Глава 11

Великолепие Вивиан ослепляло.

Девушка медленно спускалась по мраморной лестнице, тихо стуча каблуками своих обтянутых шелком новеньких белых туфель. Ее стройный стан подчеркивало красивое белое шелковое платье, вышитое мелкими цветами и подхваченное под грудью широкой белой лентой. На руках Вивиан были надеты ослепительно белые, длиной выше локтя перчатки, а шею украшали короткие жемчужные бусы. Огненные волосы девушки были уложены в довольно простую, но красивую прическу, и лишь пара завитых локонов обрамляли ее лицо. Однако эта простота придавала Вивиан то, чего так не хватает любительницам перьев и ярких украшений, – элегантности и налета аристократизма.

Образ мисс Коуэлл, племянницы известной вдовствующей графини леди Крэнфорд, был скромен. Очень скромен. Однако этой девушке не требовалось ярких платьев, тяжелых украшений и замысловатых причесок: ее красота была такой завораживающей, что, надень она мужские бриджи и сюртук, то была бы не менее прекрасна. Вся в белом, напоминающая грациозного белоснежного лебедя, Вивиан была готова покорять сердца мужчин и уничтожать соперниц: ей было известно, что мадемуазель де Круа была не единственной охотницей на богачей, ведь с дюжину других девушек, уже дебютировавших в этом сезоне, преследовали ту же цель. Как жаль, что богатых знатных джентльменов так мало, а стремящихся стать их супругами девиц – так много!

«Должно быть, богиня любви и красоты Афродита выглядит именно так, – невольно пронеслось в разуме Энтони, не спускающего с кузины завороженного взгляда. – Разве может смертная женщина быть подобной богине? Господь свидетель: как бы я хотел, чтобы Вивиан сейчас спускалась в мои объятья. Как бы я желал увезти ее прямо сейчас в милую глушь, воспевать в песнях ее неземную красоту и целовать ее руки, щеки, губы… А затем… Эти дурацкие мысли… Прочь из моей головы! Вивиан едет на бал, чтобы найти там путь к роскоши и богатству, а что мог дать ей я? Если Вивиан ответит мне взаимностью и станет моей, нищета поглотит нас обоих. Этого ли я желаю для себя?»

– Добрый вечер, кузен, – приветливо сказала девушка. – Вы прекрасно выглядите: бедные девушки и их матери: пускай берегут свои сердца!

Энтони тихо рассмеялся и, когда его кузина спустилась с последних ступенек, галантно предложил ей свою руку.

– Благодарю вас, – улыбнулась Вивиан. – Но где же тетушка Беатрис?

– Моя мать имеет привычку торопить всех и требовать соблюдать пунктуальность, но сама заставляет всех ждать своего появления. Помню, эта черта ее характера была не по душе моему отцу, – ответил Энтони, пытаясь подавить в себе восхищение и выглядеть равнодушным к облику кузины: таким образом он стремился дать ей понять, что ее красота может пленить любого, но не его.

– О, это так похоже и на меня! – рассмеялась Вивиан. – Уверяю вас, дорогой кузен, это первый раз, когда я не опоздала и даже появилась раньше положенного. Но, Энтони, на балу вы должны находиться рядом со мной и предупреждать меня, если вдруг кто-то черный душой, скряга, любитель карт или крепких напитков будет искать моего внимания.

«В таком случае, моя нимфа, тебе стоит держаться от меня подальше» – мрачно подумал молодой джентльмен, но лишь фальшиво улыбнулся и ответил:

– Боюсь, моя дорогая кузина, я не смогу провести этот вечер рядом с вами, хоть и отчаянно желаю оградить вас от пылких игроков, пьяниц и скряг. Вы, должно быть, понимаете мое положение и то, что с сегодняшнего вечера я обречен на поиски состоятельной супруги.

Девушка грустно улыбнулась.

