- Да, - ответил Богдан. – Разве так может быть? Ведь в Библии написано про Бога! Люди должны читать и – верить, а тут – такое... Неужели читать Святое Писание – вредно?
Папа встал из-за стола, вышел из комнаты, но через минуту вернулся, неся в руках толстую книгу.
- Тут вот была хорошая цитата из Симеона Нового Богослова, - пробормотал папа, листая книгу. – Та-а-ак... Сейчас найду... А – вот! – голос папы стал торжественным. – «Душа, желающая поучаться в законе Божием день и ночь, ни от чего не получает в этом отношении столько пользы, как от исследования Божественных Писаний; потому, что внутри этих Писаний сокрыты помышления благодати Святого Духа» - вот что говорил великий православный святой! Так что читать Библию не вредно, а как раз полезно, Богдан! Если ты знаешь Писания – ты не будешь впадать в глупые суеверия. Если ты знаешь Писания – тебя не собьет с толку сектант, остановивший тебя на улице. Вообще – мне самому никогда не были понятны люди, которые не хотят читать Библию, в особенности – Новый Завет. Как можно любить Христа и не хотеть знать, что Он говорил и что делал?!
- Пап, но ведь учитель все прочитал, и вот что вышло! – воскликнул Богдан.
Папа сел, отложил книгу.
- Видишь ли, сынок, - начал он, - ко всякому серьезному делу нужно подходить с умом. Я вот – столяр. У нас на заводе есть разные станки, и к каждому из них надо подходить с умом, точно зная, как на нем можно работать, а как – нет. А если будешь пытаться работать, не соблюдая простых правил, то и стол не сделаешь, и станок сломаешь. Или руки лишишься! Так же и с изучением Писания – его можно изучать и правильно и не правильно. Если правильно – душа будет возрастать в христианстве, а если не правильно – получится так, как у твоего географа.
- Пап, - а правильно и не правильно – это как? – спросила Таня.
- Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят, - сказал папа. – Евангелие от Матфея, глава 5 стих 8.
- Это из Нагорной проповеди, - кивнул Богдан.
- Да, - улыбнулся папа. – Так вот – чистое сердце и есть тот инструмент, которым познается Писание. Дело в том, что все мы очень далеки от того, чем должны быть – наше сердце весьма и весьма загрязнено грехами, и именно поэтому мы не можем многого понять в Писании. Гордый человек думает – прочту и во всем сам разберусь. Но сердце его не очищено, и потому они многого в Писании не понимает. Так, наверное, случилось и с твоим географом – он ничего не понял и поэтому отверг и Библию, и само христианство. Это – не правильный подход.
- А какой правильный? – спросил Богдан.
- Во-первых – встретив смутившее тебя место в Писаниях не спешить отвергать Библию и Церковь, и Самого Бога, а интересоваться – как понимали это место отцы Церкви – ведь они были к Богу ближе, а значит - видели то, чего не видишь ты. А главное - очищать свое сердце. А сердце очищается тогда, когда человек пытается не только читать Евангелие, но и жить по нему – то есть выполнять Божии заповеди. Вот, еще есть у Святого Симеона... – папа опять принялся листать книгу.
- Да – вот! - сказал он. – Вот что говорит Святой Симеон: «от выполнения заповеди рождаются добродетели, а от добродетелей делаются явными таинства, сокрытые в букве Писания».
Дети молчали – видно было, что они поняли не все.
- Ну, обычно получается так, - начал папа. – Человек приходит в Церковь, бывает на службе, участвует в таинствах, слушает проповеди, читает Писания. В начале он понимает не многое. Но если всерьез пытается выполнить то немногое, что понял (и при этом не перестает участвовать в жизни Церкви и изучать Писания), то этим очищает свое сердце и спустя какое-то время понимает уже чуть больше. Пытается выполнять и то новое, что понял – еще чище становится сердце, еще больше становится понятным! Так в познании и в выполнении воли Божьей проходит жизнь настоящего христианина. Серафим Саровский читал Евангелие постоянно. За неделю он прочитывал весь Новый Завет, и на следующую неделю начинал читать его заново – и так из года в год. Зачем, спросите вы – ведь текст Писаний не менялся? Текст-то не менялся, но менялся сам Серафим и каждый раз видел в Писании что-то новое, то, чего не видел раньше. Видел – и пытался исполнить. Это – правильный подход к жизни. Итог такой жизни – Царство Божие, которое обнаруживает человек у себя в душе еще при нынешней жизни (Лк. 17, 20-21), но которое полностью раскрывается, конечно, в жизни будущего века.
- И у тебя так было? – спросил Богдан. – Ну, в смысле, что ты сначала чего-то не понимал, а потом – понимал?
- Ну конечно! - ответил папа. – Я вот раньше совершенно не понимал много из того, что говорит апостол Павел в своих посланиях – больно сложным они для меня казались. А теперь, как его послания читаю – понимаю, и даже удивляюсь – как я мог раньше что-то не понимать? А псалмы я начал понимать только после того, как стал их заучивать наизусть.
- Наизусть? – изумился Богдан.
- Да, сынок, - сказал папа. – К сожалению, ежедневное чтение кафизм мне мало помогало – я пробегал глазами по тексту и ничего не понимал. Сложный язык, сложные образы… Но все святые без исключения очень хвалят Псалтырь! «Лучше солнцу не светить, чем человеку не читать Псалтырь» - говорил Иоанн Златоуст. И я попробовал заучивать псалмы наизусть. И знаешь – дело пошло! Просто ты не сможешь выучить псалом, если глубоко не вникнешь в него, не разберешься, что в нем к чему, верно? Ну, вот я и разбирался. И знаешь, оказалось, что псалмы действительно содержат в себе такое богатство!
- Пап, а ты что, знаешь наизусть все псалмы?! – спросил Богдан.
- Нет, не все, - ответил папа.
- А сколько?
Папа пожал плечами.
- Больше, чем знал несколько лет назад, но меньше, чем хотел бы знать, - ответил он уклончиво. – Но, быть может, с помощью Божьей когда-нибудь выучу все. Оно того стоит, сынок, ведь псалмы – это такое богатство! Как, в общем-то, и все в Библии.
- Пап, а теперь для тебя в Библии все понятно? – спросил Богдан. – Или и теперь для тебя есть что-то сложное в Писаниях?
- Конечно, есть сложное, - улыбнулся папа. – Но я надеюсь, что со временем я буду понимать больше, чем теперь. И вы поймете, и, может быть, больше моего, если не будете лениться и не прекратите вслушиваться в слово Божье и исполнять его.
17. О книге «Еклесиаста».
Однажды Богдан сказал папе:
- Не понимаю, как можно любить «Книгу Екклесиаста»!
- А что такое? – не понял папа. – Чем тебе царь Соломон не угодил?
- Да тоска зеленая! - поморщился Богдан. – Все у него суета! Это суета, то суета! Работать – суета, веселье – суета, мудрость – суета. Если так смотреть на мир, то лучше не жить, а сразу удавиться! И вообще, я где-то слышал, что эту книгу вовсе не Соломон написал!
- Именно Соломон, - сказал папа. – Вот смотри, - он открыл Библию на нужном месте. – «Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме. Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме» (Еккл. 1, 1; 1, 12), – папа отложил Библию и посмотрел на Богдана.
- В те времена любой потомок Давида мог назвать себя его сыном! – сказал Богдан. – Тогда это было нормальным.
- Молодец, грамотный! - усмехнулся папа. – Да, действительно, назвать себя сыном Давида мог даже его прапрапрапраправнук. И действительно - для библейских времен в этом не было ничего странного. Евангелист Матфей называет Иисуса Христа «сыном Давида, сыном Авраама» (Мф. 1, 1). А ведь сколько поколений отделяет этих людей друг до друга! Но дело в другом. Мы, сынок, хорошо знаем историю царя Давида и его потомков. Уже при Ровоаме (сыне Соломона, внуке Давида) произошло разделение и возникло два царства – Израильское и Иудейское. С этих пор потомки Давида правили только в Иудейском царстве! Никто из них, за исключением Соломона, не правил над всем Израилем! Даже Господа Иисуса Христа называли царем Иудейским, а не царем Израильским! Помнишь, в Евангелии от Иоанна описано, как римские воины издеваются над Господом, бьют Его и говорят при этом: «Радуйся Царь Иудейский» (Ин. 19, 3)?
- Помню, - сказал Богдан.
- Вот и получается, что потомок Давида, который правил в Иерусалиме над всем Израилем – это мог быть только Соломон и никто другой! – сказал папа. – К тому же, Екклесиаст пишет о себе так: «И сделался я великим и богатым больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме, и мудрость моя пребывала со мною» (Еккл. 2, 9). Кто в ветхозаветные времена прославился своей мудростью? Царь Соломон. А своим богатством? Опять-таки - Соломон!
- Ладно, убедил, - сказал Богдан. – Книга эта написана царем Соломоном. Только она мне совсем не нравится!
- Это потому, что ты еще юноша, - сказал папа ласково. – А Соломон писал эту книгу глубоким стариком. Переживание мира и стремление к Господу у молодых людей одно, а у стариков – другое. В этом нет ничего странного, это – вполне нормально. Я тоже не мог оценить эту книгу Писания, когда был молод. Но годы идут, и я все больше и больше понимаю ее.
- Расскажи, пап! – попросил Богдан. – А то я эту книгу совсем не понимаю.
- Видишь ли, - начал папа. – Царь Соломон здесь пишет не о небесном, а о земном. Он ведь постоянно повторяет одно и то же выражение – «под солнцем». «Что пользы человеку от всех трудов… под солнцем» (Еккл. 1, 3). «Какие дела делаются под солнцем – все суета и томление духа» (Еккл. 1, 14). «Еще видел я под солнцем: место суда, а там беззаконие, место правды, а там неправда» (Еккл. 3, 16). «Под солнцем» (на языке Соломона) - это здесь, сейчас, в нашем мире. «Книга Екклесиаста» – это плач по нашему миру, забывающему Бога, по нашей жизни, которую мы сами делаем безбожной. Вот ведь что интересно – многие люди думают, что жизнь царя Соломона была просто сказочной. Его отец Давид всю жизнь воевал, а Соломон жил в мире. Соломон был очень мудр, невероятно богат, его очень почитали… Миллиарды людей были бы согласны поменяться с ним местами. И вот этот человек, которому земное благополучие было отмеряно полной мерой, написал, что это благополучие на самом деле ничего не стоит! «Все суета и томление духа»!
- Почему? – все еще не понимал Богдан.
- Потому, что в нашем мире нет ничего по-настоящему прочного, - сказал папа. – Сегодня ты жив, а завтра – мертв, и никак не сможешь продлить себе жизнь хотя бы на час! Сегодня у тебя есть богатство, дети, а вот – раз, и нет ничего! Не веришь – прочти «Книгу Иова»! Соломон все это видел, все это понимал, и очень от этого страдал. Вроде бы все было, и – ничего не получалось! Он, конечно, хотел стать святым, хотя бы той ветхозаветной святостью, как его отец Давид, и – не стал. В этом, конечно, главная трагедия его жизни. Именно из-за грехов Соломона распалось царство Израильское.
- Да, мы об этом читали, - сказал Богдан.
- У Соломона было все, о чем мечтает большинство людей, - продолжил папа. - А счастья – нет, не было! Посмотри, разве богатый, мудрый и почитаемый Соломон называет себя счастливцем? Нет, сынок. Наоборот: «И возненавидел я жизнь, потому, что противны мне стали дела, которые делаются под солнцем; ибо все – суета и томление духа!» (Еккл. 2, 17). А почему? Потому, что все земные труды непрочны. Вот человек строит дом, но разве этот дом не разрушится? Вот люди строят страну, но разве эта страна – навсегда? Спроси об этом жителей Вавилона, Мидии или Кушана…
- Кушана? – переспросил Богдан.
- Было такое государство в Средней Азии, там, где сейчас Афганистан и Пакистан, - сказал папа. - Прекратило свое существование, кажется в 3-м веке.
- Как я их спрошу? – не понял Богдан. – Они ведь все мертвые!
- Да, мертвые, - согласился папа. – И страны, и люди, которые в них жили, работали, строили дома, воевали, пировали, играли свадьбы, дружили, враждовали, рождались, умирали… Все непрочно в нашем мире, «под солнцем» - вот об этом и плачет Соломон. Но ты, сынок, помнишь, чем заканчивается его книга?
Богдан задумался.
- Н-нет, - неуверенно протянул он.
Папа открыл нужную страницу и прочитал торжественно.
- «Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому, что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно или худо» (Еккл. 12, 13-14).
Папа закрыл Библию.
- Вот ради этих слов Соломон и писал свой труд, - сказал папа. – Этот слабый, грешный, но мудрый человек, понимающий, насколько мы все обезображены грехом, долго плакал над этим миром. А потом дал нам надежду. Суд Божий – вот надежда для нас. Суд Божий – это возможность вырваться из временного мира, где «все суета и томление духа» (Еккл. 1, 14). Суд Божий закончится полным освобождением – вечным Небесным Иерусалимом, где Бог будет жить вместе с людьми, и где Он «ототрет всякую слезу» (Откр. Гл. 21). Вот это и есть единственное спасение от суеты, которая так не нравилась Соломону – ведь только вечное, нерушимое спасает от временного, суетливого. И именно для этого нужно соблюдать заповеди, ведь они – те ступени, по которым Господь возводит нас в этот Небесный Иерусалим. Теперь понял, сынок?
- Понял, - сказал Богдан.
- Пока мы здесь, в этом временном мире, мы обречены на суету, - сказал папа. – Это – неизбежно. Но строя дом, засевая поле, работая, мы не должны забывать заповеди Божии и конечную цель – наш настоящий дом, Небесный Иерусалим, где мы будем вместе с Господом. В этом – все для человека! И это – сущность всего! И именно об этом сказал царь Соломон в конце своей книги.
- Да, теперь я понял, - сказал Богдан. – Все-таки «Книга Екклесиаста» - хорошая книга!
18. О язычестве и христианстве.
Однажды Таня спросила папу:
- Пап, а что такое «язычество»?
- Это – народные религии, - ответил папа.
- Что-что? – не поняла Таня.
- Это религии, которые выдумывают люди, - пояснил папа.
- Пап, я все равно тебя не понимаю! – возмутилась Таня.
