Черная психология. Как нам внушают ядовитые установки и можно ли от этого защититься

Встреча первая. Кто я?

В кабинете было тихо. Алфей, дорого одетый мужчина тридцати лет, сидел передо мной прямо, словно в седле, и собирался с мыслями. Он думал, как ответить на мой вопрос «Что вас ко мне привело?».

Наконец он сделал глубокий вдох и сказал:

– Я не понимаю, кто я.

Алфей ждал какой-то моей реакции, но я молчал – информации недостаточно. Прошло секунд 30, и Алфей продолжил:

– И друзья, и в разных видео говорят, что надо понимать себя настоящего. Потому что без этого мы не можем реализовать свой потенциал, добиться успеха, скажем, в карьере. Все действия будут бессмысленными и бесполезными. Значит, я никогда не смогу добиться того, чего хочу.

– А чего вы хотите?

– В том-то и дело, что я не знаю!

– Уверен, вы вспомните не меньше трех человек в вашем окружении, которые или раньше пытались «разобраться в себе», или делают это прямо сейчас. При этом они уйму ресурсов тратят на, в общем-то, пустое дело. Поиски идут, а результата нет.

Алфей задумался и растерянно кивнул.

– Значит, я не одинок?

Он действительно не одинок. А те, кто активно ищет себя, в это же время себя теряют.

Давайте сравним это с какой-нибудь фирмой. Вот есть юридическое лицо, учредитель, генеральный директор, бухгалтер, устав, офис, расчетный счет.

Чего нет – так это направления деятельности. Мы производим пуговицы? Организуем праздники? Разрабатываем архитектурные проекты? Делаем корма для домашних животных? Пока мы не определились, наша фирма не может начать работу. Ведь от рода деятельности зависит все: что купить, кого нанять, где размещать рекламу и так далее.

У человека все очень похоже. Говорят же, что у некоторых тонкая душевная организация. В рамках этой метафоры вполне можно говорить про внутреннее «ООО» или «ПАО». Когда выбрано направление деятельности нашей внутренней «организации», сразу становится легче жить и действовать.

Любая определенность нас успокаивает, потому что дает нам систему координат. Любой ориентир лучше, чем полное их отсутствие.

Позвольте покажу вам это наглядно. В рамках некоторых групповых занятий я предлагал сыграть в простую игру: я задаю короткий вопрос, на который нужно ответить максимально точно.

Дальше разворачивалась такая картина. Вот выходит доброволец, я спрашиваю:

– Кто ты?

– Я стоматолог.

– Меня не интересует твоя профессия. Кто ты?

– Я Агафон.

– Меня не интересует твое имя. Кто ты?

– Я отец.

– Меня не интересует твоя семья. Кто ты?

– Я мужчина.

– Меня не интересует твой пол. Кто ты?..

И так до бесконечности. Выходит, что все эти ответы неправильные? Неточные?

Конечно нет. Я мухлюю, выбиваю почву из-под ног добровольца (потом обязательно провожу процедуру восстановления идентичности – безопасность превыше всего). Каждый вариант приближает игрока к проигрышу. На мой вопрос нельзя ответить однозначно и правильно. В итоге глаза добровольца стекленеют уже на четвертом шаге.

Это упражнение я взял из эзотерической литературы, где его преподносили как способ найти «истинное я». Ничего не напоминает? Все верно, это черная психология, очевидное разрушение идентичности.

Давайте дадим более строгое определение термину «идентичность».

«Большая российская энциклопедия» говорит нам, что идентичность – это «осознание человеком самого себя через набор устойчивых характеристик». Обратите внимание на множественное число. Здесь не предлагают выбрать единственно правильную характеристику. А все эти поиски «истинного я», как и моя беспощадная игра с вопросом «Кто ты?», идут обратным путем. Вместо того чтобы определить набор характеристик, от человека ждут всего одну.

На ум приходит такая метафора: вместо табурета на четырех ножках вам настойчиво втюхивают табурет с одной и доказывают, что только так вы испытаете истинное наслаждение от сидения. Можно представить и по-другому: каждый раз, когда человек отвечает на вопрос «Кто ты?», а его ответ отметают, ножки табурета ломаются одна за другой. Как скоро такой табурет потеряет устойчивость?

