирал остановите эвакуацию флота, — повторил я уже более спокойным тоном, поймав себя на мысли, что действительно кричу как паникер, однако все предпосылки для этого имелись. — Флот полностью не успеет покинуть систему за отведенное время, американцы атакуют нас прежде…

— Неудачный таран флагманского «Банкер Хилл» на вас так подействовал? — усмехнулся командующий. — Согласен, после полета из кресла во время удара, голова может работать не на полную мощность… О какой атаке идет речь? Вы же видите на экране соединение противника численностью не более дивизии. «Янки» какие бы они не были злые на нас, не решатся на атаку числом в полтора десятка кораблей…

— Кто вам сказал про полтора десятка, — я сдержался, чтобы не уколоть усача в ответ за насмешку, а сосредоточился лишь на анализе происходящего. — Противник только что появился на экранах дальних сканеров, это значит, что мы не видим остальных и через некоторое время на радарах могут появиться еще не одна и не две дивизии…

— Да, но пока никаких других групп противника не наблюдается, — парировал Иван Федорович, — а если они и появятся, то никак не поспеют до окончания нашей эвакуации из «Бессарабии». Посмотрите на расстояние и скорость данной эскадры, даже эта одинокая американская дивизия и то кое-как успевает к окончанию эвакуации…

— Вы сами обратили внимание на скорость, — ответил я. — Группа идет на крейсерской скорости не более пятнадцати единиц. Что помешает противнику через некоторое время, когда половина нашего флота уже перейдет в другую систему, включить форсаж и сократить тем самым время до прибытия к переходу почти на треть…

— Теоретически такое возможно, — согласился адмирал Белов, хоть и не испытывающий ко мне теплых чувств, но так же как и я встревоженный появлением кораблей противника. — Однако все-таки пока мы видим слишком незначительное количество вражеских кораблей… С другой стороны эвакуацию наиболее пострадавших вымпелов Черноморского флота все равно необходимо произвести. Они мало чем могут помочь в сражении, только будут помехой в секторе, требуя для себя дополнительной защиты… Поэтому, контр-адмирал, вынужден согласиться с Иваном Федоровичем в том, что переход в «Тавриду» должен быть продолжен.

Я с надеждой посмотрел на остальных, все комдивы молчали, даже Таисия не поддержала меня.

— Вот видите, Александр Иванович, никто кроме вас панику не разводит, — Самсонов спрятал ухмылку в усы. — Поэтому успокойтесь и готовьте «Одинокий» к прыжку. Напоминаю, ваш крейсер числится во второй эвакуационной группе. Вам же лично я предлагаю вернуться в медицинский блок и продолжить восстановительную терапию. Похоже, вы еще не совсем оправились после контузии, поэтому кругом и мерещатся враги, которых нет…

— На экраны перед собой посмотрите, — ответил я, обрадованный тому, что вижу на собственном мониторе.

— Господин адмирал, сканерами дальнего обнаружения зафиксировано еще одно скопление неизвестных кораблей, — в унисон со мной произнес дежурный офицер флагманского «Громобоя». — Движется в «кильватере» первой группы, численность не менее дивизии…

Загрузка...