Деньги правят миром

31. Каждый о своем: мозаика друзей и врагов

Том Марволо Риддл, самоназванный Лорд Волдеморт, взял с подоконника конверт и удивленно поднял брови. Вальбурга Блэк? Да быть не может… Он аккуратно распечатал письмо и пробежал глазами по строчкам.

А потом понял, что сейчас или убьет кого-то… или расхохочется. Впрочем, больше хотелось убить, что он и проделал — в завалящей гостинице для магов на границе сельвы всегда был большой выбор кандидатов…

«Интересно, что на нее нашло?» — думал он. И понимал, что пока возвращаться в Англию не стоит. Да и не особо хотелось, у него оставались здесь два весьма интересных дела. Когда он вернется, тогда и сообщит, интересно же, по какой причине с нее слетели все ментальные закладки — он ставил их на совесть. А Вальбурга вспомнила его, надо же, кто-то сумел обнаружить и снять. Сама Вэл точно не могла, да и не было в Британии такого мага, кроме… Впрочем, к «Великому Светлому» Блэки уж точно бы не обратились. Или?.. Нет, это так же невозможно, как солнечный свет в полночь! Ничего, когда он вернется, то первым делом найдет того мага и либо он будет с ним, либо… его просто больше не будет.

Из-под ветвей дерева напротив показался огромный змеиный хвост, и Лорд Волдеморт поторопился за ним в сельву, стараясь не упускать из виду Нагини, что было не очень просто среди обильной зелени. Все же их связь с фамильяром была еще недостаточно крепка, и это надо было срочно исправлять.

А потом он исполнит свое давнее желание — овладеет чарами полета. Тем более что он уже напал на след, который приведет его туда, куда нужно. Тогда можно будет и вернуться, и пусть содрогнется и склонит голову вся магическая Британия!

Он испепелил письмо от Вальбурги Блэк, которое, оказывается, все еще держал в руке, и ускорил шаг.

А зря. Лучше бы ответил.

Но об этом он так никогда и не узнал.

Альбус Дамблдор бился над расшифровками собственных записей, перешедших в изрядно мерзкую форму, потому что собранный домовиками помет пришлось еще и размачивать, и выдерживать, потом накладывать чары свежести… Тем не менее получилось практически всё, кроме некоторых весьма важных страниц — с ними совершенно ничего не удалось сделать. Словно его рецепт не подходил к ним совершенно. Может, то была не крыса? Но теперь уже ничего не поделать, компромат на Малфоев пропал совсем… И на Блэков, и записи о Трелони, но он их восстановит по памяти.

Словно в наказание, смесь, из которой он выделял и отправлял на «памятные места» частицы чернил, начала вонять, а потом… запах словно пропитал все его восстановленные записи. Теперь работать получалось только с использованием специальных фильтров в нос.

Приехавшие перед началом учебного года коллеги косились странно и норовили отсесть от него подальше за столом, когда до него наконец дошло, что его мантии тоже пропитались этим запахом. Пришлось срочно менять гардероб…

Восстанавливая записи, он заметил странную закономерность: в течение нескольких десятков лет старинные аристократические фамилии прерывались одна за другой. Да, в некоторых случаях он способствовал тому, но это касалось всего трех родов! Значит, кто-то еще занимался, а может, и сейчас занимается чем-то подобным? У него есть конкурент, причем неизвестный?!

Устроить гоблинам скандал?.. Не выход, они разговаривают с ним только на своей территории. Да и обещанные артефакты… нет, он от них ни за что не откажется! Единственный шанс, единственный выход, возможность все исправить… Ладно, пока он не получит все три артефакта, все будет по-прежнему, но как они могли выпустить из страны Поттера? Или это как раз происки гоблинов, не желающих, чтобы он добрался до Мантии? Никому, решительно никому нельзя верить!..

Все-таки правильно он решил делать ставку на магглорожденных и полукровок. С ними точно ничего странного не происходит. А через некоторое время они возглавят новые рода, среди которых он будет уже старейшим и уважаемым патриархом. Ведь это именно он приведет их к процветанию, к новым удивительным свойствам, которые он открыл, изучая наследственность!

Он мысленно уже видел, как к нему идут советоваться по поводу будущих браков и детей, как новые дети с удивительными свойствами приходят в Хогвартс, к нему… Магическую Британию ждет великая эпоха! Вот только Дары надо обязательно собрать, иначе ему просто не дожить до этого, иначе — ради чего все?

— Говорите, Принцев больше нет? Замечательно… Осталось еще несколько фамилий. Мальсиберы, Блэки, Эйвери, Яксли, Кэрроу…

— Кэрроу уже загибаются.

