Бессмертие уже реально! В поисках эликсира вечной жизни

Беседа с Кранцем

Однажды я нашел в Интернете весьма интересный материал. Все-таки стоит задуматься о том, до какой степени Всемирная паутина контролирует наши мысли и чувства! Мы привыкли брать все нужное именно из Сети и бежим к ней с любой проблемой, как наши прадеды из глухих сел – к священнику. Тот, кто контролирует Интернет, получает таким образом огромную власть. Интересно, кто же все-таки его контролирует?

Впрочем, размышления об этом надо отложить до лучших времен. Потому что оказалось, что найденная мной когда-то и оставленная без внимания статья теперь оказалась как нельзя кстати. Касалась она, разумеется, бессмертия. Причем не кого-нибудь, а главного упыря всех времен и народов Адольфа Гитлера.

И так далее в том же духе. Надо сказать, это было далеко не единственное сообщение о том, что Гитлер уцелел и после войны жил припеваючи в Южной Америке. Признаюсь, что я всегда относился к таким вещам с изрядной долей скепсиса, поскольку верил в то, что Гитлер покончил жизнь самоубийством 30 апреля 1945 года, накануне полного поражения Германии. Он принял яд, а затем его тело облили бензином и сожгли приближенные, как и просил великий диктатор накануне смерти. Останки Гитлера через некоторое время нашли и идентифицировали русские. Многочисленные экспертизы показали, что обгоревшие кости действительно принадлежат бывшему фюреру. Казалось бы, во всей этой истории можно поставить точку. Ан нет…

Начиная с 1960-х годов появляются свидетельства людей, видевших фюрера в различных южноамериканских городах. Причем все очевидцы – бывшие нацисты, которые неоднократно наблюдали Гитлера в его, так сказать, «первой» жизни и ошибиться не могли. Ну, или практически не могли. Все они в один голос утверждали, что фюрер выглядел здоровым и значительно помолодевшим; его описания были похожи друг на друга как две капли воды, хотя видевшие его люди друг друга не знали и заранее договориться не могли.

Странно, очень странно… Особенно если учесть, что нацисты были в Камеруне и брали у местных жителей эликсир бессмертия. Для кого? Явно для своего вождя. Получается, все сходится? Это нужно проверить. Но как?

Думал я недолго. Итак, я хочу знать что-то про тайны Третьего рейха? Так в чем же проблема? Ведь есть человек, который знает об этих тайнах больше, чем кто бы то ни был из ныне живущих на Земле! Разумеется, я имел в виду Ганса-Ульриха фон Кранца.

С Кранцем мы познакомились совсем недавно, но уже успели оказать друг другу немало услуг. Он неизменно консультировал меня по вопросам, связанным с нацистами, я – по всем проблемам, которые интересовали его и в которых я мог ему помочь. Сам Кранц – сын эсэсовца, бежавшего после войны в Аргентину и хранившего немало жутких тайн Третьего рейха. Со временем Гансу-Ульриху надоело быть преуспевающим бизнесменом, каковым он являлся большую часть своей сознательной жизни, и он решил разгадать все тайны, которые хранил его покойный батюшка. И надо сказать, весьма преуспел в этом вопросе.

…Дома Кранца не оказалось. Это меня не удивило – и как деловой человек, и как исследователь он просто обязан был постоянно находиться в разъездах. Я оставил сообщение на автоответчике и отправился заниматься своими делами.

Телефонный звонок в нашем офисе – не редкость… Черт, с этих слов уже начиналась одна неприятная история. Но на сей раз, хвала атлантическим богам, мне звонили не кровососы с целью назначить свидание, а Кранц: с целью выяснить, что было нужно. Голос немца доносился словно издалека, в разговор то и дело вклинивались помехи, и я понял, что мой собеседник находится где-то очень далеко.

– Как дела, старина? – спросил я Кранца. – Где вы сейчас, чем занимаетесь?

– Я сейчас на юге Патагонии, разбираю одно интересное дельце, – бодро отозвался немец. – Тут… гм… метеориты иногда падают. Расскажу при встрече. А вы, мой друг, как я слышал, воскресли?

Я попробовал уловить в голосе Кранца сарказм, но потерпел постыдную неудачу. То ли мой собеседник говорил совершенно серьезно, то ли издевался очень изощренно. Поэтому я ответил ему в том же тоне:

– Да, бывает и такое. Но я звоню вам не затем, чтобы пригласить на свое вознесение на небеса. Оно по неизвестным причинам откладывается. Я хотел спросить: Гитлер, он действительно погиб в мае сорок пятого, или спасся? А Борман? А другие наци?

– Кассе, вы читали мои книги? – спросил мой собеседник после небольшой паузы.

– Ну… не все, – признался я и украдкой посмотрел на полку, на которой стояли еще даже не распечатанные, к моему стыду, произведения Кранца. Чувствовал я себя при этом почему-то школьником, который не сделал домашнее задание вовремя и теперь должен краснеть перед строгим учителем.

– Ну так вот, – продолжил мой собеседник, к моему облегчению, вовсе не учительским тоном. – Борман после войны спасся и долгое время жил в Антарктиде. Время от времени он выбирался в Аргентину и несколько раз попался на глаза свидетелям. Отсюда и пошли, собственно говоря, все эти слухи. А Гитлер… Гитлер покончил с собой в Берлине, это всем известно.

– А он не мог стать бессмертным? Или, предположим, не могли ли его воскресить? – ляпнул я, опасаясь, что Кранц примет меня за сумасшедшего.

– Воскресить? – протянул мой собеседник задумчиво. – Воскресить… Мне об этом ничего не известно. Ни Борман, ни Гесс таких попыток не делали. Как я понимаю, ни тот, ни другой не хотели делиться властью с безумцем, который мог натворить черт знает что. Другое дело, что это могла попытаться сделать какая-нибудь группа фанатичных наци…

– Такое реально? – Я даже удивился, хотя думал, что совершенно отучился это делать.

– Реально ли… – задумчиво повторил Кранц и решительно добавил: – Знаете что, Кассе? У вас ведь не горит? Через три дня я буду в Европе, мы с вами встретимся и поговорим. Пойдет?

