Этимологии. Книга VIII: О церкви и сектах - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Исидор Севильский (ч. notes)

Примечания

1

Сошествие Св.Духа на Пятидесятницу приурочено преданием к тому же дому, где состоялась Тайная вечеря. — В оригинале текст Исидора, естественно, сплошной; разбивка на абзацы позаимствована в основном из Barney and al. 2006.

2

Ср. Etym. 15.5 об Иерусалиме: «Он же и Сион, в переводе с еврейского — созерцание, ибо возведен на высотах и виден издалека». Сион (евр. צׅיּוׄן) — с первых веков н.э. юго-западная вершина Иерусалима с «Гробницей Давида» и «Домом Тайной вечери (Сионской горницей)». В более древние времена это название относилось к Храмовой горе (ср. Иоил.3:17) на востоке города, а ещё раньше — к её южному отрогу, где современные исследователи помещают древнюю крепость иевусеев, захваченную Давидом (2Цар.5:7), после чего Иерусалим целиком перешёл под контроль пришлых иудеев. Надёжной еврейской или даже семитской этимологии оронима ‘Сион’ не существует, хотя ср. обыгрывание צׅיּוּן ‘путевой знак, веха’ в Иер.31:21 (от глагола צׇוׇה ‘указывать, приказывать’, тогда как צׅיּוׄן родственно инокоренному צׅיׇּה ‘сушь, засуха’). Далее, у греч. авторов (напр., Оригена, In Jer. 5.16, 34.4) встречаем толкование Сиона как σκοπευτήριον (= σκοπιά ‘наблюдательная вышка; наблюдение’), у латинских — как speculatio, напр. у Иеронима и Августина; ср. у последнего (Enar. in Ps. 64.3): Patria illa est Sion: ipsa est Ierusalem quae Sion... Sicut Ierusalem interpretatur Visio pacis, ita Sion Speculatio, id est visio et contemplatio. Перевод названия Иерусалима как ‘видение мира’ (visio pacis, ὅρασίς εἰρήνης — ещё у Филона, De somn. 2.250) тоже принимался повсеместно. Это толкование отражено и в мидрашах (в частности, Берешит Рабба 58:10), где יְרוּשׇׁלַיׅם производится из ире ‘усмотрит’ и Салим שׇׁלֵם ‘мир(ный)’: имя Иерусалима, данное Сифом-Мелхиседеком, и первая часть связывается с историей жертвоприношения Авраамом Исаака, где говорится: «И нарек Авраам имя месту тому: Иегова-ире, Господь усмотрит (יֵרׇאֶה)» (Быт.22:14).

3

В значении ‘вновь собирать, забирать назад’ rělěgo используется почти исключительно в поэзии; в прозаическом употреблении означает ‘возвращаться к некогда ухваченному: увиденному, прочитанному и т.д.’ Ср. классический пассаж на эту тему из Цицерона (Nat. deor. 2.28.72): qui omnia, quae ad cultum deorum pertinerent, diligenter retractarent et tamquam relegerent, sunt dicti religiosi ex relegendo, ut elegantes ex eligendo; а также предложение Лактанция производить religio от глагола religo ‘связывать, привязывать’ (Div. inst. 4.28): Diximus nomen religionis a vinculo pietatis esse deductum, quod hominem sibi Deus religarit, и т.д.

4

Caritas в рукописях, но Исидор явно подразумевает charitas, возводимое к греч. χάρις ‘милость, любезность’. В классич. латыни caritas (определённо латинское слово, производное от carus ‘дорогой’) имело смысл ‘духовной’ любви, ‘уважения’, ср. у Квинтилиана (Inst. or. 6.2.12): amor πάθος, caritas ἦθος. В Вульгате caritas соответствует ἀγάπη. Но присутствовал и совсем иной смысл — ‘дороговизны’, даже ‘скудости’, и в поздней латыни он начал перевешивать: Deus caritas est с таким узусом воспринималось двусмысленно, отсюда параллельное хождение caritas и charitas. Отсюда же стремление Исидора заменить caritas на dilectio ‘приязнь, влюблённость’.

5

Ошибается (male dicit), скорее, сам Исидор или его источник Сервий в своём примечании к Вергилиеву vana superstitio (Aen. 8.187). Слово superstitio у Лукреция не встречается, хотя в De rer. nat. (1.62–79) читаем об «ужасном лике» религии, её «гнёте» и «попрании»: «В те времена, как у всех на глазах безобразно влачилась / Жизнь людей на земле под религии тягостным гнётом, / С областей неба главу являвшей, взирая оттуда / Ликом ужасным своим на смертных, поверженных долу, / Эллин впервые один осмелился смертные взоры / Против неё обратить и отважился выступить против», и т.д. (пер. Ф.Петровского).

6

Здесь снова Исидор опирается на Иеронима: Iuda laudatio sive confessio (יְהוּדָה: скорее laudatio ‘хвала’, чем confessio ‘признание, исповедь’, ср. Быт.29:35), Ebraei transitores (привязка к корню עבר ‘переходить, пересекать’). Вся эта главка отмечена серьёзными разночтениями между рукописями: квадратными скобками выделены соответствующие вставки/пропуски.

