Чужеродная Аллегория

Глава 12

Глава двенадцатая

Взгляд в будущее

Пётр Сергеевич, Ёргеср, изгнанник… как его только не называли. Однако больше всего он предпочитал слово – мастер. Только не в смысле "хозяин", а то были уже прецеденты. Гному очень нравилось когда его признавали именно за мастерство. За умение творить своими собственными руками. За умение спасать жизни артефактам, которые никто другой не может восстановить. За любовь к собственной работе, и отказ повышать цены выше необходимого минимума.

И именно из-за последнего ему приходилось наиболее туго. Старику живущему в капсуле много для жизни не надо. А вот его конкурентам всегда нужно больше. Как и тем у кого он изредка умудрялся снять помещения. Изгнанник с собственной многолетней работы в реальности, изгнанник из родного города в виртуальности, теперь его гнали отовсюду где ему посчастливилось хоть ненадолго обосноваться.

И методы его противники всегда использовали наиболее жестокие и действенные: те что недоступны в реальности. Поджог, грабёж, и естественно убийство. Изначально поставивший себе цель как можно больше избегать сражений, Пётр Сергеевич уже умудрился набрать семидесятый уровень, просто в попытках сохранить свою жизнь.

При этом Ёргеср так и не отказался от своего мировоззрения: лично в боях он практически не учувствовал. У лучшего ученика главного Рунного Мастера хватало как сюрпризов, "доставшихся по наследству" так и персонально разработанных секретов. И он не стеснялся демонстрировать их своим убийцам.

И тем не менее энтузиазм последних не уменьшался. Пётр Сергеевич лишь случайно узнал почему: оказывается попытки как-либо помочь изгнаннику, наказывались довольно мощным дебаффом. В то время как действия направленные чтобы усложнить ему жизнь наоборот поощрялись различными бонусами к крафтерскому аспекту. Каждому доставалось что-то своё, профильное, и с варьирующейся эффективностью: чем сильнее подгадишь, тем мощнее бонус. За убийство они вообще были перманентными и стакающимися.

И не то чтобы у него была возможность спрятаться: где-бы Ёргеср не обосновался, все конкуренты в округе практически сразу-же получали соответствующе уведомление. Ну а кто устоит от соблазна усилить свои возможности?

Вот и приходилось изгнаннику бегать с места на место и зарабатывать репутацию. Ведь пока остальные мастера на него охотились, он работал. Работал лучше, дешевле и искренне. Где другие ограничивались необходимым минимумом, Пётр Сергеевич изо всех сил старался довести свою работу до потенциально возможного совершенства. Даже из самой незначительной мелочи – как например починить крышу – он старался сотворить шедевр, способный просуществовать веками.

И не забывая практиковаться в процессе с рунами.

Ёргеср накрепко запомнил последний урок своего мастера: относиться к рунам как к полноценным личностям. Он не наносил их на свои творения: он давал рунам жизнь. А взамен просил лишь самую мелочь: дать вещи на которой находилась руна малую толику её потенциала.

К сожалению получалось отнюдь не всегда: трудно произнести просьбу искренне, когда обращаешься к собственноручно созданному рисунку, в глубине ненастоящего мира. Ему это казалось чем-то неправильным, или скорее просто глупым. И тем не менее с каждым днём Пётр Сергеевич всё сильнее проникался собственным искусством. Достаточно было один раз почувствовать отклик от руны, и гном уже не мог воспринимать их просто как "рисунок". В них было… что-то. Что именно он не понимал. Более того: он при всём желании не мог бы описать что ощущает каждый раз когда руна откликается на просьбу. Радость? Гордость? Восхищение? Всё это и ничего одновременно.

Но главное Пётр Сергеевич для себя понял: эти чувства достойны того чтобы он раз за разом их преследовал. Преследовал, не взирая ни на происки конкурентов, ни на глупость собственных действий.

За долгие недели работы и скитаний Ёргеср заработал немалую репутацию в определённых кругах. Конечно он не стал легендарно-знаменитым крафтером или что-то в этом роде: случайные игроки на улицах его не узнавали, песен о нём не слагали, на интервью не приглашали. С его творениями подобных непотребств также не производили.

Однако игроки не раз приходили с особенными или узкоспециализированными заказами конкретно к нему. Значит где-то о его умениях было известно… Ёргеср никогда не озабочивался узнать подробности. В основном потому что ответ наверняка окажется до нельзя банальным: интернет.

В общем Пётр Сергеевич не считал себя кем-то особенным, но тем не менее весьма удивился когда к нему заявилась парочка довольно необычных клиентов не совсем понимающих куда именно они пришли и чего именно хотят. Высокий эльф, стоило только ему зайти в снимаемый гномом небольшой магазинчик, отошёл чуть в сторону, и с раздражённым видом закутался в тёмный рваный плащ. В разговоре он явно учувствовать не собирался.

И последнему факту Пётр Сергеевич, неожиданно даже для самого себя, крайне обрадовался. Эльф источал такую ауру злобы что она казалось материальной. По крайней мере, тени в помещении при появлении ушастого стали заметно гуще, а его плащ колыхался сам по себе, не обладая при этом ни каплей артефактных свойств. Уж последнее Ёргеср мог определить даже не напрягаясь – обычная чёрная тряпка, вела себя совершенно не нормально.