– Да, я знакома с вашими трудностями. И вы должны знать, что мне очень жаль, и я искренне надеюсь на то, что совсем скоро мы увидим вас в церкви, обручающегося перед Богом с достойной вас девушкой. – Она осторожно вынула свою ладонь из ладони кузена. – Но, прошу простить мое любопытство: у вас уже есть кто-то на примете? Клянусь, что буду хранить это в тайне.

Энтони беспомощно пожал плечами.

– К несчастью, хорошеньких богатых наследниц в этом сезоне совсем мало. По этой причине, я практически лишен выбора. Матушка желает, чтобы я женился, и как можно скорее. Но я согласен с ее нетерпением: женитьба – единственный разумный для меня шаг.

«Именно. Мне жаль вас, кузен, но, увы, такова наша судьба – пытаться продать себя как можно дороже. Звучит ужасно, но это чистая правда: мы, бедные родственницы и младшие сыновья, отличаемся от продажных женщин лишь тем, что продавать наши тела и лица мы будем в законном браке. Энтони – красив и очарователен, но по сравнению со своим братом и другими перворожденными холостяками – он никто, – подумала Вивиан. – Интересно будет наблюдать за его чарами… И как бы мне самой не попасть под них. Ни за что. Этого никогда не случится. Я знаю свое сердце, и знаю, что от меня зависит будущее и не только мое. Скоро я сделаю невероятно успешную партию, и никакие француженки не смогут помешать мне в этом»

– Но не будем огорчать наши сердца раньше времени, – вдруг, неожиданно для самого себя, вымолвил Энтони. – И, если я обидел вас, нечаянно, не желая, то приношу вам мои искренние извинения. Я не знал, что мое мнение насчет мадемуазель де Круа так огорчит вас… Должно быть, вы уже стали подругами?

«Бедный наивный Энтони думает, что я в обиде на него из-за этой француженки? – с иронией подумала девушка и едва сумела подавить насмешливую улыбку. – Нет, глупый мальчик, ты оскорбил меня, когда сравнил меня с бескрылой птицей! Крылья у меня имеются, и еще какие!»

– Увы, после той встречи в магазине, она не разу мне не встречалась, но совсем скоро я увижу ее на балу, и, надеюсь, мы станем подругами. Но оставим обиды позади, дорогой кузен: сегодня нас ждут танцы и веселье! – ответила Вивиан.

– Будьте осторожны: эта девушка не так проста, как кажется. И, если вы не считаете ее одной из соперниц, то она явно считает вас своим злейшим врагом, – предупредил Энтони, совершенно не понимая горячего желания кузины подружиться с той, против кого он открыто предостерегал ее.

– Я ценю ваше беспокойство, но полна уверенности в том, что мадемуазель де Круа – совсем не так зла и опасна, как вы утверждаете, – улыбнулась на это мисс Коуэлл.

«Я буду держать французскую красавицу в своих руках. Пока она будет считать меня подругой – мое будущее в безопасности, и я легко смогу увести у нее из-под носа любого жениха!» – ехидно, про себя добавила она.

Слегка раздраженный упрямством кузины, Энтони промолчал, так как решил оставить девушку с ее собственными радужными надеждами и ошибочными убеждениями. Если Вивиан желала укротить хищную пантеру, с ее чувствительностью и мягким сердцем, она будет глубоко ранена острыми когтями и длинными зубами этого алчного зверя.

– Как хорошо, что вы оба готовы к отъезду. – Вдруг раздался с лестницы голос хозяйки Гринхолла, и вскоре она уже стояла между сыном и племянницей. Взглянув на Вивиан, такую красивую и скромную, она одобрительно улыбнулась: – Прекрасный наряд, Вивиан. И прическа тоже.

– Это все заслуги Джейн, – ответила на это та, в надежде, что тетя поднимет ее подруге жалование или хотя бы скажет ей пару благодарственных слов, что, несомненно ее порадует. – Джейн подсказала мне с выбором платья и…

– Не будем мешкать: нас ждет леди Мальборо, – словно не услышав племянницу, невежливо, как совершенно не подобает леди, перебила ее графиня и, приняв локоть сына, бросила Вивиан: – На балу не пей слишком много пунша, а за ужином ешь, как воробей: мужчины не любят девушек с хорошим аппетитом.

