И любой из тех, кто был приучен с детства ожидать прихода Мессии, мог плясать от радости и кричать в восторге: «Мы дождались! Дождались! Сбылось! Сбылись древние пророчества! Наконец-то! Наконец-то! Наконец-то!» И, кстати, если вы внимательно прочтете книгу «Деяний святых апостолов», то заметите, что большинство апостольских проповедей проникнуто именно этой радостью – пророки предсказывали, мы ждали, ждали, и вот – сбылось! Радуйтесь – сбылось!
Папа на секунду перевел дух, а потом продолжил:
- Теперь времена другие, новозаветные. Мы, христиане, знаем, что Мессия, Спаситель Мира, уже пришел, спас всех нас, и пребывает с нами до скончания века (Мф. 28, 20). Но мы не должны забывать о том, как долго Его ждали ветхозаветные люди. Долгий рождественский пост как раз и нужен за тем, чтобы мы могли встретить День Рождения Господа так, как встретили его люди Евангельских времен! Чтобы мы, как и они, могли сказать: «Господи, мы так рады! Мы так рады, что Ты родился! Исполнились, исполнились древние пророчества – Спаситель мира среди нас! Бог среди нас (Ин 1, 1-14)! Как долго мы ждали этого дня! Это такой великий, такой долгожданный праздник! Христос рождается – славим Его!»
- Славим! – сказала Тоня.
- Славим! – откликнулась и Таня.
Еще один разговор о Рождестве Христовом.
- Пап, а какую мы купим елку к Новому Году и Рождеству? – спросила как-то Таня.
- Не знаю, - ответил папа. – Хорошую, наверное. Мы ведь всегда стараемся купить елку хорошую. Но если будут продаваться только плохие – купим плохую.
- Ой, нет! Я плохую не хочу! – закричала Таня.
- И я не хочу! – сказала Тоня.
- Елка должна быть пушистая, и чтобы иголки не сыпались! – заявила Таня.
- И игрушки на нее нужно повесить заранее! – подтвердила Тоня – А не так, как в прошлом году! Наряжали елку под самый Новый Год!
- Пап, а можно мы с Тоней сами украсим елку, без вас, взрослых! – предложила Таня. – И Богдан пусть не лезет – он тоже почти взрослый!
Папа пожал плечами.
- Можно, - ответил он. – Только не очень расстраивайтесь, если с первого раза не все получится!
- Мы не расстроимся! – сказала Тоня.
- У нас все получится! – заявила Таня. – Это так интересно – елку украшать!
Папа сел на диван, задумчиво посмотрел на дочерей.
- Мне иногда жаль, что перед Рождеством у нас принято отмечать Новый Год, - сказал он.
- Почему?! – в один голос изумились девочки.
- Потому, что в эти дни слишком много всякой мишуры, - ответил папа. – Елка, игрушки, походы в парк и на каток, подарки, миллион мультиков... Так к Рождеству люди успевают забыть, чей именно День Рождения они празднуют, и что значит для нас, людей, это огромное, удивительное событие – Рождество Христово.
Девочки враз стали серьезными.
- Пап, мы не забудем! – сказала Таня.
- Пап, а почему ты говоришь, что этот праздник - удивительный? – спросила Тоня.
- Знаете, девочки, - сказал папа. – Лично для меня то, что Бог стал Человеком более удивительно, чем то, что Он сотворил мир.
- Почему?! – удивилась Тоня.
- Видишь ли, доченька, - сказал папа. – Бог ведь Всемогущ, и поэтому Ему было не трудно сотворить мир. А вот быть Человеком Ему было трудно!
- А почему трудно-то?! – не поняла Тоня.
- Есть такое умное слово «кеносис», - сказал папа. – В богословии оно означает «самоумаление Бога». Пойми - когда Бог творил мир, Ему не нужно было себя ограничивать. Всемогущий Бог сотворил дивный мир, пользуясь своим всемогуществом. Но когда Господь решил стать Человеком, Ему пришлось как бы сделать Себя меньшим, чем Он есть на самом деле.
- Все равно – не понимаю! – сказала Тоня.
- И я не понимаю! – подтвердила Таня.
- Девочки, подумайте – ведь мы, люди, не всемогущие существа, правда? Поэтому для того, чтобы стать одним из нас, Богу тоже пришлось умерить свое всемогущество!
- Пап, а – зачем?! – изумилась Таня.
- Представь себе учителя в школе, - сказал папа. – Он очень умный, прочел много книг, знает очень много умных слов. Но дело в том, что дети-то этих слов не знают! И поэтому для того, чтобы дети его понимали, учитель тоже в чем-то умаляет себя, он начинает разговаривать с детьми их словами, использовать те образы, которые дети поймут! Учитель сам в чем-то становится как дитя - по-другому просто не получится урока! Так и здесь – для того, чтобы возвести людей в Царство Небесное, Богу надо было спуститься к людям. Чтобы быть понятым людьми, Ему надо было прожить людскую жизнь!
Папа перевел дыхание, налил себе воды в стакан, выпил ее и поставил стакан на место.
- Танюш, когда вы с мамой возвращались из магазина, было уже темно, – сказал он. – Ты заметила, каким красивым было ночное небо?
- Конечно! – воскликнула Таня. – Луна была такая большая, и звезды такие яркие!
- Царь и пророк Давид тоже замечал красоту ночного неба, - сказал папа. – В восьмом псалме есть такие слова: «Когда я взираю на небо – дело Твоих перстов, на луну и звезды, которые Ты основал, то что есть человек, что Ты помнишь его и сын человеческий, что Ты посещаешь его? Не много Ты умалил его перед Ангелами: славою и честью увенчал его» (Пс. 8, 4-6). Видишь, доченька – Давид удивляется, удивляется тому, что действительно стоит удивления. Вот Бог – Он так велик, так Всемгущ, что смог сотворить вселенную, луну, звезды, да и нас, людей. И при этом Он, Этот Великий Бог, помнит о нас и посещает нас! Мы ведь и малы, и беспомощны, и грешны и неблагодарны... Нет, доченька, ну на самом деле – Кто такой Бог, и кто такие мы?! Даже и сравнивать нельзя! И тем не менее, Тот, Кто Сотворил все, Тот, Кто больше всего, так ценит нас, что и помнит, и посещает, и даже Стал Одним из нас по любви к нам. Только греха у Него нет, а так – все, как у нас. Даже наши безгрешные слабости Он воспринял. Нам нужно кушать – и Он нуждается в еде. Нам нужно спать – и Он тоже спит. Мы хотим пить – и Он просит у самаритянки воды из колодца...
- Подожди, пап! – перебила папу Тоня. – Но ведь Христос творил чудеса! Удивительные, огромные чудеса! В этом Он был совсем не как обычный человек!
- Правильно, - сказал папа. – Но вот в чем дело - все эти чудеса Он делает для людей. Все – для других! Ни разу Христос не творит чудес просто для Себя!
Папа посмотрел на дочерей. Девочки молчали.
- Мы постоянно читаем Евангелие, - напомнил девочкам папа. – Вы довольно хорошо для своего возраста знаете Евангельские события. Скажите – можете ли вы припомнить хоть одно чудо, сотворенное Христом для Себя Самого?
Девочки переглянулись и неуверенно пожали плечами.
- Правильно – вы не можете припомнить такого чуда. Для Себя Христос не делает чудес. Когда Он хочет есть – он не творит для Себя скатерть-самобранку, а идет к смоковнице. Когда хочет пить – не вызывает дождь с неба, а идет к колодцу... – папа замялся, думая, какой бы еще пример привести.
- Ну вот, смотрите, - сказал он после маленькой паузы. - Вы знаете, что детство и юность Христа прошла в доме Иосифа Обручника. В Евангелии есть упоминание, что Христос в то время находился в послушании у Своей Матери и у человека, которого соседи иудеи считали отцом Господа (Лк. 2, 51). Иосиф Обручник был по профессии кто? – папа посмотрел на дочерей.
- Плотником! – уверенно ответила Таня.
- Да, плотником! – подтвердила Тоня.
- Именно плотником, - кивнул папа. - И подрастающий Господь, конечно, помогал Иосифу. В Евангелии не описано, как именно это происходило, но я уверен, что изделия из дерева Господь изготавливал не чудом, а мастерством своих рук – как обычный человек. Первое чудо Господа с плотницким делом не связано ни как – это было чудо в Кане Галилейской, когда Господь превратил воду в вино (Ин. 2, 1-11). И опять-таки – Он сделал это не для Себя, а ради того, чтобы свадьба у этих бедных людей шла веселее!
- Да, это Дева Мария Его попросила! – похвасталась своей осведомленностью Таня.
- И так на протяжении всей Его земной жизни, - продолжил папа. – Ни одного чуда для того, чтобы просто облегчить Себе жизнь! Господь не шутил, Он действительно, всерьез стал одним из нас. Более того – итог человеческой жизни Господа и Бога Иисуса Христа – это смерть на кресте. И Он умирает на кресте так, как положено умирать обычному человеку – в муках. Христос не пользуется своей Божественной силой как обезболивающим! Это удивительно, удивительно! Господь действительно прожил человеческую жизнь, ни разу не воспользовавшись Своим Божественным всемогуществом просто для того чтобы эту жизнь облегчить!
Папа вновь посмотрел на дочерей. Они молчали.
- Так вот, девочки, - сказал папа. – Когда подойдет Рождество, помните, что этот праздник – не просто елка, и всякие сладости. На Рождество мы вспоминаем тот далекий день, когда начался удивительный подвиг, в ходе которого Тот, Кто Выше всех - не возвышал, а умалял Себя, все сильнее и сильнее. Я не перестаю этому поражаться – ведь я не смог бы так сам! И я больше люблю Господа не за то, что он сотворил наш прекрасный мир, а за то, что Он ради меня и всех нас решился сойти со Своего безопасного Неба, решился прожить трудную человеческую жизнь, и даже умереть, как умирает человек.
19 января. Крещение Господне. Богоявление.
Однажды Богдан обратился к папе:
- Пап, я тут кое-что не понимаю.
- По геометрии? – спросил папа. – Опять задачу решить не можешь?
У Богдана были трудности с этим школьным предметом.
- Нет, - ответил Богдан. – Я тут читал «Первое послание апостола Петра». Мне вот что не понятно…
Богдан открыл Библию, нашел нужное место.
- «Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его, - начал Богдан. – Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его... Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились» (1 Петр. 2, 22-24).
- Тебе не понятна последняя фраза? – спросил папа. – Здесь апостол Петр напоминает, что сбылось пророчество Исайи. В 53 главе пророк Исайя говорит о будущих страданиях Мессии, Спасителя мира. И есть там такие слова: «Нет в Нем ни вида, ни величия; мы видели Его, и не было в Нем вида, который бы привлекал бы нас к Нему… Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши, и мучим за беззакония наши; наказание мира было на Нем и ранами Его мы исцелились» (Ис. 53, 2-5). Все так и было, сынок – большинство иудеев не узнали в Иисусе Христе Того, Кого они сами ждали. В Нем ведь действительно не было величия, как скажем, в земных царях, а люди ведь так падки на внешнее! И иудеи действительно думали, что убивая Христа, делают Богоугодное дело. А на самом деле он понес грехи наши и мы исцелились чрез Его крест – то есть его страданиями. Все сбылось, и Петр не устает говорить об этом.
- Я именно это и хотел уточнить, - сказал Богдан. – Вот смотри – Христос ведь не сотворил греха (1 Петр. 2, 22)?
- Не сотворил, - согласился папа.
- Как же мог вознести на Свой крест наши грехи Тот, у Кого и Своих-то грехов не было?! – воскликнул Богдан. – Когда к Христу… - он замялся, подыскивая слово, - ну… прилипли, что ли, наши грехи?
- Вот что тебя волнует, - сказал папа. – Я когда-то - то ли читал, то ли слышал объяснение, которое мне очень понравилось. Подробности я забыл – много лет прошло – но суть попытаюсь тебе передать. Скажи, сынок, сколько Евангелистов писали о детстве Иисуса Христа?
- Два, - ответил Богдан, немного подумав. – Матфей и Лука.
- А о Преображении Господнем?
- М… - Богдан замялся. – Кажется – три!
- Да, именно три, - сказал папа. – Матфей, Марк и Лука. А о воскрешении Лазаря, который пролежал в гробу несколько дней, сколько евангелистов упоминают?
- Только Иоанн, - ответил Богдан. – Другие евангелисты, наверное, не сочли этот случай таким уж важным – ведь Господь и без того сделал множество чудес.
- Правильно, - сказал папа. – Зато все без исключения евангелисты пишут о страданиях Господа, Его крестной смерти, и о Его воскресении из мертвых. И не удивительно – ведь это очень, очень важно. Но есть еще одно событие, о котором пишут все евангелисты. Это – крещение Господне в Иордане.
- Да, все писали! – согласился Богдан.
- И ведь действительно, в этот день совершилось многое, и такое великое! – сказал папа. – Тут и Христос подал пример всем нам, показывая, что крещение необходимо, и тот, кто крестится, исполняет правду (Мф. 3, 15). Тут и Иоанн указал на Иисуса Христа как на Мессию, на Агнца Божьего, Который берет на Себя грехи мира (Ин. 1, 29). Да и Богоявлением этот праздник назван ведь не зря! Явился людям Бог, более того – Свою Троичность открыл! Ведь был Сын Божий, принявший на Себя образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став, как человек (Флп. 2, 7); был Дух Святой, сходивший как голубь и ниспускался на Христа (Мф. 3, 16); был и глас от Отца, который сказал: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 3, 17).
- «Ибо три свидетельствует на небе: Отец, Слово и Святой Дух; и Сии три суть едино» (1 Ин. 5, 7) - сказал Богдан, который знал эти слова апостола Иоанна и любил их повторять.
