Привыкли закупаться мы в столице,
Не оборвать нам дефицита нить.
Вот в тамбуре приходится тесниться,
И ящики чужие обходить.
Стояли на перроне три матроса,
Вели непринужденный разговор.
Потом они достали папиросы,
Неспешно закурили «Беломор».
За горизонт светило закатилось,
На поезд и вокзал ложилась ночь.
К матросам с просьбой бабка обратилась,
Ну, как старушке слабой не помочь.
Заслужим добротой себе прощенье.
Отзывчивостью наш народ богат.
Любому рады сделать одолженье,
Пусть он тебе не кум, не сват, не брат.
Тем более беспомощной старухе,
Ведь рядом с ними тамбур и вагон.
Минута, и накачанные руки,
Перенесли коробку на перрон.
На станции людей, как ёлок в чаще.
Носильщик показался из ворот.
Ещё минута и огромный ящик,
И бабушка ушли за поворот.
Несчастная беззубая акула,
Кто думал, что такое по зубам.
Но холодильник бабка умыкнула,
Такой, что не поднять двум мужикам.
А в поезде вино лилось рекою,
От лета и от выпивки жара.
Одно купе, не ведая покоя,
Покупку обмывало до утра.