Барнабо с Гор

3

Новый дом для лесничих построили на склоне, сбегавшем в долину, с другой ее стороны, противоположной Дому Марденов. Эта постройка в общем и целом походила на старую. Зато все доски – свежие, а крыша обита цинковым листом. Как нельзя кстати было то, что новый дом стоял гораздо выше прежнего и ближе к пороховому складу, красуясь на просторном лугу, окаймленном лесом. Настал день новоселья.

По тропе, проложенной как раз для этого случая и проходимой даже для мулов, тянется вереница гостей. Воскресный июльский день, до краев полный солнца. На мужчинах праздничная одежда, женщины в ярких платьях. Лесничие с аккуратно подстриженными бородами щеголяют в новых форменных куртках. Дель Колле сидит на широкой скамье перед домом и рассказывает о тех временах, когда Эрмеда был еще жив и собирал по праздникам музыкантов.

– А потом его не стало – погиб в горах, вот музыканты и разбрелись кто куда. Нынче никто и не знает толк в музыке. Старый барабан канул в реку; его утопили возле рыночной площади; теперь у берега ржавеет лишь обод от него.

На лугу расстелился полдень, вокруг покой; лес что-то бормочет, четко просматриваются все основные хребты. Сегодня они белы, и легкие облака касаются их тенями: вот три вершины Сан-Никола, хребет Марденов, Королевский Посох, а правее, все в том же массиве, с запада на восток тянется Палаццо, рядом высится Пороховой пик, дальше – силуэт Пагоссы. Над всеми этими громадами царят Высокая гора и Срединный хребет с вершинами, похожими на четыре стройные колокольни.

Тем временем начинается праздник. Двое местных – из тех, которые прокладывали тропу к дому лесничих, – уже раздувают мехи аккордеонов, пусть гости пляшут. Все в сборе; пришли и мэр, и инспектор; звенит веселый смех. Переезд в новый дом – все равно что начало новой жизни.

До чего же лихо отплясывает Моло, кружа в танце дочь мэра. Выступает вперед и Бертон, раз-два-три, раз-два-три – смотрите-ка, он тоже умеет вальсировать: пожалуй, даже лучше остальных. Но почему Барнабо, такой молодой, стоит в стороне? Но вот и он подает руку девушке, и пара разделяет общее веселье. Внезапно аккордеоны смолкают.

Дель Колле сейчас сыграет что-то старинное, песню минувших лет, которых ему не забыть. Он взял аккордеон. Полуденный покой, в лучах солнца пестреют праздничные гирлянды; торжество только началось, впереди еще целый вечер.

Дель Колле начинает играть, все притихли и чутко слушают. Джованни Марден стоит рядом с Дель Колле, он улыбается и смотрит на пальцы своего капитана, которые встречаются с клавишами и движутся медленно, совсем медленно, но до чего прекрасную музыку пробуждают! Флажки на гирляндах перестали трепетать от ветра – он стих, потому что все молчат, когда льются старинные мелодии.

Браво, Дель Колле! Сколько у него пыла и задора. Ему пятьдесят шесть, это верно, но вы только послушайте, как он играет; и никогда не промахнется, стреляя со ста метров в бутылку. Аккордеон смолк, аплодисменты, восторженные возгласы. Солнце тем временем слегка склонилось к западу, но никто не заметил этого. Давайте спустимся в долину? Мэр и инспектор обещают угостить вином. Кто-то уже весело шагает вниз по дороге. И вот двинулись все. Погодите, а почему Дель Колле не пошел?

– Ступайте, ступайте, – отвечает он, – я догоню вас, только схожу в Дом Марденов за картами. Встретимся в Сан-Никола.

– Карты можно забрать и завтра. Давай с нами!

– Неужто вы и часу не можете подождать? Я ведь все равно приду. Это всем праздникам праздник.

Гости и лесничие ушли. Осталась лишь тишина, обнявшая все вокруг. Возвратился ветер и снова наполнил лес шорохами. «Чу… чу… чу…» – слышится вдалеке. Сейчас Дель Колле отправится в Дом Марденов. Дорога идет вниз, и это примерно час пути. Он запер новую дверь, выкрашенную зеленой краской. Осмотрелся вокруг, не спеша зашагал через луг. И у кромки леса постепенно растворился среди деревьев. Теперь в новом доме никого.