Часть 1. Саттория – Сандорра

Битва была жестокой. Такого яростного сопротивления Норт еще не встречал.

У него был заказ на этот корабль. Корабль, конечно, был стоящий и за него обещали неплохие деньги, но о такой бойне его никто не предупреждал. Норт вытер окровавленные ножи об одежду одного из убитых и вложил их в ножны.

Разобравшись с пультом управления, он нашел радио и связался со своим кораблем.

– Трой, порядок, отстыковывайся, – говоря это, Норт оглядел пульт: придется еще разобраться, что к чему.

В обзорный экран он наблюдал, как его корабль расцепил абордажные щупы и отошел на безопасное расстояние для прыжка в гиперпространство.

– Я могу лететь? – спросил Трой. – Разберешься сам?

– Разберусь, проваливай, – усмехнулся Норт, он «увидел» парня в своем капитанском кресле и покачал головой: его молодой напарник сейчас на седьмом небе от счастья – один на таком корабле!

Трой тут же активировал зону перехода в гиперпространство и исчез.

Норт оглядел рубку и вышел. Надо избавиться от тел. Он насчитал десять человек. Здоровые тренированные парни. За что же они так бились?

Норт обшарил трюмы – ничего. Обычный запас припасов и необходимых деталей. Неужели они так охраняли корабль? Тогда что с ним не так? Ну да, Норт таких раньше не видел, но эти парни с Крунна не успевали наладить выпуск одной модели, как тут же выбрасывали на рынок другую… Перетащив последнее тело в стыковочный шлюз, Норт запер внутренние переборки и направился в рубку.

Внезапно он ощутил чье-то присутствие и замер посреди очередного перехода между отсеками корабля. Отдернув переборку технического бокса, он с удивлением обнаружил там съежившегося ребенка. Это еще что такое?.. Норт убрал мгновенно появившийся в левой руке нож и протянул другую руку:

– Выходи отсюда.

Ребенок повернул голову на звук голоса. Девочка. Их глаза встретились. Такого грубого и мощного вторжения Норт не испытывал никогда и надеялся, что больше не испытает. Что-то слишком много всего сегодня происходит впервые… Он вышвырнул столь бесцеремонно вторгшееся в него чужое сознание и прохрипел:

– Никогда не делай так больше.

Он тут же осознал, что она даже не поняла его. Тогда он послал ей мощный импульс. Она вздрогнула и снова сжалась. Норт без лишних слов схватил неожиданную пассажирку за шиворот и запихнул в амортизационную камеру. Девочка была в шоке. Он чувствовал ее ужас. Он попытался ее успокоить, как смог, но времени особенно не было – пора убираться отсюда.

Разобравшись с пультом и избавившись от тел, Норт запустил двигатель корабля, прогрел системы, активировал зону перехода и вошел в тоннель. После этого появилось время подумать.

Про девочку ему никто ничего не говорил. Брок однозначно озвучил заказ: «Корабль».

Девочка была неухоженной, в странной старой одежде. Не понимала его речь. Осторожно пошарив в ее сознании, Норт понял, что она и не могла его понять. Ни его и никого другого – в ее голове не было слов. Это было странно.

Стоя сейчас возле капсулы и пользуясь тем, что его гостья была без сознания от воздействия амортизационной камеры, Норт попытался зайти в ее сознание поглубже. Перед ним суматошно промелькнули события и ее эмоции: люди в капюшонах, звездолет, ее ужас… А, за всем этим он уперся в странную картинку: грубая кладка из черных камней, по которым каплями стекает вода. Ни ощущения времени, ни ощущения места – ничего. И никого…

Норт должен был решить: говорить Броку о ней или промолчать. С одной стороны, про нее в заказе не было ни слова, значит, все, что ему попадается сверх заказа, по закону он может оставить себе. С другой стороны, зачем она ему?! Только ребенка ему не хватало! Но ведь ее куда-то везли и так отчаянно сражались, теперь он точно знал, что бились они не за корабль, а за вот эту девочку. Сказали бы раньше, остались бы живы…

Норт выругался и вернулся к пульту. Надо посмотреть конечные координаты, понять, куда ее везли. Может, удастся получить за нее выкуп? Вселенная ему в свидетели, деньги ему нужны…

Норт вошел в систему корабля и через пару минут прочел на экране – Пангея. Да провались! Сама метрополия! Ну уж нет! Туда он не сунется ни за какие деньги! Он в розыске в Шести мирах, в двух из них приговорен к смерти, заочно.

Так, хорошо. Сначала отдадим корабль и получим деньги, а потом решим, что делать с девчонкой. Может, что в Сети проскочит, кто-то заявит о похищении или о пропаже ребенка? Да, пожалуй, так и сделаем…

* * *

Норт посадил корабль в транзитном порту Линнеи. В таких портах проще всего затеряться. Здесь садятся только «грузовики» и корабли торговцев, полно всяких оборванцев и больше шансов не привлечь к себе лишнее внимание. Норт связался с Броком и договорился о встрече. Теперь надо заняться девочкой. Во всей Вселенной было только одно, ладно, два! Два места, куда он мог бы ее привезти. Но вот встретиться он мог пока только с тем, кто жил на Саттории, здесь, в Линнее.

Это был огромный мегаполис, выросший вокруг изначального поселения, которое теперь красовалось в центре джунглей стекла и бетона таким пасторальным оазисом, где одно-двухэтажные дома из белого камня тонули в зелени садов. Все называли его Белый город или Старый город. Вот туда Норту и надо было добраться. Сам путь до города не проблема – запихнет девчонку в гравилет, и никто ее учует. Вот как добраться от стоянки до дома, вот это беда…

Норт открыл, наконец, амортизационную камеру и бесцеремонно разбудил девочку. Едва взгляд ее прояснился и сфокусировался на нем, Норт приложил палец к губам и вытащил ее из камеры. Так же, не церемонясь, он запихнул ее в гравилет, пристегнул ремнем и сел сам.

– Ну, поехали, – пробормотал он и рванул с корабля.

Яркое солнце ослепило их. Норт опустил на глаза защитные стекла. Девочка сидела рядом сжавшись, ее глаза были плотно закрыты. Кто бы она ни была, рефлексы у нее в норме…

Норт машинально скользил между домами на среднем уровне для гражданских, не особенно следя за маршрутом. Он хорошо знал дорогу и мог пройти по ней с закрытыми глазами. Его тревожила предстоящая встреча. Только острая необходимость заставила его решиться сейчас на нее. Если бы не эта девчонка…

«Тэя», – прозвучало в нем.

«Тэя?! – Норт вышел из состояния задумчивости. – Что это»?!

Он огляделся, не поймал ли он случайно чье-то радио? И затем взглянул на девочку. Она смотрела прямо на него.

«Тэя», – прозвучало в нем.

Норт мельком взглянул на дорогу впереди и снова посмотрел на ребенка.

«Ты Тэя»? – он хотел удостовериться, что контакт с ней действительно состоялся.

«Тэя», – снова прозвучало в нем.

Отлично, у нее есть имя.

«Норт», – ответил он ей.

«Норт», – эхом прозвучало в нем.

Ну, вот и познакомились. Норт сосредоточился на дороге, пора снижаться. Они на месте. Аккуратно усадив гравилет на парковочную площадку, он отстегнул девочку, крепко взял ее за руку и направился быстрым шагом к нужному дому.

Девочка была нечесаная и одежда ее здесь выглядела особенно убого.

– Нам не удастся смешаться с толпой, – процедил Норт и, крепче сжав маленькую ладошку, прибавил шагу.

На них оборачивались. Прохожие бросали сначала беглый взгляд на Тэю, а затем, бледнея, шарахались в сторону.

– Да чтоб тебя, не смотри на них! – Норт подхватил девочку мощной рукой, и Тэя повисла у него подмышкой.

Это место ее ужасало. На корабле был просто шум машин, а здесь… Шквал чужих мыслей и эмоций обрушился на ее крошечное сознание, совершенно бессильное против такого мощного информационного потока, который буквально разрывал ее. Гул чужих мыслей заполнил собой всё, вытеснив все прежние переживания. Раздражение, злость и растерянность человека, который ее нес, шли основным рефреном в этом невероятном хоре. Он запретил проникать в его сознание, но укрыться от его эмоций она не могла.

– Да боже мой, – новая волна раздражения, широкая шершавая ладонь накрыла ее лоб, и Тэя «оглохла».

Вскоре после этого они остановились перед домом. Норт едва занес руку, как дверь распахнулась, оттеснив плечом хозяйку дома, он вошел внутрь.

– Закрой дверь, быстро, – он поставил девочку на пол посреди комнаты. – Дэйви, сделай с ней что-нибудь!

Едва он произнес ее имя, волна невероятной боли и отчаяния буквально накрыла девочку с головой, она побелела и начала судорожно хватать ртом воздух.

– Господи, Норт, закройся! Ты убиваешь ее!

– Да не могу я от нее закрыться! Она засела во мне!

– О нет, детка.

Тэя не понимала и не разбирала слов, но мягкая ладонь коснулась ее щеки.

Она неожиданно успокоилась, и ее дыхание снова стало ровным. Она решилась открыть глаза. Теперь перед Тэей было два сознания. Одно уже знакомое – мрачное и пугающее, второе чистое, переливающееся разными цветами, наполненное искрами и сферами…

Дэйви была более терпеливой, и она аккуратно выдворила из себя сознание девочки, ни слова ни говоря развернула ее лицом в другую сторону и сдернула с чего-то шелковую накидку.

Голубой цвет заполнил собой все видимое пространство. Голубой свет потек в сознание ребенка, вымывая все «шумы» и чужие эмоции. Тонкое звучание наполнило ее… Поющий кристалл! Норт облегченно перевел дыхание.

– Ты кого привел, Норт?! – женщина невероятной красоты повернулась к гостю. – Где ты ее взял?!

– Она была на корабле. Я не знал, что она там, мне был нужен только корабль. Черт, там было с десяток здоровых парней, которые бились за нее…

– Судя по всему, безуспешно, – лицо Дэйви омрачилось тревогой.

– Когда я нашел ее, она просто ворвалась в мое сознание в самую глубь, до самых печенок, такого просто не могло быть! Меня даже тиорианцы считать не могут! – Норт провел рукой по лицу. – Жуткое ощущение, она словно перелопатила все внутри меня… Потом я «посмотрел» ее. Все, что она помнит – эти капюшонники, корабль и всё. Я добрался до самого дна и уперся в стены грубой кладки, холодные черные камни, по которым каплями стекает вода, и где-то вверху свет, но он искусственный. Ни лиц матери и отца, никого и ничего! Словно все, что она видела в своей жизни, это вот эти чертовы камни! Как такое возможно? И не знает ничего, – Норт перевел взгляд с девочки на хозяйку дома. – Дэйви, в ее голове нет слов, совсем. Ни одного. Даже слова «Я». Я не знаю, кто она. Она не похожа ни на кого из шести рас Шести миров.

– Как я понимаю, об имени спрашивать бесполезно, – тихо сказала Дэйви.

Она сама аккуратно прощупала сознание девочки, Норт был прав.

– А вот как раз это она знает, – усмехнулся Норт, – ее зовут Тэя.

«Тэя», – отозвалось в обоих, и они, вздрогнув, переглянулись.

– Ух ты, – Дэйви даже рефлекторно тряхнула головой, чтобы сбросить неприятное ощущение. – Защита ей не помеха, да? – потрясенно пробормотала молодая сатторианка. – И зачем она тебе?

– Возможно, удастся получить за нее выкуп – везли же ее куда-то, – тихо сказал Норт. – Возмездие – штука дорогая, мне нужны деньги.

– Ясно, – Дэйви потерла виски, будучи не в силах и не вправе ни убеждать, ни спорить. – От меня ты что хочешь?

– Научи ее, – попросил Норт.

– Я?! С ума сошел?

– Ты учила Джаю…

Только голубой свет и цвет спасли Тэю в этот момент от безумия, такая боль скрутила ее, когда образ, застрявший в ее душе, обрел имя – Джая. Она зацепила его, когда так внезапно ворвалась в сознание Норта при их первой встрече. Оно было там везде, и было еще одно… Ее прошила острая боль. Его боль. Джая…

– Норт, захлопнись! – Дэйви бросилась к упавшей на ковер девочке и начала похлопывать ее по лицу. – Деточка, Тэя, милая… – Дэйви повернулась к Норту. – Убирайся.

– Я только улажу дела и вернусь, – Норт обернулся в дверях. – Пару недель. Максимум месяц, – он умоляюще смотрел на хозяйку дома.

– Не торопись, – Дэйви задумчиво смотрела на пришедшую в себя девочку, – тут дел невпроворот…

Едва за Нортом закрылась дверь, девочка словно из воды вынырнула, выйдя из забытья с глубоким вздохом. Теплая ладонь лежит на ее лбу. Эта оглушающая, пугающая тишина. Девочка слышит голос, он трансформируется в цветовые волны перед ее внутренним оком. Ладонь мягко отрывается от ее лба и снова врывается этот поток! Никогда еще вокруг нее не было столько «шума»!!!

– Я закрою тебя по-другому, но нам потребуется время, садись, – Дэйви мягко, но настойчиво усадила Тэю в нужную позу. – Первое, что мы сделаем потом, это отмоем тебя как следует. Не удивлюсь, если ты окажешься красавицей, – голос женщины мягко звучал в ушах, образные волны доносили до девочки смысл всего, что она говорила.

Они сидели напротив друг друга на ковре. Дэйви сделала несколько грациозных взмахов руками, и вокруг ее гостьи возникла призрачно сияющая сфера. Даже много лет спустя Тэя вспоминала этот день с особой теплотой и с неизменным восхищением красотой, грацией и умом Дэйви. Она была просто потрясающе красива. Нет, она была прекрасна. Сейчас же Тэя завороженно смотрела на созданную вокруг нее переливающуюся сферу.

– Ты ее видишь, – поняла Дэйви по лицу девочки, – отлично. Теперь не трогай ее и соберись, пожалуйста. Ты очень много имеешь, милая, но не умеешь с этим обращаться. Это может пугать людей и это опасно для тебя, – Дэйви говорила медленно, ощущая, как ее слова трансформируются для девочки в нечто совершенно иное, но по выражению ее лица молодая женщина видела, что Тэя точно понимает, о чем идет речь. – Нам с тобой надо будет сделать несколько упражнений, это не решит проблему, но позволит тебе продержаться до завтрашнего утра, – Дэйви бросила умоляющий взгляд на домашний алтарь, словно призывая на помощь все силы Мироздания. – Нам бы этот день пережить, милая. Соберись, слушай меня внимательно и повторяй за мной все в точности, шаг за шагом, – Дэйви развернула руки ладонями вверх и сделала вдох и выдох.

