Глава 15

Моя интуиция, рвавшая сердце раскалёнными когтями, смолкла лишь тогда, когда я перешёл с челнока на борт космолёта, что должен был доставить меня на транзитную станцию корпорации, откуда мне предстояло на корпоративном транспорте отправиться на планету АНО5 в системе ОКА46.

Всё прошло, как по нотам.

Я, в сопровождении Шевана, у которого перед выходом из гостиничного номера, обновил ментальные чары, добрался до администрации, где предъявил, так сказать, свою тушку с сообщением, что я дикий, которого похитили пираты, но законопослушный гражданин Шеван решил меня спасти и помочь.

Судьба моя решилась мгновенно по меркам Земли. Помня всю мощь бюрократической машины своей страны, я нервничал, не веря пленнику, что уже через несколько часов могу расстаться с ним в новом статусе колониста. Но именно так всё и произошло. Не было никаких бумажек, приказов, фраз «сходи в кабинет 16 за справкой 14\6, а потом посети кабинет 32, где нужно поставить печать, но там работница принимает только по вторникам и четвергам, а сегодня пятница». Мою личность проверил мощный ИИ, который пробил по всем возможным базам, сверил генетический материал, просмотрел записи и так далее, проверил на подделку данные с карты медкапсулы, где я пришёл в себя. В последнем случае местными чиновники получили неопровержимые доказательства, что во мне стояла незаконная рабская нейросеть.

Уже через несколько часов я общался с представителем корпорации, занимающейся освоением открытых планет. От государственного аналогичного предложения отказался, помня предупреждение Шевана о том, как у них «течёт».

Узнав, что установка нейросети мне противопоказана и пользуюсь браскомом, корпорант слегка приуныл, но мигом обрадовался тому факту, что я уже имею при себе нужный прибор да ещё неплохой модели, не уступающей универсальной нейросети второго поколения. Потом вновь расстроился, когда услышал о моём отказе кредитоваться.

Дальше было подписание контракта на пять лет. Пунктов было очень много, написаны были таким канцелярско-эзоповым языком, смысл которого простой человек с трудом бы разобрал. Я же даже не собирался вчитываться. Зачем? Через год я верну примерно треть от своих старых возможностей в магии. Это сразу даст мне шанс полностью подчинить кого-то из шишек на планете и переписать договор. А этот год я смогу вытерпеть, да и сами корпоранты не гладят против шерсти новичков, давая им привыкнуть, нагулять жирок и заматереть, чтобы потом кинуть в гущу событий.

Место службы мне досталось неплохое: планета земного типа в системе красного карлика. Жизнь сосредоточена в основном на экваторе, полно растительности, в атмосфере хватает не самых полезных газов и вкраплений, в том числе и пыльцы от растительности, которая у всех рас вызывает аллергии, а у самых невезучих и анафилактический шок. Поэтому там нужно носить маску. В исключительных случаях можно обойтись и без неё, но потом потребуется процедура чистки в медкапсуле, которая платная. Хищных животных хватает, особенно в воде. Климат в меру комфортный: днём там тепло, температура не поднимается выше двадцати пяти градусов, ночью прохладно, иногда очень холодно, но ниже семи-десяти градусов столбик термометра редко падает. Очень часты шторма, грозы, наводнения.

Фишка этой планеты — заброшенные сооружения Древних или Предтеч (кстати, технология нейросетей, гипер-двигателей и многое другое досталось местным расам именно от них). Всё полезное из них уже давно вытащили на стадии, когда была открыта планета, и туда высадился десант из военных и научников. Потом планета была передана для освоения колонистами. Но иногда что-то из артефактов прошлого попадается и за каждую такую вещь можно получить огромную премию. Включительно до статуса гражданина без многолетней работы на корпорацию, чтобы доказать свою полезность.

На нашу долю (я о колонистах потока, в который угодил) выпало обустройство городов и сбор образцов флоры и фауны. На кое-чем можно было заработать, так как, несмотря на великолепнейшее техническое развитие, некоторые вещества было невозможно синтезировать или же получение из животных или растений выходило на порядок дешевле.

Каюта мне досталась крохотная, куб со сторонами два с половиной метра. Половину площади постоянно что-то занимало — вещевой шкаф, кровать, душевая кабинка или громоздкий кухонный комбайн с кухонной стойкой-столом. Пока чем-то из этого я пользовался, остальные вещи находились в стене. Всё вместе просто не поместилось бы в отсеке, а ниши для хранения занимали меньше пространства, чем если бы конструкторы расширили под них каюту.

Были помещения и больше, и комфортнее, чем то, что мне предоставила корпорация, но они стоили куда дороже, и их нужно было оплачивать из своего кармана. Деньги у меня имелись, но тратить на такую ерунду я не хотел. Кстати, деньги удалось получить совсем другим способом, чем изначально планировалось. Так быстро продать вещи не удавалось, чтобы набрать требуемую сумму. Даже возврат нейросети и возвращение платежа за неё не был мгновенным, там сначала требовалась долгая диагностика, которая могла затянуться на несколько дней и не факт, что там не нашли бы какой-нибудь дефект, что дало бы продавцу возможность отказаться в возврате денежных средств. Я бы точно остался без дорогого браскома и личных средств, если бы вдруг не спросил у Шевана о его кредитной истории. И — фанфары! Ему в течение часа первый же банк выдал восемь тысяч кредитов без всяких препонов. Шесть из них ушли на покупки — браском, одежда, несколько сухпайков, кое-что из необходимых вещей вроде рюкзака.

Ещё хочу сказать, что в браскоме, выполненном в виде небольшого браслета, как и в нейросети имелось крохотное количество хладного металла. Но такая былинка ядовитого для меня вещества, находясь снаружи организма, почти не влияла на мои способности мага. Могу и потерпеть пока, а там и привыкну. Всё-таки, это не в собственном мозгу таскать эту гадость, там и половины количества хладного металла из браскома хватит, чтобы меня вырубить и порвать, только-только начавшие срастаться первые энергоканалы тонкого тела. Ещё можно убирать данное устройство в контейнер в тех местах, где он мне не пригодится.

Ещё четыре тысячи кредитов я хранил на двух чипах и полторы тысячи на браскоме для официальных платежей. Со всем своим снаряжением я как колонист из диких по стартовым условиям на порядок превосхожу тех, кто кредитован корпорацией.

Первые сутки полёта прошли в напряжении. Я всё ждал, что ко мне вломятся, завернут руки, вставят в голову эту чёртову нейросеть и — адью, Игорёша. Но стоило мне заснуть и самостоятельно проснуться полностью отдохнувшим, как настроение резко пошло вверх, а меланхолия с такой же скоростью стала падать. Тревожность ушла, появился интерес и возбуждение от знакомства с новым миром. Миром куда более интересным, чем прошлое Земли, середина двадцатого века.

Я не собирался покидать каюту до самого прилёта на станцию. Не было никакого желания контактировать с кем-то, оставлять записи о себе в памяти чужих нейросетей, откуда их можно выудить в любой момент. Мне совсем не нужно, чтобы однажды дроу, если они не оставят мысли разыскать меня, вдруг совершенно случайно столкнулись бы с кем-то из пассажиров корабля и нащупали ниточку ко мне. Тем более, мне нужно побольше времени проводить в медитации. Так быстрее происходит восстановление энергоканалов тонкого тела — сути мага.

Но совсем уж общения избежать не удалось. На второй день поздно вечером, когда я уже собирался ложиться спать, дверь в каюту раскрылась. Это было так неожиданно, что я чуть не пустил в вошедшую молнию. К счастью, в последний момент сдержался.

— Здравствуйте, э-э, Игорь Глебов, — чуть запнулась гостья, видимо, считывая с нейросети мои ФИО. — За беспокойство прошу прощения, но необходимо уладить некоторые формальности. К сожалению, до вас очередь дошла только сейчас.

«Угу, потому что нищий и бесправный, такого можно и ночью поднять из койки», — разозлился я на такое бесцеремонное вторжение. Потом поинтересовался. — А вы кто?

— Помощник дежурного третьей вахты, — улыбнулась она мне. — Фэя Лан.

«Принесло же ко мне фею», — хмыкнул я, оценив новую знакомую.

Я сам был высоким, сто восемьдесят шесть сантиметров рост. Но гостья уступала мне ненамного. Замени она форменные ботинки на туфли с высоким каблуком, то станет мне вровень, а то и выше, если каблуки будут ну-у очень высокими. Фигура крепкая, спортивная, как у женщин любящих заниматься спортом с большими отягощениями. Обычно у таких спортсменок грудь небольшая, так как жировая масса уходит, а в бюсте как раз такой ткани полно, но вот у Фэи она была огромная! Форменный комбинезон плотно облегал её тело и выгодно подчёркивал эту деталь женской красоты.

«А хотя… культуристки же себе силикон вставляют. Здесь вообще, может, какая-нибудь ГМО работает в организме, — подумал я, ловя себя на мысли, что как остановил взгляд на груди гостьи, так и продолжаю смотреть на нее. — М-да, феей тут и не пахнет при таких-то данных».

— Вы получили мои данные? Убедились, что я правомочна занять немного вашего времени? — спросила Фэя.

Оторвавшись от рассматривания женской груди, я посмотрел ей в глаза. Попутно отметив цвет кожи, форму губ и чуть увеличенные клыки, демонстрируемые в улыбке.

«Вампирша?.. Хотя, скорее всего, полуорчанка. Отсюда и рост, и фигура», — догадался я. — Что? Данные? Ай, блин… у меня браском снят, прошу простить.

— Браском? — искренне удивилась та. — А вам сколько лет, колонист?

— Совершеннолетний я. Просто из-за особенности организма мне противопоказана установка нейросети.

Во взгляде собеседницы мелькнуло удивление и жалость. Ну да, в её глазах я почти что калека, а женщины на инстинктивном уровне испытывают сострадание к убогим.

— Я и так вам поверю, на слово, — махнул я рукой, не чувствуя желания доставать браском и лепить на себя дополнительные аксессуары для получения информации через устройство. У меня таких было три: две крошечных пластинки размером с таблетку «глицина» крепились на носу в точках, где обычно располагаются «наносники» от очков, третья в виде крошечного шарика вкладывалась в любое ухо. Первые передавали изображение точно на сетчатку глаз, шарик слал звук и заодно переводил мою речь — отправляя на чужую нейросеть данные. Сейчас только он один мной использовался, иначе меня не смогла бы понять собеседница. Ещё имелись наклейки на пальцы для управления виртуальным экраном, но я управлялся неплохо и движением глаз, а со столь сложными случаями, когда без «распальцовки» не обойтись, еще не сталкивался. — Так что от меня нужно?

— Небольшой опрос.

— Меня всё устраивает и нравится, — быстро сказал я. — В моей прошлой жизни я и представить не мог подобного комфорта. Вы же в курсе, что я из диких?

— Это сэкономит моё время. Но все равно кое-какие вопросы я должна задать. С нейросети, — она указательным пальцем коснулась своей головы чуть повыше и позади правого уха, — будет снят протокол, обработан судовым искином и внесён в общую сводку дежурства.

Врёт? Почему-то у меня сложилось такое мнение. Опасности не чувствовал — интуиция молчала. Но настороженность присутствовала.

— Проходите, госпожа Лан, — пригласил я. — Здесь немного тесновато, правда, для двоих.

— Это не важно, — повела та плечиком и сделала два шага, присев на кровать. Дверь за ней бесшумно закрылась. И почти сразу же я применил ментальное подчинение.

— Зачем ты пришла ко мне на самом деле, Фэя? — быстро спросил я. — Мне нужна от тебя только правда.

— Я тебя хочу!

— Что?! — опешил я.

А та удивительно быстро возбудилась. Полагаю, мой приказ и полное подчинение сыграли с её телом такую шутку. Хотел получить правду — получил. Девушка часто задышала, губы потемнели и стали чуть-чуть полнее, в глазах появился тот самый блеск, который в простонародье называют «блядским».

Причина её появления в позднее время крылась у меня… в штанах. Эта извращенка не стеснялась смотреть, как мужчины принимают душ или делают кое-какие дела, то есть, наблюдала за ними (и мной в том числе) в те моменты, когда мы были голыми или без штанов как минимум. И Фэю невероятно сильно заинтересовал мой прооперированный орган. Орочья кровь в жилах наделила её темпераментом, животной страстью, крупной фигурой со всем сопутствующим. Андроиды и всяческие секс-игрушки её не прельщали, так как терпеть не могла искусственности. Подходящие партнёры с половыми органами, которые «заполнили бы её изнутри всю и даже распирали бы, чтобы дышать было больно» ей попадались очень редко. Орки и того реже, о чём девушка сильно жалела, так как только с ними ей случалось улетать на седьмое небо от блаженства.

И тут вдруг у одного из колонистов увидела «шланг» между ног, которым даже взрослый орк может гордиться. Воспользовавшись своим служебным положением, она выбрала момент и направилась к нему в каюту. Ко мне.

— И смех, и грех, — покачал я головой, выслушав девушку. — И за что мне такое? Ладно, Фэя, слушай меня внимательно. Секс у нас был, ты оказалась на вершине удовольствия, со мной тебе было лучше, чем с кем бы то ни было раньше…

После каждого моего слова полуорчанка возбуждалась всё сильнее, став подёргиваться телом, её глаза закатились под лоб, губы приоткрылись и с них стали срываться хриплые стоны.

— … после этого акта у тебя никаких сил не осталось, и ты отправишься сейчас на свою вахту и больше обо мне не вспомнишь.

— А-аргх!!! — зарычала та и опрокинулась на кровать, где забилась в судорогах удовольствия.

— Твою ж мать, — отскочил я от неё.

Успокоилась она только через несколько минут. После этого ещё пять лежала неподвижно, часто дыша, потом медленно встала и на подгибающихся ногах направилась к выходу. На меня никакого внимания не обращала, взгляд её был отсутствующим, по всем признакам Лан витала мыслями где-то в другом месте.

После её ухода я заблокировал дверь и повалился на кровать, желая поскорее заснуть.

«Скорей бы уж на планету прилететь, там хотя бы места побольше и народу поменьше», — напоследок подумал я, проваливаясь в дрёму.

Знаете, что случилось утром? Я увидел ту же картину после сна, что и перед ним — Фэю Лан. На этот раз она выглядела злой и напуганной. Так же как и вчера, она открыла дверь и ворвалась в мою каюту.

«И на хрена тут блокировка нужна, если замок игнорируют все кому не лень?», — вздохнул я.

— Ты псион! И документов об этом нет! — резко ткнула в меня пальцем гостья.

— Да ну? — скептически приподнял я одну бровь. — Меня диагностировали и не нашли ничего похожего. Будь я псионом, то не летел бы на задворки галактики рядовым колонистом. Откуда ты такую чушь придумала?

— Повежливее! — вспыхнула она. — Я всё видела по нейросети когда… в общем, всё поняла. Ты меня подчинил и внушил, что мы занимались сексом!

— Тебе не понравился секс? — хмыкнул я.

Та густо покраснела и отвела глаза в сторону.

— Его не было, почему он должен был мне понравиться? — буркнула она в ответ.

— Извини, — развёл я руками, — не знаю, что на тебя нашло такое. Вчера у нас всё было и было так хорошо, что ты ушла не попрощавшись.

— Хватит меня дурить, человечек, — прорычала она с яростью и сжала кулаки. — Нейросеть записала всё! Что было, и чего не было! И только попробуй опять взять меня под свой контроль — пожалеешь. Я перед визитом к тебе подстраховалась.

— Чёртовы технологии, с ними нормальному магу уже и не поработать, как следует, — пробурчал я себе под нос с досадой. — Чего хочешь теперь? Учти, шантажировать меня не выйдет. Все проверки покажут, что я обычный человек, на твоих записях нет ничего, что утверждало бы обратное.

После того, как хладное железо из «чёрной» нейросети исковеркала мне всю энергетику, медосмотр перестал «видеть» меня псионом. Это стало известно, когда меня прогнали сквозь диагност медкапсулы в центре приема беженцев, куда меня привёл Шеван. Ох, кто бы знал, как же мне было страшно лезть в это устройство. Не успел я осознать своё изменившееся положение, как уже обзавёлся кучей комплексом в новом мире. И, ведь, ничего сейчас с этим не поделать. Мне нужно время и информация, чтобы привыкнуть к новому окружению, к тем возможностям, которые оно даёт.

— Хочу, чтобы ты сделал то, от чего вчера отказался, — ответила она быстро. Она и так уже была вся пунцовая (со скидкой на её цвет кожи), но я был уверен, что после этих своих слов покраснела ещё сильнее.

— Трахнуть тебя, что ли, по-настоящему? — усмехнулся я.

— Да ты!.. Это я тебя трахну!

«Блин, думал, обидится и уйдёт», — покачал я мысленно головой.

— И хочу, чтобы было так же хорошо, как и вчера, — добавила она, делая шаг вперёд и практически уткнувшись своей грудью в меня. И тут как-то очень быстро волна вожделения накрыла и меня. В нижней части комбинезона стало очень тесно, сердце часто застучало.

Мои руки будто зажили собственной жизнью, и пока я охреневал от происходящего, они успели стянуть мой комбинезон и раздеть Лан. Оказалось, что направляясь ко мне, девушка больше ничего не надела. Стянул комбез — и тут же пользуйся возбуждённым телом, не теряя ни секунды.

Я прижался лицом к её груди и потёрся щекой сначала об одно упругое полушарие, потом о другое. Краем сознания ощутил приятный пряный аромат, исходящий от кожи красавицы.

«Афродизиак? Побрызгалась духами с феромонами? Вот почему меня так вставило, когда она прижалась ко мне, — дошло до меня. — Ах ты ж сучка похотливая».

Очень быстро мы с ней переместились в партер, а там дело дошло и до проникновения. И оказалось, что даже для женщины орчанки с их устройством организма мой младшенький Игорёк слегка великоват и без подготовки даже в истекающую смазкой щёлочку партнёрши войти, не причинив той сильной боли, не получится.

Когда ушла (практически, как и вчера — на подгибающихся ногах), то я себя мысленно дал пинка: мог же опять подчинить и дать установку, что бы удалила всю свою страховку и очистила записи в нейросети.

А хотя плохого ничего не произошло. Скорее даже наоборот — было очень приятно. И заодно получил первый урок для будущего: не забывать про нейросети и всяческие фиксирующие устройства, когда стану магичить.

Загрузка...