Шесть

На улице в меня врезались подвыпившие горожане. Вино выплескивалось из их стаканов и проливалось на платья и туники. Они смеялись и старались втянуть меня в свой танец, вовлечь во всеобщее веселье, чтобы вместе праздновать победу жизни над смертью, которую много лет назад даровала им их благословенная святая.

Словно во сне, я прошла мимо темных окон нашего ресторана, давно закрытого на ночь, и побрела в сторону дома. Подол юбки промок и испачкался бог знает в чем, ткань неприятно прилипала к лодыжкам, вызывая зуд, но я продолжала двигаться вперед, несмотря ни на что. У меня не было права чувствовать, что бы то ни было, ведь моя сестра уже никогда не будет чувствовать.

Маленькая ведьма осталась совсем одна.

Шепот звучал еле слышно, но по позвоночнику пробежал холодок. Я развернулась и вгляделась в темноту пустынной улицы.

– Кто здесь?

Воспоминания, как и сердца, можно похитить.

Голос теперь звучал прямо за спиной. Я опять резко обернулась… но ничего не увидела. Сердце едва не выпрыгивало из груди.

– Мне это только кажется, – прошептала я сама себе.

Мое сознание рождает эти кошмарные фантазии, ведь совсем недавно я обнаружила оскверненное тело убитой сестры. Может, мой невидимый призрачный демон обрел голос… какая нелепая мысль.

– Убирайся прочь.

Он хочет помнить, но все время забывает. Скоро он вернется.

– Кто? Человек, который убил Витторию?

Я вновь обернулась, и юбки обвили мои ноги. На улице не было ни души. Пожалуй, она даже казалась устрашающе тихой, словно кто-то уничтожил всю жизнь вокруг. Ни света в окнах домов, ни движения, ни звука. Шума праздника я тоже больше не слышала.

Густой мистический туман полз по земле и окутывал ноги, принося с собой запах серы и пепла. Бабушка всегда утверждала, что это означает близость демонов. Но меня скорее волновало, не прячется ли где-нибудь в темноте человек с ножом, приготовившийся убивать.

– Кто здесь? – громко повторила я. Ощущение кошмарного сна все усиливалось. Закрыв глаза, я заставила себя вернуться в реальность. Нельзя поддаваться панике.

– Когда я открою глаза, все будет нормально.

Так и произошло. Больше никакого тумана с запахом серы. В отдалении зазвучали крики пьяных гуляк. Из открытых окон снова доносились звуки, означающие, что семьи собрались вместе на праздничный ужин.

Я поспешила к дому. Призрачные демоны. Бесплотные голоса, дьявольский туман. Ясно, что со мной происходит. Это просто истерика в самое неподходящее для нее время. Нужно забрать тело Виттории домой и совершить все необходимые ритуалы. Чтобы сделать это для нее, придется запрятать подальше собственный страх и отчаяние.

Ни о чем больше не думая, я несколько минут шагала по знакомым улицам, пока не оказалась прямо перед нашим домом. Я остановилась под решеткой, покрытой плюмерией, не в силах найти слова, которые мне предстояло сказать. Не знаю, как смогу рассказать обо всем семье.

Через несколько мгновений они тоже почувствуют себя сломленными и опустошенными.

С этого момента наша жизнь никогда не будет прежней. Я представила крик матери, слезы отца и ужас на лице бабушки, когда она поймет, что все ее попытки спасти нас от сил зла провалились.

Виттория умерла.

Должно быть я всхлипнула. Полоска золотого света прорезала темноту и быстро угасла. Бабушка в ожидании застыла у окна. Наверняка она простояла здесь все время не находя себе места. Ее тревога из-за дьявольской бури и кровавого неба больше не казалась глупыми стариковскими предрассудками.

Дверь распахнулась мне навстречу раньше, чем я успела подняться по ступеням на крыльцо.

Бабушка схватилась за свой амулет и покачала головой. Ее глаза наполнились слезами. Мне не пришлось произносить что-то вслух, ведь кровь на моих руках говорила сама за себя.

– Нет, – ее нижняя губа задрожала. Никогда прежде мне не доводилось видеть на ее лице такого неприкрытого страха и отчаяния.

– Нет, это невозможно.

Пустота внутри меня росла. Все, чему она нас учила, все заклинания… впустую.

– Виттория… она… – я едва не задохнулась, пытаясь выговорить это, – она…

Я уставилась на змеиный кинжал в своей руке, забыв о том, откуда он появился. Возможно, этим оружием отняли жизнь у моей сестры. Моя ладонь сжалась на рукоятке. Бабушка бросила короткий взгляд на лезвие и крепко прижала меня к себе.

– Что случилось, девочка моя?

Я уткнулась лицом в ее плечо, вдыхая знакомый запах специй и трав. Это объятие вернуло мне ощущение реальности. Весь этот проклятый кошмар не был сном.

– То, чего ты больше всего боялась.

Перед глазами возникло видение моей близняшки с вырванным сердцем. Силы покинули меня, и я погрузилась в темноту.



На следующий день после похорон я в одиночестве устроилась в нашей комнате, держа на коленях закрытую книгу. Было очень тихо. Раньше я наслаждалась подобными днями, когда моя сестра отправлялась куда-то на поиски приключений, а я погружалась в мир любимых литературных героев. Хорошая книга – тоже своего рода магия и ей можно наслаждаться, не опасаясь выдать себя перед теми, кто на нас охотится. Мне нравилось сбегать от реальности, особенно в сложные времена. Ведь в книгах возможно все.

Все утро я то и дело поглядывала на дверь, ожидая, что в нее вот-вот ворвется Виттория с широкой улыбкой и пылающими щеками. Но ничто не нарушало тишины.

Внизу ложка звякнула о чугунный котелок. Мгновение спустя повеяло запахом трав. Бабушка без остановки готовила заговоренные свечи. Она зажигала их, чтобы помочь полиции в поисках. По крайней мере, это была официальная версия. Я видела свечу с ягодами можжевельника и белладонной, в которую она бросила по щепотке соли и перца. Это был ее собственный рецепт, и он никогда не использовался для раскрытия тайн.

Я отложила книгу и спустилась на кухню. Не голодная, но с ощущением пустоты, какой-то незаполненной дыры. Мне совсем не хотелось готовить, сложно представить, что ко мне вообще когда-либо теперь вернется это ощущение света и легкости. Мир без сестры померк, а жизнь утратила всякий смысл.

Бабушка подняла глаза.

– Присядь, Эмилия. Я дам тебе что-нибудь поесть.

– Все в порядке, бабушка. Я сама что-нибудь придумаю.

Я подошла к холодильнику и едва не разрыдалась, увидев внутри графин лимончелло, который приготовила для меня Виттория. Никто так и не прикоснулся к нему.

Я быстро захлопнула дверцу и тяжело опустилась на краешек ближайшего стула.

– Вот, – бабушка поставила передо мной миску подслащенной рикотты, – десерт никогда не повредит.

Я помешала ложкой сливочную массу.

– Думаешь, кто-нибудь узнал… кто мы на самом деле? Может Виттория пошутила насчет дьявола или демонов в неподходящей компании.

– Нет, девочка. Я не верю, что на нее напал человек. Вспомни все знаки, которые мы получали. И кровавый долг.

Я совсем забыла про этот таинственный кровавый долг. Кажется, целая вечность прошла с тех пор, как бабушка впервые упомянула о нем.

– Думаешь, Витторию убили из-за кровавого долга?

– Хмм… это было частью давней сделки, заключенной между Первой Ведьмой и дьяволом. Одни говорят, она прокляла Зло, другие верят, что это дьявол проклял ведьм. И тогда было сказано: «когда на Сицилии прольется кровь ведьмы, спасайте своих дочерей, Мальваги пришли за ними». Уже три ведьмы убиты.

– Но это не значит, что их убили темные силы. Что насчет охотников на ведьм? По-моему, это звучит более убедительно, чем версия о том, что демоны вырвались из Ада. Ты не хуже меня знаешь, как сильно люди боятся ведьм и как им нравится предаваться грехам, в которых они обвиняют нас. Антонио говорил, что в деревне неподалеку судачат о появлении оборотней. Может кто-то увидел, как Виттория произносит заклинание, и убил ее.

– Дьявол поднял бурю на море и окрасил кровью небеса. Как еще объяснить тебе, что в наши двери постучалась опасность, не связанная со смертными? Да и зачем бы людям понадобились сердца ведьм?

Я сделала глубокий вдох, силясь подавить гнев, волной поднимающийся внутри. Не время вспоминать легенды, что веками передавались из поколения в поколение. Пора обратиться к фактам и здравому смыслу. Начиная с самой первой жертвы, найденной в Шакке, убитой за неделю со смерти Виттории, ни одна из семей ведьм не объявлялась с информацией о появлении темных сил.

Пока не появится доказательство присутствия демонических принцев, я буду придерживаться своей теории о том, что в случившемся виноваты люди.

– Мы будем говорить с полицией, ба?

– Если они подберутся слишком близко и узнают, кто мы на самом деле, как думаешь, будет ли твоя участь лучше той, что постигла твою сестру?

Я покачала головой, не желая спорить. Мне тоже было непонятно, как рассказать полиции о том, что виновны могут быть охотники на ведьм.

Хотелось кричать от беспомощности. Мою сестру убили. Никто из тех, кто ее знал, никогда не причинил бы ей вреда, а значит, это был незнакомец или кто-то, кто узнал правду о нас. Если верить бабушке, две другие жертвы тоже были ведьмами, вряд ли это простое совпадение. Это связь. Многим женщина, обладающая хоть каплей сверхъестественных сил, кажется чудовищем. Я сжала кулаки, концентрируясь на боли, которую причиняли мне мои ногти, впивающиеся в кожу. Кто-то убил Витторию, и я хочу знать кто и почему.

