Эпоха Опустошителя. Том X

Глава 23 Ужас и трепет…

— Экстерминация…

Вот сейчас я на собственной шкуре ощутил какую ужасающую боль может нанести клинок деспота. А с тем учетом, что Ивора обладала просто чудовищной силой, вся агония увеличивалась в разы. Однако я не кричал, а истошно смеялся. Смеялся как из-за увечья, так и из-за того, что случилось дальше.

Восход Мрака и Крови…

Лицо Фиан выражало безудержную ярость и злорадство, но через секунду всё кардинально изменилось. Крылья за спиной материализовались со скоростью молнии, а стоило им распахнуться, как экстерминация начала своё действие. Всего на миг, но взор серой ужесточился. Ивора почуяла неладное и резво вырвала клинок из моего тела, но, увы, стало слишком поздно — круговая волна колоссальной энергии вырвалась в реальный мир, словно бушующая лавина. Именно она и отшвырнула прочь мою противницу в сторону, словно тряпичную куклу. За долю секунды лавина поглотила под собой не только Фиан, но и пространство разом. Местность разрушалась на глазах. Мгновение назад я стоял посреди богато украшенного большого зала, а теперь находился посреди настоящих руин. Стены обваливались, как карточный домик, ноги по колено ушли в землю, а от некогда красивой резиденции остались только воспоминания и пепелище. Особняк рассыпался и рушился на глазах, пока его охватывало свирепое пламя.

Заминка в бою оказалась секундной. Не успел я перевести дух, как часть руин разметало ураганом Света, а посреди них находилась заметно растрёпанная Ивора, которая держалась за израненную по локоть правую руку. Именно этой рукой старая сука и орудовала в бою.

— Неплохо, мерзкий выродок! — угрюмо пробасила Харалужья Дева, покосившись на ранение, но после лишь крепче сжала ладонь с клинком деспота, отчего крови выступило гораздо больше. — Вынуждена признать, что кое-какой силой ты обладаешь. Сдерживался, значит, сученыш, на Сотне… Однако подобного всё равно недостаточно! — яростно сплюнула та. — Недостаточно, чтобы убить меня или же Азаиха!

В ответ я лишь шире распахнул крылья и те вспыхнули на порядок ярче, а на лице отобразилась моя самая мерзкая улыбка.

— И тем не менее, старая сука, — провокационно заметил я, плотнее сжимая в ладонях Гаммы, которые норовили разрушиться в любой момент, — но этого хватило, чтобы прикончить одного вонючего детоубийцу!

— ТВАРЬ! — рявкнула гранд-инквизитор и с каким-то остервенением вновь двинулась в моем направлении, обнажая зубы в окровавленной и напрочь сумасшедшей ухмылке. — Хотя в твоей живучести есть плюс. Твоя лёгкая смерть, щенок, ни за что не утолит моей боли и жажды мести. Продержись как можно дольше мне на потеху!

« Мой разоритель, твоя рана! — с напряжением в голосе заметила Истра. — Она выглядит скверно и…»

— Всё в порядке, — выдохнул сдавленно я, вновь возводя облачение к прежнему уровню.

С каждой секундой крови подо мной становилось всё больше. Меч деспота разворотил не только рёбра и бок, отчего кожа и плоть под облачением повисли мёртвым грузом. Как минимум клинок вдобавок распотрошил мою селезёнку.

Однако отвлекаться сейчас никак нельзя. Ивора Фиан хоть и двигалась чуть медленнее, чем раньше, но её яростный Свет изменился. Пару секунд назад он действительно напоминал ужасающий ослепительный блеск, теперь же он превратился в самое настоящее белое пламя, а сероплащница отныне сама являлась живым огнём. Причем её стихия за долю мгновения испепеляла абсолютно всё до чего дотягивалась. Даже свирепое пламя, которое медленно пожирало резиденцию, держалось в стороне от этого мощного белого зарева.

Протест к этому моменту не кричал и не вопил, он надрывался до пронзительного оглушительного хрипа. Я и сам прекрасно осознавал, что такими темпами наша битва окончится в самое ближайшее время и если я не рискну, то оно окончится еще быстрее. Причем не в мою пользу. Ко всему прочему понимал это не только я.

