Глава 4

Лас-Вегас


Пентхаус в казино — со вкусом отделанный, в приглушенных коричнево-песчаных тонах — занимал практически весь верхний этаж. В гостиной располагались длинные диваны и мягкие кресла, расставленные в разброс вокруг мини-кухни и джакузи. А с обеих сторон размещались одинаковые спальни с личными ваннами, размером с курортное спа. Такая неброская элегантность была глотком свежего воздуха по сравнению с переполненными людьми игровыми залами, но именно великолепный вид, открывающийся сквозь стеклянные стены, привлекал большинство гостей.

«Кейн также не стал исключением», — с иронией подумала Касси, хотя причины на то у него были другие. Этого слишком помешанного на безопасности Вера не волновала ночная красота ослепляющих огней соседних казино, или дневная панорама окружающей пустыни и скалистых гор, от вида на которые перехватывало дыхание. Единственное, что интересовало Кейна — это максимальный обзор территории и возможность убедиться, что к ним никто не подкрадется. И, естественно, высота, на которую не взобраться, не имея крыльев. Касси ценила его заботу, правда. Просто это было немного…

Вышагивая по гостиной, Касси пыталась выяснить причину своего недовольства. Не легкая задачка. Пророчица редко вспоминала, что за пределами своих видений она — обычная женщина, с присущими эмоциями. И никогда не сосредотачивалась на них, чтобы изучить. Пока не встретила Кейна. Так что теперь она зациклилась на разборе противоречий, одолевающих ее. Думала о захватывающей дрожи и волнении, которое возникало, когда Кейн ненароком её касался, и о болезненном разочаровании, если он отстранялся. О беспокоящей неспособности сконцентрироваться, если он находился с ней в одной комнате и глупом страхе, когда он покидал отельный номер без неё. И это обычное для большинства явление всё нарастало, призналась Касси сама себе, прекращая смотреть невидящим взглядом сквозь стекло. Она едва ли замечала плавящиеся под обжигающими лучами летнего солнца улочки или увядающий поток туристов, которые до отказа заполняли автобусы, везущие пассажиров от одного казино к другому.

За последние четыре дня Кейн провел неоправданно много времени в поисках врагов, которые ему мерещились за каждым углом. Касси понимала, что им руководит не простая потребность защищать, но из-за отсутствия опыта в отношениях с другими людьми не могла понять, что же делала неправильно. Или, что важнее, как его остановить. Обернувшись, она посмотрела на часы, висящие над домашним кинотеатром. Минуло три часа, как Кейн ушел. Он оставил ее на дольше, чем обычно. Необъяснимое ощущение, что ее бросили, возросло еще на один пункт. В этот раз Кейн ушел навсегда?

Что легко можно понять. Ни один мужчина не захочет изображать из себя няньку для женщины, которая провела большую часть жизни, разглядывая проблески будущего. Если Кейн устал и решил не тратить время впустую, она не станет его винить. Но храбрые, благородные мысли покинули ее голову, разрушенные подавленным, тихим всхлипом, стоило её обонянию уловить знакомы запах Кейна. Он её не бросил…

Обняв себя за талию, Касси заставила себя остаться на месте, а не прыгнуть и повалить бедолагу, стоило ему появиться в люксе и закрыть дверь. К сожалению, она не смогла сдержать рваный выдох и слова, слетевшиеся с губ, которые не давали ей покоя.

— Ты вернулся.

Кейн выглядел уставшим, на подбородке проглядывала золотистая щетина, а под сапфировыми глазами залегли тени. Светлые волосы были взъерошены, словно он множество раз проводил по ним рукой. Под футболкой и джинсами проглядывали напряженные мышцы. И все же, он мгновенно перешел в режим сосредоточенности, как только увидел бледное лицо Касси. Кейн быстро, словно молния, оказался около нее и крепко сжал плечи.

— В чем дело? — он обвел взглядом ее стройную фигуру, убеждаясь, что она невредима. — Что-то произошло?

— Нет, просто тебя так долго не было. Я подумала… — Касси закусила губу, чтобы не обременять Кейна нелепыми страхами. Но он, конечно же, с легкостью прочитал ее мысли. Этот его трюк она не особо ценила.

— Извини. — Отступив на шаг, он провел ладонями по лицу. — Я не хотел волновать тебя.

— Куда ты ходил?

Он пожал плечами.

— Проверял отель.

Касси нахмурилась. Проверка отеля не могла занять три часа. Разве что он заглядывал в каждый номер.

— Чувствуешь неприятности? — спросила она

— Всегда.

В его голосе она уловила сухость. Его отнюдь не неприятности беспокоили. По крайней мере, не только они.

— Ты ведь знаешь, что не должен придумывать отговорки.

— Отговорки?

— За то, что уходишь. — Она пыталась говорить ровным тоном. — Очевидно, что тебе не нравится находиться здесь со мной.

— Не нравится? — От грубого неверия его глаза потемнели. — Ты так думаешь?

— Я чувствую твоё напряжение.

— Безусловно, это не неприязнь. — Она услышала, как Кейн скрежетал зубами. — Боже, как бы я хотел, чтобы всё было так, как ты говоришь.

