Глава 5

Ночь прошла беспокойно. Я ворочалась, постоянно просыпалась. Мне мерещились вспышки молний, рассекающие небеса, или огненные послания, зависшие в воздухе. Утром встала мрачнее тучи. Бесило абсолютно всё: от опостылевшего песка до шума прибоя и горластых чаек. Как же хотелось хотя бы одну ночь провести на нормальной кровати, искупаться в настоящей ванне и не видеть безумного розового в белую крапинку солнца над головой! Триста тридцать три раза пыталась сменить его цвет на привычный жёлтый, но лампа почему-то отказывалась корректировать пейзаж.

Я вышагивала по пляжу, не решаясь выбраться наружу. Ещё вчера горела желанием добраться до Северного Аравита, а сегодня что-то совсем расклеилась. И, что самое противное, прекрасно понимала, что вовсе не вынужденная прогулка за Грань тому причина…

Даркан не оставил лампу в лесу. Теперь я знала это точно. Артефакт покоился на подушке рядом с головой спящего демона. Вылетев из лампы, очутилась на кровати в доме перевёртышей. Ещё б сообразить, как бы мне слезть, не потревожив Шэлгара. За стенкой заплакал ребёнок, к нему тут же присоединился второй горластый малыш. Так, надо бежать из спальни, и как можно быстрее. А то вдруг Даркана спросонья потянет исполнения третьего желания потребовать?

Осторожно свесив ноги с кровати, прислушалась к тихому, размеренному дыханию демона. Даркан спал, зарывшись лицом в подушку. Рука сама потянулась пригладить разметавшиеся вихры. Демон не шелохнулся. Осмелев, убрала прядь с его щеки и облизнула пересохшие губы. Даркан слегка зашевелился, заворчал и притянул лампу к себе. Надо бы поговорить с Шэлгаром и постараться втолковать, что не дело артефакт в кровать тащить. Это же не любимый плюшевый мишка. Как представлю, что каждое утро, выбираясь из лампы, буду появляться рядом со спящим Дарканом… Пара таких пробуждений, и никакое желание загадывать не потребуется.

Затаив дыхание, слезла с кровати, крадучись сделала несколько шагов к двери. Рывок, перемещение, падение и торжествующее:

– Вот, Джинни, как надо притворяться спящей!

– Учту на будущее, – послушно закивала я, стараясь не делать лишних движений. Положение оказалось и так более чем провокационным: я лежала на Даркане, уткнувшись носом ему под мышку, а демон неторопливо перебирал волосы у меня на затылке. Не спал ведь, зараза чернявая! Попыталась встать, и тут же его руки скользнули чуть ниже спины, удерживая на месте:

– Куда это ты собралась? Я с тобой ещё не закончил.

Из лампы я выбралась в замшевой рубашке и штанах, но сейчас казалось, что одежды на мне катастрофически мало. Каждое прикосновение Даркана отзывалось россыпью обжигающих мурашек. Огненная саламандра, в роду которой явно затесались нимфеи, жаркой змейкой пробежала по телу. Попыталась урезонить разбушевавшуюся стихию, но та принялась кружить в районе живота, словно именно сегодня был последний благоприятный день для гнездования огненных элементалей. Робко воззвала к водной ипостаси, но та, журча и фыркая, выдала такой гейзер воспоминаний, что оставалось только зажмуриться и уповать на разумную, воздушную часть меня, но и та самым наглым образом самоустранилась.

– Учти, Джинни, загадывать последнее желание я не намерен… – коварно объявил демон и замер в ожидании ответа, даже спину оглаживать перестал.