Проделав ряд нехитрых упражнений и удостоверившись, что девочка точно повторяет за ней каждое действие, Дэйви повела ее по сложному пути образов и ощущений, по завершении которого сознание Тэи оказалось в неком подобии многослойной капсулы или коконе, молодая сатторианка очень устала и ей сложно было найти определение тому, что удалось с таким трудом создать.

«Открой глаза», – попросила она девочку, послав очередную мыслеформу.

Тэя открыла глаза и настороженно огляделась вокруг.

«Ты не думаешь?» – прозвучало в Дэйви.

«Думаю. Ты не “слышишь”?» – Дэйви напряженно всматривалась в девочку.

«Нет… Очень тихо вокруг…» – Тэя тоже пристально смотрела в глаза своей новой знакомой.

«Отлично», – Дэйви поднялась с ковра и подняла Тэю, одновременно послав ей картинку ванны? наполненной водой со взбитой пеной.

«Что это?» – прозвучало скорее с любопытством, чем со страхом.

«Тебя надо вымыть», – они уже были в ванной, и Дэйви помогла девочке раздеться и забраться в воду.

Ее тут же окатило волной чистого восторга. Похоже, для этой девочки будет слишком много нового сегодня. Дэйви посмотрела на свалявшиеся космы на голове Тэи и решительно взяла ножницы.

«Я уберу это».

«Убери… Там больно…» – Тэя с упоением гоняла шапки пены по поверхности воды.

Дэйви с горечью вспомнила другую девочку в этой ванне, но тут же взяла себя в руки, увидев, что Тэя обеспокоенно обернулась к ней.

Черт! Да, ее гостья не может теперь читать ее мысли и проникать в сознание, но эмоции она продолжает воспринимать, пусть и не в полном объеме.

Дэйви вздохнула и начала осторожно состригать спутанные волосы с детской головы.

На этом день не закончился. Тщательно отмытая и переодетая Тэя сидела на полу за обеденным столиком. Раньше она ела, но это было что-то безвкусное в тарелке, которая появлялась сквозь отверстие в двери.

Этот яркий образ не прошел мимо Дэйви, но она не подала виду, чутко улавливая все, что исходит от девочки, она положила ей на тарелку кусочки мяса, овощей и лепешку. В высокий стакан она налила ярко-желтый сок сандоррского апельсина. Он был особенно сладок и ароматен. Дэйви ела и наблюдала, как девочка осторожно пробует все, и было ясно, что такую еду она раньше не видела. Сок вызвал особый восторг. Дэйви с мягкой улыбкой подливала его в стакан Тэи, и до девочки долетел слабый отголосок глубокой боли… Но Дэйви тут же жестко блокировала свои эмоции, не давая своей гостье ни малейшего шанса сосредоточиться на них.

Переполненная едой и эмоциями Тэя легла спать. Постель была уютная и красивая. Шелковые драпировки скрывали двойную луну за окном. Тэя закрыла глаза и уснула. Сознание ее было в полном беспорядке. Хаос мыслей, эмоций и полученных за этот день знаний порождал беспокойные сны. Пока не возникла посреди всего этого хоровода темная фигура и постепенно шаг за шагом не упорядочила все, что роилось и теснилось в детском сознании. Фигура была уже знакома. Тэя видела ее во сне на корабле – странное слово, одно из первых, «услышанных» ею. К утру внутри нее снова все было в порядке и в полном равновесии. Новый опыт был осмыслен и бережно отложен, новые имена новых сознаний тоже заняли в ее памяти свое место, и Тэя была полностью готова к новому дню.

* * *

С утра Дэйви накормила девочку лепешками с маслом и джемом, который готовила сама из местных персиков. Девочка доверяла ей и пробовала новую еду без малейшей опаски, нетерпеливо поглядывая на стеклянный кувшин с апельсиновым соком. Дэйви улыбнулась и наполнила высокий стакан. Ее тут же накрыла волна детского восторга, смыв накатившую было печаль… Дэйви встряхнулась и сама принялась за еду – день предстоял нелегкий. Она уже связалась со своим Учителем и договорилась о встрече. Сама она не справится, ей нужна была его помощь.

Дэйви усадила Тэю в гравилет во внутреннем дворе и взлетела прямо оттуда. У нее, как у потомка благородного рода, было такое право. Оно же позволило ей приземлиться во дворе Обители, минуя улицу и людей. Учитель Садхир уже ждал ее на площадке. Тэя, чутко уловив ощущение радостного ожидания и волнения Дэйви, сразу прониклась доверием к этому сознанию. «Человеку», – прозвучало в ней. «Человеку», – согласилась девочка.

– Дэйви, – сказал человек, и Тэя уловила в голосе тепло, радость и еще какое-то чувство, которое заставило ее потянуться за ним, забыв про свою защиту и строгий наказ Дэйви.

Она тут же с наслаждением нырнула в новое сознание, влекомая этой светящейся нитью, такое светлое и яркое одновременно, наполненное потрясающе красивыми сферами и звездами – этих понятий еще вчера не было в ее сознании, но сегодня она уже свободно пользовалась ими. Как же здесь все было потрясающе волшебно! Все играло и искрило, переливалось и сверкало…

Тэя вспомнила золотых рыбок из дома Дэйви, которые весело и беззаботно плавали в аквариуме, так же весело и беззаботно сознание Тэи плескалось и кружило по новому сознанию, ныряя в сферы и наполняясь и насыщаясь их силой и энергией, гоняясь и ловя ослепляющие звезды…

Неожиданно кто-то мягко, но твердо словно взял ее за шиворот и выдворил прочь из этого прекрасного места. Девочка тяжело дыша вернулась в реальность. Сильная ладонь накрыла ее лоб – и сознание исчезло. Перед Тэей стоял человек. Он смотрел ей прямо в глаза.

– Никогда больше так не делай, – его голос странно звучал в ушах, а не внутри, но Тэя поняла значение этих слов.

Впервые звуки сложились в ее ушах в понятные слова.

– Хорошо, пойдем, – не снимая ладони с ее лба, Учитель повел девочку по дорожке, посыпанной белым песком.

Вокруг было столько диковинных растений – слово снова возникло в ней, и она знала, что оно относится вот к этим странным зеленым вещам, с потрясающе яркими цветами. Воздух был наполнен ароматами и пением птиц. Голова Тэи слегка кружилась от непрерывного информационного потока.

– Я принесу «посредника», – тихо сказал Учитель Дэйви.

– Нет нужды, – покачала та головой, – она воспринимает их напрямую.

Учитель не успел выразить удивление – они вышли на лужайку, на которой стояли несколько огромных кристаллов. Учитель мягко усадил Тэю на траву перед одним из них и убрал ладонь. Кристалл буквально втянул в себя сознание девочки, одновременно насыщая ее потоком слов, сопровождающих образы…

– Дэйви, я рад тебя видеть, но лучше бы ты пришла с пустыми руками, – учитель Садхир мягко пожал протянутые ему в приветствии сложенные лодочкой руки и, удостоверившись, что девочка полностью поглощена кристаллом, кивнул на скамеечку рядом.

– Мне больше не к кому было обратиться, Учитель.

– Я тебе уже не учитель, – мягкая улыбка скользнула по тонкому лицу.

– Вы – мой Учитель, и это навсегда, – Дэйви в почтении склонила голову и продолжила: – Норт нашел ее и привел ко мне…

– Норт… – тень пробежала по лицу учителя Садхира. – Как он?

– Одиночество и скорбь поглотили его. Когда девочка вошла в его сознание, ее сердце едва не разорвалось, столько боли обрушилось на нее… – Дэйви склонила голову, смахивая скользнувшую по щеке слезу.

Учитель тяжело вздохнул, ощутив ледяное дуновение чужой скорби.

Тэя беспокойно заерзала, сатторианец тут же блокировал себя, и девочка снова погрузилась в кристалл.

– Он сказал, что в ее голове нет слов, и был прав, – Дэйви смотрела на девочку. – Я с трудом смогла закрыть ее, общаясь с ней образами. Я такого еще не видела.

– Я тоже, – кивнул Учитель, – даже тиорианцы при всех их способностях не обладают и десятой долей ее возможностей… Кто она? Где он ее взял? На невольничьем рынке? – Учитель помимо воли дернул плечами.

– Норт нашел ее на корабле, ее куда-то везли в сопровождении небольшого отряда…

– Ну, явно не довезли, – проронил Учитель.

– Они бились за нее до последнего, – продолжила Дэйви и, сжав руки в замок, выдохнула: – Она нашла в нем сознание Джаи…

– О, Дэйви! – выдохнул Учитель.

– Надо освободить ее от него, я не смогла… Я не смогла освободить Норта и теперь не смогла освободить ее…

– Норт сам держит ее, это помогает ему жить, если это вообще жизнь… – Учитель задумчиво смотрел на девочку. – Я освобожу ее, на это моих сил хватит. Норт тоже знает, где меня найти.

– Он не придет, Учитель, – почти прошептала Дэйви, явно желая уйти от этой темы.

– Где же она жила так долго с такой силой и совершенно без слов? – учитель Садхир снова обратил свой взор на девочку. – Как такое возможно? – пользуясь тем, что Тэя была полностью поглощена кристаллом, Учитель осторожно миновал ее защитную капсулу и вошел в ее сознание.

Крайне деликатно перебирая ее воспоминания, где немалое место занимала пена в ванне и апельсиновый сок, Учитель уперся в стену. Грубая кладка из огромных черных камней с каплями стекающей воды…

– И нет ощущения места, времени и чьего-то присутствия… – тихо прошептала Дэйви, повторяя слова Норта. – Мы все уперлись в эту стену.

Учитель так же осторожно и деликатно покинул сознание девочки, брови его были сдвинуты.

– Либо там больше ничего нет, – тихо сказал он, – либо кто-то так наглухо «запечатал» ее, чтобы никто не мог понять, кто она и откуда. Я такого сознания не видел. Я знаю все типы сознаний шести рас из Шести миров, она не похожа ни на одно из них… Ты сама стригла ее? – Учитель смотрел на остриженную голову девочки.

– Да, Учитель.

– На кого она была похожа с волосами?

Дэйви задумалась.

– На сатторианку, только светлокожую, с Севера, – сказала, наконец, она.

– Пусть так и будет, – кивнул Учитель, – так будет безопаснее для всех и для нее в первую очередь. Кто еще знает о ней?

– Кроме Норта, вас и меня – никто.

– Пусть так и останется, – Учитель сложил едва заметно подрагивающие руки.

Только это выдало его волнение. Дэйви словно пронзило догадкой.

– Учитель, вы думаете… – Тонкий палец лег на ее губы, запечатывая слова.

Дитя Гетеи… Дэйви смотрела на девочку, сидящую перед кристаллом. Неужели?!!

Прикосновение Учителя прервало даже мысленный поток. Он покачал головой, запрещая таким образом даже думать об этом.

– Вы оставите ее у себя, Учитель? – справившись с эмоциями, спросила Дэйви.

– Кто-то должен ей помочь, – учитель Садхир не сводил глаз с ребенка, теперь эта девочка полностью завладела его вниманием, – но это дело даже не пары дней или недель…

– Норт придет за ней через месяц. Он хочет узнать, куда и зачем ее везли, возможно, ему удастся получить за нее выкуп.

– Выкуп?! – брови Учителя взметнулись вверх.

– Месть – занятие дорогостоящее, – тихо сказала Дэйви, – ему нужен корабль и деньги для осведомителей. Он хочет найти всех…

Учитель коснулся лба кончиками пальцев.

– Пусть Создатель вразумит и направит его.

Дэйви повторила его жест и прошептала:

– Пусть…

– А она усидчивая, – Учитель снова смотрел на девочку.

– Она как губка впитывает все и не знает ничего ни об этом мире, ни о людях, – отозвалась Дэйви, она поняла, что для Учителя она теперь переместилась на второй план и мягко улыбнулась – Учитель любил сложные задачи.

– Ты всегда была умницей, Дэйви, ею и останешься, – теплая ладонь накрыла ее сложенные на коленях руки, Учитель тепло улыбнулся ей и встал. – Не тревожься, я позабочусь о ней. Она тут в безопасности. Пока, – добавил он.

Дэйви поднялась следом. Тэя хотела вскочить и побежать за ними, но учитель строго остановил ее.

– После информационного кристалла надо смотреть в белый кристалл, чтобы все знания улеглись и заняли в твоей голове свое место, – тонкая рука учителя указала на белый кристалл рядом с тем, в котором только что побывало сознание Тэи, девочка послушно кивнула и перевела взгляд на второй кристалл.

Гул в переполненной информацией голове начал затихать, а знания начали упорядочиваться. Девочка почти сразу почувствовала облегчение.

– Я провожу тебя, – Учитель кивнул в сторону стоянки гравилетов, и они с Дэйви медленно пошли по дорожке. – Можешь навещать ее. Но не часто, чтобы не вызвать подозрений.

– Хорошо, Учитель, – согласно кивнула Дэйви, – благодарю вас, – она протянула сложенные лодочкой ладони.

Учитель мягко сжал их.

– Это я благодарю тебя. Если мы не ошиблись… – Учитель тут же оборвал свою речь. – Пусть Создатель хранит тебя и твой дом.

Дэйви присела, склонив голову, и через минуту ее гравилет взмыл в небо, а Учителю пора было возвращаться к своей неожиданной гостье и ученице.

* * *

Брок дотошно осмотрел корабль и, удостоверившись, что тот цел и невредим, заплатил Норту, не пытаясь сбить цену. Денег было много, но недостаточно. Норту нужен был корабль – совершенно определенный корабль, сверхлегкий и сверхбыстрый, с моментальной системой генерации перехода и суперсканером, который можно было настроить на биоимпульс определенного человека.

– Есть что-то еще? – спросил он Брока.

– Завтра-послезавтра буду знать наверняка. Одно дело – дрянь, я знаю, что ты за такие не берешься, но деньги дадут большие, даже за вычетом моих процентов.

– Мне выбирать не приходится, – Норт повел плечами, стряхивая неприятное предчувствие. – Что за дело?

– Дети. У аристократа с Сандорры похитили детей. Проверяют последние зацепки на планете, но есть подозрение, что они уже на работорговце…

Все-таки Норта передернуло.

– Сколько детям?

– Мальчику шесть, девочке четыре.

Дети с Сандорры. Эсстингианцы, чертовы змеи! Средняя продолжительность жизни сандоррийцев триста лет, сумасшедшие регенеративные способности у детей. Неужели эти змеи придумали еще какой-то безумный генетический эксперимент?! Норт не любил эсстингианцев и испытывал к ним непреодолимое чувство отвращения.

И тому были причины. Поселенцы этого мира не ожидали от планеты такого подвоха, и никто не ожидал…

А все так хорошо начиналось! Земляне вывезли с собой в новый мир все культурное достояние Человечества. Единственный материк, расположенный на экваторе новой планеты, был подобен Сахаре на Земле. Поэтому сами поселенцы так его и назвали – Сахара. Не мудрили и с названиями трех полноводных рек – Тигр, Ефрат и Нил. Еще было четыре глубоководных озера с пресной водой, а вокруг единственного материка жил своей жизнью огромный океан.

Эта планета как нельзя лучше подходила под музей под открытым небом для воссоздания памятников Древнего Египта, Рима и Греции. Вокруг рек и озер выросли пирамиды, дворцы и храмы – было важно, чтобы люди помнили и знали свою историю. То, что начиналось как музей, как-то незаметно стало образом жизни. Люди начали строить виллы и «римские» дома для себя, и поэтому города Эсстинга были потрясающе красивы. Солнечно-желтый камень спасал в летний зной и защищал от сырости в сезон дождей. Эти чудики даже по городу перемещались в паланкинах да на повозках. Самых богатых несли в паланкинах настоящие люди, народ победнее использовал для повозок биомеханических лошадей. Гравилетами пользовались только туристы. Когда все производство лежит на роботах, можно позволить себе такое праздное существование. Был воссоздан Колизей и храмы всех древних и античных богов и богинь. Возродились их культы и при храмах появились жрицы и жрецы. Некоторые храмы провозглашали даже живое воплощение их богинь и богов в этом мире и поклонялись им. На их роль избирались самым тщательным образом отобранные девочки и мальчики.

Это пугало и притягивало одновременно. Поток туристов был неиссякаем. Этот мир был чертовски притягателен. Только здесь соседствовали Александрия, Рим, Афины и Троя. Это был совершенно невероятный, сказочный мир! Каналы для орошения позволили превратить пустынный материк в потрясающей красоты оазис, эта же уникальная система каналов позволяла туристам и местным жителям неспешно путешествовать по континенту на супероснащенных пирогах, позволяющих сохранить чистоту природных вод. По именам эсстингианцев можно было понять, где они были рождены – египетские имена давали рожденным на территории, воспроизводящей Древний Египет, латинские и греческие имена получали дети Рима и Афин.

На планете было мало полезных ископаемых, но благодаря отличной ирригационной системе здесь были совершенно потрясающие урожаи всего, что здесь выращивали. От табака до кофе. Эсстинг славился фруктами и овощами, тканями и ювелирными украшениями, предметами роскоши и произведениями искусства. Художники Эсстинга были уникальны. Их полотна разлетались на аукционах за неимоверные деньги. Архитекторы были нарасхват. А что говорить о краснодеревщиках! Мебель, сделанная здешними мастерами, а не роботами на производствах, ценилась наравне с бериллами Проксимы.

А что здесь творилось в сезон гладиаторских боев! Лучшие борцы лучших школ съезжались в Колизей, чтобы продемонстрировать свое мастерство владения всеми видами холодного оружия и рукопашного боя. Гостиницы были забиты до отказа, букмекеры не успевали принимать ставки и деньги от туристов текли рекой!

Что уж говорить о казино! Только здесь это было законно, и люди остальных пяти миров стекались сюда, чтобы испытать свою удачу. Сезон дождей – сезон, когда закрывался Колизей и открывались казино – недаром называли Сезоном Слез.

Однако здесь происходили и совершенно неприглядные вещи. Самым низким и отвратительным на этой планете были невольничьи рынки. Сколько бы раз ни осуждали эту преступную практику на самых разных уровнях, как бы ни пытались с ними бороться – ничего не могло повлиять на их существование. Нелегальные торги устраивали возле транзитных портов. Жуткие места и жуткие зрелища… Зачем им были рабы? Эра роботомании прошла, самые совершенные «куклы» Крунна отправились на склады на долгое хранение. Последние пару сотен лет было особым шиком иметь слуг-людей дома и в ресторанах. Няня-робот канула в Лету, и ее заменили живым человеком. И нашлись те, кто был готов поставить необходимый товар. Одно время они даже нападали на пассажирские корабли, но вмешательство Объединенного флота остановило эту порочную практику. Тогда они стали действовать тоньше и, рассеявшись маленькими группами по Шести мирам, стали похищать людей под определенный заказ. Нужна заботливая няня с Сандорры? Пожалуйста. Нужен боец с Крунна в гладиаторскую школу? Пожалуйста. Нужен оракул в храм? Вот вам юная тиорианка или тиорианец… Это была целая разветвленная сеть, которую никто не мог ликвидировать…

Да, несмотря на всю его внешнюю красоту, этот мир едва ли можно было назвать миром мечты. Краткосрочное пребывание на планете никак не сказывалось на представительницах других миров, но для уроженок Эсстинга новый дом преподнес самый горький «сюрприз».

Неладное заметили уже в третьем поколении поселенцев. Радиация светила или излучение самой планеты ударило в самое уязвимое место – гормональную систему женщин. Невероятно красивые уроженки Эсстинга быстро расцветали и так же быстро увядали. Самое страшное проклятие в Шести мирах было: «Чтоб тебе родиться женщиной Эсстинга»! Увядание наступало стремительно и неотвратимо, после тридцати женщины превращались в древних старух, и еще лет тридцать они влачили свое незавидное существование во внутренних дворах домов, мечтая о скорой и легкой смерти, становясь бабушками собственным детям. Мужчин страшное проклятие задело меньше. Они отличались выносливостью, гибкостью и жили лет до ста двадцати, при том, что старость настигала их уже после столетия. За свою жизнь некоторые из них успевали сменить до пяти жен. В Шести мирах среди шести рас, в которые успело сформироваться население освоенных планет, эсстингианцы единственные не отличались долголетием. Таков оказался их мир.

Вероятно, в то время и появилось это название – Эсстинг, оно в полной мере отражало суть этой планеты. Само слово изначально означало жало, жало змеи, со временем в нем появилось вторая «С», которая придавала новому названию планеты зловещее звучание, подобное шипению кобры, которые на Эсстинге были везде! Они обвивали колонны и украшали орнаменты домов, статуи проклятых змей торчали в каждом саду и фонтане. Слава Создателю, что сами змеи здесь не прижились, когда кто-то попытался привезти их туда контрабандой – все погибли к радости местных жителей. Своя жизнь на планете если и была, то не на материке. Океан был глубок и безбрежен и не спешил раскрывать свои секреты. За две тысячи лет ни один корабль не вышел в море. Несколько беспилотных подводных лодок пропали, и было решено прекратить изыскания. Все силы научного мира планеты были направлены на проблему столь раннего старения женщин Эсстинга.

При рождении девочки в семьях плакали и объявляли траур. До пятнадцати лет девочки жили как богини, не зная отказа ни в чем, купаясь в роскоши и безнаказанности – весь жизненный уклад на планете должен был компенсировать им их горькую участь. Процветал культ тела, юные красавицы разъезжали по городам в открытых паланкинах, наслаждаясь своей мимолетной юностью. После пятнадцатилетия они должны были вступить в брак, чтобы успеть родить и поднять на ноги хотя бы троих детей. Поэтому брачный договор с семьей будущего мужа заключался сразу по рождении девочки.

Что только ни перепробовали ученые планеты более чем за тысячелетнюю историю пребывания здесь, какие только отчаянные меры и эксперименты ни предпринимали – новый мир был беспощаден.

Попытки жениться на славящихся завидным долголетием и здоровьем представительницах других миров не принесли успеха, браки с ними, возможно к счастью, оказались бесплодными. Попытки уехать в другие миры тоже кончались неудачей – проблема была в самой ДНК женщин и в любом другом мире их настигала неотвратимая карма. Ученые продолжали работу, но, как всегда, когда у науки не появилось ответов на вопросы, среди поселенцев возникли суеверия. Да-да, несмотря на то что человек преодолел звездное пространство и заселил, и освоил новые миры, в его душе продолжали жить первобытные неистребимые страхи. Главный и основной из них – страх смерти.

Чем очевиднее была безвыходная ситуация с преждевременным старением женщин, тем больше культов возникало и возрождалось. Какие только жуткие обряды ни возникли на этой чертовой планете за это время! На какие только безумства не пускались женщины, чтобы хоть немного продлить свой век! Именно они, эти культы, и вызывали у Норта чувство отвращения. Их последователи не гнушались ничем – жертвоприношение младенцев было самым безобидным на фоне всего остального…

Если на этот раз федералы опять не справятся, несчастные родители обратятся к Броку, больше им ничего не останется, и тогда придется взяться за это дело. Норт не любил Эсстинг и не мог избавиться от ощущения брезгливости по отношению к этому миру, что не мешало ему иметь там свои связи и даже друзей.

Норт встряхнулся. У него и сейчас дел невпроворот.

Надо разобраться с девчонкой. Немедленно. Норт знал, где он сможет что-то узнать. Человек, которого он искал, любил торчать в баре у транзитного порта.

Норт сразу увидел его в углу за столиком с его неизменным поисковиком. Норт был уверен, что парень никогда не расстается с этой штукой. Рожденный на Эсстинге, в Александрии, он был назван в честь бога Древнего Египта – человека с головой лягушки, олицетворяющим темноту хаоса. Хаос Норт ему точно обеспечит.

– Кук, давно не виделись! – рука Норта тяжело опустилась на плечо парня.

Эсстингианец, ткнувшись носом в поисковик, тряхнул головой и поднял голову, близоруко щуря глаза.

– Н-норт! Привет! – неуверенно поздоровался он, явно не понимая, чего ждать от встречи.

Кук давно уехал с Эсстинга и, поболтавшись по пяти мирам, осел здесь, на Саттории.

– Расслабься, приятель, – Норт сел рядом и заказал выпить, – поищи для меня, что в Сети есть? Может, пропал кто?

Пальцы эсстингианца забегали по клавиатуре.

– Тебя интересует что-то конкретное? – уточнил он, пробегая взглядом по строчкам новостей.

– Налет на корабль, пропажа груза… – Норт отпил виски и рассеянным взглядом оглядел зал – все спокойно.

– За этот месяц? – спросил парень.

Не зря его назвали Куком, он и правда лицом был немного похож на лягушку.

– За эту неделю, – Норт поставил стакан.

– Ничего, Норт, клянусь… – Кук еще раз бегло пролистал все новостные сводки, – даже задержек рейсов не было…

– Твою мать… – Норт провел рукой по лицу – девочка из возможного источника денег на глазах превращалась в проблему.

– Я могу для тебя последить, – поспешно заверил его Кук.

– Последи, – Норт встал. Может, они еще не хватились, пытался успокоить он себя. – Любую информацию сразу переправляй мне.

– Хорошо, позывные те же? – эсстингианец заметно расслабился.

– Те же, до встречи, – Норт оставил деньги на столе и вышел.

Ни про корабль, ни про девочку ничего не было. Обычно налет на корабль был самой горячей новостью. Тем более этот шел в саму метрополию! Его же там ждали… Корабль должен был прибыть два дня назад. И тишина? Что-то не так…

От дурных предчувствий у Норта заныло сердце.

– Черт, – он подставил лицо под дождь, давая ему смыть с себя тревогу.

Все как-то образуется. Нет, так он оставит ее на Саттории у Дэйви. Будет помогать деньгами. Дэйви девчонка вроде понравилась… Внутри снова возникло ее ощущение. Оно осталось в нем после того, как Тэя так бесцеремонно вторглась в него на корабле. Как будто часть ее сознания осталась в нем, а часть его сознания она унесла с собой, когда он ее выставил. Норт не мог объяснить это. Странное ощущение присутствия внутри. И если раньше это была неприкаянная тень Джаи – он снова едва не задохнулся, как только это имя всплыло в памяти, второе имя он загнал в самый дальний угол своего сознания, но до него-то как раз, похоже, эта девчонка и добралась, – то теперь это была вполне ясная и реальная фигура. Фигурка. С изумленно распахнутыми глазами. И такое чудное сознание… Раньше он таких не видел… Норт залюбовался непривычно ярким светом сферы… Точно, вот оно… Это ее «отпечаток» – яркий… Теплый… Норт повертел его перед внутренним взором, он мог его выбросить во вне, и он бы рассеялся в пространстве, но от него шло такое тепло… Такое давно забытое ощущение жизни… К черту, зачем ему это?! Норт решительно «взял» отпечаток и швырнул его прочь из себя. Доплыв до внутренней оболочки сознания, сфера замерла и, качнувшись, поплыла обратно. Какого… Норт повторил манипуляцию несколько раз. Разозлившись, он даже разомкнул оболочку собственного сознания, отчего у него мурашки пошли по коже, но все так же безрезультатно – «отпечаток» сознания Тэи отказывался его покидать. Ладно, он попросит Дэйви убрать его…

Норт встряхнулся и понял, что промок насквозь. Дождь лил не переставая. Надо разыскать Троя и свое старое корыто. Ну, не совсем корыто, для абордажа этот корабль самое оно, но дело с ним не сделать. Норт поднял воротник куртки, понимая всю бессмысленность этого жеста, и направился на стоянку. Хоть бы один гравилет проехал…

– Эй, Норт! Прыгай!

Трой! Этот парень всегда вовремя! Норт с облегчением нырнул в кабину гравилета.

– Куда? – спросил Трой, набирая высоту.

– На корабль.

– Брок заплатил? – Трой ловко маневрировал среди кораблей.

– Да, вот твоя доля, – Норт отдал парню половину вознаграждения.

– Спасибо! – Трой довольно убрал деньги.

Норт задержал на нем взгляд на пару минут. Парень с ним последние десять лет. Можно сказать, вырос на его глазах. Норт обучил его всему, что сам знал и умел.