Понимая, что вновь ошиблась, Касси нахмурилась.

— Тогда что тебя беспокоит?

— Мне нужно в душ.

Он резко скинул ботинки и направился в свою спальню. Спустя несколько минут Касси услышала шум воды. На какой-то сбивающий с толку момент, Касси было больно оттого, что Кейн ретировался. Что же в этот раз она сделала такого, что заставило его сбежать? Затем она уловила ни с чем несравнимый запах его возбуждения. Ох. Поэтому он в такой спешке ушел от нее? Потому что хотел заняться с ней любовью? Мысль волновала и опьяняла. Касси вздрогнула от вспышки желания, пронзившей её тело. А также от решимости разобраться с терзающей ее страстью. Хоть она и не понимала, почему Кейн предпочел принять душ, а не заключить её в свои объятия (чего она безумно жаждала) но знала: её терпению пришел конец, и ждать, пока он решиться на первый шаг больше не хотела. И прежде чем успела струсить, Касси пересекла гостиную и зашла в спальню Кейна. Да, у нее не было опыта, но можно ведь поддаться примитивным инстинктам. Что ей ещё нужно?

Она остановилась, чтобы скинуть одежду, а затем вошла в ванную, прошла по мозаичному полу и скользнула в душевую кабинку, размером с комнату. На нее, словно нежная ласка, хлынул поток воздуха с влажным паром, запахом мыла и мужской плоти. Касси затрепетала, ее соски напряглись в ожидании, когда Кейн повернулся к ней с настороженным взглядом.

— Касси. — Он выключил воду. — Какого черта?

Улыбнувшись, она подалась вперед, а Кейн прижался к стене. Его смуглое тело блестело от воды, а волосы были зализаны назад, открывая прекрасное лицо,

— Я пришла, чтобы снять твое напряжение.

Он зажмурился, словно от боли.

— Я меньше всего хочу, чтобы мне терли спину, солнце. Может позже.

Встав прямо перед ним, Касси провела ладонями по его широкой груди, упиваясь игрой мышц под ее прикосновением.

— Тогда скажи, что тебе нужно.

Он резко распахнул глаза, схватил ее за запястья, но не попытался убрать с себя ее ладони. Хвала богам.

— Тебе нужно уйти, прежде чем я совершу что-то, о чем мы оба пожалеем, — выдохнул он.

— Ты стал бы сожалеть, что занялся со мной любовью?

В его глазах блестело желание, хотя на лице отражалась невероятная мука.

— Ты специально пытаешься довести меня до безумия?

Она склонилась вперед и прикоснулась губами к шелковистой, гладкой коже его груди. Вкус Кейна напоминал жар и дикое животное. Восхитительно.

— Я лишь хочу помочь.

— Помочь? — еле слышно спросил он. Сердце Кейна бешено колотилось от затянувшегося поцелуя девушки, и запах волка внезапно наполнил воздух.

Касси почувствовала ответную реакцию своей волчицы. Несмотря на неспособность перекидываться, она все же оставалась чистокровным вером. Её звериная сущность металась прямо под кожей, беспокойна ища прикосновений этого мужчины.

— Ослабить твое напряжение.

Кейн внезапно застыл и чертыхнулся, очевидно, он был не в восторге от ее пояснения.

— Значит, ты готова отдать свою невинность ради секса из жалости? — прорычал он.

Она, смутившись от внезапной вспышки ярости, немного попятилась.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Моментально пожалев о грубости своих слов, Кейн скривился.

— Я хотел сказать, что не опустился до такого отчаяния, что ради секса готов забрать твою девственность.

Ах вот в чём дело. Касси расслабилась. Он просто защищал ее. Опять. Она провела губами по упрямо выпяченной челюсти Кейна.

— А что если я…

Касси почувствовала, как Кейн задрожал. Его мышцы напряглись так сильно, что удивительно, как его ещё не схватила судорога.

— Ты что? — хрипло потребовал он.

— В отчаянии, — с готовностью призналась она, прикусывая мочку его уха. — Переспишь ли ты со мной из жалости?

Кейн склонил голову и оборвал ее на полуслове поцелуем, от которого по телу Касси пронеслась обжигающая вспышка наслаждения. Кассандра ахнула, ухватившись за печи Кейна, когда пальцы на ногах поджались от удовольствия.

— Не говори так, — приказал он, не прерывая поцелуй.

Касси языком проследила точеную линию губ Кейна, наслаждаясь его стоном неприкрытого желания.

— Но ты ведь сказал то же самое, — мягко напомнила ему Кассандра.

— Я много всяких глупостей говорю, когда…

— Напряжен? — подсказала она, когда он замолчал, а на щеках заиграл румянец.

— Да, — хрипло ответил Кейн, и в наполненной паром ванной можно было увидеть, как его глаза засияли от пробудившейся волчьей сущности. — Касси, тебе действительно лучше уйти.

