Долина снов

Глава 1

Сколько бы раз я ни слышала рев дракона, он всегда пробирает до глубины души.

Драконий вопль разносится по ночному небу. Звук отдается в позвоночнике, страх скручивает ребра, не дает дышать. Закрываю глаза, медленно выдыхаю и прижимаюсь всем телом к холодной бетонной крыше. Во время этой миссии в глубине вражеской территории трудно не услышать драконьих криков. Их оглушительный рев – непрерывный реквием по Второй Фейри-войне.

Смотрю на темное небо над Бристолем, и у меня захватывает дух. В воздухе кружатся редкие снежинки, ночь безлунна, и дракона не видно.

Из волшебной раковины в ухе доносится вздох Сераны:

– Это было так громко…

– Они все громкие, – бормочу я.

Серана где-то внизу, на улице – прячется в темноте от теплого света газовых фонарей. Оккупированный Бристоль патрулируют фейри, и мы изо всех сил избегаем встречи с ними. Даже с наложенными чарами мы привлечем подозрительные взгляды, прячась в темноте.

Где-то неподалеку в пабе сидит наша предсказательница Тана. Сегодня вечером ей повезло больше всех. Наверное, устроилась у камина с вкусным стейком и бутылкой пива…

Холодный воздух щиплет пальцы и щеки.

– Тана? – шепчу я. – Увидела что-нибудь в заварке? Тут очень холодно.

Через секунду из раковины слышится ее слабое бормотание:

– С чаем нельзя торопиться. Чтобы его выпить, нужно время. Если спешить, можно неправильно истолковать. Минуту…

Я тереблю раковину в ухе, раздражаясь из-за того, что ее острые края царапают кожу.

Про себя я проклинаю фейри. За то, что они разрушили человеческие технологии, за вторжение во Францию и Англию. За то, что схватили Рафаэля и творят с ним невесть что. Моего Рафаэля, который когда-то несколько дней прождал в лесу свою семью и так ее и не увидел. Рафаэля, который признался, что хочет меня, как изголодавшийся жаждет фруктов…

При мысли о его печальных серебристых глазах в горле сжимается. Я скучаю по нему и чувствую щемящую пустоту, из-за которой трудно рассуждать здраво. Прокручиваю в голове последние секунды перед тем, как фейри захватили его в плен, мысленно перебираю каждую деталь. Это становится навязчивой идеей. Я неустанно пытаюсь понять, что именно сделала не так, как могла это предотвратить. Каждое мгновение и решение, которые могли бы все исправить.

Что сделают беспощадные фейри с высокопоставленным рыцарем Башни Авалона? Не хочу об этом думать – и все же без конца прокручиваю в голове.

Мы должны вернуть Рафаэля. Если фейри удастся сломить его пытками, агенты Башни Авалона начнут исчезать один за другим, как пешки, захваченные в кровавой шахматной партии.

– Ния? Эй? Слышишь меня?

Пронзительное шипение Сераны в ухе отвлекает от мрачных мыслей, и я, стиснув зубы, пытаюсь снова сосредоточиться:

– Прости. Что?

– Я сказала, что вижу его в чаинках, – говорит Тана. – Командира в черном плаще. В серебристых волосах черные пряди. И, как предсказывали карты, он скоро появится у вас.

– Когда? – уточняет Серана.

– Через три дня.

– Что? – шипит Серана.

– А, нет, извини… В заварку попали крошки от пирога. Это случится минут через пятнадцать.

Мышцы напрягаются, пульс учащается, когда я вижу, как из-за угла появляются фейри в доспехах.

– Серана, в квартале отсюда два стражника с копьями. Будь осторожна, они близко.

– Что за квартал? – шепчет она. – Эти американские штучки…

Я пытаюсь прикинуть:

– Примерно триста футов.

– Сколько это в метрах? – напирает она.

О таких вещах нам никогда не рассказывали в Башне Авалона, где я была единственной американкой.

– Не знаю. Метров сто…

Я наблюдаю, как в золотистом свете газовых фонарей приближаются фейри в броне. Несмотря на сверкающие доспехи, двигаются они легко. Отливающие металлом глаза настороженно выискивают незваных гостей вроде меня. Когда-то увидеть солдат фейри на улицах Англии было немыслимо. Теперь они повсюду – маршируют между стеклянными лондонскими небоскребами, парят на спинах драконов над побережьем…

Вторгнувшись с юга, фейри быстро оттеснили британскую армию на север. Теперь они ведут кровопролитную войну против людей в Шотландии. Камелот – одно из немногих мест в Англии, до сих пор свободных от фейри. И лишь потому, что скрыто магией от остального мира.

