Общество сороки. Две – к радости

1 Айви

Кровь стекает из порезов на руке, еще свежих после того, как зеркало едва не разбилось о мою голову. Порезы сильные, они оставляют красные пятна на бумаге, которую я держу. Одри подходит ближе и читает через мое плечо. Обхватывает себя руками, дрожа то ли от страха, то ли от холода, я не знаю.

– Тут нет подписи. Она не подписала! – Я переворачиваю бумажку, но на другой стороне нет никаких пометок. Исследую лист, читаю снова и снова, пытаясь найти хоть какой-то намек на того, кто оставил записку.

Одно можно сказать наверняка: «Общество сороки» реально. Это не какая-то реликвия Иллюмен Холла. Оно активно, и они – кем бы они ни были – хотели видеть Кловер среди них.

Я едва не завидую.

Одри – напротив, сходит с ума.

– Что это значит? Она вообще видела это? Она бы, конечно, подписала, – лепечет она, едва дыша.

– Это значит, что с ней что-то случилось.

– Или она выбралане подписывать, а теперь расплачивается?

– Не знаю, – говорю я. – Ничего не знаю. – Сворачиваю письмо и запихиваю его под лямку бюстгальтера, стараясь не разорвать платье Одри еще сильнее. Посылаю сообщение Тедди.

Вздрагиваю, когда, засовывая телефон в сумку, цепляюсь рукой за застежку. На порезах ладони засыхает кровь.

– Осторожно! Надо осмотреть твои руки, нет ли там осколков. Сходить за медсестрой?

Одри исследует мои ладони, от этого они болят только сильней. Я отдергиваю их.

– Нет, я в порядке. У кастелянши в Гелиосе есть аптечка первой помощи. Но сейчас это волнует меня меньше всего. Кловер пропала!

– Когда приедут копы? – Одри меряет шагами комнату, переступая через мусор.

– Не знаю. Надеюсь, миссис Эббот будет тут с минуты на минуту. Она должна это увидеть.

Осматриваюсь. Тревожно думать о том, как Кловер борется с кем-то тут. Мысленно возвращаюсь к вечеринке и флешмобу сорок. Во всем этом хаосе кто-то так просто проскользнул в ворота школы и дальше, в здание. И люди в костюмах сорок тоже не были студентами Иллюмен Холла. Потенциальные угрозы были повсюду.

– Она с ума сойдет, когда увидит записку. Думаешь, полиция будет разбираться с «Обществом сороки»?

– Ну… Мы знаем, что Кловер считала, что она в опасности… Она ведь предупреждала нас в открытке о том, что что-то должно произойти? «Один из вас – следующий». Она просто не осознавала, что жертвой станет она.

– Боже, – говорит Одри. Она похожа на попавшего в силки кролика, который и хотел бы убежать, но не знает как. Записка прижата к моей груди. Мои мысли проносятся со скоростью тысяча миль в час.

Я резко выдыхаю.

– Давай пока забудем о записке «Общества сороки». Она только отвлечет полицию.

– Я не знаю, Айви. Мне кажется, они должны знать все. – Одри покусывает кончик ногтя. Если она не прекратит, кровь будет не только на моих руках. – Я не хочу скрывать от копов улики. Что, если… Что, если это потенциально дело об убийстве?

– Это не убийство, Одри. Кловер пропала.

Она обводит рукой беспорядок.

– Ты не знаешь, что случилось! Кровь, ее сотовый, эта безумная запись, которую она оставила? Ну же, это плохо!

Я беру ее за руки, глядя в глаза.

– Одри, мы должны прийти к согласию. Если им рассказать, это лишь все усложнит. Мы хотим, чтобы полиция сосредоточилась на поисках Кловер, а не какого-то тайного общества, верно? Если она все же не объявится…Тогда мы им расскажем.

После долгой паузы она кивает.

– Ладно. Я с тобой.

Облегченно выдыхаю.

– По крайней мере, мистер Уиллис уехал, – бормочет она.

– Он был бы идиотом, если б показался тут снова теперь, когда мы знаем, что за отношения были у него с Лолой. Чертов извращенец.

– Но ты сожгла фото… – Одри старается не смотреть на меня.

– Да, – тихо отвечаю я. – У него были с ней отношения, но у него алиби, он ее не убивал. Это тоже все усложнило бы.

– Но если это был не он, то ктона самом деле убил Лолу? Тот же, кто напал на Кловер? Я чувствую, что прямо сейчас мы – легкая добыча. Что, если тот, кто это сделал, вернется?

Паника Одри нарастает, и она шагает к выходу. Когда она оказывается у двери, лицом к лицу сталкивается с миссис Эббот.

У директрисы перехватывает дыхание, когда она в ужасе окидывает взглядом комнату. На цыпочках пробираясь мимо куч мусора, она в конце концов добирается до письменного стола.

– Мы позвонили девять один один, – говорю я. – Полиция едет.

Миссис Эббот стоит к нам спиной, так что я не вижу выражения ее лица. Но плечи ее под пиджаком напрягаются.