Но она в ответ лишь теснее прижалась к его обнаженному телу. У неё перехватило дыхание, когда его возбужденная плоть прижалась к ее животу. Оне ожидала таких размеров. Не только в длину, но и ширину. И жара, который обжигал ее кожу, словно раскаленное железо. Или это просто у нее воображение разыгралось. Касси не нервничала и не испытывала неуверенности, она жаждала Кейна. Да, она — девственница, но ни капли не сомневалась, что хотела его. На самом деле, он — единственный мужчина, который вызывал в ней желание, и которого она хотела. Целиком и полностью.

— Ты меня не хочешь? — потребовала она.

Кейн впился пальцами в ее бедра, словно разрывался между желанием прижать ее ближе или оттолкнуть прочь.

— Настолько сильно, что не могу ясно мыслить, — выдохнул он.

Касси осторожно провела пальцами вдоль линии его плеч и по изгибу шеи. Веры крайне избирательно разрешали кому-то прикасаться к своему горлу. И то, что Кейн не остановил её, доказывало одно: на самом примитивном уровне он уже принял Касси.

— Тогда займись со мной любовью.

Он напрягся, а глаза потемнели от боли.

— Нет.

Упрямец. Хорошо, что она не менее упряма. Она запустила пальцы в его влажные волосы, специально потираясь тугими бутонами сосков о его грудь и постанывая от крошечных вспышек чувственности, что пронзали тело и скапливались внизу живота. Боже…

— Почему нет?

Кейн выругался, впиваясь пальцами в нежную плоть ее бедер.

— Я не хочу лишать тебя невинности потому, что ты жалеешь меня.

Она замерла и в замешательстве посмотрела на него.

— То есть ты считаешь, что я тебя жалею?

— Зачем еще тебе быть в моем душе?

— Потому что я хочу…

Он хмурился, пока она изо всех сил пыталась подобрать слово, точно описывающее боль, ноющую глубоко внутри.

— Чего?

— Этого

Она не могла найти слов, но точно знала, чего хотела. Кроме того, значение разговоров явно преувеличивали, и при сложившихся обстоятельствах они явно были лишними. Заключив его лицо в ладони, она поднялась на носочки и прижалась к его губам в поцелуе, выражающем беззастенчивое страстное желание. Кейн замер, и Касси ощутила, как её надежды рухнули. Вот чем заканчиваются неловкие попытки обольщения. И когда Касси уже хотела отпрянуть, Кейн обнял ее и приподнял над полом, чтобы углубить поцелуй с удовлетворяющей поспешностью. В отличии от нее, Кейна обладал нужным опытом и умениями, чтобы превратить неловкое прикосновение их губ в восхитительное действие, наполненное чудом.

По телу Касси пронеслись волны возбуждения, когда Кейн языком ловко раскрыл ее губы и проник внутрь. Девушка задрожала. Святые угодники, это было так же чудесно, как она и представляла. Жадные прикосновения губ, соблазнительные движения языка, крепкие объятия, из-за которых было трудно сделать вдох. Но она нуждалась… В чём? Черт, она не знала. Понимала лишь, что Кейн недостаточно близко.

При помощи врожденной силы оборотня, Касси приподняла ноги и обняла ими Кейна за талию, и они оба застонали когда чувственная точка ее тела коснулась полностью возбужденного ствола Кейна. О, да. Именно это ей и было необходимо. Мысль едва успела появиться в её затуманенном разуме, как Кейн поднял голову и стал рассматривать её раскрасневшееся лицо взглядом, в котором полыхало сапфировое пламя.

— Касси, — простонал он, и его скулы заалели от румянца. — Боже правый. Ты не представляешь, что творишь.

Она провела языком по всей длине его шеи, слизывая капельки воды, задержавшиеся на коже.

— Пока нет, но думаю, ты меня научишь.

Он судорожно выдохнул.

— Я?

Тяжелый мускусный аромат окутал Касси, и она почувствовала, как член Кейна дернулся.

— М-м-м, — протянула она хриплым голосом.

— Нет. — Он провёл ладонью вверх по её спине и обхватил затылок. — Подожди.

Она уткнулась носом в ложбинку, где бился его пульс, и задумалась, что же делает не так. В романах никогда не описывались такие сложности, чтобы заставить мужчину заняться любовью с женщиной. Они всегда были готовы к действию.

— Что теперь? — спросила она.

Кейн застонал, когда она слегка прикусила его кожу.

— Сейчас не время для принятия таких важных решений в твоей жизни.

— Важных решений? — Подняв голову, она посмотрела прямо ему в глаза.

— Не кажется тебе это немного драматичным.

Он скользнул взглядом по ее раскрасневшемуся лицу, а затем по небольшой груди, которая так и молила обратить на нее внимание.

— Солнце, момент, когда я сделаю тебя своей, пошатнет весь твой мир, — проговорил он огрубевшим от возбуждения голосом.

— Я хочу этого сейчас, — пробормотала она, опускаясь до мольбы. — Прошу, Кейн.

Он стиснул челюсть и скользнул взглядом ниже, туда, где красоту ее кожи портила татуировка, прямо под пупком. — Тебя и без того достаточно использовали.

Касси с трудом преодолела желание прикрыть кроваво-красные мерцающие иероглифы, хотя Кейн уже видел метку повелителя демонов и ощущал холод, который исходил от странной тату.