- Хорошо, - сказал папа и сел на диван. – Ты, конечно, помнишь, что когда-то давно у людей был один язык, и они были одним народом? – спросил он Таню.
- Да, конечно, - ответила она. – А потом они захотели построить Вавилонскую башню, и Бог сделал так, что появились разные языки и люди не смогли понимать друг друга.
- Правильно, - кивнул папа. – Идея построить Вавилонскую башню была не угодна Господу, и Он разделил людей на разные народы. Я думаю, что сделано это было для того, чтобы ошибки или какие-то глупые идеи одних людей не заражали бы все человечество – ведь для многих, говорящих на другом языке, эти идеи просто не понятны! То есть, доченька, именно язык разделяет народы. Германцы изъясняются на своем языке, русские – на своем, англичане – на своем.
- Это и есть язычество? – спросила Таня.
- Не торопи меня, я еще не договорил, - сказал папа. – И так, после Вавилонской башни человечество разбилось на несколько народов. Но вместе с этим люди все больше и больше забывали Бога! То есть, конечно, в народах ходили сказания об творении мира, об Адаме, о грехопадении, о потопе… Но постепенно воспоминания людей стали путаться, забываться и перевираться. Были люди, которые, как праведный Иов, думали о Господе правильно, а ведь Иов жил не только до Христа, но и до Моисея! Но большинство, как я уже сказал, все забыли. Но вот в чем дело – человек не может без Господа! И люди начали просто придумывать себе образы и имена «богов», чтобы заглушить в своих сердцах тоску по Истинному Богу! Поскольку на тот момент люди уже были разбиты по разным народам, то и эти придуманные, народные религии были очень разными. Это и есть язычество. Дело в том, что на церковно-славянском языке слово «языки» означает просто «народы».
- Во-от как! – протянула Таня. – А эти придуманные религии были плохими?
- Они были такими, как их творцы, то есть люди, - сказал папа. – Коль люди, оторвавшись от Бога, стали не хороши, то как они могли придумать хорошие религии? К тому же в дело вмешались бесы. Эти существа умеют внушать людям ложные идеи! Доходило до того, что люди приносили в жертву бесам собственных детей!
- Как?! – изумилась Таня.
- Вот так, - со скорбью развел руками папа. – Об этом много говориться в Ветхом Завете. Например, в 105 псалме сказано: «И приносили сыновей своих и дочерей своих в жертву бесам» (Пс. 105, 37).
- Какой ужас! – сказал Таня.
- Да, - согласился папа. – Впрочем, были языческие религии и помягче, но все рано, хорошей, а уж тем более, истиной, спасительной, ни одна из них быть не могла!
- Почему? – спросил папа.
- Потому, что человек не способен выдумать Бога, - сказала папа. – Не идола, а именно Бога, Истинного Творца. Согласись – ведь Творец так велик, а мы так малы! Творец создал этот видимый мир, и мир ангелов, Он управляет все этим многообразием, а мы…
- А я не могу сотворить ничего - даже мороженое! – сказала Таня.
- Да, - кивнул папа и улыбнулся. – Мы не можем сами ничего наверняка знать о Господе просто потому, что у нас с Ним слишком разные масштабы – Он Велик, а мы – малы. И что же – мы обречены на не знание и на глупые языческие фантазии? Ну, если бы Господу до нас не было никакого дела, то так бы и было, конечно. Но Господь любит нас, и потому Сам говорит с нами, раскрывая правду о Себе! Вот, к примеру, откуда взялись у людей знания о Боге в Ветхозаветное время? Господь через пророков оглашал людям Свою волю. Он давал людям правила жизни – это был ветхозаветный Закон, Он сообщал все нужно о Себе, а так же говорил о Своих планах. Не случайно ведь люди ждали Спасителя мира, Христа, Мессию! Ведь они не сами это выдумали – об этом им сообщил Господь через пророков!
- А потом Он Сам стал Человеком! – сказала Таня.
- Да, - сказал папа. – Обрати внимание – Господь постепенно открывал людям Себя. Мало по малу, слово за словом, чудо за чудом, он подводил их к пониманию того, Кто же Он! Не случайно самое большое исповедание веры, слова Фомы: «Господь Мой и Бог Мой!» (Ин. 20, 28) было произнесено после самого большого чуда Господа – Его воскресения из мертвых! Так Его ученики поняли, что Он действительно есть Творец мира, Истинный Бог! Так они поняли, что Он, Христос, действительно есть «путь, и истина и жизнь» (Ин. 14, 6). И они сохранили в Святом Писании и Придании драгоценные слова Господа – ведь Он сам сотворил мир, а значит его слова о мире, о Творце, о нашем грехопадении и о спасении – драгоценны, истины! Так же они поняли, что Спасение без Него невозможно, потому, что «Никто не приходит к Отцу, как только через Меня», сказал Господь (Ин. 14, 6). Именно поэтому христианство и называют религией откровения. То есть мы думаем о Боге не то, что нам самим придумалось, а то, что Он Сам о Себе нам сообщил! И именно поэтому, желая что-то важное узнать о жизни или о мире, или о нас, людях, или о Господе, нужно не фантазиям придаваться, а в учение Церкви всматриваться. Там и найдем правду, правду, полученную нами от самого Господа!
19. Об Аврааме, отце верующих.
Однажды Богдан спросил папу:
- Пап, а почему Авраама называют «отцом верующих»?
Папа ненадолго задумался, вспоминая.
- Так называет Авраама апостол Павел в «Послании к Римлянам» (Рим. 4, 11), - сказал он после недолгого раздумья. – Конечно, имеются в виду не только евреи, которые произошли от Авраама, но и верующие Господу из других народов (Рим. 9, 6-8). Наверное, это потому, что мало кто мог так доверять Господу, как этот человек. Вообще, сынок, слова «вера» и «доверие» ведь не зря так похожи! Мало верить в то, что Бог, Творец мира - есть, существует; и даже мало соглашаться с тем, что этот Творец – Иисус Христос. Нужно сделать первый шаг на встречу к Этому Богу, потом второй, третий… И ведь Он Сам указал нам, что нужно делать.
- Эти шаги - заповеди? – уточнил Богдан.
- Эти шаги – все, чему учит Церковь Христова, - сказал папа. – Это жизнь по заповедям, это принятие Церковных Таинств, это молитва… Всему этому нас учит Сам Господь, от нас требуется доверять Его словам и исполнять их. А это – не всегда просто. Святое Писание знакомит нас с людьми, которые доверяли словам Господа так, как нам и не снилось!
- Например, Авраам? – предположил Богдан.
- Не только Авраам, - сказал папа. – Например, Ной. Представь себе человеческое общество перед всемирным потопом. В те времена люди страшно развратились, «все мысли, и помышления сердец их было зло во всякое время» (Быт. 6, 5). Господь дает им сто двадцать лет на исправление, но никто и не думает исправляться (Быт 6, 3)! И лишь Ной, последний из праведников, слушается слов Господа. Господь открывает Ною, что будет потоп и вода смоет с лица земли упрямое, и потому - неисправимое человечество. Сам Ной, его жена, трое сыновей и их жены должны спастись в ковчеге. И Ной начинает строить ковчег. Он строил ковчег долго, очень долго. Разумеется, его родственники, соседи, приятели, приходили к нему и интересовались – что это такое он делает? Ведь постройка этого ковчега, конечно же, казалась им странной, как показалось бы странным нашим соседям, если бы мы с тобой начали строить корабль для полета на Юпитер у нас во дворе.
Богдан усмехнулся.
- В нашем дворе не поместится такой корабль! – сказал он.
- Не важно, - отмахнулся папа. – Важно то, что Ной, конечно же, рассказал людям о повелении Господа и о будущем потопе. И люди не поверили Ною! Им ведь никто не мешал строить свои ковчеги, или просить Ноя, взять с собою и их. Но они этого не делали. Думаю, что долгие, долгие годы они насмехались и издевались над праведником. А он все строил и строил. Строил потому, что верил Господу. А потом, когда ковчег был построен, пошел невиданный дождь, и шутники, высмеивающие упорство Ноя, утонули. А Ной стал родоначальником нового человечества. И все потому, что доверял Господу. Так что вера Ноя восхищает меня, сынок. Но вера Авраама восхищает меня еще больше!
- Почему? – поинтересовался Богдан.
- Доверие к Богу Авраама было огромным, уникальным, - сказа папа. - Его подвиг веры начался с того, что он исполнил повеление Бога оставить свою землю, своих родственников, и пойти жить на чужбину (Быт. 12, 1). Сейчас суть этого подвига многим не понятна (у нас нет ничего необычного в том, что кто-то переселяется в другой город или в другую страну), но древний мир не знает ценности отдельной человеческой личности. Именно поэтому в ветхозаветные времена, кажется, никого не смущает уничтожение не только боеспособных врагов-мужчин, но и их детей... Человек в том мире – лишь часть народа и вне этого народа он – никто. Ему, чужаку, не помогут люди, любой может убить его просто по произволу. Не зря в Псалтыри так часто говориться о том, что Господь хранит пришельцев (Пс. 145, 9). Им, пришельцам, нечего было надеяться на милость людей – только на Господа. Уйти от своего народа – это уйти в абсолютную незащищенность. И Авраам решается на это – оставить всякую человеческую опору, и жить, опираясь только на Бога.
И Бог не подводит Авраама. Он хранит Авраама в чужой земле. Господь не раз спасает Авраама от тех или иных неприятностей. И Авраам благодарен за это Богу. Книга «Бытие» сохранила несколько бесед Господа и этого удивительного человека – возьми, прочти сам, не маленький уже... Наконец, Господь совершает над Авраамом и его женой Саррой чудо – их сын Исаак появляется на свет, когда Авраам и Сарра уже очень, очень стары.
- Да, я это помню, - вставил Богдан.
- Прошло несколько лет, и Авраам был испытан Богом еще раз, - сказал папа. – Это было последнее испытание, но – какое испытание! – папа открыл Библию, полистал, нашел нужную страницу и прочел: - «Бог искушал (то есть – испытывал!) Авраама и сказал ему: возьми сына своего и принеси во всесожжение» (Быт. 22 1, 2).
- Какой ужас! – протянул Богдан.
- Здесь нужно кое-что понимать, - сказала папа. – Библия знает случаи, когда люди приносили в жертву своих детей. Эти люди – жители древнего Ханаана. Бесы задурили этим несчастным людям головы, и они стали приносить младенцев в жертву идолу Ваалу. Именно за это жители Ханаана были изгнаны со своей земли, и, в итоге, погибли. В Ветхом Завете много описаний войн жителей Ханаана с потомками Авраама, евреями. Но не только евреи ненавидели этих идолопоклонников-детоубийц. Древние Римляне, которые и сами не были святыми, тоже ненавидели хананеев. Но это тема отдельного, долгого разговора. А мы вернемся к Аврааму. Именно к нему обращены слова «принеси во всесожжение своего сына», и их говорит Сам Господь. Только один раз, единственный раз в истории Сам Господь обращается с таким требованием к человеку!
- Пап, но ведь Авраам мог обмануться! – сказал Богдан. – К примеру, Сатана мог прикинуться ангелом света и сказать это от лица Бога!
- Сатана мог бы обмануть тебя или меня, но не Авраама, - сказал папа. – Авраам знал Господа настолько хорошо, насколько Его вообще мог знать ветхозаветный человек. Ты помнишь слова Христа: «Овцы слушаются голоса пастыря, и за ним идут потому, что знают голос Его. Я есмь Пастырь добрый» (Ин. 10, 3-11). Так и Авраам – он знал Голос Господа, и не мог этот Голос перепутать ни с чьим голосом! Нет, сынок, Авраам знал, твердо знал, что с ним говорит именно Господь!
Представь ситуацию – Авраам уже стар, он очень любит Исаака, он сам с радостью пошел бы на смерть вместо него! Более того – Авраам явно недоумевает. Ему обещано Господом, что от него произойдут народы, а это возможно лишь в случае, если Исаак останется жив. Но – Авраам выполняет волю Бога, хотя и не понимает ее.
- Почему? – спросил Богдан.
- Почему? Потому, что Авраам хорошо знает Бога. Он знает, что он и Господь – друзья. Скажем, когда Господь делился с Авраамом Своими планами относительно уничтожения погрязших в грехах Содома и Гоморры, и Авраам решался эти планы обсуждать, почти спорить с Господом! (Быт. 18, 17-31). И Господь не вменил это Аврааму во грех – между друзьями возможны такие разговоры. В общем, Господь и Авраам дружат много лет, и Бог никогда не подводил его! И Авраам уверен - Бог не подводил его раньше, не подведет и теперь! Как сказал об Аврааме апостол Павел: «он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить» (Евр. 11, 19).
Папа возвысил голос.
- И ведь действительно – Бог не подвел Авраама! – сказал он торжественно. - Ангел остановил руку, занесенную над Исааком, и в жертву вместо него был принесен овен (Быт. 22, 9-13). И Бог исполнил то, что обещал Аврааму. Мало того, что из потомков Авраама произошел еврейский народ, но и в жилах Спасителя мира, воплощенного Бога Иисуса Христа текла авраамова кровь. И Этот воплощенный Бог, Творец Мира, пошел на добровольную крестную смерть, чтобы все люди, и ветхозаветные и современные могли наследовать вечность…
Папа замолчал.
Молчал и Богдан – история Авраама требовала долгого и серьезного обдумывания.
- Кстати, и Исаака Бог наградил за то, что он так смиренно перенес это испытание – дальнейшая его жизнь протекала очень, очень спокойно. Спокойнее, чем жизнь его отца Авраама, и спокойнее, чем жизнь его детей – Исава и Иакова, - сказал папа. – Вот так, сынок! Нам нужно учиться у Авраама доверять Господу! Да, конечно, Господь больше ни к кому не обратится с требованием принести во всесожжения сына. И за это – слава Ему, потому, что мы бы такого не понесли! Но кое-что должны сделать и мы. Доверяя Господу, мы должны посвятить Ему наши жизни, служить Ему, а не своим грехам, выполнять Его волю, а не нашу волю, страстями искореженную… И тогда, милостью Божьей, мы наследуем то, что наследовали и Авраам, и Исаак, и Ной – жизнь вечную.
20. Кто такие «нищие духом»?
Однажды Богдан сказал папе:
- Знаешь, пап, я тут передачу по телевизору смотрел, про Америку.
- Понравилось? - спросил папа.
- Не очень, - ответил Богдан. – Там говорили, что Америка рано или поздно развалится, и тогда во всем мире будет большое потрясение.
- И что? – спросил папа.
- Всем будет очень плохо! Вся мировая экономика на Америке завязана!
- Не переживай, сынок. Сегодня экономика на Америке завязана, завтра будет завязана на Китае, послезавтра, быть может, на Эфиопии… Что из-за этого переживать? Нужно учиться у апостола Павла, который говорил: «Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему – насыщаться и терпеть голод, быть и в обилии и в недостатке. Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Флп. 4, 12-13). Так что, не переживай, сынок. Америка, конечно, рано или поздно падет – ведь в нашем мире ничто не вечно. И не такие гиганты падали. Нет ни Римской империи, ни Византии, ни огромной Испанской империи… Когда-нибудь и США не будет. Но не переживай – и после падения Америки будет жизнь на Земле. Для нас главное – остаться христианами. Главное, чтобы Господь нас укреплял, и тогда мы все сможем!
Богдан робко кивнул, но папа видел, что из сердца сына не ушла тревога, навеянная передачей.
- Сынок, - начал папа. – Ты знаешь, что от эпидемии чумы в средние века умерло треть населения Европы?
- Что-то такое слышал, - пробормотал Богдан.
- Так вот, сынок – в мире постоянно появляются новые болезни – из-за мутировавших вирусов, например. Нет никакой гарантии, что завтра не начнется новая эпидемия, и по хлеще чумы! И еще не известно, как быстро люди научатся эту болезнь лечить!
Богдан молчал, и смотрел на отца, не понимая.
- А еще в космосе носятся миллионы астероидов, - продолжил папа. - И нет никакой гарантии, что через пару месяцев какой-то залетный камушек из космоса не столкнется с Землей, и не разнесет ее на куски! От этого вообще никак защититься нельзя!
- Пап, ты хочешь меня напугать? – спросил Богдан.
- Нет, я хочу тебя успокоить, - ответил папа. – Но для того, чтобы успокоиться, ты должен понять – не ты сберегаешь свою жизнь. Это делает Бог. Он сотворил тебя, вызвал Своим Словом тебя из небытия, хотя ты Его об этом не просил, и Он же будет поддерживать твое существование в этом мире столько, сколько Ему угодно. А потом призовет на Суд. Причем сделает это именно тогда, когда Ему будет угодно. И если Ему будет угодно, чтобы ты 150 лет прожил, то ты их проживешь, вне зависимости от Америки, от вирусов или от астероидов. Главное, чтоб ты понял – Господь лучше знает, что для тебя спасительно, а что – нет. Так что научись доверять Господу и ничего не бойся. Как сказано в одном из псалмов «Вскую прискорбна есть, душе моя? – папа перешел на церковно-славянский. – И вскую смущаеши мене? Уповай на Бога, яко исповемся Ему, спасение лица моего и Бог мой» (Пс. 41, 12).
- Это какой псалом? – спросил Богдан.
- Сорок первый, - ответил папа. – Так что послушай голос Святого Писания и научись надеяться на Господа. Если ты научишься доверять Ему по-настоящему, то никогда и ничего не будешь бояться. Ты помнишь заповеди блаженства из Нагорной проповеди Господа и Бога Иисуса Христа? Какая из них стоит самой первой?
- Блажены нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф. 5, 3) – легко вспомнил Богдан слова, которые каждое воскресенье слышал в Храме.
- Правильно, - сказал папа. – Заметь, сынок – именно эта заповедь первая! Она дается нам раньше, чем, скажем, заповедь о милосердии или чистоте сердца. Просто с этого все начинается, сынок. Нищие духом – это те, кто научились доверять Господу, и с этого начался их духовный рост!
- Все-таки это очень странное название – нищие духом, - заметил Богдан.
- Просто непривычное для нашего слуха, - сказа папа. – Если бы мы лучше знали Писание - скажем, те же псалмы - то не удивлялись бы – там о нищих, которых защищает Господь, часто говориться. К примеру: «Сей нищий воззвал, и Господь услышал и спас его от всех бед» (Пс. 33, 7). Видишь ли, сынок, любой, человек, всерьез задумавшийся о жизни, быстро поймет – мы ничего не можем удержать у себя в руках, ничего всерьез не можем контролировать. Достаточно вдохнуть жалкую бактерию, которую без микроскопа и не увидишь, и мы умираем. И близкие наши умирают, сынок! Мы бы все отдали, чтобы продлить им жизнь, но ничего не помогает! Или вот – какой-то человек умен, но достаточно лопнуть малюсенькому сосудику у него в голове, и он превратиться в беспомощного слабоумного старика. Этот список можно продолжать и продолжать, сынок. Вывод прост – стоит всерьез задуматься о том, как устроен наш мир, и понимаешь – мы не владеем ничем, мы ни от чего не можем себя защитить. Мы – нищие.
- И ты этим хочешь меня успокоить, папа?! – изумился Богдан.
- Ты не дослушал меня, - сказал отец. – И так, я - нищий, не способный удержать в руках ничего. Но, не смотря на это – я стольким обладаю! Я могу умереть в любую минуту, но мне скоро 40 лет, а я еще жив! И дети мои живы, и даже престарелые родители! И дом есть, и работа. И Церковь есть, которую я люблю! У меня, нищего – все это есть! А почему у меня это есть? Потому, что Бог – Единственный, Кто владеет всем - дает мне это! Он любит меня, и каждый день, каждую минуту дает мне и меня самого, и тебя, и твоих сестер, и маму… Я не забываю об этом, я вижу, что любовь Господа ко мне огромна, и поэтому я доверяю Ему. И я не боюсь жизни, сынок, потому, что знаю – Он проведет меня и среди бурь, не переставая любить меня, и не переставая давать то, что мне необходимо!
Богдан молчал, и папе показалось, что на этот раз сын понял его.
- Иногда Господь ведет нас через бури и трудности, - сказал папа. – Но и это Он делает любя нас! Видишь ли, сынок, мы, люди, не очень хороши. Одна из самых мерзейших черт человека – это способность обожраться, и забыть Того, Кто дал тебе все. Пресыщенность очень часто вгоняет нас в сон души, и мы больше не думаем ни о Господе, ни о Царстве Небесном, ни о чем полезном. Едим и спим, едим и спим – как животные… Но такая жизнь губительна для человека, душа умирает в ней! И тогда Господь посылает нам испытания, чтобы разбудить нас. Войны и трагедии, к сожалению, гораздо лучше пробуждают в нас живое чувство к Богу, чем спокойная жизнь. Именно поэтому они есть.
- Жаль, - сказал Богдан.
- Жаль, - согласился папа. – Но ведь корень проблемы в нас, в том, что мы неблагодарны! Да и потом, даже в буре, судьбы людей разнятся: один – губит свою душу, а другой – спасает ее! Ну, падет Америка, ну, будет встряска для всего мира… Что ж – мир знал много встрясок, и все они были не без воли Господа. Это – по Его любви к нам, и мы не должны бояться. Главное – и в буре любить ближнего, помогать ему, укреплять в моменты слабости… Если мы об этом не забудем, то сможем и в буре радовать Господа, и быть полезны людям! И если мы выдержим этот экзамен, то поселимся там, где «ототрет Бог всякую слезу с очей, и смерти не будет уже, ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет» (Откр. 21, 4). Это главное, сынок, а быть буре, или не быть – пусть решит Господь!
21. Как правильно относиться к неприятностям.
Однажды Богдан пришел со школы очень расстроенным – с ним случилась неприятность, которая ему, подростку, казалась крупной.
Папа, как мог, утешал сына.
Наконец, Богдан успокоился, и спросил папу:
- Пап, а все беды, которые случаются с человеком они – от Бога?
- Да, сынок, - ответил папа. – И волос с головы твоей не падает без воли Отца Небесного. Господь попускает нам страдания для того чтобы эти страдания очищали нас. Это – как лекарство. Горькое, но – необходимое.
- Значит, то, что произошло сегодня, сделает меня лучше?
Папа внимательно посмотрел на сына.
- А вот это зависит от тебя, сынок! Случившаяся беда или очищает, или ожесточает. Очищает, если ты реагируешь на нее правильно, и ожесточает, если - не правильно. Господь и здесь не отнимает твоей свободы, сынок. Ты волен воспользоваться Его лекарством так, как сочтешь нужным – либо на пользу себе, либо – во вред.
Богдан с минуту помолчал.
- Я все-таки не совсем понимаю, - сказал он.
Папа сел рядом с сыном на диван.
- Я очень люблю житие преподобного Арефы, - сказал он.
- Кого? – переспросил Богдан.
- Преподобный Арефа был монахом в Киево-Печерской Лавре, - сказал папа. – То есть он, ясное дело, был христианином и хотел наследовать Царство Небесное – иначе в монахи не пошел бы. Но и у монахов случаются тяжелые препятствия на пути к Господу. Случилось такое препятствие и у Арефы. Дело в том, что он принес с собой в монастырь немалое богатство. Возможно, он хотел раздать его нищим или отдать настоятелю, как делали другие монахи, которые были богаты до поступления в монастырь. Но он не нашел в себе силы этого сделать. Более того – скупость превратилась у него в настоящую болезнь. Он не только не давал из своего богатства нищим даже и мелкой монеты, но и на самого себя не тратил. Просто хранил богатство у себя в келии, и чах над ним, как в стихах Пушкина: «Там царь Кощей над златом чахнет».
- И даже на себя не тратил? – переспросил Богдан.
- Не тратил, - ответил папа. – На самом деле такая крайняя скупость - очень тяжелая духовная болезнь. Ее прекрасно описал царь Соломон.
Папа потянулся за Библией и открыл ее на нужном месте.
- «Есть еще мучительный недуг, который видел я под солнцем, - прочел он. – Это богатство, сберегаемое владельцем во вред ему. И гибнет богатство это от несчастных случаев... Как вышел он нагим из утробы матери, таким и отходит (в гроб), и ничего не возьмет от труда своего. И это тяжкий недуг: каким пришел, таким и отходит. Какая же польза ему, что он трудился на ветер? А он во все дни свои ел впотьмах, в большом раздражении, в огорчении и досаде» (Еккл. 5, 12-16).
Папа отложил Библию.
- Ну, и, конечно, Господь не мог оставить Арефу в таком гибельном состоянии. Он освободил его от того, что порабощало бедного монаха. В один прекрасный день все богатство у Арефы украли.
- Вот он, наверное, злился! – предположил Богдан.
- Да, сынок, - сказал папа. – После пропажи драгоценного скарба Арефа не очистился, а озлобился. Он начал всех собратий по монастырю упрекать в том, что это они украли у него богатство. Напрасно братья-монахи утешали его, напрасно говорили, что ему надлежит возложить на Господа печали, и тогда Господь поддержит (Пс. 54, 23). Ничего не помогало. Наконец, бедняга Арефа заболел и впал в беспамятство. Братья монастыря молили Господа о бедном брате, ведь всем было ясно – если он умрет без покаяния, ему будет трудно на Суде Божьем – в очень уж плохом состоянии он пребывал.
- Да уж! – сочувственно покачал головой Богдан.
- Вдруг случилось вот что, - продолжи папа. – Больной Арефа, хотя уже давно лежал без сознания, вдруг громко закричал: «Господи, помилуй! Господи, прости! Согрешил я! Оно – Твое! Я не жалею его!» И после этого вопля он неожиданно пришел в себя и потом быстро начал идти на поправку. Братии монастыря он рассказал, что именно случилось с ним, когда он был в беспамятстве.
А в беспамятстве бедный Арефа видел перед собой бесов и Ангелов, которые спорили о его душе. Бесы говорили, что душа Арефы должна быть передана им. И Ангелам было трудно им возразить! Ангелы сказали Арефе: «О окаянный человек! Если бы ты благодарил Бога за то, что богатство было похищено, то это вменилось бы тебе в милостыню, как Иову. Если кто творит милостыню – это великое дело перед Богом потому, что творит по своей воле. Но бывает, что у человека злодеи крадут богатство. Но праведный человек предает все Богу, как будто не у него украли, а он сам отдал это все добровольно. Этим посрамляется дьявол, который хотел бы, чтобы человек всех хулил и во всем подозревал, а Господь на самом деле вменяет пропавшее в милостыню! Так что получает от происшедшего человек не вред, а пользу!» После этих слов Арефа и закричал то, что слышали все – что он раскаивается, что богатство уже не его, а Божие, и он отказывается от этого богатства и знать его не хочет. После этих слов бесы сразу же исчезли, Ангелы возрадовались, а Арефа начал выздоравливать.
- Надо же! – протянул, изумленно, Богдан.
- После этого Арефа совершенно изменился, - сказал папа. – На этот раз он правильно воспользовался испытанием, которое произошло с ним по воле Божьей! О пропавшем богатстве он всегда говорил словами Иова: «Господь дал, Господь и взял, да будет имя Господне благословенно» (Иов. 1, 21). Более того – и в других своих прегрешениях он усердно каялся, так старался во всем услужить братии, быть первым в послушании, в молитве и во всяком труде. За это Господь прославил Арефу, и его нетленные мощи и теперь пребывают в Киево-Печерской Лавре.
- Надо же! – еще раз протянул Богдан.
- Да, сынок, - сказал папа. – Господь хотел бы давать нам одни блага. Но иногда бывает так, что без горького лекарства нас не исправишь. И тогда Господь дает нам это лекарство. И мы не должны это забывать. Катастрофы и потрясения, войны и болезни, смерть близких и потеря всего нажитого, нищета и несправедливый суд – все это случается с нами не без воли Божьей. От нас лишь требуется правильно воспользоваться этим лекарством, чтобы оно очистило нас, а не озлобило.
22. О том, что образованному человеку неизвинительно быть неверующим.
Однажды Богдан сказал папе:
- Пап, я тут читал Евангелие от Матфея, и мне не понятна одна фраза Господа... – Богдан взял Библию, поискал: - Вот, сейчас найду... Ага – вот, нашел! «Лицемеры! Различать лице неба вы умеете, а знамений времен не можете» (Мф. 16, 3). Честно говоря – я ничего не понял! При чем тут «лицо неба»?
Папа взял из рук сына Библию, посмотрел.
- Ну, вот же ответ, в предыдущих словах, – сказал он. – «Вечером вы говорите: будет вёдро, потому, что небо красно; и поутру: сегодня ненастье потому, что небо багрово» (Мф. 16, 2). А дальше следует эта фраза Господа про лицемеров. Господь упрекает фарисеев и саддукеев в том, что они умеют предсказывать погоду, но не могут узнать Его.
Богдан задумался.
- Пап, я все-таки не понял, - сказал он. – При чем тут погода? И почему они должны были узнать Христа?
- Видишь ли, - начал папа. – Фарисеи и саддукеи – люди образованные, они знают ветхозаветные Писания. И в этих Писаниях многократно говорилось о пришествии Христа. По сути, весь Ветхий Завет составлен так, чтобы Христос был узнан теми, кто эти Писания знает! – папа полистал Библию. - Вот только один пример - удивительные слова пророка Михея: «И ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? Из тебя произойдет Мне Тот, Который должен быть Владыкой в Израиле и Которого происхождение из начала, от дней вечных» (Мих. 5, 2).
Папа закрыл Библию и положил ее на полку.
- Как ты думаешь, сынок, фарисеи знали слова Михея?
- Наверное, да, - предположил Богдан.
- Конечно, знали! – сказал папа убежденно. - А то, что Господь родился в Вифлееме, они знали? Думаю, что да! Вряд ли они успели забыть избиение младенцев, устроенное Иродом, который таким образом хотел погубить Христа (Мф., гл. 2). А о том, что Христос жил всегда, то есть был «от дней вечных» - они слышали? Слышали. Он Сам сказал им, что Он - «от начала Сущий» (Ин. 8, 25). А еще сказал, что Он жил и перед Авраамом (Ин. 8, 58). Иудеи после этих слов схватились за камни, чтобы убить Его, а зря - ведь именно так и должно было быть! Именно об этом говорил Михей, и сбылось его пророчество, фарисеям прекрасно известное! И это, кстати, далеко не единственное пророчество о Христе, уже сбывшееся к моменту этого разговора! И дело не только в пророчествах - огромное количество чудес, совершенных Христом, фарисеи видели? Видели, конечно! Разве такое можно не заметить! Поэтому и упрекает их Господь, как бы говоря: «Вы такие умные, такие образованные! Вы умеете предсказывать погоду! Вы на каждом углу кричите, что лучше всех знаете Закон Моисея и Писания! Почему же вы в таком случае не узнаете Меня, ведь Писания сбываются именно на Мне, и именно сейчас! Зачем вы требуете у Меня знамений? Разве Я мало сделал для вас чудес?»
- Теперь понятно, - сказал Богдан.
- Вообще-то эти слова Христа – это не только упрек фарисеям и саддукеям, - заметил папа. – Это упрек и людям нашего времени.
- Почему? – не понял Богдан.
- Потому, что в наше время так много людей забыли о Боге! – ответил папа. – И ладно, если бы современные люди были глупы или неграмотны – тогда бы все было понятно, и, может, даже простительно. Но современные люди летают в космос, создают новые химические вещества, осваивают генную инженерию... А как развита медицина! Сейчас развита трансплантация – когда органы от одного человека пересаживают другому. Но я читал, что ученые планируют через несколько десятков лет научиться не много не мало - выращивать для человека органы из его собственных клеток! Представь – заболела у тебя печень, а ученые взяли у тебя несколько клеточек, и через какое-то время вырастили новую печень – твою собственную, с твоею ДНК! Потом пересадили тебе эту печень вместо заболевшей, и – живи со здоровой печенью! Здорово, правда?
- Здорово! - согласился Богдан.
- Так вот, сынок, - сказал папа. – Фарисеи умели всего лишь предсказывать погоду. Современный человек знает о мире гораздо больше них. И при этом – не знает о Боге практически ничего! А ведь существует Церковь – приди, и тебе расскажут о Христе! Существует богословская литература – возьми, прочти то, что говорили о Христе святые всех веков! Существует историческая литература – возьми, прочти о том, как Церковь Христова жила в нашем непростом мире. Существует аскетическая литература – прочти, как люди учились исполнять заповеди Христа, учились любви к Богу и ближнему, учились молитве! Сейчас так развит транспорт - возьми билет на самолет, полети в Палестину и пройди своими ногами по той земле, по которой ходил Воплотившийся Бог, пройди по той дороге, по которой Он нес Свой крест – орудие Своей мученической смерти и нашего спасения!
Папа тяжело вздохнул.
- В общем, сынок, как для фарисея, знающего Писания и умеющего предсказывать погоду, было вряд ли извинительно не узнать Христа, так и для современного человека, летающего на самолете и способного пользоваться всеми библиотеками мира, непозволительно ничего не знать о Боге! Современный человек – не идиот, и не тупица, и если он не знает о Боге, значит – просто не хочет этого знать. Как фарисеи – они не узнали в Иисусе Христе Мессию, Спасителя мира просто потому, что не хотели Его узнавать.
- Почему, папа? – спросил Богдан.
- Трудно сказать, ведь в чужую душу не заглянешь! – сказал папа. – Мне кажется, все дело в том, что каждый человек должен выбрать – жить ему сегодняшним днем или – днем будущим. Если бы Христос пришел для того, чтобы прогнать римлян с Палестины, чтобы восстановить Израильское Царство, и чтобы многие народы платили иудеям дань, как было во времена Соломона, то думаю – фарисеи приняли бы Его. Но Он говорил о Царстве не от мира сего, говорил о кресте, который должен взять тот, кто хочет следовать за Ним... А апостол Петр говорил о том, что наследовать Царство небесное мы должны «многими скорбями» (Деян. 14, 22). Вот этого-то и не хотели фарисеи! Они не хотели скорбеть сейчас ради того, чтобы жить с Богом в будущем. Ровно так же поступает и современный человек. Он ищет удобства – сейчас, наслаждения – сейчас! А Евангелие говорит об узком и скорбном пути, о тесных вратах, которым надлежит идти всем тем, кто хочет прийти к Богу (Мф. 7, 13-14). Современный человек – развитый, умный, но изнеженный - отвергает этот скорбный путь, а значит – и к Богу идти не хочет. Жаль! Правда, сынок?
- Жаль, - согласился Богдан.
23. О труде.
Однажды Богдан сказал папе:
- Знаешь, пап, а у нас ведь дом не достроен.
- Не достроен, - согласился папа.
- И на даче мы еще в прошлом году хотели теплицу сделать, и не сделали.
- Да, не успели, - согласился папа. – А почему ты об этом заговорил, сынок?
Богдан нахмурился.
- Да мне сегодня в школе сказали, что если бы мы по воскресеньям не ходили в Храм, то давно все закончили бы!
Папа усмехнулся.
- Мне тоже так говорили, - сказал он. – Не в школе, конечно, а на работе. Не обращай внимания. Люди глупости говорят. Это – от непонимания.
- Ты думаешь? – сказал Богдан с сомнением.
- Тебе не нравится ходить в Храм по воскресеньям? – спросил папа.
- Ну что ты, нравится! – возразил Богдан. – Просто дом не закончен…
- Ладно, я понял, - сказал папа. – Сейчас постараюсь объяснить. Как ты думаешь, сынок, почему мы, люди, вообще работаем?
- Потому, что Бог так наказал Адама, - ответил Богдан. – Адам вкусил запретный плод, а Бог сказал ему: «В поту будешь добывать хлеб свой!» (Быт. 3, 19).
- Молодец, не забыл, - сказал папа. – Но вообще-то ты не совсем прав. Заповедь труда была дана человеку еще ДО ГРЕХОПАДЕНИЯ! Вот смотри, - папа открыл Библию на самых первых страницах, - «И взял Господь Бог человека, которого создал, и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его» (Быт. 2, 15). Как видишь, сынок, еще до грехопадения человек должен был трудиться – возделывать райский сад. Даже тогда мы, люди, не были сотворены для праздности! Мы сотворены для труда. Другое дело, что тот труд Адама не напоминал наш труд нынешний – он, конечно, был и легче, и интереснее. Возделывать райский сад – это так прекрасно! Но потом Адам согрешил. Как сказал кто-то из святых: «Первые люди, не успевшие еще по-настоящему стать людьми, захотели стать богами»… Адам захотел высоко взлететь, но без Бога, и без труда над собой, именно поэтому Господь и утяжелил долю Адама и его потомков. Теперь мы трудимся просто ради того, чтобы есть хлеб, и труд этот тяжек. В поту этот труд, сынок, тогда как до грехопадения Адам возделывал райский сад без пота! Я для чего все это говорю, сынок? Для того, чтобы ты понял – мы, христиане, понимаем необходимость труда, уважаем труд и ценим его! И не случайно апостол Павел говорил тем христианам, которые любили полениться: «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2 Фес. 3, 10).
- Ага, - кивнул Богдан, давая понять, что он внимательно слушает.
- Но несчастен тот человек, кто трудится только ради хлеба, - сказал папа. – Заповедь о возделывании и хранении Едемского сада никто не отменял, сынок! Да, теперь мы в этом саду не живем. Но у нас есть душа, и ее нужно возделывать и хранить, сынок! Как говорил Макарий Великий: «Ни на земле, ни на небе я не встречал ничего прекраснее человеческой души». И это не странно, ведь мы созданы по образу и подобию Самого Господа! Да, мы изгнаны из рая, но у нас осталась наша душа! Ее можно исковеркать грехами, и она станет ужасна. А можно украсить добродетелями, и тогда она станет прекрасна! Поэтому, сынок, когда мы молимся, когда ходим в Храм, мы не ленимся, нет! Это тоже труд, просто не ради хлеба! Это труд по возделыванию своего собственного райского сада – своей души!
- Да, я понимаю! – сказал Богдан.
- Разумный христианин найдет время и для того, и для другого, сынок, - сказал папа. – А ты, Богдан, помнишь, что Господь сказа Марфе?
- Не совсем, - замялся Богдан.
- Эта история описана в Евангелии от Луки, - сказал папа. – В одном селении женщина по имени Марфа приняла Христа в дом свой. Она стала хлопотать о большом угощении для Дорогого Гостя и Его спутников – видимо, она была очень хорошей хозяйкой. У Марфы была сестра Мария, которая не стала помогать сестре, а села у ног Господа, и стала слушать Его. Это возмутило Марфу, и она сказала Господу: «Господи! Или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? Скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! Ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно. Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нее» (Лк. 1, 38-41). Вот ведь как, сынок – Господь, конечно, не осудил Марфу за то, что она решила накормить гостей. Это – хорошее дело. Но за этим хорошим делом нельзя забывать и о Боге, о том, чтобы прислушиваться к Нему, стараться понять, чего Он ждет от нас в той или иной ситуации. Еще раз повторю – труд дело хорошее, но и в нем нужна мера, нужно оставлять время для того, чтобы думать о Господе и говорить с Ним в молитвах. Иначе мы можем стать как Марфа в этой истории, а ведь Господь похвалил в тот раз именно Марию!
Папа посмотрел на Богдана. Тот молчал.
- Я не знаю, сынок, достроили бы мы дом быстрее, если бы не ходили в Храм, или нет. Пойми – дело ведь не только в том, сколько мы потратили времени на работу. Господь мог не благословить наш труд, и тогда бы мы не достроили его никогда! Поэтому, сынок, что бы не говорили у тебя в школе, мы будем жить как жили! Будем работать – мы ведь не мало работаем! Но по воскресеньям – в Храм! Там нас ждет то, что Господь назвал «частью Марии», и эту часть Сам Господь назвал «благой»! Это ведь счастье, сынок – говорить в молитве с Тем, Кто нас создал, Кто так любит нас, что из-за этой любви пошел на крестную смерть!
- Будем возделывать свою душу, чтобы она была похожа на райский сад? - спросил Богдан.
- Во всяком случае – постараемся, - сказал папа. – Это не просто, но мы постараемся! Ведь именно этого ждет от нас Господь!
24. Что отличает нас от животных.
Однажды, после урока биологии в школе, Богдан пришел домой и спросил у папы:
- Пап, а ты веришь в теорию эволюции?
Папа пожал плечами.
- Нет, - сказал он сухо. – То, во что я верю, перечислено в Символе Веры. Мы его каждый день за утренними молитвами читаем, и ты знаешь его наизусть. Там о теории эволюции нет ни слова.
- Пап, я, наверное, не так спросил, - сказал Богдан. – Ты веришь в то, что Господь сотворил живые существа не сразу, а… М-м… Сейчас слова подберу… Ага, вот – сотворил их преобразуя из простых в сложные?
- Не мое дело знать, как именно Господь сотворил разные виды живых существ на Земле, - ответил папа. – Для Господа нет трудностей! Ему не трудно ни сотворить живые существа сразу, так сказать «в готовом виде», ни сделать так, чтобы более сложные виды происходили из более простых. Мне, если честно, это не очень интересно. К тому же, сдается мне, что если эволюция и была, то к нам, людям, она не относится!
- Почему? – спросил Богдан.
- Во-первых, в Писании упоминается о падении Адама, но нет ни слова о том, что Адам когда-то был обезьяной, или еще каким-то нечеловеческим существом – а это важно! Но есть и другое! Согласно теории эволюции, живые существа приспосабливаются к изменяющимся условиям обитания, и потому меняются, усложняются или упрощаются. Скажем, если становится холоднее, выживают те группы живых существ, которые первые сумели обрасти шерстью, а которые не сумели – исчезают. Но у нас, людей – не так! Разве жители холодного севера обросли шерстью, как мамонты? Или жители горного Тибета отрастили крылья и летают как орлы? Или во время голода, мы, люди, становимся зелеными и потребляем солнечный свет, как растения? Нет, нет и нет, сынок! Мне мои глаза говорят, что человек не приспосабливается к изменениям окружающей среды! Как и подобает настоящему царю, он сам изменяет условия своей жизни, переделывает окружающую среду под себя! Если ему холодно, он не обрастает шерстью, а строит дома и шьет одежду. Если он не в состоянии есть сырое мясо, он сооружает печь, делает посуду и варит суп! Если почвы не плодородны, он удобряет их, и не чистой нефтью (так бы ничего не выросло!), а синтезированными на основе газа и нефти удобрениями! Если в каких-то местах нет питьевой воды, человек не превращается в верблюда, а строит водопровод! Да и потом – человек ведь молится, к Богу тянется – а как это объяснить с точки зрения биологии? Как писал Феофан Затворник: «Отчего производят человека от животных – обезьяны? Оттого, что не различают в человеке души от духа (а дух – это и есть в человеке орган богообщения, Бога ищущая и Богом живущая сила). Когда мы настоим на различии духа от души, тогда вся теория Дарвина падет сама собой. Ибо в происхождении человека надо объяснить не то одно, как происходит его животная жизнь – но то паче, как происходит он как духовное лице в животном теле».
- То есть ты думаешь, что главное наше отличие от животных это то, что мы Бога знаем и Ему молимся? – уточнил Богдан.
- Да, - сказал папа. – А еще, лично меня всегда поражало то, что нам дана способность выбирать.
- Способность выбирать? – переспросил Богдан.
- Животные ведь не имеют душевных терзаний, - сказал папа. – Ими управляет нечто непонятное для нас. Биологи говорят «инстинкт», но никто до сих пор толком не объяснил, что это такое. Этот самый инстинкт подсказывает животным, когда нужно убегать, когда нападать, когда защищаться, когда впадать в спячку, и много-много других вещей. Быть может, в своей простоте они по-своему счастливы. Но нам Господь дал другое. «Жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор. 30, 19). Эти слова Господа слышали еще Моисей и его спутники. Но, конечно, они были справедливы и раньше. Когда Господь говорил Каину, что знает о его злодейских планах в отношении брата Авеля (Быт. 4, 7), то Он не бил Каина по рукам, нет. Господь давал ему свободу выбора. Каин сам выбрал грех, а значит – смерть. И такова судьба каждого человека. Мы каждый день делаем этот выбор, сынок. По сто раз на дню мы выбираем жизнь или смерть, благословение или проклятие. По сто раз на дню! Вот это меня всегда очень поражало в человеческой судьбе!
- Пап, я все равно ничего не понял! – сказал Богдан.
- Попробую объяснить, - сказал папа. – Все без исключения события в нашей жизни происходят не без воли Божьей. И на все без исключения события мы можем отреагировать правильно или не правильно. По этому поводу авва Дорофей говорил, что из каждого события мы извлекаем пользу или вред, в зависимости от своего душевного устроения. Он приводил такой пример. Вот в каком-то городе после захода солнца стоял человек. Мимо него прошли двое других. Никто не сказал ни слова, но один подумал о стоявшем: «Наверное, этот человек стоит здесь, чтобы где-то что-то украсть!» Другой подумал: «Наверное, этот человек ждет товарища, они оба пойдут в Храм на службу и будут всю ночь молиться». Как видишь, оба этих человека видели совершенно одно и то же, но первый прохожий осудил стоявшего, а второй – оправдал. Как ты думаешь, кто из них в этот момент выбрал смерть?
- Тот, кто осудил, - сказал Богдан. – Ведь он согрешил – осуждать нельзя!
- Правильно, - кивнул папа. – А кто выбрал жизнь?
- Второй прохожий! – сказал Богдан. – Ведь он оправдал стоявшего!
- Правильно, - сказал папа. – Как видишь, одни и те же обстоятельства одному человеку послужили к жизни, а другому – к смерти. И ведь они сами, сами сделали свой выбор! И так по многу раз на день, из маленьких, кажется, незначительных дел и складывается наш путь к спасению или к вечной погибели. Вот ты, к примеру, знаешь глупый анекдот или какую-то сплетню про товарища. И тебе очень хочется рассказать его приятелям, не смотря на то, что ты сам знаешь, что анекдот этот скверный или сплетня грязная. Ну, в каком случае ты выберешь жизнь, а в каком – смерть?
- Выберу жизнь, если не буду ничего такого рассказывать! – сказал Богдан. – Если промолчу!
- Правильно! – кивнул отец. – И ведь все твои страсти будут вопить в тебе – мол, это все такая мелочь, такая безделица! Подумаешь – маленькое празднословие! Подумаешь – маленькая клевета! Подумаешь - маленькая уступка тщеславию, удовольствию от того, что другие смотрят тебе в рот, а потом целых полминуты смеются! Ведь это – такая мелочь! Но на самом деле, сынок – не мелочь! На самом деле, это – один из кирпичиков, из которых ты сложишь свое спасение или свою погибель. Господь по тысяче раз в день предложит тебе выбор жизни или смерти, и твое дело – быть внимательным и собранным, чтобы выбирать жизнь чаще, чем смерть! Видишь, как важен выбор! Да – саму возможность Спасения, все пути к нему предоставил нам Господь милующий (Рим. 9, 16), но дорогу в рай или в ад ты вымащиваешь сам!
Богдан немного помолчал.
- А нельзя ли выбирать жизнь всегда? В каждую минуту поступать правильно?
Отец грустно покачал головой.
- История знала только одного совершенно безгрешного человека, который поступал правильно всегда, - сказал он. – Это был Воплотившийся Бог, Иисус Христос. Других безгрешных не было, нет, и не предвидится. Даже самые великие святые считали себя грешниками, потому, что были внимательны и понимали, насколько они далеки от совершенства! Это ведь кто-то из них сказал грустные слова: «Совершенство совершенных воистину несовершенно». Но они изо всех сил старались выбирать жизнь чаще, чем смерть, и поэтому сейчас предстоят у Престола Господа, Творца Вселенной, Царя Небесного. Мы, сынок, слабые существа, и Господь это знает. От нас требуется просто пытаться жить по заповедям старательно. Да, не все получится, но стараться всерьез – это главное. А уж если что-то не получится, Господь там, в Царствии Своем восполнит наши недостатки, исправит наши огрехи.
- Это хорошо, - сказал Богдан. – В смысле – хорошо, что Он восполнит!
- Но мы должны стараться всерьез! – строго сказал папа. - Мы должны не забывать, что «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12). Здесь очень интересен не русский, а церковно-славянский перевод. Там сказано, что Царство Небесное «нудится». Нудится – то есть достигается каждодневным, упорным, в чем-то даже нудным трудом. Видишь ли, сынок – на твоем пути могут и не случиться великие дела. Господь может не предоставить тебе возможности спасать утопающих на каком-то «Титанике», или кормить тех, кто действительно умрут, если ты сейчас же не отдашь им своего куска хлеба. И ты не должен расстраиваться, если твоя жизнь яркостью событий не будет напоминать голливудское кино. Я уверен, что Царство Божие наполнено не героями, сделавшими одно великое дело, а теми, кто в течение своей жизни сделал тысячи и тысячи маленьких дел. Тысячу раз в день уклониться от маленького греха, тысячу раз в день сделать маленький, но правильный выбор, выбрать жизнь, а не смерть – вот этого ждет от нас Господь.
- Трудно! – сказал Богдан.
- Да, не просто, - ответил папа. – Не заря ведь путь в жизнь вечную Господь называет «узким путем», а так же говорит о «тесных вратах», которые ведут в Царство (Мф. 7, 13-14). И не зря сказано, что «многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян. 14, 22). Тысячу раз в день сказать своим страстям «нет!» - это действительно скорбь. Но это – скорбь, ведущая в вечность. Все это не просто, но так велико, сынок! Господь дал нам тяжелую, но великую ношу – способность выбирать. И я бы не поменялся местами с животными, чья жизнь проста, и которых ведет по ней не понимание, не поиск истины, а какой-то «инстинкт». Я не поменял бы их простоту на нашу великую сложность. Нет, не поменял бы!
25. Заповеди Божьи как зеркало.
Однажды Богдан пришел из школы и сказал папе:
- Пап, я тут разговаривал о Христе с одним мальчиком… В общем, он сказал, что Господь ему не нужен.
- К сожалению, многие так думают, сынок, - сказал в ответ папа. – Мне жаль этих людей – они сами не понимают, от Кого отказываются. Молись о своем друге.
- Пап, этот мальчик сказал мне, что ему не нужно прощение грехов потому, что он и так не грешит!
Папа усмехнулся.
- Вот в чем дело! – сказал он. – Я тоже сталкивался с такими людьми. А ведь это на самом деле – интересный вопрос! Вот как узнать – грешит человек или нет? Может, твой друг на самом деле святой, а мы тут к нему с проповедями лезем?
- Ты шутишь? – неуверенно спросил Богдан.
- Шучу, - ответил папа. – Мне кажется, раньше людям было проще понять, правильно они поступают или нет. Вот Господь является Аврааму и говорит: «Я Бог Всемогущий; ходи предо Мною и будь непорочен» (Быт. 17, 1). И знаешь – Авраам не спрашивает Господа: «А как это – быть непорочным»? Он спрашивает о других вещах, а об этом – не спрашивает. Наверное, нравственное чувство в людях было острее, и они и так понимали, какие поступки правильные, а какие – нет. Но шли года, грехи человеческие множились, и человеку стало трудно понимать, что хорошо и что плохо. «Уклонись от зла и сотвори благо» (Пс. 33, 15) - говорит нам Дух Святой через псалмопевца Давида. Но как это исполнить, если ты точно не знаешь, от чего же должен уклоняться?!
Папа немного помолчал, что-то обдумывая, а потом неожиданно спросил:
- А вот скажи, сынок – как ты узнаёшь, чистое у тебя лицо, или грязное?
- Я смотрюсь в зеркало! – ответил Богдан, недоумевая – куда же клонит папа.
- Вот и Господь дал людям зеркало, глядя в которое можно определить, грешишь ты, или нет. Как ты думаешь – что это за зеркало?
- Не знаю! – ответил Богдан.
- Это зеркало – заповеди Божьи, - сказал папа. – Вот, например, знаменитые 10 заповедей, которые дал Господь людям через Моисея (Исх. 20, 1-17). Сами по себе, без Христа, эти заповеди никого не спасали, но всматриваясь в них, люди понимали, что означают слова псалмопевца - «уклонись от зла». Ты помнишь эти заповеди наизусть, сынок?
- Кажется, да… - сказал Богдан неуверенно.
- Давай так – я буду называть тебе заповедь (иногда немного сокращая формулировку), объяснять, что она означает, а ты тихонечко, про себя, решишь - исполняешь ли ты ее или нет. Свои ответы мне говорить не нужно – я не Господь, который будет тебя судить, и не твой духовный отец, который отпускает тебе грехи на исповеди. Ты, главное, самому себе ответь! Хорошо?
- Давай! – согласился Богдан.
- Первая заповедь - «Я Господь Бог твой, и да не будет у тебя других богов» (Исх. 20, 2-3), - начал папа. – Эта заповедь накладывает запрет на баловство всякой небиблейской мистикой, не освященной учением Церкви, Святым Писанием и Святым Преданием. Гороскопы и йога, гадания и медитации, нумерология и хиромантия – все это нарушение первой заповеди. Пока все ясно?
- Ясно, - ответил уверенно Богдан, который сам про себя решил, что ничем подобным он не увлекается.
- Заповедь вторая – «не сотвори себе кумиров, и никакого изображения, не поклоняйся и не служи им» (Исх. 20, 4-5), - продолжил папа. – Эта заповедь была дана для того, чтобы уберечь народ Израильский от впадения в язычество, с которым евреям предстояло столкнуться на пути в Землю Обетованную. Но вообще-то, сынок, смысл этой заповеди очень глубок. Дело не только в том, чтобы не делать изображений языческих божков, указанных в Библии – всяких Ваалов и Астарт (Суд. 2, 13) и не поклоняться им. Смысл языческого отношения к миру глубже. Язычество вообще возникает там, где творение ставят выше Творца (Рим. 1, 25). Проще говоря, сынок – все, что ты поставишь выше Бога, есть идол! Идолом могут быть деньги и жажда почестей, дети, которых неразумные родители превращают в домашних божков и компьютерные игры, которым геймеры отдают все свое время. Всегда, когда человек предпочел что-то земное Богу, он нарушил вторую заповедь! Понятно?
- Понятно, - пробормотал Богдан.
Сказанное папой было не просто, и требовало длительного обдумывания.
- Третья заповедь – «не произноси имя Господа Бога твоего напрасно» (Исх. 20, 7), - продолжил папа. – Это значит – не рассказывай о Господе анекдотов, не обыгрывай библейских сюжетов в КВНах! Дело в том, что от нарушения третьей заповеди человек постепенно теряет благоговейный трепет, с которым нужно подходить к святыне, а после этого неминуемо теряет веру и гибнет.
- Понятно, - сказал Богдан.
Вид у него стал растерянным, но папа не спросил – почему.
- Четвертая заповедь – «помни день субботний» (Исх. 20, 8-11), - продолжил папа. – Слово «суббота» в еврейском языке имеет один корень со словом «покой». Имеется в виду покой от каждодневного труда ради хлеба насущного. То есть – не сужай свою жизнь только до заботы о том, что тебе есть и во что одеться (Мф. 6, 25-33)! Найди время для Господа! Поищи Царство Божие и правду его (Мф. 6, 33)! Не уклоняйся от молитвы, пойди в Храм, найди время посетить того, кто в этом нуждается – больного, одинокого, нищего. Если ты этого не сделаешь, то на Суде Божьем будешь безответен. Господь не примет твоих оправданий – мол, у меня не нашлось времени. Найти на это время – одно из повелений Господа!
- Понятно, - сказал Богдан.
- Заповедь пятая – «почитай отца твоего и мать твою» (Исх. 20, 12), - сказал папа. – Только Адам и Ева появились на свет без родителей, да у Господа Иисуса Христа не было земного отца. Во всех остальных случаях Господь не просто творит человека, а берет себе в соработники его папу и его маму. Крайняя дерзость – не уважать тех, кто был соработником Господу, и без кого тебя не было бы на свете! В ветхозаветные времена тех, кто злословил отца своего и мать свою, попросту убивали (Исх. 21, 17)!
- Понятно, - сказал Богдан.
- Заповедь шестая – «не убивай» (Исх. 20, 13), - сказал папа. – Вроде бы здесь все понятно – нельзя проткнуть ближнего ножом, и из пистолета в него стрелять не стоит. Но и языком своим нельзя наносить раны ближнему! Не зря Господь говорит: «всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему «рака» («пустой человек») подлежит синедриону; а кто скажет «безумный», подлежит геенне огненной» (Мф. 5, 22).
- Понятно, - уныло пробормотал Богдан, который никак не мог научиться сдерживать свой язык.
- Заповедь седьмая – «не прелюбодействуй» (Исх. 20, 14), - продолжил папа. – Вы со своим другом в таком возрасте, что для вас она не очень актуальна. Но когда-нибудь вы станете старше и захотите иметь семью. Ты должен знать, сынок, что выбирая себе в жену, скажем, Катю, ты обязуешься любить ее всю жизнь, обращаться с ней благоразумно и нежно, как с немощнейшим сосудом (1 Петр. 3, 7) и никогда не искать другой жены.
- Понятно, - сказал Богдан.
Все вышесказанное он пропустил мимо ушей, так как жениться ни на Кате, ни на Маше, ни на Оле пока не собирался.
- Заповедь восьмая – «не кради» (Исх. 20, 15), - сказал папа. – То есть – совсем не кради, ничего и никогда! Ни копейки из кармана друга, ни гвоздя с завода, на котором работаешь!
- Понятно, - сказал Богдан.
- Скажу больше, - продолжил папа. – Если ты в школе на полу нашел обычную ручку и положил ее к себе в карман – это тоже воровство, ведь хозяин ручки, быть может, через пять минут станет ее искать, но найти уже не сумеет!
- Понятно, - сказал Богдан.
- Заповедь девятая – «не произноси ложного свидетельства на ближнего своего» (Исх. 20, 16); попросту – не лги! – сказал папа. – По мнению современного богослова дьякона Андрея Кураева эта заповедь – самая неисполняемая людьми. И действительно – как мы любим перемывать друг другу кости! Как любим пересказывать сплетни! При этом мы постоянно говорим то, чего не видели, и, конечно, постоянно лжем! Поэтому тот, кто решит выполнить эту заповедь, должен говорить только о том, что видел собственными глазами.
- Так ведь всегда молчать придется! - воскликнул Богдан.
- Значит – молчи! – папа в упор посмотрел на сына. – А заповедь – такая, как Бог дал! И если ты видишь в зеркале, что физиономия грязна, то виновато в этом не зеркало!
- Понятно! – буркнул Богдан угрюмо.
- Заповедь десятая – «не желай дома ближнего твоего, ни жены его, ни раба его» и так далее (Исх. 20, 17), - сказал папа. - Проще говоря – не завидуй! Знай, что то, что имеет ближний, дал ему Бог, поэтому завистник – всегда ропотник и богохульник, пусть даже и в душе. При этом он не умеет радоваться тем огромным благам, которые Бог дал ему самому, и не умеет благодарить за это Бога! Люди, которые пытались во что бы то ни стало приобрести вещь «не хуже, чем у соседа», часто совершали тяжкие преступления, в итоге - свое теряли, чужого не приобретали, и – главное – душу губили!
- Понятно, - сказал Богдан
Видно было, что эта беседа тронула его, и «посмотревшись в зеркало» он не остался довольным тем, что там увидел.
- Пап, а можно я и другу предложу «посмотреться в зеркало»? – спросил Богдан.
- Можно, - сказал папа. – Правда он может не согласиться. Но ты предложи. А главное – не забывай смотреться в это зеркало сам! Уверяю тебя – очень полезно для души. Располагает к работе над собой. Уж я-то знаю!
26. Почему Христос запрещал рассказывать о сотворенных Им добрых делах.
Однажды вечером папа читал детям Евангелие. Читалось Евангелие от Марка, пятая глава, которая заканчивалась воскрешением дочери начальника синагоги.
- «И взяв девицу за руку, говорит ей: «талифа куми», что значит: «девица, тебе говорю, встань». И девица тотчас встала и начала ходить, ибо была лет двенадцати. Видевшие пришли в великое изумление. И Он строго приказал им, чтобы никто об этом не знал и сказал, чтобы дали ей есть» (Мк. 5, 41-43).
Папа закрыл Библию.
- Так заканчивается эта глава, - сказал папа. – На сегодня – все.
- Знаешь, пап, мне не понятно! – сказала Таня. – Зачем Господь запретил рассказывать о том, что он воскресил эту девочку?
- Да, пап, мне тоже не понятно – что в этом плохого?! – подала голос и Тоня.
- И мне не понятно! – сказал Богдан.
- Ну, хорошо, - сказал папа. – Есть такая прекрасная книга «Толкование на Евангелие от Иоанна». Автор – святитель Иоанн Златоуст, один из признанных столпов Церкви. Я надеюсь, что вы когда-нибудь обязательно прочтете ее. Так вот – в этой книге есть ответ на этот вопрос.
- И что это за ответ? – поинтересовалась Таня.
- Иоанн Златоуст говорит, что Христос есть и Бог и Человек одновременно, и на протяжении Своей земной жизни Он поступал и как Бог и как Человек. Это очень хорошо видно в истории с воскрешением Лазаря, который был мертв уже четыре дня. Подойдя к пещере, в которой был погребен Лазарь, Иисус прослезился (Ин. 11, 35), то есть поступил как Человек. И спустя несколько минут воскресил Лазаря – то есть, поступил как Бог (Ин. 11, 43).
- А почему Христос поступал и так и этак? – спросил Богдан.
- Иоанн Златоуст писал, что Христос, конечно, мог поступать всегда как Бог, но тогда Евангельская весть для нас обеднела бы. Видишь ли, сынок, Бог воплотился для того, чтобы спасти нас для жизни вечной. Одна из составляющих этого спасения – наша правильная жизнь. И Христос иногда поступает как Человек для того, чтобы мы имели перед глазами Его пример, и у Него учились правильной жизни. Нет, ну на самом ведь деле – мы ведь не можем поступать так, как поступает Бог? Я имею ввиду, что мы ведь не можем превращать воду в вино, исцелять слепорожденных, ходить по воде, воскрешать мертвых и тому подобное?
- Не можем, - кивнул Богдан.
- Вот Господь и поступает в некоторых случаях как Человек, чтобы мы могли учиться у Него, чтобы могли делать как Он! Вот, к примеру, Христос крестился у Иоанна Крестителя – это описываю все евангелисты. Иоанново крещение было крещением в покаяние. Как ты думаешь, Богдан, безгрешный Иисус имел нужду в том, чтобы креститься в покаяние?
- Нет, конечно! – ответил Богдан. – Ему не нужно было покаяние!
- Но оно нужно всем остальным людям! – сказал папа. – И поэтому Иисус Христос крестился, чтобы показать нам пример. Если бы этого не было, то, быть может, нашлись бы люди, которые сказали бы: «Христос не крестился, и мы не будем!» А теперь никто не может такого сказать, ведь Христос крестился, значит – и мы креститься должны.
- Кажется, я начинаю понимать! – сказала Тоня.
- Пойдем дальше, - продолжил папа. – Пост очищает человека. Но имел ли нужду в таком очищении Иисус Христос? Нет, конечно! Он был и есть Святым, грех не прикоснулся к Нему, а значит, Христу не нужно никакого очищения! Тем не менее, Он постился сорок дней (Лк. 4, 2). И теперь никто не может сказать: «Христос не постился и я не буду» потому, что Христос именно постился и этим показал нам пример того, что поститься – правильно!
- Пап, а насчет воскрешенной девочки? – напомнила Таня.
- Потерпи немного, Танюша, - сказал папа. – Как ты думаешь, дочька – имел ли Христос нужду в молитве, как обычный человек?
- Нет, конечно! – ответила Таня.
- Не имел, - согласился папа. – «Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святой Дух и Сии три суть едино» (1 Ин. 5, 7). Три лица Единого Бога имеют неразрывное единство, которое выше нашего понимания, и общение внутри Троицы - Единосущной и Нераздельной! - никогда не прерывается. Но Господь Иисус Христос молился, как обычный человек, для того, чтобы все люди знали – молиться это правильно! И в Евангелии от Иоанна есть слова, которые подтверждают то, что эта молитва была для примера людям (Ин. 11, 41-42). Далее - Христос показал, что правильно молиться – это молиться долго, в уединении. «В те дни взошел Он на гору помолиться и пробыл всю ночь в молитве к Богу» (Лк. 6, 12). В этом тексте Писания – основание и начало христианских всенощных бдений. То есть и здесь мы имеем от Господа пример, как надлежит поступать. А как ты думаешь, Богдан, Христос имел нужду в том, чтобы платить подать на Храм?
- Конечно, нет! – сказал Богдан.
- Конечно, нет! – согласился папа. – И, тем не менее, евангелист Матфей в 17 главе указывает на то, что Христос уплатил эту подать. И даже более – Он прямо объяснил апостолу Петру, что если не даст деньги на Храм, то этим подаст плохой пример другим (Мф. 17, 27). Видишь – Он опять поступил как Человек, а не как Бог для того, чтобы показать нам пример правильного поведения.
- Расскажи им о гефсиманских борениях Господа, - подсказала мама.
- Да, конечно, - согласился папа. – Дети, вы все помните о том, как именно провел Господь ночь в Гефсиманском саду перед арестом?
- Помним! – вразнобой ответили дети.
- Как вы думаете, мог Христос в этом случае поступать как Бог? Ведь Бог не имеет нужды в молитвах, не испытывает борений, не скорбит, Ему не нужно, чтобы Ангел укреплял Его (Лк. 22, 43)?
- Да, конечно, - ответил за всех детей Богдан.
- Мог, - согласился папа. – Но и здесь Господь думал, прежде всего, о тех, ради кого стал Человеком – то есть о нас. Если бы не было этого Его борения в Гефсиманском саду, то у нас не было бы примера того, как людям нужно готовиться к праведному мученичеству. А так – мы имеем этот пример. И теперь мы знаем, что можно просить в молитве пронести мимо нас чашу сию – в этом нет греха. Но нужно искать, прежде всего, исполнения воли Божьей, а значит, если Господу угодно, чтобы мы пили эту чашу – значит пусть Его воля будет! Ведь Господь не уклонился от этой чаши! Нет греха в кровавом поту, и в том, что душа скорбит смертельно! Но главное – не уклоняться от чаши, если Бог дает ее! И тогда, быть может, Господь пошлет нам Ангела, чтобы он, этот Ангел, укреплял нас. Так во время Своей земной жизни Господь показал нам пример не только жизни праведной, но и пример правильной подготовки к мученической смерти: или ради правды, или ради ближнего, или ради Бога!
- Пап, ну о девочке же расскажи! – попросила Таня.
- Да, конечно, хотя здесь вы уже и сами могли бы догадаться!
- Я не догадалась! – сказала Таня.
- Господь знает нашу немощь, - сказал папа. – Он знает, как легко мы впадаем в гордыню, даже если сделаем самое малое доброе дело. А уж если мы, с Божьей помощью, сможем сделать добро большое, то тут уж у нас соблазн впасть в такую гордость, что – о-го-го! Поэтому Господь и не велит никому рассказывать о чуде, когда воскрешает мертвую. Почему? Он и здесь поступает так, как надлежит поступать всем нам – то есть не трубить перед собой, хоть и сделалось нашими руками что-то доброе, а скрывать! Так нужно. Мы ведь так слабы, что не выносим человеческой славы. Господь показал нам, как и добро делать, и от людских похвал бегать!
- Теперь понятно! – сказали дети.
27. О богатстве неправедном.
Однажды Богдан спросил папу:
- Пап, я тут читал Евангелие от Луки, и обратил внимание на странные слова. Как понимать слова Господа... – Богдан взял Библию, поискал: - Вот, сейчас найду... Ага – вот, нашел! «Приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители»? (Лк. 16, 9).
Папа улыбнулся.
- А что именно тебя смущает? – спросил он.
- Ну, богатство ведь неправедное! Разве можно таким богатством Царство Небесное приобрести?
- Не Царство Небесное, а друзей, - поправил папа. – Там ведь именно о друзьях сказано.
- Все равно, не понимаю! – сказал Богдан.
- Ладно, садись на диван, попытаюсь объяснить, - сказал папа.
Богдан сел.
- Прежде всего, нужно понимать простую вещь – людям нравится богатство. Это – следствие грехопадения, конечно... Умей мы любить ближнего, нам было бы приятнее не копить деньги, а раздавать их, чтобы ближнему радостно было... Но очень, очень часто случается наоборот – люди отнимают деньги у ближнего. Пусть ближний страдает – лишь бы у меня денег было больше, больше, больше... Это очень плохо, конечно. Не случайно апостол Павел говорил, что «корень всех зол есть среблолюбие» (1 Тим. 6, 10). А Господь говорил, что «трудно богатому войти в Царство Небесное» (Мф. 19, 23)...
- Потому, что он это богатство у ближнего отобрал? – уточнил Богдан.
Папа кивнул.
- Да. Но и не только по этому. В жизни бывает, когда человек богат, но ни у кого денег не отбирал. Например, за работу ему очень много платили, как футболистам, или наследство получил. Но даже в этом случае нужно богатством распорядиться правильно! В ветхозаветной «Книге пророка Аггея» есть такие слова: «Мое серебро и Мое золото, говорит Господь Саваоф» (Агг. 2, 8). Эти слова Господь говорит тем, кто богат без всякой неправедности. «Смотри, сколько у тебя денег. Но это Я и тебе дал! Распорядись же ими правильно!» - вот что означают эти слова.
- А как – правильно? – спросил Богдан.
- А правильно истратить их на дела милосердия, - ответил папа. – Помнишь, пару месяцев назад ты обращал мое внимание на большой бигборд, на котором просили помощи для лечения девочки Насти?
- Помню, - кивнул Богдан грустно. – У нее был рак, и для лечения нужно было 150 тысяч долларов!
- Да, - кивнул папа. – Так вот – что может сделать для девочки Насти бедняк? Помолиться, перевести на ее счет какую-нибудь безделицу – гривен 10, 50 или 100... Но богач может сделать больше! Я не знаю, собрали или нет деньги на лечение Насти... Хорошо, если собрали! Но предположим, что не собрали, и она умерла. Спросит ли Господь за это с бедняка? Вряд ли – что мог сделать бедняк? Откуда у него 150 тысяч долларов? А с богача? А с богача спросит! Скажет: «Я дал тебе деньги, больше, чем тебе нужно было для жизни. Почему ты не дал денег на лечение Насти? Ведь деньги были. И ты себе на них яхту купил... А яхта столько стоила, что можно было не одну Настю вылечить, а еще несколько человек!» В общем, сынок, не завидуй тем, кто родились богачами! Господь ждет от них дел милосердия, а это – не самое простое дело. Богатому трудно оторвать деньги от себя, и отдать какой-то незнакомой Насте! Лично я рад, что я не богат – не знаю, справился бы я с таким грузом, смог бы деньгами правильно распорядиться! Даже если твои деньги и не неправедные, все равно не каждый сможет победить свое среблолюбие и употребить деньги на нужды ближнего! Поэтому – трудно богатому войти в Царство Небесное (Мф. 19, 23)!
- Пап, а как же с неправедным богатством? – напомнил отцу Богдан.
- Да, - кивнул папа. – Очень часто богатство достается неправедным путем. Но Бог милосерден, и Он всякого зовет к Себе! Любой человек способен услышать этот зов Господа, оставить свою прежнюю жизнь и начать жить так, как подобает христианину. И вот, представь себе – человек обратился к Богу, а неправедное богатство у него уже есть. Что с этими деньгами делать-то? Ну, правильнее всего было бы отдать деньги тем, у кого ты их отнял. Но это не всегда возможно. Если, скажем, тянуть деньги из государственного бюджета, то потом и не поймешь – кому именно нужно их отдавать и как это сделать. Тогда – что же? Оставить деньги себе? Так ведь неправедные они! У того, кто осознал, какая это пагуба, кусок в горло не полезет! Или, может, в печке их сжечь? Тоже, вроде бы, не выход… И вот Господь говорит: «раздай их людям, и так приобретешь себе друзей. Они будут молиться за тебя, вспоминая твою доброту».
Папа посмотрел на сына. Богдан сидел, задумавшись.
- Поясню на примере, - сказал папа. – Жил когда-то один министр, звали его Юрий. И был он человеком богатым. Не знаю, откуда у него были деньги – может, бабушка-миллионерша наследство оставила... Но, предположим, что это было неправедное богатство. Несколько лет назад этот министр умер – одни говорят, что он застрелился, другие – что его убили. В общем - темная история... Но незадолго до смерти, в своем родном городе Александрии, Юрий построил большой Храм. Скажи – для кого он это сделал? Для себя или для людей?
- Для людей, наверное, - сказал Богдан.
- Правильно, - кивнул папа. – Юрия уже и в живых нет, а Храм этот лет пятьсот простоять может. И все эти годы люди в Храме будут молиться об упокоении души раба Божьего Юрия. И кто знает – быть может, по молитвам этих людей Господь сподобит раба Своего Юрия войти в Царство Небесное. Вот это и есть – правильно употребить неправедное богатство.
- Теперь мне понятно, – сказал Богдан.
- В Евангелии есть история о человеке, который правильно распорядился неправедным богатством, - сказал папа. – Звали этого человека Закхей.
- А, помню! – отозвался Богдан. – Он был мытарь!
- Да, он собирал налоги, - подтвердил папа. – В то время мытари часто брали с людей больше положенного, для того, чтобы лишнее оставлять себе. Конечно, за это мытарей ненавидели! Евангелие говорит о том, что Закхей был богач, а значит – себя не обделал (Лк. 19, 2-10). Но встреча с Богом меняет людей! Так и Закхей изменился, встретив Христа. Богатый и жестокий мытарь решил исправить свою жизнь. Вот что он сказал: «Господи! Половину имения моего я раздам нищим, и, если кого обидел, воздам вчетверо». Как ты думаешь – эти нищие были благодарны Закхею, который отдал им половину того, что имел?
- Конечно! – сказал Богдан.
- И, конечно, они молились о нем ко Господу! - сказал папа. – А многое может человеческая молитва, особенно – усиленная молитва праведника (Иак. 5, 16). С того времени жизнь Закхея стала другой. Есть предание, в котором говориться, что Закхей в последствии стал первым епископом Церкви Христовой в Кесарии Палестинской. А с чего все началось? С желания Закхея употребить свои деньги на дела милосердия! Вот это и есть – правильно распорядиться неправедно нажитым богатством! Вот к этому призывает Господь тех, кто обратился к Нему после того, как нажил богатство неправедным путем!
28. Об апокрифах.
Однажды Тоня сказала папе:
- Пап, сейчас рождественские праздники! Как бы мне хотелось узнать – что делал Иисус, когда был маленьким?
Папа пожал плечами.
- Ничего особенного не делал, - сказал он. – Как сказано в Евангелии от Луки, Господь в детские годы был в повиновении у своих родителей – у Девы Марии и своего названного отца – Иосифа Обручника (Лк. 2, 51). Ребенком Иисус наверняка помогал Иосифу в его работе – Иосиф был плотником…
- Пап, но я не о том спрашиваю! – перебила отца Тоня. – Я слышала, что есть книги, в которых описаны чудеса, которые Иисус сотворил в детстве!
- А, вот ты о чем! – вздохнул папа. – Да, такие книги есть, и ты можешь их найти в интернете, если захочешь. Они в истории Церкви получили название «евангелий детства». Есть «евангелие детства от Фомы», есть еще что-то – кажется «евангелие от Иакова», впрочем, точно не помню. Ты можешь прочесть их если хочешь, но знай – это просто апокрифы, то есть – не более чем сказки. Эти сказки подписаны великими именами, но это ложь. Апостолы апокрифов не писали!
Тоня некоторое время молчала, раздумывая.
- Сказки? – переспросила она. – То есть всех этих чудес, сотворенных Иисусом в детстве – не было?
- Не было, - ответил отец.
- И апостолы не писали этих книг? Как их… Апокрифов, да?!
- Не писали, - ответил папа. – Их написали любители сказок, а потом подписали свои «труды» именами апостолов - просто для того, чтобы придать этим сказкам вид серьезных книг. Не более того. Так что, не ищи в апокрифах полноты истины, дочка! Она есть только в канонических Евангелиях!
- Почему, пап?! – не поняла Тоня.
- Любой историк, рассказывающий о каких-то событиях, должен уметь отделить факты – то есть то, что действительно было – от домыслов, - сказал папа. – Домыслами может обрасти любая сколь либо значимая история. Так было и с историей Евангельской. Сразу после Вознесения Господа, после схождения Святого Духа, никаких записанных свидетельств не было – Церковь довольствовалась устным приданием. Те, кто знал Господа во время Его земной жизни, просто рассказывали другим людям о том, что Он сделал и что сказал. Со временем евангелисты Матфей, Марк, Лука и Иоанн записали самое важное из Евангельских событий – так появились на свет четыре канонических Евангелия, которые мы знаем, любим, чтим. Но нашлись люди, которые захотели кое-что присочинить к евангельской истории. Они тоже писали о евангельских событиях, они подписывали свои записи именами апостолов, но Церковь не приняла этих книг.
- Почему, пап?
- Потому, что христиане, читая эти книги, не узнавали в них того Господа, который был известен им из устного придания, а так же из канонических Евангелий! – сказал папа веско. – Пойми, дочка – в то время Церковь состояла из людей, знавших апостолов или ближайших учеников апостолов лично, и им не трудно было распознать в этих «псевдоевангелиях» обычную фальшивку. Один мог, к примеру, сказать – я лично знал апостола Петра, и Петр не говорил вот этих и вот этих слов! А другой говорил – эту историю я сам слышал от апостола Фомы, и Фома рассказывал ее не так, как описано в таком-то апокрифе! И пусть на апокрифе стоит имя Фомы, но это ложь – Фома такого не писал!
- Надо же! – протянула Тоня.
- В общем, дочка, составителям апокрифов не удалось обмануть апостольскую Церковь! – сказал папа. - Да и Дух Святой, Который жил в Церкви тогда и живет сейчас, не дал совершить ошибки! Все письмена, которые Церковь не признала подлинными, были названы апокрифам, и отправлены пылиться в библиотеки. Их может прочесть любой желающий, но не стоит учиться христианству из них, если есть канонические Евангелия, как не стоит пить из лужи, если рядом есть чистый колодец! Все апокрифы - так или иначе - противоречат каноническим Евангелиям, доченька! Это же относится и к так называемым «евангелиям детства»!
- Противоречат? – удивилась Тоня.
- Да, - кивнул папа. – Например, Святитель Иоанн Златоуст настаивал на том, что никаких детских чудес Христа не было! Вот смотри – не все евангелисты описывают Преображение Господне на горе Фавор, не все Евангелисты описывают воскрешение из мертвых Лазаря. А вот крещение Иисуса Христа в Иордане описывают и Марк, и Матфей, и Лука и Иоанн! Это значит, что Евангелисты считали это очень, очень важным событием! И действительно, это было событие чрезвычайной важности, ведь именно тогда Иоанн Креститель объявил Иисуса - Мессией, Агнцем Божиим, Который берет на себя грехи мира (Ин. 1, 29)! Сам Иоанн Креститель говорил: «Я для того пришел крестить, чтобы Он (то есть – Христос) явлен был Израилю» (Ин. 1, 31). И вот здесь Иоанн Златоуст говорит – подумайте сами и не спешите верить тому, чему Церковь не верит. Если бы Христос еще ребенком совершил чудеса, которые Ему приписывают авторы апокрифов, то свидетельство Иоанна Крестителя было бы совершенно не нужным! В этом случае, слава о Христе была бы больше славы самого Иоанна, Христа бы знали все, от мала до велика! А между тем, в канонических Евангелиях мы видим такую картину – Христос приходит на Иордан неизвестным, и лишь только после слов Иоанна на Христа обращают внимание первые ученики! Значит, никаких детских чудес не было и в помине!
- Да, пожалуй, что так и было! – сказала, поразмыслив, Тоня.
- Какое чудо Христа Евангелист Иоанн называет первым? – спросил папа.
Тоня немного подумала.
- Это когда Он превратил воду в вино? – спросила она.
- Правильно, - сказал папа. – Именно это чудо в Кане Галилейской Евангелист Иоанн называет первым чудом Христа (Ин. 2, 11). Но если бы были детские чудеса Господа, то это чудо не было бы названо первым! Тем более, что после распятия Спасителя именно апостол Иоанн взял к себе в дом Мать Иисуса, Пресвятую Деву Марию (Ин. 19, 27). Если бы Иисус творил чудеса в детстве, то уж кому-кому, а апостолу Иоанну Пресвятая Дева Богородица это рассказала бы! Но евангелист Иоанн не знает чудес Христа, которые случились бы раньше, чем чудо на свадьбе в Кане. И все потому, что этих детских чудес не было!
- Да, конечно, - согласилась Тоня.
- В седьмой главе Евангелия от Иоанна описано, что даже братья Иисуса Христа – то есть дети Иосифа Обручника от первого брака – поначалу не верили в Него, - продолжил папа. – Как ты думаешь, могло ли это быть, если бы Господь совершал чудеса еще в детстве?
- Нет, - ответила Тоня.
- Не могло быть, - кивнул папа. – Так что, доченька, не было детских чудес. Тот же Святитель Иоанн Златоуст говорил, что Иисус Христос иногда вел Себя как Бог, а иногда – как Человек, чтобы мы могли учиться у Него правильному человеческому поведению. И я уверен – мы можем поучиться у Господа скромности! В те времена было принято, чтобы человек перед началом общественного служения достиг тридцатилетнего возраста. Не стал нарушать этот обычай и Господь. Именно в тридцать лет Он вышел на свое служение (Лк. 3, 23), а до этого жил жизнью обычного человека. Да, в Иерусалимском Храме в двенадцатилетнем возрасте Он показал большую мудрость и осознание того, что Он – Сын Божий (Лк. 2, 41-50). Но – не более того! Христос был Богом даже тогда, когда был ребенком, но смирил Себя и не устраивал чудес раньше времени! А вот ты, доченька, смогла бы удержаться и не устроить какой-то невиданный фейерверк? Просто для того, чтобы покрасоваться перед окружающими? Если бы могла так многое, как мог Он?
- Конечно, я не удержалась бы! – улыбнулась Тоня. – Я бы так всех удивила!
- Не сомневаюсь в этом, - усмехнулся папа. – А Господь не стал никого заранее удивлять. Он мог сделать все, что угодно, но до тридцати лет жил, как обычный человек, слушался свою Маму, помогал Иосифу Обручнику в нелегком плотницком труде… Он действительно «кроток и смирен сердцем» (Мф. 11, 29), и нам всем нужно у Него учиться!
29. О гласе вопиющего в пустыне.
Однажды папа читал детям «Евангелие от Матфея».
- «В те дни приходит Иоанн Креститель, и проповедует в пустыне Иудейской, и говорит: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное. Ибо он тот, о котором сказал пророк Исаия: «глас вопиющего в пустыне: приготовьте пути Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Мф. 3, 1-3).
Папа отложил Библию.
- Видите, - сказал он. – Еще за много веков до Евангельских событий пророк Исайя предсказал, что перед пришествием Спасителя мира будет такой человек, как Иоанн.
- Пап, - подал голос Богдан. – Честно говоря, я не очень понимаю, зачем это было нужно. Вот эта фраза о прямых путях для Господа – к чему она?
Папа улыбнулся.
- Мне тоже когда-то это было не понятно, - сказал он. – Это потому, что наша жизнь очень отличается от жизни людей того времени. А вот современники событий все прекрасно понимали. Дело в том, что на Востоке существовал такой обычай. Представим, что какой-то восточный правитель собрался в путешествие по своим владениям. Но вот в чем дело – дороги тех времен были не всегда хороши. Представим – правитель едет, а тут неприятность! Дорогу завалило камнями, или, может, мост прогнил, и пользоваться им нельзя. Что ж, правителю ждать, пока отремонтируют? В пустыне или в лесу ночевать? Не порядок! Чтобы этого избежать, выделялись специальные люди. Они ехали по дороге перед правителем, и расчищали всякие завалы – чтобы правитель мог ехать беспрепятственно. Когда люди, живущие в тех местах, видели таких людей, то знали – скоро должен проехать царь, нужно приготовиться. Одежду одеть нарядную, например… Так и в случае с Иоанном Крестителем. Он появился, начал свое служение, и все, кто помнил слова Исайи, поняли – скоро, скоро придет долгожданный Царь, Мессия! И, конечно, нужно готовиться. Иоанн даже сказал, как именно – нужно покаяться.
- Почему именно покаяться? – спросила Тоня.
- Царство Божие внутри нас (Лк. 17, 21), - сказал папа. – Господь вложил нам в душу все Царство, вот только его не видно, потому, что мы его страстями и грехами загадили. Спасение, конечно, раскрывается в вечности, но начинается все здесь, в жизни нынешней, и начинается с того, что Господь сеет в нашу душу зерна веры. От этой веры потом родятся добрые дела – появятся плоды… Но вот в чем дело – душа ведь должна принять зерно, которое дает Господь! Вот мы недавно сеяли на даче горох. Как мы его сеяли? Просто высыпали на землю и уехали?
- Нет, - ответила Тоня. – Мы убрали остатки прошлогодней травы, потом сделали ямки, и потом бросили туда семена!
- Правильно! – сказал папа. – Мы очистили, взрыхлили землю, и только после этого земля стала способна принять в себя зерно. Так вот – ровно то же самое делает с душой покаяние! Покаяние – это не просто сожаление о том, что ты что-то сделал плохо. Покаяние – это попытка измениться, попытка стать другим! По-гречески, слово «покаяние» звучит – «метанойя», и точный перевод этого слова – «перемена ума». То есть Иоанн Креститель как бы говорит тем, кто пришел его слушать – поработайте над своей душой, люди! Очистите ее от сорняков греха, взрыхлите ее слезами, плачем о том, что мы совсем не такие, какими бы хотел видеть нас Господь! Сделайте эту работу, и ждите! Господь близко, Он уже на подходе, он бросит в ваши подготовленные души зерна веры, и Царство Божье начнет произрастать в них! Так будет положено начало вашему спасению!
- Как красиво! – сказала Тоня. – И что – люди послушали Иоанна?
- Кто-то – да, послушал, - ответил папа. – Эти люди потом стали христианами. А кто-то – нет. Люди не любят работать над своей душой. Очищать ее от сорняков греха – это ведь так неприятно… Поэтому были среди собеседников Иоанна те, кто считал покаяние излишним. Некоторые из них просто надеялись на то, что их спасет родство с Авраамом!
- Ну да, я помню! – сказал Богдан. – Фарисеи думали о себе, что они потомки Авраама и поэтому спасутся!
- Правильно, - сказал папа. – И сейчас вокруг много таких людей. Начнешь с ними говорить о Боге, а они отвечают: «Отстань! Нас в детстве крестили, а значит – уже ничего другого не нужно!» Эти бедные люди не понимают, что крещение – не конец пути человека к Господу, а начало этого пути! Так и древние фарисеи не понимали, что их происхождение от Авраама – просто начало их пути! И ведь Иоанн указывал им на их ошибки!
- Как указывал? – спросила Тоня.
- Словами «всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь» (Мф. 3, 10), - ответил папа. – То есть Иоанн как бы говорил: «Вы – потомки Авраама?! А ваши добрые дела – где они? Нету? А у Авраама они были! Если у вас нет добрых дел, значит – вы не его дети. Пока добрых дел нет – какая вам награда? Какое спасение? Какая жизнь вечная?! Сотворите достойный плод покаяния! Станьте добрыми, если раньше были злы, станьте щедрыми, если раньше были жадными! Принесите добрый плод, и тогда можете рассчитывать на спасение! А пока – вы просто пустоцветы. Вы живете напрасно и зря не боитесь вечного наказания!»
Папа посмотрел на детей. Те задумались и молчали.
- И сейчас все точно так же, - сказал папа. – Вот живет человек. Вроде бы он и крещен, вроде бы и в Храм иногда заходит. Но его добрые дела – где они? Где милосердие? Где любовь к ближнему? Где прощение врагов? Где плоды христианства этого человека? Христианин без добрых плодов – это страшно. Это смех для Сатаны и печаль для Ангелов! «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!» войдет в Царство Небесное» (Мф. 7, 21) – говорит Господь. То есть не каждый, называющий себя христианином, станет наследником тех благ, которые Господь уготовал настоящим христианам! Наследниками будут только те, кто творил волю Божью, только те, кто принес добрые плоды! Давайте просить у Господа, чтобы мы никогда этого не забыли! И давайте попросим Его помочь нам принести достойные плоды покаяния, настоящие плоды христианской жизни.
- Давай! – согласились дети и встали.
В семье было принято после прочтения Евангельских текстов становиться на молитву.
30. Об иконопочитании.
Однажды Таня пришла из школы и с порога выпалила:
- Мама, папа! Представляете – а у нас в классе сегодня один мальчик сказал, что Иисус Христос был инопланетянином, космонавтом!
У папы вытянулось лицо.
- Почему он так решил?! – в изумлении спросил он.
- Он по телевизору передачу смотрел, - ответила Таня. – Там говорили, что нимб вокруг головы – вот, как на иконе – это изображение скафандра!
Папа с мамой переглянулись, потом засмеялись.
- Ой, чего только не придумают эти телевизионщики! – сказала мама, отсмеявшись. – А святые – они тоже были космонавтами? Вот у нас икона Серафима Саровского, - мама указала на икону. – Он жил всего два века назад. И что – тоже был космонавтом? Инопланетянином? Ведь у него тоже нимб на иконе!
- Нимб – символически изображает свет, исходящий от святого! – с важным видом сказал младшей сестре подошедший Богдан.
- Кстати, нимб – не христианское изобретение. Нимбы пришли в христианскую живопись из живописи греческой, античной, - сказал папа. – Древние греки, наверное, тоже были космонавтами?
- Ну что вы на меня накинулись? – надулась Таня. – Я не говорила, что сама так думаю! Просто передача такая была!
- Много телевизора смотреть вредно, - сказала мама. – Твоему однокласснику стоило прийти в Храм и спросить у батюшки, зачем на иконах нимбы. В иконах каждая деталь что-то значит. У иконы есть свой язык, язык глубокий! Просто нужно учиться его понимать.
- Да? – изумилась Таня, которая раньше об этом не думала.
- Да, - сказал папа и сел рядом с дочерью. – У икон есть не только свой язык, но и своя история. Не во все времена христианства иконы были такими, какими мы знаем их сейчас!
- Да? Расскажи, папа!
- Расскажи! – поддержал сестру Богдан.
- В ветхозаветные времена действовал строгий запрет на изображения, - начал папа. – И это понятно – если у Бога нет тела, то - как Его изобразить? И не случайно в книге Второзаконие мы встречаем такие слова «Твердо держите в душах ваших, что вы не видели никакого образа в тот день, когда говорил к вам Господь на Хориве» (Втор. 4, 15). То есть – вы слышали Меня, но не видели Меня, поэтому - что вы не нарисуете, все равно ошибетесь и потому – не рисуйте ничего!
- И что – действительно ничего не изображали? – спросила Тоня.
- Изображали растения – листочки, яблоки, - ответил папа. – Всего этого много было в Иерусалимском Храме, построенном Царем Соломоном (3 Цар. 7, 18). Кроме это - изображали Ангелов. Ангелы были и на крышке Ковчега Завета (Исх. 37, 7-9), где хранились главные ветхозаветные святыни, и в уже упомянутом Иерусалимском Храме (3 Цар. 6, 23-28). Почему для Ангелов делали исключения? Потому, что Ангелы были известны людям, и даже Бог иногда являлся людям под видом Ангела, как, например, Аврааму у дубравы Мамре (Быт. Глава 18) или Агари, служанке Сары у источника воды в пустыне (Быт. 16, 7-14).
- Как интересно! – сказала Таня.
- Но вот наступают самые важные времена в истории – Бог становится Человеком! – продолжил папа. - Теперь у Воплотившегося Бога Иисуса Христа есть человеческое Тело, а, значит, его – это Тело - можно изображать! Это было настолько ясно христианам первых веков, что иконы вошли в жизнь христиан без каких-то указаний от людей, которые пользовались авторитетом в первохристианской Церкви! До нас ведь дошли книги тех времен, и в них нет такой повелений – изображайте иконы! Таких указаний нет – ни у святых, ни в решениях первых Соборов! Между тем, картины на христианские темы начинают появляться еще при жизни апостолов. Кое-что из этих изображений дошло и до нас. Например, вулкан Везувий в 79 году засыпал пеплом город Помпеи, и несколько селений рядом. Сейчас там идут раскопки. Кроме всего прочего, была найдена комната, где на стене было изображение креста, причем крест этот был составлен из пересечения двух слов: «Христос спасает». Известны и более поздние изображения – в Римских катакомбах, например. То есть церковный люд стал делать такие изображения потому, что правильно понял главную мысль Нового Завета – «Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16)!
- Надо же! – протянула Тоня.
- Так что изображения на христианские темы были, - продолжил папа. – Здесь была полная свобода – одни христианские общины молились с использованием изображений, другие – без них. Во всяком случае, именно это описывает в пятом веке Августин Блаженный. Поскольку вопрос икон был второстепенным, то правил написания икон просто не было – каждый писал, как хотел. То есть темы этих картин были вполне христианскими, а способы изображения – вполне языческими, античными. Где-то в 4-5 веках появляются и нимбы. Да, нимбы – языческое изобретение – ну и что? Их вполне можно было использовать, просто придав им христианский смысл! Церковь не всегда изобретает что-то новое, ранее невиданное. Бывает, что она берет что-то уже известное, и своим прикосновением освящает его!
- А когда появились иконы, как те, которые знаем мы? – спросил Богдан.
- После Седьмого Вселенского Собора, - сказал папа. – Собор постановил – да, изображать Христа и святых можно! Но кое в чем замечания иконоборцев были справедливы – действительно святые христианские изображения должны отличаться от другой живописи не только по смыслу, но и по особому, присущему только иконе, языку!
- А что это за язык? – спросила Таня.
- Смотри на икону Святого Серафима, - сказала папа. – Ты видишь, какой у нее яркий фон!
- Да, желтый! – согласилась Таня. – Практически золотой!
- Правильно, - сказал папа. – Этот яркий фон символизирует Свет, Свет Божества! Это – Слава Божия, которая из иконы струится сюда, в нашу комнату! И из этой Славы к нам выступает святой Серафим! Но представь себе – ты видишь человека, который идет тебе на встречу, а в спину ему (то есть – тебе в лицо) светит яркое солнце. В этом случае весь облик этого человека будет темным! Таковы законы физики, точнее говоря, одного из ее разделов – оптики. А посмотри на лицо святого – оно ведь совсем не темное! А почему? Потому, что Серафим не чужд этого света, этой славы! Эта слава пронизывает его! Этот человек действительно по словам апостола Петра сделался «причастником Божеского естества» (2 Петр. 1, 4)! Дух Святой, который освятил апостолов в день пятидесятницы, не ушел из Церкви. Он просвещает христиан всех эпох, в том числе и нас. И именно поэтому лицо святого Серафима такое светлое! И нимб над головой – это не свет самого Серафима, это свет Духа Святого, Который живет в этом человеке. Сбываются слова апостола Павла: «Не я уже живу, но живет во мне Христос» (Галл. 2, 20). А где Бог – там и Свет! И света этого так много, что он как бы струится из святого, изливается наружу – поэтому и нимб!
- Надо же! – еще раз протянула Таня, неотрывно глядя на икону.
- Эта икона – вызов тебе, мне, всем нам, - сказал папа. – Икона как бы говорит – смотри, к чему предназначен человек! Смотри – Серафим Саровский таков же, как и мы, но он хотел стать Храмом Духа Святого, и он им стал! А ты? Почему ты не такой?! Ведь и ты сотворен для этого! И из тебя мог бы изливаться свет Духа Святого! Где свет твоих добрых дел? А ведь Господь хочет, чтобы твои добрые дела светили перед тобой, и люди, видя их, прославляли не тебя, а Того, Кто дал тебе силу и возможность их сделать – Отца Небесного (Мф. 5, 16)!
Папа секунду помолчал, а потом подошел к иконе близко, всмотрелся в нее.
- Здесь уже не видна надпись, - сказал папа. – Но вообще-то в лучших русских иконах надписи делались в звательном падеже. Есть такой падеж в церковно-славянском языке, а вот в русском его нет. На иконах было написано не «святой Сергий», а «святой Сергие», не «святой Серафим», а «святой Серафиме». Для чего – как вы думаете?
- Не знаю, - неуверенно ответил Богдан.
- Для молитвы, - сказала мама. – Икона врывается в наш мир и требует от нас ответа. Один из ответов – молитвенный. Человек увидел светлый лик святого, прочитал «Святой Серафиме». И потом уже сам добавил: «Моли Бога о нас!»
- Святой Серафиме! Моли Бога о нас! – сказал Богдан.
31. Почему в Писании сказано о том, что «нужно» бросать детей.
Однажды Тоня подозвала к себе папу и взволнованно сказала ему:
- Пап, а ты нас скоро бросишь?
У папы вытянулось лицо.
- Почему?! – в изумлении спросил он.
- Я в Евангелии прочитала, - сказала Тоня. – Мне Богдан сказал, что мы с Таней уже большие и можем Писание сами читать, я читала и - вот…
- Что – вот?! – не понимал папа.
Тоня побежала в другую комнату, и вернулась с Библией. Она открыла Книгу на нужной странице и показала папе.
- «И всякий, кто оставит дома, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли ради имени Моего получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Мф. 19, 29) – прочел папа вслух.
- Ну да! – сказала потеряно Тоня. – Мы ведь твои дети, и ты должен нас бросить.
- Не должен, - усмехнулся папа. – Видишь ли, доченька, Писание нужно воспринимать целиком, а не кусками. Вот здесь говориться об оставленных отце и матери. Но в другом месте Иисус Христос упрекает фарисеев в том, что они не хотят заботиться о своих постаревших родных! Это – в том же Евангелии от Матфея, глава 15, стихи от третьего до шестого. Фарисеи учили, что люди должны много своих ценностей отдавать в сокровищницу, на Храм. Давать подати на Храм – дело, конечно, очень хорошее, но тогда фарисеи говорили своим родителям – «Извините, для вас у меня уже ничего нет. Я все отдал в дар Богу!» Христос сказал, что это не правильно. И одно нужно делать, и второго не оставлять. И о Храме заботиться, но и о родителях тоже! Вот – прочти сама.
Тоня взяла Библию, прочла то, что предложил ей отец. Потом вернула папе книгу.
Вид у девочки был растерянный.
- Опять же, - продолжил папа. – В той цитате, что ты мне показала, говориться об оставленной жене. А в той же самой главе, в девятнадцатой главе Евангелия от Матфея, Господь велит ученикам не разводиться с женой. Вот эти слова: «Прилепится человек к жене своей и будет два одной плотью. Так, что они уже не двое, а одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19, 5-6). Вот эти слова, смотри!
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги