Еврейские скрижали и русские вериги (Русский голос в творчестве ивритской поэтессы Рахели)

Немые взоры с самого утра

с тоской стремились к дальним, светлым тучкам.

И, как оне, внезапно стихло сердце.

В него сошел с лазурной высоты

безмолвный, белоснежный сонм мечтаний.

Они крылами нежно приласкали

и окропили благодатью дали.

И вот брожу я с самого утра,

со мной свет дня и тайна туч небесных;

а тихого томленья чистый пламень

от давних дней забытых и прекрасных

к открытым ранам сердца льнет любовно.

Так волны моря после грозной бури

песок прибрежный лижут примиренно...

Василек средь алых маков -

бирюзовый, влажный взгляд;

здесь сгорит, младенец кроткий,

твой лазоревый наряд!

Здесь пьянят кипучей страстью

сатанинские цветы;

все сжигает их дыханье,

ты же - нивы вестник ты.

Здесь цветы рвала русалка,

маки красные в венок,

выпал наземь ты и вырос

в дальнем поле одинок.

Ты открыл глазок стыдливый -

вкруг мятеж был ал и дик;

"Зло да здравствует вовеки! -

несся к небу маков крик. <->

Прочь невинность, прочь святыня,

все, что сносит гнет цепей;

как верблюд, томимый жаждой,

мир в пустынности своей.

Обнажи свои глубины,

плащ сорви лазурный твой,

будь и ты багряно-грешным,

словно маки в летний зной!.."

Так глумились злые маки,

так кричали в небеса,

ты внимал им, и слезилась

на глазах твоих роса.

Упованье - в преисподней,

непорочность - в море зла!

Чудом здесь ты голубеешь

в сени Божьего крыла...