Гном даже ненадолго заинтересовался: а не проявление ли это расовой неприязни, свойственной его персонажу?

Следующим вошедшим оказался вполне обычный человек… на первый взгляд. На второй-же… Одетый во вполне обычную экипировку новичка, не имея даже сумки, он словно бы не испытывал нужды в снаряжении. Пётр Сергеевич был готов поклясться на весь свой уже довольно немалый опыт работы с клиентами, что он даже не задумывался о таких вещах. Если сейчас спросить этого человека про экипировку, то он даже не сразу поймёт о чём речь.

Однако задавать такой вопрос Ёргеср конечно-же не собирался: тридцать седьмой уровень у его клиента не появился из ниоткуда. Если он сумел добиться такого в снаряжении новичка, лезть в его личные дела может оказаться неразумным. И то что гном его превосходил ничего не значит: в конце концов Пётр Сергеевич мастер, а не боец.

Но не это было самым странным: человек так-же как и эльф излучал ауру. Вот только это была отнюдь не злоба. Да и в принципе не что-то негативное… но и ничего хорошего сказать по свои чувства Ёргеср не мог. Человек просто казался… странным. В нём что-то неуловимо мелкое, совершенно незначительное казалось неправильным. Но при этом… невероятно родным? Словно бы смотришься в не просто кривое, а активно искажающее, изувечивающие изображение зеркало. Вот вроде и нет в отражении ни капли от тебя, но в то же время иметься чёткое осознание: это ты.

- Он говорил что гномы способны восстановить кинжал. – проговорил человек обращаясь к эльфу – А Хаос нам явно указал сюда. Мастер скажите, вам ведь по силам единое целое из… этого?

При последних словах человек достал из-за пазухи… ну да детали кинжала. Видимо за неимением сумки он их таскал как придётся. Что примечательно эльф на обращение никак не отреагировал, но вот полы его накидки взметнулись яростнее обычного.

- Не уверен что слово "восстановить" тут подходит. – взяв запчасти (металлическое лезвие, костяная гарда, и кристаллическая рукоять) ответил Ёргеср – Эти части никогда небыли едины. Да они и не должны быть: какой смысл соединять совершенно разные материалы? Тут нужна совершенно особая обработка, а и итоговый результат выйдет полностью никчёмным: этот кинжальчик развалиться в первом-же сражении.

- Это не важно: нам он не для битвы нужен… - начал было человек

- За себя говорите. – рявкнул из своего угла эльф – Если этот кинжал действительно окажется бесполезным, то использовать его я буду на вас пока он не сломаться. Ясно?

- Это угроза? – напрягся гном

- Простите мастер, вы тут ни при чём: наш… друг – на последнем слове человек запнулся – говорит исключительно о нас.

- В смысле "нас"? – невольно переспроси гном – Ты же один?.. или?

- Или. – злобно хмыкнул эльф – Их там двое сидит. И оба на одолженном времени… причём не только по причине меня: я лишь намерен ускорить естественное течение событий.

- Кто-бы говорил. – не остался в долгу человек – У самого крыша-то покруче нас едет, да господин кровавый маньяк?

В ответ эльф проворчал что-то невразумительное, и поплотнее закутался в накидку, создавая впечатление что ему холодно. Осмотрев эту сцену, и ещё раз находящиеся у него в руках детали, Пётр Сергеевич глубоко вздохнул. Потерев пальцами переносицу он с раздражением, чего раньше никогда себе перед посторонними не позволял, высказал:

- Господа клиенты, скажу честно: мне нет никакого дела до ваших проблем с головой. Если хотите собрать из этого кинжал: я могу. И в этом случае давайте начинать разговор про оплату. Если же нет… Ну, в таком случае зачем я вам вообще понадобился?

- Собирать будем: выбора у нас попросту нет. – подал плечами человек – А оплата идёт в счёт той помощи со Стражем и сохранении "наследия". Так ведь?

- Не так. – покачав головой Ёргеср на мгновение задумался, а не активировать ли ему защитные руны и избавиться от этих сумасшедших, но решил всё же уточнить – Я не имею ни малейшего понятия о каком страже вы говорите, так как проблем с законом в Столице у меня нет. По крайней мере тех о которых я знаю. Как впрочем и о "наследии", чтобы это не значило.

- Ну как… - с растерянным видом проговорил человек – Артефактный голем под городом, части которого вашим помог сохранить Леон? Он утверждал что вашему королю придётся немало потратиться чтобы расплатиться за эту помощь. Как например сказать своим мастерам помочь нам с кинжалом…

- Кхм. – гном внимательно осмотрел человека, после чего вздохнул и, ссыпав запчасти на прилавок, ещё раз кинул на них взгляд – Я так-то не являюсь частью гномьего королевства. Изгнали меня. Но даже если бы являлся… Я знаю лишь одного Леона: того который призрачной лич… именно он является причиной моего изгнания кстати. И что-то не складывается в ваших словах: я не так чтобы плотно общался с королём, но уверен он скорее умрёт чем будет расплачиваться с некромантом. Особенно с Леоном.