Энтони тихо рассмеялся.

– Увы, это так! – весело сказал он.

– Но разве это не наш женский долг – вывести их из этого заблуждения? – удивилась Вивиан.

– Моя дорогая, когда ты выйдешь замуж, можешь удивить своего супруга правдой, а до тех пор помни, что ты – птичка, и для насыщения тебе нужны лишь пара зернышек, – решительным тоном ответила ей тетя.

«Кажется, этот вечер будет не только волнительным и замечательным, но и голодным – уныло подумала девушка, но уже через миг, когда троица спустилась во двор, где их ожидала покрытая лаком черная карета, двойка черных стройных лошадей и важный на вид кучер, душу Вивиан объял восторг. – Неужели это все-таки свершилось? Мои платья нашлись, и я еду на бал к самой леди Мальборо! Что ожидает меня там? Должно быть, бал в высшем обществе совсем не похож на тот, что устраивают у нас Кэстербридже… Стивенсы, Броуди, Кревенсы… Их приглашения всегда приносили мне радость, а их балы – удовольствие, но они – всего лишь мелкие дворяне, неизвестные никому, кроме жителей нашего маленького городка. Ах, если бы они видели меня сейчас, то были бы так горды мной! Я обязательно напишу им после бала! Все подробности! Они будут рады!»

Когда Крэнфорды и Вивиан расположились на мягких сидениях кареты, графиня Крэнфорд крикнула кучеру: «Трогай!», и резвые лошади тут же потащили карету туда, куда так стремилось сердце мисс Коуэлл – на бал, где, возможно, решится ее судьба.

Особняк герцога и герцогини Мальборо располагался всего в тридцати минутах езды от Гринхолла, но, так как туда направлялись и другие гости, карета Крэнфордов двигалась медленно, что заставляло графиню неодобрительно поджимать губы, ведь она не любила опаздывать. И все же, к особняку Мальборо они приехали с опозданием, а затем еще четверть часа ждали, когда придет их черед подъехать к парадному входу и покинуть карету.

Карета остановилась у невысокой широкой каменной лестницы, и вдруг Вивиан охватило волнение, но она смогла справиться со своими эмоциями. Энтони покинул карету первым и помог спуститься дамам.

– Езжай домой, Томас, но будь здесь в двенадцать, – приказала кучеру леди Крэнфорд.

– Как скажете, мэм! – отозвался тот.

– И так, дети мои: я ожидаю, что вы покажете себя с лучшей стороны. И не переусердствуйте с флиртом, вы ведь не желаете прослыть легкомысленными и ветреными? – обратилась леди Крэнфорд к сыну и племяннице, но, увидев неприкрытое восхищение на лице девушки, ласково сказала ей: – Думаю, дорогая, ранее ты никогда не бывала в таких великолепных домах?

– Никогда! – с чувством прошептала та, разглядывая особняк супругов Мальборо, больше похожий на королевский дворец.

– Это Грейтхолл, – тихо сказал кузине Энтони, слегка посмеиваясь ее почти детскому восхищению каким-то старым каменным домом.

Но для Вивиан, прибывшей из провинции, этот «старый каменный дом» казался волшебством: его тяжелое великолепие глубоко изумило ее неискушенный роскошью разум, ведь по сравнению с Грейтхоллом, особняк ее тети казался обычным маленьким особняком.

– Подходящее название, – улыбнулась Вивиан, но тут же осознав, что ведет себя, как маленькая девочка на рождественской ярмарке, пожала плечами и равнодушно бросила: – Красивый дом, и, должно быть, ему не менее двухсот лет, не так ли?

