Глава 8

Глаза эльфа подозрительно потемнели, а дыхание участилось. Мне тоже стало жарко – сквозняк, вызванный открытой дверью, давно сошел на нет.

– Тебе помочь? – повелитель наклонился, поставив ладони на массажный камень с двух сторон от меня.

Ну уж нет. Не знаю, кем нужно быть, чтобы играть в такую игру с незнакомым мужчиной. Уж точно не мной. Да, эльф был, безусловно, красив, а при взгляде на его губы меня невольно пробирала дрожь воспоминаний… Но позволять себя снова целовать я не собиралась.

В прошлый раз у меня не было выбора – паралич просто не давал пошевелиться. Но теперь я, взрослая женщина в здравом уме и твердой памяти, спокойно найду хоть десять способов справиться с этим мужчиной.

По нему ведь явно видно, что он не мыться мне собрался помогать! К тому же, повелителю точно известно, что я уже купалась – сам отдал этот приказ.

– Спасибо, не нужно, – мой голос, несмотря на решимость дать отпор, прозвучал неожиданно хрипло. – Я с удовольствием переоденусь сама. Вот только во что?

– Ты в купальне. Здесь одежда не понадобится.

Отступив на шаг, он, глядя мне в глаза, опустил руки на пояс своих штанов. Пример решил подать? Невольно проследив за его жестом, я с любопытством уставилась на хитрую шнуровку, благодаря которой эти самые штаны держались на бедрах. Переплетенная из нескольких нитей разной толщины, хитрая вязь выглядела совершенно неудобной для распутывания.

Он что, каждый раз, чтобы в туалет сходить, расшнуровывает эту конструкцию?

Мысль неожиданно рассмешила и помогла собраться.

Неужели повелитель эльфов всерьёз думает, что девушка, только что пережившая покушение, которая к тому же потеряла память, вот так запросто бросится в его объятия?

Кстати, эльф легко и ловко развязал свою шнуровку и уже избавился от штанов и сапог.

Хм. Фигура у него, конечно, только слюни пускать. Широкие плечи, развитые мышцы груди, переходящие в очевидный рельеф пресса – все это великолепие так и манило протянуть руки и потрогать его. Конечно же, исключительно, чтобы убедиться, что передо мной не иллюзия, не мираж, а реальный мужчина. Единственное, что портило картину, это…

– Красивое белье, – произнесла я, стараясь не улыбаться слишком широко.

Нет, ткань была тонкой на вид и наверняка мягкой наощупь. Но вот фасон… Семейные трусы в сравнении с этим шедевром парашютной, простите, текстильной промышленности – просто образец изящества. Зато ничего нигде не жмет. И вышитая серебряной нитью монограмма на бедре выглядит очень мило…

Вот только такие труселя, сейчас собравшиеся мятыми пузырями на мужских бедрах, могут напрочь отбить весь романтический настрой. Как хорошо, что я и не планировала ничего.

– Ленариэль, – эльф, похоже, что-то такое понял, потому что в его голосе явно послышалось подозрение. – Что с тобой?

– Прошу прощения, – я закашлялась, чтобы хоть как-то скрыть рвущийся наружу смех. – Но… я не совсем уверена в том, что вам стоит демонстрировать свои прелести незамужней женщине.

– Мы пройдем с тобой обряд единения как только ты поправишься, – нахмурился эльф.

– Как хорошо, что вы заговорили об этом, – тут же подхватила я. – Вам наверняка доложили о моем состоянии. Да, мне известно, кто вы, что вы являетесь моим женихом, но… я вас совершенно не знаю.

– Да, Ранимиэль сказала, что ты потеряла память, – сказал повелитель.

Эльф, к счастью, не делал больше попыток подойти или раздеться окончательно. И на том спасибо. Хотя на его трусы я старалась не смотреть – тут же становилось смешно.

– Значит ли это, что вы дадите мне время на восстановление? Насколько понимаю, мне нужно попытаться все вспомнить… – я добавила в голос просящих ноток. – А если не получится, придется учиться заново.

– Учиться заново, – улыбнулся эльф. – Разумеется, всему, чему нужно знать моей жене, тебя научат в самые короткие сроки.

– Благодарю, – я постаралась не допустить в голос сарказма. Нужно помнить, что мое благополучие сейчас зависит от решений этого мужчины. Так что будем налаживать мирный диалог. – Скажите, а наши с вами отношения – какими они были? Как я вас называла, например?

– Ты можешь обращаться ко мне по имени, – милостиво разрешил повелитель, заставив скрипнуть зубами. – А что касается наших отношений, то не стоит волноваться о том, что ты их не помнишь. Мы почти не знали друг друга.

– Как же я тогда забеременела? – спросила я.

Уже произнося это, поняла, какую глупость сморозила. Но слова уже не вернешь обратно.

– Очень просто, – в глаза эльфа снова вернулась тьма, которая была там, едва он вошел в купальню. – Я покажу тебе то, что ты могла забыть. Прямо сейчас.

