Глава шестнадцатая, в которой космонавты подлетели, наконец, к Тау Кита и Ялмезу

Хотя полностью перетянуть Путилина на свою сторону Петру и его друзьям не удалось, им стало ясно – партийно-советская система на борту корабля дала трещину. Даже Толя Костров в свободное от вахты время обсуждал с Феликсом и Петром перспективы дальнейшего развития событий. Что касается Путилина, он, вероятно, по каким-то известным лишь ему самому причинам ничего не сообщил ни парторгу Чудилову, ни куратору Алешину. Потому как – если бы он пересказал бы хотя бы часть разговора в рубке этим типам, то наши друзья уже давно сидели бы в карцере или были бы даже выброшены в межзвездное пространство. Ведь рассчитывать на проявление Чудиловым логики, а Алешиным – хотя бы толики благородства или элементарной человечности – было бы просто безумием. Оставалось предполагать, что Путилин в целом разделяет идеи Феликса, Петра и их товарищей, но на этом этапе полета просто не хочет демонстрировать публично свою солидарность с бунтовщиками.

Между тем Тау Кита стремительно приближалась. Астроном Новиков-Васильев часами не отходил от мощного телескопа-рефлектора с диаметром зеркала почти полтора метра, установленного в научном отсеке, размещавшимся по соседству с оранжереей и «Ноевым ковчегом». Много работы оказалось и у Феликса, которому было поручено заняться составлением карт Ялмеза для обеспечения точной посадки.

Звезда Тау Кита по многим параметрам напоминала родное Солнце (ведь она относилась к тому же спектральному классу, только была немного старше – G8V), и по всему чувствовалось, что на Ялмезе земляне сумеют встретить братьев и сестер по разуму. Когда «Ялмез» уже приблизился к тезке и попытался выйти на ялмезоцентрическую орбиту, участники экспедиции вдруг почувствовали, что в космический корабль врезалось какое-то тело. Когда охранники оглядели повреждения, они убедились в том, что по «Ялмезу» шарахнули мощной баллистической ракетой – вероятно, с Ялмеза. Хорошо еще, что повреждения оказались не очень серьезными, и ремонтники обещали справиться с ними за полчаса.

А тем временем в командирской рубке командир, оба пилота и штурман обсуждали, как поступить дальше.

– Похоже, нам здесь совсем не рады, – пробормотал Путилин.

– А ты как думал, командир, кому может понравиться, что на орбиту вокруг их планеты вышел космический корабль инопланетян? – ответил Толя.

– Так мы же не инопланетяне! Мы же – земляне… – сказал Огнев.

– Но ялмезяне об этом не знают, – развил мысль Савин.

В этот момент в командирской рубке появился Чудилов. Василий Иванович тяжело дышал. Не успев отдышаться, он завил:

– Согласно постановлению товарища Романова, всякое инакомыслие должно быть наказано! По нам ударили – значит, внизу – враги! А товарищ Сидоров рекомендовал выжечь врагов мощным излучением или, в крайнем случае, жахнуть по ним термоядерной бомбой!

– А может быть, товарищ Чудилов, их местный товарищ Сидоров тоже считает, что мы – враги? – возразил Путилин, который к этому моменту, видимо, окончательно разубедился в том, что у коммунистов, штурмующих космос, могут оказаться какие бы то ни было благие намерения.

– Как это – враги? Мы разве чем-то показали им враждебные намерения? – удивился парторг.

– А может быть, Василий Иванович, они считают себя землянами, а нас – инопланетянами? – спросил штурман Михаил Савин.

– Нет, мы не инопланетяне, мы – свои… – протяжно произнес Василий Иванович.

– Кому – свои, а кому – чужие… – заявил Толя Костров.

– Глянь, Толя, они не унимаются, и пытаются по нам еще раз ударить! – констатировал Сергей Огнев, увидев через огромный лобовой иллюминатор несколько приближающихся боевых ракет.

– Значит, подкралась к нам маленькая полярная лисичка… Песец называется – пробормотал Толя.

– А может быть, она подкралась не к нам, а к ним? – ответил штурман Савин.

– Не исключено, что они решили обеспечить нас почетным эскортом, – отметился Василий Иванович.

– Не думаю… – отреагировал Путилин. – Судя по первой ракете, они собираются нас уничтожить. Пора выставить противометеоритную защиту!

– Ставим! – весело ответили Костров и Огнев.

Несмотря на защиту, через минуту «Ялмез» еще раз тряхануло. Вероятно, одной из боевых ракет все-таки удалось проникнуть сквозь защитный экран…

– По туземным ракетам – пли! – в азарте скомандовал Чудилов.

– Василий Иванович, ты мне сейчас здорово напомнил героя гражданской войны Чапаева, – отметил Костров.

– Да, меня в честь него назвали, – приосанился гордо Чудилов.

– Он тоже беляков рубал с плеча, а его боевая подруга – Анка-пулеметчица – расстреливала их из пулемета «максим» на тачанке, – добавил Огнев.

– При чем здесь Анка? – удивился Василий Иванович. – Вы что, следите здесь за мной, с кем я сплю?

– А что, ты разве спишь с Анкой Гришаниной из блока «Вэ»? – удивился командир.

– Да, именно с ней я сплю!

– Так у тебя же жена…- встрял Савин.

– Моя жена осталась на Земле, а такому мужчине как я без женщины никак нельзя.

– А мы как можем? – спросил Огнев.

– Откуда я знаю? Может быть, вы – импотенты! А я с Анкой всё свое свободное время провожу! – перешел в наступление парторг. – Она – очень хорошая, она – самая лучшая женщина на свете!

– С кем хочешь, Василий Иванович, с тем и спи! Ты не перед нами ответишь – перед партией и женой! – ухмыльнулся Толя.

– При чем здесь партия? – возмутился Василий Иванович. – Или мне по возрасту не положено с женщинами спать? Что в моих действиях вы увидели позорного? Здесь – чистая любовь! К тому же у меня с Анной – близость взглядов…

– У вас с ней – другая близость, – ухмыльнулся Огнев.

– Ладно, парторг, уймись! Спи, с кем хочешь! А пока не мешай нам защищаться! – вмешался командир. – Видишь, ялмезяне почему-то вздумали нас уничтожить во что бы то ни стало!

И действительно, в этот момент к космическому кораблю землян приблизились с противоположных сторон сразу два больших боевых космических корабля хозяев, намереваясь, вероятно, взять непрошеных гостей на абордаж.

– Может быть, не станем уничтожать этих типов? Похоже, что на борту кораблей находятся экипажи? Припугнем их – и всё! – предложил Сергей. – Пустим парочку боевых ракет – и не ударим по врагу в лоб?

– Если не мы – их, то они – нас! – парировал парторг.

Командир решил на этот раз согласиться с представителем партийного руководства и приказал атаковать неприятеля. Срочно вызванный в командирскую рубку главный бомбардир корабля Тимофей Залужный дал залповый удар из носовой плазменной пушки. Сгустки плазмы полетели в сторону кораблей неприятеля. Те попытались было совершить маневр ухода, но не тут-то было. Меньше чем через пять минут от обоих боевых кораблей противника остались лишь едва заметные облака ионизированного газа.

Загрузка...