« Не глупи, мой разоритель! — вышла из себя Истра, предчувствуя смертельную опасность. — Призови меня! Призови! ПРИЗОВИ СЕЙЧАС ЖЕ! Я помогу! Мы найдем другой способ, чтобы спасти твою Дурёху…»

В ответ я лишь отрицательно покачал головой.

— Нет…

« РАНКАР НЕ ГЛУПИ! ОНА МИНИМУМ МАСТИР БЕДСТВИЯ И ПИКОВЫЙ ИЕРАРХ! — спата уже не кричала, а молила. — ПУСТОТА ТЕБЕ НЕ ПОМОЖЕТ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЕЁ КОНТРОЛИРОВАТЬ ДО КОНЦА! ПРИЗОВИ И Я ПОМОГУ! ЛИБО ИСПОЛЬЗУЙ ИНЫЕ СТИХИИ. ПЛЕВАТЬ, ЧТО СНАРУЖИ МНОГО ГЛАЗ, МЫ ЧТО-НИБУДЬ…»

— Нет, малышка. Всё в порядке, — сжимая крепче Гаммы, упёрто повторил я, между делом поднимая взгляд на Ивору, которая сделала неуловимый шаг мне навстречу. — Я знаю, что надо делать…

Далее всё произошло не просто быстро. Всё произошло со скоростью света. Стихия Света стала Иворой, Ивора же стихией Света, а клинок деспота умножал их общую мощь в десятки тысяч раз.

Сумрачный Поток…

Прямо сейчас моя скорость напоминала скорость удара молнии, но скорость Харалужьей была сравнима со скоростью света. Одно невозможно было сравнить с другим и потому я опоздал. Опоздал в прямом смысле данного слова, и взбешенная противница нанесла удар первой. Единственное, что я успел сделать, так это просто выставить перед собой оружие, скрестив его.

Как следствие, первая атака сероплащницы полностью меня обезоружила. Уже во второй раз в жизни хвалёный харалуг дал слабину. Обе Гаммы попросту рассыпались в моих руках из-за мощи оружия деспота и силы белого огня. Серповидные клинки просто стали пылью. Всё та же первая атака пошла дальше и разрубила моё облачение словно холст бумаги, но тут как нельзя вовремя подоспел Восход. Крылья защитили своего хозяина и распались следом за облачением, но первый удар удалось остановить, хоть и разрубающая волна света рассекла мою грудь до самих костей. Однако смерти удалось избежать.

«РАНКАР…»

Истошный крик Руны на миг оглушил, но не свёл меня с намеченного пути.

На злобном лице серой образовалась ликующая улыбка, а её рука уже была занесена для второй и той самой завершающей атаки.

— А теперь просто… СДОХНИ, ТВАРЬ! — свирепо выдохнули мне в лицо. — СДОХНИ РАДИ МОЕГО ВНУКА!

Ярвир свидетель, у меня будет максимум секунд тридцать.

— Всё ради тебя, Дурёха… — одними губами шепнул я, стремительно выставляя скрещенные руки.

Мельчайшая доля секунды. Удар, который не был ударом. Удар, который более напоминал неуловимый росчерк света. Именно такой и предстала Ивора Фиан. Рассекающий выпад вначале рассёк кожу, после разрубил плоть, но когда росчерк света достиг костей, именно тогда всё и решилось.

Глейпнир, твой час пробил…

Убаюкивающий тихий звон золотой цепи влился в уши словно музыка. Цепи обвили руки до самых плечей и каким-то чудом заблокировали сокрушающий удар света и клинок деспота. Сильнейшая сковывающая реликвия Ушедших Эпох спокойно остановила выпад и переплелась как с клинком, так и с запястьем противницы. Отныне мы являлись одним неразрывным целым.

Ликующий оскал сероплащницы изменился на свирепое непонимание. Вот теперь пробил час не только Пут Фенрира, но и мой, а затем, расплывшись в полубезумной усмешке, я пошёл в атаку.