— Брат и сестра?

— Они не могут иметь детей, ни один из них.

— Принимается. Вычеркивайте Кэрроу.

— Да, мой учитель.

— Далее, Селвины, Лестрейнджи, Нотты.

— Селвины… может, оставить этих? Подпитка идет отлично, а в войне они почти не участвовали.

— Они помогали. Вы забыли про Розье?

— Никогда…

— Тогда вообще всех аристократов придется извести?

— Малфоев можно оставить, они ни при чем.

— Малфои всегда ни при чем, если пахнет неприятностями.

— Полезное свойство.

— И много денег.

— Неужели вы не понимаете, что без магии волшебников мы не сможем получать приток своей?! Энергии становится все меньше!

— Сделайте больше рун, уважаемый Мастер, и кстати… пора расширять работу с людьми.

Голос Старого Мастера оказался гласом вопиющего в пустыне, как он ни старался.

— Волшебники дают хороший приток, а магглов во стократ больше. Подумайте над этим.

— Отдать им наше золото? Людям? Они же глотки за него резать начнут!

— И без нашего золота люди неплохо с этим справляются.

— И продолжают плодиться.

— Зачем отдавать? Присосаться к их единой валюте…

— Ее же нет.

— Начать с доллара?

— Значит, будет. И над этим тоже подумайте. Работать в одном направлении недостаточно.

— Но, Старейший, процессы в обществе так сложно раскачивать, тем более у магглов. Их слишком много.

— А мы никуда не торопимся. Двух десятков лет на объединение наших соседей на континенте вам хватит?

— Благодарю! Мы… уложимся.

— Но за каждый сэкономленный год вы лично получите премию.

— Благодарю, вы так мудры! Скоро мы освободимся от своих клятв.

— Гоблины будут свободны!

— И мы станем наконец диктовать свои условия.

В не самом приметном доме с видом на Темз-Хаус тоже проходило совещание. Мистер Грин, уже обезвредивший «коричневого крота», уже перевербованного, а для того прошедшего серьезнейшую психологическую переустановку, был принят руководством сразу двух разведслужб и уже заканчивал свое выступление.

— Я думаю, что Дамблдор считает, будто сохранить магию и магическое сообщество можно будет с помощью полукровок и магглорожденных. Но не осознает важность самого главного: семейные связи должны быть прочны. Я давно и во всех подробностях рассматривал этот вопрос, а результаты моих исследований, кстати, стоят на вашей полке.

Шеф контрразведки поднял бровь и взял в руки небольшой синий томик.

— Это вы?

— Естественно псевдоним. Я продолжу?

— Конечно-конечно.

— «Энергетическую сеть» магии островов держат старые семьи, а их осталось уже очень немного… И если гоблины освободятся от своих клятв, то смогут выйти на политическую арену. Кроме того, это критично для всей системы Островов: магия является одним из важных энергетических каналов существования жизни и поддержания устойчивости экосистем.

— Но это… это…

— Это совершенно неприемлемо!

— Что вы можете предложить?

— Мне нужна защита для потомков нескольких родов, тех, что в списке.

— Какой она должна быть?

— Отдел тайн уже тестирует первую разработку. На подходе вторая и третья. Полная ментальная защита и активируемые зеркальные щиты.

— Аналоги есть?

— Нет, чары несовместимы друг с другом.

— Когда все будет готово?

— Сразу после Самайна.

— К началу учебного года было бы предпочтительнее.

— Ритуалы требуют строго определенных условий.

— Вы видите кого-то среди отмеченных вами детей в качестве возможного лидера, который мог бы сбить их в общую группу?

— Да, у меня есть один кандидат.

— Разрешаю начинать с ним работу.

— Но он еще несовершеннолетний. Четвертый курс, старшие не будут их слушать…

— А вы… постарайтесь, мистер Грин.

Когда Петр вернулся после их множественных эскапад в Охотничьем домике Блэков, то даже дух перевести не успел: его уже ждали. И взяли в оборот так, что мало не показалось. Он почувствовал себя настоящим школьником — собственно, таким он и был по сравнению с матерым консультантом двух разведок, невзирая на весь опыт прошлой жизни. Деваться было некуда…

А потом явились Снейп и Эванс, которые тут же получили по артефакту, да не просто так — его вживили ребятам прямо в мочки ушей. А Снейп, гад, явно снюхался с мистером Грином, который, как Пит подслушал, вовсе никакой не Грин, ну да разницы особой не было. Зато он сумел таки увидеть целостную картину, вот только как теперь сделать так, чтобы в нее поверили остальные?