– Прошу, спуститесь и встретьте офицеров, а затем проведите их в мой кабинет. Я уверена, прежде всего они захотят поговорить с вами. Я позабочусь о том, чтобы вам никто не мешал. Теперь это – место преступления, мы не должны тут ничего трогать. – Она снова поворачивается к нам. – Вы что-нибудь трогали?

– Ну, мы… – начинает Одри.

Я прерываю:

– Нет. Мы ничего не трогали. Просто сидели на постели.

Одри удивленно приподнимает бровь.

– Ладно, спасибо, девочки. Сочувствую… вы, должно быть, так беспокоитесь о подруге. – Она хмурится, глядя на меня. – Айви, ты ранена?

– Я в порядке. Нам лучше пойти посмотреть, не приехала ли полиция. Они могут подъехать в любую минуту. – Хватаю Одри за руку, и мы идем по коридору прочь от комнаты Кловер.

Голова у меня начинает пульсировать. Я чувствую слабость, вспоминая о том, как на вечеринке меня едва не раздавило падающим зеркалом и протащило по осколкам на полу. Должно быть, это хорошо заметно, потому что Одри хватает меня за руку и останавливает.

– Ты как? Ты, должно быть, без сил. Ручаюсь, ты все еще в шоке.

Прикладываю ладонь ко лбу, и она поглаживает меня по руке.

– Голова болит, и руки горят. Я буду в порядке, честно. – Улыбаюсь, но чувствую, как дрожат губы. Я знаю, что не убедила Одри.

Как и себя. Платье вдруг становится слишком тесным, кровь засыхает коркой, отчего по коже бегут мурашки. Думаю, это не лучший вид, чтобы приветствовать полицию: вся в крови, пусть даже в собственной.

– На самом деле, не будешь против, если я догоню тебя внизу через пару минут? Я хочу просто снять это и закинуться парой болеутоляющих. – Разворачиваюсь к коридору, ведущему в нашу комнату. Одри медлит.

– Пойти с тобой?

– Нет, я быстро. Полиция приедет с минуты на минуту. Не стоит заставлять их ждать. Иди вперед, я догоню. – На этот раз я улыбаюсь намного убедительней. Она кивает и сбегает на еще один пролет.

Пока иду, рассматриваю красивое черное кружевное платье Одри, теперь порванное и грязное. Чувствую себя ужасно. Я могу лишь догадываться, сколько оно стоило, и теперь оно полностью уничтожено. Ни один портной не сможет привести его в порядок. Выдергиваю маленькое фиолетовое перо из порванного кружева у моих ключиц. Должно быть, оно осталось от флешмоба.

Жду не дождусь, когда сниму платье и избавлюсь от событий этого дня. Все прошло совсем не так, как планировалось. Пока одна иду в нашу комнату по темному коридору, слышу смех, крики и пение остальных студентов Иллюмен Холла, продолжающих праздновать Самайн[1] на территории школы. Большинство из них уже забыло, что случилось со мной на вечеринке, некоторым – все равно, и никто из них понятия не имеет, что Кловер пропала, а полиция – уже на пути сюда. Я кручу перышко между большим и указательным пальцами.

Сороки побеждают.

Открываю комнату электронным ключом, но не переодеваюсь сразу же, а иду к окну. «Кловер, где ты?» – думаю я, оглядывая территорию школы. Мне кажется, будто краем глаза я замечаю движение… но там ничего нет.

Нет, что-то есть. Это сорока. Подношу два пальца ко лбу и салютую.

И в этот момент я понимаю, что теперь ничто не будет прежним.

2 Одри

Смотрю, как Айви уходит к Дому Гелиос и нашей общей спальне, жду, пока она не скроется из виду. Резко выдыхаю. В груди тяжесть, которая уже не уйдет… Но я точно знаю ее причину. Я не слишком хорошо знала Кловер, но слышала запись на ее телефоне:«Прочь от меня… Нет… стой… помогите!»Я чувствовала ее ужас. Надеюсь, мы быстро ее найдем.

«Умоляю, будь в порядке».

Я не могу думать о крови в ее комнате или о предупреждении, которое Кловер оставила нам в своем подкасте. Мне хочется ударить себя за то, что я ее не слушала.

Может быть, тогда Айви не сожгла бы фото мистера Уиллиса и Лолы. Надеюсь, он убежал далеко-далеко отсюда и мы никогда его больше не увидим. И все же два вопроса все еще крутятся в голове.

«Если мистер Уиллис не убийца, тогда кто убил Лолу Рэдклифф?

Кто еще замешан в этом?»

Я заставляю себя встряхнуться. Сейчас приедут копы. Это они должны во всем разобраться. Мне всегда казалось неправильным не пойти к властям и не позволить им разобраться с мистером Уиллисом. Особенно после того, что случилось со мной дома…

Я не хочу вновь скрывать что-то от закона. Наше участие в этом окончено. Мы с Айви можем вновь сосредоточиться на том, чтобы просто быть самими собой, а не заговорщиками-детективами. На мгновение я позволяю себе подумать о том, какой могла бы быть наша дружба без «Общества сороки». Она могла бы быть действительно впечатляющей.

