Агент Коловрат. Рождение Легенды

Глава 9 Возвращение домой

Вернувшись к лагерю, я не стал никому рассказывать об увиденном. Это было бы слишком… сказочно? Да, думаю именно некая сказочность произошедшего и заставляла меня молчать. Вот только в тишине, хочешь того или нет, твои мозги работают. Работают на полную катушку.

«Смысл жизни в осознании, что Я есть всё и всё есть я? И зачем я его только спрашивал?» — Ворочалось в мыслях, тогда как сознание помимо моей воли уже проводило анализ, раскладывая все по полочкам. — «А говорили, что главное достичь гармонии». — С кривой усмешкой на губах, подумалось в итоге. — «А оно, вон как все получается».

Благо, что пока крутился, сон все же смог взять свое и я уснул. Снилась какая-то совсем уж непонятная дичь. Космос, рождение звезд, галактик, и темнота. Безмятежная и бескрайняя темнота, которую прошивает свет, вытягивая из темноты материю, которая позже превращалась в планеты, астероиды. И все это с беззвучными появлениями все новых и новых звезд.

— Патя, вставай. — Вырвал меня из этих бредовых сновидений, голос Михаила.

— Ага. Да мамочка. Уже встаю. — Проворчал я, тем не менее, поднимаясь и зевая, да так что рисковал вывихнуть челюсть.

— А сейчас обидно было. — Заметил Котов, отвесив мне легкий подзатыльник, который впрочем, уперся в уже поставленный доспех духа. — Вставай, давай, нам еще неизвестно сколько…

— А, да. Об этом. — Почесав единственной пятерней свой лысый затылок, произнес я. — Можем возвращаться. Я уже знаю, как закрыть…

— Уши. — Едва слышно прошипел он, обрывая мою речь. — Подробности?

— Дай я блин глаза открою! — Возмутился я, вскакивая на ноги.

— Чего шумите? — Услышал я позади, а обернувшись, увидел Тонкого.

— Он проснуться не дает нормально. — Честно признался я, ткнув пальцем в Котова, на что наставник лишь закатил глаза к потолку.

Посмеявшись боец, ушел дальше по своим делам, ну а мы с Михаилом направились к архитектурному ансамблю, где я имел честь прошлой ночью познакомиться с местным хранителем. Пока шли, я коротко пересказал наставнику произошедшее. Он же где-то минут десять молча рассматривал творение древних, после чего тяжело вздохнул, положив свою руку мне на плечо.

— Знаешь, с экспериментом, который провели над вами… — он замялся, вновь рассматривая колонну в свете светляка, что крутился прямо над ней, — мне даже страшно представить, какие секреты воскреснут и с чем нам придется столкнуться.

— Угу. — Отозвался я, так же как и он, разглядывая колону. Хотя там и разглядывать нечего было. — Только расхлебываю почему-то постоянно именно я.

— Не ворчи.

— Не ворчи? — Обернувшись к наставнику и ставя полог тишины, переспросил я. — Миша! Ты просто посмотри на всю мою, мать ее жизнь!!! С самого детства, меня кто-то ведет. С самого, блядь* детсва! Ты понимаешь?

— Понимаю. — Тихо, отозвался Котов.

— Мать, отец. Искореженная психика, какая-то дурацкая инициация на которой я в полном смысле этого слова рисковал сдохнуть! Каждый раз, меня закидывают в такую жопу из которой, казалось бы выхода нет! Но хрен всем! Я выживаю! Да! Да только вокруг меня гибнут те, кто лучше, умнее и сильнее…

— Раскудахкался, как старая бабка. — Недовольно бросил Михаил. — Ты не туда смотришь. Ты сколько жизней спас?

— А сколько загубил? — В тон ему, ответил вопросом на вопрос я.

— Патя. — Устало вздохнул наставник, присаживаясь на одно колено перед одним из постаментов. — У всего в этом мире есть цена. Бесплатного нет ничего — хочешь что-то получить, будь готов за это платить. Таков закон вселенной. Я еще ни разу не видел, чтобы получалось как-то по другому.

Мы тогда еще минут двадцать постояли в абсолютной тишине, нарушаемой негромкими звуками, собирающегося за нашими спинами лагеря.

— Пойдем. Нужно профа обрадовать, что наш поход окончен. — Хлопнул меня по плечу Михаил.

Сказать, что Николай Анатольевич был в восторге — это ничего не сказать. Причем в этой фразе есть, как и чистая прямая правда, так и не скрываемый горький сарказм.

— Как? Где? Почему? — Разразился он громкими вопросами, привлекая внимание бойцов к нашему короткому диалогу.

— Там постаменты… — Котов, быстро зыркнул на парней, и тут же поставил полог тишины, где и продолжил растолковывать все Харламову-младшему.

Стоит ли говорить, что в том зале пришлось задержаться еще на несколько суток. Николай Анатольевич, едва ли не облизывал постаменты и колонну. Видел ли он хранителя? Вероятней всего да. Вот только, нам он ничего рассказывать не спешил. Вместо этого он достал свой блокнот и что-то долго-долго в него вносил. А потом и весь обратный путь, вносил какие-то правки.

Выбор куда нам двигаться был небольшим. Назад, туда, где нас уже заждались твари, или вперед. В неизвестность. Вот только Харламов уверенно повел нас вперед, напомнив, в том числе и мне, что в прошлый раз, мы именно так и смогли оторваться от преследователей.

Описывать наши блуждания по различным пустым коридорам и залам, не вижу смысла. Из всего нами увиденного стоит упомянуть, разве что огромный, с голову взрослого человека изумруд. Это ювелирное изделие стояло в центре комнаты. Харламов порывался туда, изучить находку, но здесь уже Михаил взял историка за шкирку, и встряхнув мужика, что-то прошептал на ухо.

