Блогер. Лестница дьявола

Глава 2 Лёшка

Алексей рос в атмосфере постоянных разговоров о доброте, смекалке и трудолюбии украинцев, и в этом была немалая доля истины, которую подросток ощущал буквально. С малых лет мальчонку приучали трудиться, помогая управляться на огороде, ухаживать за живностью и убираться в доме. Нехитрое хозяйство – куры, кролики да свиньи, к сожалению, требовало не только ухода, но и корма. Поэтому всё лето, оседлав велосипед, малец мотался по лесополосам, косогорам да оврагам, добывая свежую траву. Норма на день была немалая, но с ней нужно было справляться, пока родители находились на работе, а для этого требовалось приложить усилия. Чтобы пацану было легче, отец сыскал маленькую косу, которую купить в магазинах в ту пору было нереально. Иногда и вечером он брал сорванца с собой, отправляясь заготавливать сено на зиму. В выходные же всем семейством выезжали на сбор лекарственных трав, которые мешками сдавали заготовителям.

В силу этих обстоятельств лето Алексей не жаловал, хотя и понимал: его помощь родителям важна, чем на законных основаниях гордился, осознавая свою значимость. Хлопец с нетерпением ждал осени, когда начинались занятия в школе. Учился усердно, у парня была мечта поступить в университет в большом городе, а по окончании остаться там жить, подальше от провинциального быта с элементами натурального хозяйства.

Но в разговорах о качествах украинцев, невесть откуда взявшихся в головах людей в их краях и попутно невольно формировавших сознание мальчика, присутствовала и другая сторона, в ту пору казавшаяся безобидной, где им противопоставлялись русские – бездельники, неумехи и пьяницы, которых, по бытовавшему мнению, как, впрочем, и жителей других республик, Украине приходилось кормить.

В то время чесавшие языки обыватели даже в страшном сне не могли предположить, во что в итоге всё это выльется. В действительности дело обстояло иначе, но это предстояло узнать, понять и принять, пережив переворот в мировоззрении, который случится позже. А пока Алексей гордился происхождением и с неким пренебрежением относился к русским.

Особо доверять засевшему в голове мнению мальчишка стал после того, как в седьмом классе упросил отца, неожиданно отправляющегося в командировку летом, взять с собой. «Пускай едет, – поддержала мать, – учится хорошо, помогает, а кроме работы пока в жизни ничего не видел. Управлюсь сама».

Путь предстоял немалый: из Шполы, небольшого городка в Черкасской области, на окраине которого жила семья, в Оренбург.

От цепкого взгляда мальчика не ускользнул тот факт, что после Воронежа ситуация за окном поезда изменилась. На станциях резко сократилось число снующих у вагонов людей, пытающихся продать фрукты, пирожки и горячую картошку. Много было запущенных огородов и неухоженных домов, отчего пейзаж приобретал унылый вид. Радовать глаз начинал лишь тлгда, когда извивающееся змеёй «тело» поезда ныряло в огромные лесные массивы.

Во время этой поездки в мозгу парнишки зародилась мысль, что если бы Украина не помогала другим, то была бы самой развитой и богатой страной в Европе, опережая Францию и Германию, и это тешило формирующееся в душе эго.

В последующем данное обстоятельство сыграло немалую роль в выкристаллизовывавшихся в голове взглядах на исторический путь современной Украины. Со временем молодой человек был убеждён, что страна не должна уходить под чей-либо протекторат, хоть европейский, хоть российский, и опираться в своём независимом развитии на самое ценное – народ.

Путь Австрии и Швейцарии казался в этом плане наиболее оптимальным. К такому выводу Алексей пришёл, когда обучался в университете. Именно тогда, в силу сложившихся убеждений, молодой человек попал в националистическую организацию, возникшую на базе студенческой братии и разраставшуюся как снежный ком.

Потомки запорожских казаков, к каковым себя относил Гайдук, в ней были на особом счету. И опять парень оказался в плену иллюзий, не зная, что притянувшая его структура формировалась на средства зарубежных фондов, а их старшие «товарищи», в первую очередь из числа преподавателей, возглавлявших и руководивших ею, получали немалые деньги как на развитие организации, так и на личные нужды, притекавшие к ним тем или иным способом. При этом основной части, как её называли – массовке, таких подробностей знать не полагалось.