Давайте зафиксируем: идентичность состоит из разных характеристик. Сюда входят профессия, социальный и семейный статус, увлечения, личностные особенности (голубой цвет глаз, высокий рост), место жительства, убеждения, политические предпочтения, морально-этические принципы и ценности.

И самое важное: идентичность – динамическая система. Она не зафиксирована раз и навсегда от рождения, так что если хорошо покопаться, то можно ее найти.

Идентичность создается. Набор характеристик меняется. Год назад у человека не было ребенка, а теперь он родился. И все, появилась новая характеристика – родитель. Если эта характеристика важна, значит, она станет частью идентичности этого человека. А другая характеристика (скажем, зависать в барах) уходит. Человек уже не включает ее в свою идентичность.

Поэтому здесь нет единственного правильного определения. А когда каждый ответ на вопрос «Кто ты?» отметается как неправильный, человек начинает теряться. Четкое понимание, которое было раньше и направляло, размывается. Но разве от того, что кого-то не интересует его семья, он перестал быть отцом? Конечно нет.

Просто черная психология предлагает считать, что есть какое-то одно «я», которое говорит о человеке самое главное. В этих бесплодных поисках можно провести если не всю жизнь, то несколько лет точно. Все они будут окрашены тревогой и растерянностью.

В быту это описывают так: «Я сомневаюсь в себе», «Я себя потерял(а)», «Я не знаю, что для меня важно». Переживания, которые захлестывают человека в этот момент, бывают очень болезненными, а о какой-либо продуктивной жизни и говорить не приходится. Человек еле-еле стоит на ногах – какая уж тут производительность?

Надо сказать, что потеря идентичности может быть не только личностной. Людям бывает трудно справиться с масштабными социальными изменениями. Например, в декабре 1991 года многие столкнулись с тем, что характеристика «гражданин(-ка) Советского Союза» исчезла. А вслед за этим в вихре перемен у многих людей ушла и характеристика «я востребованный специалист», «я опора своей семьи» и другие, которые просто не могли сохраниться во время такого глобального изменения.

Эти потери нанесли серьезный удар по идентичности многих людей. И не всем удалось с ним справиться с помощью других характеристик (отец, мать, сын, дочь и тому подобное). На социальном уровне появилась аномия – распад социальных норм. На индивидуальном – маргинализация – выпадение из социальных групп. На личностном уровне – деперсонализация – ощущение, что тело, мысли и чувства принадлежат кому-то другому. А еще алкоголизация, суициды и многое другое.

Кризис идентичности может стать и толчком к позитивным изменениям. Он может побудить осваивать другие характеристики: овладеть новыми навыками, перейти в иную социальную роль, сменить модель поведения. Так, многие инженеры стали предпринимателями и создали компании, чьими услугами мы пользуемся сейчас (например, в телекоммуникационном секторе).

Но это работает тогда, когда кризис естественный. А если его создали искусственно с помощью механизмов черной психологии, то все плохо. Ее механизмы разрушают, а взамен не дают ничего. У разрушения есть конкретная цель – лишить человека уверенности. Зачем? Чтобы получить какую-то свою выгоду: что-то продать, куда-то подтолкнуть, чем-то заинтересовать.

Разрушение вашей идентичности очень выгодно тому, кто посылает вас на поиски себя.

В конце первой встречи я дал Алфею соответствующее задание. Попробуйте тоже выполнить его.

Нельзя сказать, что эти направления гарантированно охватывают все наши характеристики, но как ориентиров их вполне достаточно.

Встреча вторая. Рухнувшая опора

На второй встрече Алфей снова был в растерянности и не знал, с чего начать. Он вытирал лоб салфеткой и пытался подобрать слова:

– Я пытаюсь разобраться, но у меня никак не получается. Вот где мое истинное «я», а где наносное, налепленное обществом? Где мои желания, а где навязанные обществом, маркетологами там всякими? Как, например, развить свой бизнес, чтобы купить тропический остров и летать туда на собственном джете. Это я захотел или мне где-то сказали, что так нужно?

