Дурная примета

Глава 2

Лекций у нас уже нет. Преддипломная практика тоже закрыта. На носу защита диплома, и сегодня нас собрали на организационное собрание.

В аудитории непривычно людно. Пришли почти все, даже те, кто появлялся не чаще нескольких раз в семестр и у которых все сессии были заранее проплачены.

- Наши на задних рядах, - говорит Мира.

Отыскиваю их глазами и робко машу рукой в знак приветствия.

Парни синхронно кивают в ответ и утыкаются в телефоны.

Чувствуя в груди укол разочарования, занимаю свободное место в первом ряду. Майкл даже не улыбнулся мне. И не подмигнул, как тогда, в клубе.

После двухчасового собрания мы с Мирой бежим к нашему дипломному руководителю, проводим еще минут сорок у него, и только потом выходим из промозглого университетского корпуса на майское солнышко.

Машин Майкла, Ника и Сереги на парковке уже нет. Значит, уже разъехались.

Следующая встреча только в субботу. Это при условии, что нас снова позовут в Гранаду.

Неделя пролетает незаметно. Я заканчиваю свой диплом и отдаю его на рецензию. Четверг и пятница полностью свободны от дел, поэтому решаю их провести с мамой.

Рано утром сажусь на электричку и через два часа выхожу на станции родного городка.

Оглядевшись, грустно вздыхаю. Почему с каждым следующим моим визитом сюда, все больше и больше заметен контраст?

Такое ощущение, что я не на электричке приехала, на машине времени. Лет, этак, на тридцать назад. Примерно столько здесь ничего не ремонтировалось и не строилось.

Обшарпанные пятиэтажки чередуются с покосившимися деревянными неблагоустроенными двухэтажными домами, которые давно следовало уже снести.

Медленно двигающиеся по непригодным для транспорта дорогам машины дают возможность пешеходам перебегать дорогу в любом месте.

Я не люблю этот город. С ним у меня не связано ни одного приятного воспоминания.

Убогая квартирка, убогая семья, убогая жизнь.

Отец умер, когда мне исполнилось шесть, и мама до сих пор думает, что я, в силу своего возраста его не помню.

Но это не так. Я помню все прекрасно. Помню, как он пил и бил мать, когда приходил домой пьяным. Помню, как она плакала, закрываясь от него руками, а потом, утром, замазывала синяки тональным кремом.

Потом его не стало. На заводе, где он работал, взорвался баллон с газом. Погибли двое, в том числе и мой отец. Больше мама замуж не вышла. Отчима у меня нет.

Пересекаю двор нашей пятиэтажки и захожу в пропахший кошачьей мочой подъезд.

- Здравствуйте, - говорю тете Лиде, нашей соседке снизу.

Это ее кошки гадят в подъезде.

- Яна?.. Здравствуй – здравствуй… к матери приехала?

- Да, - киваю в ответ, спеша побыстрее добраться до квартиры.

- А у Куси котята родились!

- Кошек стерилизовать надо, теть Лид…

- Что?! Зачем?

- Куда котят девать будете?.. – спрашиваю я, поднимаясь вверх по лестничному пролету.

- Это тебя стерилизовать надо! Иш ты, умная какая!..

Не обращая внимания на ее выпад, быстро достаю из кармана ключ от квартиры и открываю дверь.

Соседка внизу продолжает бухтеть, но я близко к сердцу не принимаю. Не в первый раз.

- Приехала? – слышу мамин голос, а следом и она сама появляется из кухни.

- Да.

- Чай поставлю…

Она уходит, а я начинаю разуваться у порога. Мы не виделись с ней с марта. Два месяца. Но обниматься и целоваться не собираемся.

У нас так не принято.

И до некоторых пор мне было все равно. До того момента, пока я не познакомилась с родителями Миры. Клянусь, ее мама обнимает и целует меня чаще, чем моя родная мать. И теперь мне обидно, что у нас с ней не так же.

Моя мама обычная женщина. Простая, каких в регионах миллионы. Всю жизнь проработала на местном химкомбинате кладовщиком, без амбиций и стремлений. Ничего, кроме работы не видела, и, думаю, видеть не хочет.