Третичное состояние Жажды Неистовства…

И в продолжение…

Низший Арбитр…

Всё мироздание разом переменилось. Переменилось раз и навсегда. Мир не был алым как в порывах моей одержимости, теперь он состоял напрочь из свежей крови. Именно таким был настоящим мир без помощи Истры. Без её успокоительной мощи Истребления. А Верховный Арбитр, который я разработал не так давно черпал концентрированную энергию от каждого из открытых источников. Правда, пришлось ослабить форму до самого минимума. Теплил надежду, что яростный свет Иворы перекроет данный недостаток.

Вот только мысли отошли моментально на второй план, потому как кровожадный шепот бесновался словно резаный.

НАКОНЕЦ-ТО… ЕДИНЫ! НАКОНЕЦ-ТО ЕДИНЫ… УБИТЬ! УБИ-ИТЬ! УБИ-И-ИТЬ!!! УБИ-И-И-И-ИТЬ И РАЗОРВА-А-А-А-АТЬ! УНИЧТОЖИТЬ ВСЁ ЖИВОЕ! ЛИШЬ МЫ ВАЖНЫ! ЛИШЬ МЫ…

Однако время до тотального безумия начало свой отсчет.

30…

29…

— ПРОЧЬ!!!

Почуяв неладное Ивора в третий раз занесла клинок для удара, но не для того, чтобы прикончить меня, а чтобы разрубить цепь, но единственное, что ей удалось, так это выбить сноп искр и отступить на шаг назад.

— КАК НАСЧЁТ ПРОЩАЛЬНОГО ТАНЦА, СТАРАЯ СУКА? — полубезумно загоготал я, ринувшись вперед.

Цепь плотнее сжала запястье серой и сковало ей руку теперь уже до самого локтя. Ивора вновь решила использовать свою световую скорость чтобы вырваться, но я будто тряпичная кукла отправился вслед за ней, а когда она резко остановилась и попыталась пронзить меня клинком, тогда-то всё и закончилось. В прямом смысле мы столкнулись с ней лбами, а её белое пламя испепелило напрочь мою одежду дотла, оставляя на мне лишь обугленные штаны и обнажая воочию моё сердце Опустошителя.

В это самое время руки под действием Жажды Неистовства и обострившихся инстинктов обвили Пути Фенрира прямо вокруг глотки серой. Вначале один, после еще один и третий виток стал заключительным, а затем оказавшись позади Фиан, я плотно прижал её к себе и со всей мощи, что была мне доступна сжал Глейпнир до предела.

Белое пламя свирепо заполыхало и моё собственное тело окутала просто невыносимая боль. Кожа шипела, плоть обугливалась, а Ивора медленно стала задыхаться. Оглушительно хрипя, женщина металась по пепелищу как раненый вепрь.

— ЧТО НЕ ТАК, СТАРАЯ СУКА⁈ — как от боли, так и от безумия вопил яростно я, пытаясь до предела сжать Путы Фенрира. — НЕУЖЕЛИ ТЕБЕ НЕ НРАВИТСЯ НАШ ТАНЕЦ?!!

— ТВ-А-А-А-АРЬ… — сипло завыла Харалужья Дева.

Не выпуская клинка из рук, та вдруг схватилась ладонями за цепи, но когда поняла, что это бесполезно сделала самое верно решение — старуха перехватила клинок обратным хватом и со всего маху вонзила его мне точно меж ребер. В очередной раз я услышал, как дробятся кости и горит плоть.

Восход Мрака и Крови…

Крылья снова распахнулись и попытались уберечь своего хозяина от смертельных увечий, но в столь ослабленной форме они лишь частично могли обеспечить мою защиту. Клинок деспота всё равно пробивал их и наносил одну рану за другой.

Два чудовищных зверя сцепились не на жизнь, а на смерть. Ивора задыхалась и кричала, а я смеялся от боли.