– У Брока есть что-то для нас? – спросил Трой, зайдя на посадку возле их корабля.

– Завтра сообщит.

– Норт, я хотел…

– Мне надо поспать, – перебил его Норт, парень хорошо закрывался, но для Норта он был открытой книгой.

Сначала он отдохнет наконец, а потом даст ему сказать то, что он и так уже знал. Трой решил уйти.

* * *

Последние три дня для Тэи стали настоящим испытанием. Целыми днями она просиживала у кристалла Слов, но его информационный поток даже не думал иссякать! К вечеру голова девочки буквально пухла от загруженных знаний, и она едва могла добраться до своей постели. Белый кристалл, конечно, немного облегчал состояние, но именно облегчал. Тэя уже просто ждала, когда в ее сне появится знакомая темная фигура и расставит всю полученную информацию по своим местам. По мере того как расширялся ее запас слов, сон стал приобретать все более конкретные очертания. Ей снился зал библиотеки с бесконечными рядами книг. Темный человек толкал перед собой тележку, нагруженную в беспорядке сброшенными книгами, он медленно двигался по рядам и аккуратно расставлял эти книги по полкам.

Утром голова Тэи снова была ясной, а сама девочка полна сил. Едва позавтракав, она бежала по знакомой дорожке в сад и усаживалась перед кристаллом. Учитель для себя давно решил ограничить ее обучение именно этой поляной. Здесь было семь базовых кристаллов. Он не хотел передавать с таким трудом накопленные знания представителю чужого мира, чьи цели пребывания в Шести мирах оставались большой загадкой.

На четвертый день поток из кристалла Слов просто прекратился. Тэя растерянно оглянулась.

– Учитель, он… сломался?

– Нет, милая, ты получила все знания из него.

Тэя хотела вскочить.

– Очисти разум, – учитель жестом указал на белый кристалл.

Точно… Тэя снова села на свое место и погрузилась в молочные глубины белого кристалла. Теперь она могла думать такими словами. Это было странно.

К моменту, когда она закончила и снова обернулась, рядом с учителем Садхиром сидела Дэйви. Она тепло улыбнулась девочке.

– Дэйви! – Тэя с размаху влепилась в нее, с силой обняв свою гостью.

– Я тоже соскучилась, – Дэйви мягко отстранила девочку и внимательно вгляделась в ее лицо. – Как ты?

– Я закончила кристалл Слов наконец-то! – выпалила Тэя.

– О, какой у тебя голос! Звонкий как колокольчик, – улыбнулась Дэйви. – А как ты складно говоришь!

– Учитель говорит, что это Единый язык. Есть еще шесть диалектов, некоторые уж вообще непонятные, – тараторила девочка, машинально перебирая и разглядывая украшения Дэйви.

– Сегодня для тебя большой день, – Дэйви гладила заметно отросшие волосы девочки.

– Да? – Тэя вопросительно посмотрела на учителя.

– Ты же не думала, что кристалл Слов – это все твое обучение? – усмехнулась Дэйви, – тебе предстоит узнать историю Шести миров, правила этикета и еще много чего.

– Историю Шести миров? – Тэя снова перевела взгляд на учителя.

Тот серьезно кивнул. Тэя оглянулась.

– Какой это кристалл?

– Нет, милая, историю Шести миров Учитель рассказывает сам, а вот информацию о каждом отдельном мире ты получишь позже из кристалла, – Дэйви доставляло удовольствие перебирать шелковистые волосы девочки. – Ты их расчесываешь? – спросила она, не удержавшись.

– Каждое утро, – нетерпеливо кивнула Тэя. – Учитель Садхир, когда вы мне все расскажете?

– После обеда! – учитель решительно встал. – Эта девочка совершенно не умеет останавливаться вовремя! – и с шутливой строгостью добавил: – Сегодня ты пообедаешь с нами, как нормальный человек!

Они проследовали в обеденный зал. Он был залит солнцем, но белый камень дарил прохладу. Стол был уже накрыт, и обед прошел за легким разговором о новостях. Тэя тоже делилась впечатлениями и задавала уйму вопросов. Некоторые ставили в тупик, некоторые приводили в оторопь, некоторые вызывали веселый смех, и девочка смеялась вместе со всеми.

– Постепенно ты во всем разберешься, деточка, не спеши, – голос Учителя звучал успокаивающе.

Он вообще вызывал у Тэи чувство благоговения. Именно эта устойчивая эмоция исходила от Дэйви, когда она смотрела на своего Учителя. Теперь Тэя знала слова – названия всех эмоций. И ей нравилось, когда при взгляде на что-то или при испытании каких-то чувств в ее сознании всплывало слово, обозначающее этот предмет или чувство. Это было странно, но заметно упрощало жизнь.

После обеда они снова отправились в сад, но по другой дорожке и пришли на другую поляну. Учитель провел рукой над поверхностью столика, и над поляной возникла голограмма планеты в Солнечной системе. Тэя машинально отшатнулась к Дэйви, которая, к радости девочки, осталась послушать лекцию учителя Садхира.

– Это Земля – родина всего Человечества, – заговорил Учитель. – Она долго была домом для людей, но люди были невежественны и не ценили того, что имели. Земля была истощена и опустошена. К моменту ее угасания были готовы семь экспедиционных групп по семь кораблей, которые отправились вместе с людьми к другим мирам, – рассказ Учителя сопровождался голографическими изображениями, на которые Тэя смотрела не отрываясь. – Люди отправились к семи мирам, которые могли им стать новым домом. На кораблях везли всё – от ДНК всех животных и растений до реликвий человеческой истории, произведения искусства и тонны информации, сосредоточенной в блоках памяти архивов.

Картинка сменилась. Тяжелые огромные корабли медленно шли сквозь пространство…

– В новый мир люди везли надежды на новую жизнь, свои мечты и пороки, своих богов и своих демонов…

Тэя вздрогнула, настолько ярко восприняла она последний образ из сознания Учителя. Незаметно для нее ее внимание переместилось с голограммы на Учителя, и она привычно созерцала его сознание.

Дэйви мягко коснулась ее щеки и безмолвно указала на картинку над поляной. Тэя смутилась и снова сосредоточилась на визуализации.

– Семь миров, избранные для колонизации,… были разными. И эта разность обусловила последующее развитие местных поселений. Первой планетой на пути была Пангея, так называли древнейший материк на Земле, и поскольку новая планета была максимально похожа на старую Землю, ее назвали Пангея. Она же стала метрополией Шести миров.

– Почему шести? Отрядов было семь, – прошептала Тэя, любуясь изображением планеты.

– Мы до этого, дойдем, – невозмутимо кивнул Учитель и продолжил: – Два огромных материка омываются океанами, реки, озера. Леса и горы, цветущие долины. Архипелаг больших островов от полюса к полюсу между материками позволил воспроизвести все природные зоны старой Земли и заселить их земными животными соответствующих групп, без угрозы для материковой флоры и фауны. Все животные находятся под очень строгим контролем, каждое новое потомство тщательно проверяется на предмет вероятных мутаций. Учитывая, как изменился человек, было справедливо предположить, что и генотип животных не останется первозданным. Только на Пангее и на Сандорре за столько лет ДНК домашних животных и птиц не претерпело никаких изменений. На этом и остановились. Диких животных на материках решили не воспроизводить. Океан остался неосвоенным – страшно выпускать туда морских млекопитающих и рыб – неизвестно, во что это может вылиться. Надеюсь, когда-нибудь людям удастся изучить и постичь океан… – Учитель на секунду задумался и встряхнулся. – И все же, несмотря на такие вынужденные предосторожности, новый мир оказался дружелюбен и гостеприимен. Люди обрели второй дом и второй шанс и сделали все, чтобы не упустить его. Был принят закон, по которому, если на обитаемой планете более чем один материк – обживается только один из существующих, максимально комфортный для жизни, остальные остаются нетронутыми, чтобы не нарушать естественный ход местной эволюции. Там ведется наблюдение с воздуха беспилотными аппаратами и никакого вмешательства человека.

Учитель дал Тэе возможность полюбоваться чудными городами и парками планеты, особый восторг вызвали у нее съемки животных на Архипелаге.

– Второй мир – Сандорра. – Изображение сменилось, несколько небольших материков разбросано по планете в основном в зоне экватора. – Из шести материков заселили три, есть и островные архипелаги. На Сандорре воссоздали Стоунхендж – совершенно потрясающее сооружение из мегалитов – удалось найти природные камни и даже место фактически соответствует земному местоположению этого Чуда Света. Что до самой планеты, то на ней оказалась чрезвычайно плодородная земля и благодатный климат. Земледелие и скотоводство поначалу стало главным видом деятельности на этой планете, но постепенно появилась промышленность и все прочие необходимые структуры. Только на Сандорре есть настоящие животноводческие фермы, которые в изобилии снабжают мясом, птицей, сырами, молоком и всем прочим все наши миры. На каждой ферме есть свой генетик, который жестко отслеживает все появляющиеся мутации и принимает соответствующие меры – либо коррекция измененного сегмента, либо принимается решение об уничтожении особи. Там же разрешено держать настоящих кошек и собак, а не биомехов, как в остальных мирах…

Тэя подняла руку.

– Да? – кивнул учитель.

– Планеты были необитаемы? – спросила девочка.

– Разумной жизни на них не было, – Учитель покачал головой и невозмутимо продолжил: – Третьим миром был Э’Стинг, который потом стали называть и писать просто Эсстинг. Планета пустынь и оазисов…

Почему-то Тэя знала уже все, что Учитель ей рассказывал. Она даже растерялась.

– Змеиное племя, – пробормотала она.

Дэйви вздрогнула от неожиданности, но тут же взяла себя в руки. Учитель и ухом не повел. Это была фраза Норта и сказана она была на логосе, языке воров и контрабандистов, на языке преступного мира.

– Четвертый мир – это наш – Саттория, – картинка снова сменилась, – три материка. Два расположены в зоне с тропическим климатом, а один ближе к северу. Его крайняя точка касается полюса планеты. Это Аквилон.

– Северяне… – снова пробормотала девочка уже на Едином языке, разглядывая материк.

– Верно, так зовем жителей этого материка мы, южане, и остальные жители пяти миров, включая их самих, – кивнул Учитель, – там добываются очень ценные ископаемые. Жить там невероятно трудно, и местные жители отличаются потрясающей выносливостью, силой и живучестью.

– Норт – северянин, – снова заговорила девочка.

– Правильно, Норт – северянин, а Дэйви – южанка. Именно здесь, на Анджанте, был воссоздан Тадж-Махал, одна из жемчужин земной архитектуры. – Тэя не могла отвести глаз от потрясающей красоты архитектурного ансамбля.

– Это все везли с Земли? – поразилась она.

– Нет, милая, только чертежи, – учитель погладил голову старательной ученицы и продолжил: – Остальное узнаешь из кристаллов. Осталось немного. Крунн. Один материк почти обнял планету к северу от экватора. Суровый мир скал и льда. Короткое лето и долгая зима. Поселенцы, прибывшие туда, справедливо назвали свой мир Йотунхеймом[1]. Жить там трудно, но со временем люди смогли сделать свое пребывание там вполне комфортным. Термальные источники и система куполов, накапливающих ультрафиолет даже ночью, смогли обеспечить людям прекрасные условия для жизни. Но, разумеется, для этого требовался невероятный технический прорыв, именно поэтому все новейшие и лучшие технологии до сих пор приходят к остальным мирам с Крунна. Машины, станки, роботы, корабли – нет ничего, в чем бы они не преуспели. Но есть там и те, кто предпочел жить не в тепличных условиях купола. Они создали свои поселения в скалах – потрясающие люди невероятной силы.

Ледяной мир завораживал… Йотунхейм – мир ледяных великанов… Тэя невольно ждала, что вот сейчас появится один из них из-за ледяной глыбы…

Но картинка сменилась.

– Тиора, – Учитель наблюдал, как медленно проясняется взгляд девочки, – самый загадочный мир и один из относительно закрытых. Там не любят чужеземцев, хотя сами тиорианцы с удовольствием колесят по остальным пяти мирам. Помимо всего прочего, тиорианцы совершили невероятный прорыв в ментальном развитии человека. Считается, что это связано с особенным излучением планеты. Обитатели всех миров, исключая Эсстинг, обладают экстрасенсорными способностями в той или иной мере, тиорианцы довели свое мастерство до совершенства. Там бесконечное число духовных орденов, члены которых каждый день своей жизни посвящают совершенствованию своих навыков.

– Высокомерные… – ладонь Дэйви вовремя мягко легла на рот Тэи, очередная фраза Норта на логосе едва не слетела с губ девочки.

– Ты не должна так говорить, – твердо сказал учитель, – мы уважаем представителей всех Шести миров…

– И Эсстинг?! – воскликнула Тэя.

– Их тем более. Природа была к ним жестока. Они не обладают нашими способностями и могут видеть только глазами и слышать только ушами…

– И поэтому они понавтыкали везде эти свои чертовы глушилки? – снова спросила Тэя на логосе.

– Я не понимаю, – Дэйви отчаянно развела руками, – она могла найти кристалл с этим языком? Да нет, вряд ли, – тут же возразила себе молодая женщина, – она может находиться с ним в постоянном контакте?

– Вполне возможно, – учитель Садхир пристально посмотрел на девочку. – Что-то определенно есть, но либо она «вынесла» это с собой после первого контакта, либо… Надо посмотреть потом более внимательно. Это даже интересно.

Они не пытались говорить тише или как-то шифровать свою речь. Все это бесполезно, когда рядом с тобой эмпат и телепат такого уровня, как Тэя.

– Не все суждения Норта корректны, милая, – терпеливо сказал Учитель, – он знает много, он умен и опытен, но он груб, и ты не должна повторять все, что он говорит или думает.

– Но это правда? – осторожно спросила Тэя.

– Правда, так эсстингианцы защищают себя. И имеют на это полное право. Ты поняла?

– Поняла, Учитель. Но это Шесть миров и шесть отрядов. А где седьмой? – повторила девочка свой вопрос.

– Седьмой отряд поселенцев шел к самому удаленному миру – Гетее. Но войдя в Гетенианскую туманность, корабли пропали со всех радаров и из радиоэфира. Мощное поле радиогалактики поглощало все сигналы, которые поселенцы Шести миров пытались им отправить. Считается, что этот отряд погиб, – Учитель внимательно следил за лицом девочки.

