Детективный Новый год

Глава II. Пушистик

– Сашка, тебе понравился Новый год? – спросила, потягиваясь, Маня.

– Да, понравился. Особенно свечки на елке. Так уютно и романтично.

– Ага! И вообще там все было клево!

– Ну еще бы! Это ведь у твоего обожаемого Гошки было, – улыбнулась Саша слегка снисходительно.

– А скажешь, было плохо? Невкусно, некрасиво и скучно? – рассердилась Маня.

– Я ничего подобного не говорила! И Гошкина мама очень милая. Кстати, наша мама от нее в полном восторге.

– И я очень этому рада! – как-то задиристо произнесла Маня.

– Я рада, что ты рада, – засмеялась Саша. Она пребывала в прекрасном настроении. – Мань, а что это ты за всю новогоднюю ночь ни одного стишка не сочинила? На тебя не похоже.

– Вдохновения не было.

– Неужели для того идиотизма, который ты сочиняешь, тоже нужно вдохновение?

– Мне – нужно! – отрезала Маня и вылезла из кровати.

– Манька, ты обиделась? Извини, у меня просто вырвалось!

– Да-да, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке!

– По-твоему, я пьяная? – расхохоталась Саша.

– Ты вчера два бокала шампанского выдула!

– Полтора!

– Неважно.

– Ладно, Маняшка, хватит дуться, я пошутила…

– Смотри, записка от мамы. «Дорогие девочки, с Новым годом! Вернусь поздно. Не сердитесь, целую, мама».

– Она вчера ничего не говорила… Странно, куда ее унесло первого января?

– Я думаю, на свиданку.

– Что? На какую свиданку?

– Почем я знаю, на какую, просто ничего другого и быть не может. Если б у нее был сегодня утренний спектакль, мы бы это знали. Если бы ее вызвали неожиданно на замену, она бы так не написала. А она именно ничего не пишет, просто ухожу, и все! Значит, на свиданку.

– Ну, Маняшка, ты даешь! У тебя просто железная логика. Так, может, ты в состоянии вычислить, с кем у нее свиданка?

– Нет, пока не знаю, но к концу каникул запросто могу выяснить. А ты, что ли, против?

– Против чего?

– Против того, чтобы мама ходила на свидания?

– Честно? Я не знаю. Я, когда они с папой развелись, думала, что у мамы может быть новый муж…

– И что надумала?

– Мне не хочется.

– Мне вообще-то тоже.

– Да, неплохо бы все-таки узнать, кто он такой…

– И если он нам не понравится, мы ему устроим жуткую жизнь!

– Ты с ума сошла? А мама? Ведь если она его полюбит…

– Разлюбит!

– Так нельзя!

– Пускай она его любит, сколько хочет, но без нас. Зачем обязательно замуж выходить?

– Ну, может, ты и права. Замуж необязательно. А если он хороший и нам понравится?

– Тогда поглядим.

– Какая ты решительная, Маняшка. Ладно, давай вставать, уже второй час. Я есть хочу, умираю!

– Там полный холодильник.

Девочки в ночных рубашках побежали на кухню.

– Мань, давай умоемся сначала!

– Нет, в Новый год необязательно! В Новый год быть можно сытым даже с рылом неумытым!

– Первое стихотворение двухтысячного года. Поздравляю! – засмеялась Саша, наливая в стакан ярко-зеленую воду «Тархун».

– Сашка, и мне «Тархунчика»!

В этот момент зазвонил телефон.

– Алло! – схватила трубку Маня. – Гошка? С Новым годом!

– Мань, вы уже проснулись?

– Отчасти. Поесть собрались.

– Маня, моя мама сегодня вечером уходит в гости…

– А наша с утра умотала, и неизвестно, когда вернется!

– Отлично! Предлагаю часиков в шесть-семь собраться у меня. Еды осталось навалом, придет Ксюха, и Никита подвалит, соберемся всей командой. Вы как?

– Сейчас Сашку спрошу. Саш, Гошка нас сегодня вечером приглашает к себе в гости. Никита приедет. И Ксюха придет.

– Не возражаю!

– Гош, наша принцесса не возражает!

– Ладно, жду вас к семи.

– Будем! – Положив трубку, она повернулась к сестре, и глаза ее сияли.

– Манька, ты же обещала разлюбить Гошку, – с огорчением проговорила Саша.

– Обещанного три года ждут! – вспыхнула Маня.

– Не получается?

– Нет, не получается.

…Когда девочки спустились на пятый этаж к Гошке, там уже все были в сборе.

– Мы вот еще рыбу под майонезом принесли! – поспешила сказать Маня. – И пепси!

Саша тут же уединилась с Ксюшей – они ведь больше суток не виделись! А Маня радостно рассказывала Никите, как здорово они тут встречали Новый год.

