Проехали мы не сто, а сто тридцать километров, хотя и двигались с одной скоростью – сорок километров в час. Было три стычки, в основном со святошами, но с ними разобралась передовая группа. Пока меня не было, бойцы приварили треногу к «ганомагу» и дополнительно установили там АГС, увеличив боевую мощь этой бронемашины. Пулемётом и гранатомётом они расчищали нам путь. Остальным мало пришлось пострелять, поэтому Мик проводил ротацию, менял разведчиков на десантников. Пострелять в святош хотелось всем. Хорошо, что он не допускал издевательств над пленными и вдалбливал в мозги подчинённых то, что я не раз ему говорил: «Это святоши могут вести себя как им заблагорассудится, мы же одарённые, значит, люди, не нужно опускаться до их уровня».

Так что никаких пыток и издевательств не было, и как бы ни ненавидели парни нелюдей в светлых плащах, единственное, что они делали с немалым удовольствием, – это добивали раненых, тем более был отдан такой приказ, и двигались дальше. Разве что водитель «ганомага» проехал гусеницами по двум лежавшим на дороге раненым, за это Мик велел ему самому отмывать машину на получасовом привале и лично следил за этим. Судя по виду несчастного паренька со сбитым на затылок шлемофоном, в следующий раз он сто раз подумает давить живых людей. Так вот и воспитывали.

С малышами тоже было пока всё благополучно, конечно, они больше всего напоминали зверьков, но было видно, что тянулись ко мне, так что я часто проводил с ними время, поглаживая их по голове, показывая, что бояться больше нечего, я всегда буду на их защите. Двум моим врачам-педиатрам, которые хорошо знали, что такое детская психология, спасибо знаниям, купленным мной у переселенцев, переходивших из Мёртвого мира на Торию, было непросто, но я видел, что они плотно работают с детьми. Я им поставил задачу довести до сознания детей, что теперь я их папа и мама, то есть Учитель с большой буквы, воспитатель, возведённый в ранг бога, и, пока я рядом, с ними ничего не случится. Также они внедряли в сознание детей разговорами и беседами, что я буду учить их становиться магами, и сильнее их никого не будет, но нужно слушаться Учителя. Знаю, что манипулировать сознанием детей не очень хорошая идея, но психика их была искривлена, и пятнадцатилетним врачам нужно постараться, чтобы те снова стали нормальными детьми и не просыпались ночью с криками ужаса и плачем. Ничего, по их словам, прогноз был оптимистичный. Тем более детская психика была куда пластичнее взрослой, так что в норму они их приведут, оба педиатра-девушки твёрдо мне это обещали.

Сложнее было с теми, кто был изувечен святошами не только морально, но и физически. Таких была треть, но и к ним врачи находили подход. Медленно, но дело сдвинулось с мёртвой точки.

Пока Мик организовывал лагерь, Одна занималась детьми, а я решил провести всех старших детей через обучение детской сетки, поэтому развернул пентаграмму и, подзывая бойцов по одному, начал работу. До наступления темноты через пентаграмму прошло двенадцать человек. Я даже на ужин не отвлекался, мне оставили порцию. Только когда отправил спать последнего, поужинал, потом проверил пленных курсантов-паладинов, особенно своё будущее тело, и тоже пошёл спать.

Утром меня подняли засветло, повара только-только начали готовить завтрак в походной кухне, и я продолжил обучать ребят накладывать на себя защитную детскую сетку. До завтрака успел прогнать через эту процедуру пятерых, включая нашего главного повара и обеих девушек-педиатров, потом мы собрались и двинули дальше. Разведка сообщила, что вокруг нас начали стягиваться армейские патрули, но они не приближались, только наблюдали, поэтому я приказал взять языка – требовалось узнать планы святош.

Парни сделали это быстро, и через некоторое время всё, что нужно, мы знали. Выяснилось, что за нами действительно просто наблюдали, хотели убедиться, что мы покинем королевство, перейдя границу с государством гоблинов, мы им изрядно надоели, да и пугали, что уж говорить. Разочаровывать армейцев мы не стали, тем более с ними не было святош, и утром, начав движение, до самого вечера почти не останавливались, лишь четыре раза по мелким надобностям да час на обед. Детей много, все хотели в туалет в разное время, так что четыре остановки – это ещё немного. Как бы то ни было, но за этот день мы проехали порядка трёхсот километров. Если учесть, что пересекали три брода, но всё же до границы не доехали, ещё столько же оставалось.