— Но ведь сейчас речь не об использовании, — тихо поправила она. — А о том, чтобы разделить восхитительный момент. Кейн, ты нужен мне.

В это мгновение разлилась напряженная тишина, пока дикая потребность Кейна боролась с совестью. Касси, понимая, что и без того многое сказала, затаила дыхание. Меньше всего она хотела подтолкнуть его к тому, о чем потом он будет сожалеть. Затем, с низким рыком, он переместился в другой конец кабинки и усадил Касси на влажную скамью. Опустившись перед Касси на колени — так, что теперь их глаза были на одном уровне — он снял её ноги со своей талии и нежно их раздвинул. Как ни странно, но в этой новой позиции было больше чувственности, и это ощущение лишь усилилось, когда Кейн пробежался обжигающим взглядом по ее груди, животу, прямиком к женскому естеству, уже влажному от возбуждения.

— Кейн, — выдохнула она, прослеживая пальцами линию гордого лба, затем спускаясь вниз по переносице.

Когда он поднял голову, чтобы встретится с её уверенным взглядом, его глаза больше напоминали волчьи, чем человеческие.

— Господи, ты такая красивая.

Кассандра улыбнулась, отчего появились ямочки на щеках.

— Нет, это ты красивый.

Он сжал ее пальцы, которыми она изучала черты его лица, и прижал их к губам.

— Я — бессмертный ублюдок, у которого нет права изведать блаженство, — поправил он ее жестким тоном. — Но если ты хочешь предложить мне рай, я схвачусь за него обеими руками.

Касси открыла рот, но не смогла произнести ни слова, Кейн лишил её дара речи, когда склонился к основанию шеи и оставил влажный поцелуй. О-о-о. Она инстинктивно обняла его за плечи и запрокинула голову, предоставляя лучший доступ. Кейн спускался ниже, исследуя её губами — по линии шеи, подбородка, а затем коснулся губ в обжигающе-требовательном поцелуе. Ее волчица заворчала от удовольствия, от голода, с каким он сминал её губы, и Касси провела ногтями по спине Кейна.

Все еще окруженные исчезающим паром и тишиной безумно дорогого люкса, они находились в собственном мире. Кроме поцелуя и прикосновений пальцев Кейна, когда он убирал ее волосы, не существовало ничего. Касси застонала. Вода была выключена, но она чувствовала себя, словно тонула в приливной волне ощущений, мчащихся по телу. И словно почувствовав, насколько возросло возбуждение Касси, Кейн оторвался от ее губ и стал покрывать поцелуями ее лицо. Он с нежностью ласкал каждую линию и изгиб, прежде чем переключиться на чувствительную кожу шеи.

— Да, — поддержала Касси, когда Кейн медленно опустил руки и обхватил ноющие груди.

— Прекрасна, — пробормотал он.

Она едва разобрала его слова, выгибаясь от удовольствия и закрывая глаза под легкими ласками его пальцев, дразнящих сжавшиеся бутоны. Кто знал, что ее грудь могла быть настолько чувствительной? Или что его ласки могли доставить столько удовольствия? Которое превратилось из чувственного в разрушающее, когда Кейн склонил голову и втянул в рот одну вершинку. С губ Касси, ёрзавшей по мраморной скамье, сорвался тихий вскрик, и она запустила пальцы в его густые волосы.

«Так это и называли возбуждением?» — подумала про себя Касси, дрожа от действий Кейна языком и зубами, которые сжигали ее. Она ни за что не желала, чтобы он останавливался, но все же… Между ног чувствовалась ноющая пустота, требующая внимания.

— Кейн, — проговорила она, веря, что он поймёт, в чём она нуждается.

— Терпение, крошка, — поддразнил он.

Она хотела воспротивиться, но когда он сконцентрировал внимание на другой груди, решила, что терпение — не так плохо. Особенно чувствуя прикосновение умелых пальцев, когда Кейн скользнул ими по бедру и ниже по ноге. Касси уперлась головой в стену, пока он продолжал с нарастающим упорством ласкать ее грудь, скользя пальцами по внутренней стороне ее бедра. Он почти там, где нужно. Почти. И, наконец, он коснулся её.

— Ох.

Сердце колотилось о ребра, пока Кейн пальцами проникал в ее влажный жар. Ее только что поразила молния? Казалось невозможным, что электрический разряд может пронзать от простого прикосновения. Когда Кейн прикоснулся к жемчужине сладострастия, он доказал теорию Касси.

— Тебе нравится, солнце? — прохрипел Кейн.

Нравится? Она застонала, задумываясь, что могла стать зависимой от его умелых ласк. Но когда от безграничного удовольствия её мышцы начали сжиматься, Касси обхватила лицо Кейна руками.

— Я хочу тебя, Кейн, — прохрипела она. — Хочу ощутить тебя внутри себя.

