Брачные контракты

Глава 73

Из дворца кир Трифонг я удалялась в глубокой задумчивости. Кто бы мог подумать…

Почтенную кир, в первую очередь, интересовали морские путешествия. Не сказки и легенды, а новые земли, новые товары и торговые пути.

По существующим правилам, она обязана была служить брату и стране, не подвергая корону опасным претензиям от возможной семьи. Тяжела участь дочерей архауса — безбрачие, не все справлялись с ней достойно. Кир Трифонг не стала заводить десяток любовников и рожать незаконных детей, как до неё делали десятки царственных девиц. Если и были у неё увлечения, их она хранила в тайне. Зато ещё в молодости увлеклась морем.

Сама намертво привязанная к суше обычаями и законами, не имеющая ни мужа, ни детей, кир посвятила своё время составлению карт и чертежей кораблей, сбору сведений о морских дорогах и островах. И, в том числе, в круг её интересов входили запасы пищи и воды. Оказывается, именно она в своё время финансировала опыты по заготовке солонины. И немало гордилась результатом. Да, еда эта не всегда оправдывала ожидания, но и лучше никто ничего предложить не мог. Потому-то, как только ей доложили о новой возможности длительного хранения пищи, она решила всё разузнать сама.

С архисом Трейдом у кир Трифонг были хорошие деловые отношения и некое, не демонстрируемое публично, соревнование на тему – кто лучше. Разумеется, всё это только на уровне светских шпилек, не более. Слишком серьёзные вопросы, чтобы утаивать друг от друга важную информацию.

лично мне кир Трифонг предложила любую необходимую помощь. И некоторый возможный бонус, весьма для меня симпатичный. Именно обсуждение этого бонуса и продержало меня в кабинете почтенной кир так долго. Но о времени я не жалела.

Под мои эксперименты выделили и хорошую материальную базу, и мастеров. Всё упиралось во время. Его у меня, к сожалению, было маловато. Пришлось перекраивать график работы школы. Так я выделила два дня на консервные заботы. Правда, осталась без выходных.

Закончилась осень и началась зима. Не слишком приятное время года, хотя и не долгое здесь. От кируса Марта никаких вестей пока не было, да и ждать их раньше весны не приходилось.

Я довольно много работала. Группы в кондитерской школе уже перекроили. В первой трудились и учились мастера, которые обучались лучше и быстрее других. Выпуск этой группы будет самой ранней весной. Остальные – чуть позже.

В доках началось строительство нового судна. Кухню на нём будут делать по моему плану. Это будет не слишком большая бригантина – с двумя мачтами, с косыми и прямыми парусами. Для её обслуживания не нужна многолюдная команда. Планировалось около четырёх человек офицерского состава и тридцать пять-сорок – нижних чинов. Зато в ней были устроены спальные места для всех. Да, обычные гамаки, но это лучше, чем вповалку и где попало.

Иногда кир Трифонг приглашала меня к себе днём. Несколько раз я даже была удостоена чести пить чай вместе с ней. Но это, всё же, большая редкость. Работала я много и к концу весны окончательно выдохлась.

По-прежнему не было вестей от Марта…

На партию консервов из пятидесяти банок приходилось один-два процента порчи. Не на каждую партию. Потому я подозревала, что или рабочие нарушают условия стерилизации, или дело в браке самой банки. Но пока что таких больших партий мы приготовили всего две – ждали конца лета, чтобы удешевить сырьё для закупки.

Проблему заливки для консервов я решила. Лак был хорош тем, что давал чуть пластичную массу после застывания. Не слишком удобно было её удалять, чтобы открыть консервы, зато потом банку можно было использовать – сколов от очистки не появлялось. По моему настоянию, на каждую банку наносили маркировку:

1.Название блюда

2.Мастер, закрывший банку

3.Дата консервации

Четвёртый пункт маркировки размещался на самом дне банки – клеймо мастерской, изготовившей её.

На берегу моря, не так далеко от доков, кир Трифонг выделила склад, куда отвозились все товары. Сами по себе цилиндрические сосуды были довольно хрупкие. Если уронить – бились. Потому каждый из них ставили в высокий ящик и засыпали сухим песком. За это лето мы точно узнаем, сколько из них сохранятся в жаре и влажном климате.