Он сделал шаг вперед, оказавшись рядом. Положил руки мне на талию и… приподняв, посадил на массажный стол, глядя при этом в глаза. Даже сквозь ткань халата я чувствовала жар мужских ладоней, что легли мне бедра.

Нетрудно понять, что будет дальше. Сейчас он доберется до пояса, развяжет его… потом разведет мне колени, встанет между ними…

В голову даже пришла мысль – не сопротивляться, а отдаться судьбе, так сказать, в руки. Тем более, что эльф не торопился, а, казалось, смаковал каждое движение, действуя нарочито медленно. Его ласки пока походили, скорее, на легкие поглаживания – ткань халата под мужскими пальцами словно ожила и тоже принимала участие в прелюдии.

Я и не знала, что у меня под коленкой настолько чувствительная кожа…

Ах да. Не у меня, а у Ленариэль. Как можно было забыть, кто я на самом деле? И где нахожусь?

– Если вы собрались продемонстрировать, как делать детей, то не стоит, – я положила руки на плечи эльфа и попыталась отстранить его. – Мне известно об этом.

– Мне так не показалось по твоему поведению, – ответил эльф, почему-то усмехнувшись. – Я знаю, что тебя воспитывали в строгости, и ограничивали общение с мужчинами.

Правда, что ли? А вот в воспоминаниях Ленариэль я увидела совсем другое. Она танцевала, соблазняя повелителя, и вообще вела себя как опытная женщина.

– Но, тем не менее, мы с вами разделили постель, – я не спрашивала, а утверждала.

– Да. Ты пришла ко мне, сказав, что случайно попала под действие вирсении, – улыбнулся эльф, продолжая гладить мои ноги. – И умоляла взять тебя… потому что именно я – тот самый мужчина, что предназначен тебе богиней.

Тут эльф сжал мои бедра и шагнул вперед, разводя колени в стороны и становясь между ними. Черт! Да, хоть я и ожидала, что он так сделает, сопротивляться все равно не смогла. К шее приникли горячие губы, вызвав невольную дрожь.

– Что еще за вирсения? – хоть я и пыталась говорить ровно, получилось все равно с придыханием.

Эльф отстранился, удивленно глядя на меня.

– Странно, что ты не помнишь даже этого, – медленно произнес он. – Это цветок, пыльца которого на женщин действует как афродизиак. В парах ее обычно используют для того, чтобы зачать ребенка.

– Эм. Вот как, – мои руки по-прежнему лежали на плечах эльфа, и я оттолкнулась, пытаясь отстраниться от него сама, раз уж не получается отодвинуть его. – Только на женщин? А почему?

Я готова была говорить все, что угодно, лишь бы отвлечь эльфа от того, что он делал – его пальцы медленно, но неуклонно приподнимали подол халата, обнажая мои ноги. Еще чуть-чуть, и ему станет понятно, что белья на мне, конечно же, нет.

Бросив взгляд вниз, я поняла, что трусы эльфа уже не вызывают желания смеяться – тонкая ткань почти не скрывала того, что может ожидать меня совсем скоро, если я не остановлю мужчину. Ого!

Эльф отстранился, но только для того, чтобы снисходительно посмотреть на меня.

– Тебе лучше задать этот вопрос травникам, – сказал он. – Вы, женщины, практически не можете сопротивляться возбуждающему действию вирсении. На мужчин она не действует.

– И ты воспользовался этим, чтобы уложить меня в постель? – я скрестила руки на груди, пытаясь при этом плотнее запахнуть халат.

– Наш обряд единения – дело решенное, Ленариэль. Разумеется, когда ты, моя невеста, пришла ко мне с просьбой… доставить нам обоим удовольствие, я сделал так, как ты просила. Иначе бы ты страдала, а мне не хотелось этого.

Вот же гад! Поимел девушку под каким-то дурманом, а пытается представить это так, будто сделал одолжение! Да еще и сейчас смотрит снисходительно, словно я ему еще и благодарной должна быть за это!

Так хотелось врезать по этой самодовольной физиономии, что силы сдерживаться таяли с каждой минутой.

Спас меня стук в дверь. Громкий настойчивый звук чуть прогнал дурман злости, позволяя взять себя в руки.

Повелитель раздражённо обернулся, глядя на дверь.

– Кто там?! – громкий возглас срезонировал, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Уж больно отличался этот резкий повелительный тон от тех интонаций, которые эльф использовал, разговаривая со мной.

– Верисель, – раздался из-за двери ответ.

Хм. Это имя, которое упоминал бог, произнесенное голосом, который кажется почему-то знакомым.

Повелитель эльфов оглядел меня, поправил полы халата так, чтобы я оказалась закутана в ткань от макушки до пяток и, наконец, отступил к двери.

– Можешь заходить, – сказал он.

Я слезла с массажной плиты, и во все глаза уставилась на того, кто стремительным шагом вошел в купальню.

Потому что не только голос кудрявого блондина с небесно-голубыми глазами оказался мне знаком. Я, несомненно, раньше видела этого мужчину.

Только как такое возможно?!

Загрузка...