Эд и Шут знает кто

Глава седьмая

А по сути, я ему тогда поведал обо всей своей жизни.

– И даже в гапе, прикинь! Даже в гапе!.. Ведь ты же знаешь, что такое – гап?

Так пацаны называли училище, в стенах которого… Хм, эту фразу – в стена́х нашего училища – директор ежедневно, да не по разу, любил повторять на линейке.

В общем, суть моего рассказа сводилась к какой-то неизлечимой мути.

– Вот такая она – муть моего рассказа! Ни разу: ни – до, ни – после… Да и в самый момент!.. – И с горечью махнул рукой.

Рассказал, как мама в юности оберегала меня от разных, что называется, искушений. Как прожил жизнь под её строгим надзором до сорока полных лет.

– А ведь влюбчив был, подлец! – донимал я своими россказнями до зела присмиревшего соседа. – Первый раз ещё дошкольником втюрился в одну красотку. Так по ней тогда все – от первоклашек до памперсников – бедняжки чахли. В туберкулёзном санатории… М-да… Ха, вот почему, наверное, они так долго исцелялись! – расхохотался я – Ну, и в школе, конечно… И – где бы ни работал… И даже в церкви… Но не поверишь – ни-ни! Даже не целовался.