7

Имя фарисеев (פְּרוּשִׁים) действительно возводится к глаголу פָּרׇשׁ ‘отделять, обособлять’. Первоначально ‘обособившимися, отщепенцами’ эту группу пренебрежительно прозвали их политические и идейные противники саддукеи (צְדוּקׅים, ср. צָדַק ‘быть правым, праведным’). О добавлениях фарисеев к писаному Закону ср. у Иосифа Флавия (Ant. jud. XIII.10.6). Δευτερήσεις (точней, δευτερώσεις) — это мн.ч. от δευτέρωσις, греч. термина для Мишны (מׅשְׁנָה), ‘повторения’.

8

Семь иудейских сект перечисляет Гегесипп (со слов Евсевия, Hist. eccl. 4.22.7): ессеи, галилеяне, гемеробаптисты, масботеи, самаряне, саддукеи и фарисеи (здесь и далее приходится при передаче грекоязычных имён метаться между Эразмом и Рейхлином). «Семёрка» по Иустину (Dial. 80.4): саддукеи, генисты, меристы, галилеяне, эллиниане, баптисты и фарисеи; и Апостольским постановлениям (Const. Ap. 6.6–7): саддукеи, фарисеи, масботеи, гемеробаптисты, евиониты, ессеи и симониане. У Гегесиппа же (ibid. 4.22.5) дан перечень условно «самарянских» (по самарянским связям Симона Мага) ересей: симониане (от Симона), клеобиане (от Клеобия), досифеане (от Досифея), горфеане и масботеи (те и другие от Горфея).

Масботеи (Masbothei, Μασβώθεοι) поняты Исидором как тотально (in omni re) ‘субботничающие’, неотступно следующие заповеданному в Исх.16:19. Но не всё так просто. В Const. Ap. 6.6.4 названием имеем Μασβωθαῖοι, причём как конъектуру для рукописного βασμώθεοι. Затем, в двух перечнях соседи масботеев — гемеробаптисты (Hemerobaptistae, Ἡμεροβαπτισταί). Их Исидор тоже толкует от очевидного — как ‘ежедневно омывающих (тело и проч.)’, а Епифаний (Panar. 1:17) — как ‘ежедневно крестящихся’ (Климент Римский в Hom. 2.23.1 к ним причисляет Иоанна Крестителя); в Апостольских постановлениях (6.6.7–10) ‘помывка’ совмещена с ‘крещением’. Ряд учёных (ср. Simon 1960) возводят гемеробаптистов к ‘утренним купальщикам’ Талмуда — שְׁחׇרׅין טוֹבְלֵי (Ber. 22a и др.; см. Jastrow s.v. טׇבַל I ‘купать’ и שַׁחַר ‘утро’), а масботеев реконструируют как арамейский дублет βαπτισταί от צבע ‘окунать’ (s.v. Jastrow и Sokoloff) с учётом сиропалестинских и мандейских данных (DMM s.v. maṣbuta). Отсюда можно сделать вывод, что «простые» баптисты (из списка Иустина) тождественны масботеям и отличны от гемеробаптистов; а можно сделать и другие, с учётом связей гемеробаптистов с ессеями, евионитами и др. (ср. Thomas 1935).

Генисты (Genistae, *Γενιστοί) — действительно от genus/γένος, но при этом γένος служило переводом евр. םׅין, которое могло обозначать и просто ‘еретик, раскольник’. Меристы (Meristae, *Μεριστοί) — от μέρος ‘доля, часть’ — скорей всего, обозначали тоже просто ‘сектантов’ (см. Quispel and Gershenson 2008), и «разделение Писаний» Исидор «додумал». Самаряне, или самаритяне (Samaritae, Σαμαρεῖται), с другой стороны, действительно не приемлют ничего, кроме Закона, ‘хранителями’ которого и воспринимают себя — скорее шомерим (от арам. שׁוֺמֵר ‘страж, хранитель’), чем шомроним (евр. שֺׁמְרוֺנׅים ‘жители Самарии’), хотя, конечно, и само название Самарии (שֺׁמְרוֺן), возможно, от того же корня (ср. у Иеронима: Samaria, custos). Иродиане (Herodiani, Ἡρῳδιανοί) упоминаются в Евангелиях (Мк.3:6, 12:13 и др.), но их толкование — продукт превратно понятого пассажа из Евсевия (Hist. eccl. 1.6.2–4), причём и греческими авторами (Епифаний, Panar. 1:20.1–2), и латинскими (Иероним, Adv. Lucif. 23); подробнейшим образом о них см. Taylor 2012.

9

У Исидора Nazaraei и Nazaraeus. Прозвание Иисуса — большая и запутанная тема: у Марка (древнейшего евангелиста) имеем Ναζαρηνός ‘Назарянин’, у Матфея и далее — Ναζωραῖος ‘Назорей’; и не факт, что оно определяется топонимом ‘Назарет’, или только им. С назореями путаница не меньше: двойственность Иисусова прозвища осложняется двойственностью точек зрений на ‘ересь’. С точки зрения иудеев, ‘Назорейская ересь’ (Деян.24:5) — это новообращённые в христианство евреи (‘христиане’ по-евр. נוצרים, помним Иешуа); с христианской же колокольни, назореи — это те «христианствующие» иудеи, которые не до конца избавились от «ветхозаветных пережитков». У хитроумного Епифания первые числятся (в перечне ересей!) как Ναζωραῖοι (Panar. 1:29), вторые — как Νασαραῖοι (Panar. 1:18). Исидор, конечно, имеет в виду вторых.

