Бездушные

Глава 33

Я наблюдала за ним уже более полутора часов. Изучала его движения, что, и в какой последовательности он делает. Анализировала его действия, особое внимание уделяя тому, как он производит вскидывание и поводку. Легко и точно.

Я уяснила, что винтовку необходимо вскидывать, а не держать её приклад прижатым к плечу.

- Где нужно держать руку, Снежок, чтобы не совершить случайный спуск? - Николас опускает ружье на длинный стол, и приближается ко мне. - При прицеливании?

- На рукояти. - Словно я на экзамене.

- Умница. - Склоняется, и целует моё плечо. - Как проводится спуск?

- Не спеша. - Слежу за его рукой, что бесцеремонно забралась мне под юбку. - Плавно.

- Можно даже задержать дыхание. Перед выстрелом. - Шепчет, касаясь губами скулы. Но я терпеливо жду, когда он насытится. - Эти действия должны быть доведены до автоматизма, Агата.

- Я поняла. - Цепляюсь пальцами за тот же стол.

- Давай попробуем. - Николас вновь берет в руки винтовку, и вкладывает её в мои руки. Разворачивает к себе спиной. Моё сердце несётся галопом, отбивая удары в глотке. - Саму винтовку берёшь правой рукой. В районе спускового крючка. - Руководит моими действиями, помогая. - Так, чтобы большой палец обхватил пневматику справа, а остальные — слева.

Сглатываю ком в горле, когда он отводит мои волосы за спину. Слегка прижимается.

- Вот... правильно. - Снова касается губами скулы, а мои руки дрожат ещё больше. - А левой рукой мы берём в районе дула...

- Нико... - Перебиваю мужчину, поворачивая к нему лицо.

- М? - Смотрит на меня непонимающе.

- Я плохо себя чувствую.

Мне действительно нехорошо. Мне нужно обезболивающее. Как бы я не радовалась менструации... боль в животе усиливалась с каждым часом, не давая сосредоточиться ни на чем другом.

- Ты заболела? - Сдвигает брови к переносице, выискивая ответ в моих глазах.

- Нет. - Отвожу взгляд, и опускаю оружие на стол. - Это другое.

Злюсь. Неужели мне нужно объяснять?

- Что у тебя болит, Агата? - Дёргает меня за плечо, опять разворачивая к себе. - Я задал тебе простой вопрос...

- У меня менструация, Николас! - Прошипела ему в лицо, ни без удовольствия наблюдая за тем, как сдувается мулат. - Мне нужны таблетки. Если это возможно, конечно.

Он отпускает меня, и проводит ладонью по своему лицу. Кажется, эта новость, его не обрадовала...

- Хорошо. - Кивает, и поджимает подбородок. Что? Думаешь о том, что на ближайшие несколько дней остался без основного блюда? - Заходи в дом. Я скажу, чтобы тебе принесли обезболивающее.

Как я мог забыть об этом? Впервые за многие годы, чувствую себя настоящим идиотом.

Распорядился, чтобы ей отнесли таблетки, а сам заперся в кабинете, разбирая накопившиеся за последние пару дней дела.

Звонил Пабло. Отчитался за груз, и сказал, что договорился о следующей поставке.

Сообщил приятную новость о том, кого мы так долго искали. Племянник Хесуса, которого он прятал ото всех. Думал, не найдут? Потерпи, ублюдок. Теперь, ты у меня на крючке.

Разгребаю бумаги на столе, пытаясь отыскать документы на канадский заказ. Вот они. Беру в руки папку, и открываю ящик, чтобы прибрать их... и натыкаюсь внутри на паспорт.

Хмыкаю, выуживая из ящичка её документы, и кидаю туда Торонто.

Перебираю её удостоверения и дипломы, рассматривая фотографии, и не контролируя улыбку, что растягивает мои губы.

- Николас?

Понимаю голову, встречая на пороге в кабинет Хорхе.

- Там Марк приехал...

- Я понял. - Блять. Совсем из башки вылетело. - Сейчас приду.

Хорхе кивает и скрывается из виду. Поднимаюсь следом, прикрывая документы Снежка другими бумагами, и тоже выхожу из кабинета.