Это было нечестно! Даркан самым бессовестным образом переложил принятие решения на меня. Отчасти я его понимала. Кому охота, чтобы согласная на всё дева впоследствии включила задний ход и принялась причитать, что она не хотела, не собиралась и вообще её не так поняли. Именно так зачастую ведут себя человеческие и в особенности эльфийские девушки. Хвала Богине, элементали подобному безумию не подвержены. Однако Даркан являлся владельцем лампы. Мысль о том, что Шэлгар по-прежнему оставался моим хозяином, неприятно царапнула по сердцу. Вспомнился и наш последний разговор в лесу, после которого я в слезах вернулась в лампу. Вдруг демон решил, что я специально использовала наше взаимное влечение, чтобы ускорить исполнение последнего желания? Даркан тут же уловил смену настроения, вот только причину истолковал неверно:

– Джинни, ты чего? Я же не хотел тебя обидеть. Бездна! Ты там что, плачешь?!

От ответа меня спас стук в дверь и робкое:

– Госпожа, наш сынок…

С кровати я не вскочила – взлетела, щёки заливал нестерпимый стыд. Не зря я подозревала, что обережницы толковой из меня не выйдет. И суток не прошло, как забыла о подопечном. Вчера, после возвращения из Сумеречья, я была слегка не в себе, но утром-то стоило первым делом подумать о рысёнке, а не засматриваться на спящего демона.

Хозяйка дома стояла на пороге и переминалась с ноги на ногу. Ещё один огнекамень в жаровню сожалений: вломились в чужой дом, разлеглись на чужой кровати…

«Джинни, ты помогать рысёнку собираешься или будешь заранее его оплакивать?» – мысленно проворчал Даркан.

– Что с малышом? – еле выдавила я, страшась услышать ответ.

– Обернулся. Только что! – Женщина схватила меня за руку и потащила в соседнюю комнату, оказавшуюся мастерской. Стены в ней были увешаны пестрыми коврами, лавки заставлены корзинами с мотками пряжи и ниток. Но мой взгляд притягивала лишь одна корзина, та, в которой звонко агукал темноволосый карапуз. Горло перехватило, в груди разгорелось тёплое и ласковое пламя. Оно растеклось по телу и выступило влагой на глазах. Я повернулась к хозяйке дома:

– Он сильный и справился бы в любом случае.

Лицо женщины озарилось солнечной улыбкой, во взгляде светилась гордость.

– Тагир уже готовит костёр. Мы хотим, чтобы именно ты провела ритуал Омовения Огнём для наших детей.

Я рассеянно кивнула в ответ. Оказывается, для того, чтобы совершать чудеса, необязательно прибегать к помощи лампы, исполняющей желания.

* * *

С рассветом завывающая метель утихла, сменившись лёгким ласковым ветерком. Переживший разгул стихии лес не просто просыпался, он ликовал. В журчании ручейков, в звонкой капели, в переливчатом пении птиц мне чудился гимн Праматери Земле.

Не успела я спуститься с крыльца, как в воздухе разлился сладковато-терпкий аромат ванильного кофе. Я замерла и едва не заурчала, словно кошка, унюхавшая запах валерьянки. Глубоко вздохнув, откинула голову назад. Появление Даркана почувствовала за мгновение до того, как Шэлгар приобнял меня за талию, по-хозяйски уткнувшись подбородком в макушку. Возмутиться я не успела, перед носом в воздухе зависла деревянная кружка с ароматным напитком. Нечестный ход! Я ни секунды не сомневалась, что стоит начать протестовать по поводу чересчур вольных объятий, и кофе исчезнет. Дегустация живительно-обжигающей жидкости сопровождалась довольным смешком демона. Я прикрыла глаза, наслаждаясь временным перемирием. О планах Даркана насчёт меня и о предстоящем путешествии в Северный Аравит смогу расспросить чуть позже, после проведения ритуала.

Киара, мать новорождённых перевёртышей, оказала мне невероятную честь и доверие, когда попросила провести обряд посвящения рысят пылающей стихии. До сегодняшнего дня мне ни разу не приходилось принимать участие в ритуале Омовения Огнём, но Киара и Тагир были уверены, что я всё сделаю как надо, и, глядя в полные надежды жёлто-карие глаза молодых родителей, я не смогла отказаться. В конце концов, Огонь – моя родная стихия. Небольшая заминка произошла, когда речь зашла о церемониальной одежде. Киара была почему-то уверена, что ритуал надлежит проводить исключительно босиком и в белой хламиде. Я попыталась объяснить, что выбор одежды не играет никакой роли, но потом сдалась. Было намного проще облачиться в предложенное платье, чем переубедить рысь.