– Простите меня за глупый вопрос (это часть моей работы – задавать вопросы, которые поначалу кажутся человеку очевидными), я бы хотел уточнить: зачем вам понимать, где истинное «я», а где все остальное?

Алфей нахмурился:

– Я же еще в прошлый раз сказал: тогда я смогу реализовать свой потенциал!

– А что сейчас мешает это сделать?

– Я не хочу тратить время зря, – выпалил Алфей.

– Но разве сейчас вы не тратите время зря? Разве сейчас вы вкладываетесь в свой бизнес с полной отдачей?

Алфей отвернулся и закусил губу. Потом выдавил:

– Именно так. Я закопался в размышлениях, боюсь ошибиться и пойти не туда. В поисках себя я как будто брожу по лабиринту и не могу выйти из него. Замкнутый круг!

Переживания Алфея мне ясны – то, что я рассказывал на прошлой встрече про идентичность, контринтуитивно. Если проще, то не соответствует повседневному опыту и ожиданиям. Нам кажется, что есть настоящее «я» и ложное «я», налепленное обществом. Например, кто-то не стремится к карьерному росту, как это делают окружающие. Раньше шаги по карьерной лестнице казались разумным и очень важным пунктом приложения сил, но теперь это не так. Человек решает, что стремление к карьерному росту ему было навязано обществом (или родителями, или соцсетями – выбор ответственных богат). Вывод очевидный, но неправильный.

Случившееся – естественный процесс. Такое пусть и не обязательно, но вполне может произойти.

Вспомните предыдущую встречу. Что такое идентичность? Это набор устойчивых характеристик, через которые человек себя осознает. Их много. Так много, что охватить все своим вниманием за один присест не может никто. А это означает, что все зависит от контекста.

Например, если мы заговорим о месте жительства, то в поле моего внимания попадут характеристики, связанные с моим городом (Минском), районом, домом, соседями. Если мы начнем обсуждать национальные или религиозные вопросы, то я забуду про гражданство и соседей и переключусь на другие характеристики: белорус, билингв. И так далее. В каждом контексте одни характеристики выходят на первый план, другие отступают в тень.

Более того, одни характеристики спокойно сосуществуют, другие могут вступать между собой в сложные взаимодействия. Особенно это касается социальных контекстов.

Существует теория социальной идентичности Тэджфела – Тернера, которая показывает, как легко люди собираются в группы и делят остальных на «наших», образ которых идеализируется, и «не наших», представление о которых создается по схеме «образа врага». Если человек оказывается в нескольких таких группах, то у него могут возникать конфликты между характеристиками. Например, он входит в группу «коллеги из отдела продаж компании NN», но при этом он же болеет за футбольную команду «А», тогда как остальные коллеги – за футбольную команду «Б».

Представим себе мост через бурную реку. У моста много опор, без которых его давно бы унесло водой в море. Так и наша личность, наше «я», довольно устойчива в потоке событий благодаря опорам-характеристикам. Если, например, убедить заядлого рыбака, что убивать рыб плохо, у него останется достаточно других характеристик – муж, отец, гражданин своей страны, хозяин собаки, автор книг и так далее. Без одной опоры мост выстоит. Но что будет, если останется одна опора из десятков? Тогда может рухнуть вся конструкция личности, что приведет к тяжелым психологическим проблемам. К сожалению, именно на это настроены приемы черной психологии.

– Зачем тогда мне твердят об этом понимании себя? – нахмурился Алфей. – Обманывают? Я попался, как рыба на крючок?

Растерянность во взгляде сменилась раздражением. Алфей сжал подлокотник кресла и выпрямился, готовый дать сдачи обидчикам.

– Не всегда, – ответил я, – это манипуляция. Если друзья говорят об этом, они чаще всего искренне желают добра. Просто не понимают, что столкнулись с «ядовитой» информацией, которая стала популярной в интернете. А откуда взялся этот механизм, который разрушает существующую идентичность в поисках якобы единственной правильной, мы сейчас разберемся.

