ПРЕДНАЧЕРТАНИЕ


Обращаю твое внимание, любезный отрок, что нынешний орден воссоздавался не так, как орден времен Корнелиуса, — произнес Помпилиус после небольшой паузы. — Ибо демон Зуубар знал, что святой Теофил наблюдает с небес за тем, что творится на Земле, и постарается противодействовать возрождению еретического ордена. И потому Зуубар постарался представить дело так, будто идея возрождения ордена исходит не от меня, а от месси-ра Амбициуса. К тому же демон внушил нам, что надо как можно скорее увеличить число рыцарей.

Сделать сие быстро путем отвращения от истинной веры натуральных людей, как это происходило во времена Корнелиуса, было невозможно, да и опасно, ибо кто-то из них мог, раскаявшись в содеянном, уведомить святую инквизицию, строго следившую за чистотой веры. И потому, пользуясь тем, что нам открылось колдовское умение творить живое из неживого, мы, четверо первопосвященных, создали путем колдовства несколько сот человекоподобных существ-кадау-русов. Внешне, кадаурусы выглядели как люди, но не имели душ и всецело подчинялись тем, кто их сотворил при помощи колдовства. То есть в конечном счете даже не нам, первопосвящен-ным, а демону Зуубару.

Но ведь раз у них душ нет, — рассудительно заметил Тимофеев, — то демону от них и поживиться нечем. Зачем ему эти кадаурусы понадобились?

А потому, любезный Андреас, что даже очень крепкий в истинной вере человек, видя множество людей, одержимых иной идеей, может ощутить сомнения, а то и вовсе признать истину заблуждением. Тем более что кадаурусам неведомы страх и сомнения, их невозможно усовестить и переубедить. Милосердие, любовь к ближнему, понятие о добре — для них звук пустой. Будучи посланы в битву, кадаурусы будут разить насмерть всех и вся. Сами они, правда, из плоти и крови, а потому тоже смертны, но гибнут лишь от попадания стрелы в глаз или от отсечения головы. Все прочие раны затягиваются на них уже через пять минут. К тому же пораженный насмерть кадаурус мгновенно распадается на атомы и высвобождает при этом огромную дьявольскую энергию, которая способна сбить с коней сотню тяжеловооруженных всадников. Войско из тысячи кадаурусов способно одолеть стотысячную армию! А это весьма соблазнительный пример и доказательство того, что драконитская вера — истинна, ибо несет с собой великую силу и неуязвимость. Лавина вероотступничества могла таким образом нарастать с огромной скоростью. Вся история Европы и мира могла бы пойти совершенно иным, страшным путем!

Если бы не святой Теофил? — опять догадался Андрюшка.

Да! Он обратился с молитвой к Господу и с божьей помощью изъял всех нас — и одушевленных людей, и кадаурусов — из реального мира. То место, где мы сейчас находимся, расположено в мире потустороннем, на стыке границ между миром реальным, чистилищем и адом. И святой Теофил именем Господа повелел нам стоять на страже, дабы не дать силам Нечистого вырваться на Землю и завладеть ею всецело, а также похитить из чистилища души кающихся грешников и увести их в ад.

Но ведь ваши кадаурусы — они же сами от Нечистого! — заметил Андрюшка. — Как же они эту службу могут нести?

В том-то и состоит вся сложность нашего положения, — вздохнул Великий магистр Амбициус, решив, что Помпилиус должен перевести дух от своих длинных словоговорений. — Мы, четверо присутствующих, — единственные одушевленные люди среди нескольких сот кадаурусов. Правда, они беспрекословно нам подчиняются, но лишь до тех пор, пока мы возносим хвалу Дракону. Все мы, четверо, уже давно каемся перед Господом за свое вероотступничество, но лишь здесь, в этой потайной комнате, в отсутствие кадаурусов. Если кто-либо из нас признается кадауру-сам в своем покаянии, то его немедленно растерзают, а душа несчастного, не очистившись от греха, попадет в ад. Но, вознося ежедневные хвалы Дракону, мы не можем до конца очиститься от грехов, а потому даже дорога в чистилище для нас закрыта.