10

Исидор здесь опирается на Тертуллиановы De praescriptione haereticorum и Adversus omnes haereses (авторство сомнительно). ‘Платоником’, ‘последователем Платона’ Валентин назван в De pr. haer. (7.3, 30.1). Образ Христа, проходящего сквозь Деву, «как по трубе», почерпнуто из Adv. omnes haer. 4.5, где уточняется: «как вода по трубе»; ‘труба’ в лат. тексте fistula, в параллельном греч. (у Епифания, Panar. 1:31.7.5) — σωλήν.

11

Исидор называет апеллеан Apellitae, Тертуллиан — Apelliaci, ср. Ἀπελληϊανοί у Епифания (Panar. 1:44). Первая часть описания — почти дословно из Об отводе дела против еретиков (De pr. haer. 34.4) Тертуллиана; вторая — из ряда работ того же автора, но относится, скорее, к учителю Апеллеса Маркиону с его выраженными докетистскими взглядами на воплощение Христа (ср. Adv. Marc. 3.8: phantasma vindicans Christum).

12

Как и упоминаемые чуть ниже катары, эти апостолики — предтечи одноимённых средневековых движений (ср. ‘апостольских братьев’ Герардо Сегарелли и Фра Дольчино). И в древности, и в средние века апостолики и катары тесно ассоциировались.

13

Артотириты (Artotyritae, Ἀρτοτυρίτοί) упоминаются во многих источниках (см. Августин, Haer. 28, Иероним, Comm. Gal. 2.2). Епифаний (Panar. 2:49) причисляет их, в конечном счёте, к монтанистам.

14

Сведения об аквариях (Aquarii, Ὑδροπαραστάται: ὕδωρ ‘вода’ + παραστάτης ‘стоящий рядом, приставленный’), северианах (Severiani, Σευηριανοί), татианитах (Tatiani, Τατιανοί) и энкратитах (Encratitae, Ἐγκρατιταί, ср. ἐγκράτεια, ‘самообладание, воздержность’) Исидор мог почерпнуть из Августина (Haer. 64, 24, 25). Со слов Евсевия (Hist. eccl. 4.29.4–5), Север был учеником Татиана. Августин обращает внимание на различие между татианитами и энкратитами — со ссылкой на Епифания (см. Panar. 1:45, 1:46, 2:47). А вот что пишет об этой группе Феодорит Кирский (Haer. fab. PG 83:369): «Татиан Сириец сначала был софистом, потом сделался учеником дивного Иустина Мученика. После смерти учителя захотел стать застрельщиком ереси... Он зачинатель так называемых ‘водостоев’ (Ὑδροπαραστάται) и ‘воздержников’ (Ἐγκρατιταί). ‘Водостоями’ называются, поскольку вместо вина подносят воду; а ‘воздержниками’ — потому что не пьют вина и не вкушают в пищу живых существ, сторонясь этого с содроганием, как чего-то злого. Ещё соблюдают безбрачие, объявляя брак блудом и даже законный союз называя диавольским».

15

Алоги (‘бессловесные’ с оттенком ‘неразумия’) и монтанисты (зд. катафригийцы, монтанисты упомянуты отдельно чуть ниже) — два сапога пара: первые (одним из ответвлений которых были феодотиане, последователи Феодота Сапожника из Византия) отвергали иоанновский Логос и настаивали на человеческой природе Христа (своеобразное «протонесторианство»); вторые заявляли об исполнении на них обещанного пришествия Параклета, тем самым — о предании и продолжении даров Св.Духа. Монтанисты были также известны в качестве пепузиан (по фригийскому городу Пепузе, объявленному ‘Новым Иерусалимом’), квинтиллиан и прискиллиан (по именам Квинтиллы и Прискиллы, занимавших ведущие позиции в движении; женщины у монтанистов могли быть епископами и священниками). См. у Епифания (Panar. 2:48, 2:49, 2:51), Августина (Haer. 26, 27) и др. К монтанизму в конечном счёте пришёл Тертуллиан.

16

Павел Самосатский (200–275), епископ Антиохийский (260–268) — видный представитель т.н. монархиан (т.е. ‘единоначальников’, в противоположность тринатаристам), подчёркивавших единство Бога, откуда выводилось, в частности, что Иисус — ‘просто человек’ (ψιλὸς ἄνθρωπος, по выражению того самого Феодота Сапожника, см. у Евсевия, Hist. eccl. 5.28.6), который так или иначе в какой-то момент был «принят» в Троицу. Этим «принятием» (лат. adoptio) обусловлено название данной ветви монархиан, а именно адопционисты. Через несколько промежуточных фигур (Феодот Меняла, основатель упомянутых мелхиседекиан, и Артемон) родословная ереси доходит до Павла Самосатского. Августин (Haer. 44, 45) связывает с павлианами фотиниан (см. ниже). К павликианам (ветвь манихейства) 7–11 вв., а тем более к современному паулианству (по имени ап.Павла), павлиане-адопционисты никакого отношения не имеют, зато опосредованно связаны с версией адопционизма, распространившейся на родине Исидора в 8–9 вв. (Элипанд Толедский, Феликс Уржельский), как и с другой, более поздней, представленной, например, такими мыслителями, как Абеляр и Дунс Скот.

