Девушка с ножом

Глава 1

Нора откинула с влажного лба своенравный локон. Утренний туман над Темзой не спешил рассеиваться, вбирая в себя летнюю жару, словно мокрое полотнище, растянутое над городом. На улицах стояло зловоние, проникая в дом. Морщился даже терпеливый нос Норы. В дверь позвонили, и девушка, прижав к лицу надушенный носовой платок, поспешила открыть.

Еще один кандидат. Им нужен был новый слуга, обладающий достаточно редкими и ценными качествами: спокойным характером и умением держать язык за зубами. Только таких и брали в дом Крофта, но пока ни одно собеседование Норы не увенчалось успехом. Раздраженная, она споткнулась в коридоре о смятый ковер и выругалась сквозь зубы – отчасти из-за ковра, отчасти из-за парня, который, похоже, не знал, что для челяди существует черный ход.

Гневно нахмурившись, девушка рывком распахнула дверь и воскликнула:

– Почему не со двора, интересно знать?

– В каком смысле? – удивился посетитель.

Глаза Норы привыкли к яркому уличному свету. О нет, это же никакой не слуга. Перед ней стоял высокий мужчина с аккуратной бородкой, которая не могла скрыть его молодости. В руках он держал дорогую касторовую шляпу. Нора вытерла руки о мятую юбку и растерянно улыбнулась.

– Простите. Я могу вам чем-нибудь помочь?

Мужчина колебался.

– Возможно, мне лучше зайти со двора? Лечебница находится там?

Ах вот оно что. Новый пациент, и, судя по всему, из Мейфэра[4]. Нора покраснела, гадая, почему гость пришел сам, а не послал за доктором Крофтом. Может, у него «деликатная болезнь», которая случается от посещения модных шумных клубов и общения с фривольными женщинами. Стоящий перед Норой человек был достаточно хорош собой, чтобы угодить в такую переделку. В подобных случаях мужчины нередко предпочитали самостоятельно съездить к врачу, чтобы скрыть свои проблемы от соседей. Или жен.

Нора прокашлялась.

– Мне очень жаль, но, боюсь, доктор Крофт примет вас нескоро. Его вызвали в больницу, чтобы заменить другого врача. Может, вам стоит вернуться через час… Или зайти и подождать.

О господи, только бы он не вздумал и в самом деле зайти. Сегодня утром Нора была слишком занята собеседованиями и забыла навести порядок в гостиной.

– Я с радостью подожду. А пока, может, вы разрешите мне заглянуть в смотровую?

Нора заморгала. Неужели она его оскорбила? Или, пройдя всю Грейт-Куин-стрит, он счел их лечебницу слишком захудалой? Район-то унылый, и дом обшарпанный, хотя сама больница светлая и чистая.

– А если моя комната готова, я мог бы распаковать вещи, – добавил мужчина.

– Вещи? – Только сейчас Нора увидела на крыльце багаж. Больной намерен остаться? На нынешний день вроде бы не запланировано никаких операций, но доктор Крофт запросто мог договориться с человеком и забыть сообщить об этом Норе. – Боюсь, вы меня застали врасплох, – призналась она. – Мне не сказали, что доктор Крофт ждет пациента в стационар, но я с радостью приготовлю палату.

– Прошу прощения, – сказал мужчина, хотя тон у него был совершенно не смущенный. – Думаю, возникла путаница. Позвольте мне представиться честь по чести. Доктор Дэниел Гибсон, новый младший хирург.

Нора невольно разинула рот.

– Младший хирург где? – наконец удалось ей выдавить.

Гость убрал протянутую руку, которой девушка даже не заметила.

– В вашем заведении. Доктор Крофт меня пригласил. Наверняка он обо мне говорил… – При виде изумленного лица собеседницы доктор Гибсон умолк.

Вокруг разгорался день, жаркий и однообразный, как и любой другой в череде таких же, за исключением того, что сегодня Норе довелось взглянуть в лицо собственному преемнику. Гость улыбнулся. Он еще и очаровать ее пытается?