Я поспешно согласился, и мы распрощались. Итак, через три дня я, быть может, получу ключ к разгадке…

Загадки «Наследия предков»

Встреча с Кранцем действительно состоялась. К счастью, с ним не случилось ничего плохого: он не попал в автокатастрофу и не был отравлен ядом. У меня уже появились серьезные подозрения, что его, как и меня, хранят некие силы. Только вот для чего? Хочется верить, что мы когда-нибудь это узнаем…

Но вернусь к делу. Честно говоря, я рассчитывал, что беседа с немцем даст мне какую-то пищу для размышлений. Как выяснилось, мои ожидания были слишком скромными. Пищи оказалось столько, что я порядком объелся и вынужден был переваривать ее в течение нескольких дней.

Итак, начну по порядку. Отец Кранца был сотрудником могущественного и таинственного института «Аненэрбе» – «Наследие предков». Эта огромная научная организация действовала в Третьем рейхе под эгидой СС и занималась всеми новыми, «прорывными» научными исследованиями. Официальная задача института – изучение всего, что было связано с историей, культурой, языком, традициями древних германцев. Первым делом «Аненэрбе» занялся монополизацией древнегерманских исследований. В течение нескольких месяцев он интегрировал в свой состав все научные группы, занимавшиеся схожей проблематикой. К 1937 году «Аненэрбе» состоял из почти полусотни институтов. Именно в этот момент Гиммлер забрал его под свое единоличное руководство, включив в структуру СС. К этому моменту «Аненэрбе» начало все больше уводить в сторону от строго научных изысканий. Уклон в область духа, в сферу мистики и магии все больше увеличивался. Несмотря на то, что в своих программных документах «Наследие предков» заявляло о полной научности всех своих исследований, оккультные практики как новая отрасль знания были достаточно прочно укоренены в его структуре. На работу «Аненэрбе» были израсходованы огромные деньги – больше, чем США затратили на свой «Манхэттенский проект» (который, приоткрою завесу тайны, завершился постыдной неудачей). Исследования велись с колоссальным размахом и держались в строгом секрете.

Известно, что эсэсовские ученые занимались многими серьезными историко-культурологическими вопросами. Например историей Священного Грааля, споры о котором не смолкают по сей день. Они тщательно исследовали все еретические течения и оккультные школы, в том числе – общества алхимиков и орден розенкрейцеров. Кроме того, они организовывали тибетские экспедиции с целью приобщиться к внеземному разуму и изучали пророчества Нострадамуса. С началом войны специалисты «Аненэрбе» следовали за победоносным вермахтом, принимая под свою «опеку» сокровища европейских музеев и библиотек. Кроме того, здесь со временем начали проводиться исследования совершенно не гуманитарного направления, например, связанные с созданием психофизического оружия или с возможностями человеческого организма.

Последнее направление и интересовало меня больше всего. Впервые я столкнулся с деятельностью «Аненэрбе» тогда, когда изучал происхождение и возможности так называемых «сверхлюдей». Тогда и выяснилось, что в Третьем управлении Института расовых исследований, входившего в структуру «Наследия предков», проводились весьма любопытные – и весьма бесчеловечные – эксперименты над людьми. В частности там формировались специальные батальоны СС, состоявшие из солдат, боеспособность которых была искусственно повышена.

Специальные батальоны были строго секретными подразделениями и находились в личном подчинении Гиммлера, который собственноручно, можно сказать, направлял их на самые ответственные участки. Даже точное число их неизвестно – мы знаем только, что их насчитывалось не меньше 20 и не больше 30 (я знаю о существовании 29-го батальона, но в нумерации, возможно, были пропуски – так, о 10-м батальоне нет вообще никаких сведений). В каждом было от 500 до 1000 человек, итого общее число колеблется в пределах 10–30 тысяч солдат и офицеров. Еще мы знаем, что комплектовались такие батальоны добровольцами, прошедшими строгий отбор. И этим самым отбором занималось именно Третье управление Института расовых исследований!

Уже давно замечено, что германские солдаты на фронтах Второй мировой войны несли меньшие потери, чем их противники. Конечно, многое можно списать на их прекрасную выучку, на хорошее оружие (например, чего стоят одни только танки «Тигр» и реактивные истребители!), но все-таки этого недостаточно. Кроме того, историки поражаются той легкости, с которой немцы обычно сминали вражескую оборону. Словно бы впереди наступающих войск шло какое-то железное острие, которое прорывало самые укрепленные позиции.

А ведь это острие существовало. У него даже было свое имя: специальные батальоны СС. Вот выдержка из секретного приказа, опубликованного в июне 1943 года – незадолго до крупного наступления против русских:

В группировку, наступающую на Курск с севера, следует включить 3, 6, 7 и 15-й специальные батальоны СС. Войска, наступающие на Курск с юга, должны получить в качестве подкрепления 2, 9, 11, 12, 13, 18 и 21-й специальные батальоны СС. Батальоны надлежит использовать для прорыва вражеской обороны и вывести из боя сразу же после того, как войска выйдут на оперативный простор. Соблюдать обычные для таких случаев меры секретности. Не допустить попадания к противнику тел солдат из 2, 3, 11 и 12-го батальонов.

Но Третье управление было не просто центром подготовки солдат. Здесь проводились масштабные медицинские эксперименты, которые должны были повысить боеспособность германской армии. Разумеется, путем повышения качества ее человеческого материала. Третье управление имело свои филиалы во всех крупных концлагерях, где проводились опыты попроще. Знаменитые доктор Менгеле и Ильза Кох, равно как и другие осужденные после войны эсэсовские врачи-убийцы, были всего лишь подручными своих шефов из «Аненэрбе», мелкими сошками.

После войны в лапы союзников попала такая же мелкая сошка – какой-то медицинский работник, трудившийся в Третьем управлении. То ли парень не хотел говорить, то ли меры по обеспечению секретности в «Аненэрбе» были на высоте (во что мне верится сильнее), но он мало что видел и мало что знает. В Третье управление его взяли после долгих проверок, дали эсэсовский чин и усиленное питание. В общем, он занимался специальной программой тренировок, которая значительно усиливала человеческие мышцы. Система была такая: в мышцы вводился специальный состав. Одновременно проводились тренировки, во время которых человек дышал травяными испарениями. Следователи искали следы преступлений против человечества, а поскольку таковых было огромное количество и гораздо страшнее описанного, то его свидетельство никогда не оглашалось.

