Её (мой) ребенок

Глава 33. Доказательства

Нам мокро и горячо…

Барьер сломан! Всё. Обратного пути не будет. И мы жадно целуемся, не в силах оторваться друг от друга. Боясь это сделать! Потому что теперь придется вернуться в нашу сломанную реальность и попробовать отреставрировать эти развалины.

Но… у нас в головах разная архитектура и это пугает! Возможно, ее еще больше чем меня.

Поэтому, мы снова и снова впиваемся друг в друга — нежничаем и кусаемся, оттягивая момент возврата.

Как же я скучал по этим её контрастам!

На мгновение отрываюсь, чтобы набрать воздуха.

— Я люблю тебя! — выдыхаю ей в губы, втягивая снова в поцелуй. — Ты так нужна мне!..

Контроль над руками давно потерян. Они нахально изучают ее прекрасное, самую малость округлившееся в манящих местах тело.

Моё полотенце давно слетело, и мы в паре ловких движений от того, чтобы…

— Лёва… Лёва… — шепчет она, ловя мои руки.

— Ох, заткнись, Кошка, ради бога! — исступленно бормочу я. — Пусть это случится…

— Лёва, Аленка!

— Не зайдёт, — кусаю ее за шею. — Женька не идиот…

— Нет!.. Я так не могу! — задыхаясь шепчет она.

Рычу от нетерпения!

Обхватывая крепче, поднимаю ее. И держа под бедра, несу в ванную.

— Айдаров, тормози! — начинает приходить она в себя.

Но её глаза так блестят, что я не могу притормозить. И не позволяя ей съехать, замыкаю дверь.

Разгоряченные и обнажённые, мы смотрим друг другу в глаза.

— Каждую ночь я фантазировал это… — признаюсь я, ведя пальцем по ее губам. Прижимаюсь к ее лбу своим.

Про себя умоляю, чтобы «не вспомнила» о контрацепции. Потому что резинка у меня здесь только одна. И она покоцанна. А после ее признания о тяжёлой беременности, я в такие игры играть не готов… Она должна решиться на это только сама.

А если она потребует это от меня, то, увы, ничего сейчас не будет. Да и потом — не факт.

И я делаю все от чего она раньше отключалась и кайфовала. Так как она любит! Я помню всё-всё…

Но в последнее мгновение, Кошка снова меня тормозит.

— Стой-стой…

На эмоциях, с рычанием заряжаю ладонью по стене.

— Ян!..

— Я боюсь, что у нас ничего не получится, — шепчет она.

— Ооо, поверь мне, я справлюсь с задачкой!

— Я не про это, дурак!

Обиженно отталкивает.

— Кошечка моя… Ну почему?.. — целую ее в ладошку.

— Я уже сказала…

— Доверие и уважение?

— Да.

— Я буду над этим работать… — ловлю её губы.

— Ты сейчас что угодно пообещаешь, Айдаров! — упирается в мои плечи, уворачиваясь от поцелуя.

— Ну что тебе нужно? Какие еще доказательства?! — вжимаю в стену, не позволяя выкрутиться.

— Да не знаю я!

— Окей!..

Вся моя кровь сейчас отлила «к югу», поэтому башка не соображает. И я не нахожу ничего лучше очень опасного и идиотского хода.

Дотягиваюсь до своих джинсов, лежащих на стиральной машине, вытаскиваю из кармана потыканную резинку.

Зажимая между указательным и большим подношу пакетик к её лицу.

— Вот.

Марьяна подозрительно ведет бровью. Присматривается к пакетику фольги.

— Не поняла…

— Я хотел лишить тебя выбора. Но… не буду этого делать. Никогда.

Ее глаза шокированно распахиваются. Дошло… Разглядела.

Она выдергивает квадратик из моей руки.

— Ты!!.. — с угрозой в голосе.

Швыряет мне в грудь.

— Эй… эй… — сдаваясь раскрываю ладони. — Я одумался!

— Наглый… — прищуривается она опасно. — Неадекватный… Самонадеянный… гад! С чего ты взял, что я вообще тебя захочу?!

Ухмыляюсь, делая шаг назад. Оглядывая ее с ног до головы.

— Ну не ошибся же! — пожимаю плечами.

Я провоцирую, да!

Потому что мы сейчас подерёмся и будем горячо любить друг друга у этой стены. Все, как она обожает! И я готов играть в эту игру бесконечно.

Срывая с радиатора мокрое полотенце, Кошка с яростью, наотмашь лупит мне по плечу.

— Больно! — с шипением выдергиваю полотенце, перехватываю летящие в меня ладошки. Распинаю ее у стены. Вскрикиваю от укуса в плечо.

От эмоций едет крыша!.. Да-а-а!! Это моя бешеная кошечка!

Мне кажется, я до макушки залит тестостероном и сейчас взорвусь.

Позволяя ей беситься, крепко сжимаю, ласково целуя в шею, шепчу ей признания… нежности… и горячие пошлости. И через несколько минут она сдается, позволяя мне наконец-то добраться до нее по-взрослому.

— Ничего не получится… — вредно мурлычет мне Кошкина в ухо, задыхаясь вместе со мной. — Не тот день…

— Да и черт с ним… — затыкаю ее рот.

Разве это сейчас важно?

Мы вместе… Вот что важно! Она снова моя!