- Да, - согласился папа. – Но в тот раз случилось и еще кое что. Представь себе – в Иордан один за другим входят люди, каются, и река непостижимым образом смывает их грехи. А потом в эту реку, несущую в себе всю тяжесть наших грехов, входит чистый, безгрешный Иисус. Он не имел нужды в покаянии, и потому оказался единственным, Кто вышел из воды не очистившийся от грехов, а отягощенный грехами, только не своими, а нашими! Мне кажется, что именно тогда Агнец Божий взвалил на свои плечи грехи мира!
- Пап, я все равно не все понимаю, - сказал Богдан. – Ну, те люди, которые крестились у Иоанна – это понятно. Они как-то оставили в воде свои грехи, а Господь каким-то образом их на Себя взял. Но мы-то живем после этого события! Для нас оно – что? Ничего не значит?
- Мы живем после этого события, - кивнул папа. – Вот только Бог живет вне времени. Вот смотри – в наших Храмах, над Царскими вратами, откуда выходит священник, неся чашу со Святым причастием, часто помещают икону Тайной Вечери. Там изображены апостолы, которые присутствуют на первой Литургии во вселенной. А почему в Храмах именно эта икона, сынок? А потому, что мы верим – мы тоже участвуем в той же самой Тайной Вечери! Господь живет в вечности, и поэтому на каждой литургии, в каждом православном Храме мира происходит прорыв во времени и в пространстве! Это мистерия, таинство, сынок! Господь не только апостолам протягивает Чашу со Своим Телом и Кровью, Он и нам дает ту самую Чашу!
- То есть – литургия всего одна?! – спросил, пораженно, Богдан.
- Для людей, для человеческой истории – нет, - ответил папа. – Нам кажется, что совершается множество литургий во многих Храмах мира. Но мистически, для вечности – да, одна!
Папа посмотрел на сына.
Тот молчал – услышанное требовало осознания.
- А теперь я кое-что скажу тебе о воде, - сказал папа. – Есть такая штука – круговорот воды в природе.
- Да, я знаю! – сказал Богдан. – Это когда идет дождь, а потом вода становится паром и опять поднимается к облакам…
- Да, - папа жестом остановил сына. – Были ученые, которые писали об этом круговороте. Они утверждали, что молекулы воды на земле так перемешаны, что в каждой чашке кофе, которое мы пьем по утрам, есть хотя бы одна молекула воды, которая в тот великий день касалась Тела Христа, когда Он заходил в Иордан!
- Да?! – изумился Богдан.
- Так утверждают ученые, - сказал папа. – И если они правы, значит и в каждой купели, в которой крестится христианин во имя Отца и Сына и Святого Духа есть хоть одна молекула воды, которая касалась Христа в Иордане. А поскольку Христос, как Бог, живет вне времени…
- То Он в Иордане взял на Себя грехи и нас, современных людей! – воскликнул Богдан.
- Да, сынок, - кивнул папа. – Дивны дела Господни, и рассуждать о таинственном не легко. Но мне кажется, что я не ошибусь, если скажу, что тогда, в Иордане, Господь взял на себя всю греховную поврежденность нашей человеческой природы. Именно поэтому Он смог потом вознести эту греховную поврежденность и пригвоздить ее к своему Кресту. Именно поэтому отец греха – дьявол – так боится Креста!
- Не зря о Крещении Господнем написали все четыре евангелиста! – сказал, пораженно, Богдан.
- Не зря! – согласился папа.
15 февраля. Сретенье Господне.
16 февраля. Семеона Богоприимца и Анны пророчицы.
В этот день Таня, Тоня и Богдан играли на улице – катались на санках, кидали друг в друга снежки, весело смеялись.
- Хорошее время года – зима! – сказала Тоня. – Веселое. Жаль, что скоро кончится!
- Да, - кивнула Таня. – Даже праздник такой есть – сретение. Это когда зима с весной встречается! Это мне Вася в школе рассказал.
- Глупости! – сказал Богдан. – Мы на воскресной школе учили, что сретение – это празднование встречи Иисуса Христа, которого маленьким принесли в Иерусалимский Храм, со старцем Симеоном! (Лк. 2, 22-35). Симеон тогда взял Младенца Христа на руки и сказал: «Ныне отпущаеши раба твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром: яко видесте очи мои спасение Твое, еже еси уготовал пред лицем всех людей, свет во откровение языков и славу людей Твоих Израиля». Это – на церковно-славянском языке. Ну, помните – есть такая молитва? Ее в Храме по субботам на вечерней службе читают? А еще там была какая-то Анна, она что-то тоже говорила в тот день, только я не помню, что именно…
- И я не помню! – сказала Таня. – Давайте еще поиграем в снежки!
Но Тоня покачала головой.
- Богдан, а почему эта встреча – праздник? Я понимаю – Рождество, день рождения Христа. А здесь – ну, встретились, ну и что?!
Ответить на этот вопрос Богдан не смог, и дети отправились за ответом к папе.
Папа рассмеялся, услышав принесенную Таней из школы версию о сретении, как о встрече зимы и весны.
- Если бы мы жили в более теплой стране, скажем, в Тунисе или в Италии, тогда так еще можно было бы подумать, - сказал он. – Но у нас 15 февраля частенько бывает 20 градусов мороза, так что ни о какой весне еще и речи не идет! Да и вообще - Церковь празднует события гораздо более важные, чем обычная смена времен года. Сретение – это очень важный праздник, в нем глубокий смысл.
- Какой? – спросила Таня.
- Есть предание, что Симеон был одним из тех семидесяти старцев, которые перевели Ветхозаветные книги Священного Писания на древнегреческий язык, - начал папа. - Сделано это было при царе Пталомее более чем за 200 лет до Рождества Христова. То есть на момент встречи с Господом Симеону было очень, очень много лет! То же предание говорит, что такая долгая жизнь была дана Симеону не зря – ему было обещано Господом, что он не умрет, пока не увидит Христа. Как, наверное, Симеон ждал этой встречи, сколько молитв он вознес к Господу за эти долгие годы!.. И вот – эта встреча наступила! Поэтому и праздник в честь этого события называется «Сретением» - то есть – встречей. В девятнадцатом веке святитель Феофан Затворник писал об этом: «В лице Симеона весь Ветхий Завет, неискупленное человечество, с миром отходит в вечность, уступая место христианству», - сказал папа. – Задачей ветхозаветного закона было подготовить народ израильский к встрече со Христом, чтобы потом этот народ (или хотя бы – лучшая часть его!) стал Христианской Церковью, и разнес Евангельскую весть по всему миру. И вот – мир дождался своего Спасителя. Симеон – это как бы воплощение всех ветхозаветных праведников. Они ведь всякими были, эти праведники. Были известные, великие, как, например, царь Давид или пророк Илия, а были и малые – просто обычные ничем не примечательные люди. Все они любили Бога, все старались Ему угодить, но, в то же время, прекрасно понимали, что не они спасут мир от греха и смерти – это может сделать только Бог и никто другой. И они дождались обещанного Спасения! Я даже так сразу и не скажу, с чем бы это можно было сравнить...
Папа задумался.
- Это как будто ты долго ждал на вокзале поезда, и вот, наконец, он пришел, да? – предположил Богдан.
- Это не совсем точно, - сказал папа. – Ну, вот представь – если бы вы все втроем сильно заболели, а мы с мамой вызвали бы врача. Пока врач не пришел, мы бы поили вас чаем с малиной, сбивали бы вам температуру, то есть как-то помогали, но знали бы точно – сами мы вас не вылечим. И вот, наконец – пришел врач, он дает вам нужные лекарства... Вы еще больны, но у нас – радость, ведь теперь мы с мамой знаем точно - вы поправитесь, а мы сделали все, что могли, и теперь можем спокойно отдохнуть! Теперь тебе понятно, почему Симеон радовался, и почему этот день – праздник?
- Понятно, - ответила Таня.
- Вообще – сретение, то есть «встреча» - едва ли не самое важное в нашей жизни, - продолжил папа. – Вот человек понял, что он не один во вселенной, что есть Творец - Бог. Человек начинает искать этого Бога, а Бог в это время зовет человека к себе – то ли каким-то чудом, то ли чьим-то словом... Если человек услышит этот зов – произойдет сретение, встреча его и Бога, и это изменит всю жизнь этого человека. Или вот - два человека увидели друг друга, заговорили – это тоже встреча. Нужно понимать, что эта встреча не случайна – это Бог свел вместе этих людей. Каждый из них как-то повлияет на другого, изменит его. Если встретит, как и должен – с любовью, то изменит в лучшую сторону, если же с ненавистью, завистью, презрением – то в худшую, искалечит его... Поэтому мы должны быть бережны, и стараться не калечить того, кого встретили по воле Божьей...
- Как стараться? – спросила тихо Таня. – Это трудно, наверное.
- Не трудно, - ответил папа. – Нужно просто стараться любить того, кого встретишь, как самого себя.
- Это трудно, - сказал убежденно Богдан.
Папа пожал плечами.
- Для того и существует весь строй христианской жизни – и молитвы, и посты, и заповеди, чтобы воспитать в себе любовь к Богу и к ближнему, - сказал он. – Если всерьез стараться быть христианином, то со временем это обязательно получится.
- И произойдет настоящая встреча с Богом, - сказал Богдан.
- И с ближним, - сказал папа.
- Пап, а ведь Деву Марию, Иосифа и Младенца Христа тогда встретил в Храме не только Симеон, - сказал Богдан. – Там булла еще какая-то женщина – Анна. Кем она была?
- Писание называет ее пророчицей (Лк. 2, 38), - вступила в разговор мама. – Ей было 84 года, и она была вдовой. Овдовела она очень, очень давно – евангелист Лука говорит, что Анна прожила со своим мужем всего 7 лет, а потом овдовела. Наверное, эта женщина очень любила своего покойного супруга и мысль о том, чтобы выйти замуж вторично, была ей противна... Она не отходила от Храма, служила Богу постом и молитвой день и ночь – то есть вся жизнь этой женщины была непрестанным богослужением.
- Удивительно! – сказала Тоня.
- Да, удивительно! – подтвердила мама. – Сама подумай, какие чистые сердца были у этих двух стариков – ведь они столько молились, а молитва очищает человека! А помнишь слова Господа: «Блажены чистые сердцем, ибо они Бога узрят»? (Мф. 5, 8). На примере этих людей видно, как сбывается это слово Господа. Они видели всего лишь малюсенького Младенца, еще не сотворившего никаких чудес, но их чистое сердце помогло им узнать в этом Младенце Воплотившегося Бога. А фарисеи не узнали Христа, хоть и были свидетелями многих чудес. А почему не узнали? Потому, что сердца их чистыми не были. Увы... Грех не позволил им узнать Мессию, не смотря на то, что они сами этого Мессию ждали!
- Мам, а этих людей – Симеона и Анну – считают святыми? – спросила Тоня.
- Конечно, - кивнула мама. – Кого же считать святыми, как не этих людей с чистейшими сердцами? Само Сретение Господне празднуют 15 февраля, а тех, кто был участником этих событий – то есть Симеона Богоприимца и Анну пророчицу – поминают на следующий день – 16 февраля.
- Как бы я хотела быть такой как они! – сказала Тоня мечтательно. – Пусть не сейчас, а хотя бы – в старости!
- Это было бы здорово! - сказала мама. – Только для этого начинать христианскую жизнь надо сейчас! И тогда, в старости, а может, даже и раньше, ты пожнешь плоды чистой христианской жизни.
28 февраля. Онисима, апостола от семидесяти.
3 марта. Филимона, апостола от семидесяти.
Однажды Богдан листал православный календарь, а потом спросил папу:
- Пап, а тут празднуется память апостола Онисима. Это кто такой был? Я что-то не помню такого апостола.
- Онисим – апостол от семидесяти, - сказал папа. – Его крестил апостол Павел. Онисим потом стал епископом.
Богдан некоторое время обдумывал ответ отца, а потом сказал с недоумением:
- Пап, я что-то не понял! Господь послал на проповедь семьдесят учеников – об этом написано в Евангелии от Луки.
- В десятой главе (Лк. 10, 1-2), - подсказал папа.
- Да, - согласился Богдан и продолжил: - Среди этих семидесяти – что были некрещеные?! Иначе как получается, что Онисима крестил апостол Павел, который сам стал христианином гораздо позже событий, описанных у Луки в этой десятой главе?
Папа улыбнулся.
- Это я виноват, что тебя запутал, - сказал он. – Имена всех 70-ти апостолов, которых упоминает евангелист Лука в десятой главе, история не сохранила. Из них мы помним лишь самого Луку, Клеопу…
- Это ему явился Господь на пути в Эммаус (Лк. 24, 13-33)? – уточнил Богдан.
- Да – ему и Луке, - согласился папа, а потом продолжил: - Потом мы помним евангелиста Марка, еще - Матфия, который занял место предателя Иуды в числе двенадцати апостолов (Деян. 1, 15-26). А еще - Иосифа, называемого Варсавою (Деян. 1, 23), да, наверное, семь дьяконов, о которых упоминается в книге «Деяний святых апостолов» - Стефана, Филиппа, Прохора, Никанора, Тимона, Пармена и Николая Антиохийца (Деян. 6, 5). Имена других апостолов из семидесяти, посланных на проповедь Самим Господом, забылись. Это не страшно – главное, что Господь знает их всех и воздаст им за их многие труды! Позже, веке то ли в пятом, то ли в шестом, в православный месяцеслов вошел список людей, которых принято называть «апостолами из семидесяти». В него вошло много учеников апостола Павла, в том числе и Онисим. Да, некоторые из этих людей не встречались с Господом Иисусом Христом во время Его земной жизни. Но они были миссионерами, очень много потрудились ради распространения христианства, и поэтому Церковь включила их в число 70-ти, как людей, которые продолжили дело проповеди, которое Господь поручил Своим первым ученикам.
- Теперь понятно, - сказал Богдан.
- История – сложная, но полезная штука, - сказал папа. – Мы, православные христиане, обязаны хорошо знать Святое Писание! Но и историю христианства последующих веков – второго, третьего, пятого, двадцатого – мы тоже не должны забывать. Не проходи мимо книг Василия Болотова, Александра Шмемана или Александра Дворкина по истории Церкви, сынок!
