Дарина – разрушительница заклятий. Ключ к древнему пророчеству

Глава седьмая, в которой Коптильда Гранже получает приглашение

Бегство трех воспитанников из сиротского приюта, расположенного в окрестностях деревни Белая Грива, наделало немало шума. Малолетних беглецов объявили преступниками, за их голову назначили высокую награду – целую тысячу монет! Обычно за беглых сирот не давали больших денег, но девчонка Дарина зачем-то понадобилась имперским Эсселитам, и это сильно повысило цену за ее голову.

Из Чугунной Головы, где располагалось управление всей жандармерии округа, прибыл разбираться сам главный жандарм округа господин Руфус. Его дирижабль приземлился прямо во дворе приюта. Пока он разговаривал с комендантшей Коптильдой Гранже, кухарка спешно готовила для важного гостя праздничный обед.

Начальник жандармерии был весьма крепким мужчиной лет пятидесяти, с пышными усами. Форменный китель едва сходился у него на пузе и при каждом движении трещал по швам. На портупее у главного жандарма висело сразу четыре кобуры, две – на поясе и две – под мышками. На широкой груди поблескивали медали ветерана гражданской войны. Коптильда сразу прониклась к господину Руфусу глубоким уважением, ведь и у нее имелись такие награды. И вообще ей всегда нравились мужчины с пышными усами.

Вместе с высокопоставленным гостем прибыл полицейский художник. Копотун как мог описал ему внешность беглых воспитанников приюта, и тот, высунув от усердия язык, старательно рисовал их портреты для розыскного объявления.

– Я давно подозревала, что с этой тощей девчонкой будут проблемы, – заявила жандарму Коптильда. – Она с малолетства доставляла мне одни только неприятности.

– Эти приютские воспитанники – вечная головная боль, – согласился Руфус.

– А что они устроили при побеге! – всплеснула руками комендантша. – Вломились в мой дом, украли три мешка золота, предназначенного для нужд моих бедных подопечных сироток! Вероломным образом выкинули меня в окно, сожгли местную кузницу. И, – Коптильда заговорщицки понизила голос, – снюхались с говорящими котами!

Начальник жандармерии изумленно вытаращил на нее глаза:

– Понятия не имел, что у вас тут кипят такие страсти! Что же вы нам раньше не сообщили обо всем этом, госпожа Коптильда?

– Я всего лишь слабая, наивная женщина, – жалобно всхлипнула комендантша. – Даже представить себе не могла, чем это все обернется!

Услышав слова «слабая» и «наивная», Копотун Гранже, следивший за работой художника, не выдержал и ехидно фыркнул. Комендантша тут же одарила брата таким угрожающим взглядом, что тот сразу прижал руку ко лбу.

– Пожалуй, я оставлю вас ненадолго, – сказал он. – Что-то мне нехорошо…

– Заболел? – рыкнула на него Коптильда. – Я знаю, что с тобой. Аллергия на собственную глупость!

– Кто бы говорил о глупости, – разозлился Копотун. – Это ведь тебя обвели вокруг пальца трое детишек.

Комендантша выхватила из кобуры револьвер:

– А ну, проваливай отсюда, пока господин револьвер не заговорил!

Копотун только того и ждал. Ему совершенно не хотелось терять время на занудные объяснения с жандармами, да еще и слушать при этом причитания своей сестрицы. У него были дела поинтереснее! Еще утром Федусей пригласил его на дегустацию микстуры от кашля, сваренной по новому рецепту, так что последние полчаса он только и думал, как бы поскорее улизнуть от Коптильды и ее гостей. Состроив напоследок обиженную гримасу, Копотун поспешно выскочил из кабинета.

Господин Руфус взглянул на револьвер комендантши.

– «Убийца драконов»! – одобрительно заметил он. – У меня тоже был такой револьвер во время войны. А сейчас я приобрел вот это.

С этими словами жандарм потянулся к поясу и вытащил из кобуры здоровенный пистолет, раза в два больше оружия Коптильды.

– «Потрошитель мамонтов»! – гордо произнес он.

Коптильда восторженно взвизгнула, словно увидела не пистолет, а мешок бриллиантов.

– Какая вещь! – зачарованно выдохнула она. – И где же вы раздобыли это чудо?

– Выдали на службе, – похвастался Руфус. – Хотите, могу и вам достать?

– Конечно хочу! Дайте же подержать!

Коптильда выхватила у него пистолет и начала разглядывать его, словно восьмое чудо света. Руфус тем временем не сводил с нее восторженных глаз. Он впервые в жизни встретил женщину, которая так интересовалась оружием. И эта дамочка нравилась ему все больше и больше.

– В каких войсках вы служили, мадам? – учтиво осведомился он.

– В танковых, – не отрываясь от пистолета, ответила комендантша, – а потом в пехоте.

– А я в кавалерии. У нас много общего. И вы просто очаровательны!

– Вы такой любезный мужчина, господин Руфус, – сказала Коптильда, чувствуя, как розовеют щеки. – Я тоже восхищаюсь вами! С таким человеком я пошла бы в ад и обратно.

– Ох, вы мне все более симпатичны, мадам!

Он взял ее руку и галантно поцеловал. Не ожидавшая такого комендантша покраснела как помидор и едва не выронила пистолет.

– Почему мы с вами не встречались раньше? – с досадой в голосе воскликнул Руфус. – Где вы скрывались от меня, моя хрупкая лань?

Коптильда побагровела еще больше, став похожей на свеклу, и смущенно заулыбалась. Руфус не отпускал ее руку.

– Просто вы еще ни разу не посещали мое скромное заведение.

– Обещаю, теперь я буду здесь частым гостем, – объявил Руфус. – Покажу вам все мои пистолеты, у меня их целая коллекция.

– А я покажу вам свой броневик, – пообещала комендантша. – И, быть может, даже позволю пальнуть из него разок-другой по соседским курятникам. Мы с вами славно повеселимся!

В этот момент в кабинет неожиданно вошел деревенский староста Апраксий Гвидон. Руфус и Коптильда сразу отпрянули друг от друга. Художник все это время упоенно рисовал, не замечая ничего вокруг.

– Вы еще не закончили? – осведомился старик Гвидон.

– Что вы хотели, господин староста? – недовольно спросил начальник жандармерии. – Мы тут вообще-то делом заняты.

– Я по поводу сгоревшей кузницы, – ответил тот. – Она ведь принадлежала деревне, а теперь ее нет. Мало того, кузнец тоже исчез, как сквозь землю провалился! Сплошной убыток.

– К чему это вы клоните? – не понял Руфус.

– Раз уж это дело рук государственных преступников, может, государство возместит нам убытки? – прямо спросил староста.

– Ха! – Жандарм сложил из пальцев огромный кукиш и сунул его под нос старику. – А это вы видели? Скажите спасибо, что я не привлек вас к ответственности.

– Меня? За что? – ужаснулся староста Апраксий.

– А вдруг это вы помогли сбежать малолетним уголовникам? – прищурился Руфус. – Вы ведь тоже присутствовали во время происшествия.

– Да, и что с того? – возмутился староста.

– Напросился на наш ужин с господами Эсселитами, – вмешалась в разговор Коптильда. – Он и его крокодилица-дочка хотели выкупить одного из этих малолетних бандитов! Вы уж его проверьте, господин Руфус. Может, он и правда с ними заодно?

– Что? Крокодилица?! Да моя Кризельда – ангелочек, спустившийся с небес! – Староста Гвидон готов был лопнуть от негодования.

– Ангелочек? Весом в десять тонн – хороша дочурка!

– На себя посмотрите, помесь слона и бегемота!

Коптильда тут же вскинула револьверы. В одной руке она держала свой, а в другой – «Потрошителя мамонтов» господина Руфуса.

– А ну, повтори! – рявкнула она.

Жизнь старосте спасла внезапно вошедшая кухарка Агриппина. Она распахнула дверь кабинета и радостно запрыгала на пороге, размахивая большим конвертом.

– Письмо! – воскликнула Агриппина, пританцовывая на месте. – Вам письмо, ваше высокоблагородие! С государственной печатью!

– Так давай же его сюда, – обрадовалась Коптильда.

Мгновенно забыв о старосте, она выхватила из рук кухарки конверт и тут же разорвала его, а затем быстро начала читать послание.

Руфусу и старосте Гвидону тоже стало любопытно. Они попытались заглянуть в письмо, но комендантша не дала им сделать это. Дочитав до конца, она вдруг принялась скакать по кабинету, размахивая листком, и выкидывать замысловатые коленца.

– Я еду в столицу! – восторженно кричала Коптильда. – Военное министерство пригласило меня на парад!

– С какой стати? – удивился староста.

– Я же ветеран гражданской войны, соломенная твоя башка! Про меня не забыли! Я поеду на военный парад!

– Какая честь, мадам Коптильда! – воскликнул Руфус.

– Особенно для такой никчемной тетки, – обиженно пробурчал староста Гвидон. – Я бы тоже с удовольствием прокатился в столицу. Я тоже важное лицо, но мне никто не удосужился прислать приглашение.

Комендантша все еще носилась по комнате, осыпая письмо поцелуями.

– Кому ты там нужен? – расхохоталась она.

– Я тоже на днях получил приглашение, – сообщил начальник жандармерии. – Так что в столицу отправимся вместе, мадам Коптильда! Если хотите, я даже могу доставить вас туда на своем дирижабле.

– Это будет честь для меня, – обрадовалась Гранже.

– А мне и не нужно приглашения, – все не унимался староста. – Я тоже поеду на парад! Возьму с собой свою обожаемую супругу и красавицу-дочь. Кто знает, может, мне удастся представить их самому императору?

– Держи карман шире, – хихикнула комендантша. – В столице полно своих чучел, еще не хватало приглашать деревенских!

– Подавитесь своей желчью, Коптильда, – оскорбился Апраксий Гвидон. – Вы еще увидите, как высоко поднимется моя дочь! Она еще станет придворной дамой и будет сверху поплевывать на таких, как вы.

Он выбежал из кабинета и кинулся в деревню – обрадовать домочадцев свежей новостью. Комендантша Коптильда презрительно плюнула ему вслед.

– Каков нахал! Нужно было все-таки пристрелить его, пока была такая возможность, – процедила она сквозь зубы.

– Обед готов! – объявила кухарка. – Накрыть вам в столовой или прямо здесь, господа?

– Угощение? – Руфус вдруг сильно покраснел. – Ну если только совсем немного…

– В чем дело? – нахмурилась Коптильда.

Тот смущенно откашлялся.

– Моя матушка сидит на жесткой диете, – признался он. – И меня заставляет. По ее словам, я малость разжирел и начал терять форму. Она запрещает мне есть всякие вкусности.

– Правда? – удивилась комендантша. – А я вот никогда не откажусь вкусно покушать. Это же такое удовольствие – впиться зубами в жареную баранью ножку! Но не переживайте, господин Руфус. Здесь вашей матушки нет, так что можете ни в чем себе не отказывать. – Она повернулась к кухарке. – Накрывай прямо здесь! Мы с господином Руфусом отобедаем наедине.

– А потом полетим в Чугунную Голову, – подхватил жандарм. – Я покажу вам мою коллекцию оружия и завод дирижаблей, принадлежащий моей глубокоуважаемой матушке Клеопе. А через пару дней мы вместе отправимся в столицу на военный парад. Как вам такое предложение, госпожа Коптильда?

Комендантша довольно заулыбалась:

– Прекрасная идея, господин Руфус! Я буду рада посмотреть достопримечательности Чугунной Головы, особенно в такой хорошей компании!

Но еще больше она обрадовалась тому, что ей не придется платить за проезд до столицы на паровозе. Кухарка Агриппина тоже была рада. Она собиралась в ближайшее время закрутить роман с Копотуном Гранже, и присутствие Коптильды ей только мешало бы. А теперь никто не станет действовать им на нервы.