– Не холодно? – Даркан участливо дотронулся до моего плеча.

Я переступила босыми ногами на деревянном настиле.

– Ты же знаешь, я редко мёрзну, но, признаюсь, мне слегка некомфортно в этом платье. Надо было хотя бы шаровары оставить. Как можно сохранять торжественный настрой во время церемонии, стоя в огне с голым задом? Не понимаю, откуда у перевёртышей в лесной глуши взялось вельтское кружево.

Очередной смешок демона должен был направить мои мысли в правильном направлении, но я оказалась так поглощена предстоящим ритуалом, что не придала ему значения.

Шаловливый ветерок взметнул край юбки. Пришлось придержать её руками. Платье было тонким и невесомым, словно снежная паутина. Если бы к нему не прилагалась нижняя рубашка из шёлка, я бы ни за что не согласилась его надеть. И всё-таки, как бы я ни ворчала из-за упёртости Киары, предложенное платье мне действительно понравилось. Восточный крой, широкий пояс и объёмные рукава были не только в моём вкусе, но и отвечали последним веяниям истринской моды.

Восточный крой! Догадка озарила огненной вспышкой. Деревянная кружка вспыхнула в ладонях и рассыпалась мелким пеплом. Поспешно вытянула руки, чтобы сажа не оставила пятен на платье.

– Проблемы с самоконтролем, Джинни?

Я обернулась. Быстро. Очень быстро. И всё равно не успела. Демон исчез.

* * *

Даркану удалось вывести меня из себя. Я дошла до той точки кипения, когда собственная магия принимала размах катастрофы. Маленькая тучка, призванная смыть сажу с рук, щедро окатила меня ледяным дождём. Злиться стоило на себя и собственную криворукость, но я упорно продолжала поносить Шэлгара, его кружевной подарочек и заодно дорогу, ведущую в Северный Аравит. Когда я дошла до обитателей города, то устыдилась. Уж они-то не имели никакого отношения к утраченной концентрации и стихийному выбросу силы.

Так, Джинни, живо успокаивайся. Церемония вот-вот начнётся, и вряд ли Киара придёт в восторг, если её малышей омоет огнём мокрая курица. И зачем только Даркан сунулся со своим платьем? Что он хотел доказать? Что может безнаказанно манипулировать окружающими? Мне теперь что, в каждом подарке, в каждой улыбке или протянутой руке подозревать подвох?

«Я всего лишь хотел увидеть тебя в этом платье…» – устало пояснил демон, но меня подобное объяснение не устроило.

Всего лишь увидеть? Как же! Так я и поверила!

Вытянув руку ладонью вверх, призвала горячий поток воздуха. Обсохнуть, провести церемонию и вернуться в лампу. Всё! И пусть Даркан сам в Аравит топает, если тот ему так нужен.

«Нарушение магического контракта влечет за собой наказание в виде увеличения срока пребывания в лампе на одну сотню лет…» – прозвучал в голове незнакомый голос, но я ему почему-то сразу же поверила. На сотню лет? Обалдеть! Я едва не подпрыгнула от возмущения и тут же потеряла концентрацию повторно.