17

Гермогену посвящает отдельную работу Иероним (Adversus Hermogenem, ср. также De pr. haer. 33.9). Неясно, тот ли это Гермоген, что вместе с Фигеллом упомянут в 2Тим.1:15 (а у Иеронима в De pr. haer. 3.11).

18

Об антропоморфитах Исидор мог прочитать у Иеронима (Contra Joannem Hieros. 11), но обоснование их неправоты — его собственное.

19

Читаем Hieracitae ab Hieraca (у Линдсея даётся: Heraclitae ab Heraclio). По Епифанию (Panar. 3:67), основатель гиеракитов (Ἱερακῖται) Гиерак (Ἱερακᾶς) жил в египетском Леонтополе в кон. 3 — нач. 4 вв., был хорошо образован и писал на греческом и коптском. Ср. у Августина (Haer. 47): «Гиеракиты, чей основатель зовётся Гиерак, отрицают воскресение плоти. Принимают к общению только монахов, монахинь и безбрачных. Говорят, что царствие небесное не принадлежит детям, ибо заслуживают его лишь те, кто в борьбе одолевает пороки».

20

Новатиан (ок. 200–258) — один из первых антипап, человек образованный, при этом по-неофитски рьяный, даже одержимый в бытность свою оглашенным, если верить его сопернику по престолу св.Петра папе Корнелию. Внутрицерковная борьба, охватившая прежде всего Италию и Африку, в которую оказались вовлечены на первых ролях Ипполит Римский и Киприан Карфагенский, разгорелась из-за послаблений в отношении «падших»: папа Калликст І (217–222), в частности, допустил возможность возвращения в лоно Церкви раскаявшихся прелюбодеев. В ответ «ригористическая» партия выдвинула в папы своего вождя Ипполита Римского (170–235), который так или иначе ассоциировался с новатианами. Затем пришёл черёд самого Новатиана, или Новата: у ряда авторов, особенно греческих, он называется именно так, вследствие путаницы с тёзкой — карфагенским пресвитером, единомышленником антипапы. Именно последователи Новатиана назывались катарами, ‘чистыми’ (см. выше), и во имя чистоты перекрещивали переходивших к ним «кафоликов».

21

Подробнее об Аэрии см. у Августина (Haer. 53) и Епифания (Panar. 3:75), которые причисляют его к арианам.

22

Ноэтиане и савеллиане относятся ко второй ветви монархиан — т.н. модалистам, толковавшим Отца, Сына и Св.Духа как различные ‘модусы’ или ‘функции’ (officium у Исидора) единого Бога — скорее чем ‘лица’ или ‘ипостаси’ (лат. persona, греч. πρόσωπον). Патрипассианами, ‘отцестрастцами’, их прозвали оппоненты, коль скоро при таком единстве Бога оказывается, что и Отец претерпел на кресте. К Савеллию восходит систематическое употребление терминов πρόσωπον и ὁμοούσιος, затем переосмысленных в Никейском духе Афанасием Александрийским и его единомышленниками.

23

Македониане (Macedoniani Μακεδονιανοί), они же полуариане (ἡμιαρειανοί), духоборцы (πνευματομάχοἱ) и др., — последователи Македония, епископа Константинопольского (342–346 и 351–360), занимавшие промежуточное положение между арианством и православием. Македонианство было официально осуждено Вторым Вселенским (Первым Константинопольским) Собором в 381 г., как и аполлинаризм, учение Аполлинария Лаодикейского (ум.390) — того самого блестяще образованного епископа, который перелагал Ветхий Завет по образцам Гомера и Пиндара, а Новый — в стиле платоновских диалогов. Стремясь в борьбе с арианством подчеркнуть божественную природу Иисуса и её единство (выступая, таким образом, провозвестником монофизитства), Аполлинарий пришёл к отрицанию у Христа разумной человеческой души (anima: νοῦς) — её должен был замещать у него божественный Логос. Антидикомаритов (Antidicomaritae, Ἀντιδικομαριανῖται), букв. ‘прекословцев Марии’, связывает с Аполлинарием Епифаний (Panar. 3:78). Их пафос — в отрицании ‘приснодевства’ (ἀειπάρθενος) Марии в связи с упоминанием в Евангелии братьев и сестёр Иисуса.

24

Источники Исидора здесь — Августин (Haer. 58) и Филастрий Брешианский (Haer. 51). Обращают на себя внимание гностико-манихейские коннотации упоминаемого ими слова μεταγγισμός ‘переливание; метемпсихоз’ (ср. у Епифания о Мани, Panar. 3:66.55).

25

Снова почерпнуто из Августина (Haer. 61) и Филастрия (Haer. 62). Патрикиане упоминаются также Августином в Contra adversarium legis et prophetarum (2.12.40) сразу после перечисления предтеч манихейства (Василид, Карпократ, Кердон, Маркион и Апеллес).