Спецназовцы же шли, изредка переглядываясь и пытаясь понять, что вообще происходит. В общем — после трех дней блужданий, мы наконец-то выбрались на поверхность. А там уже встал вопрос и того, куда нам двигаться дальше. Но меня, как и моих спутников, в тот момент больше беспокоил совершенно другой вопрос. Календарно был второй месяц весны, а значит… значит, скоро будет гон. Твари со всех Запретных Земель будут пробовать прорваться сквозь рубеж.

Но это нам казалось бедой, далекой перспективы, ведь для того, чтобы дойти до Рубежа, необходимо было понять вообще куда идти. А тучи, которые и не думали показывать звезды, единственный нормальный способ ориентироваться в этом аду, никак не хотели расходиться.

Но здесь нас всех удивил Харламов, который сверяясь с записями в своем блокноте, уверенно повел нас вперед.

Первые несколько дней, прошли практически без происшествий. Малой, идущий как всегда первым, издали замечал опасность, ну а мы, либо обходили, либо подходил Лом, да устранял тварь издали.

Но потом мы наткнулись на каких-то медлительных упырей, вурдалаков и погонщиков. Обойти их было крайне проблематично, а потому Кэп решил спросить у меня на прямую, не смогу ли я провернуть, ту самую штуку, как вначале нашего путешествия.

— Даже не знаю. — Честно признался я, испытывая некоторый скепсис к такому решению, хотя и сам не понимал почему. Словно впереди была какая-то аномалия, которая не даст нам так легко пройти. Собственно об этом я и решил сказать командиру. — Там какая-то аномалия.

— Ты ее чувствуешь отсюда? — Удивленно вскинул брови Андрюшев. Ну, а мне в тот момент хотелось просто прикусить свой длинный язык, да было уже поздно. А потому укор в глазах Котова, я всячески игнорировал.

— Интуиция. — Уклончиво ответил я. — В общем, не получится.

Андрюшев грязно выругался, используя для этого простые матерные конструкции. Просто, но емко и более чем доходчиво. Оно ведь как? Когда дело хрень, так оно и одним словом может отобразить, все оттенки душевного порыва. Вот и Кэп не стал изобретать велосипед.

После получаса раздумий и короткого совещания сугубо между нашей группой охраны, было решено…

— Значит, становимся здесь лагерем, и просто ждем. — Поставил нас в известность Андрюшев, после чего направился обратно к своим бойцам, часть из которых уже расположились на отдых, другая же часть стояли в карауле, наблюдая за действиями тварей вдалеке.

Это какой-то парадокс. Стоило нам только разместиться, как Малой и Лом стоящие на часах объявили тревогу. Как оказалось твари впереди пришли в движение. Каким образом им удалось нас почуять — вопрос со звездочкой. Может у них есть свои обладатели моего радара жизни. А может нюх хороший и ветер в их сторону. Хрен его знает.

Но мало нам было этого, так еще и оттуда откуда мы пришли шла лавина тварей. Так что может все из-за той лавины.

И вот, когда все это стало мне понятно, а до боя оставалось еще около пяти минут, мне ожидаемо стало грустно. Ведь примени сейчас я свой бурльный портал, мы избежим столкновения и сможем надавить на пятки, так что тварям будет за нами не угнаться.

Вот только и бежать по полу растаявшим сугробам — удовольствие еще то. Очень посредственное. Хорошо хоть снег еще до конца не сошел, а потому передвигались мы на лыжах. Да-да. Та самая техника кинетических лыж, которую я для себя изобрел — оказалась общепринятой техникой для передвижения. Я когда узнал, даже как-то растерялся, и уже хотел было разозлиться на своих наставников в училище, но потом понял, что нас затачивали на несколько другое, а потому те же лыжи, каждый из нас придумает самостоятельно, едва перед ним встанет проблема с передвижением. Что собственно со мной и произошло.

Но я отвлекся. Андрюшев тоже думал, как нам вылезать из надвигающейся задницы. И будем честны, адекватных и приемлемых решений у него не было. Ну, он и выбрал самое здравое, что только можно было сделать в условиях отсутствия маневра.

— Слушай приказ! — Мрачно нахмурившись и недовольно скривившись, произнес командир. — Идем на прорыв. Уничтожаем, только тех тварей, что представляет угрозу движению. Цель прорыв. Всем ясно? — Оно обвел нас нахмуренным взглядом, взирая из-под своих бровей.

А дальше? Дальше был тот самый прорыв. Кто бы только знал, чего нам стоило успокоить Николая Анатольевича, который такого финта, явно не оценил, и с трудом вообще передвигался на ногах. Пришлось мне взваливать его на себя. Еще и эта его травма руки, чтоб ее. В общем два калеки помогали друг другу.

Магия, звуки взрывов, вихрей, шум воды, и рев пламени. Крики ярости, боли и голода. Все это сплелось в непередаваемую какофонию, создавая свою, особенную мелодию.

В бою учувствовали все без исключения. Мы рвались вперед, отбрасывая тварей от себя. Огромный ураган огня прошелся по тварям, превращая в пепел не менее нескольких десятков тварей. А следом закружился и ледяной ураган, унесший жизни не меньшего количества местной фауны. Это наши Мастера перестали скрываться и сдерживаться.

Благодаря именно такому подходу, мы смогли прорваться. Да, мы прорвались и не сбавляя темпа ломанулись вперед.

В авангарде остался один Малой, а вот остальные сместились назад, отражая атаки догоняющих нас тварей. Здесь уже было не до шуток. Поводыри проснулись и выстроив свой долбанный круг начали атаковать нас магией.

Молнии, огненные шары, ледяные сосульки, что появлялись прямо по ходу нашего движения. Они были искусны. И их атаки были сильны, сжирая энергию нашей защиты. Но мы удалялись, так что вскоре магией нас уже не могли достать, но погоня продолжалась.