Чего хочет человек? Понимать, что он все делает правильно. Другими словами, ему нужны опоры, которые он всегда выстраивает в двух направлениях – внутреннем и внешнем. Внутренней опорой можно назвать идентичность. Кем себя человек считает? К чему и кому относится? Что для него важно? Какие ценности?

Как себя будет чувствовать человек, который не уверен в своих решениях? Очень неустойчиво. Вот есть девочка, которая не любит играть в куклы, но обожает лазить по деревьям. Что будет, если кто-то скажет ей – разве хорошие девочки так ведут себя? Очень велик шанс, что она споткнется и испугается, – ведь теперь она усомнилась в своей нормальности.

А теперь самое главное. Почему так опасно разрушать идентичность и почему некоторые люди намеренно создают для этого условия?

Аналогичная ситуация возникает, когда разрушена социальная ткань – непонятно, какое мы общество. Тогда развиваются различные секты и движения, которые предлагают хоть какую-то идентичность. Человек в ситуации растерянности легко идет туда, куда ему говорят. Главное, чтобы это был путь наименьшего сопротивления. И тот, кто предлагает, знает об этом и управляет усилиями человека в нужном для себя ключе [5].

Как разрушают вашу идентичность. Пять самых популярных приемов

Я описываю эти приемы не просто так. Прочитайте внимательно, а затем попробуйте вспомнить, где и когда вы встречали подобное. Уверен, вам будет легко это сделать.

1. Вопрос «Кто ты?». Я демонстрировал этот прием на первой встрече. Ведущий отфутболивает каждый ответ – мол, я не спрашиваю тебя о национальности, профессии, поле, гражданстве, социальной роли. В результате отвечающий оказывается в замешательстве.

2. Вопрос «Чего ты хочешь?». Здесь каждый ответ также отвергается по принципу, указанному выше. Например, человек отвечает: «Я хочу повышения по службе». А ему: «Я не спрашиваю тебя о карьере. Чего ты хочешь?» Если отвечающий не оборвет взаимодействие, он попался. Собеседник будет отметать любой ответ до тех пор, пока его визави не растеряется. И тогда ему можно предлагать что угодно – он с радостью ухватится за предложение.

3. Ярлык «Это у тебя комплексы». Идею комплекса миру подарил Карл Густав Юнг. Он подразумевал под этим эмоциональную совокупность представлений, убеждений и мотивов, которые существенно влияют на развитие и функционирование человека. Изначально понятие считалось скорее нейтральным, но в быту закрепился негативный ярлык: «комплекс неполноценности», «комплекс бога», «комплекс отличника», «комплекс спасателя». Ярлык ничего не объясняет, а лишь подрывает идентичность человека. Вот жил, допустим, наш Алфей, не тужил и в какой-то ситуации услышал: «Это у тебя комплекс спасателя». Поскольку это обычно говорят с укоризной, Алфей начинает терять устойчивость. Ведь если раньше он был уверен, что помогать людям хорошо и правильно (такая была идентичность), то теперь все выглядит так, будто это плохо. Но противоположный вариант – не помогать – Алфею не нравится. В итоге опоры нет, наш герой завис над бездной.

4. Упреки в трудоголизме. Когда человек много сил отдает работе, потому что считает это важным, в его идентичности крепко прописывается характеристика «ответственный работник», «надежная сотрудница» и другие похожие. Но вот ему сказали, что он трудоголик. Дескать, все дело в зависимости от работы, болезнь такая, да-да. И все – почвы под ногами нет. Между тем наука этим термином не пользуется – никакой зависимости от работы нет. А понятие «трудоголизм» в 1971 году ввел Уэйн Оутс, религиозный деятель из США. Что же на самом деле движет теми, кто пропадает на работе днями и ночами? Страх. Страх увольнения, бедности, осуждения [6]. И еще много других причин – в том числе добросовестность, увлеченность некоторыми рабочими задачами, развлечение и безопасность (иной раз на работе лучше, чем дома). Но человека назвали трудоголиком и тем самым обесценили его характеристики, связанные с профессиональной сферой жизни. Какой ты специалист – ты просто трудоголик! И бездна уже готова принять человека.