Мои отношения с кир Батори так и не сложились. Дама ездила со мной в цех, злилась, что я не устраиваю приёмов и не завожу приличных знакомств, часто бурчала и по мелочи, как могла, мотала мне нервы. Держалась я только потому, что понимала – скоро всё закончится. Закончилось всё даже скорее, чем я предполагала. Я точно узнала, что это от неё пошла утечка информации для кир Трифонг о консервах – кир Батори сама, достаточно ехидно, намекнула мне на это. Ну, нет ума – горбатого могила исправит… После не слишком приятного разговора с кирусом Невро, почтенная кир покинула мой дом.

Корабль Марта вернулся в середине лета. Кирус сильно похудел, тонкие морщинки обозначились сильнее. Он выглядел старше, но и гораздо интереснее внешне. Сказать, что я почувствовала, когда Сета доложила о его приходе – сложно. Я просто слетела вниз по лестнице, чудом не убившись, и ткнулась ему в грудь. Бережно обнимая меня за плечи и прижимая к себе, он шептал мне в ухо о… не важно, о чём. Пусть это останется только между нами…

Наконец, я смахнула слёзы и смогла совладать с голосом:

— Я рада вас видеть, кирус Март!

Он улыбнулся и протянул мне огромный деревянный ларец, обвязанный широким кожаным ремнём.

– Я часто думал о вас, кир Стефания. И когда корабль ремонтировали на островах, вспоминал вашу страсть к ракушкам.

Они были прекрасны! Витые, как рог, плоские, как мелкое блюдо, шипастые и рогатые. Ни одна из них не была похожа на другую – природа не повторяется никогда! Я сидела на ковре, прямо у стола с кучей вкусностей, которые спешно выставила ман Сета, и разбирала свои игрушки под неторопливое повествование Марта:

— … вода к тому времени совсем стухла. Если бы не этот шторм, неизвестно, как бы мы выжили. А так, нас, провидением Всевышнего, просто выкинуло в эту бухту. Ну, там и ремонтировались больше месяца. Если бы вы видели, кир Стефания, какая там природа! Самое удивительное, что ни на одном из трёх островов архипелага нет людей. Мы, во всяком случае, провели там почти три месяца. Глупо было бы отправляться назад, не осмотревшись. Жемчуг, удивительная древесина тёмного цвета, плотная, с трудом поддающаяся топору. А есть другая, красивого оранжевого цвета с тёмными разводами. Ещё мы привезли новый вид перца и несколько разновидностей ароматных трав – там этого избыток, он растёт прямо в лесах… Огромные площади, пригодные к заселению!

— Сколько занял путь до архитеонии?

— Почти два месяца при хорошей погоде. На обратном пути нам везло, надо сказать… Там есть течение, которое несло нас с хорошей скоростью добрую часть пути. Гораздо сложнее будет – доплыть туда. Получается, что большая часть пути пройдёт против течения. Соответственно, и путь будет значительно длиннее – придётся идти галсами. Возможно, именно из-за течения и не находили раньше эти острова. Мы назвали их – острова святого Триона. А остров с водопадами назвали Сан-Стефано. Капитан позволил мне самому выбрать название.

На глаза мне снова непроизвольно навернулись слёзы – всё же, пусть я и взрослая, и прожжённая, и бизнес-акула… Чёрт, как это здорово и удивительно! И романтично, пропади всё пропадом! Иногда мне кажется, что, общаясь с Мартом, я теряю часть здорового жизненного цинизма.

— И что теперь, кирус Март?

— Сложно сказать, кир Стефания, сложно… Там очень богатые земли, почва жирная и прокормит огромное количество людей. Местами леса даже переходят в джунгли. Есть хищники, мы видели очень крупных животных, есть масса зверья для охоты – косули, антилопы, разная мелочь. Мне очень приглянулся один из островов – там целая сеть водопадов. Как жаль, что вы этого не видели! Есть змеи и их не так и мало. Я разговаривал с одним из тингов, он с северного края архитеонии, был в молодости пастухом. Он всегда, когда ночевал на земле, делал круг из толстого шерстяного шнура и спал в нём – утверждает, что это отпугивает и насекомых, и змей.

Разговор затянулся до самого вечера, нам жаль было расставаться. Кир Гинза, единственная из нас, наконец-то вспомнившая о приличиях, буквально выставила Марта за дверь.

Уснула я далеко не сразу. Слишком взбудоражил меня его рассказ. И даже усыпая, я видела во сне прекрасные горы с шапками снега, искрящиеся в закатных лучах солнца водопады и необыкновенное пресное озеро, в котором видно каждую радужную рыбёшку…