Сапфировые глаза потемнели от первобытного голода, но, что удивительно, он не стал поднимать ее со скамьи и совершать греховные действа. Вместо этого, Кейн проложил дорожку легких поцелуев по ее груди, спускаясь вниз по плоскому животу. Какого дьявола он делал? Ответ пришел сам, когда он шире развел ноги Касси и наклонился вперед, чтобы заменить свои пальцы языком. Хвала святым небесам

Забыв о ноющей необходимости почувствовать Кейна, лишающего ее невинности, Касси застонала, запутывая пальцы в его волосы, стоило ему провести языком, прикусить и подразнить ее плоть с безошибочным мастерством. И она не была против его очевидного опыта, призналась себе Касси, особенно когда он проник языком в ее тугое лоно, а затем вновь вернулся к напряженному комочку нервов. Конечно, если применял он своё исключительное мастерство только к ней.

Дыхание Касси стало поверхностным, а удовольствие все сильнее наполняло тело, заставляя в предвкушении поджимать пальчики. Ох, Господи, как восхитительно. Так потрясающе. С легкостью осознав, что она приближается к пику, Кейн сильнее ухватил ее за бедра и втянул бутон в рот. И этого хватило, чтобы Касси персекла грань чистейшего экстаза. Вскрикнув, она едва понимала, что сотрясается всем телом, пока Кейн не провел языком по ее лепесткам в последний раз. Затем поднял на ноги и крепко обнял.

— Ш-ш-ш, — успокаивал он ее, прижимая губы к виску.

Она вцепилась в его плечи, пока крошечные отголоски пережитого сотрясали ее тело.

— Это было…

Он улыбнулся от её попыток подобрать нужные слова.

— Да?

— Почти идеально, — выдохнула она.

Она почувствовала, как Кейн напрягся, затем поднял голову и внимательно на нее посмотрел.

— Почти?

Касси улыбнулась от его недовольства. Вполне очевидно, он был огорчен тем, что она не посчитала только что произошедшее самым ярким событием жизни. А затем, не отводя взгляда, провела рукой по его груди. Кейн задержал дыхание, когда она скользнула по его животу.

— Касси?

— Я хочу разделить с тобой удовольствие.

Застонав, он схватил ее за запястье.

— Так и будет.

— Когда?

Стиснув зубы, он с шумом выдохнул.

— Когда минует опасность, и ты сможешь ясно мыслить.

Хотя Касси и была меньше Кейна, но оставалась чистокровным Вером и ее сила многих удивляла. Она выкрутила руку из его захвата и, наконец, смогла добраться до цели.

— Ты можешь быть моим защитником, но не смеешь говорить, что я не в состоянии решить, чего хочу. — Она обхватила ладонью его налитый ствол. — Или когда.

Он чертыхнулся, но ему хватило ума не играть в перетягивание каната. Не в тот момент, когда в ее руке такой нежный «канат».

— Я не лишу тебя невинности, — прорычал Кейн.

— Хорошо. — Она уже была готова к его упрямству, и поцеловала его грудь, прямо там, где под кожей билось сердце. — Тогда, я найду другой способ разделить удовольствие.

— Господи, — выдохнул Кейн, когда Касси приблизила губы к его соску.

Она не представляла, что для него это будет также приятно, как когда он проворачивал такое с ней, но надеялась, что он даст ей наводку. В идеальный момент, Кейн слабо застонал и впутал руку в ее волосы, прижимая к своему телу. Именно такое поощрение и нужно было Касси. Позволяя волчице присоединиться к игре, Касси лизнула сосок Кейна, двигая рукой по его жесткой длине. Его плоть была удивительно гладкой и теплой. Потрясающе теплой. Из чистого любопытства, Касси скользнула рукой к основанию его члена и нашла тяжелый мешочек. Кейн дернулся и запрокинул голову, она встретилась с ним взглядом.

— Прости, я сделал больно? — прошипела она.

— Я… — Он пытался сглотнуть. — Нет, мне не было больно.

— Ах.

Он наслаждался ее ласками. И сильно. С ехидно улыбкой, она вернулась пальчиками к кончику его ствола, на котором выступили капельки наслаждения. Он легко растерла их, кружа у основания головки, а затем вновь скользнула рукой по всей длине. Она дважды повторила такую ласку, затем Кейн тяжело выдохнул.

— Ради Бога, Касси не мучай меня.

Хотя мысль помучить Кейна, заставив молить об освобождении, была довольно соблазнительной, Касси сострадала его отчаянному желанию. Несколько недель они мчались к этому моменту. Позже, она станет наслаждаться своей властью над ним, заставляя несколько часов ждать, прежде чем доставит удовольствие. Встав на носочки, она прижалась к его губам в нежном поцелуе.

— Покажи мне.

Сдавленно застонав, Кейн положил свою руку на ее, сильнее сжимая свою длину. Затем медленно направил ее руку вперед и назад, двигая навстречу бедрами и с шипением выдыхая сквозь стиснутые зубы. Касси чувствовала, как под бархатной кожей, по венам несется кровь, а в воздухе сгущается мускусный аромат. Она инстинктивно увеличила скорость, наслаждаясь низким ободряющим стоном Кейна.

— Да… вот так, — прорычал он, положил руку на затылок Касси и притянул ее к своей шее.

Ее волчица точно знала, чего он хотел и без раздумий, Касси впилась зубами в основание шеи Кейна. От взорвавшегося на языке чисто мужского вкуса, по ее телу прокатилась еще одна волна оргазма. В этот же момент, Кейн вскрикнул, толкнулся еще раз в ее руку и теплая струя семени ударила Касси в живот.