В этот раз на ночлег мы встали на берегу судоходной реки. Дальше штатно: Мик занимался обороной лагеря, другие ученики кто чем, согласно полученным от меня приказам. Одна – детьми и бытом, Олия – организацией игр с малышами и средней возрастной группой, один старший ученик так вообще, взяв десяток парнишек из средней группы, накачал две резиновые лодки и поставил сети, решив разнообразить блюда рыбой. Повар его поддержала. Лишь я занимался тем же, чем и раньше. Немного повозился с малышами, они должны знать меня и помнить, потом собрал пентаграмму, активировал её и продолжил работу с учениками.

Сегодня я закончил со старшей группой, они все теперь носили детские сетки и имели на руках по десятку кристаллов кварца, им требовалось научиться переливать в них ману, заряжая будущие накопители, и медитировать, пополняя свои резервы, то есть качать свой дар. Качать можно именно так, а то, что их использовали как батарейки, на их уровне дара никак не сказывалось, на одном месте он оставался.

Время пока было, и я велел направить ко мне то отделение средней группы, с которым я ещё не закончил работу, там только половина прошла обучение с сеткой, вот с оставшимися до самой темноты я и возился. Заодно узнал от командира отделения, который сопровождал своих подопечных, что двое научились за эти три дня пополнять маной кристаллы кварца, правда, два из них рассыпались пылью, но с медитацией пока не получалось, и я успокоил его, сообщив, что это не быстрое дело.

После ужина я снова проверил пленных. Их тоже недавно покормили и даже вывели на прогулку, а зря, малыши закидали их мелкими камнями и веточками. Теперь можно и пойти спать.


Утром прошла та же процедура: разбудили меня засветло, дежурный командир постарался, повара уже стучали топорами, готовя дрова и зажигая топку кухни, поэтому, умывшись и приведя себя в порядок, поёживаясь от утренней сырости, идущей от реки, я направился к пентаграмме. Часть учеников другого отделения уже подняли, в этот раз это были девочки, и я занялся обучением их работы с сеткой. Меня не отвлекло даже то, что во время прогулки для естественных надобностей один из учеников-паладинов попытался сбежать, но не добежал и до кромки воды, видать, вплавь уйти хотел. Конвоиры его перехватили, отмутузили и вернули обратно в кузов одной из машин.

До завтрака я успел прогнать через пентаграмму шесть девочек. Учились они куда быстрее парней, да это было и понятно, со швейным искусством многие девчата были знакомы и давали парням фору в вязании сеток. Ушица, приготовленная на завтрак, была выше всяких похвал! А потом мы собрались, я помог залезть в кабину трём малышам четырёх и пяти лет, устроился сам на сиденье, посадив девочку на колени, и отдал приказ в микрофон начать движение.

Так мы и ехали, преодолевая в среднем от двухсот до трёхсот километров, всё зависело от местности, и занимались делами. За эти семь дней я успел прогнать через пентаграмму всех учеников средней группы и даже часть малышей. Если взрослая и средняя возрастные группы прошли через пентаграмму без проблем, то с малышами я больше мучился, чем работал, ну не понимали они, для чего это нужно и как и что делать, маленькие ещё. Да, каши с ними не сваришь, придётся ждать, пока подрастут, да ещё язык естественным способом выучат.

Зато истинное зрение активировалось у всех. Это ещё в казематах у святош происходило. Тут объяснение простое: после инициации, у кого как по времени, но происходит непроизвольная активация истинного зрения, сложнее научиться сворачивать его. Кто научился, потом без проблем вызывает его и убирает. Все инициированные ученики без исключения умели это делать. Тем более что взрослые дети учили этому малышей, когда они все вместе сидели в камерах.

Да, я понимаю, что ещё много детей томится в застенках у святош, но, к сожалению, я не всесилен и разом всем не помогу. Вот когда верну себе силы и возвращусь сюда, в этот мир, с големами и учениками, которые к этому времени станут магами, тогда и повеселюсь, это я себе и ученикам твёрдо пообещал. А обещания я всегда сдерживал.