Мы двигались в максимально доступном темпе. Но…

Каждый пройденный километр съедал силы. А погоня никак не хотела отставать. Но проблемы начались, когда мы миновали горный перевал и спустились на равнину, которая была усеяна лесом. В прошлый раз, на его преодоление нам понадобилось едва ли две с половиной недели. И такая же перспектива лежала и сейчас. И ведь вопрос не столько в расстоянии, сколько в сложности преодоления этого препятствия.

Вот только остановится и перевести дыхание, мы не могли. Сзади догоняли преследователи, а где-то впереди ощущались еще твари.

«Может пора бур попробовать?» — Спросил я самого себя, но ответ оказался отрицательным. Какая-то аномалия словно преследовала нас. Я четко осознавал, что стоит мне только применить бур, как нас…

— Да к черту! — Не выдержал я, выплюнув ругательство себе под нос. — Делаю бур!

— Собраться вокруг Калеки! — Тут же сориентировался Кэп, громогласно заорав.

Руны сами собой складывались в нужное мне плетение. Земля вновь превратилась в платформу и опустилась вниз. Вот только…

Сила. Неведомая, неодолимая сила, потащила нас за собой. Куда туда. Вглубь земли. И от этого чувства мне хотелось орать благим матом, от ужаса который меня обуял.

Для моих спутников ничего необычного, в сравнении с прошлым разом не происходило, но вот для меня…

Черт! Даже когда вспоминаю, мурашки бегут по спине. Такого первозданного ужаса, я никогда не испытывал прежде, и не уверен, что когда-нибудь смогу испытать еще раз.

Я искренне пытался держать плетение. Пробовал менять руны, но… То ли опыта было маловато, то ли сила с которой мы тогда столкнулись, была выше моих текущих возможностей.

Спасло нас реально чудо. Просто в какой-то момент, мне стало настолько страшно, что я инстинктивно к буру приплел рывок. Наша платформа, на которой мы передвигались, стремительно взлетела вверх, буквально выбросив всех на поверхность. Чертыхаясь я поднялся на ноги и помог подняться профессору, который недовольно косился на меня, бережно потирая травмированную руку.

— Что это было? — Оглядываясь по сторонам, спросил Котов, подходя ко мне.

— Не знаю. — Честно ответил ему я. — Когда я применил технику, что-то потянуло нас к себе. Миша, я такого ужаса в жизни не испытывал!

— Никогда? — На всякий случай уточнил он, и получив от меня утвердительный кивок, передернул плечами. — Ну его нахер тогда. Ладно, живы и то хлеб. Коля, где мы ты не знаешь?

Харламов тем временем уже осматривался по сторонам. Но сильно долго там и смотреть было не на что. Мы смогли преодолеть едва ли километр, ибо сейчас находились на небольшой полянке в лесу. А там, за нашими спинами раздавались звуки ломаемых веток. Погоня каким-то чудом, продолжалась.

— Выступаем. Твари на хвосте. Калека, а тебе… спасибо, что попробовал и вытащил. — Произнес Андрюшев.

И вновь был забег. Забег наперегонки с самим временем. Здесь в лесу, единственным плюсом в наших глазах был снег. Кинетические лыжи скользили по нему, позволяя хоть и по чуть-чуть, но отрываться от преследователей.

Но в этой бочке меда, не обошлось и без половника дегтя, как говориться. Не знаю как, но твари общались и на нашу группку по какой-то причине стягивались все местные голодранцы, желающие отведать свежего человеческого мясца.

А нам и оставалось разве что только рвать вперед. Изредка правда даже это не помогало, и приходилось отбиваться на ходу, стараясь не терять темп. Но понятное дело, так долго продолжаться не могло. В какой-то момент пришло понимание, что необходимы радикальные меры.

— Ребят, вы идите. — Остановился Батя, скинувший на грязный снег свой рюкзак. — А я тут, им гостинцев оставлю.

— Догонишь? — Напряженно переспросил у него Кэп.

— Как сложиться. — Отмахнулся сапер. — Идите.

— Ты это… — Обратился к нему Тонкий, за спиной которого переминался громадина Барс.

— Идите! — Рыкнул на своих товарищей Батя, и отвернувшись, погрузился в приготовления.

И мы пошли. Черт. На лицах бойцов прямо надпись была, что они Батю уже хоронить собрались. Правда их кислые морды не разделял Андрюшев, который напротив был в более приподнятом настроении и даже как-то ускорил темп.

Причина этого стала понятна буквально через десять минут, когда за нашими спинами, полыхнул лес, над которым поднялся огромный огненный гриб. И не смотря на расстояние, на которое мы смогли отойти, взрывная волна, сломала нами еще не одно деревце. Хорошо хоть они были не сильно толстыми.

— Это чем он их так? — Удивленно спросил Михаил, лежащий рядом со мной, ногами к небу.

— Хрен его знает. — Честно ответил я наставнику. — Как думаешь, он жив?

— Шансы есть. — Кивнул Котов. — Ладно, пошли. Мужик нам время выиграл, не стоит его просрать.

Андрюшев был того же мнение, вот только скорость передвижения он снизил, пояснив, что таким образом, где-то, через час, полтора, Батя нас нагонит. Вот только не через час, не через два, и даже не через три — он нас не нагнал. Зато твари никуда не делись.

Пришлось вновь ускоряться, отстреливая самых резких представителей местной фауны, чтоб ее. В таком темпе мы двигались до самого вечера. Николай Анатольевич, что удивительно не отставал. А вот с наступлением темноты… Да ничего с наступлением темноты не изменилось. Звуков только стало больше. Да еще и сама темнота в этом лесу была какой-то вязкой.

Нет, конечно там за нашими спинами, где Батя дал свой последний фейерверк, все еще полыхали деревья. И очень надеюсь, что хоть немного это тварей задержало.