- Хорошо, - кивнул Богдан. – А кем все-таки он был, этот апостол Онисим?
- Во многом благодаря Онисиму в Библии появилась одна из самых маленьких по объему книг Писания – «Послание святого апостола Павла к Филимону», - сказал папа. - Началась эта история с того, что в городе Колоссы жил Филимон - он был человеком богатым, возможно, даже знатным. Точно известно, что у него были рабы. Одним из этих рабов и был Онисим, который от Филимона сбежал. Из послания апостола Павла можно понять, что Онисим причинил Филимону какой-то ущерб (Флм. 1, 18). То ли вазу ценную разбил, то ли деньги украл, то ли кто-то другой украл, а Онисима обвинили… В общем – у Филимона были основания на него обижаться, а у Онисима были основания бояться гнева своего господина. Времена были суровые, с рабами особенно не считались, так что Онисим мог быть наказан очень жестко!
- М-м-да… Ситуация! – протянул Богдан.
- Но вот в чем дело, - продолжил папа. – Филимон стал христианином, и обратил его апостол Павел (Флм. 1, 19). Было это до бегства Онисима или позже – я не знаю. Но знаю, что христианином Филимон стал очень пламенным, и Павел радовался и благодарил за это Господа (Флм. 1, 1-7). Между тем, апостол Павел обходил с христианской проповедью города Римской империи, и за свою проповедь был заключен в тюрьму. Там он встретился с Онисимом. Попал Онисим в тюрьму как беглый раб, или совершил еще какой-нибудь проступок – мне не известно. Но знакомство с апостолом Павлом очень повлияло на этого человека! И Онисим - человек сомнительной нравственности - становится христианином! Хорошим христианином! Апостол Павел сообщает Филимону, что Онисим очень изменился, «был некогда негоден для тебя, а теперь годен тебе и мне; и я возвращаю его» (Флм. 1, 11).
- Что значит – «я возвращаю его»? – не понял Богдан.
- Видимо Онисима должны были вот-вот освободить, и Павел решил не оставлять его в Риме (Флм. 1, 13), а отправить к бывшему господину. Быть может, это письмо, которое теперь называется «Посланием к Филимону», сам Онисим в Колоссы и отнес.
- Зачем?!
- Апостол Павел хотел, чтобы Онисим и Филимон помирились, - сказал папа. – Ты пойми, сынок – это здесь, в этой жизни, есть люди более высокого и более низкого социального положения; тогда это называлось словами «раб» и «господин». Но для Царства Небесного и Филимон и Онисим – просто люди, поссорившиеся люди. Ну, представь себе – они оба христиане; вот они проживут столько-то уготованных Господом лет, потом умрут, надеясь на обитель в Небесном Граде Иерусалиме (Откр. гл. 21). Но как они там будут жить-то?! Ведь они еще не изжили свою неприязнь друг к другу, а какая может быть неприязнь в Царстве Небесном?! Они ведь не примирились между собой, а ведь не зря сказано Самим Господом - «что свяжите на земле, то будет связано на небе» (Мф. 18, 18). А вот другие слова Господа Иисуса Христа: «Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу» (Мф. 5, 15). Вообще-то святые отцы говорили, что здесь под «соперником» имеется ввиду твоя совесть, которая может обличить тебя на Суде Божьем. А примириться с ней – это значит покаяться в грехах и после покаяния постараться жить праведно. Но и для отношений между людьми эта фраза Господа подходит! Обрати внимания на слова «мирись с соперником, пока ты еще на пути». То есть, сынок – мы должны постараться помириться с теми, с кем вышла ссора, пока мы еще живы! А поскольку мы не знаем, сколько проживем, то и мириться должны как можно скорее! Это не всегда получается, но приложить для этого усилия – наша христианская обязанность!
- То есть и Онисим с Филимоном должны были помириться, пока они еще здесь, на земле? – уточнил Богдан. – Чтобы из-за этой ссоры не оказаться «в темнице» - то есть вне Небесного Града Иерусалима?
- Да, сынок, - сказал папа. – Мне кажется, апостол Павел не хотел, чтобы души этих людей, которых он любил, были отягощены ссорой в тот момент, когда они будут возноситься на небо! Но здесь есть еще одна тонкость – на пути этого примирения стоит не только личная неприязнь, но и социальные условности! Ведь Филимон - господин, а Онисим – раб. Им трудно сквозь эти социальные маски увидеть друг в друге просто людей! Так тебя, сынок, трудно видеть просто человека в суровом директоре школы!
- Трудно, - согласился Богдан, который директора побаивался.
- С другой стороны – оба они приняли христианство чрез апостола Павла, а Павел считал таких людей своими сыновьями, – продолжил папа. – Не говоря уже о том, что все верующие христиане – братья и сестры во Христе! Очевидно, что апостол Павел хотел, чтобы Филимон стал выше социальных условностей, которые тогда были очень сильны в Римской Империи, но ничего не значат для Господа и не должны быть преградой в братской любви к ближнему! Павел хотел, чтобы Филимон не просто простил Онисима, а принял его «не как раба, но выше раба, брата возлюбленного… в Господе» (Флм. 1, 16). И если Филимон имеет к Онисиму какие-то денежные претензии, то Павел обещает все уплатить из своих денег (Флм. 1, 19).
- И что было дальше? – спросил, заинтересованно, Богдан. – Наверное, Филимон послушался – все-таки не кто-нибудь, а сам Павел просил?! И денег с Павла, наверное, не взял!
- Про деньги не знаю, - сказал папа. – Но согласно Церковному Преданию, Филимон и Онисим преодолели взаимную вражду, помирились. Онисим преодолел страх перед своим бывшим господином, а Филимон преодолел социальные условности, и принял бывшего раба, как брата. Он дал Онисиму вольную, и тот возвратился к апостолу Павлу и помогал ему в миссионерских трудах. В последствие он стал епископом города Византий, того самого города, который спустя несколько веков станет Константинополем. А еще, когда святого Игнатия Богоносца вели в Рим на казнь, к нему вышел епископ Ефеский Онисим с некоторыми христианами. Об этом упоминает сам Игнатий в своем письме к ефесянам. Возможно, что это тот же Онисим, ученик апостола Павла. Нет ничего удивительного для тех времен, чтобы человек побыл сначала епископом в городе Византий, а потом стал епископом в Ефесе! Так же мы знаем, что Онисим, оставаясь верным Господу и Богу Иисусу Христу до конца дней, умер мучеником. По преданию, случилось это около 109 года. А десятилетиями раньше, во времена Нерона в Колоссах мученически окончил свой жизненный путь верный Господу Иисусу христианин, друг и брат Онисима, его бывший хозяин, Филимон. В последствие, за великие миссионерские труды, за то, что они были настоящими деятелями на жатве Господней (Лк. 10, 1-2) оба этих учеников апостола Павла были включены в список апостолов от семидесяти.
- Святые Онисим и Филимон, молите Бога о нас! – сказал Богдан.
8 марта. Священномученника Поликарпа Смирнского.
Однажды вечером папа вслух читал «Евангелие от Иоанна», а вся семья слушала.
- «Симон Петр сказал Ему: Господи! Куда Ты идешь? Иисус отвечал ему: Куда Я иду, ты не можешь теперь за Мной идти, а после пойдешь за Мною. Петр сказал Ему: Господи! Почему я не могу идти за Тобою теперь? Я душу мою положу за тебя. Иисус отвечал ему: Душу твою за Меня положишь? Истинно, истинно говорю тебе: не пропоет петух, как ты отречешься от Меня трижды» (Ин. 13 36-38).
Папа отложил Библию, вздохнул и грустно посмотрел на детей.
- Знаете, мне всегда было жаль апостола Петра, - сказал он. – Представьте – он ведь был очень мужественным человеком, человеком крепкой веры. Не зря ведь Сам Господь назвал его Петром, то есть – Камнем (Мф. 16, 18)! Но всего человеческого мужества, всей человеческой крепости не хватило Петру для того, чтобы не отречься в ту страшную ночь! Это потому, что он тогда поверил себе, а не Господу!
- Как это? – не поняла Тоня.
- Петр, наверное, знал о себе, что он – не трус, - ответил папа. – И поэтому понадеялся на собственную храбрость. Но дело в том, что для мученичества за веру не достаточно просто человеческой храбрости! Нужна помощь Господа! По сути, любой подвиг христианин совершает не сам, а с помощью Божьей. Решил человек помогать нищим – трудится во всю, а Господь ему помогает, иначе не получится ничего! Решил человек стать монахом – опять-таки нужно много трудиться над собой, но и помощь Господа нужна! «Без Меня не можете делать ничего» - сказал Господь своим ученикам (Ин. 15, 5). Петру стоило об этом помнить! Господь ведь ясно сказал Петру, что тот повторит Его мученический подвиг, но не сейчас, а - потом! И действительно – пройдет 30 лет и апостол Петр будет распят в Риме во время гонений на христиан при императоре Нероне. Но в ту страшную ночь, в ночь ареста Христа, Петру было еще не время идти на крест! Но он напрашивался, он перечил Господу, и Господь не стал ему помогать. И всей человеческой крепости Петра не хватило – в ту ночь он действительно трижды отрекся от Учителя и Господа, которого любил всем сердцем! И мне постоянно становится жаль этого апостола, когда я вспоминаю об этом случае!
- Мне тоже жаль его! – отозвалась Тоня.
- Знаете, скоро 8 марта, - сказал папа. – Так вот – в этот день Церковь празднует память священномученика Поликарпа Смирнского. Этот святой пострадал как христианин во втором веке – точнее говоря в 156 году, и его смерть является образцом того, как должен вести себя христианин, если Господь уготовал ему мученическую смерть.
- Расскажи, папа! – попросил Богдан.
- Прежде всего, скажу несколько слов о том, кем был этот человек, - сказал папа. – Поликарп Смирнский был учеником Иоанна Богослова. Именно апостол Иоанн Богослов поставил Поликарпа в епископы города Смирна. Поликарп был хорошим епископом. По словам Иеронима, Поликарп был «вождем всей Азии» в христианстве. К тому же, он был еще и христианским писателем. До нас дошло его «Послание к Филиппийцам». Интересно то, что в нем Поликарп указывает на необходимость молиться за людей, обличенных властью. В те времена за саму принадлежность к христианству людей казнили, но христиане все равно молились за людей, которые отдавал приказы о гонениях. Это мне вполне понятно – ведь Сам Господь велел нам любить не только друзей, но и врагов своих (Мф. 5, 43-48)!
- Пап, ты обещал рассказать о мученической смерти святого Поликарпа! - напомнила нетерпеливая Таня.
- Так я и рассказываю, - сказал папа. – Поликарп Смирнский был казнен во время очередных гонений на христиан, которые волнами прокатывались по Римской империи во втором веке. Эта история нам хорошо известна. Сохранились не только свидетельства историков Церкви об этом событии. Сохранились акты – особые документы, в которых приводилось решение римских властей об осуждении на смерть того или иного христианина. Акты по делу Поликарпа Смирнского – это самые ранние, дошедшие до нас, акты.
Так вот - в 156 году Поликарпу исполнилось 86 лет. Он был не только настоящим христианином, но и очень мудрым человеком. Он выбрал правильную линию поведения – не отказываться от мученичества, но и не напрашиваться на него. Если человек поступает так, то он не своевольничает, а оставляет именно Господу право решать - сподобить его на такой подвиг, или нет. В этом случае мученичество будет именно волей Божьей, и значит Господь обязательно поможет человеку претерпеть муки так, как подобает христианину! И печальная история с апостолом Петром не повторится!..
Судите сами – когда до Смирны докатились гонения на христиан, толпа язычников стала требовать смерти Поликарпа. Христиане убедили любимого епископа укрыться в убежище. Поликарп в убежище пошел, но убежище было таким, что тот, кто хотел, мог легко там его найти!
- Зачем такие сложности? – не понял Богдан.
- Дело вот в чем, - ответил папа. – Римские чиновники ведь были людьми разными. Одни вполне поддерживали гонения, а другие совсем не горели желанием убивать христиан, которые не делали никому зла! Поэтому, удалившись в убежище, Поликарп дал возможность римским чиновникам сказать разгоряченной толпе: «Мы искали Поликарпа, но не нашли», и так не стать убийцами. Но римские солдаты на самом деле хотели найти Поликарпа и искали его тщательно! Узнав об этом, Поликарп сам вышел на встречу к сыщикам. Он радушно, доброжелательно встретил этих людей, пригласил их на ужин, и попросил дать ему время для молитвы. Солдаты согласились. Поликарп молился два часа, а затем, уже под утро, его на осле повезли в Смирну. По пути им встретились чиновники, которые стали убеждать Поликарпа принести жертву перед идолом, и тем спасти себе жизнь. Святой отказался это сделать. Тогда чиновники начали избивать его, повредили ему ногу. Но и это не поколебало старого епископа в его решении пойти на муки, но не отрекаться от Господа.
Была Великая Суббота, когда Поликарпа привезли на цирковую арену. Народ стал вопить от ненависти. Проконсул начал допрос. Надо сказать, что этот человек был не против отпустить Поликарпа - «Поклянись гением кесаря (то есть – признай божественность римского императора), похули Христа и можешь быть свободен». Но Поликарп отвечал: «86 лет я служу Христу и не претерпел от Него никакой обиды. Как же я могу похулить Царя моего, Который меня спас!». Проконсул продолжал увещевать епископа, но тот был тверд, и смело исповедовал себя христианином, хотя в то время за слова: «я христианин» человека казнили. Потом проконсул начал пугать Поликарпа тем, что отдаст его на съедение хищным зверям или сожжет на костре. «Что медлишь? Делай то, что тебе угодно» - ответил на это Поликарп.
После этих слов проконсул объявил, что Поликарп признал себя христианином. Поликарпа приговорили к сожжению. Когда костер был готов, епископ сам разделся и сам снял с себя обувь. Его хотели пригвоздить к столбу, но он попросил этого не делать. «Оставьте меня так, - сказал Поликарп – Тот, Кто дает мне силу терпеть огонь, даст мне силу и без гвоздей остаться на костре неподвижным». После этого он произнес короткую молитву к Богу, где благодарил Его за то, что Тот удостоил его мученичества.
