*******
- Доктор, с ней все в порядке? – Макс с Германом окружили эскулапа возле двери, когда тот вышел из спальни.
- Потише, молодые люди, - пожилой мужчина скривился, так как напор парней, а для него они слишком молодые, слегка пугал.
Точнее, напрягал, так как врач не любил, когда шумят вокруг. Слишком громко. Даже слишком агрессивно, но и парней можно понять. Переживают за самочувствие девушки, хотя вся эта ситуация довольно странная. В больницу везти не хотят, а ведь малышке требуется обследование. Возможно, у девушки и нет сотрясения, но выглядит она, мягко говоря, хреново.
И отдых ей точно не помешает.
- Извините, - Макс кивнул, останавливая порыв Германа наброситься на врача прямо сейчас.
С братом он позже разберется – какой-то бес в него вселился, так Полонского-старшего плющит. Его звонок:
“Макс, помоги!”
Никогда такого не было, сколько мужчина себя помнил. Чтобы Герман… помощи просил…
Да это бред чистой воды!
- Ничего страшного, - врач кивнул в ответ, снимая халат. – Я привык.
- Так что с ней, доктор? – сегодня Макс бил все рекорды по сдержанности, иначе ничегошеньки они не узнают от старикашки, которого ему порекомендовали как лучшего специалиста.
Правда, не уточнили, в какой сфере, но девчонке плохо. Тут уж не до сферы, лишь бы эскулап помог.
- Истощена, небольшое сотрясение, скорее всего, но это не страшно, - доктор поднял глаза на Макса. – Вы ее что, голодом морили?
- Э-ээ… - растерялся тот в ответ, сглатывая очень громко и слишком демонстративно слюну.
- Виноват, - тут же влез Герман, беря весь огонь на себя. – Не досмотрел.
- Ей нужен отдых, нормальный сон, свежий воздух и правильное питание, - врач сделал паузу, складывая халат в портфель. – Да, и еще, - снова запнулся, теперь уже переводя взгляд на Германа. – Покажите ее специалисту, так как у нее проблемы с нервной системой.
- Что-то серьезное? – Герман нахмурился, а на скулах желваки заиграли ходуном.
- Пока не вижу повода для паники, но лучше предотвратить заранее рецидив, чем потом разгребать плачевные последствия. Поверьте, я много чего повидал, поэтому лучше заранее.
- Спасибо, доктор, - кивнул Герман и пожал пожилому мужчине руку. – К ней можно?
- Я вколол ей успокоительное, она может спать, - спокойно ответил врач, а Полонский-старший ему даже позавидовал.
Ему бы сейчас подобное спокойствие. Кто бы знал, как Германа рвет изнутри! Сначала испугался, когда девушка начала падать. Сам не понимал в тот момент, что творит – какая-то пелена перед глазами.
И эти чертовы голубые глаза…
- Снежана! – снова тряс ее за плечи, но малышка не приходила себя. – Твою мать! – рычал Полоз, а после поднял девушку на руки.
В несколько шагов пересек расстояние до кровати. Опустил Снежану на прохладные простыни, а у самого настоящая паника. Никак не получалось успокоиться и взять себя в руки. Единственный, кто мог помочь – это брат.
По крайней мере, именно сейчас нужен тот, кто трезво оценит ситуацию.
- Макс, мне нужен врач, - выдал Герман, когда парень ответил после третьего гудка.
- Что случилось? – чуть ли не орал Макс в трубку, на что мужчина со стоном вздохнул.
В голове полный хаос – сейчас еще и брата заставит нервничать, уж тогда они точно нарешают.
- Да не мне, а Снежане, - тут же поправился, но все равно никак не мог четко свои мысли до кучи собрать. – Она упала, головой ударилась сильно.
- Жива? – уже спокойнее произнес Макс, но все равно нотки волнения в голосе прослеживались.
- Жива, но без сознания.
- Жди, скоро буду, - и отключился, а Герман в очередной раз со стоном вздохнул, глядя на девушку.
Что же он натворил? Да дались ему эти голубые глаза, черт бы их побрал! Пофиг – плевать на все. И на цвет глаз, и на ее странные перепады настроения, и даже на то, что провалы в памяти у девчонки.
Она нужна ему. И точка. С остальным справится.
Если Снежана захочет…
Макс пошел провожать врача, а также отдать охране распоряжение, чтобы мужчину доставили туда, куда скажет, а Герман так и стоял возле двери в спальню. Зайти? Или подождать? Уже пальцы потянулись к ручке, но мужчина тут же одернул себя.
Не стоит. По крайней мере, пока. Зайдет, увидит бледную девушку и начнет себя винить за содеянное. Да и что он может сказать Снежане после случившегося? Псих, самый что ни на есть настоящий – зря он четыре года назад не поверил психиатру.