– Двести пятьдесят один, – отозвалась графиня: поведение племянницы заставило ее почувствовать досаду, но, вспомнив о том, что до этого момента бедная девушка была лишена созерцания подобных особняков, она сделала глубокий вдох, чтобы прогнать это нелестное чувство. – Но не будем мешкать: мы и так приехали с опозданием… Мне следовало бы помнить о том, что на такие приемы нужно выезжать пораньше. Энтони, веди нас!

Молодой человек не заставил себя просить дважды, и вскоре гости из Гринхолла обменивались приветствиями с хозяйкой особняка герцогиней Мальборо. Одетая в украшенное крупной вышивкой зеленое платье, эта женщина выглядела настолько молодо, что Вивиан сперва приняла леди Мальборо за одну из ее двух дочерей.

– Моя дорогая Элизабет, я так рада снова видеть тебя! – с улыбкой сказала леди Крэнфорд протягивая подруге ладонь, которую та с радостью взяла в свою. – Обещай, что никогда больше не будешь уезжать из Лондона более, чем на неделю!

– Ах, моя дорогая Беатрис, ты ведь знаешь, что я желаю того же самого! Но, будучи супругой советника при королевском дворе, я лишена выбора и вынуждена следовать за своим супругом туда, куда его направят, – с милым смешком отозвалась леди Мальборо и, взглянув на Вивиан, приветливо сказала: – А эта красавица, должно быть, и есть твоя племянница!

– Так и есть, Ваша Светлость. – Вивиан слегка покраснела от комплимента из уст самой герцогини и сделала глубокий книксен. – Разрешите выразить вам мою благодарность за честь быть приглашенной на ваш прием. Я так рада быть здесь!

– Не нужно благодарности, милая девочка! Я тоже рада познакомиться с племянницей моей лучшей подруги!

«Лучшей подруги? Не думала, что моя тетя обладает настолько важными связями! Однако, здесь нечего удивляться: тетя Беатрис всего на ступень ниже по рангу герцогини Мальборо!» – с удовлетворением подумала мисс Коуэлл.

«Какая красивая девица! К счастью, Уильям уже женат, иначе, кто знает, возможно он потерял бы голову от ее красоты» – в свою очередь, подумала леди Мальборо, справедливо отметив, что красивее этой скромной рыжеволосой девушки, за все свои сорок восемь лет она девиц не встречала.

Но Вивиан не имела никаких планов на старшего сына и наследника герцога Мальборо: Джейн уже сообщила ей о том, что этой весной тот вступил в брак с дочерью какого-то графа.

– Энтони, ты только посмотри на себя! Какой красивый мужчина, право, я даже жалею о том, что уже замужем! – кокетливо воскликнула леди Мальборо и протянула ему руку для поцелуя.

– Ну что вы, моя прекрасная леди, разве ваш супруг смог бы жить без вас? – деликатно сказал тот и едва прикоснулся губами к ее белой перчатке.

Энтони был галантен и вежлив, но Вивиан с легкостью заметила, что он был явно не в восторге от беседы с герцогиней. Она была права: Энтони не прочь был жениться на одной из дочерей Ее Светлости, ведь, все-таки, его мать была ее лучшей подругой, но леди Мальборо, впрочем, как и ее супруг, зная невыгодное финансовое положение Энтони, не желала выдавать за него своих дочерей и не скрывала этого ни от самого молодого джентльмена, ни от его матери. По этой причине мистер Крэнфорд презирал супругов Мальборо и старался избегать их.

– Но, прошу, пройдемте в зал: все уже собрались, ждут только вас! – энергично воскликнула герцогиня и фамильярно положила ладонь на локоть Энтони, а затем шепнула на ухо подруге: – Я уверена, твою племянницу сегодня ждет грандиозный успех!

Леди Крэнфорд тихо рассмеялась, и все направились к большим красивым дверям, ведущим в огромный бальный зал особняка.

Вдруг Вивиан заметила стоящую у дальнего окна темноволосую девушку и хитро улыбнулась: этой девушкой была никто иная, как мадемуазель де Круа.

Загрузка...