— М-м-м. Прекрасно. — Она слизнула капельки крови, выступившие от ее укуса. — Можем повторить?

Спустя несколько часов, Кейн лежал на широкой кровати, обнимая Касси. Как и следовало ожидать, стоило голове коснуться подушки, она провалилась в глубокий сон, а он остался лежать без сна, наблюдая за ней с ошеломляющим изумлением. Он — дурак. Что, конечно, не новость. Он так усердно старался не прикасаться к этой прекрасной, слишком уязвимой волчице. Ледяной душ, долгая пробежка по пустыне, часы патрулирования шестидесяти этажного отеля на предмет опасности. Но одно нежное прикосновение Касси — и все благие намерения вылетели в окно. Вернее, в трубу слива душа. Кейн подавил стон, воскресив в памяти полуденные события. Каждый поцелуй, пробное движение руки, каждый стон. И утешением служило лишь то, что хоть он и забрал ее невинность, девственность осталась нетронутой.

А так ли это важно? Кейн скривился, не желая сосредотачиваться на таком опасном вопросе. Проще назвать себя благородным, признать, что хотел отвести от Касси опасность и дать возможность ясно размыслить над последствиями столь важного решения. Он не хотел прислушиваться к тоненькому голоску, который напевал, что если Кейн лишит девственности Касси, то привяжет себя к этой красавице-перевертыше. И если однажды сделает своей, уже никогда не сможет отпустить. И не важно, чего она хотела. Пара….

С низким рыком, он отогнал мысли об этом пугающем слове. Нет, даже не думай. И без того ситуация плоха. И словно в подтверждении догадки, Касси перевернулась во сне и прижалась к нему с немым доверием, заставляя сердце Кейна трепетать. Черт. Нельзя было позволять ей ложиться с ним в одну постель. Не только потому что он — полноценный, далеко не святой мужчина, и что ощущение ее теплого тела, едва прикрытого ночнушкой, которую он ей по глупости купил, заставляло его плоть до боли напрягаться от желания. А всё потому, что прямая близость затрагивала скрытые точки, которые Кейн не желал оголять. Ну да, у него не было выбора. Один умоляющий взгляд этих изумрудных глаз и он был повержен. Жалок. С печальной улыбкой, Кейн зарылся в шелковистую мягкость ее волос. Что оставалось бедному мужчине?

Рассеянно погладив спину Касси, Кейн приблизился к моменту, когда практически уснул, но внезапно ощутил, как напряжены мышцы Касси. Нахмурившись, он поднял голову. Спит ли она или он ее нечаянно разбудил? Ответом послужили ее распахнувшиеся глаза, прекрасный изумрудный цвет которых заволокло тревожной белой пеленой.

— Касси. — Он встряхнул ее в нелепой попытке разбудить. — Касси.

Не обращая на него никакого внимания, Касси стряхнула его руки и встала с кровати. Затем, словно робот, направилась прочь из спальни.

— Черт. — Вскочив с кровати, Кейн быстро натянул джинсы и свитер, брошенные на кресло. За пояс засунул глок и, схватив халат, висящий на ручке ванной, поспешил за Касси.

Бесполезно ее останавливать. Затерявшись в видении, Касси не остановится, пока не достигнет цели. Была ли целью гостиная, где Касси сплетет очередной странный, мерцающий иероглиф — предсказание, или придется пересечь пол страны? Всё, что мог сделать Кейн — не дать ей себе навредить. В гостиной оказалось пусто, а входная дверь только что захлопнулась. Чертыхаясь, Кейн поспешил в коридор, догнав, наконец, Касси, заходящую в пустой лифт.

— Подожди, детка, я с тобой, — проговорил он, заходя в маленькую кабинку, в момент, когда Касси нажала кнопку вестибюля.

Она смотрела прямо перед собой, на лице никаких эмоций, даже когда Кейн накинул на нее халат и завязал пояс. Он скривился, по крайней мере, в отеле было тихо. Если не брать в расчет отвратительную музыку, доносящуюся из динамиков в лифте.

Странная пора — часы перед рассветом. Промежуток времени, когда даже самые заядлые игроки возвращаются в постели, а те, у кого начинается смена, потягивают первую кружку кофе. Они с Касси избегут случайных зевак и, что еще важнее, толп народа, в которых может скрываться враг.

Лифт немного вздрогнул и остановился, металлические двери разъехались, открывая перед ними вестибюль, в который Касси незамедлительно вошла. Она двигалась размеренным темпом, шагая по кафельному полу прямиком к стеклянным дверям, ведущим на улицу.

Кейн всё время оставался рядом. Отрицательно мотнув головой водителю, который лениво прислонился к лимузину в ожидании клиентов, вер схватил Касси, которая практически вышла навстречу мчащемуся по дороге такси, за руку.

— Подожди, — скомандовал он, отказываясь отпускать ее, пока не убедиться, что горизонт чист.