— ПОМНИШЬ АКАДЕМИЮ⁈ — рычал я, впадая в крайнее сумасшествие. — ПОМНИШЬ, КАК ТЫ НАНЕСЛА УДАР МНЕ В СПИНУ⁈ ПОМНИШЬ, КАК ЗАЩИТИЛА СВОЕГО УБЛЮДКА В ПРОШЛОМ⁈ Тогда я перед всеми поклялся жизнью и смертью, что ты поплатишься за содеянное!!! Говорил, что прикончу тебя! ГОВОРИЛ, ЧТО НАССУ НА ТВОЙ ТРУП! ТАК ЭТОТ ЧАС ПРОБИЛ! АЗАИХ ПОПЛАТИЛСЯ ЗА СВОЁ ВЕРОЛОМСТВО, ТВОЙ ВЫКИДИШ ЗАПЛАТИЛ ЖИЗНЬЮ ЗА УБИЙСТВО НЕВИННЫХ ДЕТЕЙ! НУ А ТЕПЕРЬ ПРИШЛА ТВОЯ ОЧЕРЕДЬ! Знай и подыхай, Ивора Фиан! ТЫ НИКАЯ НЕ ДЛАНЬ СПРАВДЛИВОСТИ АРОНТИРА! ТЫ ВСЕГО-НАВСЕГО ОБЕЗУМЕВШАЯ СТАРАЯ СУКА, КОТОРЫЕ ВЫЖИЛА ИЗ УМА…

До полного и бесповоротного конца осталось не больше пятнадцати секунд и лишь по истечению еще пяти движения Иворы стремительно замедлились, удары клинка, сто изрешетили моё тело, начали слабеть, а стихия света медленно погасла. Пару мгновений женщина всё еще стояла на ногах и долю вдоха спустя завалилась лицом вперед, а её последние слова больно резанули слух и сердце некогда могущественной Харалужьей Девы остановилось.

— Мерзк-а-а-а-а-ая тва-а-а-а-арь…

Кровавый мир отступил в самый крайний момент — отменить Жажду Неистовства удалось в последнюю секунду. Так мы и лежали еще некоторое время посерди руин резиденции — я сжимая до предела цепи, задыхаясь и содрогаясь от боли, а подо мной задушенная Ивора Фиан.

— Передавай от меня привет своему ублюдку детоубийце, старая сука…

Изо рта вдруг вырвался яростный и наполненный агонией рёв, до ушей донесся мерзкий хруст и одним движением я оторвал уже мёртвой противнице голову. А чтобы хоть как-то придти в себя я прибег к уже знакомому ритуалу. Причем пришлось делать это лёжа на трупе, не выпуская цепей из окровавленных пальцев.

Пожирание…

Тело Фиан начало быстро истончатся, становясь черным прахом, а далее до моих ушей донёсся встревоженный крик, который слился с обеспокоенным урчанием.

— РАНКАР! РАНКАР, МЕРЗАВЕЦ, НЕ ВЗДУМАЙ УМИРАТЬ…

Кое-как удалось перевалиться на спину и только тогда я окончательно выпустил цепи из своей хватки. Горячей крови под моим телом с каждой секундой становилось лишь больше, дыхание было судорожным и хриплым, а из-за десятков открытых ран кровь хлестала будто водяные ручьи.

Слева перед глазами замаячило взволнованное лицо спаты, а справа озабоченная морда Грации.

— Я в порядке, — тихо обронил я, чувствуя, как тело отказывается подчинятся. — Я в полном порядке…

— РАНКАР, НЕ ЗАКРЫВАЙ ГЛАЗА…

— Я… в порядке… Дайте секунду и… приду в себя…

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город.

Золотой квартал.

Несколькими минутами ранее…

Место перед вратами в резиденцию обратилось ожесточенным полем боя за несколько жалких секунд. Сражение отмеченных невозможно было назвать простым. От начала и до конца силы хоть и не были равными, но ни Вендигал, ни Белевир, ни Вивиан практически ни в чем не уступали превосходящим возможностям противников. Однако их задача состояла не в победе — им всего-навсего требовалось выиграть время, и они его в итоге выиграли. Выиграли в тот самый момент, когда некогда роскошная резиденция в прямом смысле этого слова взлетела на воздух и начала превращаться в огромное пепелище.

— НЕТ! НЕТ! НЕТ… — словно умалишенная закричала Имания, с ужасом наблюдая за разрушениями. — РАНКАР…

Целительница, позабыв обо всём, рванула стремительно вперед, но на её пути вновь оказалась Вивиан Кальн, которая заслонила ей путь кристальным щитом. С расширившимися глазами и пытаясь уничтожить щит женщина стремилась прорваться вперед, но всё оказалось тщетно.