Ночь мы прошли с большим трудом. Ели и пили на ходу, не рискуя останавливаться, ибо постоянно кто-то на нас нападал и так. А стоит остановится, как придется принимать бой с ордой противников.

Когда же небо расцвело…

Барс, Лом, Тонкий и Малый собрались возле Кэпа. Парни наотрез отказывались бежать и дальше. Они хотели принять бой, дав нам возможность сбежать.

Ох! Хреновый они выбор дали Андрюшеву. Не хотел бы я оказаться на его месте. Оставлять своих парней, зная, что они могут не вернуться… та еще хрень.

— Отставить! — Командирским голосом приказал Кэп. — Идем дальше. Точка.

И мы пошли дальше. Как он и сказал.

Держались, только на собственной энергии, постоянно ее трансформируя в энергию жизни и вливая ее, в свою голову. Считай на энергетике сидели. Без последствий такое не проходит. Но вторые сутки без сна…

Шаг. Снова шаг. Новый шаг. Тело автоматически переставляло ноги. Шаг. Новый шаг. Мы шли. Сколько мы уже так шли, я не знал. Да это было и не важно. Мы шли, отбивались от стай тварей, что нас настигали, или же тех, что шли к нам на перехват. Шли без сна и отдыха. Сколько? Не знаю. Сбился на третьи сутки. День? Ночь? Светло? Темно? Это все неважно. Главное идти.

Мы словно бы попали в чьи-то хитрые сети. Словно…

Внутри проснулся огонек яростной энергии, пронесшийся по всему организму и пытаясь скинуть усталость. Двигаться было чертовски тяжело. Уверен — мое тело еще много раз мне скажет спасибо.

— Так дальше нельзя. — Первым упал в снег Николай Анатольевич. Ему приходилось и вовсе тяжелее всех. Хотя мы и пытались его тащить на носилках, меняясь. Но… ему от этого было крайне не ловко, а потому он позволил это себе лишь однажды.

— Нельзя. — Кивнул Андрюшев, чьи красные, с полопавшимися от усталости и напряжения капиллярами, были уставше-стеклянными.

В голове крутилось простое понимание, что нам нужно выигарть время. Нужен перерыв. Нужно укрытие где нас не достанут. Вот только мозг работал со скрипом. Применять очередной бур? Ну уж нет, пока мы не покинем Запретные Земли, я о нем даже не вспомню. Нет-нет. Даже не просите, как говориться. Оставалось лишь найти пустоту. Найти пещерку, или еще какую-то…

— К бою! — Вырвал меня из размышлений голос Андрюшева.

«К бою!» — Устало повторило сознание и во все стороны полетели кинетические лезвия, шинкуя противников.

От использования магии, ощутимо болела голова. Что-то мокрое капнуло на верхнюю губу. Сняв перчатку, я провел по губе, и поднес пальцы к глазам. Кровь.

— Твою! — Только и сказал я, устало задирая голову к небу, чтобы остановить кровотечение и осторожно направляя туда энергию жизни.

«Как бы не надорваться» — пронеслось мимолетное в мыслях.

Когда ночью я осознал что иду по какому-то лугу, то не сразу поверил своему счастью. А когда мозг немного проснулся и я обернулся, то увидел, людей, что словно зомби переставляли свои ноги, бредя по толстому, мокрому снегу.

Прикрыв глаза я прислушался к себе, пытаясь найти место, где мы могли бы переждать, отдохнуть… но увы. Такого поблизости не оказалось. Оставалось лишь и дальше переться вперед. Что мы и сделали.

Отдохнуть мы все же смогли. Уже у самого предгорья, когда я в очередной раз проверял своим внутренним радаром пустоты, смог найти небольшую пещерку. Туда и позвал остальных.

— Я на часах. — Тут же устало сообщил Кэп. — Барс, ты следующий, через час. Дальше Тонкий, Лом и Малый.

— Потом нас бери. — Кивнул ему Котов и тут же уснул не дожидаясь ответа.

Я не стал искать в героя и последовал его примеру.

«А Батю жалко» — только и успело пронестись в мозге, перед тем как его накрыла тьма.

А после было еще несколько рывков. Но уже не в таком темпе. Мы все время пути оглядывались назад в надежде, что Батя нас догоняет, что он уже близко…

— Может просто заблудился? — Как-то на вечернем привале услышал я Малого, сидевшего рядом с Тонким.

— Может. А может, нагонит позже. — Тяжело вздыхая, отвечал старший товарищ.

Еще через две недели, мы вышли к рубежу. И… это нужно было видеть! Мы два дня просто просидели в кустах, пережидая момент, когда твари самоубивались об бойцов на стене. Без эксцесов конечно не обошлось, но это такие, мелкие стычки, которые очень быстро заканчивались.

А после мы наконец-то смогли взобраться на стену и наконец-то выдохнуть. Ох! Как на нас смотрели рубежники… но и их понять можно, если бы не заработавшая рация и не предупреждение с кодом, то встретил бы нас рой артефактных игл. Воняли мы сильно, а выглядели чумазыми голодранцами, хотя сама экипировка вроде, как нигде не повредилась. Но оно и понятно. Доспех духа мы снимали только во время сна, и то… с переменным успехом.

— Не знаю, что мы там делали, но… — Андрюшев буравил нас с Котовым и Харламовым-младшим злым взглядом. — Оно того стоило.

— Ты даже не представляешь себе как. — Хищно оскалился на его слова Михаил. — Даже не представляешь.

Я тогда думал, что Кэп не выдержит и все-таки попытается вмазать в наглую харю Котова. Но нет. Ошибся. Выдержки командиру отряда хватило. А может он оказался куда наблюдательный и понял, что никакой Михаил не помощник археолога. Как впрочем, и я имел не самую убедительную легенду в их глазах.

Потом был душ, ужин, крепкий сон с ночной тревогой, которая нас впрочем, не касалась. Утренняя побудка, да поездка в аэропорт с последующим перелетом. Уже на земле, в Алексанграде, когда мы вышли из здания аэропорта, Михаил повернулся к Харламову-младшему.

— Ну, что ж. — Улыбнулся Котов, глядя в глаза профессору. — На данном этапе мы с вами расстаемся.

— Похоже на то. — Как-то, даже несколько виновато, пробормотал Николай Анатольевич.

— Вы про моего обалдуя не забывайте, ему там языки какие-то учить еще надо… — Напомнил обо мне Михаил, после чего пожал руку растерянному Харламову, а следом за наставником, с историком попрощался и я.

— Само собой. — С улыбкой кивнул ученый, после чего тяжело вздохнул. — Жаль, что мы тогда так мало смогли узнать…

— Коля, ты это дело брось! — Помахав пальцем перед лицом, произнес Котов. — Похоже, мы нашли намного больше, чем могли. Просто поройся, поищи знания о хранителях.

Я же стоял, потупив взгляд. Да. Я тогда так никому и не сказал, что задал еще один вопрос, на который получил прямой ответ. Слишком личным был ответ? Нет. Слишком обобщенным? Дело было определенно не в этом. Эту тайну пока хотелось держать при себе, и тщательно обдумать. Когда конечно наступит подходящий момент.

Распрощавшись, мы все разъехались по домам. Котов дал мне целых два выходных, так что я на радостях решил заранее позвонить своей Рыжей и обрадовать ее своим прибытием.

Вот только телефон ответил мне длинными, монотонными гудками.

«Видимо на службе» — сделал я вывод, пожав плечами и спрятав трубку, отправился в сторону подземки.

Через полтора часа, я переступил порог нашего семейного гнездышка. Темно. Тихо. Дома никого не было. Слой пыли на полки у вешалки, говорил о том, что не было кого-то минимум месяц. Включив свет, я прошел в студию, где зал был совмещен с кухней. Там на холодильнике, магнитиком была прикреплена записка. Сняв ее, я пробежался по строчкам и разочарованно выдохнул. Было чертовски обидно.

«Меня назначили на задание. Долгое. Люблю тебя!» — а ниже дата, и след губной помады от поцелуя. Как раз и выходило, что где-то месяц назад, моя Сонька и уехала.

Расстроенный, я открыл холодильник и не найдя там ничего интересного, решил сходить в кафе покушать.

Пока ел, смотрел на людей, которые сновали из стороны в сторону. Невольно вспомнилось, что Тамарка давно не видела меня, да и Романенко вряд ли навещала кроху в свое отсутствие. Так что на следующий день, мной было решено забрать мелкую и устроить ей праздник.

Как говориться, сказано? Сделано! Вот только перед этим, вечером придя домой, я выжрал в одно лицо чекушку. Помянул Батю. Если бы не он… если бы не тот взрыв и последующий пожар… не знаю, смогли бы мы вообще выбраться.

Ребенок был в восторге. Она весело щебетала, рассказывала мне о своих успехах, о том, что записалась на единоборства, и как ей это нравится. На мой прямой вопрос, хочет ли она служить в СБИ, девочка потупила глазки, затем вытерла выступившую из глаз влагу, и решительно кивнула головой.

А я, как тот индюк сидел и смотрел на нее, пытаясь понять, как себя повести в этой ситуации. Вот вроде бы и решение у нее правильное, достойное гражданина Империи. И в то же время, я оглядываюсь на свою жизнь, на то через что мне пришлось пройти, и глядя на ребенка, определенно не хотел такой судьбы и ей. Черт!

— Патя, ты чего завис? — Подергала Тамарка меня за рукав.

— Да так, мелкая. Да так. — Тяжело вздохнув, ответил ей я.

— Ты против? — Потупив головку со своими зелеными волосами, спросила она, глядя на меня сквозь свою челку.

— Не против. — Улыбнувшись, ответил ей я. — Просто это очень трудная и опасная работа.

— Я знаю. — Тяжело вздохнув, отозвалась она.

— Ладно, спрошу тебе за курсы. — Растрепав ей волосы на голове, ответил я. — Пойдем лучше тогда в тир, постреляем. Покажешь, что ты умеешь.

— О! — Довольно улыбнулась Тамарка. — Папа Ярослав меня стрелять учил!

— Ага. — Ответил я с грустной улыбкой. После чего тихонько добавил. — И меня тоже.

Выходные прошли, а значит, пора было снова возвращаться на службу. Вот только внутреннее мое состояние оставляло желать лучшего. Все же требовалась поездка к Марине Викторовне, психологу из училища, чтобы привести так сказать, свои мысли в полный порядок. Я ведь официально нигде не служу. Так работаю в туристической компании.

Котов встретил меня прямо на проходной, болтая с Егорычем. Старый спец по безопасности и любитель новомодных гаджетов был рад видеть и моего наставника, и меня.

— Как поживает молодежь? — Улыбнувшись в свои седые усы, спросил охранник.

— Пока живая. — Ответил я. — А у вас, как? Без приключений?

— О! Приключения это по вашей части, молодой человек. — Рассмеялся старый безопасник.

Перекинувшись еще парочкой фраз, мы с Михаилом дождались лифта и поднялись наверх. В офисе туристического агентства, в очередной раз сменившего свое название, нас встретила привычная суета.

Кивая и здороваясь с коллегами, мы прошли в столовую, где заварили себе по чашке кофе. И вот попивая бодрящий напиток, мы молча смотрели в окно.

— Маршеву сейчас доложишься, или уже успел? — Спросил я у своего наставника.

— Сейчас. — Мрачно, ответил Михаил. — Понимаешь, Пать, тут беда в том, что ты у нас теперь та самая бомба, которая обязательно должна попасть к порталу.

— И? — Не сразу въехал во всю ситуацию я.

— И? — Хмыкнув, повторил Котов, доставая сигарету. — Ты понимаешь, что одно дело, когда задачу могут выполнить оба участника, и совершенно другое, когда… черт! Патя, да кроме тебя никто и не сможет выполнить задачу! У нас одна попытка!

— А, ты об этом. — Зевнув отозвался я. — Просто нужно хорошо подготовиться.

— Ты не понял, Коловрат. — Недовольно покачал головой Михаил, после чего выпустил облако дыма из своих легких. — У нас только одна попытка, и мы с тобой не имеем права налажать.

— Первый раз что ли? — Ворчливо спросил я, желая одновременно и разрядить обстановку и поддержать наставника, и как-то сгладить градус собственного непонимания.

— Нет. — Оскалился в усмешке Котов. — Как всегда.

— Вот и я о том же. — Искренне улыбнулся я, отпивая несколько глотков кофе.

— Но подготовиться и правда нужно тщательно. — Затягиваясь сигаретой, проговорил Михаил. — Патя, нам нужен план.

— Это время. — Понятливо кивнул я. — Значит, акция пока только планируется? Мы еще не вылетаем на всех парах в далекое, веселое…

— Нет. — Фыркнул в ответ наставник. — Но поработать придется.

— Это понятно. — Покивал я.

— Ну, так чего стоишь? Вперед! Аналитики и остальные в твоем распоряжении, пусть тоже жопы напрягут! Не все же нам с тобой свои жопы морозить по Запретным Землям. Пусть и другие поработают.

И другие заработали. Как те самые шестеренки в хорошо смазанном механизме. Неделя пролетела, так что я ее даже не заметил. Я даже парочку раз и домой не ездил ночевать, спускаясь в подвалы ИТМ. Там просто камеры были, а в них вполне себе приличные матрасы. Да и кормят там вполне себе.

План мы разрабатывали сложный. Я бы сказал, слишком сложный. Во-первых, мы искали подходящее прикрытие в столице Бурамского Княжества. Это полбеды. Второе, Котов хотел задействовать несчастных драргов. Плюс к этому привлечь дополнительные силы, которые совместно с драргами, смогут отвлечь основные силы серых в Княжем Граде, столице Бурамского княжества.

— Ну и на хрена так все сложно выходит? — Спрашивал я у Котова.

— Чтобы ты, тормоз, смог добраться до портала, сделать свое грязное дело, а потом смог свалить. — Как умственно отсталому объяснял мне Михаил.

— Смотри сам, — вздыхал я в ответ, — драрги ребятки трусоватые, так что раньше, чем мы закроем портал, рыпаться не будут. Так, могут помочь устроить парочку диверсией, но на этом и все. Так, что я бы на них особо сильно не рассчитывал.

— Нет. — Отрицательно покачал головой Котов. — Без них, нам не слинять.

— То есть ты хочешь единственных союзников, которые у нас есть, пустить под нож? — тут же спросил я.

— Нет. — Фыркнул наставник, после чего тыкая меня указательным пальцем в лоб, пояснил. — Они так и так, подготовят восстание. Им нужна будет только отмашка.

— Хорошо. — Кивал я головой, соглашаясь с этим доводом. — Но это не значит, что их не снесут потом. Без прикрытия, без снабжения, да еще и без помощи…

— В столице находится основное командование Серых. Если мы помимо закрытия портала, еще и организуем процесс умножения тварей на ноль… — Михаил даже поиграл бровями, пытаясь передать всю сладость своей задумки.

— То вражеские войска на какое-то время станут дезорганизованными. — Понятливо кивнул я. — А теперь, сам подумай — их командиры, которых они называют Кощеями, являются обладателями магии. Теперь вопрос к тебе со звездочкой — сколько драргов придется положить, чтоб упокоить одного кощея?

И вот тогда между нами впервые повисла тягучая тишина. Математика страшная штука. Спорить с ней — бессмысленная затея, она всегда выводит то, как оно есть. Бессердечная тварь, в общем.

В общем, слабые места, сложного, многофакторного плана Котова, я находил довольно быстро. Но что прискорбно, был не в силах предложить решений или альтернатив, за что часто был бит. В прямом смысле слова. Михаил знал, что Соньки нет, так что на месяц подготовки вытащил меня на полигон. И вот там он отводил на мне всю свою душу.

Хотя чего греха таить — я в долгу сильно тоже не оставался. Рунный язык, который я выучил, позволял модернизировать любые нейтральные, считай кинетические техники, в нечто новое. Более того, теперь, пользуясь знаниями, я мог, в общем-то, создавать новые плетения, аналогов которым среди техник не встретишь.

Но все это виделось мне, как бы это правильно отразить, лишь стороной монеты. Грубо говоря, я видел необходимость, комбинированного метода применения. Того самого, где техника и плетение, становятся одним целым. Так же, как мне удалось сделать с Буром.

Вот только смущало жесткое ограничение силы. Если ранее я привык действовать, считай на стыке условных стихий, то здесь необходимо было оставаться рамках одной. И это так же накладывало свой отпечаток на разрабатываемые мной плетенья.

За все время, проведенное в боях, я заметил, что у меня крайне мало техник направленных на площадь поражения. Т. е. нет масштабных техник, а основная масса все больше имеют точечное воздействие. С одной стороны это объясняется изначальной подготовкой, с другой… нужно было поправить это дело.

Так и родилось плетение динамических копий. Состояло оно из кинетической стены, которая двигалась в нужную мне сторону и непрестанно, в шахматном порядке, атаковала сотнями кинетических игл противника. Ну, да. Иглы были толстыми, потому и назвал я это плетенье динамичными копьями, вместо ежика.

Точно в такой же логике родилось и плетение лес лезвий. И если ранее я уже контролировал кинетические лезвия, то теперь я программировал их на площадь, в рамках которой, они беспрестанно атаковали, чередуя лезвия и иглы.