– Гош, а свечки все сгорели, да? – спросила она.

– Да, сгорели, – с сожалением кивнул Гошка, покривив при этом душой. Просто мама категорически запретила ему зажигать свечки на елке в отсутствии взрослых и даже заперла их в свой стол.

– Да вы что, веселиться сюда пришли? – сказал вдруг Леха.

– Шмаков, ты шизнулся? – закричала Ксюша. – Конечно, веселиться! Зачем же еще?

– А затем, что нам, возможно, предстоит новое дело!

– Что?

– Какое дело?

– Что за новости? – закричали все наперебой.

– Мы ждем до восьми, а потом…

– Слушай, Леха, не тяни! – раздраженно проговорил Никита. – Гош, что случилось?

– Пока еще, может, и не случилось…

И он рассказал обо всем, что произошло сегодня утром.

– Скорее всего, это фигня! – заявила Ксюша. – Нянька наверняка решила с кайфом встретить Новый год…

– Ох нет! – воскликнула Саша. – По-моему, у нее в Москве никого из близких нет.

Все повернулись к Саше.

– Понимаете, я как-то случайно слышала во дворе… она говорила, что в Москве никого не знает.

– Ты уверена? – быстро спросил Гошка.

– Уверена… да, уверена!

– Давно это было?

– Недели две назад.

– Ну, с тех пор она запросто могла с кем-нибудь познакомиться, ее пригласили на встречу Нового года, вот она и согласилась.

– Послушайте, – перебил их Никита, – вы давно проверяли, дома она или нет?

– Часа два назад, – ответил Гошка.

– Так надо еще раз проверить, может, и говорить-то не о чем. Пошли, Гошка, поднимемся и позвоним в квартиру.

– Точно! – обрадовался Шмаков.

Они втроем поднялись на седьмой этаж и долго звонили в квартиру. Там по-прежнему никого не было.

– Странно, – сказала Саша, узнав об этом. – Очень странно.

– Да что тут такого странного? – пожала плечами Ксюша. – Скорее всего, эта Элеонора отправила няньку с девочкой куда-нибудь за город, в пансионат или еще куда-нибудь…

– Но тогда она наверняка предупредила бы тетю Лену, попросила бы поливать цветы, ведь у тети Лены есть ключи.

– А там цветов нету, – заметил Леха. – Ни одного цветочка.

– Ты уверен? – спросила Ксюша.

– На все сто! Специально внимание обратил… ни единого листочка.

– Тоже странно, – сказала Саша.

– Что тут странного? Ну не любит она комнатные цветы, эта Элеонора, или у нее на них аллергия! – предположила Ксюша.

– Но должна же она была кого-то предупредить! – стояла на своем Саша.

– Да почему? С какой стати?

– А почта? Кто-то же должен вынимать почту! – закричала вдруг Маня. – Об этом уж точно она бы не забыла! Полный почтовый ящик – первый признак для воров, что в квартире никого нет!

– Верно, – кивнул Никита, – только ведь еще не факт, что эта ваша Элеонора не попросила кого-то из соседей вынимать почту.

– Нелогично, – покачал головой Гошка. – Если она держит запасные ключи у тети Лены, то должна была бы ее и попросить вынимать почту.

– Эй, послушайте, чем языками молоть, пошли бы лучше поглядеть, что там с ее почтовым ящиком! – не без яда заметил Леха.

– Точно! – хлопнул себя по лбу Гошка. – Я мигом!

– Я с тобой! – бросился за ним Леха.

В почтовом ящике явно что-то было, но сказать, что он забит, было бы неверно. Он ничем не отличался от других ящиков.

– Фигня какая-то, – проворчал Леха. – Гош, давай еще разок позвоним в квартиру, а? Вдруг эта чертова нянька вернулась?

– Давай, попытка не пытка.

Но им опять никто не открыл.

– Слушай, а вроде тетя Лена хотела к соседям сунуться? – вспомнил Леха.

– Мы ей сейчас позвоним.

Вернувшись в квартиру, Гошка набрал номер тети Лены.

– Тетя Лена, это Гоша. Есть какие-нибудь новости?

– Новости? Что ты имеешь в виду?

– Ну, это… насчет няньки и девочки…

– А ты почему интересуешься?

– То есть как? – поперхнулся Гошка. – Интересно все-таки, нашлись они или нет?

– И тебе не все равно?

«Сдурела она, что ли?»

– Почему мне должно быть все равно? Разве я чурбан бесчувственный?

– Ох, Гошка, извини, я так разнервничалась, а мне все кругом твердят, что волноваться не о чем, мол, Новый год и все такое… А я вот волнуюсь, жутко волнуюсь и, главное, ума не приложу, что надо делать, даже в милицию не заявишь, вроде пока оснований нет.