После этого зажгли огонь. Но пламя образовало дугу и не повредило святому. Тогда Поликарп был заколот мечом, а тело его сожжено.
Папа вздохнул и перевел дух. Вся семья молчала.
- Знаете, - сказал папа. – За те века, что существует христианство, гонения на христиан повторялись неоднократно. Еще живы люди, которые застали страшные гонения на христиан в СССР. И только Господь знает, не предстоит ли пережить новую волну гонений нам, вам, или вашим детям. Но те, кто будет христианином в эти часы, должны помнить о мученической кончине святого Поликарпа Смирнского! Это - образец и мужества, и доверия к Господу, образец не только твердости, но и настоящего смирения! А сейчас давайте помолимся этому святому, чтобы он упросил Господа дать нам всем такое мужество и такую мудрость, которые были у него самого! Священномученик Поликарп Смирнский – моли Бога о нас!
Первое воскресение Великого поста. Праздник Торжества Православия.
В тот день Богдан листал церковный календарь.
- О, пап! – сказал он отцу. – Какое странное название у праздника – Торжество Православия! Празднуется в первое воскресение Великого поста.
- А что странного? – не понял папа.
- Торжество Православия – это Пасха! – сказал убежденного Богдан. - Христос ведь воскрес! А значит – христианство и так восторжествовало над всеми другими религиями!
- Воскресение Христово действительно доказывает, что именно христианство и есть правильная, истинная религия, - сказал папа. – Но праздник Торжества Православия установлен в честь торжества не над другими религиями, а в честь торжества над ересями! Вот ведь какая штука, сынок – еретики тоже называли себя христианами! Праздник Торжества Православия установлен в честь того, что православие - есть более полное, более правильное, более истинное христианство, чем «христианство» ариан, «христианство» несториан, «христианство» иконоборцев. Понятно, сынок?
- Понятно, - сказал Богдан, но по его тону папа понял, что объяснил сыну не все.
- Сынок, у тебя есть любимая фраза в Библии? – спросил он. – Какое-то любимое предложение?
- Я всю Библию люблю, - сказал Богдан неуверенно.
- Так не бывает, - сказал папа. – Вся Библия очень ценна для нас, но все мы разные, и потому какие-то слова Писания радуют нас, а какие-то оставляют равнодушными. Вот, к примеру, - папа открыл Библию. – Открываем книгу «Паралипоменон». Это – хроники, очень нужные для понимания других мест Писания, но, как любые хроники, не слишком интересные. «В Гаваоне жили: отец гаваонитян, имя жены его Маха, - начал читать папа. – И сын его, первенец Авдон, за ним Цур, Кис, Ваал, Наддав, Гедор…» (1 Пар. 8, 29-30).
- Ладно, я понял! – оборвал папу Богдан. – Конечно, хроники не очень интересны. Я больше всего люблю слова Господа, которыми заканчивается Евангелие от Матфея.
- «И се, Я с вами во все дни до скончания века!» (Мф. 28, 20) - сказал папа по памяти. – Хорошие слова, и они означают, что Господь не бывает неверным нам, не смотря на то, что мы, люди, частенько оказываемся неверны Ему! Господь никогда не бросит нас, Своих учеников, Свою Церковь! Но я больше всего люблю слова из «Первого послания к Тимофею»: «И беспрекословно – великая благочестия тайна: Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16). На мой взгляд, это – самая радостная весть Писания – Тот, Кто Сотворил нас, стал Человеком, стал одним из нас, чтобы мы могли в вечности быть с Ним! И ты знаешь, все ереси, все секты родились, когда люди пытались поставить под сомнение именно это, именно факт того, что Бог действительно Стал Человеком!
- Все? – уточнил Богдан.
Папа улыбнулся.
- Ну, это я, пожалуй, преувеличил, - сказал он. – Были секты, родившиеся на библейской почве, но тайна Боговоплощения им была не очень интересна. Например, веке то ли в 18-м, то ли в 19-м в России появилась секта «прыгунов». Они на своих «богослужениях» прыгали и плясали, а не молились, как молимся мы. На изумленный вопрос, зачем они это делают, «прыгуны» отвечали, что царь Давид плясал перед Ковчегом Завета и Бог не вменил ему это во грех. Насколько мне известно, «прыгуны» трактатов о Боговоплощении Христа не писали – ни правильных, ни еретических.
- А Давид действительно плясал перед Ковчегом Завета? – уточнил Богдан.
- Да, был такой случай (2 Цар. 6, 16), - сказал папа. – И Господь действительно не вменил этого Давиду во грех. Наверное, для «прыгунов» этот факт значил больше, чем для тебя и для меня, но, все-таки, это не основание, чтобы провозглашать новую религию!
- А что было с этими «прыгунами» дальше? – спросил Богдан.
- То, что и с большинством сект – попрыгали немного, да и сгинули. И только книги по истории Церкви хранят память о них, - сказал папа. – Но я, собственно, не о «прыгунах» говорить хотел. Все серьезные, значимые, «большие» ереси, которые потрясали церковную жизнь – все они нападали именно на тайну Боговоплощения, сынок. Для них почему-то было не приемлемо то, что Бог стал Человеком на самом деле! Поэтому некоторые еретики утверждали, что Христос – не Бог, ну, или – не совсем Бог.
- Как это – не совсем Бог? – не понял Богдан.
- Я и сам это не очень понимаю, - сказал папа. – Но так утверждали еретики ариане. Они говорили, что Христос «подобносущен» Отцу – то есть просто похож. Но на Первом и Втором Вселенских Соборах Церковь отвергла такую идею! Апостолы считали Христа Истинным Богом (1 Ин. 5, 20; Рим. 9, 5; Ин. 1, 1; Ин. 10, 30 и многое другое), значит - и мы, их последователи, должны относиться ко Христу как к Истинному Богу, а не просто «похожему»! Потом, сынок, было много других ересей, которые утверждали, что Христос – да, Бог, но не Человек! Или – не совсем Человек!
- Как это – не человек? – не понял Богдан. – А кто тогда? И как это – «не совсем человек»?
- Еретики первого века «докеты» говорили, что Христос не стал Человеком, а просто казался человеком, - ответил папа. - Само название «докеты» происходит от греческого «докео» - «кажусь». Это было еще во времена апостолов, и апостолы в своих посланиях много писали о том, что Христос – действительно Человек, истинный Человек! Потом докеты сгинули в веках, но новые ереси все появлялись и появлялись. Одни еретики говорили, что у Христа нет человеческого ума (а есть только Божественный ум), другие – что у Него нет человеческой воли (а есть только воля Божественная). Но Церковь отвергала эти попытки умалить человечность во Христе! Собор за Собором утверждали вновь и вновь – Христос Истинный Бог и Истинный Человек, Во всем Бог и во всем Человек. У Него есть все, что и у нас, других людей. Нет во Христе только греха (1 Петр. 2, 22).
- Это долго продолжалось? – спросил Богдан. – Я имею ввиду, эти споры?
- Несколько веков, - сказал папа. – Последней крупной ересью была ересь иконоборцев, которая терзала Церковь в восьмом веке. Но Православие восторжествовало и здесь – отцы Церкви того времени обосновали и доказали – если Бог действительно стал Человеком и действительно имел человеческое Тело, то это Тело можно изображать на иконах! В ветхозаветные времена был запрет на изображения, и он был понятен. Тогда Господь еще не облекся в человеческую плоть, а где нет плоти, там и изображение невозможно! Что не нарисуй – все равно ошибешься! Но в Новозаветные времена все стало по другому. Человеческую плоть Христа видели тысячи людей, и потому ее можно изображать без ошибок!
- Да, конечно, - согласился Богдан.
- Победой над иконоборцами завершилась эпоха Вселенских Соборов, - сказал папа. – Православие доказало свою правоту. После завершения Седьмого Вселенского Собора, 18 февраля 843 года, состоялось особое торжество. Патриарх Константинопольский Мефодий установил праздничное Богослужение – так появился особый чин, который и называют «Чин Торжества Православия». Мы празднуем победу Православия над ересями и расколами, сынок! По сути, мы празднуем то, что правильное, православное, апостольское понимание христианства восторжествовало над ложными пониманиями!
- Пап, а о чем принято молиться в этот день? – спросил Богдан. – Чтобы все люди стали православными?
- Это хорошая молитва, сынок, - сказал папа. – Но не нужно забывать и о том, что и древние еретики были людьми, и они по своему любили Христа, просто они сбились с пути. Нужно молить Господа, чтобы Он не допустил и нам сбиться с пути так же, как сбились те бедняги! Есть еретики и сейчас, сынок! Например – иеговисты, которые напоминают древних ариан. Как видишь – люди и сейчас сбиваются с пути… Нужно молиться о их обращении в Православие, а так же о том, чтобы и нас, слабых и грешных, не постигла похожая беда! Нужно просить Господа даровать нам самим правильное понимание Православия, и правильную жизнь, достойную Церкви Христовой! В общем, сынок, - главное, чтобы Православие восторжествовало в каждом из нас!
7 апреля. Благовещение.
12 апреля. Сретение Пресвятой Богородицы и прав. Елисаветы, матери св. Иоанна Предтечи.
Однажды Богдан сказал папе:
- Знаешь, сегодня мой одноклассник, Андрей - я тебе рассказывал о нем - сказал, что мы, православные не правы в том, что почитаем Деву Марию, Пресвятую Богородицу.
- Андрей – это мальчик из семьи баптистов? – уточнил папа.
- Да, - кивнул Богдан. – Он сказал, что мы почитаем Деву Марию какой-то богиней, и что этого Бог не велел, а люди сами выдумали. Я, честно говоря, растерялся.
- Бывает, - сказал папа. – Я сам иногда теряюсь, когда слышу подобную глупость. Конечно, мы не почитаем Деву Марию богиней! Выдумают же такое... Достаточно посмотреть наш Символ Веры. В нем говорится о тайнах Триединства Божества, о Воплощении Господа и Бога Иисуса Христа, но там нет указаний на божественность Девы Марии. Там сказано, что Истинный Бог Иисус Христос воплотился от Девы Марии – то есть через нее Господь получил Свое Человеческое тело. Для тех, кто умеет думать, ясно, что Дева Мария была человеком кристальной чистоты – ведь иначе она просто не вынесла бы столь близкого контакта с Господом...
- Пап, почему? – не понял Богдан.
- О Господе в Писании сказано много, - ответил папа. – Есть и такие слова: «Бог наш есть огнь поядающий» (Евр. 12, 29). Что именно горит огнем при соприкосновении с Богом, сынок? Грех горит! Потому, что именно наши грехи отделяют нас от Бога. Потому, что именно грех – это то, что в нас не от Господа. А теперь – смотри, сынок. Перед Рождеством Христовым Дева Мария носила в себе растущее Тело Божественного Младенца положенные 9 месяцев. И в Евангелии нет ни слова о том, что она от этого страдала! Это – свидетельство ее огромной, невиданной чистоты! Только очень, очень чистый человек мог быть так близок к Господу, который есть «огнь поядяющий» и не потерпеть от этого никакого вреда. Она – человек огромной, огромной святости, и мы почитаем ее превыше Ангелов - «честнейшей Херувим и славнейшей, без сравнения, Серафим». Но быть выше Ангелов и быть Богом – это все-таки не одно и то же! В Православном христианстве нет, и не было учения о том, что Дева Мария - богиня. Тот, кто это придумал, просто клевещет на нас! Кстати, «Евангелие от Луки» сохранило слова самой Девы Марии, где она называет Бога своим Спасителем (Лк. 1, 47). Это означает, что и ей самой нужно спасение, а спасение – это то, в чем нуждаемся мы, люди, но не Бог. Так что твой друг баптист клевещет на православных. Мы считаем Пресвятую Богородицу не богиней, а человеком. Скорее всего – это самая святая женщина всех времен, но, тем не менее – просто человек.
- Да мне-то это понятно, - сказал Богдан. – Просто Андрею не понятно, почему мы ее так почитаем, если она – просто человек.
Папа усмехнулся.
- Удивительно то, что баптисты, вроде бы каждый день читающие Писание, не замечают простой вещи – почитание Девы Марии было положено Духом Святым – то есть Самим Богом! – сказал он.
- Объясни, папа! – попросил Богдан.
- Как ты знаешь, праздник Благовещения празднуют всегда 7 апреля по григорианскому календарю, - сказал папа. – Мы вспоминаем о том, как Ангел Гавриил явился перед Девой Марией, сказал ей, что она будет Матерью Спасителя, и она на этот подвиг согласилась (Лк. 1, 26-38). А спустя несколько дней, 12 апреля, празднуется сретение (то есть – встреча) Пресвятой Богородицы с матерью Иоанна Крестителя, Елисаветой. Эта встреча тоже описала в «Евангелии от Луки».
Папа взял с полки Библию и открыл ее на нужной странице.
- «Встав же Мария во дни сии, с поспешностью пошла в нагорную страну, в город Иудин, и вошла в дом Захарии, и приветствовала Елисавету. Когда Елисавета услышала приветствие Марии, то взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святого Духа. И воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?» (Лк. 1, 39-43).
Папа отложил Библию.
- Обрати внимание, сынок, - сказал он Богдану. – Елисавета приветствует не просто Господа, она приветствует именно Его Матерь! И делает это не просто от себя, но движимая Духом Святым! И мы, православные христиане, так же движимые Святым Духом, радуемся о Деве Марии, как обрадовался встрече с ней младенец Иоанн Креститель (обрати внимания на слова «взыграл младенец в чреве ее» (Лк. 1, 41)), и мы славим ее, так, как прославила ее праведная Елисавета!
- Согласен! - сказал радостно Богдан. – Я завтра Андрею так и скажу.