Не забывал я и про технику вакуумного удара, которую создал, когда мы с Михаилом брали мозгоклюя. К моему удивлению, она оказалась из разряда нейтральной магии. И вот здесь конечно мой гений разошелся. Я экспериментировал со сферами, но они слишком медленно летали. И вот тогда я решил сменить свой подход. В общем, мне удалось создать кинетические клинки, которые при соприкосновении с целью, срабатывали как вакуумный взрыв. Это было ультимативным решением. По крайней мере, я на это искренне надеялся.

Так же пока готовились к предстоящей операции, я с любопытством изучал и обстановку на линии фронта. И вот там было все не очень хорошо. Часть позиций постоянно гуляло туда-обратно. То Серые возьмут штурмом, то мы их выбьем и на их плечах ворвемся к ним на позиции, после чего откатимся обратно, ибо враг уже контратакует.

Но наши тоже не лыком были шиты, и не взирая на участившие ракетные атаки по городам Империи, мы в долгу не оставались. Наши беспилотники и артефактные ракеты тоже плотно работали по противнику, но если враг предпочитал действовать методом террора и запугивания, то есть по гражданским объектам, то наши были сосредоточены на затруднении логистики.

Хотя если быть честным, ситуация на фронте была таковой, что логистика, была самой ценной целью. Фронт еще не начал откатываться только из-за того, что Серые постоянно несли потери. А доставка бойцов, провианта и боеприпасов, было у них и вовсе самым неблагодарным делом, ибо наши дронщики активно охотились за такой дичью.

Конечно же пару раз и командование армии Империи Равных атаковала вражескую столицу, разместившуюся в столице некогда союзного государства. Атаковали к слову склады.

Многие успехи подобной подрывной деятельности принадлежали не только нашим военным, но как оказалось и тем самым драргам, которые не жалея себя, работали на общую идею.

И вот здесь было двоякое чувство у меня. С одной стороны, они наши союзники, они хотят свободы от алчных тварей, а с другой, из-за их действий, погибают их же соотечественники. То есть они в каком-то роде предатели-освободители?

Котов, когда узнал, о чем я размышляю, лишь покачал головой, покрутил пальцем у виска и прочитал целую лекцию, которая сводилась к короткому выводу: драрги — освободители своего народа, ибо борются с доминирующим меньшинством, занятым бездумной утилизацией своего народа в собственных интересах.

Я помниться тогда весь вечер ходил, и пытался осознать, что мне наставник наговорил. Он конечно ржал, подкалывал, но все же не мешал. И вот когда я осознал, то невольно скривился. Ведь нас точно так же учили, что ни одна революция, ни одно восстание невозможно без трех параметров: 1. Идея. 2. Деньги. 3. Люди. — Причем все эти параметры взаимосвязаны между собой. Выкинь один и обрушиться все. А здесь у нас — идея есть. Деньги? Ну, скажем ресурсы, выделяются да. Будем считать есть. Хотя и люди, пусть они и Серые, тоже есть. Значит это управляемое восстание? Так что ли?

Признаться честно, мне было как-то дико осознавать, что страна, в которой я живу, решилась проводить революцию в стане врага. И это если не учитывать, что по докладам тех же драргов в верхушке Серых и без того идут постоянные терки и постоянная борьба за власть.

Когда касаешься всех этих нюансов, голова начинает идти кругом.

К чему я это все? Точно! В общем после того разговора в котором я отстаивал права драргов и не желал класть повстанцев просто так, был разработан детальный план мероприятия.

Во первых, после прогонки аналитики, в том числе и через искин, Михаил все пришел к выводу, что да. Если драрги поднимут восстание — они там все и останутся, а ведь в будущем они нам очень могут пригодиться в плане завершения войны. Посему было решено провести несколько отвлекающих ударов, и только частью ополчения. Проще говоря драрги должны будут совершить диверсии в разных частях города, пока мы с Котовым будем прорываться к святая святых.

Вот самое сложное было с отходом. Здесь путей было два. Либо вперед и через линию фронта, а это ой как долго, либо вновь кружной дорогой. Но даже для этого, требовалось выбраться за пределы территории Бурамского Княжества, и совершить несколько перелетов, ибо прямого авиасообщения Империи Равных и Киноро — увы, не было. Хотя это знатно бы облегчило нам работу.

Вроде бы ничего сложного, правда? Почти. Следующий этап плана, предусматривал перегрузку местных сетей. Аматоры типа драргов с такой задачей уже не справятся, так что необходимо было привлечь еще и группу спецов, которые смогут провернуть эту диверсию.

Далее необходимо было подгадать момент, когда лучше всего это будет провести. И тут, увы, так складывались обстоятельства, что лучшее время будет в приезд каких-то шишек из Ардонской Республики. Если верить данным разведки, это оружейники, которые решили подзаработать, впарив Серым современные технологии, хотя те и без них неплохо справлялись.

Почему это лучший момент? Да по той простой причине, что ныне попасть на территорию Княжего Града посторонним — проблематично. Особенно людям. Вот и приходится подгадывать тот самый момент.

— Значит, нам с тобой, нужно каким-то чудом втиснуться в делегацию Ардонцев? — Со скепсисом на лице спросил я у наставника.

— Как вариант. — Согласно кивнул он своей головой в ответ.

Мы сидели на крыльце второго этажа, любуясь далекими звездами, и заканчивали обсуждение, предстоящего плана. По большей части, вся подготовительная часть была готова. Оставались самые мелкие нюансы. Типа, какая группа возьмет задание по диверсии на электростанции, какая займется эми-атакой. А ведь последняя заставит серых остаться на какое-то время безоружными. Мы даже с Маршевым согласовали под это дело удар артефактными ракетами.

И, конечно же, оставались драрги, которые уже были в городе, но которых требовалось еще вооружить.

— То есть, у тебя есть другие идеи? — С любопытством спросил я своего наставника.