Ноги несут меня на автопилоте, пока я сбегаю по извилистым лестницам к вестибюлю. Пару раз ловлю себя на том, что оглядываюсь: хотя теперь я знаю школу намного лучше, спальня Кловер в той части здания, которую я не успела хорошенько обследовать. Мне хотелось бы остаться с Айви. После того, как увидела ее настолько испуганной, я сама перепугалась еще сильнее.

Жутко, когда никого нет в коридорах. Всякий раз, проходя мимо окна, я посматриваю на задний двор школы. Вечеринка в честь Самайна продолжается, мои сокурсники толпятся вокруг огромного костра. О чем они все думают? Если ли у них собственные теории насчет флешмоба? Полагаю, когда копы подъедут ко входу, начнут разбегаться слухи.

Меня бесит то, как коридоры, кажется, сдвигаются и меняются, так что даже не сразу понимаю, что оказываюсь в знакомом месте – на главной лестнице. Вздыхаю с облегчением.

Мчусь вниз мимо украшений: тыкв и осенних венков. Теперь, при ярко горящем свете, все это кажется неуместным, атмосфера теряется.

– Одри!

Резко разворачиваюсь на полпути к парадному входу через выложенный плиткой вестибюль, мои каблуки гремят по камню. С обеспокоенным выражением лица ко мне подлетает Тедди.

– Миссис Эббот нашла вас?

– Да, нашла. В комнате Кловер. Я спустилась ждать копов. – Кажется, я не могу заставить свои руки не дрожать.

Он бледнеет.

– Полиция? Почему?

Бросаю обеспокоенный взгляд вокруг, но вестибюль пуст… если не считать странных скульптур из тыкв и снопов сена, расставленных по углам. У меня вдруг перехватывает дыхание, когда связки сухой травы, кажется, колышутся, как будто в них кто-то есть. Но, пока я смотрю, они полностью замирают. Я просто придумываю. У Одри паранойя.

– Ты в порядке? – Тедди тянется и берет меня за руку, возвращая в реальность. Я моргаю.

Притягиваю его руку ближе, и он заключает меня в объятия, его сильные руки обхватывают мои плечи. Я на грани нервного срыва, потому что именно так нынешняя Одри реагирует на травму. Когда-то она была сильной, но теперь она не может сдержать эмоций.Да пошла она. Я должна быть сильнее. Мне все же удается отвести свои эмоции от края обрыва, обретя контроль над собой. Копы ни за что не воспримут всерьез всхлипывающую девчонку.

Первое лицо, которое вспыхивает у меня в голове, это лицо Айви: сильное и серьезное, всегда готовое к действию. Если я потеряю выдержку, я ее подведу. Так что я собираюсь с силами и отстраняюсь от Тедди.

– Это Кловер, – говорю я. – Она пропала.

– Ты серьезно? – Глаза у Тедди широко распахнуты. Волосы прилипли ко лбу: он явно бежал, пытаясь стать посредником между нами и миссис Эббот. – Я ждал, когда вы вернетесь на вечеринку. Как Айви?

– Она… напугана. Но на вечеринку мы не вернемся. Я должна встретить полицию тут и проводить их в кабинет миссис Эббот.

– Я подожду с тобой.

– Ты не должен. Можешь вернуться…

Он фыркает.

– Ни за что. Я беспокоюсь. – Он откидывает волосы с моего лица. Ручаюсь, я выгляжу как абсолютная катастрофа.

– Пойдем, проверим снаружи, посмотрим, не там ли копы.

Он кивает, берет меня за руку и толкает двойные двери.

Снаружи холодно: студеный осенний воздух пробирает до костей. Я обхватываю себя руками. Тедди снимает свою куртку и набрасывает ее мне на плечи. Я едва не смеюсь над тем, насколько это шаблонно… но я не против некоторой доли джентльменского отношения. Фасад школы погружен во мрак, дорога перед нами уходит в непроглядную тьму. Вдалеке, на другом конце поля, слышны смех и музыка, в небо поднимается дым. Кто-то раздает бенгальские огни.

– Как думаешь, что случилось с Кловер? – спрашивает Тедди.

В голове у меня – полный сумбур.

– Понятия не имею.

– Да ладно… Ты должна что-то знать. Иначе зачем бы вы пошли в ее комнату?

Я плотно зажмуриваюсь. Это самое худшее. Мы пошли туда, чтобы выступить против нее. Тогда как все это время она была в опасности.

– Мы думаем… Мы думаем, она вычислила убийцу Лолы, и, кто бы это ни был, он угрожал ей. Напал на нее. – Я всхлипываю. – Я так боюсь за нее… Она, должно быть, в ужасе. Ты ведь тоже слышал ее последний подкаст.

Тедди молчит мгновение.

– Возможно, все не так плохо, как ты думаешь…

Меня удивляет его прохладный тон.

– Тебе не страшно за нее?

Он хватает мою руку.

– Нет, вовсе нет. Просто Кловер уже делала так раньше. В прошлом году она исчезла дня на три. Оказалось, она уехала в Манчестер, чтобы участвовать в протестах, и просто никому ничего не сказала. Это в ее духе. Ее родители даже не подали заявление о пропаже.