Крошечный вихрь превратился в смерч и подбросил меня выше верхушек елей. Зажав рот руками, подавила испуганный крик, но перевёртыши всё равно меня услышали. Из леса на полянку выпрыгивали серебристо-белые рыси – поприветствовать новорождённых собралась вся стая. Я же мухой, угодившей в паучью сеть, болталась в воздухе. Как же это меня так угораздило? Стиснув зубы, бестолково размахивала рукой, но стремительно вращающийся поток воздуха не давал начертить нужный символ. Развоплотить смерч не удавалось, вырваться из его объятий тоже. Хорошо, в последний момент догадалась взлететь чуть повыше, иначе бы ещё и верхушки елей зацепила. Последние мозги бы отшибла. И тут круговерть завершилась…

Свободное падение длилось недолго и прервалось у самой земли. Во время полёта я не могла колдовать – руки были заняты: кружевная юбка развевалась подобно парусу в бурю и грозила оказаться на голове. Когда я приземлилась на полянку, на лицах рысей, уже успевших принять человеческий облик, промелькнуло явное разочарование. Неужто надеялись, что я грохнусь? Липкий, маслянистый взгляд близстоящего мужчины отчасти прояснил ситуацию.

– Вы хорошо летаете, – оскалился в улыбке он и подал руку, чтобы помочь подняться.

Издевается, что ли? Подобного безумного полёта у меня не было со времен участия в гонках на диких вивернах, но что-то я не припомню, чтобы меня после них так шатало.

– Разминалась перед церемонией! – беззаботно поведала я и с благодарностью ухватилась за предложенную ладонь. Голова всё ещё кружилась.

– Не хотите ли повторить? Готов поймать вас в полёте.

С негодованием уставилась на перевёртыша, запоздало вспомнив, что звери расценивают прямой взгляд как вызов. Желтоватые глаза смотрели не просто оценивающе. Похоже, рысь счёл добычу годной к употреблению и прикидывал, как бы половчее запустить в неё клыки. Изящные ноздри слегка раздувались, дыхание было глубоким. Эта морда усатая самым бесстыжим образом меня обнюхивал! Весна, горячая кровь, проблемы…

«Джинни, рекомендую вернуться в дом и привести себя в порядок…» – В ментальном голосе демона проскользнуло недовольство.

«Не это ли ваше третье желание, мой господин?»

«Нет. Но сомневаюсь, что Тагир и Киара захотят, чтобы ритуал Омовения Огнём провело перелётное чучело. Впрочем, если тебе так не терпится продолжить начатое знакомство, могу попросить их подождать… Часа так два-три…»

Я зашипела, точно дикая кошка, при этом интерес во взгляде перевёртыша возрос.

– Прошу прощения, но мне нужно подготовиться к ритуалу, – попыталась высвободить пальцы из лапы рысехвостого, но тот не спешил расставаться с «трофеем».

– Будете тренироваться вызывать огонь? Никогда не приходилось общаться с пылающей девой. Скажите, а ваш темперамент под стать стихии?

– Хотите знать, могу ли я подпалить чьи-то усы в процессе? Вероятность есть, а огнём я управляю лучше, чем летаю!

Мне наконец-то удалось выдернуть руку из ладони мужчины. Под хохот и шутки перевёртышей я бросилась к дому.

* * *

Выдержка. Самообладание. Самоконтроль. Поднимаясь по ступенькам, я беспрерывно повторяла про себя эти три слова, словно ведунья, заговаривающая целебный отвар. Я надеялась, что не столкнусь в доме с Дарканом. Мне нужна была передышка, чтобы настроиться на ритуал. В спальне Шэлгара не оказалось. Увидев, что комната пуста, вздохнула с облегчением. В лампу заглядывать не стала, всё необходимое собрала ещё минувшим днём в процессе подготовки к путешествию.

Ливий утверждает, что я напоминаю ему меднорогого панцирника. Тот мало того, что таскает на спине домик, так ещё и умудряется делать запасы в кожистый кармашек на животике. В случае нападения хищника зверёк сворачивается, прячет лапки, втягивает хвостик и превращается в абсолютно несъедобный, покрытый панцирем рогалик. В таком свёрнутом состоянии панцирник способен пролежать несколько дней, а всё потому, что у хитрого зверька на животике заначка.