Она была потрясена, но больше ничего – ни картинок, ни вспышек эмоций или каких-то сознаний – ни намека на воспоминания. Учитель продолжил:

– Поселенцы пяти миров отличаются завидным здоровьем и долголетием, Эсстинг – прискорбное исключение. Вот такой краткий обзор. На первой поляне ты найдешь кристалл каждого из миров. Изучай их так же тщательно и терпеливо, как кристалл Слов, и это поможет тебе избежать массу неприятностей.

– Например? – живо поинтересовалась девочка.

– Не оскорбишь никого ненароком, в некоторых мирах люди скоры на расправу, – усмехнулся Учитель и погасил голограмму. – Все, на сегодня ты закончила, беги гулять с Дэйви.

Тэя вложила свою ладошку в руку Дэйви, и они пошли гулять по прекрасному саду, виртуозно обходя поляны с запретными для девочки кристаллами, и вскоре они оказались у чудесного водопада.

– Ты умеешь плавать? – Дэйви выскользнула из легких одеяний.

– Не знаю, – Тэя покосилась на воду.

– Давай выясним, – Дэйви по красивой дуге вошла в воду и, вынырнув, поманила девочку: – Давай прыгай! Я тебя поймаю!

Тэя долго раздевалась, путаясь в одежде. Вода ее пугала, но радость и наслаждение Дэйви перекрывали страх. Девочка неуклюже плюхнулась в воду прямо в неожиданно сильные руки Дэйви.

– Не бойся, глупая! – заливисто рассмеялась она, катая Тэю по поверхности воды.

– Здесь не на что встать! – удивленно воскликнула Тэя. – Как ты держишься? На чем?!

– Вода меня держит! – снова смех. – Расслабься, ну…

К концу дня Тэя плавала не хуже рыб.

* * *

Утро началось с разговора с Троем. Он пришел на корабль рано утром, но Норт уже его ждал.

– Кофе, – Норт подвинул парню кружку.

Он чувствовал его смятение. Он хорошо изучил парнишку за это время. Но пусть скажет. Пусть скажет сам.

– Ты получил работу у Брока? – спросил Трой.

– Пока нет, – Норт невозмутимо отпил кофе.

– Тебе будет нужна помощь?

– Справлюсь, – Норт поставил кружку на стол.

– Я… – Трой тоже поставил кружку на стол, – я решил уйти, Норт.

– У тебя есть корабль?

– Есть, я скопил… «Звезда-4», – выдохнул Трой.

– Хороший корабль, – Норт встал. – Что ж, удачи тебе. И пусть не пересекутся наши пути, – Норт хлопнул Троя по плечу и вышел.

– Пусть… – пробормотал Трой и облегченно откинулся на спинку стула.

Норт не любил прощаться. Больше этого не любил расставаться с кем-то. С кем-то, кто был рядом так долго. Но никто не смог бы обвинить Норта в сентиментальности. Он никогда не показывал своих чувств. Сейчас ему не было больно, он был горд. Парень вырос на его глазах, и у него хватило мужества прийти к нему и прямо сообщить о своем решении. Пусть удача сопутствует ему…

Норт поднял воротник куртки и шагнул под моросящий дождь. Пора к Броку. Ему нужны деньги…

Брок сидел в своем офисе, который был пропитан сигарным дымом, на столе кажущийся беспорядок, в котором была своя стройная система. Брок был старше Норта, но тоже еще не отметил первые пятьдесят лет. Он любил жизнь, безоглядно пробовал и стремился испытать все, что только этот мир мог ему предложить.

– Любишь ты потакать своим слабостям, – Норт моментально учуял запах дорогого табака.

– Ну, если я им не буду потакать, то кто же тогда? – Брок довольно пыхнул сигарой.

– Никак не бросишь эту дрянь? – Норт открыл окно и жадно втянул свежий воздух. – Сам травишься, черт с тобой, остальные чем провинились?

– Проклятые змеи Эсстинга! Я уверен, они нам так мстят, – Брок посмотрел на сигару в руке. – Выращивают такой табак, – он снова пыхнул сигарой, словно дегустируя, – мне кажется, они что-то туда подмешивают, не иначе… Точно подмешивают, – Брок задумчиво анализировал вкусовые ощущения.

– Брок, дело, – напомнил Норт.

– Да, дело! – Брок снял ноги со стола и безошибочно выудил файл из-под груды документов. – Детей на планете нет, их вывезли с Сандорры. Но у них обычный грузовик, старый «Мул»…

– Им потребуется дозаправка, они не смогут дойти сразу до Эсстинга…

Брок кивнул.

– Они зайдут на Сатторию.

– Здесь я их и перехвачу, – кивнул Норт. – Когда они покинули Сандорру?

– Если они ее покинули, то произошло это вчера.

– Значит, можно их ждать сегодня, но если двигатели у них в загоне, то они появятся здесь в лучшем случае завтра, – Норт бросил взгляд на голографическую карту системы. – В центр они не сунутся, сядут на периферии, – взгляд Норта блуждал по карте.

– Я слышал, что в горах Ниомы есть крохотная долина. Облачность там такая, что не видно вершины скал, а плотные туманы глушат любые звуки и сигналы… Гиблое место, – Брок потянулся за бутылкой и плеснул себе виски, – ты бывал там?

– Пару раз, раньше, – Норт согласно кивнул, – да, там вполне может сесть и спокойно дозаправиться любой корабль, и никто его не засечет. Хорошо, отправлюсь прямо сейчас, – Норт хотел было уйти, но Брок его остановил.

– Тебе понадобятся деньги, – пухлый конверт лег в широкую ладонь Норта, – эти гиены берут только наличку.

– Ну, разумеется, до связи, – Норт убрал конверт и вышел.

Тут же запищал коммуникатор, Норт уже шел к гравилету, но ответил на вызов.

– Слушаю.

– Норт, это Дэйви, ты должен приехать, срочно…

Черт! Он совсем забыл о девчонке!

– Да, тебе нужны деньги, я заброшу…

– Нет, Норт, ты должен ее забрать! В школу приехала инспекция, я едва ее укрыла, но они ее почуяли.

По спине Норта пробежал неприятный холодок.

– Где вы сейчас? – Норт сел в гравилет и поднялся на скоростной уровень.

– У меня дома, куда мне с ней еще деваться?! Поспеши, Норт!

– Черт… – Норт несся среди гравилетов, едва успевая уворачиваться от другого транспорта.

Он буквально камнем рухнул на площадку во внутреннем дворике дома Дэйви.

Молодая женщина тут же выбежала из тени, ведя ребенка с собой. Ого, да еще и с сумкой, помнится, она летела без багажа…

– Давай быстрее! Учитель сказал, что они отправились ко мне! – Дэйви буквально за шкирку впихнула совершенно растерянную Тэю в гравилет и захлопнула дверь. – Улетай! – крикнула она и бросилась в дом.

Норт взмыл в небо. Придется сначала попетлять, видимо… Вот черт! Гравилеты полицейского департамента уже висели у него на хвосте.

– Что-то слишком много нервотрепки из-за тебя, девочка, – Норт швырял машину с уровня на уровень, с полосы на полосу, создавая за собой полный хаос. – Черт, мне бы до корабля добраться…

Пара полицейских не справились с управлением, и их гравилеты рухнули вниз, на дорогу колесного транспорта. Норт даже взгляда туда не бросил, продолжая уходить от преследования.

Он уже видел космопорт. Еще немного… Какой-то гравилет пристраивается справа, и тут же по связи он слышит:

– Я уведу их, Норт, уходи вниз и влево!

Трой! Его прощальный подарок, спасибо тебе, парень… Их гравилеты были как близнецы-братья, как раз для таких вот случаев, когда надо было уйти с грузом.

Норт нырнул вниз под городской экспресс, круто взял влево в узкий проулок и замер. Погоня промчалась мимо него. Мягко тронув машину, Норт осторожно двинулся на параллельную улицу – там надо будет лететь предельно аккуратно и не привлекать к себе внимания…

Выдохнул он, только когда они добрались до корабля – здесь его никто не найдет, не в этом частоколе звездолетов всех форм и размеров. Никто не знает его последний корабль. Он включит глушилки – и ни один сканер не уловит излучение Тэи, кстати… Норт обернулся. Девочка стояла прямо за ним, держа сумку двумя руками. Сумка была явно тяжелая, однако Норт даже движения не сделал в ее сторону.

– Найди, где будешь жить, – он кивнул на проход в жилой сектор корабля, – и не показывайся мне на глаза, пока я сам тебя не позову, – сурово сказал он.

Тэя кивнула и побрела по коридору, волоча за собой сумку. Ничего, пусть привыкает, ему некогда с ней нянчиться! Надо отдать ей должное, во время погони она не издала ни звука, неохотно признал он. Ладно, времени мало, а дел невпроворот…

Ночью корабль Норта бесшумно взмыл в небо и направился в сторону долины Ниомы.

* * *

Норт сидел за столом в небольшом отсеке, который выполнял функции столовой на корабле. Здесь можно было перекусить, выпить горячий кофе или наоборот достать что-нибудь освежающее из холодильника. Норт медленно тянул остывший кофе и вертел висящую над столом голограмму. Конечно, «Мул» был до примитивности прост, но это была опасная простота. Один вход, он же выход. Никаких люков, никаких лазеек… Если Норт просто придет на корабль, положит охрану и заберет детей, это займет не больше получаса, но федералы сразу выйдут на Брока и того, кого он нанял для этой работы, и тогда полулегальному положению Норта придет конец. Его посадят, и он не сможет осуществить свою последнюю миссию… Норт снова глотнул кофе, поморщился, покосившись на кружку, и отставил ее в сторону. Именно в этот момент в столовой появилась Тэя.

«Я только возьму поесть», – пугливо прозвучало в нем.

– Словами, – терпеливо напомнил Норт, – федералы, и не только они, везде ставят глушилки, я могу тебя просто не «услышать». Говори словами.

– Я возьму поесть и уйду, – тихо сказала девочка.

Норт понял, что впервые слышит ее голос. Что-то в нем со странной готовностью откликнулось на этот чистый тихий звук.

А еще что-то неожиданно мелькнуло в его сознании. Какая-то мысль…

– Задержись-ка, – сказал он, сам пока толком не понимая, зачем она ему.

Он снова машинально крутанул висевшую перед ним голограмму корабля. Провертевшись словно рулетка над столом, картинка замерла, и взгляд Норта уперся в отдушину воздуховода. Секунды ушли на запрос его параметров. И вот взгляд Норта переместился с расчетов на безмолвно замершую за столом Тэю.

– А ты, пожалуй, сможешь мне пригодиться, – с неохотой признал он.

Девочка завороженно смотрела на него, будучи не в силах отвести глаз.

– Сможешь сделать для меня кое-что? – спросил ее Норт, пытаясь вывести девочку из ступора.

Тэя медленно кивнула.

– Что? – почти беззвучно спросила она.

– На этом корабле есть двое детей – брат и сестра, их забрали от их родителей и хотят увезти в другой мир для, только дьявол знает каких, экспериментов, – Норт говорил медленно, давая словам слиться с образами в ее сознании, – мы должны их забрать и вернуть родителям.

– Родителям, – эхом отозвалась Тэя.

Это понятие не имело в ней никакого эмоционального наполнения, но его оказалось с лихвой в сознании Норта, и чернота боли утраты снова едва не накрыла ее с головой…

Норт шлепал ее по щекам.

– Хватит, – прошептала она.

– Ты должна перестать вот так шарить во мне, – жестко сказал сатторианец, – иначе оставлю тебя на этом же работорговце, – он снабдил свою мысль такой красочной картинкой печального будущего Тэи при подобном повороте событий, что девочка мысленно поклялась себе больше этого не делать – слишком пугающей была перспектива.

– Так ты поможешь мне? – снова спросил Норт.

Тэя кивнула.

– Что я должна делать? – спросила она.

И сатторианец ей все подробно объяснил.

Через несколько минут они стояли возле «Мула», Норт одним сильным движением подсадил девочку, и она легко скользнула в воздуховод. Дальше она двигалась, четко следуя отпечатавшейся в памяти схеме. Вот и трюм, пора выходить в коридор. Тэя скользнула в лючок вентиляции и бесшумно приземлилась на пол. Уверенные в безопасности груза при такой охране владельцы корабля не слишком заморачивались замками на отсеках камер. Тэя прослушала каждую из них. Как много сознаний… Ей нужны два совершенно конкретных. Что-то мелькнуло и пропало перед внутренним взором. Стоп. Назад… Вот они… Слишком маленькие, слишком слабые, слишком… Тэя пару секунд смотрела на кодовый замок, затем уверенно набрала необходимую комбинацию – и дверь открылась. Девочка скользнула внутрь, среди плотно стоящих и дурно пахнущих тел, в самый дальний угол. Там, прижавшись друг к другу, лежали двое детей.

– Эй, малыши, вставайте быстрее, – девочка уверенно подхватила детей и направилась к выходу.

– Эй, ты кто? – к ней потянулись грязные руки и темные мысли.

Тэя юркнула в коридор и захлопнула дверь. Дети без сил висели на ее руках. Девочка беспомощно посмотрела на люк воздуховода под потолком. Ей нужна помощь. Но Норт сюда не пролезет… Она осторожно вошла в сознание детей – они были слишком голодны и обезвожены. Тэя отделила от своего поля часть энергии и вложила ее в мальчика, затем она то же самое проделала с девочкой. Она не знала, как она поняла, что и как надо делать. Она просто знала и сделала. Мальчик задвигался и открыл глаза, за ним пришла в себя его сестренка.

– Я вам помогу, – сказала им Тэя, приложив палец к губам, – но и вы должны сделать кое-что, – она кивнула на люк воздуховода.

В коридоре послышались шаги охранника.

Тэя поставила девочку и подсадила мальчика:

– Быстрее… – мальчик исчез в темноте люка, но через секунду оттуда появилась его рука, с готовностью подхватившая сестренку.

Когда оба ребенка были в воздуховоде, Тэя подпрыгнула, изо всех сил и с удивлением ухватилась за края шахты. Она не должна была допрыгнуть, но вот она, здесь! Шаги были уже совсем рядом. Тэя бесшумно закрыла люк и двинулась к выходу, увлекая детей за собой. Только бы они не подняли тревогу, только бы не… Жуткий резкий звук не просто ударил по ушам, казалось, он вспорол мозг.