- Долго ещё жадничать собираешься?

Марк возится с барбекю в моем дворе. Запах поджаренного мяса заставляет мой желудок ожить.

- О чем речь? - Хочу выхватить кусок мяса, но получаю по руке от друга. Злюсь, просверливая дырку в его переносице.

- Когда я увижу твою пленницу? Ты и от меня её прячешь?

- Не хочу, чтобы ты пускал на неё слюни. - От мысли, что на неё мог дрочить Хесус, мои скулы сводит. Я принял правильное решение, оставляя Снежка себе.

- Так хороша?

Выкладывает на тарелку пару сочных кусков и, всё-таки притягивает мне. Запах сводит с ума.

- Спасибо. - Перехватываю блюдо, и ставлю перед собой. - Хороша. Я оставляю её себе.

- Да ну? - Марк от удивления вскидывает брови и вытягивает лицо. С бородой оно кажется очень длинным... - Всё так серьёзно?

- Не знаю. - Отмахиваюсь от дровосека, и расставляю на столе приборы. Бутылка текилы и пара стопок. - Просто... - Понятия не имею, какими словами описать то, что испытываю к девчонке. - Не знаю. - Отмахиваюсь о него, раздражаясь.

- А она знает? Ну, о том, что ты решил сделать её только своей игрушкой?

-Да.

Наливаю нам текилу, и протягиваю Марку его стопку.

- Быть добру! - Стучит стеклом о стекло, и опрокидывает в себя горючее. - И какова её реакция?

- Так себе. - Глотаю жидкость, и бросаю в рот кусок лайма. - Кажется, она питала надежды на то, что ей удастся сбежать через Хесуса. - Хмыкаю, в очередной раз удивляясь её наивности...

- О... - Марк не скрывает улыбку. - Вот это амбиции. - Она вообще знает, что представляет из себя этот сукин сын?

- Не успел поведать всех деталей. - Мясо получилось волшебным. Я облизываю вилку, и тут же закидываю в рот ещё один сочный кусок. - Тебе нужно ресторан открыть.

- Я как раз думаю над этим.

- Барбекю от Марка! - Ржу, наливая в тарелку, протянутый другом соус. - Свежая человечинка!

- Я сделаю тебя су-шефом! - Подхватывает друг мой смех, и оглядывается на дом. Прослеживаю его взгляд, и натыкаюсь на свой балкон. Достаточно далеко, но можно заметить женский силуэт. Снежок...

- Не пялься. - Впихиваю в пальцы Марка ещё одну стопку.

- Бля, Нико! Да это же интрига года! - Салютует мне стопкой, и быстро выпивает.

- Познакомлю вас завтра. - Выпиваю следом, и снова смотрю на Агату. Девчонка витает в своих мыслях, облокачиваясь локтями на перилла балкона.

- Ловлю на слове. - Гогочет Марк, почесывая свою бороду.

- Я и не сомневался. - Продолжаю пялиться на девушку. - И держи свой язык за зубами. - Хотя, уже жалею, что протянул свой.

- Ты же меня знаешь, Нико. Я буду паинькой.

Я засыпала одна. И проснулась тоже в одиночестве. Никаких следов его присутствия.

Выползла из постели, и отправилась в душ. Низ живота снова ныл, и я схватила ещё одну таблетку, запивая её водой из-под крана.

Чувство голода выгоняет меня из уборной через десять минут. Накручиваю на голову полотенце, и не заморачиваясь о халате, распахиваю дверь.

- Утро доброе. - Не давая мне опомниться, Николас сгребает меня в охапку, и прижимается губами к моим губам. Сдерживает мои слабые попытки отвертеться, и проскальзывает языком в мой рот. Нагло и грубо. Подхватывает под ребра, словно пушинку, и мягко укладывает меня на смятые простыни.

- Нико, что ты... - Отползаю от него, отпихивая коленями. От него пахнет алкоголем.

- Замри, Снежок. - Останавливает меня. Хватает одного взгляда, чтобы я замерла. Что на него нашло?

- Нико, я говорила тебе. - Начинаю паниковать. - Я не в том состоянии. Не нужно. Не сегодня...