Она смирно стояла, в безмолвии ожидая, когда же Кейн ее отпустит, чтобы продолжить путь и, быстро перебежав через дорогу, направиться на другой конец города. Вздыхая, Кейн брел позади. Если у него не сложиться на поприще рыцаря-защитника, сможет сделать карьеру, как регулировщик транспорта у школ. Надо это рассмотреть.

Сфокусировавшись на этой абсурдной мысли, а не на растущей панике за Касси, погруженной в свои видения, Кейн все же был на стороже, пока они обходили аэропорт и направлялись в пустыню. Хотя, остерегаться здесь особо не было чего. Пара койотов, ящерицы, змеи… Никто из них не сможет навредить чистокровному Веру. Слава Богу.

В итоге, яркий свет фонарей города остался далеко позади, и все признаки цивилизации были скрыты бесплодными просторами пустыни. Касси все так же шла вперед, не обращая внимания на прохладный ветерок и тишину. Куда, черт подери, они идут?

Через полчаса он получил ответ на этот вопрос, хотя смысла так и не увидел. Касси остановилась посреди впадины с плоским дном, ветер развевал ее светлые волосы. Затем, словно внезапно обезумев, она упала на колени. Кейн выругался, отпрыгивая в сторону, когда она схватила острый камень и начала лихорадочно рисовать символы на высохшей земле. Кейн стиснул зубы, сопротивляясь природному инстинкту поднять Касси из грязи и утащить в безопасность гостиничного номера. И даже несколько мучительных минут ему это удавалось, но когда его обоняния достиг запах крови Касси, благие намерения разбились вдребезги. Коленки Касси были разодраны, а ладони исцарапаны о камень. Достаточно.

— Касси. — Он хотел сделать шаг к ней, но его остановил чей-то тихий голос.

— Не вмешивайся, Вер.

Этот звук, в сочетании с запахом серы, заставил Кейна развернуться, вытаскивая из-за пояса пистолет.

Он прищурился, рассматривая маленькое создание прямо позади него. Дерьмо. Как ей удалось так близко подкрасться? Хотя она совсем не выглядела угрожающе. Её рост едва ли составлял три фута (91 см), крохотная фигурка была скрытая белым одеянием, сияющим под светом луны. А личико в форме сердечка казалось совсем уж детским, и его хрупкие черты создавали иллюзию невинности. Пока не заметишь острые, словно бритвы, зубы и огромную силу, скрытую в глубинах темных, миндалевидных глаз. Это существо было столь же беспомощным, как ходячая граната. Или ядерная бомба.

Его волк пришел в боевую готовность, рука Кейна не дрогнула, когда он направил дуло пистолета прямо в грудь существа.

— Кто ты? — прорычал он.

Она подняла крошечные ручки, словно пытаясь убедить его доверять ей.

— Янна.

Он положил палец на спусковой крючок.

— Назови хоть одну причину, чтобы не всадить пулю в твое сердце.

Она склонила голову на бок.

— Человеческим оружием ты меня не убьешь.

Не удивленный этим, Кейн пожал плечами.

— Значит, разорву тебе глотку.

— Нет надобности в угрозах. Я здесь не для того, чтобы причинить вред твоей паре.

— Она не… — Он оборвал свое смехотворное оправдание на полуслове. — Тогда зачем?

— Предупредить. — Она прищурила темные глаза, когда ясно услышала щелчок взведения курка. — Черт подери, что с тобой? Я сказала предупредить, а не угрожать.

— И почему я должен поверить созданию, появившемуся из воздуха, чтобы просто передать загадочное предупреждение? — съязвил он, передвигаясь так, чтобы прикрыть своим телом Касси, все еще неистово копающуюся в грязи.

Крошечная демоница не отводила глаз от Кейна, что было очень разумно. Один взгляд на уязвимую Касси — и Кейн оторвёт ей голову. По крайней мере, попытается, про себя поправился он, содрогнувшись, когда Янна позволила крохотной части своей силы отразиться в глубинах глаз.

— Предупреждение не загадочно, — заверила Янна. — На самом деле, яснее просто некуда.

— Отлично, я в игре. — Словно у него был выбор. — Что за предупреждение?

— В ближайшем будущем Касси будет настаивать, чтобы ты ее оставил.

Оставил? Кейн тут же разозлился.

— Нет

Янна тяжело выдохнула.

— Почему мужчины так всё усложняют?

— Ты пророчица? — выдавил он сквозь стиснутые зубы.

— Нет. — Демоница покачала головой, от чего длинные косы скользнули по спине. — Лишь у Касси есть этот дар.

— Дар? — Кейн чертыхнулся. — Чертово проклятье.

— Вероятно.

Он опустил пистолет, опасаясь, что в своем теперешнем состоянии мог натворить глупостей. Это его привычный принцип действия. Кроме того, вряд ли от этого будет хоть какая-то польза.

— Если ты не пророчица, откуда тебе знать, на чем Касси будет настаивать в будущем?

— Моя мать — Силджар, Оракул.

— Дерьмо. — Последнее, что было нужно Кейну, так это вмешательство комиссии, или как он их называл заноз-в-заднице-правящих-миром-демонов. — Откуда она узнала?

— У нее талант ощущать первоисточник.