Поскольку допрашивали парня юристы, а не ученые, все самое важное для нашего вопроса в документе не было зафиксировано. Ну неинтересно им было, как увеличивалась мышечная сила! Важно было, сколько людей при этом было искалечено или погибло. Такие случаи были – во время тренировок люди умирали от перенапряжения, но редко. Кстати, этот горе-медик был позднее переведен в какую-то тюрьму, находившуюся под пристальным вниманием спецслужб, а затем следы его потерялись.

Найти других действующих лиц оказалось нереально. Что касается персонала Третьего управления в целом, то здесь получилась довольно интересная история. Как выяснилось, их исследовательский центр находился около города Бреслау – сегодня это на территории Польши, а тогда – на самом востоке Германии. В начале 1945 года Бреслау в результате русского наступления попал в окружение. Персоналу исследовательского центра был отдан приказ: пробиваться на запад. Тогдашний руководитель Третьего управления группенфюрер СС Краних собрал кое-какие военные отряды, раздал всем гражданским оружие и ринулся в бой. Врачи, естественно, были не в белых халатах, а в эсэсовской форме. А после того что СС натворили в России, русские их в плен не брали вообще – стреляли на месте даже в тех, кто руки поднял. В общем, за редким исключением, там все и полегли.

Тем не менее мне удалось раскопать еще одно свидетельство. Дело в том, что для своих экспериментов «Аненэрбе» использовал узников из специального концлагеря. Всем в мире известны названия гигантских концентрационных лагерей – таких как Бухенвальд, Аушвиц или Равенсбрюк. Гораздо менее известно название Оберзальцах, хотя этот лагерь играл важнейшую роль в «империи смерти» СС. И совсем не в силу его масштабов: по сравнению с тем же Освенцимом, его размеры были просто смехотворны. Однако начальник Оберзальцаха занимал в должностной иерархии СС самую высокую позицию из всех своих коллег, да и подчинялся непосредственно Гиммлеру. Почему? Многое проясняет название лагеря: «Образцовая колония для научных исследований». Здесь, в Оберзальцахе, содержались люди, которых планировалось использовать в виде подопытных кроликов при различных научных экспериментах. Один из главных заказчиков «человеческого материала» – институт «Наследие предков». Да-да, то самое безобидное научное учреждение, которое занималось всякими мифами и легендами! Руководитель «Аненэрбе» Сиверс даже однажды писал прошение о передаче лагеря в подчинение «Аненэрбе». Гиммлер не согласился: все нити власти он стремился держать в своих руках.

Считалось, что все они погибли в конце войны – были отравлены газом. Но дело в том, что институты «Аненэрбе» существовали по всей стране и возить туда-сюда каждый день «подопытных кроликов» было довольно накладно. Поэтому при каждом исследовательском центре существовал «мини-лагерь». В общем, на Бреслау незадолго до ухода сотрудников «Аненэрбе» на прорыв был совершен авианалет. Пострадала и территория Третьего управления: несколько бомб упали на лагерь. В итоге часть узников погибла, часть (еще способная двигаться) разбежалась. Немцам, понятное дело, было уже не до того, чтобы их отлавливать. В итоге один из них дал потом показания, которые тоже удалось найти.

Эксперименты в этом лагере ставились весьма необычные. Заключенным вводились специальные составы, которые, например, позволяли им не дышать под водой в течение 15–20 минут, а то и больше. Естественно, проводились эти опыты в чисто нацистском стиле: человека помещали под воду и ждали, пока он захлебнется. Жертв успешных экспериментов убивали (чтобы не оставлять свидетелей); жертвы неудачных по большей части умирали сами. Оставались в живых немногие – те, кто прошел через «несмертельные опыты» и остался пригоден к дальнейшему использованию (как бы цинично это слово ни звучало, но эсэсовцы употребляли только его).

Именно к этой категории относился наш герой. Его привели в какое-то помещение и заставили в течение трех часов дышать странными парами. Потом провели всевозможные измерения. Сам он рассказывал, что во всем теле появилось ощущение легкости и силы. Видимо, использовался какой-то специальный стимулятор. В общем, потом его вернули в барак, а ощущение все длилось. На следующее утро прилетели русские штурмовики. Когда он увидел, что охрана разбегается (сбросив бомбы, бронированные самолеты максимально снизились и на бреющем полете начали прицельно расстреливать сторожевые вышки), он рванул из барака. Бежать было очень легко; скорость, по его субъективным ощущениям, была невероятной. Так он и попал к русским, успел рассказать свою историю и умер, когда действие стимулятора закончилось, настолько изношенным был его организм.

Медики на службе СС

Вообще говоря, медики составляли едва ли не самый многочисленный контингент в институте «Аненэрбе». Оно и понятно: изначальной задачей организации было исследование арийской расы – как древней, так и современной, а кто является большим специалистом по человеку, чем врач? В структуре «Наследия предков» медики занимали порой весьма высокие посты. Они занимались, помимо расологических штудий, весьма подробными исследованиями человеческого организма в интересах вооруженных сил. В том числе и вопросами о том, какие максимальные нагрузки может выдержать солдат.

Руководителем медицинского отдела «Наследия предков» (впоследствии выросшего в отдельный институт) был доктор Зигмунд Рашер. Профессиональный медик очень высокой квалификации, он еще в молодости увлекся расовыми теориями. Рашер считал, что древние арии обладали сверхчеловеческими способностями; вернуть их современным германцам – задача медицины.

Чтобы решить эту задачу, Рашер начал исследовать экстремальные состояния человеческого организма. В частности, влияние на человека больших высот – в этих исследованиях были заинтересованы военно-воздушные силы. Подопытные брались из все того же концлагеря при институте. Их помещали в декомпрессионную камеру, где при помощи откачки воздуха создавалось низкое давление. В своем рабочем дневнике Рашер так описывал эти исследования:

Опыт проводился в условиях отсутствия кислорода, соответствующих высоте 8820 метров. Испытуемый в возрасте 37 лет в хорошем физическом состоянии. Дыхание продолжалось в течение тридцати минут. Через четыре минуты после начала испытуемый стал покрываться потом и крутить головой. Пять минут спустя появились спазмы; между шестой и десятой минутами увеличилась частота дыхания, испытуемый начал терять сознание. С одиннадцатой по тридцатую минуту дыхание замедлилось до трех вдохов в минуту и полностью прекратилось к концу срока испытания… Спустя полчаса после прекращения дыхания началось вскрытие.