Теперь моя очередь помолчать. Особенно после того, как в конце длинной подъездной аллеи появляются фары темного седана. Не видно мигающих красно-синих огней… но, опять же, на дороге нет никого, кому они могли бы сигналить. Желудок у меня переворачивается, алкоголь выбивает из колеи, заставляя дрожать. Айви должна была знать о склонности Кловер к таким исчезновениям. Этот случай был совершенно иным.

На этот раз там была кровь.

Я делаю шаг вперед, Тедди остается на месте. Машина притормаживает, и двое в костюмах выходят из нее: мужчина и женщина.

– Вы копы? То есть… полиция? – спрашиваю я.

– Да. Я – инспектор уголовной полиции Шинг, а это констебль Коупленд, – говорит женщина. – Мы получили звонок о беспорядках и о возможной пропаже человека.

На имя мужчины я обращаю особое внимание. Это тот, у кого Кловер брала интервью для подкаста. Затем я киваю.

– Прошу, следуйте за мной.

– Стойте! – кричат из темноты у меня за спиной. Бонни бежит к нам, скользя по траве. В своем ярко-красном платье и туфлях на каблуках она выглядит невменяемой. – Что происходит? Зачем тут полиция? Это из-за подкаста?

– Возвращайся на вечеринку, Бонни, – говорит Тедди.

Мужчина-полицейский переводит взгляд с меня на Бонни и обратно.

– Прошу, идемте со мной, – повторяю я. – Наша директриса, миссис Эббот, попросила меня проводить вас в ее кабинет.

Он кивает, и они направляются за мной. Бонни бежит галопом, чтобы догнать нас.

– Ты что делаешь, Одри? – шипит она. – Это обязанности Араминты. Она староста.

– Араминты это не касается. Скажи ей, чтобы пока держала всех снаружи.

– Ты не можешь мне приказывать.

– Ладно, делай что хочешь, Бонни. Но у меня есть задача… Она состоит в том, чтобы провести этих людей в кабинет миссис Эббот. Увидимся позже. – Я слегка разворачиваюсь от нее.

Бонни и в самом деле в такой ярости, что топает ногой.

Но уходит в направлении вечеринки.

– Извините, – говорю я копам.

Они не отвечают, и мрачные выражения их лиц угнетают меня. Я прибавляю шаг, ведя их через большие двойные двери вглубь Иллюмен Холла. Смотрю на портрет, который первым приветствовал меня всего пару месяцев назад. Теперь я знаю, что это – леди Пенелопа Деберт, дочь одного из директоров, стоявшего во главе школы в девятнадцатом веке, которая позаботилась о том, чтобы школу могли посещать девочки.

Резко останавливаюсь, и копы врезаются мне в спину.

– Одри? – Тедди смотрит на меня с тревогой.

Я замешкалась.

– Прошу прощения… сюда. – Но я не могу игнорировать то, что вижу. Над плечом женщины на портрете есть то, чего, клянусь, я никогда не видела раньше. Сорока.

И она смотрит прямо на меня.

3 Айви

Я натягиваю одну из своих старых толстовок, ту, в которой я прорезала в рукавах отверстия для больших пальцев и которая все еще слегка пахнет лосьоном после бритья Тедди – древесным дымом и морскими брызгами, – и надеваю пару легинсов.

Поднимаю с пола платье Одри. Оно в ужасном состоянии. Не думаю, что какая бы то ни было химчистка спасет его: оно в крови, а теперь еще и воняет мылом после моих попыток отмыть руки. Запихиваю его в пластиковый пакет и бросаю в дальний угол моего шкафа. Одри так богата, что, вероятно, не заметит, если так и не получит его обратно.

Постель выглядит невероятно соблазнительно. Я чувствую себя так, будто меня сбил грузовик. Забравшись под одеяло, я могла бы уснуть на много часов. Но мне нужно найти Одри и обязательно услышать то, что скажет полиция.

Проверяю телефон на случай, если Кловер удалось отправить послание. Но там ничего нет.

Я направляюсь в кабинет директрисы, где меня встречают бесстрастные лица двух полицейских, стоящих у двери миссис Эббот рядом с Одри. Один – довольно широкоплечий мужчина с ручкой и бумагой наготове, так старомодно, другая – женщина-офицер с лицом несколько мягче, хоть и неулыбчивым. Кабинет с его застекленным фасадом выглядит мрачно и угрюмо. Я чувствую вставший в горле ком, когда до меня доходит серьезность происходящего. То ли ком… то ли меня вот-вот вырвет.

Одри улыбается, заметив меня.

– Айви, слава богу, ты пришла. Эм… – Она бросает взгляд на двух офицеров. Она явно забыла их имена. – Это Айви Мур-Чжан. Она моя соседка по комнате. Мы вдвоем ходили в комнату Кловер.

– Значит, это вы – юная леди, позвонившая в полицию, – говорит мне мужчина.

Киваю. Меня раздражает это отеческое «юная леди».