Моя сумка в представлении крылана являлась той самой кладовой, хранящей мелочи на все случаи жизни. Я с Ливием была категорически не согласна. Лишнего с собой отродясь не таскала. В дорогу со мной отправлялось только самое необходимое, а всё остальное приобреталось уже по пути. Вот поэтому в процессе путешествия одна походная сумка незаметно превращалась в три, и это при том, что часть добытого и найденного сразу же отправлялась «на хранение» друзьям. Ливий после пары пристроенных вещиц выделил под склад целую комнату. Другие знакомые оказались не столь щедрыми и периодически изводили намёками, что оставленное на время добро явно у них загостилось. А куда я его дену? В лампу сложу, что ли? В Огненный Чертог переправить сокровища я отказывалась категорически. Да я от силы пару недель в году в нём бываю. Бывала…

Нырнув в недра сумки, вытащила расчёску. Кое-как приведя в порядок спутавшиеся во время внепланового полёта волосы, я заплела две косы и уложила короной вокруг головы. Подошла к окну да так и застыла. Бездна! Они там церемониальный или погребальный костёр готовят? Явно второе. Запасливые нынче перевёртыши пошли. Все брёвнышки один к одному. Из таких бы сарайчик строить, а не огню скармливать. Хотя тут для родных кровиночек, видимо, самое лучшее отбирали. Один из перевёртышей, возжелавший повторного полёта на бис с последующим приземлением в крепкие мужские объятья, вдруг обернулся и посмотрел на окно. Прятаться было поздно, да и глупо. Имела же я право проконтролировать ведение работ? Я одобрительно кивнула, поймала воздушный поцелуй и, спрятавшись за шторкой, опустилась на пол. И тут я увидела его…

Ритуальный нож из чароита так и валялся возле кровати, точнее, практически под ней. Нож был единственным предметом, который я смогла призвать непосредственно в лампу. Артефакт являлся по первому зову. Подняв нож с пола, ощутила привычный отклик камня. Он был тёплым на ощупь, словно живым.

«Ещё бы он не был живым, – проворчал в голове голос, недавно грозивший увеличением срока заточения в лампе, и этот голос определённо был мужским. – Джинни, ты во время перехода в Сумеречье столько энергии в чароит вливаешь. Ещё немного – и нож заговорит и начнёт называть тебя мамой…»

Я спрятала нож и задумчиво покосилась на сумку. Неужели я в процессе сборов каким-то образом смогла создать говорящую вещь?

«Ха! И не мечтай!»

«Тогда кто ты?»

«Можешь считать меня своим сожителем… Кавардак у вас в Огненном мире. Налицо явная нехватка квалифицированных артефакторов. Вместо того чтобы передать Повелителю Инферно свободную лампу, ему подсунули мою».

«Так ты – джинн моей лампы?»

«Причём самый что ни на есть настоящий… – с гордостью объявил элементаль. – И сводничеством в отличие от некоторых никогда не занимался», – ехидно добавил он.

И этому мои исполненные желания не по нраву. Я сама понимаю, что большая часть – та ещё халтура, но это же не означает, что мне надо об этом постоянно напоминать! Сначала Даркан раскритиковал мою работу, теперь новоявленный сосед. И почему он раньше молчал? Почему не закричал, что место занято, когда меня в его лампу заталкивали?

«Чтобы я добровольно лишил себя такого развлечения?»

У меня отпала челюсть. Я судорожно принялась вспоминать дни и ночи, проведённые на берегу иллюзорного моря. Плавание обнажённой в воде, пробежки по пляжу…

«Расслабься, рыжая, я за тобой не подсматривал. У меня в лампе свой закуток имеется. Терпеть не могу воду…»

«Тогда откуда ты знаешь, что я рыжая?»

«Ну, может, и взглянул пару раз, одним глазком…»

Ах ты, зараза небесная! Вернувшись в лампу, я завопила:

– Покажись, сосед, я… я…

– Убивать меня будешь? – деловито прозвучало откуда-то сверху.