Воспользовавшись замешательством девушки, мужчина подхватил свои сумки и шагнул в холл. Даже после прогулки по людной и не самой чистой улице туфли у него оставались невероятно блестящими, как будто пыль отказывалась к ним прилипать.

Рядом с Норой появилась миссис Фиппс. Слава богу, хоть одна союзница.

– Что у тебя тут стряслось? – строго поинтересовалась она.

– Да вот этот человек говорит, что наш доктор нанял его младшим хирургом. Вообразите!

– Еще чего! – фыркнула миссис Фиппс, расправляя худенькие плечи. Ростом она была чуть выше обычного пони, а габаритами – не толще столбика, к которому этих лошадок привязывают, но под ее пристальным взглядом высокий врач неловко сглотнул и переступил с ноги на ногу. – И когда же мы привыкнем не удивляться? – поинтересовалась женщина, устремив глаза к потолку.

– А я вот не собираюсь привыкать. – Нора скрестила руки на груди и встала перед мужчиной, преградив ему дорогу. – Доктор Крофт не мог вас нанять, не посоветовавшись со мной… то есть со всеми домочадцами. Это невозможно. А пока…

– А пока, может быть, кто-нибудь возьмет у меня пальто? Сегодня необыкновенно тепло. – Доктор Гибсон поставил обе сумки и принялся проворно расстегиваться.

Нора заспорила было, но миссис Фиппс суровым взглядом пресекла ее попытку.

– Я уверена, что доктор Крофт все объяснит, – шепнула она девушке. – Как, вы сказали, вас зовут, мистер?..

– Доктор Гибсон. Дэниел Гибсон. – Он наклонил голову. – Спасибо, вы очень любезны.

Миссис Фиппс улыбнулась в ответ и предложила:

– Пожалуй, попрошу кухарку приготовить пару бутербродов, раз уж вы проделали долгий путь.

– Было бы прекрасно. Но все же сначала я осмотрю лечебницу.

– Конечно, – согласилась миссис Фиппс.

И повела пришельца по коридору, оставив Нору с его багажом в холле. А тут еще своенравный локон, словно почувствовав неудачную полосу в жизни хозяйки, вырвался на свободу и свесился на лоб. Отбросив его, девушка поспешила в дом.

И, завернув за угол, едва не столкнулась с новеньким. Он, нахмурясь, рассматривал особенно вычурную картину, изображающую захваченный штормом корабль. Та, увы, висела криво. Мужчина протянул руку и поправил ее, покосившись на Нору.

Девушка подавила недовольный возглас, с болью осознавая, как потерт ковер в коридоре, как застирано ее простое платье, как все вокруг кричит о противоречии между прежним великолепием и нынешней неказистостью. Гибсону (доктором его называть не хотелось, пока он не доказал свои умения) здесь явно не место. Его безупречная осанка и мейфэрские манеры раздражали, как песок на языке. Может, если он и в самом деле хорошенько осмотрит их владения, то решит не оставаться. Нора ускорила шаги, стараясь не отставать от Гибсона, который направился за миссис Фиппс в лечебницу.

До чего же неловко вышло! Дэниел хмурился, проклиная рассеянность Крофта. Возможно, приезд сюда вообще был ошибкой. Его родные, разумеется, именно так и думали, но он настоял на своем. Заявил, что ему очень повезло получить возможность учиться у такого уважаемого хирурга.

Конечно, никто из родных – ни отец, ни мать, ни Лилиан с Мэй – не понимали, зачем Дэниелу вообще понадобилось изучать хирургию. Он пытался объяснить: ведь это авангард научных открытий, дерзание, шанс испытать себя на прочность, наконец набор навыков, которые спасают жизнь. Мать смягчилась при мысли о славе и успехе, но сегодняшняя явно неудачная встреча заставила Дэниела усомниться в мудрости собственного решения. И в самом деле: зачем ему хирургия?

Крохотная экономка выглядела настоящим солдафоном в юбке: она вышагивала впереди, методично размахивая руками, а край подола подлетал с почти математической точностью. Вторая обитательница дома выглядела раздражительной ворчуньей и уж никак не годилась на роль жены хирурга. Неудивительно, что Крофт никогда о ней не упоминал. Если дома его каждый день ждет такая обстановка, возможно, именно поэтому он вечно что-то рассеянно бормочет себе под нос и проводит долгие часы за анатомическим столом. Наличие молодой жены могло льстить самолюбию седовласого врача средних лет, но для Крофта плата, судя по всему, оказалась слишком высока.

«Впрочем, тебя это не касается, вот и не стоит беспокоиться, – мысленно одернул себя Дэниел, увидев пачку заметок, придавленную огромным черепом. – Стоит потерпеть раздражительность и, возможно, некоторую эксцентричность здешних женщин ради полезной стажировки». Хорас Крофт считался выдающимся хирургом. На его лекциях в больнице Святого Варфоломея всегда было не протолкнуться, а младшего хирурга к себе в лечебницу он не брал уже много лет. Так что удаче, выпавшей Дэниелу, завидовали многие.

Поэтому придется закрыть глаза на рассеянность Крофта и попытаться произвести на женщин в доме более благоприятное впечатление. Они же не виноваты, что Дэниел свалился на них, как снег на голову.

– Мне очень жаль, что мой приезд причинил столько неудобств. Нежданный гость – не всегда приятный сюрприз.

– Знаете, отработав у доктора почти двадцать лет, я привыкла к сюрпризам, – вздохнула домоправительница, но рот у нее тут же захлопнулся, точно тугая крышка сигарницы. Девушка, шедшая рядом, ничего не сказала.

Пожалуй, нравиться всем сразу необязательно. Если на обретение их благосклонности потребуется время, так тому и быть. По крайней мере, экономка приняла его извинения. Что бы ни говорили люди, а тон в большом хозяйстве почти всегда задает домоправительница. Как только Дэниел переманит ее на свою сторону, то попытается снискать и расположение миссис Крофт. Но если не удастся, всегда остается повариха: Дэниел питал слабость к сладкому.

Жаль, что дамы не представились. Ведь им-то известно, как его зовут, но он их имен не знал и оттого чувствовал себя неловко.

Экономка остановилась в конце коридора.

– Лечебница здесь.

Подоспевшая девушка напряглась.

– Видите ли, – обратился к ней Дэниел, забыв о своих благих намерениях и намереваясь объясниться, учтиво, но твердо, – я не лгу, мадам, и действительно приехал сюда по приглашению доктора Крофта.

Она угрюмо смотрела на него, едва ли не подталкивая вперед.

– Я сама покажу нашему гостю все помещения, – вмешалась домоправительница и повернулась к девушке: – Ты выбрала для доктора Гибсона комнату?

– Да, миссис Фиппс, – резко кивнула та и ушла, не сказав больше ни слова. Дэниел решил, что с экономкой определенно поладит скорее.

– За мной, – махнула рукой женщина.

Дэниел уже не отставал.

– Надеюсь, миссис Крофт не расстроила некоторая неловкость нашего знакомства.

– Кого-кого? – Экономка аж охрипла и сбилась с привычного размеренного шага.

– Я говорю про даму, которая была с вами, про миссис Крофт. Ей, наверное, не больше двадцати, то есть она моложе мужа на тридцать лет. У нее прекрасный цвет лица, кожа чистая, ни малейшей оспинки: наверняка привита. Доктор Крофт всегда был ярым сторонником этой процедуры.

– Нет никакой миссис Крофт. – Натянутая улыбка проре́зала морщины на щеках экономки. – Если только хозяин прямо с утра не подцепил себе жену. Точь-в-точь как вас. С ним ведь никогда не знаешь, чего ждать.

Дэниел нахмурился и остановился, пытаясь разгадать новую загадку.

– Но кто же тогда та молодая дама у двери? Простите, я думал, она жена доктора. Ведь детей у него точно нет, он мне сам говорил.

– Ну, так и жены тоже нет. – Терпение экономки явно подошло к концу. Она выразительно фыркнула, словно давая понять, что незнакомца, нагрянувшего с улицы с намерением поселиться у нее в доме, еще потерпит, но чрезмерного любопытства не допустит. – Это воспитанница доктора, мисс Элеонора Биди. Она занимается хозяйством и помогает в лечебнице. Доктор, возможно, о ней и не упомянул, но я советую вам обращаться с ней как можно уважительнее.

Строго сжатые губы экономки намекали, что это не просто совет. Дэниелу оставалось лишь гадать, кто же эта хорошенькая воспитанница: незаконнорожденная дочь или сиротка дальнего родственника.

– Конечно. Прошу прощения. – Дэниел попытался вспомнить, сколько раз извинился за последние пять минут, но сбился со счета. Особенно если учесть, что провинился он лишь в том, что прибыл вовремя и вежливо представился.

Экономка провела его вниз, в комнату, заставленную книжными шкафами и ящиками с ярлычками, а также видавшим виды письменным столом.

– Здесь доктор ведет прием. Операционная у него устроена в бывшем атриуме. Там свет лучше. – Она кивнула в сторону двери. – Хозяин хочет расширяться и намерен превратить столовую для слуг в палаты для выздоравливающих. Вот только интересно, где тогда будут обедать слуги.

Дэниел кивнул, сделав заинтересованный вид, хотя думал совершенно о другом: как доктору Крофту удается скрывать от любопытных глаз кровавые операции в стеклянном атриуме. К тому же летом здесь наверняка припекает, а в больнице Святого Варфоломея Крофт всегда требовал, чтобы в операционной было как можно прохладнее.

Экономка меж тем продолжала рассказ о своем нелегком быте:

– Конечно, постоянно в этом доме обитаем только мы с кухаркой, и у нас обеих есть комнаты наверху. Остальные слуги приходящие и живут не здесь. Странно, но так и есть. – И она сцепила руки в замо́к, словно ждала, что Дэниел станет возражать.

– Я уверен, вы превосходно со всем справляетесь. – Ну уж нет, от него она никаких жалоб не услышит, во всяком случае, пока по утрам на столе будет крепкий кофе, а в приемной много пациентов. – Куда мне заселиться?

Женщина вздохнула и потерла лоб.

– Точно не знаю. На хозяйской стороне дома несколько комнат свободно, хотя там жуть сплошная, поскольку полно хирургических образцов. На третьем этаже получше, но я не могу позволить вам жить рядом со мной или Элеонорой.

– Разумеется, не сто́ит, – быстро согласился Дэниел. Мысль о том, чтобы по дороге в ванную наткнуться на экономку в халате, вызвала у него внутреннее содрогание. Он смущенно улыбнулся: – Боюсь, я не расслышал вашего имени.

– Боже милостивый, о чем я только думаю? Я миссис Фиппс, домоправительница, и, несмотря на ваше первое впечатление, я к суматохе вполне привычная. – Она прищурилась. – Хотя, надеюсь, вы не так забывчивы, как доктор Крофт. Мне и хозяина за глаза хватает. И я не люблю господ, которые разбрасывают разные штуки по всему дому.

– Учась в медицинской школе, я несколько лет жил без камердинера и привык убирать за собой, – заверил ее Дэниел.

Миссис Фиппс уставилась на него, а затем рассмеялась.

– Господь с вами, доктор, я ж не о чулках или галстуках. А о костях и прочих медицинских причиндалах. Буквально вчера днем я обнаружила носовой платок, в который был завернут отрезанный большой палец. Доктор Крофт забыл его убрать.

– Ужасно, – пробормотал Гибсон. – Постараюсь, чтобы мои пациенты не теряли части тела.

Экономка одобрительно кивнула:

– Ну, уже кое-что. Сюда, доктор. Вы наверняка хотите взглянуть на операционную.

Она провела его вверх по короткой лестнице из шести ступенек. В отличие от прочей обстановки дома, лестница была новая. За ней открывалось темное помещение.

– Подождите минутку, сейчас я разберусь со шторами на окнах, – попросила женщина.

Дэниел услышал, как она возится с чем-то, а затем ему в глаза ударил солнечный свет, заставив зажмуриться.

– Позвольте мне помочь. – Он пересек комнату, взялся за другой шнур и подтянул его, подняв штору как можно выше и удвоив поток света в застекленной комнате. Потом Дэниел обернул шнур вокруг планки, чтобы штора не падала, и отступил назад.

Дом, возможно, и обветшал, но операционная поражала воображение. Каменные стены доходили лишь до пояса, а дальше до самого верха шли стеклянные панели. Потолок тоже был стеклянным. Сейчас окна закрывали плотные шторы, кроме тех, которые они подняли, и свет через две панели заполнял все помещение.

– Жалюзи довольно громоздкие, – сообщила миссис Фиппс из-под локтя Дэниела.

– Нет, они идеальны, – возразил тот. Темные и плотные, шторы отлично защитят помещение от солнечного света и жары, а благодаря полу, выложенному керамической плиткой, здесь сохранится приятная прохлада. Ночью или в жаркие дни, когда шторы опущены, белые холщовые обои отразят и усилят свет каждой лампы внутри операционной.

Выскобленные добела столешницы сияли ярче надраенных палуб военно-морского фрегата, а блестящие тазики, чаши и ванночки аккуратными рядами сохли в шкафах вдоль двух стен. Поднос с инструментами ждал начала операции, прикрытый отбеленным льняным полотенцем. Заметно пахло щелочью и вроде бы чуть-чуть кровью. Не было ни малейших следов пыли, не говоря уже о пятнах. Вдоль одной из пустых стен стояли четыре высоких зеркала в деревянных рамах, а с металлических опор, опоясывающих крышу, свисала система блоков – возможно, для ламп. Или для вытяжения? А там, рядом с дверью…

– Зачем здесь мольберт? – поинтересовался Дэниел.

Миссис Фиппс кашлянула.

– Иногда доктор Крофт приглашает художника, чтобы тот зарисовал разные… образцы.

– Понятно. – Разумеется, Дэниелу было понятно, ведь доктор Крофт славился еще и качеством иллюстраций, которые часто сопровождали его отчеты. – Надеюсь вскоре познакомиться и с художником.

– Надо позаботиться, чтобы вам наконец принесли сэндвичи, – вспомнила миссис Фиппс.

– Конечно, – из вежливости согласился Дэниел, пообещав себе как можно скорее самым внимательным образом рассмотреть чудесную операционную, исследовать содержимое многочисленных встроенных ящиков и проверить работу шкивов на потолке. – Помещение прекрасно оборудовано. Удивительно, что ваш хозяин не проводит демонстраций…

– Иногда он пускает сюда нескольких человек, но больничные залы для этого лучше подходят, – быстро нашлась миссис Фиппс. – Здесь тесновато.

Свободного места и правда было немного, но Дэниел знал нескольких врачей, которые согласились бы стоять в какой угодно тесноте, лишь бы увидеть, как доктор Крофт работает в привычной обстановке. Впрочем, у Дэниела хватало ума не противоречить миссис Фиппс и покорно последовать за ней обратно в дом. Они снова вернулись в холл.

– О багаже можете не беспокоиться, – сказала экономка. – Я велю принести его наверх, как только ваша комната будет готова. А пока можете подождать в кабинете доктора Крофта. Еду вам подадут туда. А как только доктор придет, я сообщу, что вы здесь.

Она указала гостю на тускло освещенную комнату, заполненную танцующими пылинками и заставленную громадными потертыми стульями. Тяжелая дверь кабинета закрылась за экономкой. Чтобы скоротать время, Дэниел принялся просматривать книги, в беспорядке наваленные на полках, и отшатнулся, обнаружив плавающее в стеклянной банке уродливое человеческое ухо. Конечно, в медицинской школе Дэниел видел кое-что и похуже, но там подобные экземпляры были вполне ожидаемы. Он одернул сюртук и уселся в кресло доктора Крофта, мурлыча себе под нос какую-то песенку, чтобы успокоить нервы и протянуть время в ожидании обещанного угощения. Авось капризная девчонка и плавающее в формалине ухо не испортили ему аппетит, ведь десять минут назад он умирал с голоду.