- А я тебе что говорил? – произнёс человек… внешне ни к кому не обращаясь – Да знаю я, знаю, но что мне было делать? Или точнее что сейчас делать? Ну например идти делать запрос к тем кто будет работать бесплатно? Или ты хочешь потратить то что мы успели накопить? Так вряд ли наших грошей на это хватит. Извините за беспокойство, мастер, мы пойдём. Погоди, но как-же наставления от Хаоса?

- Просто к сведению: твои… или ваши: мне не принципиально… разговоры с пустотой весьма нервируют. – покачал головой Ёргеср и продолжил – Если вы намерены уйти в погоне за халявой, останавливать конечно же не буду. Просто хочу заметить: рукоять у вас из мориона, а мои сородичи работать с этим материалом не любят. Очень не любят. Если ваши слова про лича правда и им был дан прямой приказ, они конечно согласятся, но уж точно не будут работать на совесть. Но скорее всего вас просто пошлют обратно ко мне: кто откажется сбросить грязную работу на изгнанника? Но как изгнаннику приказывать мне не могут, а значит и платить всё равно придётся. И если вы сейчас уйдёте, то предупреждаю: по возвращении цена будет намного больше.

- А я-то считал что мастер Ёргеср не любит заламывать цены. – внезапно подал голос эльф – Получается врут слухи?

- Погоди, а ты его откуда знаешь? – прежде чем гном успел ответить, к ушастому с удивлённым возгласом повернулся человек – Ну точно, то-то ты тогда заржал. Погоди, когда он ржал? Да ты не отвлекайся, а то на нас и так косятся как психов.

- Потому-что вы психи и есть. – пробормотал себе под нос Пётр Сергеевич, и заговорил чуть громче – Слухи не врут: я действительно не люблю заламывать цены. Но "не люблю" не значить что "не делаю". Зависит это от клиентов. А раз вы пришли от самого короля, да ещё и с бюджетом от Леона, то повода играть в альтруиста я не вижу.

- А уверен что именно из-за этого, а не потому что мы тебе не нравимся? – интонации человека теперь заметно отличались

- Что, вторая личность решила вести переговоры? – хмыкнул гном – Впрочем мне без разницы. И нет, конкретно к вам негатива я не испытываю. В отличие от Леона. А раз вы с ним сотрудничаете, то цены я буду задирать, безо всякого смущения. Облегчать некроманту жизнь я не собираюсь.

- Да мы с ним и не сотрудничаем. Просто наш покровитель направил нас собирать части этого кинжальчика, а они каким-то макаром связанны с Леоном. В процессе поисков он появился перед нами, выдал недостающие части, произнёс что-то заумное и убил. Вроде как оказав тем самым услугу, зарядив нашими же жизнями кинжал.

- Ага. – моргнул Ёргеср – Весело. А покровитель, это кто? Кто-то из местных божков?

- Без понятия. – пожал плечами человек – Нам он назвался духом хаоса, а Леон, его вроде-как знает, и упомянул как Дискорда. Но на бога он не очень похож, ни поведением, ни внешностью. Да и в пантеоне местном не упоминается. Погоди, ты когда в пантеон заглянуть успел? Ну так у меня иметься системная информация, забыл? Нужно же чем-то заниматься пока ты болтаешь.

- Вот уж действительно "хаос" – вздохнул гном и повернулся к эльфу – Ну а у тебя что?

- Ничего. – буркнул он, но чуть подумав уточнил – Ничего чтобы тебя касалось. Эти психи меня умудрились убить, и теперь я просто жду компенсации.

- Умудрились? – переспросил гном – От недостатка самомнения ты не помрёшь. Ну да ладно. Истории конечно крайне интересные, но забесплатно работать я всё равно не собираюсь. Неважно с Леоном вы или нет. И даже если включить в цену мою предельную доброту, я сомневаюсь что вы сумеете её потянуть. Работа сложная, крайне редкие материалы уже и так стоят немало, плюс потенциальная связь с некромантом, плюс то, что доброту я засчитывать всё-таки не собираюсь. У тебя, псих, денег судя по всему вообще не водятся, а твой ушастый друг…

- Оплатить могу. Но не буду. – с мрачным видом буркнул эльф в ответ на вопросительный взгляд гнома – Если эти двое хотят жить, то пусть выкручиваются сами.

- Ясненько. Послать бы вас куда подальше… деньги добывать например. Да вот только…

Ёргеср бросил ещё одни взгляд на части кинжала. Проклятый всеми мастерами камень. Идеальной формы гарда не несущая в себе ни следа обработки, а словно бы выращенная в таком виде. Лезвие из металла который Пётр Сергеевич никогда не встречал ни в игре, ни в жизни. Всё это как-то связанно с некромантом из-за которого его игровая жизнь пошла под откос. И всё это нашёл человек с раздвоением личности и непонятный, считающий себя излишне крутым, эльф.

- Я признаюсь честно не так давно в этой игре, но же успел понять что классовые задания вещь крайне значимая, и в большинстве случаев предоставляет множество необычных возможностей. Особенно задания от околобожетсвенных сущностей, лично знакомых со столь знаменитыми некромантами. И если с тобой, двойной псих всё понятно, то ушастый… думаю я не ошибусь сказав что ты тоже как-то связан с Леоном?

- Тебе какое дело? – ожидаемо отреагировал эльф

- Если ответишь честно, то работать буду полноценно, и скорее всего, бесплатно. А тебе очень нужен хороший кинжал, так ведь?

Несколько секунд эльф сверлил его взглядом, после чего пожал плечами и с безразличным видом ответил:

- Боюсь тебя разочаровать, но у меня нет ничего особенного. Впрочем за язык я тебя не тянул: сам виноват. Помнишь ту шумиху с «серпом забытого бога»? Ну вот я в поисках участвую. Собственно на этом всё.

Про серп гном знал. И жизненный опыт говорил ему что "на этом" явно не "всё". Уж слишком безразлично говорил ушастый, явно пытаясь отвести внимание от себя. Мол я ищу как все и ничем от остальных не отличаюсь. И тот факт что из всей кучи игроков только эти двое смогли добыть части кинжала, на существование которых Леон отреагировал лично, старательно игнорировался.

Впрочем влезать выясняя подробности, причины и следствия, уточнять кто прав, кто виноват Пётр Сергеевич уж точно не собирался – у него имелся собственный мотив:

- Что-ж я тебя услышал ушастый. И сделаю как обещал: работать буду качественно, даже с таким материалом как морион. Но на бесплатность твоего ответа всё-таки не хватило: я всё сделаю в долг.

- Да мне без разницы: платить не мне.

- На этот раз я работаю не за деньги. – покачал головой гном – В качестве оплаты вы возьмёте меня с собой. Мне тоже есть о чём поговорить с Леоном.

- Это о чём-же? – поинтересовался человек

- Потребовать вернуть трупы моих сородичей, которые его приспешник обманом выкрал из-под моего надзора.

- Он тебя не послушает. – человек покачал головой

- Знаю, но попробовать я обязан. – гном пожал плечами – Ну так что скажите?

- Влад не будешь добр?

Вместо прямого ответа человек судя по всему обратился к своей второй личности. По крайней мере говоря последнюю фразу к эльфу он не поворачивался. Через несколько мгновений перед человеком из-ниоткуда возник довольно удобный стул с высокой спинкой. Следом рядом со стулом образовалась табуретка на которой стояли… вазочка с чаем и кружа с печеньем.

- Хаос говорит что нужно подождать пока вы не закончите работать, мастер. А значит мы согласны.

Заявив это человек с совершенно невозмутимым видом плюхнулся на стул, и закинул в рот печеньку. А следом ещё и сделал приглашающий жест, мол угощайтесь. Эльф ожидаемо даже не дёрнулся, а вот Пётр Сергеевич выкобениваться не стал, и действительно взял одну из кружки. Начав жевать произведение чужой магии (оказавшееся весьма недурным кстати) он повернулся к ушастому:

- Судя по отсутствию возражений решение принять меня в команду единогласное?

- Честно говоря мне пофиг. – пожал плечами эльф – Вы втроём скорее всего просто сдохните при первом же серьёзном столкновении. Защищать вас я не собираюсь, о чём предупреждаю заранее. С другой стороны гном мастер тылу всегда полезно: качественное снаряжение я люблю, и чем заплатить за работу имеется. Так что да: возражений я действительно не имею.

- Какой ты добрый, просто прелесть. – хмыкнул гном – В этот раз боюсь так легко ты не отделаешься, и помогать своим спутникам тебе всё же придётся.

- С чего бы?

- Увидишь. Но чуть позже. Ну а сейчас, раз уж мы всё обсудили, я приступаю к работе.

Работа для гнома священна. Хоть Ёргеср и угрожал что будет заниматься кинжалом спустя рукава, это было не более чем блефом. Ну не мог он так относиться к работе. Тем более к кинжалу из столь непростых материалов. Создать оружие способное остаться в веках, то о котором будут складывать легенды: это ли не мечта любого гнома? Пусть оружие будет злое, пусть легенды будут тёмными, плевать. Если этот кинжал сможет остаться в истории, то какая уже разница?

И… быть может… кинжал запомнят как оружие, которым прервали нежизнь Леона?

Оставив бессмысленные мечтания, Ёргеср взял в руки принесённые странными типами детали. Каких либо видимых скреплений между собой они не имели: на местах предполагаемых соприкосновений имелись только ровные срезы. Впрочем в этом нет ничего удивительного: слишком разные материалы, совершенно не предназначенные сочетаться.

Ради интереса: просто чтобы представлять чего следует ожидать в финале, гном прислонил конец лезвия к гарде… Точнее попытался прислонить. Когда между ними осталось чуть меньше сантиметра, Пётр Сергеевич почувствовал мощную отталкивающую силу, словно при попытке соединить пару магнитов, неправильными полярностями. А что ещё страннее: его плоска маны уменьшилась процентов на пять.

Пётр Сергеевич прошёл немалый путь и многому научился с тех пор как создал держатель для бороды в копии собственной квартиры. Он уже давно не пользовался ароматическими свечами и ритуальными кругами в своей работе: просто не было нужды. Но усвоенные тогда уроки он не забыл. В конце концов это основа: фундамент на котором строятся все процессы ремесленной магии.

Именно поэтому, он всегда держал в запасе несколько зачарованных мелков, набор ритуальных свечей, и десяток свободных – ещё не покрытых собственной руной – камней. И сейчас, впервые за несколько месяцев Ёргеср решил ими воспользоваться. Механически скрепить детали между собой он мог даже без магии. Причём скрепить в остаточном качестве чтобы оружие действительно стало боевым. Но вот чтобы перебороть силу не позволяющую им прикасаться друг к другу, ему понадобиться поддержка.

Гному предстояло очень плотный каркас: магически станок, способный самостоятельно удерживать детали вместе, пока он не закончит работу.

***

Даже самые лучшие из его попыток не заканчивались ничем кроме бесполезного пшика. Любые попытки обработать деталь кинжала (неважно какую) требовали огромных затрат по мане и даже жизням, причём просто для того чтобы понести к ним инструмент. А воспользоваться оным до сих пор так и не смог: почти всегда его жизни успевали дойти до критических значений. Единственный-же раз когда Ёргеср решил не обращать на это внимания, всё на расстоянии полуметра мгновенно рассыпалось прахом.

Включая его самого.

Удивительно, но клиенты не только не восприняли подобное негативно, но даже ничего не тронули в магазинчике пока он возрождался. Когда он вернулся, человек сам с собой играл в им-же призванные шахматы. При этом обе его личности переругивались с таким ехидством, что эльф, едва убедившись что гном отказываться от работы не собирается, стремительно ретировался "кого-нибудь поубивать". Но хоть вернуться обещал, хоть и не уточнил когда.

Не зная что ещё придумать с проклятым кинжалом, Ёргеср решил банально попросить помощи. Разложив на полу все рунные камни что у него имелись, в виде тройного круга, гном положил в центр части кинжала. Сам уселся в центр и начал аккуратно заливать в камни ману.

Руны отозвались сразу: начерченные на камнях линии засветились тревожным тёмно-фиолетовым светом, и тут-же принялись яростно мерцать. Догадаться чего именно хотели сказать руны гном не мог, однако было понятно что кинжал им крайне не нравиться.

И что самое поганое: ещё даже не собранный кинжал ответил им взаимностью.

Запчасти оружия принялись словное бы высасывать из рун это нехорошее свечение… попутно превращая камни в пыль. Которая впрочем так-же стремительно впитывалась в оружие. Одна за одной руны внутреннего круга полностью исчезли, под влиянием проклятого оружия. И кинжал не собирался останавливаться: напившись силы, его детали взлетели, а лезвие недвусмысленно нацелилась прямо в шею гному.

Однако вылететь на пределы круга рун кинжал не сумел: совершенно непонятно как, но Ёргеср достаточно крепкую защиту… крепкую но недолговечную: едва поняв что он заперт (и это при отсутствии мозга) кинжал начал пожирать второй круг из трёх. И это был только вопрос времени когда он доберётся до Ёргесра: гном осознал себя почти полностью парализованным.

Всё что он мог – слегка крутить головой и глазами, моргать, да продолжать вливать ману в круги рун.

Именно паралич и стал ключом к его спасению. Кто знает как повернулась бы история сохрани Ёргеср возможность двигаться? Он бы наверняка попытался сделать что-нибудь физически: влез в круг в попытках поймать кинжал, или начал размахивать инструментами в надежде его уничтожить. А может начал бы вырезать новые руны, чтобы расширить сдерживающий круг. Но всё это было для него недоступно: только манипуляция маной и возможность лицезреть результаты этой манипуляции.

А именно: пожирая руны, части кинжала также впитывали и влитую в них силу гнома… И тем самым давали возможность себя контролировать. Не полностью, конечно же: кинжал не терпел никого над собой, и яростно разрывал тонюсенькие нити контроля что удавалось на него накинуть… Вот только след от этих нитей никуда не пропадал: по поверхности несобранного артефакта постепенно расползались светло-синие полосочки.

Они чем-то напоминали разводы: нечёткие и полупрозрачные как кристаллы, они тем не менее были лишены даже небольшого блеска, внешне больше походя на кость гарды. Однако гладкая, чуть-ли не полированная поверхность, больше подошла бы металлу.

Нечто среднее между всеми частями кинжала, оно, чем бы оно ни было, и станет тем связующим звеном объединившись артефакт в единое целое.

Вот только сам артефакт объединяться категорически не хотел: Ёргесру впервые встречался такой упёртый и непослушный предмет. Казалось что даже не имея разума, несмотря на все преимущества единения, части кинжала отказывались связываться между собой, чисто из голого упрямства, банально на зло ему и всему миру заодно.

Тогда гном изгнанник принял единственное верное решение: используя те крохи контроля что он сумел собрать, Ёргеср начал указывать направление по которому должны были разрастаться разводы. Он вырисовывал ими руны, прямо на поверхности кинжала… И даже за этой поверхностью: материал из которого состояли разводы, спокойно слезал с упрямого артефакта, готовый формировать новые структуры.

К несчастью долго удержаться "на свободе" разводы оказались неспособны: они стремительно распадались на энергию, тут-же пожираемую проклятым артефактом. И эта энергия уже не давала над ним контроля.

И тем не менее Ёргеср раз за разом продолжал формировать тоненькие хрупкие усики торчащие с кусков кинжала со всех сторон. Во первых: не связанные с артефактом они оказались невероятно послушными, ощущаясь как дополнительные пальцы. А во вторых: этими магическими пальцами, было очень легко ухватиться друг за друга, притянув поближе другие части.

В конце концов: его работа собрать артефакт воедино. А что для этого подходит лучше, чем крепежи из материала, обладающего свойствами всех частей?

Объединение давалось с трудом сопоставимым с физическим. По крайней мере все мышцы гнома выли от напряжения, по телу катился пот, а дыхание стало прерывистым. А что самое страшное: у Ёргесра заканчивалась мана. А кинжал не думал заканчивать сопротивляться: он уже сожрал почти весь второй круг. И что будет когда синяя полоска опуститься до нуля Пётр Сергеевич не знал…

Хотя нет, это враньё саму себе. Он прекрасно представлял, что будет делать дальше: тратить здоровье. Уроки из самого начала своего пути он не забыл. Но раньше Ёргеср всеми силами старался избегать подобных вещей, и персонажа развивал в сторону обычного зачарования, не требующего крови или других жертв. Такому мировоззрению способствовали не только нелюбовь сородичей к подобному – смысл изгнаннику бояться общественного мнения – а собственное нежелание становиться проклятым артефактором.

Вот только сейчас выбора у него и не было. Либо он потратит жизнь, либо перестанет жить.

И вот наступил в страхе ожидаемый ненавистный момент: полоска маны опустела, начала опускаться полоска жизни. Изменения не заставили себя ждать… позитивные изменения. И это пугало куда больше.

Нити контроля над артефактом стали куда прочнее: кинжал теперь рвал их с заметным трудом. Даже процесс пожирания рун замедлился, пока артефакт надрывался в попытках сохранить независимость. Свечение рунных камней так-же изменилось: тёмно-фиолетовое свечение начало менять тональность на бордовое. Следом за рунами настал черёд разводов: они так-же потемнели и покраснели. Казалось синий цвет маны, постепенно заменялся на красный от здоровья, словно бы кто-то смешивал краски из двух разных баночек.

А что самое главное: сближать части кинжала стало намного легче. Магические пальцы Ёргесра налились силой, с лёгкостью перебивающей отталкивающее воздействие кинжала. Гном с лёгкостью заставил части прикоснуться срезали друг к другу… и тут-же услышал вой. Услышал не ушами: чем-то внутренним, чем-то что он не мог назвать при всём желании. Тем самым чем он чувствовал отклик рун на собственные просьбы.

Но там где руны откликались с радостью и довольствием, он теперь ощущал только боль. Кинжал страдал. И металл лезвия, и кость гарды, и кристалл рукояти. Места соприкосновения, вопреки всем известным мастеру изгнаннику законам плавились. Плавились не от жара – нельзя расплавить кристалл – от магии. От его магии.

Ёргесру было противно, отвратительно от самого себя, и совершенно не хотелось продолжать… Но и заставить себя остановиться он не мог: какое-то глубокое, извращённое удовольствие вынуждало его продолжать. Гном наслаждался теми страданиями что причинял неспособным чувствовать материалам. Страданиями услышать и понять которые мог только гном.

Части артефакта обеднялись надёжнее чем при применении любого инструмента: они сплавлялись вместе, как сплавляются в печи два металла. Они обретали свойства друг друга: сглаживались недостатки, усиливались преимущества. А разводы ранее отдельные на каждой из частей, теперь объединились в единую схему. Сеть взаимосвязанных рун, вытравленных прямо на поверхности кинжала.

Рун, ничем не напоминающих создаваемые им до этого.

Рун, зловещего кроваво-красного цвета.

Рун, в которых отсутствовала жизнь.

В тот момент когда закончилось объединение, рассыпалась пылью последняя руна из защитного круга. Кинжал – уже полноценный и единый – рванул в сторону гнома, но не пролетев и пары сантиметров обессилено звякнул об пол. Сил у артефакта больше не было. Гном, впрочем недалеко ушёл, и точно так-же откинулся больно ударившись затылком об пол.

- Ушастик, ты ведь хотел себе этот ножичек? – уставшим тоном произнёс Пётр Сергеевич безэмоционально уставившись в потолок – Подними его, и воткни себе куда-нибудь. Нужна кровь чтобы завершить… чтобы это ни было. Назовём это привязкой к хозяину. И заодно к договору.

- Договору? – в поле зрения гнома появился затылок со спрятанными за волосами ушами

- У торговцев вроде меня есть кое-какие преимущества. – с кряхтением поднявшись, Ёргеср проковылял за прилавок, и принялся копаться в одном из ящиков – Технически конечно ограничений на профессию нет, но информация не сказать чтобы очень общедоступна, да и возиться с процессом решаться далеко не все. Я например даже не смотря на свою работу всегда старательно избегал этого. Не люблю подобные вещи. Но сейчас особого выбора-то и нет.

С удовлетворённым выдохом, гном выудил закопанный на самое дно самого дальнего ящика неказистый листок бумаги. Оттуда-же достал специальную пишущую палочку (по сути обычный карандаш). Разложив всё это, он прямо на прилавке принялся писать детали договора.

Недоумённо понаблюдав за ним десяток секунд, эльф понял что дополнительных пояснений не последует. Пожав плечами ушастый легонько ткнул поднятым кинжалом себя в палец… Вернее попытался ткнуть: обесцвеченные было разводы вспыхнули зловещим красным светом, и кинжал самостоятельно сменил цель с пальца на запястье. А лёгкий тычок в свою очередь сменился на удар со всей силы, с лёгкостью пробивший руку насквозь.