Чем была занята моя сестра в последние часы своей жизни? Она редко посещала в монастырь, но в последние дни я встречала ее там дважды.

Возможно, она встречалась там с темноволосым незнакомцем, непонятно только с какой целью. Возможно, у них были отношения. Или убийца притащил ее туда против воли. Возможно, Виттория вообще не знала его и он перехватил ее на пути куда-то еще.

Не помню точно, в котором часу она ушла из нашего ресторана в тот вечер. День начался как обычно, мы проснулись, оделись, позавтракали вместе и отправились на работу всей семьей, чтобы успеть подготовиться к празднику и приему множества гостей.

Я даже не спросила ее тогда, куда она направлялась. Ведь и предположить не могла, что сестра никогда не вернется.

На глаза навернулись слезы, но я сдержала их. Если бы можно было повернуть время вспять, столько всего я бы сделала по-другому. Я прижала ладони к глазам и заставила себя собраться.

– Нам всем сейчас непросто, Эмилия, – сказала бабушка. – Это понятно. Пусть Богиня совершит правосудие. Первая Ведьма не оставит нас без внимания. Поверь мне, она знает, что делать с Мальваги. Сосредоточься на защитных заклинаниях. Ты нужна своей семье.

– Я не могу просто сидеть и ждать, пока тот, кто убил мою сестру, на свободе! И не проси меня поверить в ведьму, которой я никогда не видела, или богиню, которой может вообще не существует! Виттория заслуживает справедливости!

Бабушка взяла мое лицо в ладони и произнесла со слезами на глазах:

– Ради семьи забудь об этом. В некоторые двери лучше не стучать, пусть они остаются закрытыми. Найди в своем сердце принятие и прощение или темнота войдет в него и уничтожит тебя.

Я вернулась наверх, чтобы остаться наедине со своими мыслями. И бросилась на кровать, поглощенная воспоминаниями о проклятой комнате, в которой я нашла Витторию.

Снова и снова я воскрешала в памяти кошмарные подробности, силясь понять, что привело туда мою сестру. Вдруг от меня ускользнуло что-то важное, что могло бы помочь мне найти убийцу.

Закрыв глаза, я изо всех сил сконцентрировалась и представила, что снова стою там рядом с телом. Снова и снова мне приходилось гадать, почему сестра была так одета. Понятия не имею, где она взяла то белое платье. Когда мы встретились последний раз, она была одета по-другому. Значит снова встает вопрос, чем она была занята в тот вечер. Может собиралась втайне выйти замуж за Доминика или планировала что-то еще.

Также оставалось загадкой, куда делся ее амулет. Бабушка велела нам никогда их не снимать, и кроме того единственного раза, когда нам было восемь, мы этого не делали. Или по крайней мере, я этого не делала. Может, сестра и сняла свой, но я понятия не имею зачем. Чтобы бояться сил Зла, не нужно было сталкиваться с ними воочию или даже по-настоящему в них верить. Бабушкины истории и так были достаточно пугающими. Виттория конечно подшучивала над ее предрассудками, но все же ходила за кладбищенской землей и святой водой и читала заклинания над амулетами в свете полной луны каждый месяц вместе со мной.

Я перевернулась на бок, ломая голову над самым сложным вопросом из всех. Если сестра не сняла амулет сама, то кто это сделал и где он теперь?

Если ее убил охотник на ведьм, он возможно присвоил украшение в качестве трофея. Вероятно, этот человек заподозрил, что амулет был необычным и имел настоящую магическую силу. Мои мысли вернулись к темноволосому незнакомцу. Он был слишком хорошо одет для члена братства, да и не выглядел как тот, кто мог бы посвятить свою жизнь богу. Слишком дерзкий. Не знаю, походил ли он на охотника за ведьмами, раньше я их не встречала. Но, возможно, незнакомец был вором. Во всяком случае, он очень уверенно чувствовал себя в тени.

Я проклинала себя за то, что не последовала за ним, когда была такая возможность. Он ускользнул и забрал с собой все ответы. Хотя не все так безнадежно. С колотящимся сердцем я вскочила и рывком выдвинула ящик прикроватной тумбочки. На дне его сверкнул металл. Незнакомец допустил одну огромную ошибку – уронил свой нож. Однажды кто-нибудь обязательно узнает такой необычный клинок.

Мои мысли пришли в относительный порядок. Это то, что было нужно. Теперь можно перестать воскрешать в памяти эту ужасную ночь и занять себя чем-нибудь другим.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы отогнать очередную волну подступающих слез, я пообещала себе отыскать незнакомца и узнать, кто он, чем занимается и откуда знал мою сестру.

Если это он забрал у меня Витторию, я заставлю его заплатить собственной жизнью.

Загрузка...