Со временем независимую и тщательно аргументированную позицию молодого человека заметили, а приплюсовав к этому необычные ораторские способности, толпа слушала парня, затаив дыхание, и заводилась с пол-оборота, подтянули в актив организации, но деньгами не поделились, рассудив, что год-другой должен поработать на общественных началах.

Правда всплыла, когда волна событий две тысячи четвёртого вынесла обычного студента сначала в ряды организаторов майдана областного центра, а затем, учитывая способности, поставила во главе.

Кухня цветных революций открылась изнутри, вскрыв каналы финансирования и обнажив меркантильные интересы соратников. Но самое главное теперь было очевидно: весь этот цирк, с плясками под бубен, организован из-за границы и не имел ничего общего с интересами украинцев. «Эпоха» правления Ющенко, когда уровень жизни народа пошёл вниз, обнажила сей факт со всей очевидностью. С этого момента Алексей разорвал отношения с бывшими «друзьями», решив продолжить борьбу на информационном фронте.

Он начал писать статьи для сайтов политической направленности, что требовало постоянного углубления знаний в области истории, экономики и геополитики. А кроме того, Лёха организовал бизнес, жить-то на что-то надо, занявшись монтажом сетей интернета и ремонтом компьютеров, работая в области чрезвычайно важной на текущий момент для развития страны, тем более что полученная специальность соответствовала выбранному направлению.

Приученный с детства к труду молодой человек нырнул с головой в означенные виды деятельности. Работа поглощала всё свободное время, нормой стало выкраивать на неё несколько часов за счёт сна в ущерб здоровью.

Что касалось бизнеса, каждый, кому удалось наладить и раскрутить своё дело, знает, что самые большие сложности возникают на начальном этапе, когда не хватает опыта и свободных денег, чтобы нанять нужных специалистов. Экономя средства, Алексей освоил бухгалтерию и, изучив действующее законодательство, взвалил на себя общение с налоговой – то, чего многие пытались избежать.

Сотрудников не обижал, платил больше, чем конкуренты, справедливо полагая, что людям нужно содержать семьи. За что на старте приобрёл «головную боль». У наёмных работников редко болит душа за дело, с которого, по сути, кормятся, если, конечно, не подобралась толковая команда. Поначалу работяги хитрили и халтурили, пытаясь выжать из фирмы что можно по максимуму. Но со временем Алексей, осознав проблему и занявшись подбором кадров, решил и её.

Что касается творческой составляющей, писал он в «Конте» и «Живом Журнале», порой заглядывал на «Политикус». После публикации нескольких статей у парня, как и у большинства авторов, появились сторонники и оппоненты. Гайдук и к тем, и к другим относился с уважением, хотя вторые, вопреки бытовавшему мнению, приносили больше пользы. Разбирая их аргументы и логику, Алексей оттачивал свою позицию, иногда признавая, что не прав, и это характеризовало его как неглупого человека. Исключение составляли откровенные провокаторы, пытавшиеся вывести из себя любого, загружая при этом в комментарии откровенный бред. Их Лёха попросту игнорировал, помня древнюю восточную мудрость, гласившую, что «Если вы ненавидите, значит, вас победили», которую в последующем использовал как девиз в отношениях с врагами и недоброжелателями.

Трудолюбие, приправленное необычайным упорством, очень скоро принесли результат. Дела пошли в гору, фирму пришлось расширить, и очень скоро Гайдук приобрёл двушку, пусть и не в престижном районе, но теперь у парня была собственная крыша над головой.

Приезжавшие погостить родители не могли нарадоваться успехам мальчика. Теперь, когда парень в полной мере был обустроен, мать, как большинство женщин в подобной ситуации, стала уговаривать создать семью и побаловать внуками.

Окидывая опытным взглядом холостяцкую «берлогу», она видела – постоянной спутницей здесь не пахнет, порядок, к которому её сорванец приучен с детства, присутствовал, а вот уюта и тепла не было, его в обстановку могла внести лишь женская рука. Лёха всячески отнекивался, аргументируя тем, что ему только перевалило за тридцать, и клятвенно заверял, что к тридцати пяти непременно выполнит волю родительницы. В это время он и предположить не мог, от каких проблем отсутствие семьи оградит в тревожном будущем, незримо подступившем почти вплотную.