А в нормальный мир вы разве не можете выйти? — поинтересовался Тимофеев. — Вы ведь не умирали по-настоящему?

Да, — кивнул отец Мобилиус, — мы были перенесены сюда живыми, и наши души все еще пребывают в своих телах, которые внешне выглядят такими, какими были в момент перенесения. Так продолжается уже пять столетий, и мы уже прожили не менее шести сроков земной жизни, отмеренной нам Господом. Едва мы попытаемся пройти в земной мир, как наши тела исчезнут, а души с неизбытыми грехами направятся в ад.

Наверно, отрок Андреас по молодости лет полагает, будто прожить пятьсот лет, не старея и не умирая, — это большое счастье? — проскрипел Помпилиус. — Увы, это далеко не так! Господь обрек нас на долгое и тяжкое наказание, которое по-страшнее тех пыток, которым нечестивый Корнелиус подвергал святого Теофила. Да, тела наши не умирают и не стареют, но их терзают все те старческие боли, которые мы по Божьему предначертанию должны были пережить на Земле, прежде чем преставиться. И с каждым годом, прожитым здесь, они становятся все острее и нестерпимее. Единственное спасение от них — превратиться в дракона, но если прежде хватало всего одного часа, чтоб избавиться от боли, то теперь, пока не проведешь в драконьей шкуре десять часов в день, боль не проходит. И возобновляется быстрее, чем прежде. Поневоле завидуешь кадаурусам, которые ничего подобного не испытывают и превращаются в драконов лишь по команде, а не по внутренней необходимости.

Возможно, что через какое-то время мы вовсе не сможем превращаться в людей, — кивнул Мобилиус. — Если, конечно, не используем тот шанс, который нам ныне представился!

Смею напомнить высокоученому, что в этом случае мы все, и заодно все ныне живущее в земном мире человечество, будем ввергнуты в ад, как указывалось в предначертании, — пробормотал Помпилиус из-под своего капюшона. — И нынешние страдания представятся нам ничтожными, как боль от комариных укусов!

Может, вы мне расскажете поскорее, что надо делать? — спросил Андрюшка. Ему как-то очень сильно захотелось действовать, чтоб предотвратить мировую катастрофу.

Все дело в том, что реликвии драконитов по-прежнему остаются на Земле, — печально вздохнул Помпилиус. — Конечно, святой Теофил просил у Господа разрешения уничтожить их навечно, но, поскольку эти реликвии находятся под покровительством Нечистого, от столкновения двух враждебных сил катастрофа все равно произойдет, и конец света наступит намного ранее отмеренного Господом срока. Это будет означать победу Зла.

— Да, истинно, — подтвердил Мобилиус, — ибо расположение небесных сфер и светил тому благоприятствовало. Поэтому святой Теофил получил благословение лишь на то, чтоб разбросать реликвии по разным концам Земли и спрятать их от людей, да'бы они никогда не смогли соединиться. «Великую книгу времен» некий странствующий воин-наемник, которому Теофил явился во сне, отвез внемли великого герцога Иоанна Московского и замуровал в толстой стене строящегося монастыря. Спустя несколько дней после этого, не успев никому сообщить о явлении святого и замурованной книге, наемник пал в бою с татарами и, очистившись от многочисленных грехов, вошел в царствие небесное. Оскверненное распятие попало к испанскому матросу, который находился на корабле, плывущем в Вест-Индию, и тот утопил реликвию в океане на огромной глубине, куда ни один ныряльщик не смог бы спуститься. Матроса через день смыло штормом в море, но сей грешник также был прощен Господом и принят в райские кущи. Идол Золотого Дракона с караваном купцов отправился в Китай и попал во дворец богдыхана, где затерялся среди множества подобных статуэток. Купец, привезший идола, был ложно обвинен в воровстве и казнен через отсечение головы, но за час до казни этому язычнику через святого Теофила открылись Христовы истины, и он также попал в рай. Наконец, несгораемая свеча досталась арабскому шейху из Триполита-нии. Самум в пустыне Сахара похоронил под песком шейха, а свечу унес неведомо куда. Более четырехсот лет реликвии драконитов оставались на местах, определенных им святым Теофилом, но, увы, в последние десятилетия они — вероятно, не без помощи демона Зуубара — покинули эти места и стали быстро сближаться. И сейчас, любезный Андреас, все четыре реликвии уже находятся в том городе, откуда ты родом.

Как так может быть? — изумился Андрюшка.

Увы, святой Теофил не мог предусмотреть, что за последние сто лет произойдут большие изменения в жизни людей. Возможно, это предвидел Всевышний, но не пожелал открыть сию тайну святому. Например, Теофил не предполагал, что монастырь, простоявший четыреста с лишним лет, будет взорван веществами, во много раз более сильными, чем порох, и «Великая книга времен» вновь окажется среди людей. Точно так же он не мог знать, что люди изобретут механизмы, способные погружаться на огромные глубины, а потому распятие, утопленное некогда испанским матросом, будет поднято из пучин океана. Не ведал Теофил и того, что Поднебесная империя китайского богдыхана рухнет и часть свято хранимых сотни лет сокровищ из императорского дворца будет похищена. Среди них оказалось и изваяние Золотого Дракона. Наконец, то, что несгораемую свечу найдут люди, которые искали нефть в ливийской пустыне, — и этого не предполагал святой Теофил. Неизвестно, мог ли это предвидеть демон Зуубар, но, так или иначе, сейчас он всемерно способствует тому, чтоб все реликвии драконитов оказались в одних руках. Человеком, к которому должны прийти эти реликвии, он избрал тебя…

И тут мурашки побежали по спине Андрюши. И даже, кажется, дрожь в коленках появилась. Тем не менее он все-таки отважился спросить:

Почему вы так думаете?

Потому, Андреас, что в твои руки пришла «Великая книга времен», а именно в ней, как ты помнишь, содержатся сведения, указывающие, где в данный момент находятся остальные реликвии. Сие означает, что ты именно тот, кого демон Зуубар избрал для осуществления своего замысла.

Но почему именно я? — скорее с недоумением, чем со страхом, пробормотал Андрюшка. — Вы же только что говорили совсем другое! Мол, мне предначертано спасти вас от мук, а человечество от гибели!

В том-то и дело, любезный отрок! — воскликнул отец Мобилиус. — Ведь исполнить предначертание ты сможешь лишь в том случае, если сумеешь преодолеть соблазны демона. Вместе с тем никто, кроме тебя, рожденного в год Дракона под знаком Рыбы, прожившего полных тринадцать лет и семь дней, знающего, сколько будет семью семь, не сможет собрать воедино реликвии драконитов. И в твоей воле будет составить их так, как это потребно Зуубару, или иначе. Если ты, не поддавшись на соблазны, составишь их так, как будет угодно Господу, то спасешь мир и наши грешные души. Чары разрушатся, демон Зуубар низвергнется в адское пламя, кадаурусы испарятся, а мы, грешные, направимся туда, куда определит Господь. Если же Зуубар сумеет зачаровать тебя и ты попадешь под его влияние — увы нам всем, увы…

— Самое сложное состоит в том, — перебил коллегу высокоученый Помпилиус, — чтобы собрать реликвии. Во-первых, сие необходимо осуществить в ближайшие три дня, ибо по вычислениям высокоученого Мобилиуса расположение светил небесных составится в пользу Зла и одолеть его уже не удастся. Во-вторых, для того чтоб узнать, где находятся свеча, идол и распятие, тебе придется произнести заклинание, которое в свое время произнес я, грешный: «Графо ин номине Тартарус!» Это заклинание открывает часть написанного в книге, в том числе и сорок девятую страницу, там указано, где в настоящий момент находятся реликвии. Но это же заклинание, относящееся к черной магии, выводит тебя на опасное распутье. С этого момента силы Зла начнут охоту за твоей душой. При этом они будут стремиться помочь тебе в поиске реликвий, ибо заинтересованы в том, чтоб ты собрал их так, как замыслил демон Зуубар. При этом, разумеется, они будут толкать тебя на путь греха, как в свое время подтолкнули меня. Если ты, добывая реликвии, совершишь три тяжких греха, подобные тем, что совершил я, то уже не сможешь противиться воле Зуубара и соберешь из реликвий ту самую фигуру, которая нужна ему, а затем произнесешь заклинание: «Патер, филис ет спиритус санкти — нихиль эст!» Тогда Зуубар явится тебе в каком угодно обличье и объявит себя твоим Наставником. Ты всецело попадешь под его власть и вознесешь хвалу Дракону, после чего человечество погибнет, ибо мы, одушевленные дракониты, попадем в ад, а кадаурусы перейдут на сторону Нечистого и перестанут охранять границу земного мира от сил Врага. Ад вырвется на Землю, и живые позавидуют мертвым…

То же самое произойдет и в том случае, если ты не сумеешь за трое суток собрать из реликвий драконитов угодное Господу сочетание, — поспешил дополнить речь Помпилиуса астролог. — Ибо через трое суток влияние созвездия Дракона настолько усилится, что Зуубар сможет без риска для себя прикоснуться к распятию и обойтись без твоей помощи. То есть самолично составить из реликвий нужное ему сочетание.

А сейчас он что, не может этого сделать? — спросил Андрюшка.

Разумеется! — просипел из-под капюшона Помпилиус. — Хотя это и оскверненное распятие, оплеванное вероотступниками, оно тем не менее таит в себе угрозу для нечистой силы. Если Зуубар подойдет к распятию ближе чем на семь шагов, он испытает страшные муки, а стоит ему коснуться распятия до истечения этих трех суток, сгорит синим пламенем и рассыплется в прах.

Так, может, стоит просто-напросто дать ему распятием по башке? — простодушно предложил Тимофеев. — И тогда остальные вещи искать не потребуется?

Спешу напомнить тебе, отрок, — назидательно произнес Помпилиус, — что Зуубар не явится тебе до тех пор, пока ты не составишь нужную фигуру из реликвий и не произнесешь заклинание, отрицающее Отца, Сына и Святого Духа. До сего момента он будет не видим глазами и не слышим ушами. А если ты произнесешь заклинание, то уже не сможешь противостоять ему, даже если увидишь Зуубара в его истинном облике.

Высокоученый Помпилиус, — заметил звездочет, по своей привычке наматывая бороду на палец, — сказал одну очень точную фразу: «Не видим глазами и не слышим ушами». Но при этом демон Зуубар с того момента, как ты произнесешь фразу, открывающую написанное в «Великой книге времен», будет незримо присутствовать рядом с тобой. Всякое малое зло, вольно или невольно совершенное тобой, усилит его власть над твоей душой, а каждое последующее зло будет неизбежно сильнее предыдущего. Всякое добро, хоть самое малое, совершенное вопреки наущениям демона, будет отталкивать его от тебя и ослаблять его влияние на твою душу…

Не пора ли высокоученым, — вежливо прервал Мобилиуса Великий магистр, — растолковать Андреасу самое главное? А именно — то, как должно выглядеть сочетание реликвий, способное одолеть Зло?! Ибо если он не узнает этого, то все речи и словоговорения, которые здесь велись, окажутся бессмысленными…

А разве мы этого еще не сказали? — недоуменно произнес отец Помпилиус.

При этом он повернул «Великую книгу времен» «экраном» к Тимофееву, и Андрюшка наконец-то сумел разглядеть, что там, на наклонной странице, светится картинка, изображающая его родную комнату! Причем не совсем темную, погруженную в непроглядный мрак, какой возник после того, как Тимофеев свалился на пол, а такую, какой Андрюшка привык видеть ее по ночам, когда в квартире выключали свет. На улице ведь фонари светили, и окна в доме напротив еще не все погасли.

Андрюшка думал, что высокоученый отец Помпилиус объяснит ему, как надо расположить дра-конитские реликвии, чтобы предотвратить катастрофу, но не тут-то было.

В считанные мгновения из поля зрения исчезли и секретная комната драконитов, и пятиугольный стол, и лица всех сидевших вокруг него. Что-то ослепительно сверкнуло голубовато-зеленым, будто молния, заставив Андрюшку зажмуриться на несколько секунд…


Загрузка...