26

Coluthiani Исидора и его источников, Августина (Haer. 65) и Филастрия (Haer. 79), — последователи Колуфа Александрийского (Κόλουθος или Κόλλουθος: не путать с поэтом Колуфом Ликополитанским рубежа 5–6 вв.), современника и соперника Ария (250/256–336), о котором упоминается у Епифания (Panar. 3:69.2) и Феодорита Кирского (Hist. eccl. 1.4). Ключевая фраза из Исайи в Синодальном переводе смягчена (ср. רׇע בוֹרֵא: κτίζων κακά: creans malum: произвожу бедствия). О флоринианах (Floriani у Исидора) взято из Августина (Haer. 66). С Флорином, со слов Евсевия (Hist. eccl. 5.20.1–4), полемизировал в письмах Ириней, одно из них озаглавлено Флорину о единоначалии, или о том, что Бог не создал зла (μὴ εἶναι τὸν θεὸν ποιητὴν κακῶν). Филастрий (Haer. 57) подаёт флориниан (Floriani) как другое название карпократиан.

27

Донат Великий занял кафедру Карфагенского епископства в год издания Миланского эдикта (313). На смену гонениям, породившим как мучеников, так и предателей, пришло не просто равноправие христианства как религии, но быстрое сближение государства с соответствующими христианскими организациями. А соответствовать в первую очередь готовы были иерархи имперских центров, в том числе и недавние отступники. Естественно, это вызывало реакцию: желание сохранить веру в чистоте и не идти на поводу у власти. Таков донатизм на начальной стадии. В дальнейшем, уже осуждённый и задавленный, он столь же естественно вырождается в фанатизм и разбой. Таковы неприкаянные ‘колоброды’ циркумцеллионы (от circum ‘окрест’ + cella ‘жильё, обитель’), иначе котопиты (от копт. ⲕⲱⲧⲉ ‘ходить кругом, бродить’ + ⲁⲩⲏⲧ ‘община, монастырь’). Чем ещё могли обернуться импульсы из политических и культурных центров Империи, где кипели споры высоколобых интеллектуалов, богословов и мистиков, когда они докатывались до её полуварварских окраин? Например, епископ захолустной Сардики Боноз с ничем не примечательной версией адопционизма обрёл неожиданно долгую славу в Испании и южной Галлии именно в силу провинциальной ограниченности своих учений; его современнику (оба — кон. 4 в.) и единомышленнику римлянину Элвидию, упоминаемому чуть ниже, со славой повезло меньше — как-никак столичный житель. Испанец Присциллиан (ум. ок. 385) — ещё один провинциал, «соблазнённый» заезжим гностиком Марком, уроженцем египетского Мемфиса.

28

Люцифер (ум. 370/371), епископ Сардинский (а не Сирмийский), упоминается Иеронимом в De viris illustribus (95). Источник Исидора — Августин (Haer. 81 и De agone christiano 30). К сатанистам люцифериане никакого отношения не имеют, хотя Исидор вслед за Августином безусловно держит в уме «денницу, сына зари, упавшего с неба» (ср. Ис.14:12). На Сардинии епископа Люцифера по сей день чтут как святого.

29

Представление учения Иовиана (ум. ок. 405) в таком предвзятом свете восходит к его ярому критику Иерониму, написавшему две книги Adversus Jovinianum. «Различия» между упомянутыми позициями нет, по Иовиану, с точки зрения спасения. Главное здесь — крещение: человек крещённый (водой и Духом) грешить не может, и любые посты или воздержания теряют смысл. Иерониму это учение и выводы из него виделись каким-то «христианским эпикурейством». Разумеется, Иовиан отрицал и девство Марии — точнее, утверждал, что оно прекратилось в момент родов (Августин, Haer. 82).

30

О патернианах ср. у Августина (Contra Julianum 5.7.26): «говорят, что от чресел до пят тело человека сделал дьявол, а верхние части — Бог, поместив их как на некоем пьедестале»; практически то же самое утверждали, по Епифанию (Panar. 1:45.2.1), севериане, о которых упоминалось выше. Об арабиках Исидор тоже почерпнул у Августина (Haer. 83), который указывает своим источником Евсевия (6.37). Как и о тертуллианистах (Haer. 86): очевидно, это была какая-то группа близких последователей великого Тертуллиана (ок. 160 — ок. 225), возможно монтанистского толка, с учётом духовной эволюции учителя.

31

Четыренадесятники (Tessarescaedecatitae, Quartadecimani, Τεσσαρεσκαιδεκατῖται) производятся Епифанием (Panar. 1:50) от (ката)фригийцев и квинтиллиан (см. выше). О никтагах пишет ещё только Исидор же (De Eccles. offic. 1.22): Nyctages, hoc est, somniculosi — неловкая попытка этимологизировать греч. νυστάζω ‘дремать, клевать носом’, в результате которой эти ‘сони’ (somniculosi) предстают, скорее, ночными гуляками (νύξ ‘ночь’ + ἄγω ‘вести, гнать’).