Позади меня по каменному полу стучат каблуки миссис Эббот. Она жмет руки полицейским и открывает свой кабинет в могильном молчании. Я натягиваю рукава худи пониже на руки. Ловлю взгляд Одри, которая морщит нос, когда миссис Эббот включает свет и приглашает нас всех внутрь. Как будто Одри чует что-то плохое.

– Присаживайтесь все.

Мы с Одри садимся на сиреневый бархатный шезлонг рядом с огромным книжным шкафом миссис Эббот, а полицейские занимают стулья перед ее столом.

Женщина-офицер заговаривает первой.

– Я – инспектор уголовной полиции Шинг, это – констебль Коупленд. Мы занимаемся уголовными расследованиями в этом районе. Сегодня вечером нам позвонили по поводу пропавшего студента, это так?

Я удивлена. Они послалидетективов? И не просто детективов, а детектива, у которого Кловер брала интервью. Очевидно, что после смерти Лолы возникла необходимость разобраться во всем безотлагательно, и на этот раз они не хотят рисковать.

Ручка констебля Коупленда занесена над блокнотом, и он выжидающе смотрит на миссис Эббот.

– Да. Ученица десятого класса Кловер Мирт. Как видите, этим вечером мы празднуем наш ежегодный праздник Самайн, и Айви с Одри известили меня о том, что Кловер пропала во время вечерних событий. – Миссис Эббот говорит своим самым лучшим официальным тоном. Как будто пытается произвести впечатление на детективов. Это сразу же вызывает раздражение.

– Девочки, вы не против, если мы зададим несколько вопросов? – Инспектор Шинг поворачивается к нам.

– Ага, – отвечает Одри.

– Когда и как вы заметили, что Кловер нет?

– Мы пошли искать ее, когда прослушали ее последний подкаст и поняли, что на вечеринке ее нет. Когда мы пришли в комнату, она выглядела совершенно разграбленной, – выпаливаю я на одном дыхании.

– Я знал, что этот подкаст – плохая новость, – бормочет констебль Коупленд. – А теория о какой-то птичьей группе, защищающей школу? Вот она, разница между детективами и девочками-подростками.

– Итак, прошло всего несколько часов? – спрашивает инспектор Шинг, опуская взгляд на часы.

– Даже меньше, – говорит Коупленд. Он выдыхает, явно борясь с желанием закатить глаза. Этого человека ни на йоту не волнует исчезновение Кловер. Его напарница бросает на него мрачный взгляд: вероятно, она понимает, что он производит совершенно неподходящее впечатление.

– Я думаю, нам лучше осмотреть комнату Кловер, пока все студенты не вернулись с вечеринки. Похоже, у вас там большой праздник! Когда я училась в школе, у нас не было ничего подобного. Хотя, опять же, я училась в местной общеобразовательной школе. Ничего столь грандиозного, как у вас. Вы не могли бы проводить нас, миссис Эббот? – Шинг встает со стула.

– Конечно. – Миссис Эббот тоже встает, выпроваживая их из своего кабинета. В дверях она оборачивается и пристально смотрит на нас. – Вы пока оставайтесь здесь, девочки. Уверена, полиция захочет поговорить с вами подробнее, когда осмотрит место происшествия.

Как только дверь закрывается, мы с Одри откидываемся на диван.

– Не буду врать, Айви, это навевает на меня ужасные воспоминания. Такие разговоры с детективами. Я не делала этого с тех пор, как… – Она прикусывает кончик ногтя на большом пальце.

– О боже, конечно! Прости, для тебя это ужасно, – говорю я. – Стоило перед этим выпить еще немного, – улыбаюсь ей, пытаясь подбодрить.

Одри пожимает плечами.

– Как думаешь, что происходит на самом деле? Просто что-то тут не сходится. Как насчет «Общества сороки»? Они должны бытькак-то вовлечены. Татуировка сороки на спине Лолы, этот флешмоб, предупреждение Кловер в подкасте, а теперь – это приглашение…

Я внимательно осматриваю кабинет миссис Эббот и замечаю камеру видеонаблюдения, красиво устроившуюся в углу комнаты. Киваю в ту сторону, чтобы предупредить Одри, что за нами наблюдают. Она замечает камеру и закатывает в ответ глаза.

– Мы должны быть осторожны, Одри. Мы не знаем, кто за этим стоит и насколько они могущественны. Если сделаем хуже, мы следующие. Ты ведь понимаешь это, да? – Я понижаю голос до шепота. Она пристально смотрит на меня, затем кивает.

Какое-то время мы сидим молча. Я все еще слышу студентов снаружи и глазею в окно в надежде увидеть что-то, что разгрузит мой галопирующий мозг. Звезды этим вечером такие яркие, и луна освещает идеально подстриженные кусты, растущие по краям подъездной дорожки. Идеальная ночь для Самайна. Но как только я смотрю на фонтан, я замечаю кого-то за ним. Темно, и я не могу рассмотреть, как следует, но похоже на…

Нет. Не может быть.

Шлепаю Одри по руке и указываю на улицу.

– Это?..

– О боже! Похоже на мистера Уиллиса, – говорит она, задохнувшись.

– Почему он еще не уехал? Он прямо сказал, что уезжает, несколько часов назад!