— УГОМОНИСЬ, ИМАНИЯ! ВСЁ КОНЧЕНО! ТВОЕГО ПЛЕМЯННИКА БОЛЬШЕ НЕТ! — яростно закричала Кристальная ведьма, а после с болью в сердце отвела взор в сторону от огромного кострища и чуть тише заключила. — Его больше нет… Против Харалужьей Девы Ранкар не выстоял бы и нескольких секунд…

— Н-Е-Е-Е-ЕТ! — завыла раненым зверем целительница, падая на колени. — БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ…

Крик Несмертной напоминал вопль раненой львицы и этот вопль ознаменовал об окончании любой борьбы. Ингмар и Кралд с ошарашенным видом смотрели сквозь барьер и не могли поверить в слова Вивиан, смертельно бледный и едва стоящий на ногах Хаззак замер словно вкопанный, а самыми довольными являлись два служителя Ареса.

— Был мальчонка, да всплыл мальчонка! — весело рассмеялся Призрак Погибели. — Сам виноват.

— Будь щенок умнее и всё могло бы окончиться более мирно, — с насмешкой заключил Вендигал. — Он действительно сам виноват. Ты хотел забрать пацана, смердящая псина? — вдруг бросил тот Ингмару со злорадной усмешкой. — Так забирай всё, что от него осталось, хе-хе. Если что, то все вопросы можешь задать Иворе Фиан. Кто же знал, что смертная из-за гибели внука отважится напасть на мелкого выродка?

— Ты поплатишься за содеянное, Дух Бойни! — процедил сквозь зубы гарм. — ВЫ ВСЕ ПОПЛАТИТЕСЬ…

— Да-да-да! Обязательно поплатимся. Как-нибудь, — гулко гоготнул Белевир, а после угрожающе посмотрел на Хаззака, который стремительно стал слабеть. Выглядел деспот сейчас не как подтянутый мужчина, а как настоящий старик, едва стоящий на ногах. Даже клинок в его пальцах страшно дрожал. — Однако, прежде чем я начну платить необходимо добить одного калеку. Калеку, который забыл своё место. Предсмертные слова будут, Изувер?

— НЕ СМЕЙ! — зашипела свирепо озлобленная Имания, вскакивая на ноги, а её аура вновь налилась силой. — ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ И Я ТЕБЯ…

— Захлопни пасть, еретичка! Ты предала нас! — сплюнул презрительно Белевир, а после решительно направился в сторону Несмертной. — Будешь мешаться под ногами я и тебя прикончу! Мне давно хотелось узнать так ли ты бессмертна, как о тебе…

— Прошу прощения, но я бы не стал делать подобного.

На миг большая часть служителей нахмурилась и обернулась на тихий мужской голос. Даже наблюдавшие за битвой военачальник и королева Внешних земель, а также валькирии оглянулись назад, но отмеченной Танатоса давным-давно находился на взводе.

— КАКОМУ УБЛЮДКУ-НАБЛЮДАТЕЛЮ ТАМ ЖИТЬ НАДОЕЛО⁈ КТО ТУТ САМЫЙ УМНЫЙ⁈ КТО МНЕ СМЕЕТ ПЕРЕЧИТЬ И УКАЗЫВАТЬ⁈ ПОДОЙДИ СЮДА И Я…

Рот Призрака Погибели внезапно захлопнулся и сам он будто бы стал меньше, а все присутствующие служители с нарастающим шоком смотрели на то, как под воздействием первых лучей Сиги и Меры рядом с ними материализовался седовласый мужчина с яркими алыми глазами. Одеяния незнакомца твердили о его принадлежности к иному миру.

Прибывшим на место сражения оказался никто иной, как хранитель Земли. По пятам за Лазаревым следовала четверка его детей, а на небольшом расстоянии расположились его жены с несколькими воинами рода.

— Если мне не изменяет память, подобные сражения запрещены в Аронтире, — миролюбиво продолжил говорить хранитель, глядя то на одного, то на другого служителя, а после он сконцентрировал свой взор на Белевире. — И да, я тот самый… ублюдок.

