Дело особой важности

Страшная сказка

После отбоя ребята девятого отряда, лёжа в постелях, потихоньку рассказывали друг другу сказки. Они сами их сочиняли. Настала Петина очередь.

— Сказка называется — «Приключения весельчака», — объявил Петя. — Жил-был на свете один весельчак…

А Миша был с Петей в ссоре. И захотелось ему Пете какую-нибудь вредность устроить. Вот он и придумал — какую. «Погодите, голубчики, — думал Миша, — сейчас я вам сочиню сказочку! Стр-р-раш-ную пре-стр-р-рашную!..» И ему казалось, что эти слова не он сам мысленно произносит, а свирепый тигр рычит в глухих зарослях.

Чтобы не слышать Петиной смешной сказки, Миша сунул голову под подушку и сверху ещё одеяло натянул. Теперь его окружила кромешная тьма, в которой обычно и происходят самые страшные и ужасные случаи. Но страшная сказка придумывалась туго. «Ничего, — успокаивал себя Миша, — главное — терпение, главное — мозги настроить». И, настраивая мозги, он тихо завывал под подушкой зверским голосом и даже разок для острастки укусил сам себя за палец. В одном из самых потрясающих эпизодов сказки, когда злой колдун Мёртвая Голова, превратившись в саблезубого носорога, напал на доблестного космонавта Твердорукова, Миша вынырнул из-под подушки подышать. По спине у него уже ползали мурашки, а это означало, что сказка начинает достигать нужного уровня жуткости. Ребята лежали, уткнувшись в подушки, и тряслись. «Вот как им страшно! — изумился Миша. — А ведь я ещё не начал рассказывать. Телепатия, что ли?» Но оказалось, это Петя рассмешил всех до слёз. И когда Миша понял свою ошибку, он так разозлился, что немедленно снова забрался в кромешную тьму и стал додумывать страшную сказку с ещё более кошмарными подробностями.

На этот раз он не вылезал из-под подушки долго. Петина сказка давно кончилась, и ребята заснули. Один только Костик не спал. Он от смеха начал икать и теперь никак не мог остановиться. Костик вышел попить воды, а вернувшись, услышал в палате странные звуки — что-то вроде азбуки Морзе. Он прислушался и спросил:

— Миш, чем это ты стучишь?

— Зз-з-зубами, — донеслось с Мишиной кровати. — Мне ст-т-трашно!..

Не рой другому яму — сам в неё попадёшь!