Мы наблюдаем, как он открывает багажник своего мини, швыряет что-то внутрь, затем шагает по направлению к вечеринке.

– Мне кажется, момент для этого слишком подозрителен. Мы выясняем, что Кловер знает об отношениях мистера Уиллиса и Лолы, и вот она пропадает.

– А он возвращается, – зловеще добавляет Одри.

Мы подскакиваем, когда возвращаются миссис Эббот и оба детектива.

Взгляд миссис Эббот говорит мне, что она хочет задать еще вопросы… Но когда полиции ужене будет поблизости.

Констебль Коупленд протягивает руку миссис Эббот для пожатия.

– Как мы и сказали, будем на связи, если понадобится еще информация или возникнут новые вопросы, но на текущий момент мы сделали все, что могли.

Миссис Эббот берет его руку и улыбается в ответ.

– Погодите, вы что, не хотите больше ничего спросить? – говорю я.

– Не сейчас. У нас нет никаких свидетельств преступления. Я уверен, что Кловер рано или поздно появится. Мы свяжемся с ее родителями, чтобы убедиться в том, что она просто не вернулась домой, но… Ну, подобное случается часто.

Инспектор Шинг прячет руки в карманы.

– Особенно в этих роскошных школах-интернатах, – чирикает констебль Коупленд. – Возможно, придется вернуться и поговорить о том, что не нужно напрасно тратить время полиции.

– Погодите, вы что, считаете, что мы напрасно потратили ваше время? – в отчаянии спрашивает Одри.

– Прошу прощения, наша подруга пропала, а вы не собираетесь делать с этим ровным счетомничего?Я знаю Кловер… она бы не исчезла просто так! – в отчаянии говорю я. Чувствую, как Одри смотрит на меня, но не оглядываюсь.

– Мы сделаем все, что в наших силах.

Констебль Коупленд начинает меня раздражать: он так уверен в себе и своих дерьмовых детективных способностях.

– Мы просто беспокоимся о нашей подруге. Лучше уж перебдеть, верно?

Признаю поражение. Они явно не принимают нас всерьез, а я не собираюсь ссориться или выдавать всю информацию, которая у меня есть. Кажется, им вообще все равно. Они оба поворачиваются, чтобы уйти, и я опускаю руки.

– Что ж, тогда все решено. Если завтра новостей по-прежнему не будет, дайте нам знать.

– Нет… Вы не можете уйти! – кричит Одри у меня за спиной. – А как же кровь?

4 Одри

Мое сердце бешено колотится. Констебль Коупленд хмурится.

–Кровь?

– На столе Кловер… – начинаю я, но Айви пинает меня по ноге. – Ой!

Айви поднимает взгляд на мужчину и улыбается.

– У меня на лбу, – говорит она. – Одри об этом. У меня был лоб в крови после того, как зеркало упало и сбило меня с ног, но я все вытерла до того, как вы пришли туда. Я залила весь стол Кловер… честно говоря, я залила там все.

– Мы не видели никаких следов крови, – говорит инспектор Шинг, переводя взгляд с Айви на меня и обратно.

– Говорю же… я все вытерла, – быстро отвечает Айви.

– Мне казалось, вы сказали, что ничего не трогали? – говорит миссис Эббот. Жилка у нее на лбу грозит лопнуть.

– Я касалась только собственной крови. Подумала, что нужно стереть ее всю, раз уж она не относится к исчезновению Кловер, решила, это только все усложнит.

С трудом верю тому, что слышу, но я слишком ошарашена, чтобы спорить.

– Знаете что? Уже поздно, я провожу вас, – говорит миссис Эббот, изо всех сил пытаясь увести полицию от нас. Инспектор Шинг странно смотрит на меня. Миссис Эббот подталкивает ее к двери, затем поворачивается к нам. – Уверена, вы, девочки, найдете дорогу в свою комнату?

Мы киваем, выходим из ее кабинета, едва волоча ноги, и она закрывает за нами дверь. Мы с Айви ждем, пока полицейские оказываются вне зоны слышимости.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но Айви останавливает меня.

– Не тут… Идем.

Она хватает меня за руку и тащит в темную комнату напротив кабинета миссис Эббот. Я вваливаюсь внутрь, спотыкаясь, хватаюсь за один из столов – должно быть, это класс, в котором я еще не была, – затем плюхаюсь на стул.

– Что за черт, Айви?

Она садится напротив.

– Я запаниковала, – говорит она, прикусывая губу. Ее взгляд мечется из стороны в сторону, как будто она пытается решить математическую задачу, которой я не вижу.

– Почему ты соврала про кровь? Это не ты залила кровью стол… кровь уже была там. Мы это не придумали! Как же вышло, что ее там нет?

– Я не знаю.

– Но она была, ведь так?

Айви бросает на меня разъяренный взгляд и закатывает глаза.

– То есть ты согласна. Хорошо. Тогда я повторяю: Какого. Черта? Это миссис Эббот подтерла ее перед приходом полиции? Но это же сокрытие улик. Мы должны рассказать копам, что мы видели в точности так, как мы это видели, чтобы у них был хоть какой-то шанс найти Кловер. Я не понимаю, почему ты остановила меня!