- Вам нужно лечение, Герман, - пауза, на протяжении которой мужчины не отводили глаз друг от друга. – Потом может быть поздно…
- Поздно… - тихонечко произнес Полонский в пустом коридоре, провел пальцами по двери, засунул руки в карманы и направился к лестнице.
Одна ступенька, вторая, третья… Что за херня в его жизни происходит? Все не как у людей – вечно какие-то напряги. Ни семьи, ни друзей, в общем… ничего. Одна пустота – как снаружи, так и внутри.
- Хорош хандрить! – услышал голос брата и поднял глаза на него. – Все в порядке будет с твоей Снежаной, мне доктор сказал, что просто ушиб. Ну и устала девочка, дай ей выспаться.
- Дам, - кивнул Полонский-старший, остановившись посреди зала.
“И не только выспаться”, - мысленно добавил, желая поскорее избавиться от Макса.
Привык к тишине. И одиночеству. Слишком резко в его жизни произошли изменения, которых Герман никак не ожидал. Все настолько сумбурно и суматошно в последнее время, что в пору действительно на прием к психиатру записываться.
- Бля, да что с тобой, Герман? – брат вспыхнул, но мужчина не отреагировал на очередной всплеск эмоций от Макса.
- Устал, - ушел от правдивого ответа, которого и сам, как оказалось, не знал.
- Даже если это она… - парень запнулся, наблюдая, как у старшего челюсти сжимаются. Будто судорога их сводит, так его лицо перекосилось. – Что делать думаешь?
- Пока не знаю, - Герман помотал головой из стороны в сторону. – Блин, ну не может человек так притворяться!
- Ты не хочешь поверить, что это не она.
- Интуиция, Макс, - Полонский-старший провел пальцами по волосам, а после и по лицу. – Она не помнит тебя, Влада, дом видит впервые, - перечислял, понимая, что заблуждается, но интуиция, мать ее, не давала покоя. – Да и меня вроде как не знает.
- Вроде? – Макс приподнял одну бровь вверх. – Или все-таки не знает?
- Я запутался, - выдохнул резко Герман и закинул голову. – Еще этот чертов банкет.
- Пойдешь? – парень сегодня не просто бил все рекорды по сдержанности.
Кубок готов получить, так держал себя в руках, прекрасно понимая, что брата надо вытаскивать. Из чего, пока не совсем понятно, но его перепады настроения до добра точно не доведут. Хватило его сегодняшней реакции на глаза Снежаны – сам не понимал и точно не помнил, что натворил. Рассказывал так сумбурно, что у Макса глаза на лоб лезли.
Это точно его старший брат? Или кто-то подменил Германа ненароком?
- Придется, - Полонский-старший открыл глаза. – Хотя бы понять, что Вольский успел нарыть.
- В смысле? – Макс напрягся и уставился на брата, не понимаю, куда тот клонит.
- Четыре года он ждал и не проявлял никаких активных действий, - выдал Герман на автомате, на что парень усмехнулся.
- Пытался…
- Это не в счет, - перебил, так как попытки запугать Макса не рассматривал как реальную угрозу. – И вдруг начал активно меня выводить из себя. Зачем?
- Логично, - кивнул парень, усмехаясь. – Я пробью, не переживай, и завтра ты будешь знать обо всех передвижениях Вольского.
- А смысл? – Герман пожал плечами. – Завтра он и сам мне все расскажет.
- Девочку не пугай больше, - Макс подошел к брату и похлопал того по плечу. – Вижу, как тебя плющит от нее. Может, пора уже забыть о прошлом?
Парень ушел, а Герман еще долго стоял посреди зала в гордом одиночестве.
Забыть… Забыть… Забыть… Но как? Если то и дело картина последней встречи стоит перед глазами? Ее горящий взгляд, слезы, текущие по лицу, и такое злобное:
“Ненавижу…”
Герман резко выдохнул, развернулся и направился к лестнице. Лишь одним глазком взглянет. Трогать не будет. Тихонечко посидит рядом, лишь бы с ней ничего не случилось. Второй раз потерять ее он просто не сможет. Тем более что сейчас только он виноват. Не на кого ответственность перекладывать, как четыре года назад.
Хотя и тогда он тоже винил себя. Если бы не позволил ей выйти…
Но он позволил, и вот теперь осознание того, что может второй раз потерять девушку, давило на оголенные нервы со страшной силой.
“Надо как-то разрулить!’’ – Герман мысленно прикидывал все возможные варианты, пока подходил к двери в спальню. Нажал на ручку и переступил через порог.
Сколько времени прошло, что так темно в комнате? Свет от фонарей падает на кровать, но даже при слабом освещении видно бледное лицо Снежаны. Хочется до него дотронуться, но мужчина сдерживает свой порыв. Несколько минут стоит, глядя на девушку, а после направляется к креслу.
Немного посидит, а после отправится к себе. Тем более что и Максу не соврал – дико устал. Раскинул ноги, откинул голову на спинку и закрыл глаза.
Но в голове то и дело всплывает картина четырехлетней давности…