Сегодня мы здесь для того, чтобы найти способ напасть на противника на его территории, застать врасплох в самом сердце королевства фейри – Броселианде. И раз уж я здесь, то намерена спасти Рафаэля. Я так сильно нуждаюсь в его возвращении, что чувствую привкус крови на языке. Проблема в том, что Оберон запечатал большинство порталов и в королевство фейри, и на выходе из него, а те, что остались, меняют местоположение. Но даже если их отыскать, попасть в них можно лишь с помощью особого ключа, который есть только у самых высокопоставленных фейри. Именно поэтому мы сегодня вечером поджидаем здесь в темноте капитана с ключом.

Его пока нет, но есть два закованных в броню фейри. Они приближаются к укрытию Сераны. Мои пальцы сжимаются, дыхание прерывается от напряжения, но они проходят мимо, похоже, не заметив ничего необычного. Я облегченно вздыхаю и приподнимаюсь на локтях, стуча зубами от зимнего холода, который проникает под шерстяное пальто и кусает кожу. У нас еще несколько минут до появления настоящей цели.

Серана вздыхает:

– Знаете, где бы я хотела оказаться? Лежать под одеялом и пить горячий пунш.

– Или жасминовый чай, – предлагает Тана свой вариант.

– Нет. Горячий пунш и много виски, – твердо говорит Серана.

– Ты словно читаешь мои мысли, – шепчу я.

– В теплой комнате с видом на озеро Авалон, – продолжает она.

– А я не хочу так быстро возвращаться в Башню Авалона, – угрюмо произносит Тана. – Райт, Тарквин и остальные засранцы Пендрагоны совсем распустились. И этот мерзкий клуб «Железный легион», который они недавно основали исключительно для людей…

Я морщусь, понимая, о чем она. Райт жаждет власти и ненавидит всех полуфейри, особенно меня. А его племянник Тарквин ничуть не лучше.

– Не выношу это дерьмо с их «чистым человеческим происхождением», – ворчит Серана. – Я говорила вам, что Тарквин обозвал меня порченой? Я спросила почему, а он ответил, что во мне кровь монстра. Придурок без подбородка… Он из семейки кровосмесителей, а я, значит, монстр из-за чрезмерного генетического разнообразия?

– Тсс-с…

Кто-то появляется в конце улицы, и я щурюсь, пытаясь получше разглядеть его в тусклом свете.

Это не наша цель. У него рыжие волосы, и ему не хватает дерзкого высокомерия военного командира.

– Ты уверена, что он сейчас появится? – шепчу я.

– Будущее всегда изменчиво, – отвечает Тана. – Но да, уверена, насколько это возможно.

Время Рафаэля на исходе. У нас обязательно должно получиться. Иначе мне придется обратиться за помощью к кому-то опасному, жестокому и очень непредсказуемому. То есть к моему отцу Мордреду, который однажды ворвался в Камелот и устроил бойню, а следующие полторы тысячи лет замышлял в одиночестве новую месть. Он помешался на мести, как Хитклифф[1], как оживший персонаж рассказов По, и я не доверяю ему. На картинах, развешанных по всей Башне Авалона, он отрубает головы женщинам. Можете считать меня сумасшедшей, но я не хочу иметь с ним дел. И стараюсь не зацикливаться на том, что в моих жилах течет его кровь.

Сердце колотится чаще, когда капитан наконец появляется в паре кварталов от меня; его серебристые волосы блестят в свете фонаря. Он ковыляет по тротуару.

– Серана, я его вижу, – шепчу я. – Свернул на эту улицу. Он в паре кварталов. Метрах в двухстах, наверное. Приготовься.

Капитан, спотыкаясь, шагает вперед, я затаиваю дыхание. Он крупный, но у меня на глазах Серана расправлялась с мужчинами вдвое крупнее себя.

Операция пройдет быстро и…

За спиной капитана раздается крик. Он пошатывается, оборачивается и хихикает. Несколько солдат-фейри поворачивают за угол позади него, горланя его имя. Ветер разносит их голоса.

Мое сердце замирает.

– Подожди.

– Что происходит? Что там за голоса? – Серана не может выглянуть из укрытия, не выдав себя.

Я быстро оглядываю солдат.

– Он не один. С ним пятеро фейри. Все военные. Все вооружены.

– Сильно пьяные?.. Думаю, я с ними справлюсь.

Меня охватывает отчаяние. Секунду я подумываю, не посоветовать ли ей рискнуть, но тут же отбрасываю эту мысль. Никогда не прощу себе, если с Сераной что-нибудь случится.

– Не сильно. Они мигом тебя убьют. Их слишком много.

Фейри уже в квартале от нас, хлопают капитана по спине; один обнимает его за плечи.

– Другого шанса не будет, – возражает Серана. – Ты сама сказала, Ния: мы должны сделать это сегодня вечером. И я это сделаю.

– Нет, – хором произносим мы с Таной.

– Нам нужен ключ! – настаивает Серана.

Она права. Ключ необходим нам больше всего на свете. Если не атаковать внезапно королевство фейри, враг разобьет британскую армию и союзные войска. И фейри вряд ли на этом остановятся. Оберон захватит остальную Европу. А может, и весь мир.

У меня сжимается сердце. Если ничего не предпринять, Рафаэль погибнет в подземельях фейри.

– Ни с места, – приказываю я. – Есть идея.

Подползаю к краю крыши. Вдоль стены тянется ржавая водосточная труба, через три этажа спускаясь к тротуару.

Снимаю шерстяной плащ, перегибаюсь через край крыши и хватаюсь за верхушку трубы. Начинаю спускаться; труба стонет под моей тяжестью, раздается треск. В груди нарастает страх. Падение с такой высоты размозжит мне череп. В отчаянии я соскальзываю вниз еще быстрее, скребя ладонями по ржавому металлу. Новый треск: труба наклоняется и отрывается от стены. Меня охватывает ужас. Вся конструкция со скрипом валится, и я тоже падаю, размахивая руками. Хватаюсь за подоконник. Внезапная боль пронзает пальцы, но мне удается удержаться. Сердце бешено колотится. Я карабкаюсь и опираюсь ногами о фрамугу окна нижнего этажа.

Я примерно в пятнадцати футах над тротуаром, но спуститься вниз нет никакой возможности. Времени тоже нет. Собравшись с духом, спрыгиваю и тяжело приземляюсь на ноги. От удара по телу пробегают волны боли. Не обращая внимания на последствия падения, хромая, выхожу на свет газовых фонарей.

Благодаря чарам я выгляжу как чистокровная фейри с темно-стальными глазами и заостренными ушами. На мне белое платье, как у целительницы. Я подхожу к солдатам, бросая на них смущенные взгляды и отводя глаза каждый раз, когда кто-нибудь смотрит в мою сторону. Один искоса поглядывает на меня и что-то шепчет приятелю, они хохочут.

Прохожу мимо и оказываюсь на пути капитана. В нескольких футах от него притворяюсь, что споткнулась, и с криком падаю на колени. Капитан, не задумываясь, бросается ко мне и протягивает руку. Я берусь за нее и благодарю на языке фейри.

А потом призываю магию.

Во мне живут две силы. Одна, способности Стража, позволяет преодолевать магические барьеры, другая – читать мысли. Но когда их алые и фиолетовые нити сплетаются, возникает еще одна сила, управляющая сознанием.

Наши с капитаном пальцы соприкасаются. Я проникаю в его разум, его мысли захлестывают меня. Капитана зовут Адоран; он напился, празднуя хорошие новости из дома. Его жена родила здоровую дочь. Как только фейри разобьют человеческую армию, он вернется к семье в Броселианд. Они живут в уютном доме в столице Корбинелле. Я чувствую его безудержную радость: он, Адоран, теперь отец! У нее такие же золотистые глаза, как у него?

Заставляю себя блокировать эти мысли и продолжаю проникать в его сознание. Иногда это не так просто.

Но сейчас все просто до смешного. Сегодня вечером Адоран перебрал с медовухой, и его мочевой пузырь вот-вот лопнет. Я цепляюсь за эту мысль, нашептывая капитану про ручьи, водопады и журчащую воду, и его желание помочиться усиливается в десять раз. Он не успеет добраться до своей комнаты. Все, что ему нужно, – это темный переулок.

Я разрываю нашу мысленную связь, поднимаюсь на ноги, делаю реверанс и благодарю капитана еще раз. После того как я вламываюсь в чей-нибудь разум, меня всегда преследуют чужие мысли – призраки чьих-то воспоминаний, порхающие в моем мозгу. На мгновение я начинаю представлять, как увижу свою златоглазую дочь, но тут вспоминаю, что у меня нет дочери. Выбрасываю мысли Адорана из головы и спешу убраться подальше.

Капитан уже предупредил остальных, что догонит их позже. Бедняге ужасно хочется отлить. Оглянувшись, я вижу, как он сворачивает в ближайший переулок, где его поджидает Серана.

Я иду прочь. Как только гвалт солдат затихает за следующим углом, поворачиваю обратно и спешу в переулок. Адоран, спотыкаясь, приваливается к стене и уже возится с ремнем, когда из темноты появляется фигура. Быстрая, как удар кнута, рука Сераны обвивает и стискивает шею капитана. Адоран брыкается, выгибается – и без сознания падает в ее объятия. Она опускает тело на землю и с улыбкой роется в его карманах.

– Здесь немного денег. И письмо.

– Это от его жены. – Я до сих ощущаю его ликование, когда капитан перечитывал письмо снова и снова.

– Как мило… – Серана поджимает губы. – А ключа-то и нет.

– Он круглый, – слышится в раковине шепот Таны. – Может, это какая-нибудь монета в бумажнике?

Я поднимаю безвольную руку Адорана, разглядывая серебряный браслет на запястье.

– Нет. Держу пари, вот ключ.

Серана вертит его в поисках застежки, но браслет не поддается.

– Застрял на запястье. Держу пари, браслет заварили прямо на нем, чтобы не украли… А, ладно. – Она достает длинный кинжал.

– Постой! – Я хватаю ее за руку. – Что ты собираешься делать?

Она хмурится, глядя на меня:

– Отрезать ему руку.

– Ты не можешь! Моя дочь только что родилась. Моя жена ждет в Корбинелле!

Серана смотрит на меня в упор:

– Серьезно?.. Приди в себя, Ния. Ты – не он. Он – твой враг. Он здесь затем, чтобы убить нас всех.

Воспоминания капитана еще крутятся в моих мыслях. Я умоляюще смотрю на Серану. Она в отчаянии всплескивает руками.

– Ну хорошо, я постараюсь не резать его, ладно? Но, возможно, придется сломать один палец. Это ранит твои чувства или ты не против?

Воспоминание о прекрасном лице Рафаэля вытесняет из головы мысли Адорана, разорвав паутину.

– Давай скорей. – Я быстро отступаю: связь между мной и Адораном еще слишком свежа, чтобы на это смотреть.

Слышу, как Серана что-то бормочет. Через несколько секунд она оказывается рядом со мной и закатывает глаза, когда я смотрю на нее.

– С ним всё в порядке, нужно будет только подлечить большой палец. Это тебя устроит, Ния?

– Да.

Она раскрывает ладонь с браслетом, с ее пальцев стекает кровь.

– Ну вот. Ключ у нас.

– Проверьте, нет ли там надписей, – говорит Тана. – На ключе должны быть место и время открытия портала.

Серана указывает на руны, выгравированные внутри браслета.

– Вот они. Гм… Здесь написано… э-э-э… это явно Неем, а эта руна – Мон…

Я со вздохом протягиваю руку, Серана кладет в нее браслет.

– Здесь написано Глинн Нейтан, – разбираю я магические руны. – Это долина Святого Нейтана в Северном Корнуолле. А вот и даты…

Я читаю и перечитываю их, и мое сердце замирает. Нет, быть того не может…

– Черт. – Грудь сдавливает от разочарования, я начинаю хрипеть и кашлять. Достаю ингалятор, делаю две затяжки и жду, когда легкие снова расправятся.

– Что такое? – спрашивает Серана.

Глаза щиплет, я на секунду прикрываю их.

– Портал закрылся три дня назад.

– Твою мать! – вопит Серана. – Ключ бесполезен…

Она права. Портала давно нет. Надежда отыскать путь в Броселианд рухнула, и я понимаю, что это значит. Мне предстоит совершить немыслимое. Акт чистого отчаяния – возможно, безумия.

Еще один секрет даже от самых близких друзей.

Нужно поговорить с отцом.