- Не жди, что он легко согласится с тобой, - сказал папа. – Люди – существа очень упрямые и способны отрицать даже очевидные вещи. Но попытаться объяснить ему, почему в православии принято почитание Богородицы – ты обязан. Ему, или кому-то другому – ты всегда должен быть готов спокойно, терпеливо объяснить, во что мы верим, на что надеемся, чего ждем. Почитание святых, и Девы Марии как величайшей из них - неотъемлемая часть православного христианства. В конечном счете, во время той же встречи с Елисаветой, Пресвятая Богородица сама произнесла такие слова: «Величит душа Моя Господа, И возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем, что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды» (Лк. 1, 46-48). И мы исполняем это слово Писания, ублажаем Пресвятую Богородицу – воздаем ей достойную, заслуженную честь. Более того – Сам Господь и Бог Иисус Христос глубоко чтил Свою Матерь.
- Да, я помню – первое свое чудо в Кане Галилейской Он сделал по Ее просьбе! – сказал Богдан.
- Правильно! – кивнул папа. – По просьбе Девы Марии Господь превратил воду в вино на свадьбе, и так начал Свои чудеса (Ин. 2, 1-10). А до этого – во время Своего детства и отрочества, Иисус пребывал в повиновении у Своей Матери (Лк. 2, 51). И даже на кресте Господь заботился о Ней! «Иисус, увидев Матерь, и ученика, тут стоящего... говорит Матери Своей: Жено! Се сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Ин. 19, 26-27). Как видишь – Господь страдал на кресте, но не забыл поручить апостолу Иоанну заботу о Пресвятой Богородице!
- Да, теперь я понял! – сказал Богдан.
- Давай сейчас помолимся, - предложил папа. – Давай помолимся Пресвятой Богородице, Иоанну Крестителю и праведной Елисавете, чтобы они упросили Господа даровать нам такую же веру, и такое же смирение, какие были у них!
- Давай! – согласился Богдан.
Пасха Господня. Воскресение Господа и Бога Иисуса Христа.
Однажды Тоня спросила у папы:
- Пап, а ты ведь родился в неверующей семье? Ведь твои родители – наши бабушка и дедушка до сих пор не верят в Бога?
- Да, Тоня, - ответил папа.
- А как же ты стал верующим?
- Бог привел меня к вере, - сказал папа.
- А как это происходило? – спросила Тоня.
- Как в Писании, - ответил папа. – Ты, быть может, помнишь – в Первом послании апостола Павла к Коринфенам есть такие слова: «Павел насадил, Аполлос поливал, но взрастил Бог?» (1 Кор. 3, 6). Это – как растить дерево. Его нужно посадить, потом поливать. Но если Бог не захочет, чтобы это дерево росло, то любой человеческий труд будет напрасным!
Папа немного помолчал, вспоминая.
- Так вот, доченька, - продолжил он, - с моей верой было где-то так же, как с этим деревом. До 25 лет я был далек от Бога, как от луны. Но когда мне исполнилось 25, по воле Божьей, мне попалась в руки книга одного современного православного богослова. Она называлась «Если Бог есть любовь». В ней говорилось о многом, но особенно меня тронула глава, рассказывающая о крестных страданиях Господа и Бога Иисуса Христа. Я читал, и что-то происходило во мне. Как будто вся Вселенная стала маленькой и уместилась у меня в голове – мне вдруг на какое-то время все-все стало понятным! Мне кажется, что в тот миг я понимал даже то, чего не понимаю сейчас!
- Да? – удивилась Тоня.
- По крайней мере, мне так кажется, - сказал папа. – Но главное - я понял, и даже больше чем понял – я каждой своей клеточкой прочувствовал - то, о чем говорится в этой книге – правда! Правда то, что Бог, сотворивший все, стал Человеком и умер на кресте, и все это для того, чтобы я, лично я мог наследовать жизнь вечную! Это было так велико, так поразительно! Я ведь и мечтать не мог о том, что Бог, Всемогущий Вечный Бог может любить меня так сильно – даже до Своей крестной смерти!.. Это было так удивительно – Бог коснулся моей души... Такие переживания больше не повторялись, но главное изменение во мне они уже произвели - в тот момент я полюбил Бога, Бога, который ради меня умер... Так в моем сердце была насажена вера.
- А потом? – спросила Тоня.
- А потом я попал к хорошему духовнику – к священнику, который научил меня быть христианином. Он дал мне первые уроки молитвы, рассказал об исповеди, Причастии, в общем – помог мне войти в жизнь Церкви. Это – тот человек, который, по словам апостола Павла, поливал. Священника этого звали Тарасий Марченко, а человека, книга которого насадила в моем сердце семена православной веры – дьякон Андрей Кураев. А взрастил Бог, и никто иной! Это Он позвал меня к Себе, и это Он вел меня именно так, а не иначе. Бог ведь знает, как привести к Себе человека, и Он владеет ключами от всех сердец. Видимо, мое сердце могло быть открыто именно так. А сердца других людей открываются другими ключами, и потому их путь к Богу не похож на мой. Моя роль в моем воцерковлении скромна – я просто откликнулся на зов Бога, и позволил Ему войти в мое сердце.
- Как интересно! – протянула Тоня.
- Я всегда очень жду наступления Страстной Недели – ведь это память о том, что Господь претерпел ради меня, - сказал папа. - «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13) – сказал Господь. И Он сделал по Своему слову – Сам положил Свою жизнь за всех нас – и за тебя, и за меня... За всех. Это – самая большая любовь, большей любви Бога к людям просто и представить нельзя!
Папа помолчал.
Молчала и Тоня.
- А потом будет Пасха, - продолжил папа. – Святитель Григорий Богослов называл Пасху «праздником праздников и торжеством торжеств». И это – правильно, конечно! Пасха – это празднование самой большой победы в истории этого мира – победы Господа над смертью. Христос любит нас, и потому ради нас пошел на смерть. Но Христос сильнее смерти, и потому воскрес – победил ее. И теперь каждый желающий может воскреснуть вместе с Ним. Мы не способны воскреснуть сами по себе, доченька – ведь мы просто люди, но мы можем воскреснуть Его воскресением! Для этого мы в Его Церкви соединяемся с Ним! Меня это всегда поражало – мы так малы, а Бог так велик, но все-таки Он так нас любит! Ради такой любви Господней и ради такой участи нас, простых людей, стоит жить!
- Стоит! - сказала Тоня тоном взрослой и кивнула.
Папа улыбнулся.
- Мне приходилось читать слово на Пасху святителя Григория Богослова. Он там говорит много замечательных слов. Есть среди них и такие: «Принесем в жертву Богу самих себя, лучше же – будем ежедневно приносить и всякое свое движение. В страданиях будем подражать Страданию Христа, охотно взойдем на крест. Ибо страдать со Христом и за Христа вожделеннее, недели наслаждаться с другими». Мы живем в сравнительно спокойное время – сейчас гонений на христиан здесь нет. Но это не значит, что нас не ждет крест. Если мы хотим, чтобы Воскресение Господне принесло и нам воскресение, мы не должны отказываться от нашего личного креста! Этот крест – заповеди. «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14, 15) – говорил Господь. А мы ведь любим Его, верно?
- Любим, - согласилась Тоня.
- Жить по заповедям не всегда легко, - сказал папа. – Иногда, к примеру, солгать просто, а сказать правду – трудно... Иногда ненавидеть ближнего просто, а любить его – трудно... Но все эти трудности – не больше крестной муки, которую перенес ради нас Господь. Сказать по правде – наши трудности почти ничто, в сравнении с теми муками Господа, о которых мы вспоминаем на Страстной неделе! И потому – в пасхальную ночь важно, очень важно пойти в Храм молиться. Очень важно кричать радостно со всеми «Христос воскрес! Воистину воскрес!» Но главное, чем мы можем почтить Пасху Господнюю – это тем, что станем настоящими христианами, изменимся, и станем лучше, чище, чем были. И этим мы доставим настоящую радость Господу, Который так много сделал для нас!
Второй разговор о празднике Воскресения Господнего.
Тем же вечером папа читал для всей семьи отрывок из Евангелия.
- «В первый же день опресночный приступили ученики к Иисусу и сказали Ему: где велишь нам приготовить тебе Пасху? Он сказал: пойдите в город к такому-то и скажите ему: Учитель говорит: время мое близко; у тебя совершу Пасху с учениками моими (Мтф. 26, 17-18)»...
- Подожди! – перебила папу Тоня. – Ведь Пасха – это праздник воскресения Иисуса Христа. Как же Он говорит о Пасхе, если Он еще не был распят и не воскресал?
- Имеется в виду ветхозаветная Пасха, которую отмечали в то время, - сказал Богдан.
- Наверное, да, - сказал папа. – В ветхозаветные времена евреи праздновали Пасху в память о том, как Бог провел их через море и избавил от египетского рабства. Это великое событие Ветхого Завета было прообразом еще более великого события – Воскресения Христова, когда Христос избавил людей из рабства смерти. И не случайно воскресение Христово совпало по времени с ветхозаветной Пасхой.
- Из рабства смерти... – пробормотала Таня задумчиво.
Видно было, что она не понимает. Для нее, маленькой, Пасха – это был, в основном, праздник крашеных яиц, освящения куличей и крестного хода в полночь с зажженными свечами...
Но папа считал, что Таня уже достаточно большая, для того, чтобы понимать суть праздника Пасхи.
- Видишь ли, - сказал папа, - когда Бог сотворил первого человека, Он вложил в него способность не умирать. Если бы Адам не ел запретного плода, то жил бы до сих пор! Надо понимать, что бессмертием обладает только Бог, и значит, Адам был каким-то неизвестным для нас образом связан с Богом и потому мог жить и жить... Но Адам совершил грех и этим грехом разорвал эту связь...
- И стал смертным, - сказал Богдан.
- Да, - кивнул папа. – И мы унаследовали от него эту смертность, как наследуют какое-нибудь уродство...
- Пап, а Адам не мог, - Таня замялась, - ну... сделать так, чтобы этого, ну... разрыва с Богом больше не было?
- Не мог, - ответил папа. – Уж слишком сильно изменил его грех! Но – то, что невозможно человеку возможно Богу! Бог мог восстановить эту связь! Кстати, само слово «религия» именно это и означает: «восстановление разорванной связи». Бог восстановил эту связь огромным, непостижимым для нас в полной мере чудом – Сам стал Человеком! Иисус Христос - во всем Бог и во всем Человек! Божественная и человеческая природа соединены в Нем - причем так, что эту связь уже нельзя разорвать!
- Да, - сказал Богдан. – Ты читал нам в понедельник одно из посланий апостола Павла. Там об этом говориться: «Великая благочестия тайна – Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16).
- Да, - кивнул папа. – Но для спасения людей Богу мало было просто родиться от девы Марии - стать Человеком. Ему еще предстояло прожить человеческую жизнь – для того, чтобы объяснить и показать – как именно нам нужно жить, чтобы действительно быть Его друзьями (Ин. 15, 15). Но и это еще не все – Ему предстояло уничтожить то последнее, что разделяло человека и Бога – смерть.
- Как это грустно – умирать, - сказала Таня. – Неужели Христу нельзя было как-то обойтись без этого?
Папа пожал плечами.
- Бог не стал бы делать того, что не нужно или лишнее, - ответил он. - Видишь ли, доченька, в ветхозаветные времена все люди – и хорошие, и не очень – умирая, попадали в царство смерти – в ад, в преисподнюю. Ты помнишь историю Иосифа, сына Иакова? Помнишь, как братья продали его в рабство, а отцу сказали, что Иосифа растерзал хищный зверь? Не много найдется в истории человечества таких хороших людей, как Иосиф, но Иаков, узнав о смерти сына, даже не предполагает, что тот попал в рай или в какое-то другое хорошее место. «Иаков не хотел утешиться и сказал: с печалью сойду к сыну моему в преисподнюю» (Быт. 37, 35). Именно туда, в царство смерти, нужно было войти Христу, чтобы уничтожить его и чтобы спасти и тех людей, которые умерли до Воплощения Господа. Это царство смерти апостол Петр называет «темницей духов», и говорит о том, что Христос сошел в эту «темницу духов» и там проповедовал тем, кто находился в этой темнице (1 Петр. 3, 19-20)
Папа посмотрел на детей – те молчали, внимательно слушали.
- Что такое смерть? Это небытие, пустота. Трудно представить себе это небытие! Трудно представить, каким было существование тех душ, которые в этой темнице, в этом небытии находились. Мне представляется какое-то царство теней, в котором последняя искорка того духа, который Господь вдохнул в Адама (Быт. 2, 7), и который отличает нас от животных - все затухает, затухает, но никак не потухнет окончательно. Наверное, все-таки не может быть полностью уничтожено то, что роднит нас с Самим Вечным Богом! В итоге получается такое себе умирание, растянутое в вечности... Но такой образ этой «темницы духов» - это, конечно, только мое предположение. Главное, вы поймите вот что – пустоту, небытие нельзя просто так взять и прогнать! Пустоту нужно наполнить – вот тогда она перестанет быть пустотой! Небытие нужно наполнить и тогда оно станет бытием! И вот - Человек Иисус Христос умирает на кресте и входит в преисподнюю, как и все люди. Но Он не только Человек – Он еще и Бог, и Его Божественная полнота заполняет смерть. И все – пустоты больше нет! Христос воскресает! Величайшее событие, огромная радость – теперь мы можем больше не бояться смерти, поскольку Христос нашел путь выхода из смерти, точнее говоря – создал этот выход! Это означает, что если человек последует за ним, «вцепится в его одежды», то Христос протащит его через коридоры смерти, и смерть окажется просто дверью. Именно поэтому все настоящие христиане не перестают говорить о том, что смерть и воскресение Иисуса Христа есть важнейшее событие в их жизни.
- И именно поэтому Пасха – самый великий праздник на Земле? – спросила Таня.
- Да, - сказал папа. – Мы спасены Христовым воскресением, спасены для вечности, причем для прекрасной вечности – вечности с Богом. Мне наша жизнь представляется так – будто наш мир это огромный вокзал и Христос поставил на самый первый путь поезд в вечность. В этот поезд вместятся все желающие – нужно только купить билет и сесть в него.