Мою руки в совмещенном санузле и прохожу в маленькую кухню. Мама уже налила нам чаю и теперь роется в навесном шкафу.

- Хлеба нет…

- Не надо…

- Сухари будешь?

- Да, можно.

Она кладет передо мной целлофановый пакет с сухарями и садится напротив.

- Мне на работу надо сейчас. Ты надолго?

- В субботу утром поеду обратно.

Мама кивает и надолго замолкает. Думая о чем-то своем, макает сухари в горячий чай и смотрит в одну точку.

- Я диплом дописала… на рецензию отдала… - говорю, решая нарушить тишину.

- А у меня машинка стиральная барахлит. Надо мастера вызывать.

Вот и поговорили. Мама никогда сама не интересуется моими делами. Изредка спросит, есть ли у меня жених. На этом все.

- Что с ней?

- Воду не сливает, - расстроенно проговаривает она, - сейчас столько денег на ремонт надо будет…

Решая в ее отсутствие вызвать мастера, иду провожать маму на работу. Остановившись в дверном проходе, наблюдаю, как она собирается.

Не глядя в зеркало, собирает седеющие волосы в пучок, надевает коричневые ботинки на плоской подошве и такого же цвета плащ.

- Приготовишь что-нибудь? – обернувшись через плечо, спрашивает она.

- Угу…

Едва за ней закрывается дверь, я принимаюсь за поиск мастера по ремонту стиральных машин. Оказывается, в нашем городке, это проблема.

Отчаявшись, вбиваю в поисковую строку «стиральная машина не сливает воду, причины» и слышу трель дверного звонка.

Прямо в глазок смотрит Антон.

В замешательстве, замираю у двери. Зачем он пришел к моей маме? В то время, когда она точно на работе.

- Яна! Открой, это Антон… - доносится его голос из-за двери.

Ясно. Он видел, что я приехала, дождался, когда мама уйдет на работу и пришел.

Открыв дверь, впускаю его в квартиру.

- Привет, - здоровается и протискивается мимо меня, будто случайно задевая локтем мою грудь.

- Привет.

Антон Зубов наш сосед из квартиры напротив. Друг детства, если можно так выразиться.

Старше меня на три года. Щуплый, невысокий брюнет с карими глазами.

- Закончила свой институт?

- Нет еще, защита через три недели.

- Значит, в гости приехала?

- Ну, да… - отвечаю, складывая руки на груди, - на пару дней…

- Хочешь вечером погулять?

Удивленно вскидываю брови.

- Погулять?.. Г-где?..

- Ну… не знаю… - мнется Антон, - в парке…

Я впадаю в ступор. Он, что, на свидание меня зовет?!

- Эммм… мы вдвоем будем… гулять?..

- А ты еще с кем-то хочешь? – нервно усмехается парень, - погуляем, мороженое… там… пиво можно…

- Это свидание?

- Ну а че?..

Капец! Зубов зовет меня на свидание! Зубов, которого я с рождения знаю! Тот самый, что розетки нам чинил и затор в унитазе устранял!

Кстати...

- Антон, мне нужна твоя помощь!..

нтон справляется с проблемой за десять минут. Оказывается, засорились фильтры, всего и нужно-то было их прочистить.

- Спасибо! Хочешь, я тебя чаем напою? Правда, у нас только сухари… Но я могу до магазина сбегать!

- Да не хочу я, - ерошит волосы на затылке, - так пойдем гулять вечером или нет?

Вздыхая, отвожу взгляд. Надо идти. Придется.

Ничего страшного в этом нет. Прогуляемся. Поболтаем о том, о сем. Благо, темы для разговора не нужно будет из пальца высасывать. Общих воспоминаний целый ворох. Не чужой человек, ведь.

- Пойдем, - соглашаюсь я, - в шесть?

- В семь, я зайду за тобой.

Антон выходит, а остаюсь в прихожей молча смотреть в закрывшуюся после него дверь.

Офигеть. Свидание. Второе в жизни.

Интересно, что на это скажет мама.

И Мира, если я ей расскажу. Скажет «Слава Богу, нашелся тот, кто избавит тебя от девственной плевы!».

Оставшееся до вечера время посвящаю уборке в квартире. Мою окна и стираю занавески. Навожу порядок в шкафах на кухне и в комнате. Чищу ванну и отмываю кафель.

Мама у меня не сильно чистоплотная. Говорит, на слишком работе устает, чтобы время еще и на поддержание чистоты в доме тратить. Я не спорю и не ругаюсь, приезжаю время от времени, чтобы привести квартиру в божеский вид, и мама это знает. Поэтому и не парится.

Покончив с уборкой, иду на местный рынок, чтобы закупить для нее продуктов. На счет еды она тоже не заморачивается, питается, чем попало.

Уже ближе к шести возвращаюсь домой с двумя полными пакетами. Варю куриный суп и начинаю собираться на свидание.

В прихожей хлопает входная дверь. Мама пришла с работы.

- Убралась, да? – спрашивает она, пристраивая старый плащ на вешалку.

- Да, немного. Ужинать будешь?

- Можно…

Мама скрывается в комнате, чтобы переодеться в халат, а я разливаю суп по тарелкам.

- Куда так вырядилась?

- Эмм… Антон погулять позвал…

- Заходил, да?

- Да… - отправляю ложку с супом в рот, - кстати, он починил машинку…

- Хорошо… - равнодушно отвечает мама.

Она всегда такая. Безымоциональная и флегматичная. Я даже представить не могу, что должно произойти, чтобы на ее лице появились эмоции.

Иногда это жутко раздражает. Хочется подойти и как следует встряхнуть, чтобы, наконец, очнулась и посмотрела вокруг себя. Увидела, что кругом жизнь, люди. Что в мире масса интересного, кроме работы и вечерних ток-шоу.

Мечтаю, чтобы она начала смотреть в зеркало, увидела в себе женщину. Ведь не старая еще и не уродина. При желании, смогла бы устроить свою личную жизнь.

Даже сейчас, услышав, что дочь идет на свидание, не требует подробностей, не интересуется, куда пойдем и во сколько вернемся. Неужели, ей все равно?

Даже Елена Павловна, мама Миры, узнав, что меня пригласили на свидание, завалила бы вопросами, а потом еще и макияж помогла бы сделать.

Обидно до слез!

Антон немного задерживается и появляется на пятнадцать минут позже положенного.

- Привет… - заглядывает за мою спину, - теть Оль, здрасти!

- Здравствуй, - доносится из комнаты мамин голос.

- Пойдем? – говорит он, указывая головой в сторону двери.

Мы выходим на улицу и неспешно идем в сторону городского сквера. Я немного теряюсь. Не превращаюсь, конечно в овцу, как на свидании с Майклом, но все же не могу решить, как мне вести себя с ним. И Антон не помогает.

Какое-то время молча шагаем вдоль аллеи. Он впереди, я немного отстаю. Обычно в общении с ним я неловкости не чувствую, но сегодня что-то кардинально поменялось.

- Я в ментовку устроился… - обернувшись, наконец, произносит он.

- Правда?! Здорово!

Заинтересованно улыбаясь, равняюсь с парнем.

- Пока только сержант, но потом ведь можно отучиться…

- Конечно!

- Зарплата нормальная…

- И стабильная, - поддакиваю ему.

- Карьерный рост… все дела… может, квартиру дадут…

Это вряд ли. Но я тактично молчу.

- А ты?

- Что я?..

- После института своего там останешься?

Меня и саму этот вопрос волнует. Не для того я в школе над учебниками корпела, чтобы на экзаменах высшие баллы заработать и льготу на поступление в ВУЗ получить. Не для того четыре года гранит науки зубами грызла, чтобы потом с дипломом вернуться туда, откуда свалила.

Мой научный руководитель шепнул, что готов помочь с трудоустройством. Для начала на должность консультанта в банке, но я и этому безумно рада.

Так что, нет… Сюда я не вернусь точно!

- Скорее всего, да… - отвечаю Антону и вижу, как он недовольно поджимает губы.

- Что там хорошего? Думаешь, ты там кому-то нужна?

- Там перспектив больше, Антон.

- А здесь, что банка нет?..

- Всего один, - качаю головой, - меня туда без опыта никто не возьмет.

Он отворачивается и прибавляет шага. Я, чтобы поспеть за ним, тоже.

- Хочешь мороженое? – останавливается так резко, что я налетаю на его спину.

- Ванильное.

Антон покупает в ларьке два рожка и ведет меня в сторону одинокой скамейки, стоящей с краю аллеи.

Едим, почти не разговаривая. Лишь изредка обмениваясь ничего не значащими фразами.

Я украдкой на него поглядываю. Странное какое-то свидание, если можно его так назвать. Такое ощущение, что с собакой вышел погулять, а не с девушкой. Не смотрит на меня, почти не разговаривает. Будто повинность отбывает.

Зачем он меня позвал? С чего вдруг ко мне такое внимание? Никогда раньше не замечала с его стороны интереса. Да и он мне, если честно, как парень не нравился никогда. Нас даже друзьями – то можно с натяжкой назвать. Друзья ведь как-то поддерживают связь, находясь вдали друг от друга, а мы с Антоном даже не созванивались никогда.

Я вообще сомневаюсь, что у него есть номер моего телефона. У меня его тоже нет.

Странно это.

Съев мороженое, я начинаю расспрашивать его о наших общих знакомых. Близких друзей я здесь после школы не оставила, с мамой особо не посплетничаешь, поэтому о том, как кто живет, ничего не знаю.

Антон оживляется. Город у нас маленький, все про всех все знают. Особенно мой сосед. Он же теперь в полиции работает. Ему положено.

Почти два часа он рассказывает мне обо всем, что произошло здесь за последние четыре года.

Оказывается, я многое пропустила.

Почти все мои одноклассницы уже детьми обзавелись, кое-кто из класса даже в тюрьме отсидеть успел.

Слушаю его с раскрытым ртом, и не моргая, лишь изредка вставляя: «да ладно», «шутишь?!», «офигеть».

Не скажу, что мне безумно интересно, но зато из нашего общения уходит напряженность, да и Антон заметно расслабляется.

Когда на улице темнеет, мы решаем вернуться домой. Обратно идем не спеша, вспоминая забавные случаи из нашего детства.

- Помнишь, как твоя мать белье развесила, а пацаны решили поиграть в привидения и стащили у нее белую простынь?

- Вообще – то, не смешно было! – возмущаюсь я, - вы ее порвали в клочья!

- Янка! – в голосе Антона меняется тональность, и уже в следующее мгновение я оказываюсь прижатой к стене нашей пятиэтажки.

Меня парализует. Глупо моргая, смотрю в его напряженное лицо. В темноте небольшие круглые глаза Антона кажутся черными провалами. От этого становится жутко.

- Антон… - выдавливаю негромко, - ты чего?

Вместо ответа он глубоко вдыхает и прижимается к моему рту своими губами.

- Мммм… - глухо мычу, пытаясь оттолкнуть его, но он продолжает давить на мои губы, вынуждая их открыться.

Во мне поднимается паника. Потому что я не хочу с ним целоваться, мне неприятно и очень страшно.

Антон убирает одну руку с моего плеча и больно сжимает грудь.

Я в ужасе. Пытаюсь закричать, но он пользуется моментом и просовывает свой язык в мой рот.

Брыкаюсь, пытаюсь пнуть его между ног, царапаю ногтями предплечья и вдруг слышу, как открывается подъездная дверь.

Парень тоже это слышит, отпрянув от меня, поворачивает голову в сторону доносящегося до нас звука.

Лампочки над входом нет, поэтому, кто там прошел, нам не видно.

- Антон… - хриплю я, пытаясь вырваться из захвата, - отпусти или закричу…

- Янка… не обижайся… - шепчет на ухо, - красивая ты стала… нравишься мне…

- Пусти!

- Я даже жениться готов…

- С ума сошел?!

- А че?.. Получишь диплом свой, приезжай – распишемся…