В реальности все это выглядело гораздо ужаснее. Люди рвали на себе волосы, расцарапывали лицо, бились головой о стены – все для того чтобы уменьшить невыносимое внутреннее давление.

Следующий опыт был посвящен замораживанию. Особенно актуальными эти эксперименты стали ввиду вторжения германской армии в Россию, где зимы, как известно, отличаются невероятно низкими температурами. Кроме того, в них были заинтересованы все те же ВВС: экипажи самолетов, бомбивших Англию, иногда были вынуждены выбрасываться с парашютами над Северным морем и по многу часов проводили в ледяной воде. Рашеру предстояло установить две вещи: во-первых, как долго человек может выдерживать холод прежде, чем погибнет, и, во-вторых, как лучше всего отогреть замерзшего.

Эксперимент проводился следующим образом (снова процитирую самого Рашера):

Испытуемых погружали в воду в полном летном снаряжении с капюшоном. Спасательные жилеты удерживали их на поверхности. Эксперименты проводились при температуре воды от 2,5 до 12 градусов по Цельсию. В первой серии испытаний скулы и основание черепа находились под водой. Во второй – погружались задняя часть шеи и мозжечок. С помощью электрического термометра была измерена температура в желудке и прямой кишке, составлявшая, соответственно, 27,5 градусов по Цельсию и 27,6 градусов по Цельсию. Смерть наступала лишь в том случае, если продолговатый мозг и мозжечок были погружены в воду. При вскрытии после смерти в указанных условиях было установлено, что большая масса крови, до полулитра, скапливалась в черепной полости. В сердце регулярно обнаруживалось максимальное расширение правого желудочка. Испытуемые при подобных опытах неизбежно погибали, несмотря на все усилия по спасению, если температура тела падала до 28 градусов по Цельсию. Данные вскрытия со всей ясностью доказывают важность обогрева головы и необходимость защищать шею, что должно быть учтено при разработке губчатого защитного комбинезона, которая ведется в настоящее время.

Максимальная продолжительность пребывания человека в ледяной воде составила 1–1,5 часа. Только два русских офицера, доставленных из лагеря для военнопленных, продержались почти пять часов!

Вторая часть эксперимента была посвящена отогреву замерзших. Для этого использовались совершенно разные способы. В частности, столь экзотические, как тепло обнаженных женских тел. Для этих опытов доставляли женщин из концентрационного лагеря Равенсбрюк. В конечном счете, однако, было установлено, что гораздо эффективнее обычная ванна с горячей водой.

Сколько тысяч человек уничтожил доктор Рашер в ходе своих экспериментов, подсчитать сложно. Его данные потом широко использовались странами-победителями, несмотря на официальное осуждение подобных методов.

Но самые секретные эксперименты в Третьем управлении Института расовых исследований проводил не Рашер. Более того: вполне возможно, что Рашер о них даже не знал. Потому что самым засекреченным человеком в одной из самых засекреченных структур «Аненэрбе» был доктор Адольф Егерманн.

Кранцу лишь с большим трудом удалось отыскать хоть какие-то сведения об этом человеке. Егерманн родился в 1890 году и прослужил на фронте в качестве военного медика всю Первую мировую войну – от первого до последнего дня. В полевом госпитале, где трудился Егерманн, его называли «доктор Жизнь»: он брался за самых безнадежных раненых и с маниакальным упорством вытаскивал их буквально с того света. Казалось, смерть была его личным врагом – так яростно он сражался с ней за каждую живую душу. Сотни, тысячи человек были обязаны Егерманну своей жизнью: попади они в руки другого доктора, скорее всего уже отправились бы к праотцам.

Помимо всего прочего Егерманн был обладателем довольно редкого ордена «За заслуги». Получил он его отнюдь не за свой врачебный дар. Летом 1917 года англичане прорвали немецкий фронт, и в полосе их наступления оказался госпиталь Егерманна. И врачам, и раненым грозил в лучшем случае плен, в худшем – сами понимаете что. Но сдаваться наш герой не собирался. Он раздал врачам и легкораненым немногочисленное оружие, которое имелось в лазарете, и организовал оборону. Сам Егерманн встал за трофейный французский пулемет и прицельными очередями косил наступавших британцев. В результате госпиталь – небывалый в военной истории случай! – двое суток держал оборону против отборной английской пехоты, пока из тыла не подошли германские подкрепления. Говорят, что за эти два дня Егерманн убил больше людей, чем вылечил за предыдущие два года.

Секрет прост: доктор был отъявленным националистом. Он наотрез отказывался лечить пленных, говоря: «Я не могу лишать заботы немецких солдат, чтобы ставить на ноги их врагов». Когда война закончилась, Егерманн решил уйти в науку и начать исследования, связанные с исцелением больных и раненых, которых другие медики считали безнадежными. Он работал при берлинском госпитале «Шарите» и добился немалых успехов. Но этого ему было недостаточно. В середине двадцатых годов он берется за новую, необычную тему…

По стопам Христа

Для этого доктор Егерманн замахнулся на то, чтобы – ни много ни мало – начать воскрешать мертвых! В 1926 году в одном авторитетном медицинском журнале выходит его статья «О природе смерти», а два года спустя – работа «Воскрешение с точки зрения медицины». В них он последовательно доказывает, что воскресить человека вполне реально. Достаточно разработать химический состав, который омолодит клетки организма и заставит всю систему снова работать. Естественно, на сильно поврежденные и разложившиеся трупы эта «живая вода» – как я ее условно окрестил про себя – действовать не могла. Несколько лет ушло на бесплодные поиски эликсира, причем Егерманн подвергался постоянным насмешкам коллег. Все прошлые заслуги были довольно быстро забыты, его стали считать едва ли не сумасшедшим. Но это не заставило доктора свернуть с намеченного пути; через некоторое время он разочаровался в возможностях химии и пошел другим путем. В 1932 году в свет выходит его статья «Расширяя границы медицины: жизнь и душа». В ней Егерманн доказывал, что оживление мертвого тела чисто механическим способом лишено смысла. В лучшем случае мы получим существо, лишенное разума и сознания. Задача же заключается в том, чтобы вернуть в тело душу, которая отделяется от него в момент смерти. После этой статьи Егерманна окончательно объявили сумасшедшим и выгнали с работы. Эх, если бы противники доктора знали, что всего несколько десятилетий спустя ученые полностью подтвердят его правоту…