За долю секунды округа погрязла в гробовой тишине, и все служители тотчас воззрились на смертельно бледного Призрака Погибели.

— Хранитель Земли, я… я прошу простить меня за… излишнюю несдержанность… Если бы я знал, что это вы, то я бы ни за что не посмел…

— Чтимый Хранитель, — тотчас выступил вперед Вендигал. — Я приношу вас свои извинения от лица нашего повелителя за то, что побеспокоили вас и вашу семью. Мы не хотели нарушить ваш покой! Также прошу вас от своего лица и лица бога Войны простить Белевира за горячность и…

Духу Бойни не дали договорить, а голос Лазарева стал в несколько раз холоднее. За долю секунды его силуэт расплылся в алой вспышке, а пальцы сдавили горло шокированного Призрака Погибели и приподняли его тело над землей. Седовласый напрочь проигнорировал Вендигала.

— Кто ты вообще такой, чтобы говорить за Ареса? Кто позволил вам обращаться ко мне таким образом? Вам ответить всем начистоту? — спокойно спросил хранитель, обращаясь ко всем отмеченным сразу и продолжая сжимать горло хрипящего Белевира. — Мне не нравится то, что здесь происходит. Мне мерзко смотреть на то, как вы пытаетесь прикончить одного мальчишку. Мне противно то, чем вы занимаетесь. И сегодня данный вопрос я подниму среди ваших оберегов. Моё терпение на исходе.

— Я… прошу простить, чтимый хранитель Земли, — с неким волнением пробормотал Вендигал. — Но если мне не изменяет память, то дела Альбарры вас касаться не должны. Вам лучше… передумать.

— Надо же! Как занятно. Ладно, пусть будет по-твоему, — пожал плечами седовласый и рывком отшвырнул тушу Призрака Погибели в сторону. — Именно так я и скажу сегодня всем оберегам. Я скажу, что… передумал. Передумал вести дела с Вечным Ристалищем. Спасибо тебе за науку, Вендигал. Я поблагодарю Ареса.

Ужас и страх поселился в глазах всех без исключения служителей. Дух Бойни тотчас ринулся вперед навстречу хранителю, но до ушей всех собравшихся вдруг донесся наполненной болью смех Имании, которая бережно пыталась усадить смертельно бледного и напрочь седого Дэймона на землю.

— Куски дерьма! Выкусили ублюдки, да? — продолжила насмехаться Несмертная, хохоча словно душевнобольная. — Туда вам всем и дорога. Всё-таки есть справедливость на свете. БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ ЗА ТО, ЧТО СОТВОРИЛИ! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ И…

Однако Имания внезапно осеклась. У всех на глазах королева Фронтира сделала несколько стремительных шагов прямо к медленно распадающемуся барьеру и с озадаченным видом уставилась на тень, которая пошатывающимися и неуверенными шагами брела со стороны разрушенной и полыхающей резиденции. Сгорбленный силуэт был укутан в длинный серый плащ гранд-инквизитора, а в лучах рассветных солнц можно было рассмотреть, как следом за ним простирался редкий, но кровавый шлейф свежей крови.

— Я удивлен! Неплохо. Совсем неплохо, — с довольством кивнул Вендигал, тотчас позабыв о ситуации с хранителем. — Нужно отдать должное щенку. Он сумел ранить Ивору Фиан.

Взгляды всех наблюдателей и присутствующих были прикованы к окровавленной тени. К моменту, когда фигура приблизилась к вратам, то барьер почти исчез и, сделав еще несколько неуверенных шагов вперед, силуэт застыл в паре десятков метров и повернулся лицом к группе разумных, а затем как ни в чем не бывало метнул под ноги Вендигала окровавленный предмет, который оказался головой Иворы Фиан.

— Ты же Дух Бойни, да? Это твоё, наверное… Забирай! — хрипло обронил мужской баритон, медленно откидывая капюшон назад и демонстрируя потрясенным служителем и служительницам напрочь обескровленную и изувеченную шрамами левую часть лица. — Это подарок тебе! Делай, что хочешь с ним. Хочешь продай, хочешь оставь, а хочешь сожри на завтрак! Лично я падалью не питаюсь…