Беспощадное возмездие

16

Выйдя с Питерсоном на улицу, Эрика посмотрела на часы. Время близилось к пяти вечера. Она пропустила обед.

– Ты голоден?

– Как собака, – кивнул Питерсон.

Эрика заказала четыре круассана с сыром и два капучино в кафе на Олд-Комптон-стрит. Они сидели у окна, глядя на оживленную улицу. Эрика умирала с голоду и только собиралась накинуться на круассан, как на столе завибрировал ее телефон и на экране высветилось имя Мелани.

– Ответь, – жуя, велел Питерсон.

Она посмотрела на мобильный. Это был пятый звонок от суперинтенданта, и, игнорируя его, Эрика только наживала себе неприятности.

– Так вы все-таки живы, – молвила Мелани.

– Мы с Питерсоном разговаривали с владелицей клуба, где Джейми Тига видели в последний раз.

– Хорошо. И?

Эрика вкратце пересказала, что произошло, и поняла, что информации совсем немного.

– Я все еще руковожу расследованием? – задала она вопрос в конце.

– Да.

– А что насчет Марша?

– Он хочет, чтобы я держала его в курсе всех событий. Ежедневно докладывала… А это значит, что вы должны отвечать на мои звонки.

– Простите.

– Семья Джейми Тига только что опубликовала заявление через его спортивного агента Шери Шелтон. Они не предупредили нас заранее.

Эрика услышала раздражение в голосе Мелани.

– Где опубликовали?

– В социальных сетях и на страницах его спортивного агента. Об этом сообщает агентство информации «Ассошиэйтед Пресс».

Питерсон жевал второй круассан и протянул ей свой телефон.

– Хорошо. Я его вижу, – сказала Эрика, просматривая сообщение.

С глубоким прискорбием сообщаем, что Джейми Тиг был найден мертвым этим утром в своей квартире в Лондоне. Мы тесно сотрудничаем со столичной полицией Лондона и на данном этапе не можем предоставить дополнительную информацию. Мы просим уважать частную жизнь семьи Джейми в это трудное время, когда они переживают тяжелую утрату. Мысли и молитвы всех сотрудников “Шери Шелтон Менеджмент” и футбольного клуба “Челси” с его семьей, друзьями и близкими. Дальнейшее заявление будет сделано позднее.

– Марш захочет, чтобы мы провели пресс-конференцию завтра днем с семьей Джейми.

– Я все еще жду результатов вскрытия и токсикологической экспертизы, записи видеонаблюдения, опроса свидетелей. Что мы скажем на пресс-конференции?

– Вы запросили записи видеонаблюдения?

– Да, отовсюду. Предполагаю, что получу их в ближайшее время.

– Тогда у вас есть сутки. Нам просто нужны снимки, на которых видно, как он выходит из клуба и возвращается к себе домой, чтобы мы могли обратиться к возможным свидетелям.

– А что насчет Невилла Ломаса, если эти два дела связаны?

– Я не знаю. Я проинформирую вас об этом позже.

– Но эти два дела точно связаны между собой. Я не понимаю, о чем еще меня можно проинформировать?

– Эрика, – произнесла Мелани строго, – я на вашей стороне. Я скоро с вами свяжусь.

– Могу я спросить вас о Далии Бек? О детективе, которую недавно приставили ко мне. Кто это санкционировал? Это были вы?

Мелани на мгновение замолчала.

– Нет. С ней какие-то проблемы?

– Не знаю. В январе она патрулировала улицы в тот вечер, когда был вызов на место убийства Невилла Ломаса. Затем позвонила Дэну Фиску без моего ведома, и он появился час спустя и забрал себе это дело… А сегодня, когда я приехала в «Гринвич-1», Далия уже ждала меня там. Ей уже сказали, что она присоединится к моей команде. – Эрика собиралась упомянуть мужчину в сером костюме, который прибыл на место убийства Невилла Ломаса вместе с Дэном Фиском, но у нее вдруг возникло предчувствие, что не стоит говорить об этом по телефону. – Думаю, здесь дело нечисто. Я не утверждаю, что Далия плохой полицейский, но складывается впечатление, что кто-то из высшего руководства подталкивает ее к этому делу.

Повисло долгое молчание.

– Эрика, пока помалкивайте. Воздержитесь от поспешных выводов. Я с этим разберусь. Ее присутствие в вашей команде может принести пользу, если она работала над расследованием дела Невилла Ломаса в январе. Послушайте, мне нужно идти, у меня назначена встреча с Маршем и Колин Сканлан по поводу завтрашней пресс-конференции. – С этими словами Мелани сбросила звонок.

