Бывшие. Хочу только тебя

42. Встреча с иностранными гостями

Ида

Наступило воскресенье, и мы встречаемся с Беверли и ее отцом. Город приветствует нас тёплой и солнечной улыбкой. Отличное время для прогулок. Особенно в приятной компании. Но не в этот раз…

На корпоративном авто мы заезжаем за британцами в гостиницу и едем на прогулку по городу. Туристов не так много, как в более тёплое время года, и мы более-менее свободно перемещаемся по историческим локациям.

Сегодня на мне короткое, чёрное платье-водолазка, низкие ботильоны и лёгкое пальто. Которое так и норовит сорвать, холодный, мартовский ветер. Но ни он, ни мелко моросящий дождик, периодами сменяющий солнечное тепло, не мешают нам вести светскую беседу с гостями.

Как и я, Савицкий-старший понимает и говорит по-английски, но не так свободно, как Демид. Мистер Найт понимает, но плохо говорит по-русски. Поэтому босс периодически выступает в роли переводчика.

Беверли общается исключительно с Демидом. Изредка я ловлю на себе её презрительные взгляды, которыми она одаривает меня, из-под опущенных ресниц. Я явно мешаю ей очаровывать моего мужчину.

Девушка так и норовит взять Демида под руку, чем невыносимо раздражает меня. И иногда ей это даже удаётся. Английскую выскочку не останавливает то, что из другой руки мужчина ни на секунду не выпускает мою.

Недалеко от Петропавловской крепости, я замечаю красивую, деревянную тележку с различными вкусностями на продажу. Вспоминаю, как недавно Демид покупал там жареный миндаль для меня.

Провожу языком по губам, прикусываю нижнюю губу, печально провожая взглядом стилизованный киоск на колёсах.

Мой проницательный босс, с лёгкой улыбкой, притягивает меня к себе, целует в висок и с нежностью шепчет:

— Когда всё закончится, куплю тебе, всё, что пожелаешь. Обещаю!

Поворачиваю голову в его сторону и едва слышно говорю:

— Это дорого встанет тебе, Савицкий! Я потребую большой кулёк миндаля. Нет, два больших кулька…

— Не проблема! — едва сдерживая смех, тихо отвечает Демид. И уже чуть более серьёзным тоном говорит: — Готов на любые жертвы, ради тебя. И не только материальные…

О его слов моё сердце начинает биться быстрее, а на душе становится тепло. Даже резкий порыв ветра, внезапно, налетевший на нас, не способен стереть улыбку с моего лица.

После прогулки по роскошной Дворцовой площади и посещения знаменитого Эрмитажа, Беверли начинает ныть:

— Демид, я так устала. И голодна…

Иван Александрович, моментально реагирует на пожелания гостьи:

— Предлагаю остановиться и перекусить в одном из лучших ресторанов города. У этого заведения очень интересный дизайн, а обслуживание и гастрономические изыски, которыми там угощают гостей, выше всяких похвал. К тому же это совсем недалеко.

Демид переводит Найту, что значит «гастрономические изыски», мужчина кивает и на ломанном русском говорит:

— Заинтриговали, Иван.

После этого мы всей делегацией направляемся к расхваленному ресторану.

Когда мы проходим внутрь заведения, мы будто бы перемещаемся в середину девятнадцатого века. Интерьер ресторана, внешний вид персонала, сервировка столов — всё это создаёт особенную атмосферу тех времён.

В заведении звучит великолепная, классическая музыка, которую исполняет уже немолодой пианист.

Нас обходительно встречают и проводят к заранее забронированному столику. Он находится в отдельной комнате, которая напоминает мягкое, фешенебельное купе, старинного поезда. Тяжёлые, бархатные шторы отделяют нас от других посетителей.

— Рекомендую попробовать Филе форели в прованских травах. Это что-то необыкновенное! — нетерпеливо потирая ладони, говорит Иван Александрович.

Пока мы ждём наш заказ, старшее поколение погружается в светскую беседу, а нам достаётся тяжёлая участь развлекать Беверли.

Девушка много болтает о жизни в студенческие годы, постоянно упоминая об отношениях с Демидом, и всячески, пытается его коснуться. Конечно, мне всё это очень неприятно. Но теперь я знаю правду о ней, и скрывать эмоции под маской невозмутимости, мне определённо легче.

К тому же радует реакция Демида. Босс вежлив, по-дружески приветлив, больше слушает, чем говорит. На его губах играет лёгкая улыбка, а сильная рука на моём бедре под столом, медленно ласкает нежную кожу над чулком.

Когда Беверли понимает, что Демид не сводит с меня тёмных глаз и уже практически не слушает её, девушка томно произносит:

— Знаешь, дорогой?! Если мы здесь откроем филиал, и папа поставит меня им управлять, то я тоже найму себе симпатичного ассистента и, как и ты, буду с ним трахаться повсюду.

Услышав это, Иван Александрович давиться своей форелью и начинает кашлять. Фрэнк бросает на дочь недовольный взгляд и заботливо предлагает Савицкому-старшему выпить воды. А Демид, переводит на Беверли гневный взгляд своих холодных глаз и ледяным голосом говорит:

— Если ты намекаешь на Иду, то она не только мой ассистент, но и девушка, которую я люблю. Сейчас же извинись перед ней. Ты была груба и перешла все границы, как на вечеринке, так и сейчас… Мы ждём, Беверли.

Британка несколько секунд злобно пялится на него, затем поворачивается в мою сторону. Снова одаривает меня презрительным взглядом, но всё же бросает скупые извинения. Нервно хватает свою сумочку и пулей устремляется в уборную.

Теперь твоя очередь прятаться в туалете, детка!

А я довольно улыбаясь, делаю глоток ирландского кофе и кокетливо провожу своей ножкой по ноге Демида.

Он сказал, что любит меня. При ней. При всех. Значит ли это, что Демид действительно настроен серьёзно, по отношению ко мне? Может, Алекс всё же ошибается? Может быть, Демид и правда любит меня и его словам можно верить?