– Потому что, давай смотреть правде в лицо, они нам не поверят. Ты слышала, они уже считают нас чопорными девочками из школы-интерната, любительницами драм. Они решат, что мы это все выдумали для смеха, или найдут способ повернуть все так, чтобы свалить вину на нас.

– Тогда мы могли бы сказать им о сорочьем письме. Этодоказывает, что в историю вовлечен кто-то еще…

– Мы даже не знаем, как давно у Кловер появилось это приглашение. Что, если это было частью расследования для подкаста? И, послушай, как ты считаешь, это будет звучать для полиции? Тайное общество, скрытное и защищающее школу? – Айви качает головой. – Это звучит нелепо. Может быть… – Она делает глубокий вдох. – Может быть, они правы. Может, утром мы получим вести от Кловер. – Она ерзает и вынимает из кармана телефон.

– Она уже делала так раньше, верно? Или нечто подобное?

– В смысле? – резко спрашивает Айви.

– Убегала.

– Кто тебе такое сказал?

– Тедди.

Айви вздыхает.

– Да, убегала. Несколько раз. Но я согласна с тобой: язнаю, в той комнате случилось нечто странное. У меня такое чувство, будто Кловер в опасности. И я не думаю, что полиция в этом нам поможет.

– Почему нет? Меня бесит такое отношение. Никто не хочет идти к копам, первый порыв у каждого – прикрыть дерьмо, лишь бы не оказаться в центре внимания или под обвинениями. Но это так не работает. Я была в подобной ситуации, помнишь? Полиция знает, что делает. Они смогут помочь. Если Кловер в опасности, мы обязаны сделать это ради нее.

Глаза Айви сверкают.

– Не очень-то они помогли со смертью Лолы, а? Почему на этот раз все должно быть иначе? Это еще одна пропавшая девушка-тинейджер. Я тебе точно скажу, насколько полиции будет не все равно.

Она сжимает большой и указательный палец в кольцо.

Через несколько ударов сердца я киваю.

– Ладно. – Затем я склоняюсь на стуле вперед. – Так что собираемся делатьмы?

Айви встает.

– Не знаю, как ты… но я хочу пойти спать.

– Но как же мистер Уиллис?

– Одри, – огрызается она. Но затем смягчается: – Прости. Уже поздно. Меня едва не убило зеркалом. У меня все болит. Давай отложим расследование до утра. По крайней мере, у меня прояснится голова и мы сможем составить план. – Она берет меня за руку. – И я обещаю, план будет. Я не успокоюсь, пока Кловер не вернется в целости и сохранности.

Я колеблюсь.

– Ладно, – соглашаюсь наконец.

Следую за ней вон из комнаты и едва не наступаю ей на пятки, когда она резко останавливается. Миссис Эббот ждет у своего кабинета. Я хмурюсь и морщу нос, когда снова чувствую запах: хлористый, будто кто-то вернулся из бассейна.Странно.

– Хотела убедиться, что вы, девочки, благополучно вернулись в свою комнату. Но вы не ушли далеко.

Айви пожимает плечами.

– Прошу прощения, мисс. Мне стало немного дурно. Одри захотела, чтобы я посидела. Но сейчас мне уже лучше.

– Пойду принесу ей содовой из столовой, – говорю я.

– Нет… у вас, девочки, достаточно волнений на сегодня, и я не хочу, чтобы вас отвлекали завсегдатаи вечеринок. Я попрошу кого-то из кухонного персонала принести вам что-нибудь.

– Спасибо, – говорит Айви, и я киваю. Затем мы быстро оббегаем директрису и возвращаемся в нашу общую комнату.

– С ней точно что-то не то, – говорю я, едва мы оказываемся вне зоны слышимости. – Ты это почувствовала? Как отбеливатель или что-то вроде.

– От миссис Эббот, да? Я тоже почуяла. Но не стоит бежать впереди паровоза. Как я и сказала, отдохнем и подумаем утром.

Айви взбегает по первому лестничному пролету, когда сверху раздается голос:

– Подумаем о чем?

Выше по лестнице появляется разъяренное лицо Араминты. Ее обычно уложенные волосы растрепаны, щеки раскраснелись от гнева. В своем блестящем платье она похожа на разъяренного ангела.

– Что происходит? Почему тут была полиция? Почему никто мне ничего не сказал?

– Не все на свете касается тебя, Минти, – говорит Айви. Я встаю рядом, сложив руки на груди. Усталость наваливается на меня тонной кирпичей.

– Не надо мне тут этих «минти». Говорите, что знаете. Я староста!Не ты, Айви. Или ты забыла?

– То, что ты староста, не значит, что это – твое дело, – отвечает Айви.

– Старосты всегда в курсе! Миссис Эббот обращалась кСэди по любому поводу.

– Ну, не моя вина, что ты такая неудачница. – Айви мчится по ступеням мимо Араминты.