Куда было податься Егерманну? Только в институт «Аненэрбе», основанный в 1933 году. Там его приняли с распростертыми объятиями. Идти ему было больше особо некуда; к тому же доктор вполне откровенно симпатизировал нацистам (видимо, сыграло роль и то, что большинство его противников в научном мире были евреями). В общем, в 1933 году в рамках института (тогда еще не существовало никакого Третьего управления) был создан Отдел по проблемам смерти, который и возглавил Егерманн.

Наверное, у вас уже сложился в голове образ такого безумного профессора с лихорадочно бегающими глазами, который пропускает через трупы электрический ток и читает заклинания. На самом деле все обстояло совершенно не так. Люди, работавшие с Егерманном, вспоминают его как исключительно здравомыслящего человека, весьма аккуратного и пунктуального. Одним словом, классический немецкий ученый, с какой стороны ни посмотри.

И вот именно этот ученый, набрав целый штат помощников – в первую очередь молодежи, еще чуждой стереотипов, – начал пытаться воскрешать людей. Сначала был скрупулезно исследован процесс умирания: что происходит с человеком перед, во время и после смерти. По итогам этих исследований в 1937 году вышла книга «Смерть с медицинской точки зрения», предисловие к которой написал не кто иной, как шеф СС Генрих Гиммлер. Уже один этот факт показывает, насколько высока была ставка на Егерманна. В предисловии «железный Генрих» говорил:

Трудно переоценить то значение, которое имеет исследование смерти для нашей расы. Борьба со смертью была на протяжении тысячелетий предметом заботы лучших умов человечества. Только тщательно изучив смерть и отбросив всякий страх перед ней, мы сможем победить ее. Я верю, что благодаря арийскому гению вскоре настанут те времена, когда смерть будет не опаснее насморка. Мы сможем воскрешать тех покойников, которых сочтем достойными этого. Может, однажды и император Барбаросса, спящий в своей пещере, благодаря германскому гению откроет глаза и увидит выдающиеся деяния своих потомков! Наступят времена, когда человек, показавший себя истинным арийцем, сможет получить высшую награду, о которой только может мечтать, – бессмертие!

Вот так вот, ни много ни мало. Вот почему высокопоставленные нацисты поддерживали Егерманна, вот к чему они стремились. Каждый из них хотел жить вечно. Да и кто не хочет?

Чего же удалось добиться «доктору Жизнь»? Увы, после 1937 года сведений о его работе становится совсем мало. Сохранились лишь некоторые разрозненные свидетельства. Так, Егерманн все-таки не оставил мысли о возможном оживлении человека химическим путем. Узников концлагеря, находившегося в ведении Третьего управления, сначала убивали, а потом пытались разными способами вернуть к жизни. Сохранилось жутковатое описание этой процедуры (я имею в виду возвращение к жизни), которое звучит следующим образом:

Тело человека, лежавшего на операционном столе, еще не начало разлагаться. Из его вен в нескольких местах торчали иглы, которые были соединены трубочками с большим сосудом, в котором тускло мерцала прозрачная жидкость. Тихо заработал электромотор, создавая давление, и жидкость потекла по трубочкам. Цвет тела – бледно-синеватый – менялся на глазах. Труп приобретал все более живые оттенки, так что в какой-то момент стало казаться, что на столе лежит спящий человек.

Егерманн, стоявший рядом с операционным столом, отдает команду – и бригада врачей начинает возвращать тело к жизни. Они пробуют все средства, начиная от электрошока и заканчивая массажем сердца. Это, наконец, помогает. Сердце начинает биться, человек начинает дышать. Сперва прерывисто, неритмично, потом все более и более ровно. Кажется, что он сейчас откроет глаза и…

Труп – вернее, уже живой человек – действительно открывает глаза. Меня невольно передергивает: более пустого и бессмысленного взгляда я не видел никогда в жизни. Очевидно, что разум давно покинул это тело. Лежащий на столе человек издает какие-то негромкие гортанные звуки. Пошевелиться он даже не пытается…

Не знаю, откуда Кранц взял этот текст (видимо, раздобыл по каким-то своим каналам, о которых предпочитает не распространяться). Не знаю даже, кому он принадлежит. Да это, наверное, не так уж и важно. Говорят, человек, оживленный таким способом, прожил несколько дней, но так и не обрел разум: он не смог даже самостоятельно питаться! Впоследствии он был умерщвлен – уже окончательно.

Впрочем, Егерманн этот этап миновал довольно быстро, осознав его бесперспективность. Гораздо более заманчивыми оказались попытки возвращения души в тело. Здесь ученый решил прибегнуть к услугам профессиональных медиумов, но столкнулся с той же проблемой, что и я: большинство людей, заявлявших о своей способности контактировать с загробным миром, были обыкновенными шарлатанами. Тем не менее Егерманну удалось установить контакт с душами нескольких людей. Говорят, был даже сконструирован прибор, который должен захватывать душу и возвращать ее в тело: он использовал различные поля – в первую очередь электромагнитные – и неофициально назывался «Ловец душ». Судя по всему, какие-то успехи с его помощью были достигнуты, но массового воскрешения убитых солдат – а именно этого ближе к концу Третьего рейха требовали нацистские вожаки – не получилось…

Хотя, нацистских вожаков вполне устроил бы и другой вариант, при котором они сами – а также все истинные арийцы – обрели бы бессмертие. Такую задачу они поставили перед Егерманном. Справился ли он с ней?

«Черный камень» черного корпуса

Но прежде чем я нашел ответ на этот вопрос, мне предстояло сделать другое, не менее поразительное открытие. Среди материалов, которые мне привез Кранц, был один довольно неприметный листок, который сначала даже как-то затерялся в других бумагах. Выудил я его только на следующий день.