– Тревога, быстрее! – Тэя буквально выпихнула детей наружу из люка, и сама рухнула в сильные руки Норта.

Гравилет тут же сорвался с места. Все произошло в считанные секунды. Едва они оказались на корабле, Норт распихал детей по амортизационным камерам: «Не корабль, а детский сад!» – и корабль взмыл в ночное небо, с места в карьер входя в гиперпространство.

– Вот так вам, салаги, – довольно ухмыльнулся Норт, регулируя системы корабля.

Такой форсаж дался ему нелегко, надо будет его подлатать на Сандорре, а, может, и новый взять… Сатторианец не привязывался к кораблям и менял их по мере необходимости.

Убедившись, что все работает, Норт поставил корабль на автопилот и направился в отсек с амортизационными камерами – надо было убрать из детей энергетический отпечаток Тэи. Процедура далась ему нелегко и забрала много сил, только после этого он пошел спать.

* * *

Детей вернули домой ночью без лишнего ажиотажа. Перед тем как войти в дом, оба еще раз обернулись и помахали в сторону гравилета, Тэя, сидевшая внутри, помахала им в ответ, зная, что ее не увидят. Ощущение грусти накрыло ее. Такое же, как когда Норт так поспешно забрал ее от Дэйви. Из ее уютного дома, где у Тэи была своя комната, где была ванна с пеной и вкусная еда…

Она вспомнила, как впервые ела на корабле у Норта. Она с ужасом смотрела на жуткие консервы из банки и машинально закрыла себе нос.

– Это невкусно, – твердо сказала Тэя.

Норт даже не понял, о чем она.

– Это еда, – с нажимом сказал он, – ешь, – и плюхнул банку и вилку Тэе под нос.

Все, что было внутри девочки, подкатило к горлу. Она судорожно глотнула воды.

Она понимала, что оставаться дальше у Дэйви было опасно, почему-то было важно, чтобы ее не нашли. Норт и сам был не в восторге от того, что она тут с ним. Она ему мешает…

Однако же на этот раз она оказалась ему полезна.

Норт сел в гравилет.

– Все, нам заплатили, – он тут же отделил часть денег и отдал их Тэе. – Твоя доля. Это – деньги, без них в нашем мире никуда, – с этими словами он тронул гравилет. – У нас еще пара встреч, – сказал Норт.

– Хорошо, – кивнула Тэя, – я подожду.

Выхода у нее не было, либо сидишь на корабле в одиночестве, либо имеешь небольшую возможность посмотреть столь необъятный мир.

Сандорра! Жаль, что сейчас ночь! О городах Сандорры слагали песни, сады и фонтаны воспевались в стихах! Сделать предложение своей возлюбленной в садах Сандорры, что может более прекрасным и романтичным?!

– Что за бред?! – не выдержал Норт. – Неужели все это было в кристаллах учителя Садхира? Школьная программа так сильно изменилась?!

– Нет, это было у Дэйви, – Тэя смутилась, она снова думала «в полный голос».

– Дэйви… – Тэю окунуло в сумрак боли и холода. – Приехали, сиди тихо и ни во что не встревай! – велел ей Норт, выходя из гравилета.

Тэя кивнула и вышла следом. Они вошли в дымное помещение бара.

– С детьми нельзя! – начал было кто-то.

– Отвали, – коротко ответил Норт, и от них действительно все отстали.

У него реально какой-то дар, Тэя с любопытством огляделась по сторонам – никто не решался на них даже взглянуть.

– Они тебя так боятся? – спросила Тэя.

– И не только они, я тоже его слегка побаиваюсь! – услышала Тэя и повернулась к говорившему.

– Привет, дружище, – Норт коротко обнял незнакомца, и они сели за столик.

Тиорианец, сразу определила Тэя. Учитель Садхир научил ее. Однажды они целый день просидели в парке, и там она увидела представителей всех Шести миров. Учитель закрывал ей лоб своей теплой ладонью, заставляя смотреть глазами, а затем открывал лоб, и определенный тип внешности навсегда закрепился в ее памяти за определенным типом сознания. Тиорианцы, а, точнее, их сознания, были самыми красивыми.

Сейчас Тэя откровенно залюбовалась собеседником Норта. Тот был вынужден даже прервать разговор и посмотреть на девочку.

– Чего тебе, милая? – мягко спросил он.

– Ты красивый, – прошептала Тэя, благоразумно скользя только по поверхности чужого сознания.

– Давно я не слышал ничего более приятного, – легкая улыбка скользнула по утонченному лицу.

Тэя осмелела и скользнула пальцами по татуировке на внутренней стороне предплечья левой руки своего собеседника.

– «Путь Судьбы труден и сокрыт мраком, но ты пройдешь его с верой в душе и огнем в сердце», – прошептала девочка и залюбовалась замысловатой вязью древнего языка.

– Ты даже мне никогда не говорил, что эта чертовщина означает, – тихо сказал Норт.

– А это никому и не положено знать, кроме меня. Это девиз моего Ордена, – Дэймос пребывал в состоянии легкого шока.

Словно мало было этого, он ощутил легкое давление на внешнее поле своего сознания и перевел удивленный взгляд на источник этого давления.

– Можно? – почти шепотом спросила Тэя.

– Дэймос, не пускай ее…

Но тиорианца заинтересовали способности новой знакомой. Неожиданно он сбросил напряжение и улыбнулся.

– Да ради бога, прошу! А, да, кое-что там может оказаться от шестнадцати… – но чужое сознание уже гостеприимно распахнулась перед девочкой, и Тэя скользнула в него, словно рыбка в воду.

До чего же здесь было чудесно! Ощущение полной гармонии и даже словно бы музыка, такая тонкая, едва различимая, совершенно разная, но такая манящая… Возле той сферы она наиболее отчетлива… Тэя скользнула туда и заглянула в сферу… Ой! Тэя отшатнулась и поспешила к другой ярко переливающейся сфере – там был настоящий пир с каким-то… Богом?!

– Это кто? – с этим вопросом Тэя буквально выпала из чужого сознания.

Ее встретил пристальный взгляд бездонных черных глаз.

– Как тебя зовут, дитя? – голос звучал мягко и тихо.

– Тэя.

– А я – Дэймос. Откуда ты, Тэя?

– Не знаю… – Тэя как завороженная смотрела в черные глаза незнакомца, но вот на них упал яркий свет, и круглые бездонные зрачки тиорианца стали узкими, как у кошки.

– Норт? – Дэймос повернулся к другу. – Откуда она у тебя?

Норт коротко рассказал всю историю и спросил заодно, не доходили ли до Дэймоса слухи о пропаже уникального ребенка или просто ребенка с космического корабля. Нет, покачал головой тиорианец, он ничего не слышал, а затем повернулся к Тэе.

– Милая, а теперь ответная любезность…

– Ты не рассказал, что за человек был в белых одеяниях? Это был настоящий Бог?! – с детским бесстрашием настаивала Тэя.

– Да, – кивнул Дэймос, – он так считал.

Норт хмыкнул.

– Расскажи, – потребовала у него Тэя на логосе, от чего оба «присели».

– Эсстингианцы похитили Дэймоса с Тиоры. Им нужен был оракул в один из их новых городов, как его?.. – Норт взглянул на друга.

– Дельфы, – подсказал он с тонкой улыбкой.

– Дельфы. Какое-то время ему все это было интересно, затем он спелся с живым воплощением бога Диониса из соседнего храма, и они стали неплохо проводить время, – Норт скупо улыбнулся, щеки Дэймоса слегка порозовели. – Скандал разразился, когда несколько весталок больше не могли скрывать свою беременность, бога казнили, а Дэймоса отправили на гладиаторские бои, на смерть.

– Жуткое место, – Дэймос театрально дернул плечами, – и там был Норт. Не знаю почему, но он решил меня спасти…

– Ты обещал мне денег, пройдоха, и я один знал, как правильно «убить» тиорианца, чтобы потом откачать.

– Я его подкупил, – Дэймос развел в воздухе изящные ладони, – все было так банально… Ты делаешь все скучным! – с укором сказал тиорианец и отпил пиво из высокого стакана.

– Ей не нужны сказки, Дэйм, – Норт был непреклонен. – Все, что требовалось от меня – это выйти с ним в паре. Я инсценировал его смерть, меня освободили за количество выигранных боев, и я ушел, прихватив его тело. Добравшись до первого же неохраняемого корабля, я сунул его в ложе и свалил с чертового Эсстинга.

– Это стало началом прекрасной дружбы, – едва сдерживая смех, закончил тиорианец.

– Ничего не стало, ты все еще мне должен, – Норт не смог сдержать улыбки.

Тэю буквально обдавало теплом с двух сторон. Так вот что это – дружба… Ее сознание нежилось и купалось в безопасности этих потрясающих по своей красоте эмоций.

– Детка, а теперь не впустишь ли ты меня? – едва получив согласие, сознание Дэймоса скользнуло внутрь сознания Тэи.

Ух ты! Вот как это, оказывается… Словно прямо под кожей двигаются тоненькие ручейки… Мурашки побежали по коже… Холодом обдало плечи… Тэя прислушивалась к своим ощущениям – надо запомнить все, надо знать, как это, когда тебя «сканируют»…

Дэймос «вынырнул» из сознания девочки еще более озадаченный, чем был до того.

– До чего добрался? – спросил его Норт.

– До черной стены из камней, – Дэймос вытер легкую испарину со лба. – Не смог пробиться, – удивленно добавил он.

– Не ты первый, – усмехнулся Норт.

– Ты – ее первое осмысленное воспоминание, это странно… – Дэймос сделал глоток пива и посмотрел на девочку. – Откуда ты такая?

«Учитель Садхир думает, что я с Гетеи, – раздалось в Дэймосе, – но это тайна»!

Дэймос бросил быстрый взгляд на Норта, тот никак не отреагировал. Значит, девочка говорила только с ним. Адресно. Так могли только тиорианцы и особо одаренные сатторианцы. Сознание Тэи не было похоже ни на одно из сознаний Шести миров.

«Учитель думал так же», – Тэя потянулась за орешком в миске на столе.

– Я знаю, что вы разговариваете. О чем? – тихо, но сурово спросил Норт.

– Мы проверили способности друг друга, – Дэймос озвучил часть правды, раздумывая, стоит ли раскрывать остальное. – Она очень талантлива. Что ты думаешь с ней делать? – спросил он.

– Узнаю, куда ее везли, и попробую получить выкуп, – Норт был максимально честен с другом, отчего тому стало немного совестно.

«Скажи ему тоже», – попросил он Тэю.

Та с сомнением пару минут смотрела на Норта, но затем согласилась. Через минуту Норт отставил стакан и пристально посмотрел на девочку.

– Ты серьезно? – переспросил он.

– Вполне, – Тэя расковыряла второй орех.

– Ты знал? – Норт посмотрел на друга. – Ну да… Черт… – он провел ладонью по лицу. – Куда ее везли?! Зачем?! Знаю, что на Пангею, но Пангея это же целый мир!

– Не отчаивайся, я поспрашиваю тоже. Осторожно поспрашиваю, – тонкая рука Дэймоса коснулась плеча Норта.

– Хорошо, – Норт взглянул на часы. – О, мне пора! Рад был повидаться, береги себя!

Все шумно поднялись, Норт коротко обнял Дэймоса и, автоматически уже взяв Тэю за руку, вышел из бара.

– Мы на корабль? – спросила Тэя, прыгая рядом с ним.

– Нет, у нас еще одно дело.

– А ты знал, что у Дэймоса есть отдельная сфера с Дэйви?

– Подозревал, они давно знают друг друга, – напрочь задушив свои эмоции, Норт и бровью не повел и сменил тему разговора. – Сфера? Ты их так называешь?

– Да, они похожи на шарик, – трудно было рассказывать о сфере, жестикулируя одной рукой, – там радужные слои, и они так двигаются, а если заглянуть вовнутрь… В те, где музыка, лучше не заглядывать, – простодушно добавила Тэя.

– Вот и не заглядывай, – усмехнулся Норт и спросил со смехом: – Весталки?

Тэя задумалась на секунду.

– Надеюсь, что да… По большей части…

В этот момент они остановились у какой-то двери. Норт поднял руку и постучал.

– Норт! – дверь распахнулась.

– Дэйдре!

Красивая рыжеволосая женщина обняла Норта и поцеловала, но тут взгляд ее упал на Тэю.

– Ты кого сюда привел? Совсем рехнулся: приволок ко мне ребенка?!

– Поэтому я с черного хода…

– С черного хода! У меня приличное заведение! Люди решат, что ты извращенец какой-то!

– Извращенец, – повторила Тэя, перебирая свой словарный запас.

Шершавая ладонь Норта, вовремя закрывшая ей рот, помешала произнести формулировку.

– Мне некуда ее деть. Я не могу оставить ее на корабле, у меня нет глушилок такой мощности, а у тебя тут даже собственные мысли не услышать, не то что чужие…

– Вы его женщина? – Тэя воспользовалась тем, что хватка Норта ослабла.

– Только за деньги, милая, – Дэйдре одарила Норта ледяной улыбкой, – кто же добровольно на такое счастье-то подпишется? – она высунулась в переулок, удостоверилась, что лишних глаз нет, и впустила, наконец, их внутрь.

Закрыв дверь, она еще раз оглядела девочку.

– Ладно, позову Мойру и Фиону, у них очередной приступ материнского инстинкта, толку от них все равно никакого, пусть хоть делом займутся, – Дэйдре выглянула в холл. – Мойра! Хватай Фиону и пулей сюда!

Через минуту Тэя была передана в заботливые руки двух мечтающих стать матерями девушек, а Норт и Дэйдре смогли уединиться.

Тэя была искупана, умащена, наряжена, накормлена и уже валилась с ног от усталости, когда появился Норт.

– Какого… – его взгляд скользил по совершенно неузнаваемой внешности девочки.

– Матерь Божья, что вы с ней сотворили? – теперь пришла очередь Дэйдре удивиться.

– Она настоящая принцесса, смотри, какая красавица! – защебетали Фиона и Мойра, поправляя и расправляя складки одеяний на Тэе.

– Где твоя одежда? – одними губами спросил девочку Норт.

Тэя бросила отчаянный взгляд на кресло в дальнем углу. Норт одним движением сгреб ее вещи.