- Билет?! – переспросила Таня.
Папа улыбнулся.
- Этот билет – наше сердце. Бог отдал нам Всего Себя, ничего ради нас не пожалел. Если мы любим Его, то и мы ради Него ничего не пожалеем – только такой и бывает любовь. Отдадим Ему себя, и так «прилепимся» к Нему. И если проживем жизнь, как подобает Его ученикам, то и вечность наследуем – воскреснем Его воскресением!
- А теперь – давайте помолимся! – сказала Таня. – Пап, а мы можем пропеть какие-нибудь пасхальные молитвы, хоть сейчас и не Пасха?
- Конечно, можем, - ответил папа. – Ведь Христос уже воскрес! По большому счету, с тех далеких пор Пасха – всегда!
Третий разговор о празднике Воскресения Христова.
- Пап, а почему случаются революции? – спросил как-то Богдан папу. – Чего хотят люди, которые бросают в других бомбы, жгут дома, свергают правительства?
- Они хотят светлого будущего, сынок, – ответил папа.
– Это – какого именно? – уточнил Богдан.
- Разного, - ответил папа. – Почитай в учебниках истории. В общем, нет плохого в том, что люди мечтают построить свою жизнь хорошо и справедливо. Плохо другое – ради своей мечты они совершают такие поступки, которые могут лишить их настоящего светлого будущего.
Богдан помолчал, обдумывая слова папы.
- Пап, ты не мог бы объяснить? – сказал он через минуту. – Какое это «настоящее светлое будущее»?
- Настоящее светлое будущее открыл нам Господь и Бог Иисус Христос, - ответил папа. – Иначе ведь и быть не могло – ведь именно Он есть Путь, Истина и Жизнь (Ин. 14, 6). А раз Господь есть Истина, значит - на Него мы должны смотреть, когда хотим понять, что хорошо и что плохо, и к чему ведет нас Господь, сотворивший мир. Мы смотрим на Него и видим – Воскресение Христово и есть наше светлое будущее!
- Объясни, пап! – попросил Богдан.
- Хорошо, сынок, - сказал папа и присел на диван. – Самым главным вопросом мудрецов всего мира является вопрос – что такое человек? Кто мы, люди? Для чего мы предназначены? К чему мы должны стремиться в жизни? Этот вопрос мучил многих, и, надо сказать, разные люди давали очень разные ответы на этот вопрос. Атеисты, которые считают, что Бога нет, говорят, что до рождения человека - просто не существует, и после смерти – его тоже не существует. То есть жизнь человеческая – просто суетливый бег между двумя безднами, и человек – не больше чем «покойник в отпуске». Не очень веселое представление о мире и о человеке, правда?
- Правда, - кивнул Богдан.
- Царь и пророк Давид жил три тысячелетия назад, - сказал папа. – И уже тогда он назвал атеизм безумием. «Сказал безумец в сердце своем: «Нет Бога». Они развратились, совершили гнусные дела» (Пс. 13, 1-2). Кстати, это не удивительно, что такие люди совершают гнусные дела – ведь если нет вечности, нет воздаяния за прожитую жизнь, то можно творить всякие гнусности. Ведь и праведника и грешника ждет одна и та же участь – аннигиляция, превращение в ничто! Так думали атеисты. А вот буддисты считали и считают, что у человека нет даже этого короткого бега между двумя безднами, просто потому, что никакого человека просто нет!
- Как – нет? – не понял Богдан.
- А так – нет и все, - ответил папа. – С точки зрения буддиста, весь мир нам просто кажется. Я тебе кажусь, ты мне кажешься, и мы сами себе кажемся. Буддисты считают, что есть только дхармы – такие частицы бытия, вроде атомов. То, что кажется человеком, поживет, посуетится, да и распадется на дхармы. Вот и все светлое будущее!
- Б-р-р! – поежился Богдан. – Я так не хочу!
- Я и сам так не хочу, - ответил папа. – Я еще много мог бы рассказывать о том, что люди думали о себе и о мире, но ясно одно – мы не способны сами понять, кто мы и зачем живем. Только Бог, Сотворивший нас, мог бы объяснить нам правду о нас самих. И Он сделал это, сынок!
- Когда воплотился и жил в мире как обычный Человек? – уточнил Богдан.
- Да, - ответил папа. – Бог стал Человеком. Что это значит для нас? Во-первых то, что мы кое-что значим для Бога! Мы не просто какие-то слишком умные зверушки, переразвитые обезьяны – нет! С точки зрения Господа мы стоим того, чтобы Он обратил на нас Свое внимание! Во-вторых – человек, оказывается, великое существо! Во Христе сочетались и природа Божественная и человеческая природа. И смотри, сынок – человеческая природа не была уничтожена таким Великим Сочетанием! Идем дальше. Бог стал Человеком для того, чтобы нас спасти. Это значит, что мы попали в беду. От чего спасает нас Христос? От греха и смерти! Заметь – Он не спасает нас от какой-то социальной несправедливости, не дает ни одного политического совета. Это значит, что политика – по большому счету чепуха и ничего важного не решает. Только грех и есть единственное настоящее зло, только с ним и стоит по-настоящему бороться! И как бы мы, люди, не обустраивали свою жизнь, если есть рабство греху и смерти, то все – тщетно! Идем дальше. Как именно Христос спасает нас?
- Крестной смертью, - ответил Богдан.
- Правильно, сынок! – кивнул папа. – Это значит, что мы не просто «кое-что значим» для Бога, но и любимы Им! Настолько любимы, что Он готов страдать, готов умереть, лишь бы мы были спасены! А что происходит потом?
- А потом Господь воскресает, - ответил Богдан.
- Правильно! – воскликнул папа. – Христос побеждает смерть и воскресает! А значит, должны воскреснуть и мы, если пойдем за Ним, ведь Он есть Путь (Ин. 14, 6)! Вот это и есть настоящее светлое будущее, сынок! Наше светлое будущее не в каких-то преобразованиях нашей земной жизни! Наше будущее – разделить победу Господа над смертью, воскреснуть преображенными, как и Он, и наследовать Небесный Иерусалим, в котором Бог будет жить вместе с людьми! Именно Пасха, Светлое Христово Воскресение и есть праздник нашего будущего. Господь показывает это будущее нам. Другое дело, что это светлое будущее еще нужно заслужить, очищая себя, ведь в Царство Божье не войдет ничего нечистого (Откр. 21, 27). И мне горько видеть, как некоторые люди ради мелких улучшений нашей земной жизни, совершают тяжкие грехи. Земную жизнь они, может быть, чуток улучшат, но Небесный Град Иерусалим потеряют, а это – огромная, страшная потеря.
- Да, конечно, - согласился Богдан.
- «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Мф. 16, 26) - говорит Господь, - сказал папа. – Никогда не забывай этих слов, сынок! Мало ли, чем тебе предстоит в жизни заниматься, какие на твою долю выпадут трудности и искушения. Но, как бы не сложилась твоя жизнь, никогда не забывай о Воскресении Христовом! Если ты проживешь жизнь настоящим христианином, победа Господа над смертью станет и твоей победой, если ты наследуешь жизнь вечную – значит, ты прожил правильно. Наш Символ Веры заканчивается словами «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века». В этом – наша главная цель и наша главная надежда! И когда мы говорим: «Христос воскресе!» мы радуемся не только о Нем! Мы радуемся и о себе! Христос воскресе, сынок!
- Воистину воскресе! – ответил Богдан.
40 дней после Пасхи. Вознесение Господнее.
В тот День Богдан сказал папе.
- Пап, а можно я поеду работать в Германию? Когда школу окончу?
Папа удивленно поднял брови, и посмотрел на сына.
- Зачем?
- Ну, это… У Витьки брат работает в Германии, - начал сбивчиво пояснять Богдан. – Устанавливает солнечные батареи. Денег много зарабатывает. Зовет Витьку к себе. А Витька зовет меня.
- Деньги зарабатывать? – уточнил папа.
- Да.
- Теперь понятно, - сказал папа.
Некоторое время оба молчали.
- Пап, так можно, или нет? – расстроено спросил Богдан – он видел, что отец не одобряет его.
- Знаешь, сынок, - начал папа. – После школы ты будешь совсем взрослый, и можешь, конечно, ехать куда хочешь, но я не думаю, что это правильно. Вот если бы ты в Африку попросился, тамошнюю бедноту от туберкулеза спасать, я, если честно, гораздо больше обрадовался бы!
- Почему?
- Потому, что ты стремишься не к тому, к чему надо. Ну, то есть работать и зарабатывать средства на жизнь для себя и своей семьи – это мужская обязанность, но… - папа замялся, подыскивая слова. - В общем, многие люди в погоне за длинным рублем Христа проглядели! То есть они понимали, что нужно, нужно к Господу идти, но все откладывали. Все думали – вот заработаю побольше, вот домик дострою, вот еще то и это куплю, а там и в Храм можно… Но жизнь прошла, смерть незаметно подкралась, а они так до Храма и не дошли!
- Ты боишься, что я буду работать, работать и постепенно отойду от Церкви? – догадался Богдан.
- Если честно – то да, - сказал папа. – В жизни так просто перепутать главное и второстепенное! Спасение души – это наше главное дело! Мы ведь каждую неделю читаем 115 псалом, когда готовимся к Причастию. «Что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми? Чашу спасения приму» (Пс. 115, 3-4) – процитировал папа по церковнославянски. - То есть Господь сделал для нас так много, так много, а мы, мы-то что можем для Него сделать? В самом деле - что мы можем сделать для Того, Кто не нуждается ни в чем?! А можем мы проявить благодарность и не отвергать Его даров! Мы можем принять предложенное Им Спасение, и сделать для этого спасения все, что зависит именно от нас! То есть повторюсь, сынок спасение - есть наше главное дело. Заработок, добывание пищи для тела – дело нужное, но вторичное, приделок, так сказать.
Папа немного помолчал, а потом спросил:
- Вот скажи, сынок – каждый год, на сороковой день после Пасхи мы какой праздник празднуем?
Богдан поморщился, что-то прикидывая в уме.
- Вознесение? – предположил он.
- Да, Вознесение Христово, - сказал папа значительно. – Как описано в первой главе книги «Деяний Святых Апостолов», после Своего Воскресения из мертвых Иисус Христос сорок дней являлся своими учениками и говорил с ними о Царствии Божием, а потом у них на глазах вознесся на небо (Деян. 1, 3-9). Да, сынок – вознесся в славе на небо, откуда раньше снизошел (Ин. 3, 13), чтобы родиться во плоти от Девы Марии. Вот туда, на небо мы должны стремиться! «Где Я, там и слуга Мой будет» - говорит Христос (Ин. 12, 26). А где Он? На небе, одесную Отца (Деян. 7, 56). Туда и нам дорога. Опять-таки – об этом же говорит и апостол Павел: «Мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный» (2 Кор. 5, 1). То есть – нам туда, там «Бог ототрет каждую слезу, там не будет ни смерти, ни плача, ни вопля» (Откр. 21, 4)! А бегая по Германиям, причем именно для того, чтобы по больше заработать, можно забыть, где именно твой настоящий дом и забыть, как искать дорогу в Небесный Иерусалим!
- Пап, но ведь и в Германии люди спасаются! – возразил Богдан.
- Да, сынок, - кивнул папа, - на земле нет места, где нельзя было бы стремиться к Богу – это ты правильно сказал. Но вот в чем дело – когда Бог творил твою душу, Он знал, в какую семью, в какую страну, в какую эпоху тебя определить. Бог печется о твоем спасении, и если бы тебе было лучше спасаться в Германии, ты и родился бы в Германии! По крайней мере – я так думаю. Может, я и не прав, но думаю, что раз ты родился здесь, то тебе и спасаться удобнее всего – здесь. И пользы ближним ты можешь больше всего принести – здесь! Нет, пойми – если бы тебя в Германию звали на какое-то дело душеполезное – скажем, бедным и больным помогать, или, скажем, говорить о Христе, чтобы забывающие Господа европейцы вспомнили, что значит быть христианами – я бы и секунды не возражал! А «длинный рубль» - точнее говоря «длинное евро» - это дело опаснейшее. Я имею ввиду - для души. Люди слабы, а апостол Павел сребролюбие корнем всех зол не зря называл (1 Тим. 6, 10). Деньги очень часто идолом становятся, Богдан!
- Я хотел дом купить, свой собственный, - сказал Богдан.
- Будет воля Божья – купишь дом, даже не бегая по Европам, - сказал папа. – А не будет Его воли – и из Германии нищим вернешься. Ты еще подросток, и не торопись заглядывать так далеко. Господь укажет, что тебе делать и как жить. Богу надо доверять, сынок! Богатство и бедность, жизненный успех и жизненный крах, бродячее существование или домоседство, здоровье и болезни – все это от Господа, и все это - не зря! Господь знает, что именно дать лично тебе. «Приносите жертвы правды, и уповайте на Господа» - говорил царь Давид (Пс. 4, 6). Как можно принести «жертву правды» – ведь это все-таки не овен? А все просто – живи по правде, по заповедям, и так принесешь Господу жертву правды. А так же уповай на Господа – и все будет хорошо.
- Давид это умел – уповать на Господа, я имею ввиду! – пробормотал Богдан.
- О, да! – сказал папа. - Ты помнишь, каждое воскресение в самом конце службы, поется псалом Давида? Помнишь – «Благословлю Господа на всякое время»? Это – тридцать третий псалом. Помнишь?
- Помню, - кивнул Богдан.
- А ты знаешь, когда Давид написал этот псалом? Он написал его, когда бежал от преследований царя Саула, бежал к своим врагам – видно было больше некуда бежать - и вынужден был претвориться сумасшедшим перед царем Гефским Анхусом, чтобы тот не приказал убить его (1 Цар. 21, 10-15). Давид тогда едва избежал смерти! Это было, возможно, самое трудное время в его жизни. И унижение, и страх перед Саулом, и страх перед инородцами – да, сейчас опасность миновала, но ведь Анхус мог и передумать! И все равно Давид хвалит Господа! Он страдает, но не жалуется, а принимает от Господа все, что Тот дает ему. Не только когда избежал смерти, но и когда был в шаге от нее, Давид готов благословлять Господа – ведь сказано «благословлю Господа на всякое время» (Пс. 33, 2), пусть даже и очень трудные эти времена! Учись у Давида, сынок! Он умел доверять Господу, и когда страдал, и когда боялся, и когда не знал, как именно надо поступать.