32

Архимандрита Евтихия (Εὐτυχής, ум. после 454), борца с несторианством и основателя монофизитства, не следует путать с патриархом Константинопольским Евтихием (Ευτύχιος), жившим на полтора века позже. Учение Евтихия, как и его единомышленника патриарха Александрийского Диоскора I, было осуждено судьбоносным Халкидонским (Четвёртым Вселенским) Собором 451 г., решения которого приняты были, по сути, только Римской церковью. На Востоке же пронесторианская, как казалось, направленность Собора вызывала резкое отторжение. Желанием примирить этих оппонентов Халкидона были продиктованы два императорских указа: Энотикон (482 г.) Зенона и Эдикт о трёх главах (середина 540-х годов) Юстиниана I. В Эдикте, утверждённом Вторым Константинопольским Собором (553 г.), осуждаются по подозрению в несторианстве три богослова Сирийской церкви (личность и труды Феодора Мопсуэстийского, ряд сочинений Феодорита Кирского и письмо Ивы Эдесского). Однако не с этими «главами» (κεφάλαια) связано название акефалов (Acephali, Ἀκέφαλοι) — радикальных антихалкидонитов, которые откололись от Александрийской церкви уже после вымученного признания её патриархом Петром Монгом (ум. 490) Энотикона. При Александрийском патриархе Диоскоре II (516–517), предавшем Халкидонский Собор анафеме, акефалы влились в монофизитскую коптскую церковь и утратили свою безначальную ‘безголовость’.

33

Феодосий I — последний Александрийский патриарх (535–536), признаваемый как монофизитами-коптами, так и православными-мелькитами (‘царёвыми людьми’, как их уничижительно называли оппоненты, от сир. ‘царский’). После него церковь в Египте разделилась: одну возглавлял православный патриарх, другую — коптский папа: так назывался ещё Александрийский архиепископ Иракл (232–249), как и другие иерархи на Востоке, задолго до того, как этот титул стал применяться (с начала 6 в.) исключительно к Римскому епископу. Среди самих монофизитов единства тоже не было: ‘тленопоклонникам’ (Φθαρτολάτραι) под предводительством Севера, патриарха Антиохийского, считавшим, что до воскресения тело Христа было смертным и тленным, противостояли ‘нетленомнящие’ (Ἀφθαρτοδοκῆται, они же Phantasiastae), возглавляемые Юлианом, епископом Галикарнасским, которые полагали, что тело Христа изначально было нетленным. Феодосий I был ставленником властей, а конкретно — благосклонной к монофизитству императрицы Феодоры, жены Юстиниана, и представлял партию тленопоклонников. В своей должности он продержался совсем недолго: в ходе беспорядков его сместили и заменили популярным в народе епископом Гайаном из партии фантасиастов; Юстиниану пришлось ввести в Александрию войска (под командованием не кого-нибудь, а Нарсеса, будущего покорителя Италии). Феодосия восстановили, но из-за непрекращавшихся беспорядков он вскоре был отозван в столицу, где отверг предложение императора признать халкидонитство и в результате был отправлен в ссылку. Патриархом Александрийским власти назначили халкидонита Павла (537–540), копты же признавали лишь ссыльного Феодосия вплоть до его кончины в 567 г. Об этих событиях пишут Либерат Карфагенский (Breviarium 20) и Леонтий Византийский (De sectis, Act. 5).

34

Партийная борьба среди монофизитов не утихала. Партия Севера раскололась на феодосиан (по имени изгнанника Феодосия) и фемистиан, иначе агноитов (Agnoitae, Ἀγνοηταί, от ἄγνοια ‘незнание, неведение’), последователей диакона Фемистия из Александрии, утверждавших, что Христос не был всеведущ. Против этого представления, ведшего к диофизитству, возражали последовательные монофизиты феодосиане (так что Исидор здесь напутал, что и немудрено). Тритеисты (Tritheitae, Τριθεῖται) — последователи современника и единоверца Феодосия Иоанна Филопона, который отождествлял ‘природу’ с ‘ипостасью’ и далее, с опорой на аристотелевские категории рода, вида и индивида, выводил наличие трёх индивидов в Троице (см. Леонтия Византийского, l.c.).

35

Источники этого списка 10 ересей — чуть менее лаконичные перечни Августина (Haer. 74, 73, 80, 79, 76, 78, 77, 75, 68, 71) и Филастрия Брешианского (Haer. 93, 92, 127, 125, 97, 124, 114, 96, 81, 86). В них находим более ясно сформулированные описания. Например, мотивация ‘босоногих’ — не умерщвление плоти, но определённое понимание божественных изъяснений: «сними обувь твою с ног твоих» (Исх.3:5); не душа, но тело человека признаётся образом Бога, и т.д.

36

Читаем по Аревало: Hi etiam animam cum corpore perire dicunt. Amant quoque virtutem continentiae (Линдсей: Hi etiam animam cum corpore perire dicunt, anima quoque. Virtutem continentiae esse negant, «Еще они говорят, что душа погибает вместе с телом, душа тоже. Отрицают добродетель умеренности»).

37

Аркесилай (ок. 315 — ок. 240), шестой схоларх следом за Кратетом и основатель т.н. Средней академии, был родом из этолийской Питаны. В Кирене зафиксировано несколько царей с этим именем из династии Баттиадов (630–440), а также Киренская школа гедонистов, основанная учеником Сократа Аристиппом Киренским (ок. 435 — ок. 356), впоследствии вытесненная эпикурейцами — среди предтеч которых числится Демокрит Абдерский (ок. 460 — ок. 370).

38

Гораций называл себя Epicuri de grege porcum (Ep. 1.4.16), «Эпикурова стада я поросёнок» (пер. Н.С.Гинцбурга).