– Спасибо, дамы, мы уходим, – широкая ладонь Норта твердо легла на плечо Тэи и направила девочку к выходу.

– Останьтесь еще, Норт! Оставь нам ее! – взмолились несчастные девушки.

Но к облегчению Тэи, Норт был непреклонен. Несмотря на все глушилки, которые там стояли, он чувствовал страх девочки, даже настоящий ужас при мысли о том, что он на самом деле может ее оставить здесь навсегда.

– Не забывай ее кормить, – Дэйдре открыла дверь и проверила улицу.

Оказавшись в гравилете, Тэя смогла перевести дыхание.

– Какие-то они странные, – пробормотала она, пристегивая ремень.

– И не говори, – Норт направил гравилет к кораблю и добавил, бросив взгляд на одеяния Тэи: – Больше ты это не наденешь. Никогда.

– И ни за что, – безоговорочно согласилась девочка.

Норт завел гравилет на корабль. Можно уходить с Сандорры. Он попросил Дэйдре, чтобы она и ее девочки тоже держали уши востро и ловили любые разговоры о пропавшем ребенке или о пропавшем корабле с грузом. Норт раскинул достаточно широкую сеть и надеялся на скорый улов.

* * *

Норт сидел спиной к обзорному экрану и наблюдал за Тэей. Что это за имя такое – Тэя? Какое-то слабое, безвольное… Но девчонка, похоже, не промах. Когда он нашел ее, она показалась ему совсем ребенком, сейчас он понял, что ошибся, хотя тогда это было немудрено! Похоже, она все-таки уже подросток. Сколько же ей лет? Вряд ли она сама знает ответ на этот вопрос.

Девочка сидела за столом для карт и перебирала кристаллы, которые дала ей с собой Дэйви. Выбрав один, Тэя положила его на центр стола и погрузила в него свое сознание. Норт знал, что это. Книги. Книги из Древней Библиотеки, вывезенной с Земли. Норт когда-то и сам читал их с упоением, и такие же яркие кристаллы были у… Норт задушил эту мысль и вышвырнул из сознания, Тэя тут же чутко повернула к нему голову.

– Читай, – махнул он рукой.

Девочка кивнула и вернулась к своему занятию.

Сатторианец вновь погрузился в свои мрачные мысли. Надо расспросить Брока. Если он подключит свою сеть информаторов, Норт получит ответ на главный вопрос – кто? Кто лишил его семьи?! А потом он разыщет его и убьет. Сам. Голыми руками.

Норт провел рукой по лицу, стряхивая надвигающуюся волну ярости и отчаяния.

– Мы летим на Сатторию, – сказал он Тэе, та тут же «вышла» из книги и повернулась к нему, – я схожу к Броку один. Ты останешься на корабле. К Дэйви нельзя – тебя ищут. Я закрою корабль, и с тобой ничего не случится, – Норт говорил короткими четкими фразами. – Когда вернусь, выйдем вместе. Но ты не будешь «шарить» по сознаниям людей. Это очень плохо, слышишь? Это… невежливо, – нашел он нужное слово.

– Учитель мне объяснял, – со вздохом кивнула Тэя.

– Тогда какого черта ты каждый раз вламываешься в сознание каждого встречного?! – возмутился Норт.

– Мне интересно, некоторые очень красивые, – Тэя опустила голову.

– Интересно ей, – Норт покачал головой, – это опасно для тебя самой в первую очередь, пойми ты, наконец. Это привлекает к тебе внимание! Никто в Шести мирах так себя в твоем возрасте уже не ведет! Ты не должна выделяться, если не хочешь неприятностей.

– А какие могут быть неприятности? – Тэя осторожно подняла глаза, изо всех сил стараясь смотреть в глаза Норта, а не в его сознание.

– Наш мир очень сложен и в нем есть разные люди, – задумчиво сказал Норт, – но все они захотят использовать тебя в своих целях.

– Как ты? – внятно спросила девочка.

– Я? – Норт вышел из задумчивости и встретил ее твердый взгляд.

– Ты хочешь получить за меня деньги. От кого?

– Если бы я сам знал, – жестко усмехнулся Норт, он не собирался смягчать удар. – Про тебя никто не слышал и никто ничего не знает. И ты сама ничего про себя не знаешь, – холодно закончил он.

– Не знаю, – согласилась Тэя, – а когда мы узнаем, ты меня продашь тем, к кому меня везли? – спросила она.

– Почему продам? – вскинулся Норт. – Я не работорговец!

– Ты получишь выкуп? – гнула свое девочка.

– Если повезет, – кивнул сатторианец.

– Чем это отличается от продажи? – Тэя сверлила его своим взглядом.

– Я доставлю тебя к тем, кто тебя ждал и, возможно, еще ждет, а не отдам тому, у кого кошелек окажется тяжелее, как это делают работорговцы, – голос Норта не предвещал ничего хорошего.

Почуяв брешь, возникшую во время этого эмоционального всплеска, сознание Тэи, против всех законов здравого смысла, снова бесцеремонно вторглось в сознание сатторианца и потекло прямо к запретной зоне, Норт жестко перехватил ее и вышвырнул прочь так, что девочка едва не задохнулась.

– Еще раз так сделаешь, и я тебя убью, – очень тихо сказал он, но слова словно били по ушам. – Мне будет наплевать, кто ты и сколько за тебя дадут, ты поняла меня?

Девочка, все еще задыхаясь, кивнула.

– Если хочешь оставаться здесь, ты будешь делать то, что я говорю, и постараешься стать полезной, если нет – убирайся вон с моего корабля! Останешься на Саттории и делай, что хочешь.

Тэя сжалась. Ее необъяснимо манила к себе сокрытая часть его сознания, и это влечение было сильнее чувства самосохранения. Ей до сих пор не всегда удавалось сдержать свое сознание силой собственной воли, и теперь приходилось принимать последствия столь рискованного действия. Норт снабдил свои слова достаточно красочными картинками одиночества, нищеты и голода. Еще там были темные холодные камеры и какие-то люди в форме, и это было еще хуже нищеты и голода на улице, это была неволя. Ощущение от слова было просто жуткое и перекрыло собой все остальное.

– Что это такое – неволя? – почти шепотом спросила девочка.

– То, что хуже смерти, – коротко ответил Норт.

– Но только смерть – это быстрый конец всего, а неволя бесконечна, – Тэя уловила его ускользающие мысли.

– Все верно, – Норт пристально смотрел на девочку.

Та подняла голову.

– А если я не хочу к тем, к кому меня везли? – вопрос ей дался нелегко.

– А если тебя везли к родителям? Ты не думала об этом?

– Родители?.. – Тэя растерялась, похоже, такая простая мысль ей в голову не приходила.

Норт почувствовал смятение, охватившее ее. Яркие образы, рожденные ее сознанием, заполнили собой пространство.

– Я бы не особенно надеялся, – сатторианец тут же пресек полет ее фантазий, – но вдруг…

– Если это родители, – Тэя растерянно огляделась, вокруг нее роились картинки счастливого воссоединения семьи, – то я хотела бы к ним.

Норт кивнул.

– А если нет, то я хочу остаться с тобой, – быстро добавила девочка, – и постараюсь стать полезной! Я же уже была тебе полезна с теми детьми? – торопливо напомнила Тэя, заглянув в его глаза.

– Даже очень, – кивнул Норт, он никогда не отрицал очевидного, без нее все стало бы в разы сложнее и без шума бы точно не обошлось, а шум – это последнее, что ему сейчас нужно.

– Вот, я буду полезной и дальше, – удовлетворенно кивнула девочка.

– Давай сначала все выясним, – Норт снова не дал забежать ей вперед.

– Давай, – согласно кивнула она.

– Так и решим, – Норт встал и протянул ей руку.

Тэя тоже встала и, подойдя к нему, вложила в его руку свою изящную ладонь. Норт чувствовал, что она осознавала сакральность и важность этого жеста. Ее пожатие было очень… наполненным. Словно она вложила в него все свои надежды и страхи о своем смутном будущем. После этого плечи ее распрямились и взгляд стал смелым – теперь у нее был план.

Норт сразу уловил эту перемену, и это добавило ей плюсов. С самого начала она не хныкала и не рыдала, как вел бы себя любой другой ребенок в подобной ситуации. Все происходящее она воспринимала как данность, не впадая в ступор, хотя и чувствуя страх и ужас при знакомстве с окружающим миром.

Она боец, заключил Норт, вернувшись в кресло и продолжая наблюдать за своей пассажиркой, которая снова вернулась к своим кристаллам. Пока пассажиркой, тут же внес он поправку. Все будет как суждено, незачем забегать вперед.

Норт развернулся к пульту и задал координаты выхода из гиперпространства.

– Сейчас будем выходить, – предупредил он Тэю через плечо, – пойдешь в ложе?

– А можно остаться? – Тэя одним движением смахнула кристаллы в мешочек и затянула шнурок.

– Можешь попробовать, – пальцы Норта бегали по пульту.

Тэя села в кресло рядом с ним.

– Ремень, – кивнул Норт.

Девочка стянула и защелкнула ремни.

– Ну, держись, – Норт перевел рычаги вперед, и все слилось в сплошной поток.

Корабль вибрировал, и казалось, что само пространство проходит сквозь каждую клеточку тела. Тэя жадно смотрела вокруг и так же жадно ловила каждое новое ощущение, тщательно анализируя и откладывая в копилку новый опыт.

– А ты крепче, чем кажешься, – Норт не скрывал своего удивления.

– Ты тоже, – Тэя одарила его лучезарной улыбкой, и корабль выскочил из тоннеля у Саттории.

– Как красиво! – вырвалось у Тэи.

Зрелище и впрямь было впечатляющим. Солнечная корона озаряла полюс планеты, сами солнечные лучи преломлялись в атмосфере, создавая удивительный визуальный эффект игры цвета и света. Сатториансккий восход. С самой планеты это еще красивей… Норт снова с размаху запер воспоминания и повел корабль на посадку, Тэя сидела рядом, внимательно следя за каждым его движением.

* * *

Визит к Броку прошел странно. Брок был нервозен. Холодный взгляд Норта блуждал по лицу работодателя, от него не ускользнула ни испарина на лбу сатторианца, ни подергивающееся веко. Норт легко смог бы «прощупать» Брока, он знал, что защита у него слабенькая и не будет даже тени сопротивления, но именно осознание его беззащитности и слабости не давало сатторианцу начать с Броком «грязную игру». А еще то, что Брок был всегда с ним максимально честен – никогда не пытался сбить цену, предоставлял всю имеющуюся информацию и не скупился на оснащение, если таковое было вдруг необходимо.

Что же ты так нервничаешь? Норт даже не слушал, что говорит Брок, он пытался понять, в чем причина такого взвинченного состояния. Это не ломка, нет, кто-то его напугал.

– Клиент остался доволен кораблем? – спросил Норт, прервав поток слов.

– С чего ты вдруг заинтересовался? – насторожился Брок, и Норт понял, что попал прямо в цель.

– Всегда интересовался, – ровно сказал он.

Брок порылся в памяти.

– А, да, – вяло согласился он, – да, там все хорошо.

– Ты сегодня без сигар? – Норт ступил на зыбкую почву вытягивания информации словами.

Брок словно не понял с первого раза, о чем его спросили. Он растерянно огляделся и снова выдал невнятное:

– Да, как-то без…

Да что же это? Где тот пройдоха, который в замочную скважину просочится, если потребуется?!

– Хорошо, что клиент доволен. Может, еще что подкинет? Работа нужна, – раздумчиво сказал Норт.

Снова этот тик под глазом, ну, давай, говори уже, что там у тебя стряслось?

– Клиент да, доволен, – Брок в сотый раз подбил и переложил с места на место пачку файлов. – Норт…

– Да? – мягко подстегнул сатторианец вновь умолкшего собеседника.

– Там все прошло чисто? – спросил наконец Брок.

– Да, как обычно, а что, что-то не так? Что-то сломано?

– Нет, все цело… То есть, как обычно, да?

– Брок, ты можешь прямо сказать, что именно тебя интересует? – не выдержал Норт. – Ты сказал: «Корабль». Я доставил корабль.

– А люди?..

– Тебе была нужна команда? – Норт поднял бровь.

– Нет… Нет…

– Брок, не заставляй меня залазить тебе в голову, – от такой угрозы бедный сатторианец вздрогнул, взгляд его читался как: «И ты тоже?!»

– Там ничего не было на корабле… необычного? – спросил он.

– Нет, сопротивление было сильнее, чем я ожидал, но и все, – Норт сменил позу, – почему ты сейчас об этом спрашиваешь? У тебя неприятности из-за корабля?

– На меня вышли те, к кому он летел, через десятые руки, само собой, – Брок еще пытался по инерции юлить, но наконец сдался. – Да, что-то там было на этом корабле, мне не говорят, что именно, но раз ты ничего не нашел… – Брок поднял на Норта умоляющий взгляд.

– Ничего. Если хочешь, я сам встречусь с их представителем и переговорю с ним, – спокойно предложил Норт, боясь спугнуть такую удачу.

– Это было бы… – вздох облегчения был слишком явным, Брок схватил коммуникатор, – можно, я прямо сейчас договорюсь о встрече?

– Давай, – кивнул Норт.

– Мистер Стоун, добрый день!.. – голос Брока звучал преувеличенно радостно, он договорился о встрече на следующий день в людном месте, среди бела дня, на площади, которую физически не перекрыть.

Вот этим Брок нравился Норту с самого начала их знакомства – он всегда стремился защитить своих людей. Норт был его человеком. Брок положил трубку и перевел взгляд на Норта.

– Завтра в полдень, на площади Фонтанов.

– Отлично, там столько потоков воды, что техникой им разговор не прослушать, а «считать» меня еще никто не смог, – кивнул Норт и встал. – Все будет хорошо, не волнуйся.

Выйдя от Брока, Норт поехал на площадь Фонтанов и огляделся на месте. Все просто идеально. Не прошло и пары минут, как Норт уже знал, откуда лучше прийти и как уйти, где он безопасно разместит Тэю, и как потом уйдет она. Ладно, пора на корабль. Незачем здесь светиться…

На корабле Норт рассказал Тэе все, как есть.

– Ты пойдешь со мной, – добавил он после того, как девочка переварила услышанное.

– Да? Ты возьмешь меня? – Тэя удивленно подняла брови.

Интересно, у нее появилась мимика, машинально отметил Норт. Пообщавшись с людьми, она начала выражать эмоции.