На листке была фактически только одна запись. Ровным, аккуратным почерком Кранца (чего вы хотите – немец, да еще и деловой человек!) там было выведено:

По некоторым данным, поисками бессмертия мистики занимались и в замке СС Вевельсбурге. Эти эксперименты находились под личным контролем Гиммлера и были отделены от медицинских исследований. Подробности проекта неизвестны, состав участников и результаты – тоже. Все документы либо уничтожены, либо не найдены. Известны лишь два обстоятельства: во-первых, к участию в проекте привлекали тибетцев. Во-вторых, использовался некий магический артефакт под названием «Черный кристалл».

«Черный кристалл»! Может быть, это и есть тот самый «черный камень» из моих воспоминаний? Вот бы узнать, что это такое и как оно действует! В нетерпении я сорвал с телефона трубку и набрал номер Кранца.

Мой собеседник ответил не сразу. Черт подери, я совершенно забыл про разницу в часовых поясах и, похоже, вытащил своего приятеля прямо из постели! Впрочем, по тону Кранца понять это было невозможно: все тот же ровный и уверенный голос. Так что я на всякий случай даже не стал извиняться – что, впрочем, на меня очень даже похоже.

– Кассе, доброе время суток, слушаю вас! – Кранц мягко намекнул на мою оплошность.

– Дружище, среди ваших бумаг есть одна чертовски интересная, – без долгих прелюдий начал я. – Она касается «черного камня»…

– «Черного камня»? – Кранц явно не понимал, о чем речь.

– Ну, «черного кристалла», так он называется у вас. – Я был полон нетерпения. – Использовался при экспериментах по воскрешению в замке Вевельсбург…

– А-а, вы об этом… – В голосе Кранца не было ни малейшей искорки интереса. – Но ведь это всего лишь легенда, Кассе!

– У меня есть серьезные основания подозревать, что это не просто легенда.

– Серьезные основания? Гм, ну раз вы так говорите, значит, действительно серьезные. В общем, дело обстояло так: Вевельсбург – главный орденский замок СС, и там были сосредоточены все нацистские святыни типа рунических табличек. Подозреваю, что «черный кристалл» – или камень, как вы говорите – был одним из таких артефактов. Нацисты пытались оживить даже самые несуразные легенды…

– А это не мог быть какой-то прибор?

– Вряд ли: тогда бы он находился в ведении Егерманна. Максимум, что я готов допустить, – это мог быть какой-то редкий минерал или сплав, от которого исходило особое излучение…

– Исцеляющее? Воскрешающее?

– Кассе, я не Господь Бог и не Генрих Гиммлер. Я не знаю ответа на ваш вопрос. Не знаю.

Распрощавшись, я повесил трубку. Немного, но кое-что. Значит, нацисты все-таки знали про «черный камень». Более того: у них он был. Но единственный ли в своем роде или один из многих? Не знаю, слишком много неизвестных в этом уравнении…

«Зигфрид» и оборотни

Неделю спустя после нашего разговора я получил по электронной почте письмо от Кранца. Текст письма был самый банальный; гораздо больше меня интересовал приложенный к письму файл. В файле была шифровка – только так я мог рассчитывать защититься от непрошеных читателей. То, что Кранц решил использовать шифр, показывало: ему удалось накопать что-то важное. Три часа я, как прилежный школьник, корпел над расшифровкой текста (программы-шифровальщики мы не используем, опять же, исходя из соображений безопасности). А потом еще некоторое время ушло на то, чтобы осмыслить написанное моим немецким (или аргентинским – тут уж как посмотреть) другом.

В общем, суть послания заключалась в том, что к 1944 году Егерманну удалось разработать эликсир бессмертия. Состав назывался «Зигфрид» и вводился в кровь подопытных людей. По идее, он должен был омолаживать клетки организма, стимулируя рост новых взамен старых. Для того чтобы поддерживать организм в нужном состоянии, достаточно было время от времени (примерно раз в несколько месяцев) закачивать в вены новые порции «Зигфрида». Правда, до конца войны Егерманну так и не удалось убедиться в действенности своего снадобья. Ученого постоянно подгоняли, требуя конкретный результат, и ему пришлось начать испытания на живых людях, еще не закончив предварительный цикл опытов на кошках и кроликах. В конце 1944 года «Зигфрид» был введен 50 старикам из числа узников концлагеря. Средство подействовало безотказно – все они буквально выли от жуткой боли и зуда, возникших по всему телу. В течение суток 44 человека умерли, еще двое скончались на следующий день. Зато четверо выживших неделю спустя почувствовали себя гораздо лучше. Создавалось впечатление, что каждый из них скинул лет по десять. В своем отчете Егерманн написал:

Опыт показал, что препарат «Зигфрид» является вполне действенным. Однако его воздействие на уже одряхлевший организм смертоносно. Очевидно, «Зигфрид» для выполнения своей задачи мобилизует все ресурсы организма, требует много энергии, которой у истощенного тела просто нет. Нагрузка, которую создает «Зигфрид», под силу только молодым и здоровым людям. Такого человека, очевидно, можно «законсервировать» в состоянии вечной молодости. Для людей старше 40–50 лет «Зигфрид» не только бесполезен, но и смертельно опасен.

Такой препарат был совершенно не нужен руководителям Третьего рейха, которым, в большинстве своем, было уже далеко за сорок. Поэтому гениальному доктору было поручено разработать другой «эликсир жизни», который подошел бы и пожилым. Удалось ли ему это сделать, неизвестно. В мае 1945 года Егерманн бесследно исчез – как и многие другие нацистские ученые…

Впрочем, работы Третьего управления Института расовых исследований не ограничивались изысканиями Егерманна. У здешних ученых была еще одна важная задача, связанная как раз с бессмертием. Ведь любое снадобье типа «Зигфрид» только продлевало человеку жизнь, но отнюдь не делало его неуязвимым. И получалось, что потенциально бессмертного человека можно было, например, застрелить. Или, скажем, он вполне мог стать жертвой несчастного случая – разбиться, утонуть и т. д. И тогда все, смерть неизбежна. Не правда ли, обидно?