По поводу Снейпа, кстати, он имел не очень приятную беседу со старшими, но от того, чтобы тот лез в шпионы под крыло Малфоям, вроде бы отмазал. И хотя основной его довод о том, что без живого Северуса и Лили род Принц канет в Лету, был принят весьма серьезно, Петру было неспокойно.

«Знаю я этих… заставят сперму сдать и погонят на передовую… Наследника, мол, потом сами воспитаем. В нужном ключе, ага». Многие методы, известные ему, Петр весьма и весьма не одобрял. Но каким-то чудом все же смог закрыться, после чего его все же начали воспринимать всерьез и прислушиваться почти как к коллеге. На большее рассчитывать он не мог.

После этого ему пришлось пройти краткий курс молодого бойца, да так, что весь его предыдущий опыт обучения мог тихо покурить в сторонке. Эванс со Снейпом тоже усиленно занимались, так что мальчишке, сидящему в нем, обидно не было. А уж когда прибыла обеспокоенная молчанием сына Эйлин Снейп… Подслушивать становилось все интереснее, тем более, что хомяк всегда успевал просочиться в ближайшую щель.

— Леди, вы — ключевая фигура…

— Увы, я именно что больше не леди, и потому не буду принята в большинстве домов чистокровных, как вы не понимаете?

— Достаточно того, что вы приняты у Блэков. Не думаю, что они откажутся сотрудничать, особенно в свете открывшихся обстоятельств. Или вы считаете, что они могут отказаться?

— О Блэках ничего нельзя сказать заранее. У них есть, скажем так, родовые особенности.

Эйлин с благодарностью обернулась на мистера Грина. Чем-то он ей показался знаком, но эту информацию она точно придержит. Ее внимание снова привлек сидящий напротив мужчина.

— Мы только просим вас либо довести до Блэков известную вам информацию, либо договориться о том, чтобы они согласились встретиться с кем-то из нас.

— Хорошо, за это я возьмусь. Но мне нужны гарантии для моего сына. Он должен жить, — Эйлин сверкнула глазами. — Они оба должны жить.

— Поверьте, мы заинтересованы в этом ничуть не меньше…

— Вот когда принесете обет, тогда и поверю.

Петр вздохнул. Все-таки взрослые имеют больше возможностей надавить так, как миссис Снейп. Но гоблины-то, гоблины… Неужели и его поверенный слеплен из того же теста? Проверять не тянуло, но на душе скребли кошки. Все-таки если бы гоблин тогда, в самый первый раз, не пошел ему навстречу, у него мало бы что получилось. Друзьями зеленые быть не могут, увы, это однозначно. Кто же он — нейтрал или враг? И стоит ли всех гоблинов, как и людей, грести под одну гребенку?

Он долго думал, прежде чем высказать эту мысль вслух, но мистер Грин неожиданно за нее уцепился.

— А вы неординарный юноша, Питер! Если в среде гоблинов возможен хоть какой-то раскол, пусть это и маловероятно… но облегчить задачу может значительно. Я обязательно подумаю над вашим предложением.

И вот снова Хогвартс-экспресс стучит на стыках самых обычных маггловских рельс. Компания Питера заняла уже два купе: после некоторых новостей ребята предпочитали кучковаться «со своими», а то, что «своими» вскоре должны стать многие ученики школы, знали все — задания им были даны совершенно четкие и недвусмысленные.

— Ну что, начнем кампанию с зоопарка? — предложил Пит.

— Что ты имеешь в виду?

Петр усмехнулся.

— Как вы думаете, кто откажется от методики стать анимагом, да еще и по собственному выбору?

— О, точно…

— Да, это замануха!

— И сразу под клятву, точно.

— Значит, с этого мы и начнем. Эванс, сентябрь обещают прохладным, твой фамильяр же отлично будет смотреться в роли воротника?

Лили рассмеялась.

— А ты? Будешь продолжать бегать по спальням старшекурсниц?

— И не только старшекурсниц, обещаю тебе.

— Но-но…

— Кто предупрежден, тот вовремя оденется. Даю слово, что уж вам-то скажу заранее!

— Живи тогда.

— Спасибо, Снейп, — отвесил шутливый поклон Питер, — а то я все сомневался.

— Сомненье — двигатель прогресса!

— Это кто такое сказал?

— Какая разница. Что-то в этом есть.

Так, подшучивая, переговариваясь, они разработали первый план захвата — привлечения сторонников своей, именно своей линии. А главное, что успокоило Петра — то, что наконец его друзья перестали рваться в герои. Пусть те, кто хочет воевать, воюют. Их задача — сделать так, чтобы желающих было как можно меньше. Неужели заняться больше нечем? В магии столько всего… и она так и ждет, когда юные пытливые умы примутся за ее загадки всерьез!