Кейн скорчился, узнавая термин. Который означает, что Касси важна для будущего мира, а ее судьба написана на звездном небосклоне.

— Нить судьбы, — пробормотал он.

— А ты не просто милашка. — Янна блеснула острыми зубами. Жуть. — Необычно.

— Стараюсь, — сухо ответил он. — Но все еще не вполне понимаю, зачем ты здесь.

— Судьба всех нас лежит на плечах юной Касси.

— Что ж, лично я считаю, судьба может идти туда, откуда пришла, — отрезал Кейн, понимая, что говорит, как ребенок. Но, проклятье, он стоял посреди пустыни не в состоянии помочь женщине, защитой которой одержим, которая писала что-то в грязи, содрав руки до крови. И имел полное право думать, что судьба или рок, или как бы там еще это ни называлось — абсолютный отстой.

Что-то отдаленно напоминающее сочувствие промелькнуло на лице в форме сердца.

— Такова ее судьба, — тихо проговорила Янна, — но она не должна идти этим путём в одиночку.

— Она не одна. — Кейн нахмурился. — Или ты о ее сестрах говоришь? Касси отказывается связываться с ними.

— Нет, я говорю о тебе. Ты никогда не должен сомневаться.

Сомневаться? Она шутит? Злость вернулась, наряду с интересом.

— Ты сомневаешься в моей преданности?

— Нет, но как у большинства альфа-самцов, в тебе больше гордости, чем здравого смысла.

— Что это, черт возьми, значит?

— Я уже сказала. — Янна посмотрела на него, словно задумавшись: всегда ли он так глуп. — Касси окажется на перепутье и тогда попросит тебя уйти. Ты не должен позволить ей оставить тебя.

— Она никуда не пойдет без меня, — отрезал Кейн. — Никогда.

Эхо его яростных слов все еще летало в воздухе, когда из-за спины Кейна раздался слабый стон. Он обернулся, его сердце остановилось при виде Касси, упавшей на землю.

— Черт. — Он опустился на колено рядом с ней, но, перед тем как прижать к груди стройное тело, вытащил из её ладони камень. Поскольку не желал получить им в голову — ведь Касси все еще могла быть под воздействием видения. Он прижался губами к ее лбу, а когда ее ресницы дрогнули, отстранился. Ее глаза вновь стали изумрудными. Слава Богам.

— Кейн? — прохрипел она.

— Я рядом.

Она моргнула, ошеломленно замечая звездный небосвод над их головами, затем привстала и окинула взглядом бесплодную пустыню.

— Где мы?

Он скорчил гримасу.

— Посреди чертова нигде.

Она в недоумении свела брови.

— Я думала…

— О чем?

— Мне показалось, что я слышала голоса.

Вот черт. Кейн повернул голову. Он напрочь забыл о странной гостье. Ушла. Хвала Господу. Ему плевать, зачем приходила Янна, или как ей удалось бесследно появиться и исчезнуть. Главное, что могущественной демоницы не было рядом с Касси. Он вновь посмотрел на женщину в своих объятьях.

— Мы одни, — тихо заверил он ее. — С тобой все хорошо?

— Думаю, да. — Она аккуратно вырвала руку из его безжалостной хватки, озадаченно всматриваясь в заживающие царапины. А затем, словно в поиске причины появления этих ран, обратила внимание на глифы, которые нарисовала на почве посреди пустыни. — Это я сделала?

— Практически Пикассо, — пошутил Кейн с дразнящей улыбкой на лице, помогая Касси подняться. Он не собирался вываливать на нее свой самый страшный кошмар, что настанет день, когда Касси потеряется в видении и больше не вернется. И без того у нее предостаточно проблем. — Ты случайно не знаешь, зачем ты это сделала?

— Нет, но полагаю, что именно поэтому мы здесь.

Отличные новости. По крайней мере, стоило надеяться, что это так. Он устал от попыток защитить Касси в столь перенаселенном районе. Конечно, гарнатий, что их не забросит в место похуже не было. И на этой счастливой мысли, Кейн указал на глифы.

— Что тут написано?

— Предупреждение. — Касси нахмурилась, вертя головой. — По крайней мере, я думаю, что это оно.

Он приподнял ее лицо за подбородок, чтобы всмотреться в бледные черты. У него ёкнуло сердце. Боже, она была так прекрасна, освещенная лунным светом.

— Как так получается, что ты пишешь пророчество, но не знаешь о чем оно?

— Оно не для меня, — ответила она, словно это все объясняло.

— Для кого же?.. — Когда Касси качнулась от усталости, Кейн резко встряхнул головой. — Не важно, — пробормотал он, беря ее на руки. — Здесь всё?

— Да

Он взглянул в глубину изумрудных глаз.

— Значит, можем вернуться домой?

— Домой?

— Ты предпочла бы направится куда-то еще? — спросил он, молясь, чтобы она ответила нет.

Она нахмурилась.

— Нет.

— Тогда что?

— У меня никогда не было дома.

Опасная, пьянящая теплота пронзила сердце Кейна и разлилась по телу. Кейну было плевать на это. Склонив голову, он коснулся ее губ своими в трепетной клятве.

— Теперь есть.

Загрузка...