Эрика посмотрела на два круассана, лежащих на столе, взяла один и с раздражением откусила кусок.

– Что она такого сказала, что тебя так разозлило? – поинтересовался Питерсон.

– Что не так с Невиллом Ломасом, чего они боятся? Я никогда тебе не рассказывала… Когда Айзек Стронг проводил вскрытие, его посетил какой-то парень в сером костюме и намекнул ему квалифицировать смерть Ломаса как «открытый вердикт».

– Я считал, что Айзек безукоризненно честен.

– Да, это так. Он сказал, что и так собирался объявить об «открытом вердикте» и передал дело коллеге для получения дополнительного мнения, но кто-то поспешил распространить пресс-релиз, в котором говорилось, что Ломас умер естественной смертью.

– Ага, и всю ту чушь о том, что он честный семьянин и бла-бла-бла.

– В наши дни уже не новость, что политики ведут сексуальную жизнь вне семьи. Даже если они увлекаются экстремальными вещами вроде связывания.

– Или это могло быть что-то более извращенное, – предположил Питерсон, и Эрика содрогнулась.

– И эти поляроидные снимки с подписью «Аннабель» вызывают беспокойство. У Джейми Тига и Невилла Ломаса в прошлом были скандалы с женщинами и сексом. Если состоится пресс-конференция, нам следует утаить от СМИ подробности о поляроидных снимках. Чтобы помочь отсеять психов и всяких пустобрехов.

– Эрика, ты не можешь называть их психами.

– Умственно отсталые?

– Тоже нет.

– Тогда как мы их называем?

– Члены общества? – предложил Питерсон после паузы.

Эрика рассмеялась.

– Давай, скажи это. У меня паранойя.

– Не думаю, что у тебя паранойя. – Он сглотнул. – Но предположу, что ответ может быть куда банальнее. Что если Дэн Фиск трахает Далию? В смысле, я… – Он замолчал.

– В смысле, ты бы тоже ее трахнул?

– Ты должна признать, она привлекательная девушка.

– Ну и что с того, что она привлекательна? Она хороший офицер полиции? Ей можно доверять? На данный момент мой ответ «нет» на оба вопроса.

– Ты ведь понимаешь, что, кроме Мосс, в твоей команде больше нет других женщин.

– Половина моей команды из гражданской полиции – женщины.

– Но они…

– Что ты собираешься сказать, Джеймс? Не сексуальные?

– Нет. Я собирался сказать «старше». Более зрелые дамы.

Это было правдой. Женщины из гражданских групп поддержки великолепно справлялись с поставленными задачами, но все они были в летах, и Эрика не ощущала от них никакой угрозы.

– Хочешь сказать, что я должна вспомнить, каково это было, когда я была молодой женщиной-офицером, и отплатить добром?

– Не стоит перегибать палку. Просто будь с ней вежливой и не поддавайся желанию ударить ее.

Эрика ухмыльнулась. Хороший совет. Он подхватил ее второй круассан.

– Эй! Руки прочь от моего обеда, обжора.

Он положил его обратно на тарелку.

– Ладно, перестань брюзжать и ешь. Еще что-нибудь хочешь? Я схожу.

– Я бы не отказалась от черничного кексика на десерт.

Питерсон встал и вернулся к прилавку, а Эрика продолжила наслаждаться вкусом круассана. Она посмотрела в окно на Олд-Комптон-стрит. Красный почтовый фургон медленно ехал за двумя молодыми парнями с ярко-голубыми волосами, которые настолько увлеклись разговором, что шли по середине дороги. В Сохо границы между дорогой и тротуарами, казалось, размывались, и все относились к этой улице как к пешеходной. Водитель фургона наконец потерял терпение и просигналил, тогда парни перешли дорогу. На другой стороне улицы находился магазин для взрослых, на витрине которого были выставлены три серебристых безголовых мускулистых манекена, украшенных кожаными ремнями с заклепками. Эрика увидела маленькую камеру видеонаблюдения, встроенную в колпак из оргстекла над дверью. Она сразу же вышла из кафе и направилась туда.

А когда вернулась, Питерсон ждал ее с двумя черничными кексиками.

– Ты спрашивала, есть ли у них размер Игоря? – поинтересовался Питерсон, кивнув в сторону магазина для взрослых.

Эрика рассмеялась.

– Нет. У владельца установлена камера видеонаблюдения. Я попросила его прислать нам запись с прошлой пятницы, просто на всякий случай. Вдруг Джейми Тиг со своими приятелями был на Олд-Комптон-стрит перед тем, как отправиться в «Красный бархат».

Они вернулись за стол, чтобы доесть то, что Эрика все еще называла обедом, хотя была уже половина шестого и начинало смеркаться.