Богдан помолчал, обдумывая.
- Пап, а зачем Бог послал Давиду все эти страдания?
- Я не знаю, - ответил папа. – Но Бог ничего не делает зря, и, видимо, Давиду нужно было пережить все это. Страдания, конечно, не приятны, но частенько полезны нам, людям, сынок.
- Почему?
- По многим причинам, - пожал плечами папа. – Например, они показывают, что у человека в сердце.
- Кому показывают? – не понял Богдан. – Богу?
- Нет, сынок, - ответил папа. – Тебе самому.
- Пап, объясни – не понял я, - сказал Богдан.
- Вот ты спокойно живешь, никто тебя не расстраивает, и ты думаешь, что всех любишь, как самого себя, - начал папа. - Но Бог видит – злоба, ненависть, зависть, никуда не ушли из твоего сердца, а просто тихонечко прячутся в его глубине. А это может повредить твоему спасению, ведь в Царство Божие не войдет ничего нечистое («Откр. 21, 27)! Бог видит, что тебе стоит еще работать над очищением своего сердца, но ты ведь этого не видишь! И тогда Бог вводит в твою жизнь человека грубого, или несправедливого. И вот – скажет тебе такой человек два слова – а у тебя уже ненависть из сердца фонтаном бьет! Да, сынок – грех очень испортил нас, людей, и теперь любить ближнего как самого себя надо всю жизнь учиться, а ненависть – совсем другое дело. Ты только дай ей волю, она водопадом из души польется! И вот – обидели тебя, сердце ненавистью клокочет. Но - если ты действительно хочешь в наш небесный дом, к Господу, в Царство Небесное, и если ты внимателен к себе, то подумаешь – ага, значит, вот каков я на самом деле! Оказывается - нет во мне никакой любви к ближнему, я этого ближнего за глупое слово разорвать готов! И – если ты умный и хочешь спастись – начнешь над этим работать, каплю за каплей выдавливая из своего сердца ненависть и заменяя ее любовью!
- Теперь понял, пап, - сказал Богдан.
- Видишь, как выходит сынок, - продолжил папа. – Вот уедешь ты в Германию, но сердце-то свое за собой увезешь! И ненависть твоя, и зависть, и жадность – все с тобой поедет. Все страсти с тобой останутся. И не дадут тебе быть счастливым – ни в Германии, ни в Америке, нигде – они ведь не зря «страстями» называются! У слов «страсть» и «страдание» - один корень... Так что ты лучше помни о нашем доме на небесах, доме нерукотворном, вечном (2 Кор. 5, 1) – и туда стремись, готовь к жизни в этом доме свое сердце! Там ждет нас вознесшийся в славе Воплотившийся Бог (1 Тим. 3, 16). А это – главное!
Праздник Святой Троицы. Пятидесятница.
- Мам, а когда у Церкви день рождения? – спросила как-то маму Тоня. – В день рождения Иисуса Христа? Или на Пасху?
- Я думаю, что в День Святой Троицы, - ответила мама. – Этот день всегда следует за Пасхой. Его отмечают в воскресенье через 7 недель.
- Пап, а почему это день рождения Церкви? – спросила Тоня.
- Потому, что именно в этот день началось победоносное шествие апостолов по миру и их проповедь.
Мама открыла вторую главу книги «Деяний святых Апостолов».
– «При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе, - начала читать она. – И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго» (Деян. 2, 1-4).
Мама закрыла книгу.
- На апостолов снизошел Святой Дух, как и обещал им Господь (Деян. 1, 8), - сказала она. – И они стали другими, не такими как раньше. Дух Божий преобразил их. Во-первых - они получили дар слова. Апостолы ведь были из Галилеи. А в то время в Иерусалиме находились евреи, живущие и в других местах – в Месопотамии, например, или в Риме, или в Асии (Деян. 2, 7-10). Их языки отличались, и иногда сильно. Но все эти люди слышали проповедь апостолов о великих делах Божиих, причем каждый слышал эту проповедь на своем родном наречии. Интересно, правда?
- Интересно! – кивнула Тоня.
- Ты ведь помнишь историю о Вавилонской башне? ( Быт. 11, 1-9). Тогда у всех людей был один язык, и они принялись строить башню, высотой до небес, и Бог смешал их языки, так что люди перестали понимать один другого? Так прекратилось строительство, потому, что люди строили эту башню не на добро. В день сошествия на апостолов Святого Духа это разделение языков было чудом Божьим преодолено, потому, что апостолы проповедовали доброе – проповедовали веру в Иисуса Христа, и говорили, что нет другого имени под небом, данного людям, которым надлежало бы нам спастись (Деян. 4, 12) – то есть наследовать Царство Божье.
Мама посмотрела на Тоню.
Та молчала – слушала.
- Но не только в этом изменились апостолы, - сказала мама. – Ты ведь помнишь, что апостол Петр трижды отрекся от Христа во дворе первосвященника? И другим апостолам тоже нечем было хвалиться в эту страшную ночь... Но после сошествия Святого Духа страх навсегда оставляет апостолов. Они проповедуют смело, радуются, что за имя Христа принимают побои от неуверовавших иудеев (Деян. 5. 40-41). Они вовсе не похожи на тех напуганных людей, которыми были меньше двух месяцев назад! Пройдет время, и все они (кроме апостола Иоанна) будут убиты за свою проповедь. И никто из них больше не отречется! Тот же апостол Петр, спустя 30 лет, будет распят в Риме во времени гонений на христиан при императоре Нероне. И на этот раз он пойдет на смерть бесстрашно – он действительно стал другим! Да, доченька, - подытожила мама. - После воскресения воплотившегося Бога Иисуса Христа, желание быть достойными Его у апостолов, конечно, было, а вот силы на это не хватало. И снисшедший на них Святой Дух дал им эту силу.
- А если человек не хочет быть учеником Христа, то Дух Святой не сходит на него? – спросила Тоня.
- Человек сам выбирает, как ему жить, - ответила мама. – Он может искать только земного – земного богатства, земной славы... Апостол Павел говорит, что такие люди живут по плоти. Плоды такой жизни будут горькими. «Дела плоти известны; они суть: ... вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, соблазны, ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное» (Гал. 5, 19-21).
- Это плохо – да, мама? – уточнила Тоня.
- Это не просто плохо, это страшно, - ответила мама. - Апостол Павел говорит, что живущие так Царствия Божия не наследуют (Гал. 5, 21). Но Бог дает возможность всем желающим быть христианами, жить по духу. У этой жизни другие плоды. «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал. 5, 22-23).
- И мы должны стараться быть такими?
- Да, - сказала мама. – А Дух Божий, с того далекого дня Пятидесятницы живущий в Апостольской Православной Церкви, поможет нам этого достичь. Случай с отречением апостола Петра доказывает нам – сам человек своими силами не может справиться с искушениями, не может стать победителем в битве с грехом. Благодать Божья помогает нам обрести нужную для этой битвы силу. И наше дело – очищать свое сердце, готовить его к принятию благодати Божьей. «Не мерой дает Бог Духа» - говорит нам Господь. И действительно – Господь ничего для нас не жалеет, и Духа Святого даст просящим у Него (Лк. 11, 13). Вот только – нам бы вместить! Будем же, доченька, молитвой, покаянием и жизнью по заповедям очищать свое сердце, чтобы оно было способно хоть сколько-то вместить благодати Божьей! И тогда, с помощью Духа Святого – сможем одолеть грех! Все сможем, если будет нас укреплять Господь (Флп. 4, 13)!
3 июня. Равноапостольного царя Константина и его матери царицы Елены.
- Пап, а Римская империя, наверное, была очень плохой страной? – спросил как-то папу Богдан.
- Страны не бывают плохими или хорошими, - ответил папа. – Люди не ангелы и потому не могут построить идеальную страну. Но они и не демоны, поэтому и настоящий ад создать, к счастью, тоже не способны. Любая человеческая деятельность – она пестрая, то хорошая, то плохая, то так, средненькая. Так и в истории всех без исключения стран мира можно найти и хорошее и плохое. Римская империя была страной с развитым правом – там очень уважали законы и старались их соблюдать. Это – хорошо. Но в этой же стране три столетия гнали христиан – это плохо.
- А христиан гнали по закону? – спросил Богдан.
- Да, - ответил папа. – В Римской империи в разное время были разные законы, направленные против христианства. Только во времена Константина Великого христианам разрешили открыто исповедовать свою веру.
Богдан немного помолчал, подумал.
- Это потому, что в Римской империи плохо относились ко всему незнакомому? – спросил он. - Христианство было для империи новым и поэтому его стали преследовать?
- Нет, - ответил папа. – Римляне были людьми веротерпимыми. Они ничего не имели против того, чтобы христиане почитали Христа как Бога. Они гнали христиан за то, что они отказывались почитать языческих богов – Юпитера, там, или Артемиду.
- Почему?! – изумился Богдан. – Какая им была разница, почитают христиане Юпитера или нет?
- Во-первых, римские язычники думали, что их божки обидятся на христиан и в отместку наведут беду на весь город. А во-вторых, им были очень обидны слова Христа: «Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14, 6). Эти слова означали, что поклонники Юпитера или Аполлона не спасутся. А ведь так хотелось спастись! Христиане говорили – идите в Церковь, идите ко Христу! Господь есть Истинный Бог, Он всех зовет и хочет, чтобы все спаслись! Но язычникам не хотелось менять свою жизнь. Некоторые спрашивали – а можно одновременно покланяться и Христу и Юпитеру? Христиане отвечали – нет. Бог - один, Он стал Человеком из любви к нам, и его зовут именно Иисус Христос. Нет другого имени, которым можно было бы спастись людям (Деян. 4, 12)! А ваши боги – или выдумка, или просто бесы.
- И язычники обиделись, - сказал Богдан.
- Да, - ответил папа. – Они решили заставить христиан замолчать. Муками и кровью заплатили христиане первых трех веков за свою веру, но и умирая, они не переставали повторять – Бог один, и это – Христос! Такая твердость поражала язычников. Им было очень интересно – что же это за люди, которые позволяют себя казнить и даже под пытками не отказываются от своей веры? И что это за Бог, ради которого не стыдно и не страшно умирать?! И, несмотря на казни, христиан становилось все больше и больше. В начале четвертого века, точнее говоря в 312 году, император Константин Великий принял закон, по которому за христианство больше не казнили. Но надо сказать, что почву для этого подготовила его мать царица Елена. Дело в том, что она была христианкой и старалась воспитывать своего сына в уважении к христианской вере.
- А сам Константин принял христианство в детстве или уже взрослым? – поинтересовался Богдан.
- В начале своего правления Константин, как и предыдущие императоры, был язычником. Но потом он пережил откровение. В то время Константин вел одну из войн, которыми так богата история Древнего Рима. Ему во сне явился Иисус Христос, который повелел начертать на щитах и знаменах своего войска греческие буквы ХР (первые буквы слова «Христос»), а на следующий день Константин увидел в небе видение креста и услышал голос, говорящий: «Сим победишь!» И действительно, Константин одержал победу и стал христианином. Точнее говоря, он начал поддерживать Церковь, а сам крестился только перед смертью.
- Почему? – удивился Богдан.
- Римские императоры поддерживали порядок в стране очень жесткими методами, - сказал папа. – Им было трудно представить, как можно править страной без пыток и казней. А, согласись, христианин, пытающий человека, даже своего врага – это как-то не правильно, совсем не правильно! Поэтому римские императоры даже после окончательного принятия империей христианства, долгое время традиционно принимали крещение только перед смертью.
- То есть Константин сделал христианство главной религией римской империи? – уточнил Богдан.
- Нет, - ответил папа. – Империя по-настоящему стала христианской лишь позже – при императорах Феодосии и Юстиниане. Но Константин положил этому начало, да! Если всматриваться в его биографию, мы найдем в ней немало противоречивого, но равноапостольным Константин назван не зря! Сам факт его обращения ко Христу стал толчком для принятия христианства таким количеством людей, что и подсчитать сложно!
- Но ведь христиан и раньше было много – ты сам говорил! – сказал Богдан.
- Видишь ли сынок, - начал папа. – Люди по-разному относятся к вере. Есть такие, кто не любит Христа и не станет христианином ни при каких обстоятельствах. Грустно, конечно, но они сами, вполне сознательно, сказали Господу – «нет». Что ж – пусть Он их и судит. Есть другие люди – которые очень любят Христа. Они останутся христианами при любых обстоятельствах - и во время гонений тоже. Они не побояться ни тюрем, не смерти. Такими были апостолы и такими были настоящие святые. Но есть огромная группа людей, которая согласна быть христианами, когда за это не казнят, но боится быть христианами во времена испытаний. Таких людей очень и очень много, и именно такие люди хлынули в Церковь после обращения Константина. Да, конечно, лучше, чтобы все люди были такими же пламенными, как, скажем, апостол Павел. Но ведь слабые и маловерные – это тоже люди, и для них Господь хочет спасения! Вот таким людям очень помог обрести христианство Константин Великий. За это мы его и чтим. И так же чтим его маму, царицу Елену за то, что она воспитала такого сына. Церковь празднует память этих трудолюбивых и верных христиан 3 июня.
- Святые Константин и Елена, молите Бога о нас! – сказал Богдан.
14 июня. Праведного Иоанна Кронштадтского.
Однажды Тоня затеяла в доме большую уборку. Мама была этому рада – никто в семье не мог добиться такого порядка и такой чистоты, как Тоня. Это высвобождало мамино время, и она могла приготовить для семьи что-то особенно вкусное.
