Глава 4

Оставшись в комнате одна, я в первую очередь скинула промокшие кроссовки, стащила сырые носки и подвернула штанины джинсов. Стоять босиком на каменном полу было определенно плохой идеей, поэтому, подхватив сумку, я перебралась на ковер с толстым ворсом, по которому можно было дойти до широкой кровати. Джинсовую куртку, оставшуюся сухой благодаря плащу, я кинула поверх покрывала, а потом и сама плюхнулась на него и принялась рыться в сумке, ища пачку сигарет.

Пачка нашлась, а вот зажигалка куда-то запропастилась, хотя я была уверена, что взяла и ее. Пока рылась, вспомнила мужчину, которого видела внизу, и его огненный шар. Интересно, я тоже так смогу, когда отучусь здесь? Мне бы пригодилось умение зарождать хотя бы крошечный огонек, потому что зажигалки я постоянно теряю.

Но пока я так не умела, а мелкая вредина на редкость хорошо спряталась, поэтому от идеи успокоительной сигареты пришлось отказаться. Огонь в камине, конечно, мог решить проблему, но я не видела вокруг ничего, на чем его можно было безопасно перенести, а засовывать в камин голову я считала не слишком удачной идеей. В конце концов, я не такой уж заядлый курильщик, а поберечь сигареты тоже неплохо, у меня с собой всего одна пачка. Едва начатая, но все же. Стоит сперва узнать, когда я смогу разжиться пополнением и смогу ли вообще.

Засунув сигареты обратно, я пристроила мокрые кроссовки поближе к камину, чтобы просохли, на ручку кресла, стоящего рядом, повесила носки с той же целью, после чего решила повнимательнее познакомиться с комнатой.

В первую очередь меня заинтересовала еще одна дверь, а помещение за ней заставило забыть переживания по поводу шкафа. Там обнаружилась огромная и сейчас практически пустая гардеробная. На полках я нашла только ночную сорочку: из плотной ткани, до щиколоток и с длинными рукавами. Да, пожалуй, в замке достаточно «свежо», чтобы спать в подобном одеянии. Иначе утром, наверное, из-под одеяла не вылезти. Судя по тому, что на вешалке меня ждал еще и весьма теплый халат, с отоплением здесь совсем беда. На нижней полке также обнаружились туфли. Достаточно мягкие и удобные, чтобы использоваться в качестве тапочек, что было весьма кстати: босые ноги уже заледенели.

Остальные вешалки и полки пока пустовали. Трудно было представить, сколько одежды и обуви сюда поместится, у меня сроду такого количества не было. Конечно, не факт, что папаша планирует заполнить это помещение до отказа, но в местные магазины сходить будет интересно. Я надеялась только, что в новом мире обойдется как-то без корсетов. Пока он производил впечатление несколько отставшего от нашего, так что нормальные лифчики здесь вряд ли уже изобрели. Среди прочего я прихватила с собой запас нижнего белья, пару футболок и даже сменные джинсы, но оставался вопрос уместности всей этой одежды здесь.

Следом я отправилась инспектировать санузел, и там меня ждал самый приятный из всех сюрпризов.

Прежде всего, в нем имелся душ! Ну, или вроде того: закуток, в котором из дырок в потолке текла вполне приемлемая по температуре вода. Уходила она через одну большую дырку в полу. Странным показалось то, что она не выглядела глубокой, то есть не была похожа на начало трубы. То, что вода полилась, едва я вошла в ванную, тоже удивило, но сейчас вполне устроило. Потому что никаких вентилей для регулировки напора и температуры я не увидела.

Помимо душа, в комнате стояли вполне себе вместительная ванна, у которой, правда, не было ни кранов, ни слива вообще, раковина с той же проблемой и… да… Он. Ночной горшок. Вероятно, совсем новый, поскольку выглядел таким чистым, что из него можно было бы и воду пить.

Решив, что вопрос с работой раковины и опорожнением горшка можно отложить и до утра, я поспешила воспользоваться последним по назначению, поскольку терпеть уже не было сил. Лежавшие на близстоящей тумбочке бумажные салфетки пришлись кстати, поскольку прекрасно заменяли туалетную бумагу. А крышка делала использование горшка вполне сносным. Что я, у бабушки на даче никогда не гостила? Там у нас долгое время был подобный «биотуалет».

Вода в душе так и текла, пока я бегала за ночнушкой и лазила по шкафчикам в поисках полотенец и какого-нибудь мыла. Нашла в итоге вполне приличную мочалку и даже нечто мягкое и мылящееся, но похожее больше на крем в баночке, чем на гель для душа или жидкое мыло. Впрочем, пахло оно приятно и не сушило кожу – чего еще пожелать?

Помывшись и вытершись полотенцем, я поняла, что с душем все же будут проблемы: вода продолжала течь, а как ее выключить, я не знала. Для верности осмотрела закуток со всех сторон, даже стены потрогала в поисках скрытого управления – ничего.

Идти сейчас за отцом или Мелисой совершенно не хотелось, но и оставить воду так я не могла: она же будет шуршать всю ночь, а даже если нет, я буду знать, что она льется. Для человека, жившего со счетчиком воды, это было неприемлемо. Я продолжала в отчаянии шарить рукой по стенам в безуспешных попытках найти какой-нибудь потайной камень-кнопку.

– Да хватит уже! – в конце концов не выдержала я. – Выключись!

В одно мгновение поток воды прекратился. Неужели так просто?

– Эм… Вода, включись! – интереса ради велела я.

Поток возобновился.

– Выключись!

Остановился. Круто… Прямо умный дом средневековья! Или… какая у них эпоха? По истории я выше тройки никогда не имела, поэтому затруднялась с определением.

Разобравшись с водными процедурами, я вернулась в спальню, где мгновенно напряглась и настороженно оглянулась по сторонам. Однако комната оставалась такой же пустой, какой была до моего похода в душ: свет люстры под потолком был достаточно ярким, чтобы не оставить визитеру шансов притаиться в темном углу.

И тем не менее обеденный стол оказался уставлен тарелками, и от некоторых поднимался красноречивый пар, как будто горячее блюдо едва внесли и поставили.

На всякий случай я проверила, не спрятался ли кто в гардеробной, но и она была пуста. Видимо, еду принесли, пока я воевала с душем, причем очень тихо. Почему-то от этой мысли стало не по себе: вероятно, в замке есть прислуга, но я совершенно не привыкла к тому, что в мою комнату могут заходить какие-то левые, неизвестные мне люди.

Захотелось закрыться, но на двери не нашлось ни замка, ни щеколды. И команда: «Дверь, запрись» не сработала ни в одном из полудюжины вариантов, что мне удалось придумать. Поэтому я просто подперла ручку стулом. По крайней мере, если ночью кто-то решит войти, я услышу и проснусь, меня не смогут застать врасплох.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что ужин мне подали разнообразный и весьма обильный: здесь было и мясо трех видов – холодное и горячее, и сыры, и овощи, и крупа, похожая на булгур, и какой-то теплый напиток в огромной кружке, напоминающий несладкий компот. Обычно вечером я столько не ем, но мой последний прием пищи был давно, а день оказался долгим и насыщенным, поэтому я метала еду с тарелок так быстро, словно соревновалась с кем-то на время. И все равно осилила едва ли половину, что меня, конечно, не огорчило. Остальное вполне могло стать завтраком.

Еду я оставила на столе за неимением иных вариантов, лишь попыталась разместить все компактнее, чтобы прикрыть одни тарелки другими, освободившимися. Немного посидела, удрученно разглядывая обстановку. Пока все складывалось весьма неплохо, но тишина вокруг угнетала. Не давала отвлечься от тревожных мыслей. И смартфона нет: не переключить внимание на забавные картинки и короткие видео.

Впрочем, мысли все равно путались от усталости, и я решила, что нужно ложиться спать. Грядущий день обещал быть не менее напряженным и насыщенным, чем последние два.

Перед тем как лечь в постель, я еще раз заглянула в ванную: от разыгравшейся жажды с компотом я явно переборщила, осушив кружку до самого дна. Там меня ждал еще один приятный сюрприз: ночной горшок оказался пуст, чист и свеж, словно только что поставлен. Снова использовав его по назначению, я опустила крышку, постояла несколько секунд и приподняла ее, осторожно заглянув внутрь. Горшок опустел.

– Вот это магия, вот это я понимаю! – удовлетворенно пробормотала я, нервно усмехнувшись.

Поскольку с раковиной я так и не разобралась пока, руки помыла в душе. Не особо удобно, конечно, но хоть ночнушку не намочила.

Вернувшись в комнату, тихо выругалась: с обеденного стола тоже все исчезло, словно ничего и не было. Опасливо покосилась на дверь: стул подпирал ручку ровно так же, как я его оставила. Значит, сюда никто не заходил. Впрочем, может быть, поэтому здесь и нет замков: все просто телепортируются туда-сюда. Как содержимое горшка.

– Ладно, хватит на сегодня впечатлений, – сказала я самой себе. Очень уж сильно тишина давила на уши.

Стул я все-таки убирать не стала и прихватила у камина кочергу – поставила поближе к кровати, чтобы можно было дотянуться до нее не вставая. Только после этого забралась под одеяло и пристально посмотрела на люстру.

– Выключись!

Лампочки – или что там на ней горело – погасли, комната погрузилась в темноту. Не кромешную, потому что огонь в камине все еще горел, потрескивая. Его отсветы плясали на стенах. Было слышно, как шуршит по окнам дождь и где-то завывает, плача, ветер. Никаких других звуков до меня не доносилось, словно замок внезапно опустел, а я осталась в нем совсем одна.

От этой мысли сердце непроизвольно забилось быстрее, а по коже побежали мурашки. Я подтянула колени к груди, накрывшись одеялом едва не с головой. Тревога не покидала меня все это время, но сейчас стало почти так же страшно, как в темноте туннеля, наполненной неясными шумами. Мне даже показалось на секунду, что я снова слышу вздохи и шипение, похожее на шепот, и чей-то не то плач, не то стон.

Но это, конечно, были просто дождь и ветер, доносящиеся до меня сквозь сон, в который я мгновенно провалилась.

Загрузка...