– Конечно возьму, это твоя жизнь, тебе решать. Я не знаю, что за люди завтра придут, возможно, что не сами заказчики, а посредник. Ты не должна даже близко приближаться к его сознанию, – голос Норта звучал сурово, даже жестко, – будешь «слушать» через меня. Если попробуешь проникнуть дальше дозволенного – убью сразу, – он даже не улыбнулся. – Просто молча сидишь и слушаешь. Поняла?

Тэя медленно кивнула.

– Как я пойму, какое место мне занять? – испуганно спросила она, понимая, что сатторианец не шутит.

– Я смотрю на экран, «зайди» в меня, ты должна видеть и слышать то, что вижу и слышу я. Давай, я направлю.

Норт открыл сознание, Тэя осторожно нырнула в него и словно оказалась в узком тоннеле. Она буквально чувствовала непреодолимость и прочность окружающих барьеров. Она осторожно попробовала двинуться в паре мест – глухо, Тэя замерла и осторожно прощупала «стены» вокруг – все плотно – и вдруг словно провал. Она снова осторожно двинулась туда и стала медленно, на ощупь пробираться вперед. Ощущение было как у человека, продирающегося сквозь толпу. «Очень тесно», – не выдержала она. «Шевелись», – прозвучало в ней в ответ. И вдруг она увидела обзорный экран и услышала окружающие звуки.

«По-моему, я на месте», – Тэя неуверенно осмотрелась.

Норт повернулся к информационному экрану, где прибывшим на планету сообщался порядок оформления документов, прохождения таможни и правила поведения в общественных местах.

«Я все вижу и слышу», – удивилась Тэя.

«Отлично, а теперь выметайся», – Норт четко направил ее на выход.

– Завтра я посажу тебя в кафе над площадью, ты будешь видеть и слышать все, что буду слышать и видеть я, если будет, что мне сказать, тихо скажешь. Не истерить и не паниковать, поняла?

Тэя кивнула.

– Когда я подам сигнал, выйдешь из кафе, сядешь в гравилет и вернешься на корабль. Там есть навигатор, маршрут я тебе забью, сам гравилет будет на автопилоте. Поняла?

– Да, – девочка напряженно смотрела на него, запоминая каждое слово.

– Это может быть эмпат или телепат высочайшего уровня, сиди тихо, пока я не пойму, кто передо мной. Он не должен тебя обнаружить, пока мы все не проясним. Все усвоила? – Норт смотрел ей прямо в глаза, словно впечатывая каждое слово в ее сознание.

– Да, все понятно.

– Пойдем, покажу, как запустить гравилет, и заодно настрою автопилот.

Несколько раз они дотошно прошли всю процедуру запуска.

– И ремень! Обязательно пристегнись! – Норт подтянул ремни под Тэю.

– Хорошо. – От этих кивков ее голова скоро просто отвалится, подумала девочка.

– Не отвалится, – успокоил ее Норт, настраивая навигатор.

Тэя прыснула смехом.

– Что смешного? – сухо спросил ее сатторианец.

– Выражение смешное – голова отвалится! Как она может отвалиться? – Тэя даже руками развела.

– Тебя еще ждут сотни таких выражений, одно смешнее другого, – Норт проверил еще раз настройки и вылез из гравилета.

– Да? – Тэя выбралась следом.

– Такие, что ты умрешь от смеха, – кивнул Норт.

– Умрешь от смеха… – девочка обдумала фразу и задумчиво сдвинула брови, – это не смешно…Нет? – решила удостовериться она.

– Нет, – покачал головой Норт, – умирать совсем невесело.

Тэя впала в задумчивость.

– Давай ешь и спать. Завтра трудный день.

– Есть? Консервы? – спросила девочка.

– Консервы.

– А мы можем есть что-нибудь другое? – спросила Тэя, пока они возвращались в жилую зону.

– Можем, но не будем, – Норт уже открыл две банки.

– Почему? – Тэя отгребла в сторону желе с кусочками жира.

– Потому, что я не собираюсь оснащать корабль, который могу бросить в любую минуту.

– Как бросить? – Тэя потрясенно смотрела на сатторианца.

– Так бросить, – Норт равнодушно жевал мясо, он словно не ел, а заправлялся.

Еда не ради вкуса и удовольствия, а досадный ритуал, необходимый для того, чтобы организм просто функционировал дальше.

– Зачем тебе бросать корабль? – не понимала Тэя.

– Если меня прижмут и станет совсем горячо, придется сменить корабль, потому что вычислить такого человека, как я, проще всего по кораблю.

Тэя переваривала информацию, пока жевала жесткие волокна консервированного мяса, вернувшись к себе после еды, первое, что она сделала, это собрала все свои вещи в одну сумку. Сумка вышла большая. Тогда она, оставив одежду, сложила свои кристаллы и всякие нужные мелочи в маленькую сумочку, которую можно было носить через плечо, и она при этом не мешалась. Теперь с корабля она будет выходить только с этой сумкой – раз они могут не вернуться, лучше все ценное носить с собой.

* * *

Тэя с трудом пережила завтрак, с тоской вспоминая завтраки Дэйви. Картинки, одна красочнее другой, буквально висели над столом. Норт делал вид, что не видит их. Девочка прибавила яркости и «громкости». Норт пригвоздил ее к стулу тяжелым взглядом. Картинки тут же исчезли, и Тэя уткнулась в свою банку. Какая гадость…

– Все, пора, – Норт бросил банку в утилизатор и пошел к гравилету, не оборачиваясь.

Девочка с облегчением тоже выбросила свою банку и побежала за сатторианцем. Сумка болталась на ее боку. Пусть болтается, решил Норт, так она будет больше похожа на любую городскую девчонку. Дэйви хорошо над ней поработала – нейтральная удобная одежда неярких тонов позволит ей вписаться в любую среду.

Ладно, пусть Создатель не оставит нас и все такое, Норт вывел гравилет с корабля.

На место они прибыли заранее. Норт разместил Тэю в кафе, заказав ей мороженое со взбитыми сливками и шоколадом. Девочка смотрела на внушительную лихо закрученную гору в креманке, от которой ощутимо веяло холодом.

– Что с этим делать, Норт?! – спросила она полушепотом.

– Это надо кушать, милая, – добродушная полная официантка поставила перед ней стакан с апельсиновым соком.

Глаза Тэи вспыхнули радостью, и она с наслаждением сделала глоток, затем осторожно погрузила свою ложку в белоснежную гору и лизнула новое лакомство. Лицо Норта оставалось непроницаемым, но он внимательно следил за реакцией девочки на первое в ее жизни мороженое. Ее глаза расширились от удивления и тут же зажмурились от удовольствия. Норт дал ей насладиться вкусом, а затем привлек к себе внимание, коснувшись ее руки. Тэя с усилием заставила себя выйти из вкусового рая и вернуться в реальность.

– Я буду вон там, за тем столиком. Не только слушай через меня, но и следи за мной. Когда я возьму стакан воды, пойдешь к гравилету, – Норт убедился, что она его услышала, и повернулся к официантке. – Мэм, я заплачу сразу, мне надо уйти. Девочка еще останется.

Официантка принесла счет, и Норт, расплатившись, ушел.

Тэя распробовала шоколад. Затем шоколад и мороженое. Затем шоколад со взбитыми сливками, затем взбитые сливки с мороженым… Этот вкусовой беспредел буквально стер из памяти все воспоминания об этих жутких консервах на корабле Норта.

«Можешь сидеть голодом, – прозвучало в ней, – я не настаиваю».

Тэя вздрогнула и перевела взгляд на площадь. Фейерверк вкусов во рту сразу померк. Норт сел за столик, и официант принес ему стакан воды.

«Давай, аккуратно».

Тэя с сожалением посмотрела на мороженое, быстро проглотила еще пару ложек и с мыслью: «Как холодно!» – вошла в сознание Норта. Ощущение было уже привычным. Нащупав проход среди барьеров – и как он их держит?! – Тэя медленно двинулась по сознанию Норта, вот она уже слышит шум улицы… А вот и сама улица! «На месте», – сообщила Тэя. «Я знаю, – заверил ее Норт и добавил: – Сиди тихо!» Тэя тут же почувствовала, как он насторожился, и увидела, что к столику идет незнакомый мужчина. Девочка рассмотрела сознание и внешность. С Пангеи, без вариантов, заключила она. «Заткнись», – велел ей Норт.

– Мистер Блэкмаунт? – спросил подошедший.

«Это кто?!» «Это я, захлопнись!»

– Да, мистер Стоун? – Норт не встал и не подал руки.

– Он самый, – человек сел за стол.

Норт молча ждал, вынуждая пришедшего заговорить о деле первым. Он сделал все, как надо, ему волноваться не о чем. Вдруг Тэя почувствовала движение сознания Норта и ощутила, что что-то произошло.

– Попробуешь еще раз проникнуть в мой мозг, и я пристрелю тебя на месте, – процедил Норт, – здесь это разрешено.

Мистер Стоун заметно побледнел и спал с лица. Ментальный захват у Норта был знатный. Тэя испытала однажды на себе его малую часть и не горела желанием пережить эти ощущения снова. Если их еще удастся пережить.

– Я слушаю, – Норт напомнил мистеру Стоуну о своем присутствии.

– Вы доставили корабль… – начал человек с Пангеи и взял паузу.

Норт молчал. Тэя с замершим сердцем смотрела и слушала.

– На корабле был груз, – снова был вынужден заговорить мистер Стоун.

– Там было десять человек, которых мне пришлось убить, – голос Норта звучал ровно.

Слишком как-то ровно… Ой! Тэя получила легкий щелчок по сознанию.

– Там должно было быть кое-что еще, – настаивал пангеец.

Пангеанец… Пангенианец? Тьфу… Ай! Еще один щелчок.

Норт молчал. Он заставлял человека говорить. Человек начинал нервничать.

– Мне нужно то, что было на корабле.

– Я отдал корабль со всем содержимым.

– Там был груз, – настаивал мистер Стоун.

– Я не знаю, что они везли, – Норт был непробиваем, – я захватил корабль и доставил его со всем содержимым. Остальное меня не касается.

– Мой заказчик настаивает, что на корабле был груз. И он знает, что к мистеру Броку корабль был доставлен без груза. Где то, что было на корабле?

– Он слушает через вас, – Норт пристально посмотрел в глаза собеседника, он сразу почувствовал «зрителя», но не спешил об этом говорить, сейчас время пришло. – Хотите знать подробности, – обратился он прямо к «гостевому» сознанию, – выходите на меня сами, без посредников, – Норт глотнул воды. – Разговор окончен.

Он встал и не спеша направился к стоянке гравилетов.

Тэя вынырнула из его сознания, запихнула в себя еще пару ложек мороженого, одним махом допила сок и выбежала из кафе. Гравилет доставил ее прямо на корабль. Вскоре прибыл Норт. К этому моменту тревога почти поглотила Тэю. Она бросилась навстречу сатторианцу.

– Прости, я не хотела все испортить! – быстро заговорила она. – Я тебе мешала?! – она была в ужасе.

– Нет, – тяжелая рука легла ей на голову и неожиданно мягко соскользнула по волосам, – он мне не понравился.

Норт вошел в рубку и запустил двигатели корабля.

– Что ты делаешь? – растерялась Тэя.

– Мы уходим. Здесь опасно.

– Они придут к Дэйви и Учителю…

– Их уже здесь нет, все концы обрублены, не переживай. Даже Брок в безопасности.

Норт связался с управлением порта и взлетел. Тэя поспешно заняла кресло рядом и пристегнула ремни.

– И что теперь?! – спросила она, перекрикивая двигатели.

– Сейчас выйдем, подожди! – корабль преодолел плотные слои атмосферы и вырвался в космос.

Норт аккуратно обогнул одну из двойных лун и подошел к точке входа в гиперпространство.

– Ну, все, уходим, – Норт перевел рычаги вперед, и все вокруг слилось в один поток…

Вышли они из гиперпространства возле Сандорры. Масса вопросов все это время роилась в голове Тэи, но она терпеливо ждала. Вопросы рвались с ее языка, но она решила хотя бы попробовать вести себя сдержанно, как Норт. Сатторианцу, в свою очередь, тоже требовалось время, чтобы все обдумать и решить что-то для себя прежде, чем начать говорить о чем-то с девочкой.

Сатторианец стабилизировал корабль в пространстве вне пределов орбит Сандорры и повернулся к Тэе.

– У тебя два пути: остаться здесь, – он кивнул на корабль, – или я определю тебя в интернат на Сандорре. Получишь образование и будешь жить своей жизнью.

– А что с этим человеком? – не выдержала девочка. – Он не от моих родителей?

Взгляд Норта потемнел.

– Родители никогда не назовут своего ребенка «грузом», – сказал он глухо и добавил: – Он не от твоих родителей. Через него тоже кто-то смотрел и, поверь мне, совсем не с добрыми намерениями.

Тэя опустила голову.

– Сейчас мы сядем на Сандорре, в порту Генуи. Я навещу Брока. Присмотрю новый корабль, а у тебя будет время подумать, чего ты хочешь, хорошо? – он говорил с ней как со взрослой. – Не спеши, обдумай все. Тебе нравится учиться, не упускай этот шанс.

– Я подумаю, – кивнула Тэя, сказочный мир, где ее ждали родители, исчез, и осталась неизвестность.

В этой неизвестности для людей, которых она знала, хватило бы пальцев одной руки, а мир был такой огромный и в то же время такой тесный…

– А где Дэйви? – спросила вдруг она.

– Она пока переехала в мой дом в горах на севере, там ее не найдут, не бойся. Учитель отправился на Тиору, его там давно ждут в одном из монастырей. С ними все хорошо.

– А мне можно к Дэйви? – тихо спросила Тэя.

И спать вполглаза и вполуха и дергаться на каждый шорох? Одной Дэйви бояться нечего даже, если ее найдут, что само по себе крайне маловероятно, а вот с ребенком на руках…

– Я поняла, – кивнула Тэя, нарисованные Нортом образы были очень яркими и наполненными.

Наполненными постоянным напряжением, ощущением страха и тревоги, это не будут те счастливые дни в Белом городе…

– Я останусь с тобой, – сказала Тэя тихо, но твердо, – можно?

– Подумай, пока мы будем здесь, – Норт повернулся к пульту и повел корабль к планете…

Загрузка...