Эльф зашипел от боли и внезапно осознал что не может не то что отпустить кинжал: конечности в принципе перестали его слушаться. А что самое поганое: кинжал стремительно поглощал кровь – полоска здоровья с пугающей скоростью продвигалась к нулю. Повернувшись к гному эльф увидел как тот поставив точку в договоре, теперь безразличным видом его перечитывал.

- Слышь, мелкий, ты что такое устроил?

- Прости, но как я уже и сказал, это вынужденная мера. Я создаю тебе кинжал, ты сопровождаешь меня к Леону: именно так мы и договаривались. Но ты сам сказал что готов при малейшей опасности забыть о нас, начав действовать по своему усмотрению. Так не пойдёт. И если жертвовать собой рази моего спасения я не требую – если приспичит я и сам сажаться способен – то как минимум дождаться пока я возрожусь придётся.

- Ты что несёшь?!

- Эта бумажка является особенной и очень дорогой штукой, позволяющей перевести устные и ничем не подтверждённые слова, во вполне конкретный квест напрямую от системы. А она умеет следить за выполнением: штраф – удаление персонажа. На меня это тоже действует: я обязался предоставить кинжал. Подписываешь и он твой.

Ёргеср демонстративно прислонил указательный палец внизу листочка. Тот на мгновение вспыхнул красным, образуя на совей поверхности кровавый отпечаток. Тряхнув пальцем из которого теперь капала кровь, гном поднёс бумагу к эльфу: его пострадавшая рука ничего не сжимала, и прислонить палец к документу он был вполне в состоянии.

Обдав гнома яростным взглядом, эльф внезапно растянул губы в жуткой усмешке. Его тело покрылось аурой, напоминающей чёрно-красное пламя, и он сделал шаг вперёд сверкая едва заметными красными искрами в полностью чёрных глазах. Тени в углах мастерской, словно бы откликаясь на его злобу, сгустились, и потянули к гному свои щупальца. На самой границе сознания словно бы послышался шепоток, а в самой глубине темноты казалось бы раскрылось множество красных глаз…

- Не советую. – покачал головой, совершенно не испугавшийся Ёргеср – Без меня ты не сможешь подчинить кинжал и он тебя попросту убьёт. А я не работаю в пол силы: поверь кинжал более чем стоит небольших усилий.

Замерев, эльф закрыл глаза, глубоко вдохнул, постоял несколько секунд, и медленно выдохнул. Когда он снова поднял веки, от тьмы в его взгляде не осталось и следа. Чуть наклонившись он ткнул пальцем в бумагу. Небольшая порция чуть жгучей боли, и вот уже его кровавый отпечаток красуется на столь необычном документе.

- Ты об этом пожалеешь, гном.

- Может быть. – Пётр Сергеевич пожал плечами – Тем не менее трупы сородичей вернуть я действительно должен. Как минимум попытаться. А то нехорошо это, что они у некроманта. Неправильно. А с таким оружием у меня будут все шансы… главное чтобы ты смог им достойно воспользоваться.

Подняв руку, с указательного пальца которой всё ещё текла кровь после взаимодействия с документом, Ёргеср не стесняясь свидетелей, проговорил искреннюю просьбу к выполненными разводами рунам, и капнул кровью на кинжал. В то же мгновение бумага договора вспыхнула, и обратилась пеплом, подтверждая что договор вступил в силу. К эльфу вернулась подвижность рук…

А в комнате возник драконикус, в виде призрака или проекции испускаемой кинжалом.

- Мда, ну и устроили вы тут, "великое превозмогание", блин. – Дискорд разделился на две копии, одну излишне бородатую, вторую с большими ушами… слоновьими – Причём у каждого своё, за каким-то хренком. А ведь цель, казалось бы одна. – у обоих Дискордов вместо головы выросло по мишени, после чего они резко притянулись друг к другу, слепившись в одного драконикуса с двумя лицами – Только вот эти двое ведут себя адекватно. Хотя им вроде как не положено.

Человек в которого драконикус ткнул (в буквальном смысле: протянув руку через пол комнаты) приветственно отсалютовал "начальнику" печенькой:

- Мы охреневаем от происходящего. Нам простительно.

- Принимается. – некоторое время подумав (создав над головой полоску загрузки) заявил Дискорд – Значит кинжальчик, да? О-хо-хонюшки. – драконикус взмахнул руками, и потёр переносицу крыльями – Ну и накрутили вы тут. Сначала этот трупешник поехавший, потом ты старпёр выпендриться решил, да ещё и Забытый из своей дыры за каким-то хреном вылез. – превратившись в электронные часы, Дискорд начал стремительно отсчитывать время назад, постепенно меня облики на циферблатную, песочную и наконец солнечную вариацию – Вот скажи ушастый, нахрена ты во всё это влез?

- Меня особенно не спрашивали. – злобно пробурчал эльф – И куда именно я "влез"?

- Сам догадайся! – все три отбрасываемые солнечными часами тени закрутились спиралью приняв форму, пусть плоских и тёмных, но вполне узнаваемых кучек – Один кукухой поехал, второму по расовому признаку надрываться в работе положено, а третий вообще не понимает что происходит. И кто тогда виноват? А никто. Вот только бедному мне теперь приходиться отдуваться. – часы сложились в картонную коробку, из который выбрался драконикус, обмахивающийся веником как веером – Вы сотворили такую хаотичную и безумную штуку, так почему я – дух хаоса – должен приводить её к порядку?!

Перевесившись через край коробки Дискорд выхватил у эльфа кинжал и грозно потряс им в воздухе. Ответа не последовало: эльф с гномом смотрели на драконикуса с заметной опаской, и кажется задумывались о том чтобы сбежать. Человек-же с пофигистичным видом продолжал жевать печенье.

- Да потому что у одного безумного лича шило в заднице. И он, вместо того чтобы заниматься своими проблемами решил сжалиться над моим адептом. – В неуловимый ни для кого из присутствующих момент Дискорд оказался позади человека, и приставив кинжал к его шее, "отрастил" на своём лице чёрную кристаллическую маску без проризей – И прирезал его, тем самым добравшись до меня и заставив работать. – бросив кинжал на колени человека драконикус откинулся назад, прямо в появившийся гамак, и принялся покачиваться с мечтательным видом уставившись в потолок – Надо будет ему наставить что-нибудь. В отместку. Только дождусь как он придёт в себя, а то неинтересно будет. Правда это уже произошло, причём относительно давно, но не в текущем временном промежутке, так что придётся подождать.

- Наставить? Например рога? – с невинным видом спросил человек, с явным неудовольствием покосившись на оружие на своих коленях

- Не-не-не! – над драконикусом появилась банка белой краски которая перевернулась… и не открываясь упала, отломав ему рога – Если я что-то такое с его феей сделаю он мне мои собственные вначале в куда-нибудь запихнёт, а потом всю планету в чёрную дыру. Ну или ещё что-то в этом роде отчебучит. А меня этот мир пока что устраивает. – поднявшись с гамака, Дискорд почесал отпавший рог, отозвавшийся мелодичным урчанием – Я так-то имел ввиду просто ему втык вставить, или как-нибудь иначе мелко под дверью нагадить.

- Ну так и сказал бы "вставить", а не "наставить". – решился сказать своё слово эльф

- А разве так интересно? – Дискорд без каких-либо фокусов развёл руками (или в его случае лапами) – Ладно подзадержался я что-то с вами. Пора и честь знать. – Вновь взяв кинжал, драконикус несколько секунд на него смотрел, после чего произнёс неуверенно – Ну как там было… благословляю, что-ли?

Ярко вспыхнув необычный гость исчез из мастерской, успев тем не менее громко щёлкнуть по кинжалу когтём правой лапы. От щелчка оружие отправилось в полёт прямо по направлению к эльфу. Тому едва хватило реакции его поймать и не быть зарезанным.

Когда же всё успокоилось, все присутствующие осознали что кинжал уже не выглядит как прежде. Не было ни красных разводов, ни разницы в материалах: и рукоять, и гарда, и лезвие теперь были полностью одинаковы. Матовый, гладкий, не отбрасывающий отблесков материал глубоко-красного цвета. Кинжал был полностью собран: единое, приведённое к совершенной гармонии, оружие.

Жуткое оружие.

«Проклятье мёртвой крови»

Проклятый люминитовый кинжал

Артефакторы: Леон, Ёргеср, Дискорд, Забытый.

Носитель: Фистхаил

За каждые сутки без использования его в бою (нанесение урона любому существу не являющемуся носителем) кинжал прогрессионно пожирает 1% от максимального здоровья носителя. (2% на вторые сутки, 3% на третьи и т.д.) На десятые сутки без сражений кинжал моментально убьёт носителя без права возрождения.

Урон и прочие параметры кинжала не установлены: они зависят от характеристик носителя, прогрессионно увеличиваясь по мере пожирания его здоровья.

Кинжал полностью игнорирует любую броню из органических и близких к оным материалов (кожа, ткань, кость). Неорганические материалы так-же подвержены пробитию, но в меньшей степени. Данному свойству не способны помешать никакие особенности брони, магические (включая даже божественные чары) или нет.

При нанесении критического удара кинжалом максимальное здоровье носителя увеличивается на 0.01% от нанесённого урона. Эффект временный и держится только десять секунд. Эффекты стакаются, но каждый стак имеет собственное время. Если в течение этого времени противник умирает, эффект становиться постоянным.

Носитель может добровольно пожертвовать часть собственного максимального здоровья чтобы временно повысить собственные параметры и параметры своего оружия (любого, не только кинжала) на огромное значение. Точные значения зависят от количества пожертвованного.

Носитель может пожертвовать часть обычного (не максимального) здоровья, для призыва призрачных копий кинжала. Их параметры полностью идентичны оригиналу, а число зависит от количества пожертвованного здоровья. Призрачные кинжалы управляться ментально, этот процесс инстинктивно понятен носителю. Без управления они кружатся вокруг носителя, самостоятельно защищая от угроз или атакуя ближайших существ. Призрачные кинжалы приотизируют атаку.

Примечание: призрачные кинжалы способны наносить критические удары.

Дополнительные свойства кинжала будут появляться по мере роста носителя, и его прогрессии по классовой ветке.

***

Глобальное сообщение

Трепещите смертные и бессмертные: Великий Артефакт пришёл в этот мир… И он жаждет крови.

Забытого начинают вспоминать