Так что три дня моральных пыток, но семнадцать малышей всё же смогли под моим присмотром накинуть на себя сетки и больше не фонили в истинном зрении. С остальными мои попытки не увенчались успехом. Так что свободное время я тратил на взрослую и среднюю группы, проверяя, как у них идёт учёба с кристаллами кварца. Это была следующая ступень их развития. Проверял уроки я, естественно, не один, времени на всех просто не хватит, этим занимались и старшие ученики. Кстати, Мик порадовал: он теперь мог обходиться без детской сетки, так как научился с помощью неё контролировать свой дар, и в пентаграмме под моим присмотром снял сетку. Чуть позже ещё двое из старших учеников подошли ко мне с этим же и тоже сняли сетки в пентаграмме. Ничего, и до остальных старших учеников очередь дойдёт.

Вот так мы и двигались, постепенно совершенствуясь, вернее, я совершенствовал своих учеников, поднимая их из простых инициированных одарённых в ранг учеников мага. Ну, или почти мага, будущего мага. Как-то так. Когда вдали показался океан, я с облегчением улыбнулся: наконец-то наземное путешествие заканчивается. Честно говоря, возня с малышнёй мне нравилась, любил я с ними играть или читать им на ночь сказки – сидевшая рядом Одна переводила их на местный диалект, – но и вечерние посиделки у костра я любил. И наверное, жалел, что их больше не будет.


Облокотившись локтями о леера, я смотрел на показавшуюся вдали вершину нашего острова. Наш рейд подходит к концу. Нам было чем гордиться. Освобождено из плена более семисот детей-одарённых, десятка три взрослых, перебито порядка двух тысяч святош, трофеи тоже радовали. В общем, благополучный рейд. Главное – успешный: я нашёл то, зачем в основном и шёл, новое тело для себя, и я действительно был этому рад. За время, что мы возвращались, я обучил и старшую возрастную группу русскому языку, сняв часть проблем, а из средней группы тех, что по-взрослее, обучил некоторым специальностям. В основном программированию, хакерству, ремонтным специальностям и частично армейским. Даже один парикмахер-стилист появился. Набрал, так сказать, специалистов. Также познакомился со всеми, понял, какой у кого склад характера, и учил теперь не наобум, а давал те знания, из которых ученик может выжать всё возможное и будет любить свою специальность. В большинстве случаев я не прогадал.

Мик создал из этих парней и девчат аналитический отдел штаба с группой радиоперехвата. Миров мы скоро, вполне возможно, посетим великое множество, пока не попадём на Торию или в Рай, так что нужно быть готовым ко всему.

Я уже прикинул. Во время возвращения ученики освоились с полученными знаниями и превратились в настоящую спаянную боевую группу, так что можно не медлить, а сразу начать поиски нужного мне мира. Мы пробудем на острове максимум пару недель, пока я подготовлю портал, а потом всё, можно выдвигаться.

По пути я отслеживал физическое состояние пленных, те были в норме, их хорошо кормили и заставляли гулять по паре часов в день. Мне нужны были здоровые подопытные. Моё будущее тело первое время возмущалось наглым захватом, обещая, что как только его папаша найдёт нас, то жестоко отомстит. Это вызвало у меня лишь улыбку и смех у учеников. После паренёк скис, и больше мы от него матерных слов не слышали. А характер его я изучить успел – подлец и подонок, вот как его воспитали.

– Скоро причалим, Учитель? – спросил подошедший ко мне со спины один из учеников, командир первого отделения десантников лейтенант Мигул.

В будущем я его отделение собирался развернуть во взвод, подрастали следующие ученики, и он был на своём месте.

Все сержанты-стажёры, прошедшие обучение и проверку на лидерские качества, перед тем как мы пересели на эсминец, обзавелись офицерскими погонами. Прямо на берегу океана в торжественной обстановке при всём честном народе я вручил им погоны, кортики и дворянские патенты. Я уже всё это опробовал на Мике и других старших учениках, так что процедура прошла красиво. Так как у меня была своя планета и я собирался на ней создать небольшое государство, недавно так решил, то пора создавать свою элиту из помощников, а эти парни и девчата были достойны этой чести. Так что теперь на двенадцать офицеров у меня стало больше. Правда, четверо из них были женского пола, но меня это, в отличие от дремучих учеников, не смущало. Если они достойны, то почему нет? Унижать их в правах я не собирался.