5. Обвинение во вторичных выгодах. Якобы от какого-то поведения человек получает много плюшек, хотя сам не догадывается. Да-да, я знаю, что про вторичные выгоды говорят много и постоянно, но это не делает концепцию правдивой. У науки нет исследований, которые бы показали, что вторичные выгоды существуют в реальности. А вот обратные исследования есть. Например, люди с расстройством нарушения восприятия целостности собственного тела (по-английски – body integrity identity disorder, BIID) могут желать ампутации своей конечности, завидовать тем, кто уже потерял ее, или специально обездвиживать руку или ногу, выходя в люди, и так далее.

Не правда ли, прекрасное доказательство существования вторичных выгод? Очевидно же, что человек хочет потерять конечность из-за вторичных выгод – не работать, получать жалость окружающих и все в таком духе?

В немецком исследовании на эту тему сказано четко: «Выводы о вторичной выгоде от болезни, лежащей в основе генезиса, решающего желания BIID, основываясь на наших данных, не верные». Результаты не подтверждают, что в основе BIID лежит стремление к вторичным выгодам, это расстройство может развиваться, когда ребенок много времени проводил с людьми с ампутированными конечностями [7].

Собственная идентичность в свете таких упреков предстает якобы не настоящей, а «маской» ради получения чего-то ценного.

Напоминаю: проверьте аккаунты в соцсетях, которые вы читаете постоянно. Если где-то регулярно используют один или более из этих приемов, стоит подумать об отписке.

– И как мне теперь быть? – вздохнул Алфей, немного расслабляясь. – Все равно ведь не отстанут, а отношения с друзьями портить не хочется. Но я больше не собираюсь тратить время на эти поиски.

– Выход только один – не играть в эту игру. Выключать видео. Прерывать разговоры. Теперь вы понимаете концепцию идентичности и видите, как черная психология наносит по ней удары. Если бесконечные вопросы и обвинения выбивают из-под ног опору – не стоит погружаться в этот омут. Обращайте внимание, когда после общения, прочтения, прослушивания или просмотра какой-либо информации чувствуете сомнения и растерянность. Например, вы услышали, что все предприниматели должны быть трудоголиками и пожертвовать семьей ради бизнеса. Если вы не такой, скажите себе: «Ну и ладно. Хоть я живу по-другому, но моя жизнь хороша, у меня все в порядке. Значит, проблем нет». Если же вы забеспокоились, что вы какой-то неправильный предприниматель, слишком мягкий, значит, черная психология начала свою грязную работу. Замечайте такие моменты, отслеживайте их. А еще узнайте все опоры своего «моста».

Вторая встреча тоже не обошлась без домашнего задания. Я попросил Алфея взять список характеристик и выбрать хотя бы одну, которая вызывает у него наибольший эмоциональный отклик.

Для наглядности привел свой пример. Когда я учился системной семейной психотерапии, одной из тем у нас была как раз идентичность. И преподавательница предложила нам выбрать какое-нибудь прилагательное, которое бы хорошо нас описывало. Правда, с одним условием: прилагательное должно было начинаться с той же буквы, что и имя.

Я думал недолго и написал: «Павел – прочный». Я сразу же почувствовал характерный для себя эмоциональный отклик на такую характеристику: сердце забилось быстрее, а по затылку побежали мурашки. Для меня важно быть прочным. Не могу сказать, что живу легко и безоблачно, но само по себе это ничего не значит. Важно другое – много лет я был единственным кормильцем в моей семье (а это четверо ртов, считая меня, плюс постоянно меняющееся количество кошек). Без прочности в таких условиях никак нельзя.

Прочность позволяет выдержать удары судьбы и продолжать идти выбранным путем, дает моим близким поддержку, защиту и обеспечение. После обучения я много раз вспоминал про характеристику «прочный» и находил в ней опору, когда умер отец, подступало родительское выгорание, было трудно с работой. Всего одна характеристика в каждый такой момент создавала почти всю мою идентичность.

Разумеется, я не хочу сказать, будто поиск важной характеристики может идти только через первую букву имени. Мой пример – лишь иллюстрация, а не руководство к действию.

Например, Алфей посчитает важной характеристику «филателист». Что он может написать? Например: «Филателия требует широкого кругозора. Чтобы понимать ценность марки, нужно не просто смотреть на нее. Нужно знать ее историю, контекст, в котором она была выпущена, помнить все нюансы и детали внешнего вида, особенно если есть несколько вариантов. Я уже много лет коллекционирую марки, а значит, у меня есть все эти навыки, а знаний хватило бы на небольшую энциклопедию».

Здесь может возникнуть желание отмахнуться – подумаешь, ничего особенного, бесполезное увлечение. Так думать – вредно. В работе с идентичностью ценно не фактическое наполнение вашего ответа на вопрос «Почему эта характеристика важна для моей идентичности?» Подойдет любой хоть сколько-нибудь осмысленный вариант. Здесь первостепенное значение имеет эффект, который он производит.

Если ответ написан честно, связными предложениями, он закрепляет эмоциональную связь между человеком и характеристикой. А это, напомню, и есть идентичность. Без эмоциональной окраски закрепить связь невозможно. Эмоции могут быть спонтанными или вызванными специально через такое упражнение с прописыванием важности.

Встреча третья. И это тоже я!

Алфей улыбнулся и протянул руку для приветствия. Он уже не выглядел готовым к яростному сопротивлению. Тревога, которая не находила выхода, ушла. Он сидел в кресле без навязчивых движений, изредка сцепляя руки в замок.

– Спасибо за упражнение, оно правда помогает. Когда вижу, что я – это не золотая статуя, а пазл, жить становится проще. Даже если детали какой-то не хватает, можно угадать, что имелось в виду в целом. Теперь я понимаю, что могу быть одновременно предпринимателем, тренером по фитнесу, мужем и участником ралли на внедорожниках. Эти идентичности никуда не пропадают, на них можно опереться. А главное, не надо, отказываясь от всего, выбирать одно. Теперь и работать легче. Я о новых проектах думаю, с ребятами собрались тренажеры закупать. И машину давно пора серьезно ремонтировать. А то всю голову занимали эти самокопания. Только вот… почему так важно для меня, чтобы этих характеристик было много? Почему, когда думаю об этом, становится легче?

– Дело в том, что человек – часть общества. Он регулярно взаимодействует с огромным количеством людей в разных позициях. Где-то получается лучше, где-то хуже. Это очень сложный социальный рисунок со множеством переплетений. Если в каких-то позициях получается пока плохо, то другие характеристики амортизируют удар. Например, я не очень удачлив в ведении бизнеса, зато я отличный друг. Я не гений в финансовом плане, но зато изумительно варю борщи и щи. Обилие характеристик повышает нашу жизнестойкость, делает нас крепче перед лицом трудностей, которые обязательно будут.

Я предложил Алфею еще одно упражнение, основанное на работе с идентичностью. Оно поможет подготовиться к предстоящему стрессу.

По крайней мере, в исследовании американских ученых-психологов такой прием сработал. Они давали некоторым участникам своего эксперимента задание – за десять минут написать о своих провалах, поражениях и так далее. Другие участники в это время описывали сюжет фильма. Потом и тем и другим нужно было выступить перед недружелюбной аудиторией и выполнить еще несколько заданий на скорость и точность. Параллельно экспериментаторы собирали анализы слюны испытуемых, чтобы фиксировать уровень кортизола – гормона стресса.

Выяснилось, что уровень кортизола у первой группы был в два раз ниже по сравнению с участниками, которые писали о фильме. Заодно, кстати, у первой группы оказалось более высоким качество выполнения задач. То есть люди, которые вспоминали о своих неудачах, почему-то приобретали что-то вроде психической брони. Новый стресс действовал на них куда слабее, чем на прочих.

Почему это сработало именно так? Вероятно, дело в прививке от стресса. Вспомнив о прошлых неудачах, человек понимает, что он со всем этим справился, сумел это пережить. Значит, и новый стресс переживет. Как говорится, прорвемся!

Кстати, в первой группе не зафиксировали увеличение уровня кортизола. Так что не надо беспокоиться о том, что вы только расстроитесь, если начнете описывать свои неудачи.

Итак, теперь вы знаете, как подготовиться и повысить стрессоустойчивость. По крайней мере, на дистанции в час-полтора [8].

Встреча четвертая. Все пропало

На четвертую встречу Алфей пришел мрачным. Он сел в кресло напротив, отложил телефон на журнальный столик и вздохнул.

– Случилось то, чего я и боялся, – произнес он тихо, после чего замолчал и какое-то время смотрел перед собой, разглядывая рисунок на ковре.

После паузы где-то с минуту он продолжил:

– Я считал себя человеком с аналитическим складом ума. Логичным. Умным. И вот, поддался самоуверенности. У нас сейчас проект тяжелый в агентстве. Там клиент – фирма, где несколько руководителей, сложно с ними работать. Каждый видит проект по-своему, между собой долго договариваются. И директор надеялся, что я смогу как-то привести их к общему знаменателю. Что мои предложения понравятся всем. А в итоге они только переругались и по четвертому разу меняют концепт рекламной кампании. Одна из основных моих характеристик – эксперт. А теперь, выходит, что я не справился и на самом деле не так умен, как себе казался. Настоящие специалисты в таких ситуациях делают крутой прорыв, невозможное, получают премию и повышение. А так… выходит, что я карьеру свою попортил. А еще хотел бизнесом заняться… свое агентство организовать.

– А почему вы считаете, что отличные специалисты никогда не ошибаются?

– Ну… я об этом столько читал историй. Они даже свои неудачи переделывают в успехи. Надо просто мыслить позитивно, широко, искать что-то новое. Каждая неудача открывает новые возможности. И потом эти люди становятся самостоятельными, не работают на кого-то, а строят свой бизнес.

– Понимаю, – кивнул я. – Обратите внимание на слово «просто». Его часто используют не по делу. Когда вы слышите «просто», чаще всего это совсем не так. Вас убеждают, что вы сможете считать себя профессионалом, когда будете добиваться успеха всегда и во всем. Но это неправда. Неудачные проекты, провалы, проигранные матчи, ушедшие со скандалом клиенты есть у всех. Даже у тех, кто стал азбучным примером великого эксперта. Ваша идея о том, чтобы заняться бизнесом, – это вообще отдельная тема. Здесь важно понять, чего вы ждете от бизнеса. Хотите ли вы заниматься административной работой или взаимодействовать с клиентами. В том, чтобы оставаться наемным работником, нет ничего плохого. Организовать свой бизнес – это совсем не обязательная ступень в карьерном развитии. Но кто-то в вашем окружении утверждает, что это так?

– Да. Мне приятели говорят, что хватит работать на других. Настоящие деньги приходят, только когда ты собственник бизнеса. Получается, что я и так проект провалил… а тут еще и не очень хочу уходить в свободное плавание. Наверное, выходит, что я слабак? Друг советует прислушаться к своему сердцу – оно скажет, как дальше правильно со всем этим поступить. Понять, кто я. А я не знаю. Не подсказывает мне сердце. Ни словечка. И мне страшно. Тяжело. Как будто я один и даже сердце мое меня не понимает.

– То, о чем вы говорите, – это кризис. Это не значит, что вы плохой или ситуация не очень. Сейчас вы не понимаете, как жить по-новому, но по-старому тоже жить не хотите. Нельзя справиться с кризисом за одно размышление. Вам нужно время и реальный поиск возможностей, а не просто теоретические рассуждения о том, кто вы и можете ли вы стать бизнесменом. Здесь стоит разбираться с плюсами и минусами вашего прошлого профессионального пути и с тем, что вам могут предложить другие варианты развития.

Я могу еще много об этом говорить, но задача психолога – не объяснять все подряд, а научить человека справляться с его психологическими проблемами самостоятельно.

Для этого я предложил Алфею упражнение «Главы жизни». Оно отлично помогает поднять самооценку и укрепить свою идентичность.

Этот способ проверен экспериментально на выборке из 6421 человека, и результаты у всех хорошие [9].

Вот как проходило исследование. Всем участникам экспериментальной группы исследования (после тестов на самооценку) раздали такую инструкцию:

«Пожалуйста, вспомните всю свою жизнь и выделите четыре важные главы ее истории. Глава должна описывать длительный период вашей жизни, например брак. Главы не обязательно должны иметь четкое хронологическое начало или конец, а также могут относиться к одному и тому же периоду вашей жизни. Если хотите, то пишите о тех процессах, которые еще продолжаются. Начните с главы, которая приходит на ум первой. Подумайте, как эта глава относится к вашей истории жизни в целом, как связаны причины и следствия этого периода времени и темы вашего настоящего. Пожалуйста, напишите столько, сколько сможете, и настолько подробно и детально, насколько это возможно. Потратьте хотя бы десять минут, чтобы описать все детали. Затем ответьте на вопросы:

1. Что эта глава говорит о вас как о человеке?

2. Как эта глава сочетается с другими главами вашей жизни?

Отвечать на вопросы тоже лучше письменно. Всего это упражнение занимает примерно час – четыре главы по десять минут, ответы на вопросы и немного времени на обдумывание».

Участники контрольной группы, кстати, получили похожую инструкцию – отличие было лишь в том, что им предлагали писать об известных людях, а не о себе.

Что в итоге?

Участники, которые писали о главах своей жизни, продемонстрировали пусть и не большое, но все же заметное повышение самооценки, а люди из контрольной группы – нет. Самое интересное, что это повышение не зависело от настроения и эмоциональной окраски глав. То есть грустные главы жизни и главы веселые, главы о потерях и неудачах и главы об успехах и достижениях оказались одинаково полезными. Эффект был нестойким и длился около 30 часов. Однако процедуру всегда можно повторить.

Любопытно, что другой эксперимент показал: можно писать не только о главах жизни, но и конкретных событиях. Однако написание глав жизни дает больший эффект [10].

Так что, если хотите поднять самооценку прямо сейчас, вы знаете, что делать: возьмите ручку, бумагу (такие техники почему-то лучше работают при написании от руки), перечитайте инструкцию – и вперед!

Алфея упражнение захватило. При мне он набросал небольшой список глав, которые можно превратить в подробные мемуары. Пообещал показать результаты на следующей встрече.

Встреча пятая. Кризис, я тебя не боюсь!

В следующий раз Алфей немного опоздал, но это его не тревожило. Он устроился в кресле и прежде всего улыбнулся. У него исчезло навязчивое напряженное желание казаться кем-то, произвести впечатление. И страх, что впечатление будет не такое, о каком он думал.

– Знали бы вы, как легко, когда в голове не гудит рой сомнений. Я устал в себе сомневаться на каждом шагу. А теперь действительно понимаю, что меня сбивал с ног любой совет. Я сразу начинал задумываться: а прав ли я, не забыл ли чего. Теперь у меня есть опыт, который помогает понять, какие характеристики идентичности у меня сейчас вышли на первый план. Что для меня важно, что держит на плаву. В чем я хорош, даже если совершил ошибку.

Я прищурился:

– Не сочтите за занудство и пессимизм, Алфей, но я обязан вас предупредить.

Алфей слегка напрягся, но я быстро смягчил:

– Все из самых добрых побуждений, не со зла. Дело вот в чем. Сейчас, когда кризис позади, может показаться, что так будет всегда. Но нельзя найти правильные идентичности раз и на всю жизнь. Это очень гибкая сфера. Тот, кто будет убеждать вас в обратном, заблуждается. Кризисы идентичности будут еще встречаться у вас на пути. Это нормально. Вы будете менять какие-то характеристики вашей идентичности, что-то добавлять, от чего-то отказываться. Жизнь не стоит на месте, и в этом ее красота. Теперь у вас есть понимание, как обрести твердую почву под ногами, если снова случится кризис. Не забывайте об упражнениях и об опасности упрощения этой системы до единственного варианта. Помните: поиск себя ради поиска себя ни к чему не приведет.