Мама как раз дорезала овощи на винегрет, когда Тоня пришла на кухню, держа в руках книгу.
- Мам, а что это за книга? – спросила она.
Мама взяла книгу в руки.
- «Моя жизнь во Христе» - сказала она. – Это – очень хорошая книга, и написал ее один из самых известных русских святых – Иоанн Кронштадтский.
- Да? – заинтересовалась Тоня. – А кем он был?
- Он был обычным священником, - ответила мама. – Служил в соборе города Кронштадт.
- Именно поэтому он – Кронштадтский? – спросила Тоня.
- Да, - ответила мама. – А фамилия у него была Сергиев. Отец Иоанн родился в 1829 году, а умер в 1908 году, так что его можно считать почти нашим современником. Он был очень ревностным христианином, и вся его жизнь – одно непрекращающееся служение Христу.
- А как это – очень ревностным? – спросила Тоня.
- Ну, вот смотри, - сказала мама. – Отец Иоанн вставал около 4-х часов утра и служил литургию в кронштадтском соборе. Служба заканчивалась около полудня, но после нее отец Иоанн не мог отправиться домой, отдыхать. Дело в том, что он был великий молитвенник, и по его молитвам нередко исцелялись больные. Поэтому жители Кронштадта постоянно приглашали отце Иоанна к себе домой – помолиться у постели больного. Затем он отправлялся в Петербург – на пароходе или на санях. В Петербурге ведь тоже было много больных, а значит - и у их постели нужно было помолиться! Домой отец Иоанн попадал после полуночи. Спал очень мало – иногда меньше трех или четырех часов. Ведь в четыре утра ему опять надо было служить литургию. Времени на себя батюшка совершено не имел. Так он жил каждый день в течении нескольких десятилетий!
- Как здорово! – изумилась Тоня.
- Да, отец Иоанн постоянно служил ближним. Но ведь именно так поступать велел нам Господь – быть для всех слугой! Ведь и Он Сам воплотился не для того, чтобы Ему служили, но чтобы послужить, и отдать душу Свою для искупления многих (Мф. 20, 25-28). Раз уж Господь служил тем, кого возлюбил, тем более мы, христиане, должны служить ближним! И очень хорошо, что не только в первые века христианства верующие поступали так, как велел Господь, но и в 19-м веке находились те, у которых получалось жить по заповеди, жить жертвенной любовью к людям! Само существование отца Иоанна показывало – смотрите, Церковь Христова все та же! Дух любви не умер в ней! Святость в ней не пресеклась! Христос все Тот же, и святые его – все те же!
Мама налила себе воды, попила, переводя дух.
- Со временем отец Иоанн стал известен по всей России, - продолжила она свой рассказ. – Многие приезжали в Кронштадт для того, чтобы просто посмотреть на него. Эти люди привозили пожертвования на Храм и оставляли их у отца Иоанна. Деньги могут соблазнить и погубить слабого человека, но отец Иоанн слабым не был. Через его руки проходили громадные суммы, но жил он очень скромно – в маленькой квартирке, питался вполне обычно, без излишеств... А деньги, которые попадали к нему в руки, он жертвовал на храмы, монастыри, больницы, школы... Как говорил он сам: «У меня своих денег нет. Мне жертвуют, и я жертвую. Я даже часто не знаю, кто и откуда прислал мне то, или другое пожертвование. Поэтому и я жертвую туда, где есть нужда, и эти деньги могут принести пользу».
- Какой был хороший человек! – восхитилась Тоня.
- Да, - согласилась мама. – В Кронштадте в то время было много нищих. Отец Иоанн жертвовал деньги и им. Я читала, что он содержал около тысячи нищих.
- Содержал – это значит кормил? – уточнила Тоня.
- Отец Иоанн давал нищим деньги, которых хватало и на оплату ночлега, и на еду, - сказала мама. - Более того – отец Иоанн принимал участие в учреждении работных домов...
- Что? – не поняла Тоня. – Каких домов?
- Работных, - сказала мама. – Понимаешь – нищие бывают разные. Есть люди больные, которые работать просто не могут, есть ленивые, которые работать не хотят. А есть люди, которые работали бы, но работу не в состоянии найти! И вот какой-нибудь хороший человек приходит к отцу Иоанну и говорит: «У меня есть идея - создать работный дом. Там будут жить 50 женщин, и тут же, в этом же доме, они будут работать - шить рубашки. Доходы от продажи этих рубашек пойдут этим женщинам на зарплату, и на поддержание дома – ну, на отопление, или мебель... То есть – люди будут и при жилье, и при работе. Но мне не хватает на строительство такого дома своих денег». Отец Иоанн говорит: «А сколько не хватает?» Человек отвечает: «Столько-то». Отец Иоанн дает человеку эти деньги, тот строит работный дом, и с этих пор 50 женщин не нищенствуют, а имеют и крышу над головой, и работу.
- А-а! – протянула Тоня. – Теперь понятно.
- Кроме того, в 1891 году отец Иоанн дал деньги на постройку каменной церкви в селе Сура – он в этом селе родился. В другой части села он основал женский монастырь, который назывался в честь Евангелиста Иоанна - Иоанно-Богословской женской общиной.
- А сейчас этот монастырь есть? – спросила Тоня.
- Не знаю, - ответила мама. – А вот книги, которые писал отец Иоанн – есть. Одну из них ты держишь в руках. Не смотря на свою занятость, отец Иоанн успевал писать – он не только жил, как велел Христос, но и, как подобает священнику, пытался научить этому других.
- Мам, а можно я ее почитаю! – воскликнула Тоня, указывая на книгу. – Или я еще маленькая, и не пойму.
- Читай, - сказала мама. – Если то-то будет не понятно, то мы с папой тебе объясним. А ты молись Праведному Иоанну Кронштадтскому, чтобы он умолил Господа, дать тебе такую же любовь к Богу и к ближним, какая была у самого отца Иоанна.
- Конечно, мама! – ответила Тоня.
12 июля. Славных и всехвальных первоверховных апостолов Петра и Павла.
Однажды Богдан сказал папе:
- Пап, а кто из апостолов тебе больше нравится?
Папа задумался.
- Так сразу и не скажешь, - ответил он. – Если бы ты спросил меня о другом – что именно в апостолах нравится мне больше всего, то я, пожалуй, ответил бы.
- И что тебе больше всего нравится в апостолах? – спросил Богдан, сделав ударение на слове «что».
- То, что они падали, но потом находили в себе мужественность встать и идти дальше, - сказал папа.
Богдан посмотрел на папу в недоумении – он не понял отца.
- Все мы много и часто грешим, - сказал папа. – Слаб человек, увы… И как часто приходится читать о том, что такой-то человек вначале был ревностным христианином, даже монахом, а потом – не выдержал, оставил монастырь, оставил христианство и остаток жизни прожил в распутстве.. Это – очень печальное падение, падение того, кто решился на подвиг ради Христа, но не смог нести этот подвиг до конца. И апостолам случалось грешить и падать…
- Да, например – Петру, - сказал Богдан.
- Например – Петру, - согласился папа. – Этот апостол был очень мужественным человеком, но всего его мужества не хватило на то, чтобы не отречься от Господа в страшную ночь ареста Иисуса Христа. В общем-то, мне кажется, что по человечески апостола вполне можно понять – он был со Христом долго, видел, как Он творил чудеса… Как ходил по воде, как исцелял больных, как изгонял бесов, как воскрешал мертвых… И вдруг – позволил Себя арестовать, бить… Мне кажется, что Петру было не понятно, почему Господь не сопротивляется, почему не сотворит перед Своими врагами чудо… Это непонимание подточило волю Петра, его мужество ослабло, и он трижды отрекся от Господа. А потом – плакал, понимая, что предал самое дорогое, что было у него в жизни…
Папа помолчал, задумчиво глядя в окно.
- Но вот что мне нравится в Петре, так это то, что он не повесился, как предатель Иуда. После предательства Иуда осознал, что поступил очень не правильно, совершил огромное зло, но это осознание не пошло ему на пользу – этот несчастный человек не только не покаялся, но и убил сам себя. Сатана часто действует именно так, сынок, - папа посмотрел на Богдана. – Вначале он толкает человека на грех, а потом, после того, как грех совершен, повергает человека в пучину отчаяния… Человек забывает о любви и милосердии Господа, ему начинает казаться, что самое худшее уже произошло, что ему нет прощения… Итог – петля и ад, уготованный убийцам, в том числе и тем, кто убил сам себя.
- Пап, так ты думаешь, что Господь простил бы Иуду, если бы тот покаялся? – спросил Богдан.
- Мне кажется, что да, - ответил папа. – И не только мне. Кто-то из великих святых – кажется, Иоанн Златоуст, считал, что если бы Иуда покаялся, Господь не только простил бы его, но и принял в число апостолов – как покаявшегося Петра. Господь ведь хочет, чтобы все люди спаслись (1 Тим. 2, 4), и потому готов принять покаяние любого, если только это покаяние есть у человека. Вот у Петра оно было! Я не знаю, приходили ли ему в голову мысли о самоубийстве после отречения – об этом в Евангелии ничего нет. Но зато Святое Писание и Церковное Предание сохранили сведения о том, как жил Петр после отречения. Во время встречи с Господом в Галилее, на берегу Тивериадского моря (Ин. 21, 1-19) Петр трижды сказал Господу, что любит Его, и был восстановлен Господом в апостольском служении. После этой встречи Петр прожил несколько десятков лет, и все эти годы он отдал служению Господу и Богу, которого любил. И мученически умер ради этой любви в Риме, во времена гонений на христиан, которые устроил император Нерон. Вот это, на мой взгляд - образец настоящего покаяния!
Папа перевел дух.
- А еще мне очень нравится покаяние апостола Павла, - сказа он. – Этот человек (тогда еще – просто юноша по имени Савл) крупно ошибся – он решил, что христиане враги Богу, и поэтому христианство должно быть уничтожено. Савл был одним из самых ревностных и старательных гонителей на Церковь. Но Господь видит сердца людей, видел Он и сердце Савла. Мне кажется, что Господь знал – поведение Савла это не следствие его испорченности. Просто этот честный человек ошибся и всерьез стал служить плохой идее. И Господь открылся Савлу! Заметь – не Пилату, не первосвященнику Каиафе, не фарисеям… Наверное, этих несчастных людей было уже невозможно исправить. А вот Савла – можно было. И Господь открылся Савлу, когда тот направлялся в Дамаск (Деян. 9, 1-9).
- Да я помню, - кивнул Богдан. – Савл тогда на время ослеп.
- Да, сынок, - кивнул папа. – Но меня больше всего поражает в Савле его целостность. Вот он – гонитель Церкви, но ему является Господь и Савл понимает, что ошибался. Многих слабых людей это сломало бы. Но – не Савла. Узнав, что Христос есть Господь, Савл сразу же поворачивает свою жизнь в другую сторону. Он готов исправить свои ошибки, готов всю свою жизнь посвятить Господу и Его Церкви! И этот бывший гонитель становится самым ревностным апостолом. И это тоже – настоящее, стопроцентное покаяние!
Папа немного помолчал.
- Знаешь, сынок, - сказал он. – 12 июля Церковь празднует день памяти апостолов Петра и Павла. Я очень люблю этот праздник. Во-первых – это праздник труда, ведь апостолы были настоящими тружениками. Во-вторых – это праздник верности, ведь апостолы были верны Господу во всем, и в жизни своей, и в своей смерти. И, в-третьих – это праздник истинного покаяния. Мы все грешим, увы. Но если мы хотим наследовать жизнь вечную, то нам нужно учиться у апостолов тому, как нужно вставать, даже если случилось сильно, болезненно упасть!
18 июля. Обретение мощей преподобного Сергия, игумена Радонежского.
Однажды Богдан взяла полистать православный календарь. Он то читал, то рассматривала картинки, а потом сказал маме.
- Мам, а тут написано: «18 июля – обретение мощей преподобного Сергия, игумена Радонежского». А мой одноклассник Женька говорит, что здравомыслящий человек не может почить мощи.
- Женя – это мальчик из семьи баптистов? – спросила мама.
- Его родители адвентисты седьмого дня, - сказал Богдан. – Но мощи они не признают. Как и баптисты.
- А мы, православные христиане – признаем, - сказала мама. – Если их признает Бог, почему бы нам их не признавать?
- Как это – Бог признает? – удивился Богдан.
- Но ведь Он посылает через мощи чудеса, - сказала мама. – Значит – Он считает почитание мощей нормальным, как и почитание икон. Если бы это было не так, то Господь, конечно, дал бы нам понять, что мы ошибаемся.
- Женька не верит в эти чудеса, - сказал Богдан.
- Мальчик из протестантской семьи не верит Библии? – изумилась мама.
- А разве в Библии есть описание чудес, которые Бог совершал через мощи?! – воскликнул Богдан.
- Есть, - сказала мама. – Сейчас я тебе покажу. Кстати, ты знаешь, что слово «мощи» переводится просто как «кости»?
Богдан замялся – этого он не знал.
Тем временем мама взяла со стола Библию, открыла «Четвертую книгу Царств».
- «И умер Елисей, и похоронили его, - прочла она. – И полчища Моавитян пришли в землю в следующем году. И было, что, когда погребали одного человека, то, увидев это полчище, погребавшие бросили того человека в гроб Елисеев; и он при падении своем коснулся костей Елисея, и ожил, и встал на ноги свои» (4 Цар. 13, 20-21). Вот – посмотри сам, сынок!
Богдан взял Библию, всмотрелся в те строки, которые показывала мама.
- Если в Ветхозаветные времена Господь сотворил чудо чрез кости умершего праведника, то кто запретит Ему совершать чудеса и в нынешние времена, чрез мощи иных праведников? – спросила мама. - Чрез мощи того же Сергия Радонежского, например? Ведь наши тела – Храмы Духа Святого (1 Кор. 6, 19). Тем более – тела святых. Видимо, и после смерти, некая печать Духа Святого остается на этих телах.
- А «обретение мощей» - это когда из гроба достаются кости святого? – спросил Богдан.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги