Бюро «Лукоморье». Дело об исчезающей сказке

Глава 2

Достигаю крыльца и вот тут-то слышу это. Какофонию звуков, состоящих из криков, возмущений, причитаний. Кажется, кто-то даже подвывал.

– А что, собственно говоря, здесь происходит? – замираю на пороге и обвожу взглядом собравшуюся толпу.

– Алена, наконец-то! Спасай! – мелькает кучерявая копна волос где-то позади всех. По-моему, Кощеев сейчас даже прыгает, что увидеть меня. Потому что каштановый вихрь то взмывает вверх, то прячется за спинами наших посетителей.

– Товарищи, будьте любезны, пропустите моего помощника. – Я машу рукой в его сторону.

– А этому молодому козлику полезно попрыгать, – подает голос бабуля в цветастом платочке на голове. – А то, ишь, сидел тут, важный. Нога на ногу, умничал больно много. То не положено, се не положено. Мол, главных нет, заяву не принимаю. А нам что делать, коль беда приключилась?

– Баб Маш, добрый день, – киваю ей. – Снова к нам?

– Как видишь внучка, – пожимает она плечами, опираясь на тросточку. – Укатился поганец, нигде найти не можем.

– Да вы к нам сразу со свидетелями, – присвистываю я, оглядывая остальных.

Медведь в заляпанном краской комбинезоне, лиса с бигудями на голове, заяц с тяпкой в лапах и волк с раздувшейся щекою.

– Теперь хоть понятно, кто выл, – бормочу себе под нос, а затем откашливаюсь. – Так, все в мой кабинет. Говорим по очереди, никого не перебиваем, никого не обвиняем. Баб Маш, вас это касается в первую очередь.

– А я-то что? – бабуля делает вид, будто не понимает.

– Все то же, что и на базарчике, и на почте, – иду вперед, возглавляя всю процессию. – Жалобы на вас поступали, что везде суету наводите.

– Да я ж… это… не со зла, – поджимает она губы. – Да и чуть-чуть ведь суеты той навожу. Накажете за это?

– Не в наших полномочиях. – Я открываю дверь и первой захожу внутрь. – Милости прошу, с последней нашей встречи ничего не изменилось и стульев не прибавилось. Располагайтесь, где сможете.

Естественно, лиса первой заняла единственный стул для клиента. Остальным пришлось встать за ее спиной.

– Слышь, рыжая, совесть есть? – медведь сначала постукивает пальцем по плечу лисицы, а потом кивает на бабулю. – Ей уступить не хочешь? Возраст уважать все-таки надо.

– Да она шустрее всех нас вместе взятых, – ворчит лиса в ответ, но со стула все же встает. – Такая солидная контора, а удобств никаких.

– Такая солидная сказочная героиня, а уже в четвертый раз оказывается у следователя на допросе. – Не остаюсь я в долгу. – Где были во время исчезновения нашего героя?

– А почему сразу я? Самая рыжая, что ли? У волка, вон, в лесу тоже репутация не очень, – возмущается она.

– А шо сразу я? – у волка округляются глаза. – Я вообще у стоматолога был и зуб лечил. Вон, смотри, до сих пор десна опухла. Знаешь, как бо-о-ольно?

На последнем слове он завыл, пытаясь широко открыть рот и продемонстрировать нам свою проблему.

– А я с совой красоту наводила. – Лиса тычет лапой в бигуди на своей голове.

– А я в берлоге ремонт заканчиваю, – басит мишка.

– А я морковку полол. – Заяц постукивает тяпкой по полу. – Прямо с грядки сорвали посреди работы.

– Ясно. – Я тру переносицу и повышаю голос: – Кощеев!

– Здесь, – бодро рапортует помощник, протискиваясь к столу.

– Сопроводи всех домой. А заодно проверь информацию и опроси всех, кто находится рядом с их местом жительства.

– Сделаю. – Парнишка с деловым видом записывает задание к себе в блокнот.

– Внученька, это, что ли, все? – ахает бабуля. – Ты их вот так вот отпускаешь?

– Баб Маш, мы все проверим, но даже сейчас я могу сказать с уверенностью в девяносто девять процентов, что никто из четверки не причастен к исчезновению вашего дитяки. Как и в прошлые разы. Отправляйтесь домой, найдется ваша пропажа.

– Нет, так дело не пойдет. – Бабушка нервно дергает платочек. – Я ж места себе не найду. Сердце мое чует, что мое солнышко у кого-то из них, а они, вон, дела себе понапридумывали, чтоб подозрение снять.

– А вы самовар поставьте да пирожков напеките, – встаю я из-за стола. – Тем самым время свое займете и голову отвлечете от дурных мыслей. А вечером уже будете все вместе чай пить.

– Хм, – хмыкает она, с подозрением косясь в мою сторону. – Не нравятся мне твои доводы. А может, главного позовешь? Он же толковей тебя, опытней. Ты ж девчонка молодая, тонкостей, поди, всех не знаешь.

– Эх, баб Маш, снова начинаете, да? – Я пропускаю мимо ушей все колкости. – Я вас в прошлые разы подводила? Нет. Будьте уверены, вернем дитяко в целостности и сохранности.

– Но ведь… – никак не успокаивается она.

– Никаких «но». – Я обрываю ее и не даю закончить фразу, иначе это никогда бы не закончилось. – Кощеев, выводи гостей.

Хмурюсь, пока наблюдаю за тем, как он выпроваживает всех за дверь. Звери охотно покинули кабинет, а вот баба Маша недовольно что-то там ворчала. Неугомонная старушка. Но не прошло и пяти минут, как в проеме оказывается небольшого роста мужичок.

– Милочка, вы освободились?

– Дядь Коль, а у вас что случилось? – окидываю я его удивленным взглядом.

– Да беда приключилась, – сразу же начинает он причитать. – Яйцо наше золотое украли. Весь дом перерыли вверх дном, мышь к стенке приперли, так та вообще не в курсе, куда оно делось. Бабка рыдает, у курочки шок. Подмоги, а? Надо срочно отыскать вора, иначе с ума сойдем.

– Хорошо, оставьте адрес с заявкой, заскочу сегодня, если время позволит.

– Уважь стариков, начни с нашего дела, – слезно просит он. – А то у нас давление, знаешь, как скачет от всех этих переживаний.

И вот как отказать после такого? Конечно же, я соглашаюсь, иначе бы моя совесть мне бы этого никогда бы не простила. Прошу подождать меня в коридоре и начинаю собирать в рабочий рюкзак все необходимые инструменты для расследований. Как снова слышу за спиной голос, от которого выть хочется, как тот волк с опухшей щекой.

– Ален, есть дело.

– О нет, – даже не смотрю на него, когда перемещаюсь к нужным мне вещам.– Представь, что меня здесь нет.

– Ну, Ален.

– Это не я. Зайдите позже, она скоро появится.

– У моей семьи ЧП.

– Я знаю. И имя ему – ты.

– Что? Я? Чего?

– Того. – Я останавливаюсь и смотрю на помощника. – Твои родители уже звонили с самого утра. Говорят, ты зайца из дуба зачем-то вытащил, а тот взял и убежал.

– Вот это не совсем правильная формулировка. – Парень так отчаянно трясет головой, что она вот-вот возьмет и отвалится. – Мне сказали, что его нужно выгулять в вольере. Я не виноват в том, что он каким-то образом сбежал.

– Каким-то образом? – я не удержалась от усмешки. – Зная, какой ты растяпа, я могу с уверенностью сказать, что ты сам забыл закрыть этот вольер. И заяц, внутри которого утка, яйцо и игла твоего деда, теперь бегает по заколдованному лесу. Поправь меня, если я вдруг оказалась неправа.

– Поможешь найти его? – морщится он, когда мои слова попадают в цель.

– Виталька, – вздыхаю, – если я здесь буду все делать одна, то зачем мне ты? Это во-первых. А во-вторых, это твой косяк, так что ты его и исправляй.

– Так как я его найду? Лес-то огромный, да и Сема меня не очень-то и любит.

– Так ты же заявлен вторым сыщиком? Заявлен. И если меня не подводит память, ты жаловался, что я недостаточно доверяю тебе работы. Так вот, настало время себя проявить. Морковку возьми и вперед.

– А как же другое поручение? Дома зверей осмотреть, проверить их алиби.

– Кощеев, справляйся, как хочешь. Пора становиться взрослым и самостоятельным. – И затем добавляю: – Зарплату наконец-то начнешь отрабатывать. И вообще, меня человек в коридоре ждет, так что… да где же он?

Копошусь в столе и выуживаю оттуда синий клубок ниток, который отправляется в рюкзак к остальным вещам.

– О чем это я? – хмурюсь. – Потеряла нить разговора. Я говорила, что ты растяпа?

– Угу. – Мрачнеет Виталя.

– А о том, что пора взрослеть?

– И это тоже.

– А о самостоятельности было?

– Было.

– А про зарплату упоминала?

– Издеваешься?

– Да ладно, я просто проверяю, насколько внимательно ты меня слушал, —похлопываю я его по плечу, когда прохожу мимо. – До конца дня справляться без меня и не беспокоить, ясно?

– Предельно.

– Вот и славно. – Я выхожу из кабинета и обращаюсь уже к мужичку, который сидел на скамейке и беспокойно крутил свою кепку в руках. – Дядь Коль, пойдемте, покажете место преступления.