Я задрала голову. Далеко на западе в небе медленно кружило фиолетово‑серое кольцо туч. Раньше я не придавала ему особого значения. Созданный мир был совокупностью буйства красок и противоречий. Подумаешь, какие-то тучки. Вот там-то и обитал объявившийся джинн-припольщик. На мгновение небесная дымка рассеялась, явив острые шпили и башенки воздушного замка. Значит, пока я тут на пляже изображаю жертву кораблекрушения, сосед парит себе в небе и наблюдает за бесплатным цирком, изредка перетекающим в такой же бесплатный стриптиз? Мне стало обидно. Очень обидно.

– Не-е‑ет, радость моя. Зачем же мне убивать джинна… Я лучше, как с Шэлгаром разберусь да из лампы выберусь, сама стану твоей следующей хозяйкой. Сколько мне желаний полагается? Три? Или у тебя иные условия заточения?

– Джинни, а давай по-хорошему договоримся? – быстро предложил джинн. – Я же вошёл в твоё положение. Как только понял, что ты тут морские разливы решила устроить, собрал вещи и убрался в небо. С лампой опять же контакт помог наладить. Она у меня с характером…

– Так что, лампа тоже живая? – обалдела я.

– Рано! Рано, Джинни, ты учёбу бросила. В противном случае узнала бы массу интересного о джиннах и их магических обителях.

Нет, этот гад мало того, что наблюдал втихаря, он ещё и разговоры чужие подслушивал! Ладно, порычать и повозмущаться я всегда успею. Сейчас надо разобраться, чего мне ожидать от нежданного соседства.

– Звать-то тебя как?

Ответили мне секунд через пятнадцать, не раньше. Понимаю, новое имя так с ходу выбрать сложновато.

– Сайгар.

– Хорошо, пусть будет Сайгар.

– Это настоящее, – обиженно проворчали сверху.

– Да как скажешь, воздушный мой.

Я растянулась на песке и уставилась в небо. Летать в лампе я особо не пыталась. Кроме пляжа да моря, меня в ней ничего не интересовало. Я даже лесочек, растущий вдоль береговой линии, как следует не исследовала. Но это всё лирика, а самая что ни на есть суровая реальность парила надо мной в небе. И в ней, несомненно, имелась нормальная кровать, мягкая подушка и ванна. Тут я прикрыла глаза и блаженно застонала. Ради ванны я была готова решиться на штурм воздушной крепости!

– Сайгар, а не желает ли глубокоуважаемый джинн пригласить девушку в гости? Чисто переночевать.

Небо тяжело вздохнуло:

– Не выйдет, Джинни…

– Жмот!

– Пойми меня правильно, я бы с удовольствием пригласил к себе, будь ты свободна, но связываться с Шэлгаром не стану.

– Тогда трус, – проворчала я. – Может, хотя бы покажешься? А? Или мне и дальше с небом разговаривать?

– Увы, снова вынужден отказать. Понимаешь, Джинни, когда твой демон обо мне узнает, а, поверь, он узнает, я хочу, чтобы ты честно смогла ему заявить, что и в глаза меня не видела.

– Предусмотрительный какой. Слушай, ну сбрось хотя бы подушку!

Одна из тучек откололась от небесной твердыни и полетела в мою сторону. Я насторожилась. Кто знает, что мне законный владелец жилплощади приготовил? Тучка зависла надо мной, потемнела и взорвалась. Крошечные облачка замельтешили в небе и, наконец, выложили в вышине симпатичное сердечко.

Я шлёпнулась на песок и застонала. Неужели мне придётся делить лампу с этим?

Наружу я выбралась злая и раздражённая – за два месяца успела привязаться к собственной темнице. Даже подумывала, как бы после отбытия наказания оставить у себя. Мне так нравился мой иллюзорный мирок. Такой тихий, спокойный и в то же время полный абсурдных противоречий. Я ощущала себя обманутой принцессой, у которой увела жениха собственная лошадь, превратившаяся прямо на свадьбе в прекрасную воительницу.

– Джинни, мы готовы. – Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Киара.

– Отлично! Сейчас спущусь. – Я улыбнулась перевёртышу, но подозреваю, улыбка вышла жалкой.

Загрузка...