Мужчина смотрит на меня внимательно, пробегается колючим взглядом по полуобнаженной груди. Дышит тяжело. Поднимает руку, и сдвигает кружевную чашечку, освобождая сосок, и обводя его подушечкой большого пальца.

Бусина под его пальцем вытягивается и твердеет, а я зажмуриваю глаза.

- Как давно это началось? - Тихо произносит, и я чувствую его губы на своей груди.

- Что именно? - Упираю ладони в его плечи.

- Это... - Спускает ладонь на мой лобок, и несильно надавливает.

Господи...

- Вчера... - Начинаю задыхаться.

- И сколько дней будет длиться? - Спускает вторую чашечку, вцепившись в неё зубами.

- Пять... может быть, шесть дней.

Моя грудь поднимается выше с каждым вдохом. Мне хочется ухватиться за его волосы, но... чёрт. Они такие короткие.

- Ты ведь не врешь мне сейчас, Агата? - Мужчина прикусывает мой сосок, и я шиплю, царапая его смуглую кожу. - Потому что я проверю. Не сомневайся в этом.

- Я не вру, Нико...

Впервые в жизни цифра шесть меня не разочаровывает, а радует.

- Знаешь, что такое штрафная, Агата?

Николас возвышается надо мной, не отрывая глаз от моей неприкрытой груди. Заставляя гореть от его взгляда, и от желания спрятаться.

Мулат резко отталкивается от кровати, и больше не говоря ни слова, хлопает дверью уборной.

У меня никак не получается восстановить дыхание. Натягиваю чашечки бюстгальтера на тугие соски, и непонимающе пялюсь в деревянную дверь.

Что это было?

Николас

Было раннее утро, и я был пьян. Мы с Марком пили всю ночь. Вспоминали прошлое, обсуждали настоящее и строили планы на будущее.

Я и так мало соображал, а когда она выскочила из душа... бля. Влажная, тёплая, взбудораженная. В этот момент я просто затерялся в похоти. В непреодолимом желании заклеймить девчонку. В очередной раз.

А она... воздух из лёгких выбивает парой слов.

А смотрит как... ни капли ненависти. В глазах плещется паника, испуг... и я уверен, что уловил возбуждение. И очень надеюсь, что это не моя фантазия, и не текила.

Захожу в кабину, и включаю прохладную воду. Яйца ноют, а член стоит колом. Подавляю желание выйти, и ни без помощи Снежка, снять напряжение.

- Блять! - Бью кулаком по стене и шиплю от тупой боли. Ебанулся совсем...

У меня скоро глаз начнёт дёргаться из-за неё. У меня нет времени на ухаживания и прочую чушь. Но, кажется, что Агата по-другому, не захочет. С каждым разом, её сопротивления слабеют. С каждым разом она открывается немного больше. А моё терпение заканчивается.

Иногда так и хочется закрыть ей рот. По-своему. Почувствовать тёплые губы вокруг головки. Зашипеть и толкнуться до самых гланд...

Сука...

Добавляю холодной воды, чтобы остыть. Чтобы ледяные струи выбили из башки её образ.

Если сегодня вечером Марк позволит себе лишнего... нет. Хуже... если она позволит себе лишнего.

В идеале, было бы запереть её в отдельном доме. Только я и она. И ни единой души вокруг. И делать с ней всё, что диктует мне моя фантазия. Трахать так, чтобы кричала от удовольствия. Так, как не трахал никто. Мне её всегда не хватает. Всегда мало. Хочется касаться постоянно. Гладить нежную кожу, слушать её судорожные вдохи и выдохи. Входить в неё глубоко, чтобы её пухлые губки дрожали от каждого толчка. Сцеловывать стоны с них.

Разговаривать с ней. Она первая девушка, с кем мне хочется поделиться. Возможно, потому что я знаю, что она никому не расскажет. Возможно, потому, что она умеет слушать. И умеет задавать правильные вопросы.

Она мало рассказывает о себе. Возможно, потому что я не спрашиваю. И так все знаю. Кроме её мыслей. О чем она думает? Каждый раз один и тот же ответ: о доме...

Она скучает. Это нормально. Но, как бы ей не хотелось этого, к прошлой жизни дороги не будет. Как прежде уже ничего не будет.