Сержантов теперь стало гораздо больше. Экипажи бронемашин теперь все были представлены сержантами. Тоже давал им звания и погоны в торжественной обстановке, но без дворянских патентов, это только для офицеров. Так что один, Эрих, у меня был офицером-танкистом, командиром всей нашей бронегруппы, другие кто командиром десанта или разведки, кто офицером штаба, кто зампотылом или врачом. Ну и Мик, мой зам. Всё же в том, что сделал ставку на армейские знания и дисциплину, я не прогадал и собирался продолжать держать всё в этих традициях. Так было куда удобнее управлять и учить своих учеников.

– Через пару часов подойдём к берегу, а вечером уже можно высаживаться, лейтенант. Хотя лучше подождать до утра, чтобы не затеряться в городе с наступлением темноты. Там только одна центральная улица от порта до замка расчищена. – Мне было скучно, и я легко пошёл на разговор, обстоятельно описывая, что будем делать.

Сегодня я отдыхал, свалив всю работу на старших учеников. За две недели, которые я отводил себе перед тем, как мы отправимся путешествовать по мирам, мне нужно было подготовиться. Две недели – это минимум возможного времени, вот я и отдыхал перед работой. Потом мы сворачиваемся, забираем всё вооружение и имущество из замка – и вперёд, покорять первый найденный порталом мир. Не забыть ещё потренироваться с переходом, а там уже освоимся.

– Честно говоря, хотелось бы наконец остановиться и найти свой дом, – вздохнул лейтенант.

– Ваш дом там, где нахожусь я, пора уже к этому привыкнуть.

– Привыкаем понемногу, Учитель, – уважительно кивнул тот. – Думаю, со временем всё придёт в норму, и постоянная смена обстановки не будет так нервировать. Сам я жил с родителями и редко выходил из дому, а тут каждый день что-то новое, пока не привык, но я привыкну, обещаю.

– Привыкнешь, – согласился я.

Мигул обладал лидерскими качествами и аналитическим складом ума и нравился мне своими командными навыками и заботой о подчинённых. Хороший офицер и командир.

Мы ещё немного поговорили, и лейтенант направился на нос корабля – подошло время его отделению проводить тренировки по сборке-разборке и чистке крупнокалиберных пулемётов, там, на носу, было четыре разнотипных модели этого оружия. Второе отделение как раз закончило с уроками.

Жизнь на корабле текла своим чередом, хотя я вроде уже говорил об этом. Разве что стоит упомянуть ещё о своих старших учениках. Мик получил звание капитана, едва-едва дотягивая до него знаниями, но опыта пока не хватало, что ж, со временем наберётся. Другие парни и девчата получили звание старшего лейтенанта, лишь двое остались сержантами. Я им знания именно сержантов-контрактников внедрил в голову, выше не прыгнешь, но зато они были опытные, оба поставлены мной старшими над охраной пленников. Чуть позже я дам им офицерские знания, но пока они были на своём месте. Было у нас и два прапорщика. Один ротный старшина, второй повар.

На остров мы прибыли действительно с наступлением темноты, так что встали на якорь, пообщались по рации с замком. Белла и Вольт были рады нашему возвращению. В замке всё было в порядке, чужаки у острова не появлялись, так что я был доволен ими. А утром мы высадились и направились в замок. Васильеву, командиру эсминца, я поставил задачу патрулировать воды острова, охраняя нас. Потом было расселение учеников в замке, раздача приказов моим офицерам-ученикам, и я ушёл в расчёты всё же на три, а не на две долгие недели, не забывая ставить опыты над пленными.

Своё будущее тело я не трогал, но над остальными поработал. Пока все были живы и целы, и результаты меня порадовали, похоже, всё у меня получится. Ах да, из старшей возрастной группы я сформировал два класса студентов и время от времени учил их, вернее, ставил задачи, а потом проверял, как они их выполнили. Старшие ученики следили за этим. Давал им только теорию магии, они должны были её знать, практика – это ещё не скоро. Да-да, не скоро, пока я не сменю тело и не стану магом, учить я их, кроме теории, ничему не мог. Серьёзной магии, естественно, детской – вполне. Там главное – видеть, как ученики плетут заклинания «Фаербол» или защиты. Так что приходилось искусственно притормаживать обучение до того, пока я не стану полноценным магом. Вот так.

Загрузка...