39

Ср. у Тертуллиана (Apol. 47.5): Inventum enim solummodo deum non ut invenerant disputaverunt... («Только лишь найдя Бога, принялись толковать, но не так, как нашли Его…»).

40

Ещё одна захватывающая адаптация Тертуллиана, ср. De pr. haer. 7.3: Inde aeones et formae nescio quae infinitae et trinitas hominis apud Valentinum: Platonicus fuerat («Отсюда эоны и бесконечные невесть какие формы, и тройственность человека у Валентина: он был платоником»). ‘Был платоником’ превратилось в ‘платоническое неистовство’ (fuerat: furor); ‘тройственность человека’ — в ‘Троицу имени’, причём Валентин «слипся» у Исидора с Арием: возможно, здесь не обошлось без влияния Маркелла Анкирского (ум. ок. 374).

41

Это греческую комедию александрийские грамматики делили на старую, среднюю и новую. Исидорова классификация римских авторов — новшество. Неясно только, как затесался трагик Луций Акций (170 — ок. 86) в компанию стопроцентных комиков Плавта и Теренция (подражавших, кстати, новой греческой комедии). Как не вполне понятно и замечание о наготе — то ли персонажей, то ли авторов.

42

Слова Лактанция (De div. inst. 1.11).

43

Ионийские Эритры были расположены на полуострове: это не единственный случай такого употребления слова ‘остров’ у Исидора.

44

Источник Исидора, Плиний Старший (Hist. nat. 30.2), со ссылкой на Аристотеля говорит о том, что Зороастр жил за 6 тысяч лет до смерти Платона; а о двух миллионах строк сообщает, по словам Плиния, Гермипп, комментатор Зороастра и составитель указателей к его свиткам.

45

Ср. подробнее у Августина (De civ. 18.17), со ссылкой на Варрона.

46

Pythonissa у Исидора. Ср. 1Цар.28:7 sqq.: mulier habens pythonem: γυνὴ ἐγγαστρίμυθος: בַּעְַלַת־אוֹב אֵשֶׁת. Относительно אוֹב см. BDB и GT s.v., но надёжного этимологического толкования по-прежнему не существует.

47

Ariolus: правильней hariolus, родственно haruspex, хотя это родство ускользало от восприятия — в глоссах слово пытались этимологизировать как fariolus, связывая с fari ‘говорить, вещать’ (см. Du Cange s.v.); Исидор же выводит arioli из сочетания ara idolorum ‘жертвенники идолов’; возможно, здесь есть отсылка к Тертуллиану, ср. Apol. 43.1 и 23.5: haruspices harioli mathematici... qui aris inhalantes numen de nidore concipiunt («…которые, надышавшись у жертвенников, воспринимают божество из дыма»). Для перевода ariolus задействовано — в духе ложной этимологизации как fariolus — старое рус. слово балий ‘колдун, заклинатель; врач’, с учётом баяти ‘ворожить (наговорами, заклинаниями); рассказывать басни, вымыслы; говорить, болтать’ и баловати ‘лечить, исцелять; играть, резвиться’ (СлРЯ s.v.).

48

Ср. по-русски кобение ‘гадание (по приметам и крику птиц, приметам и встречам)’ и кобник (СлРЯ s.v.), соответствующие греч. οἰωνισμός и οἰωνοσκόπος.

49

Снова Pythonissae, но в ряде рукописей — Pitones (Pythones у Аревало).

50

Как отмечает Аревало, слово sortilegus (вообще-то ‘прорицатель по жребию, случайному выпадению’) у Исидора специально маркировано как относящееся к суеверным практикам, отсюда сниженное ‘гадалы’. Жребии святых (sanctorum sortes у Исидора) принимается, вслед за Аревало же, как название книги — возможно, идентичной апокрифу Sortes apostolorum, упоминаемому в Decretum Gelasianum (памятнику приблизительно 6 века).

51

Salisatores — слово не из классической латыни. Снова помогает Аревало, приводяший глоссу salisatio, παλμός ‘дрожание, мелкая судорога, зуд’ и обращающий внимание на Quaestiones et responsiones ad orthodoxos Псевдо-Иустина (действительно, лексические совпадения заметны, ср. 402a Morel: περιττόν ἐστι τὸ φαιδρὸν ἢ σκυθρωπὸν ἐνταῦθα διὰ παλμῶν προγινώσκειν), а также на существование трактата некоего Мелампода Египетского (ок. 3 в. до н.э.) Περὶ παλμῶν μαντικὴ πρὸς Πτολεμαῖον βασιλέα, О гадании по содроганиям царю Птолемею. Ср. также у Плавта, Pseud. 106–107: «Откуда это будет, я не знаю сам, / А только будет: бровь недаром дергает (supercilium salit)» (пер. А.В.Артюшкова).

52

Довольно точная цитата из Августина (De doct. chr. 2.20.30). Чуть ниже (2.20.31) Августин, кстати, упоминает и о диагностике по содроганию членов (si membrum aliquod salierit).