— Мы ведь можем быть конкурентами Ардонцев, скажем из… — Михаил приложил указательный подбородок к щеке, задумчиво глядя на сгорающий в атмосфере мелкий метеорит, — Федерации Вальва.

— Как вариант. — Согласно покивал, головой в ответ я, соглашаясь с таким раскладом. А если еще учесть, что именно в Федерации Вальва куча небольших оружейных компаний, то и выйдет вполне логично. Думаю у конторы и без того присутствует соответствующее прикрытие. Оно как бы и самое логичное. Вот только… нужно использовать контору, которую еще не успели запалить. — И тогда нам ведь не обязательно подгадывать момент, когда приедут ребята из Ардонской Республики.

— А вот здесь, Патя, ты спешишь с выводами. — Отрицательно покачал головой мой наставник. — Именно присутствие Ардонцев и обеспечит нам более надежное прикрытие. Тем более, что под шумок, можно организовать целый… — он пощелкал пальцами, — тендер.

— Ты предлагаешь, послать туда кучу представителей оружейного рынка? — Удивленно вскинув брови, спросил я, все еще не веря в задумку Котова.

— Именно. Не очень много, но и помимо нас, должно быть две-три дополнительных делегации. Тогда прикрытие будет более надежным. — Отозвался он. — Ладно! Завтра съезжаешь с базы.

— Чего это? — Удивился я, но даже не столько самой новости, сколько такой резкой смене темы.

— Рыжая твоя возвращается. — Фыркнул в ответ Михаил. — Да и одна моя…

— Танцовщица? — Вскинув бровь и расплывшись с хитрой улыбке спросил я.

— Ага. Тоже приезжает наконец-то с гастролей. Так что дадим себе парочку дней на отдых.

Сонька и правда приехала домой на следующий день. Я встречал ее прямо у входа. Такому моя рыжая беда оказалась рада. В общем после бурных и долгих приветствий, которые затянулись до самого вечера, мы решили немного погулять и поужинать в ресторане.

И вот это стало странным моментом. Мы поужинали при свечах, выпили по бокалу вина, но все это происходило под дежурные фразы, дежурные улыбки. А в остальном между нами была тишина. Вот тогда я видел, что у меня своя жизнь, у нее своя. И черт! Это было больно. Обидно и больно.

А потом мы пошли прогуляться. Шли все так же молча, каждый думая о своем. Я о том что мы с Романенко стали мало разговаривать, а она… да откуда мне знать, что творится в той рыжей голове.

— Пать, а ты меня любишь? — Неожиданно спросила она, остановившись и посмотрев в мои глаза.

Я остановился, честно отвечая на ее взгляд. И вопрос заданный ею, я направил внутрь себя, в поисках того самого отклика. Да или нет.

— Да.

— Так скажи! — Картинно нахмурив бровки, потребовала она.

Мне вдруг стало смешно, и как-то само собой на второй план ушло, что нам не о чем с ней поговорить. И вновь вспомнилось, что у нас есть о чем помолчать на двоих.

— Знаете, кто такой же наглый и хитрый как вы, мадам? — Шутливо спросил я у девушки, прищурив глаза.

— Так, ты это, тему давай не уводи! — С легким ударом кулачком в грудь, потребовала она.

— Не знаете? А ведь она такая же рыжая! — Воздев указательный палец, заявил я.

— Ах ты ж! — Возмущенно воскликнула Романенко, и попыталась меня ударить, но я увернулся. — Стоять! Я тебя не сильно побью. Тебе понравиться! Иди сюда.

— Не-не. Спасибо. — Давясь смехом, ответил я, продолжая убегать от шутливо-сердитой Соньки.

— Ах так! — Возмутилась она, и к нашему забегу по вечернему парку добавились еще и легкие магические подножки и прочие изыски погони и побега.

Прохожие смотрели на нас… да хрен его знает, если честно, как они смотрели. Кто-то может с умилением, кто-то с раздражением, или даже осуждением, но точно никто не смотрел на нашу парочку без эмоций. А я кайфовал. Вот такого мне оказывается и не хватало в последние дни, где долбанный Котов загружал мои мозги и нервы до предела, раз за разом под орех разделывая на полигоне, что в рукопашке, что в магии. И никакие руны ему помехой не были, чтоб его! Профессионал хренов.

— Пать! — Ткнула Рыжая меня в бок, когда мы уже направлялись на выходе из парка, под светом весенних звезд, что на территории самого парка не были так сильно приглушены городскими огнями.

— А? — Отозвался я, задрав голову вверх и любуясь брильянтовым великолепием небес.

«Аз Есьм — я был, есть и буду всегда» — Пронеслось в тот момент в моей голове.

— А у нас будут дети? Как думаешь? — Ударила по больному Романенко.

Тяжело вздохнув, я обрушился с небес на землю, словно мифический Икар. Крылья растаяли, слишком близко приблизившись к солнцу. Больная тема. Больная для нас обоих. Смешно сказать, но мы оба готовы к детям. И если Сонька еще даже не представляет, что за звиздец нас ждет, то я как отец троих детей, в прошлой жизни, прекрасно все понимаю. И… Да, не страшно это. Наоборот радостно. Хоть и придется какое-то время поспать в пол глаза.

— Когда-нибудь, точно будут! — Уверенно сообщил я Соньке, прижимая девушку за талию к себе. — Обязательно будут!

«Если выживу в предстоящем… мероприятии» — мысленно добавил я.

А уже на следующий день, позвонил Котов и сообщил, что операция начинается прямо сейчас. И нет, чтоб как-то заранее предупредить! Нет же! Звонок в шесть утра и фраза: «Коловрат, операция началась. Я внизу, спускайся, у нас через час самолет».

Вот как? Как такое можно назвать? Все же Михаил без подколок — это кто-то кто им прикидывается. Факт, чтоб его!