Значит, надо было сделать так, чтобы человек не только мог эффективно омолаживаться, но и оставался трудноуязвимым для всевозможных физических повреждений. Но как это сделать? Покрыть его со всех сторон броней? Тяжело да и неудобно. Остается один выход: сделать так, чтобы ткани могли быстро регенерировать. Можно пойти и другим путем – продублировать все основные органы: так, чтобы человеку в принципе невозможно было нанести смертельное ранение. Но для этого в человеческом организме было, пожалуй, слишком мало места.

В теории, в общем-то, все ясно, но вот как этого добиться на практике? А ведь нацисты смогли-таки сделать своих людей почти неуязвимыми. Вспомним те самые специальные батальоны СС. Добровольцев, которые вступали в них, подвергали специальной медицинской обработке. Знать бы еще, какой…

И здесь я весьма кстати вспомнил о существах, которые, если верить мифам, как раз способны очень быстро залечивать свои раны. Речь идет, разумеется, об оборотнях…

Упоминаний о них в мировой культуре в конечном счете не меньше, чем о вампирах. При этом оборотни – не мертвецы, которые существуют в могилах и пьют кровь: они – живые люди и с виду ничем не отличаются от других людей. Их основной признак – это умение превращаться в то или иное животное, однако есть еще два: трудноуязвимость и невероятная сила. Иногда попадаются легенды о том, что ткани оборотня постоянно регенерируют, и потому он не подвержен старению. Убить оборотня можно фактически так же, как и вампира, – серьезно повредив ему сердце и мозг.

Превращение в оборотня может произойти в результате многих событий. Стать им можно, например, посредством магии, после укуса другого оборотня, съев мозг волка, сделав глоток из волчьего следа в земле или родившись от оборотня.

Первые упоминания оборотней относятся ко временам Древней Греции. Культуру Египта, где оборотнем фактически являлся каждый бог, я уже не упоминаю. Но именно в Греции поклонялись Зевсу в волчьем обличье – так называемому Зевсу Ликейсиному. В Древнем Риме даже устраивались специальные празднества в честь волков: луперсалии. Ведь, согласно легенде, основатели города были вскормлены волчицей. Кстати, мифы о вскармливании младенцев волками существуют в разных культурах – вспомним хотя бы знаменитых Маугли и Тарзана. Судя по всему, и здесь каким-то образом замешаны оборотни.

Надо сказать, что в древних культурах отношение к оборотням было хорошее, даже уважительное. Никто не думал их преследовать и уничтожать. Почему-то только с наступлением христианской эпохи оборотни превращаются в свирепых врагов обычных людей, становятся воплощением зла. В XIV веке по Европе прокатилась массовая истерия: в городах и деревнях ловили и убивали оборотней. Разумеется, при этом были уничтожены тысячи, если не десятки тысяч, ни в чем не повинных людей. В XVI веке история повторилась. С тех пор страх перед оборотнями прочно поселился в сердцах европейских обывателей. Потому что считалось, что из всех лакомств эти создания более всего уважают человечину.

Реально ли существование оборотней? Если судить с позиций официальной науки – разумеется, нет. Но не будем спешить. В конечном счете, официальная наука отрицает многое из того, что сегодня известно нам в качестве достоверного факта. Думаю, с оборотнями, как и с вампирами, происходит нечто похожее. Разумеется, в то, что представитель рода людского может превращаться в животное, поверить трудно. Можно предположить, что человек под влиянием каких-то гормонов приобретал звероподобные черты. Эти же самые гормоны заставляли клетки в поврежденной области (например, при ножевом ранении) бурно делиться, вследствие чего рана заживала в феноменально короткие сроки. Вполне возможно, что нацистам удалось изготовить некий препарат, который придавал обычным людям способности оборотней.

Но куда же делись те, кто отправлялся в Камерун? Об этом мне хотелось узнать больше всего.

Надо отдать должное Кранцу: он смог добыть материалы, касавшиеся этой сверхсекретной экспедиции…

Нацисты в джунглях

В августе 1943-го многие высокопоставленные нацисты, владевшие реальной информацией о положении на фронтах, начали понимать: война проиграна. Сколько еще удастся продержаться? Этого никто не знал. Егерманн же со своими опытами все никак не мог продвинуться вперед. А Гиммлеру, Борману и прочей своре очень хотелось жить вечно.

Откуда они узнали о загадке камерунских племен, точно установить не удалось. В этой истории вообще очень много тайн и загадок… Известно одно: осенью, по прямому распоряжению Гиммлера, из сотрудников «Аненэрбе» была образована небольшая группа, которой предстояло отправиться на Черный континент. Потому что, при всей ненависти нацистов к неграм, им ничего не оставалось, кроме как идти на поклон к отсталым племенам.

Группу возглавлял оберштурмбанфюрер Герке. В ее состав входили медики, биологи, африканисты и несколько профессиональных путешественников. Кого только не было в то время в рядах СС! Общая численность группы, включая командира, составляла 15 человек. 14 октября 1943 года на аэродроме Милана они погрузились в транспортный самолет «Фокке-Вульф-200» и под покровом ночной темноты отправились в южном направлении.

Ненастная ночь помогла избежать встреч с истребителями противника. Американцы, оккупировавшие (или освободившие?) южную часть Италии, даже не заметили тяжелую четырехмоторную машину – или приняли ее за свою. В общем, рассвет застал «Фокке-Вульф» над северной частью Сахары. Самолет летел, сколько хватало горючего, а потом приземлился прямо в песок. Отыгравший свою роль аэроплан подожгли – и отправились дальше: в глубину пустыни.

Как нацистам удалось быстро и без потерь преодолеть пески и джунгли, мне не известно. Судя по всему, не обошлось без помощи атлантов, которые, вдобавок, дали своим протеже хорошие рекомендации. Поэтому, когда группа Герке в декабре оказалась в землях бванга, ее встретили вполне радушно.

Так в распоряжении немцев оказался эликсир бессмертия. Биологи попытались на месте провести его химический анализ, но потерпели позорную неудачу: рецептура оказалась слишком сложной. К слову сказать, бванга поделились с немцами даже секретом изготовления волшебного напитка, но, как вы понимаете, в рецепте были задействованы в основном местные растения, которых в Германии днем с огнем не сыщешь.