53

Переводим (h)aruspicina (sc. disciplina) Исидора как просто ‘гаруспицина’. Ср. рассказ о Тагесе (Таге, Тагете) у Овидия (Met. 15.552 sqq.) или Цицерона (De div. 2.23): «Рассказывают, что однажды шла пахота на земле Тарквиниев, и когда лемех взял поглубже, из почвы внезапно выскочил некий Тагет, что чрезвычайно удивило пахавшего. Этот Тагет, как написано в этрусских книгах, был по наружности мальчик, но по мудрости — старец. При виде его изумлённый пахарь поднял громкий крик, сбежался народ, и вскоре на это место собралась вся Этрурия. И Тагет долго говорил перед многочисленными слушателями, а те все его слова запомнили и записали. А вся его речь была о том, что составило науку гаруспиций (haruspicinae disciplina). Позже она ещё разрослась, по мере того, как к этим начальным сведениям добавились новые» (пер. М.И.Рижского).

54

Скорее, selem: ср. евр. צֶלֶם ‘образ, подобие’, напр. Быт.1:27 (греч. соответствие εἰκών). Источник сообщения об Исмаиле неясен: может быть, путаная отсылка к таннаю Ишмаэлю б.Элише (90–135)?

55

Сама фраза достаточно затейлива (confingunt figurate propter effigies), перевод толковательный.

56

Deorsum fluens: καταρύων (т.е. καταρρέων) — фантастическая этимология Иеронима (In Ep. ad Ephes. 6.11), который тут же приводит для сравнения имя Завулон (с καταρρέω связи никакой, но ср. угарит. zbl как эпитет Ваала), а также верный лат. перевод греч. διάβολος — criminator, т.е. ‘обвинитель, клеветник’.

57

Ср. Bel, vetustas и т.д. Иеронима, имеющего в виду евр. בָּלָה ‘стареть, изнашиваться’.

58

Почерпнуто из Сервия (Aen. 1.729). Собственно, семит. *baˁl значит ‘владыка, господин’, откуда пунич. и финик. bˁl; восходит к афроаз. baˁil ‘человек’.

59

Библейский Ваал-Фегор (Чис.25:3 и др.; בַּעַל-פְּעוֹר: собст., ‘владыка [горы] Фегор’) — божество моавитов. Этимология simulacrum ignonimiae принадлежит, конечно, Иерониму, s.v. Beelphegor. Помимо факта сакрального «блудодейства с дочерями Моава» (Чис.25:1), «позор», возможно, как-то связан со значениями מָּעַר ‘разевать, разверзать’, etc.

60

Ср. 4Цар.1:2–3 и др. Евр. זְבוּב בַּעַל в Септуагинте передано βααλ μυια; это имя могло толковаться и как θεὸς Μυῖα (Jos. Flav. Ant. jud. 9.2.1), и как ‘бог-мухогон’, с отсылкой к известным из Павсания греч. теонимам Ἀπόμυιος (5.14.1) и Μύαγρος (т.е. Μυίαγρος) (8.26.7). Форма Βεελζεβούλ предложена Симмахом, который, возможно, обыгрывает арам. zbl/zblˀ в значении ‘навоз, навозная куча’ (Jastrow s.v. זֶבֶל, ср. сир. ; отсюда ‘Ваал скверный’ Елизаветинской Библии); с другой стороны, изначально zbb ‘муха, слепень’ могло быть подставлено вместо zbl в значении ‘высокий, возвышенный’ (глагол זָבַל) — с той же целью унизить Вельзевула.

61

Лакуна в рукописях.

62

בְּהֵמוֹת: мн.ч. (pluralis excellentiae) от בְּהֵמָה (ж.р.) ‘животное’, см. BDB s.v.

63

Additamentum eorum: источник Исидора возводит לׅוְיָתָן к евр. לָוָה ‘соединять(ся)’, но с Левиафаном логичнее связать не отмеченный в библейском языке, но восстанавливаемый из родственных, глагол со значением ‘обвивать, свивать(ся)’, ср. ассир. lamû ‘окружать и т.д.’, араб. لَوَى ‘свёртывать, скручивать и т.д.’, см. BDB s.v. לוה.

64

In se redeant: сводятся концами, scil. смыкая полукружие серпа в кольцо. Возможно, впрочем, имеется в виду вечное возвращение лет и времён, чтобы снова и снова ‘пойти под серп’.

65

На самом деле, Diespiter в архаич. латыни идентичен Юпитеру, но уже как минимум у Лактанция смешивается с Плутоном, инфернальным ‘Дитом-отцом’: Исидоров ‘Отец Дита’ — ещё одно искажение.

66

Ср. определение orca как ‘разновидности амфоры’ у Исидора же в книге XX (6.5). См. также Du Cange s.v., где приводится и позднее греч. ὄρκη ‘сосуд для вина или масла; ларец; женская косметичка’. Римский Orcus, очевидно, имеет этрусские корни и этимологию.

67

Современные авторы отказывают имени богини в греческой и даже индоевропейской этимологии. Из древних Афинагор Афинский (ок. 133 — ок. 190) пытался этимологизировать его как Ἀθηλᾶ, то есть ‘некормленная грудью’ (θηλάζω ‘кормить грудью’, θηλή ‘сосец, грудь’), сближая заодно с Персефоной; но нигде не встречается ‘амазонское’ толкование Ἀθηλᾶ через ἄθηλυς ‘неженственный’. В и.-е. перспективе греч. θηλή напрямую связано с лат. femina (слово, используемое здесь Исидором), а также с рус. доить и дева (слово, радикально изменившее свой смысл по сравнению с праславянским архетипом).