– Вы испортили мое первое большое школьное мероприятие! Я знаю, что вы задумали. Вы хотите целый год топить меня как старосту, да? Айви Мур-Чжан, не знаю, что ты имеешь против меня, или ты настолько хороша, что не можешь вынести того факта, что кто-то другой стал старостой вместо твоей бесценной Лолы. Но, богом клянусь, я превращу твою жизнь в кошмар, если ты не скажешь мне, что за чертовщина тут творится.

Айви щурится, и я делаю резкий вдох. Когда она отвечает, голос ее холоден.

– Лола поставила себе целью подружиться со всеми в школе… Не рассориться. Ты постоянно ведешь себя так, будто ты – лучше всех. Может, тебе стоит пересмотреть свою роль конченой стервы?

Араминта отшатывается, словно ей дали пощечину. Айви стремительно поднимается по лестнице, но, проходя мимо Минти, я касаюсь ее руки. Ее круглые голубые глаза блестят, как будто она вот-вот заплачет. Мне ее почти жаль. Нет, вычеркнем это… Мне ееи вправду жаль. Она во тьме. Я знаю, каково это.

– Это Кловер, – тихо говорю я ей. – Она пропала.

– Что, серьезно?

– Да. Но полиция взялась за дело.

Араминта вглядывается в мое лицо, затем кивает.

– Спасибо, что сказала. Пойду проверю, в порядке ли ее соседки по комнате.

– Отличная идея. – О них я даже не подумала. В памяти вспыхивает юная светлая девочка с длинными темными волосами и в очках с толстыми стеклами. Она казалась милой. Лира как ее там? Ей потребуется кто-то вроде Араминты, чтобы уверить в том, что она в безопасности. – Мне пора…

Я срываюсь по ступеням за Айви раньше, чем Араминта успевает выпытать у меня что-то еще.

– Ты серьезно сделала это? – спрашивает Айви, не оборачиваясь, когда я нагоняю ее.

– Подумала, стоит бросить ей кость. У нее тоже была тяжелая ночь.

– Она этого не заслуживает.

– Может, нет. Но она присмотрит за соседками Кловер. Это займет ее… И уберет с нашей дороги.

Мы останавливаемся у спальни. Трудно поверить, что всего лишь несколько часов назад мы выходили отсюда, смеясь и хихикая.

Айви открывает дверь.

– Одри?

Я следую за ее взглядом. На полу лежат два письма с нашими именами, выписанными замысловатым почерком.

Я сразу же узнаю письма. Точно такие же, как то, что мы нашли в комнате Кловер.

Приглашения в «Общество сороки».

5 Айви

Мы молча стоим, не прекращая вертеть в руках приглашения. Они толстые, с тиснеными буквами… Они дажеощущаются важными.

– Что нам теперь делать? – Одри поднимает карточку, на ее лице написано смущение. Самой мне кажется, что в голове у меня пусто, и я прилагаю невероятные усилия, чтобы сосредоточиться на ситуации. Потираю виски и выдыхаю.

– Если честно, я слишком устала, чтобы даже думать об этом. Голова все еще трещит. Давай положим их туда, где нашли дневник Лолы, и вернемся к ним завтра. Разве нам еще недостаточно на сегодня?

Забираю приглашение из дрожащей руки Одри. Опускаюсь на колени у ее письменного стола, щелкаю деревянной панелью, и она повисает на своих петлях. Я кладу карточки глубоко в нишу.

– Давай немного поспим! – И падаю на постель, даже не раздевшись.

– Все же будет хорошо, да? – говорит Одри. Она роняет свое дорогое платье на пол бесформенной грудой, прежде чем тоже плюхнуться на кровать.

– Честно? Не знаю. Просто надеюсь, что к утру все прояснится.

Мне кажется, что едва моя голова коснулась подушки, как меня уже будит стуком в дверь миссис Парсонс.

– Пора вставать и одеваться, девочки.

– Что горит? – бормочу я.

– Вы должны немедленно пойти в спортзал.

– Но у меня нет уроков физкультуры, – невнятно сквозь сон отвечает Одри. – Можно я посплю еще чуть-чуть?

– Не сегодня. Полиция вернулась… и они хотят поговорить с вами.

Это привлекает наше внимание, и события вчерашнего дня стремительно возвращаются. Миссис Парсонс вскидывает бровь и закрывает за собой дверь.

Издаю стон, сбрасывая простыни и протирая опухшие глаза. Это безжалостно. Приглашения, которые мы спрятали в стену, взывают к нашему вниманию, пульсируя, словно тайные удары сердца, но сейчас нет времени думать над этим.

– Полиция вернулась? – Одри вскакивает и сует ноги в розовые пушистые тапочки, направляясь к гардеробу. – Прошлой ночью они не были убеждены в том, будто что-то случилось. Интересно, что изменилось?

– Понятия не имею. Может, они разузнали что-то о Кловер? Ручаюсь, миссис Эббот выбрала спортзал, чтобы публично продемонстрировать, как серьезно она к этому относится.

– Или убедиться в том, что она контролирует то, как мы получаем информацию.

Удивленно смотрю на нее.

– Ты быстро учишься! – Надеваю свои серые спортивные штаны и толстовку в тон, затягиваю гладкий черный боб в низкий хвост и, глядя в зеркало, провожу пальцами по мешкам под глазами.