Пришлось биологам собирать большую коллекцию. Медики тем временем обследовали тех, кто у туземцев считался бессмертным, и накапливали материал. В конечном счете французские власти каким-то образом узнали о том, что в глубине Камеруна находятся некие странные люди, и специалисты «Аненэрбе» были вынуждены убираться восвояси. Впрочем, не с пустыми руками – с собой они увозили канистру(!) эликсира, несколько ящиков растений и пухлый отчет…

Куда все эти материалы делись потом? Неизвестно. Потому что экспедиция, покинув Камерун, не вернулась. Что произошло? Атланты бросили своих подопечных на произвол судьбы? Герке и его коллеги погибли во время песчаной бури или были искусаны ядовитыми змеями? Все это вполне вероятно, но есть еще одна версия, способная объяснить исчезновение эсэсовцев. Дело в том, что все они – включая Герке – были учеными, а не фанатичными нацистами. А ученые – простые люди с обычными мечтами и слабостями. Получив в свои руки эликсир бессмертия, они могли просто не захотеть с ним расставаться…

Говорят, у некоторых африканских племен уже в наше время есть легенда о том, что в глубине джунглей существует племя белых людей. Они владеют огнестрельным оружием, берут себе в жены негритянок; дети, родившиеся от этих браков, – скорее негры, чем белые, но все старейшины отличаются белоснежной кожей и говорят на своем, никому не понятном наречии. Обнаружить это племя пытались много раз, но пока это никому не удалось…

«Но если экспедиция пропала, – спросите вы, – откуда взялись все эти данные?» Все довольно просто. Дело в том, что одного из эсэсовцев в джунглях, где он собирал растения, укусила ядовитая змея, и он вынужден был остаться на попечении у бванга. Через несколько недель французы взяли его в плен, но перед этим он успел предусмотрительно спрятать свое оружие и одежду, так что выдавал себя за немецкого любителя-путешественника. Поскольку предъявить ему французам было нечего, его интернировали до конца войны, а потом отпустили. Свою тайну он открыл только Кранцу, который нашел немца почти случайно. Этому участнику экспедиции Герке было в тот момент 102 года…

Бессмертные во льдах?

Что ж, все было более или менее понятно. Теперь меня интересовал только один вопрос: удалось ли сохранить рецептуру «Зигфрида» до наших дней? Напомню: создатель нацистского зелья, Егерманн, в 1945 году бесследно исчез. На поиски ученого победителями были брошены огромные силы – видимо, какая-то информация о его разработках просочилась за стены «Аненэрбе», – но безуспешно. Здесь возможны две версии: либо его прикончили свои же (по принципу «так не доставайся же ты никому»), либо он смог куда-то скрыться. Вторая версия кажется мне более предпочтительной, и вот почему…

После телефонного разговора с Кранцем я все-таки взял с полки все его книги и внимательно их прочитал. И надо сказать, выяснил для себя немало интересных подробностей. Например, о том, что после войны нацисты нашли убежище в Антарктиде, и заправляли всем этим Борман и Гесс. Туда отправили многих выдающихся ученых, и вполне может быть, что среди них оказался и Егерманн.

Кранц убежден, что антарктическая база существует по сей день – эдакий Четвертый рейх, готовящийся к новому захвату мира. В своей книге он пишет об этом так:

Есть множество признаков того, что антарктическая база по-прежнему существует. Вся сеть нацистских организаций, разбросанных по миру, – не более чем щупальца гигантского спрута. Но ведь где-то должна находиться и голова! И более подходящее место для нее, чем в Антарктиде, найти трудно.

Вполне возможно, что нацисты давно установили контакт с антарктами и нашли с ними общий язык. В таком случае совершенно очевидно, почему правительства развитых стран мира, в первую очередь США, не спешат искать (и находить) нацистскую базу. Ведь ее обитатели могут призвать на помощь силы, истинная мощь которых не известна никому. Быть может, сегодняшнее население Вальгаллы выполняет роль посредников между антарктами и сильными мира сего, продавая последним высокие технологии в обмен на собственную неприкосновенность.

И еще один аргумент в пользу существования нацистской базы во льдах Антарктиды: в начале 50-х годов ее население насчитывало по меньшей мере 150–200 тысяч человек. Вымереть население Вальгаллы не могло, так куда же оно исчезло? Разъехалось по разным странам? Но сохранить тайну в таком случае было бы просто невозможно. Уничтожить все население? Конечно, нацисты были вполне способны на такой шаг, ведь в своих концлагерях они истребили гораздо больше славян и евреев. Но для чего резать куриц, несущих золотые яйца? Ведь большая часть тех, кто населял Вальгаллу, были высококлассными специалистами.

Что касается современных средств слежения, то нужно помнить, что на всякий меч есть свой щит. Средствам слежения противопоставляются средства противодействия. А в том, что у жителей Антарктиды уровень технологий весьма высок, сомневаться не приходится. Нацисты весьма умело маскируют свои базы, как правило просто «укрывая» их снегом и льдом. И даже самый современный спутник не в состоянии понять, что там, внизу, – заброшенный город? Горячее озеро? К слову сказать, наиболее современные и высокоточные космические аппараты дистанционного зондирования земли исчезают или прекращают работу вскоре после выхода на орбиту. Так, например, произошло недавно с двумя новейшими русскими спутниками. Кроме того, периодически поступает информация об обнаружении на орбите странных объектов, не являющихся спутниками, запущенными в космос одной из известных нам великих держав. Вполне возможно, что они стартовали с тайных космодромов в Антарктиде.

Одним словом, я убежден, что нацистская база на Южном континенте продолжает существовать. Конечно, Гесс и Борман, а также почти все, кто стоял у ее истоков, давно умерли. Однако их дети и внуки, к которым добавляются тысячи добровольцев со всего света, продолжают начатое дело. И кто знает: не проснемся ли все мы однажды в мире, где правит Четвертый рейх?

Со всем этим я охотно соглашусь, выделив лишь два момента. Во-первых, для меня вовсе не очевидно, что Гесс и Борман почили в бозе. Потому что Егерманн вполне мог усовершенствовать свое зелье – и тогда не исключено, что высокопоставленные нацисты дожили до наших дней. Во-вторых, по-моему, нацистская база пользуется поддержкой не антарктов, а атлантов…

Впрочем, этим пусть занимается Кранц.