Я каждый раз думала, что выбилась из сил, но каждый раз Осман доказывал мне обратное. Мы делали такое, что на утро вспоминать, не краснея вряд ли получилось бы.
Эта ночь стала еще одной переломной в нашей жизни. Еще одна черта, через которую мы перешли, но на этот раз финальная. Я очень надеялась, что это в корне изменит положение вещей.
Раз мы так часто спорили и не могли найти точки соприкосновения и способы примирения, разве сегодня был не самый действенный?
Может так и научимся впоследствии слушать и слышать друг друга? После того как будем уставать ругаться… и не только. Например, как сегодня.
Потому что сегодня я даже не поняла, как заснула. Наверное, еще даже стоя в ванной, когда мы вместе принимали душ, выжатые как лимоны. Но совершенно счастливые.
Я так точно. И он тоже. По глазам видела. По его улыбке довольной, как у кота, который съел сметану с хозяйской тарелки и не получил тапком, было все понятно.
Я спала так крепко, как будто марафон пробежала. Но ведь это и был марафон, правда мы совсем не бегали, хотя калорий сожгли не меньше.
Мне в один момент стало безумно спокойно. Словно мир перевернулся и теперь все стало на свои места.
Спала и во сне вспоминала все сказанные им сегодня слова, а сама трепетала как будто первый раз их услышала. Мне казалось, что я на столько счастлива не была давно. Если вообще когда-либо была.
Ничего не хотелось прекращать. Ничего не желала менять. Вот так лежать, спать в его объятиях… оказалось, в этом мое счастье. В этом мужчине, в тепле его рук. В ласке поцелуев, в бешеном и страстном сплетении тел…
— Ну…, - протянула недовольно, почувствовав сквозь сон как Осман стал отстраняться, но потом неожиданно перестал. Наверное, все это было потому, что я начала протестовать как капризная девчонка, при этом улыбаясь. Сегодня мне было можно.
Я так думала.
Но оказалось, что нельзя. Совсем.
Звука издать. Пошевелиться нельзя.
Внезапно на мое лицо опустилась его ладонь и одним резким и грубым движением до боли закрыла рот. Так, что даже мычать не получалось, не то, что говорить и тем более кричать.
Сон сразу же испарился. Сначала появилось смятение, сменившееся безрезультатными попытками вырваться. Фиаско и провал. Полное разочарование. Только мужская рука еще сильнее сжалась на моем лице, на этот раз причиняя боль.
Едва ли я могла понять, что происходило. Лежала спиной к нему. Вдавленная в тело. Чувствовала, как он напряжен. Как застыл. Сам не двигался, словно было нельзя.
— Не шевелись, — его едва различимые слова были сказаны мне на ухо, и я так же замерла. Стала вслушиваться и пытаться хоть как-то разобраться в случившемся.
В комнате тишина. Никого не было. За окном по-прежнему бушевала гроза, но к настоящему моменту прибавился еще и ливень. Ничего такого, если бы не суета…
Отдаленная, какая-то неопределенная. Которая как снежный ком только нарастала и нарастала.
За окном раздались чьи-то крики. Громкие и агрессивные.
По-настоящему я испугалась, когда услышала выстрелы. Вряд ли предупредительные, потому что в ответ раздались такие же залпы, но уже гораздо ближе.
Как будто на нас нападали, а охрана отстреливалась…
Мне стало безумно страшно. Даже если бы Осман меня не удерживал, я бы вряд ли сама была в состоянии пошевелиться. Ужас на столько сильно засел в голове, что при все желании я не могла произнести ни слова.
— Вставай! Живо! — все так же тихо, но агрессивно твердо произнес муж, — быстрее!
Потянул меня за собой так, что я едва устояла на ногах в попытке за ним успеть.
— Что происходит? — прозвучало сбивчиво и сипло.
— На дом напали, — мы бежали вниз по лестнице, с опаской оглядываясь по сторонам. Видимо, мужчина опасался, что те, кто посмел напасть на нас, могли уже попасть в дом.
Видя его состояние мне стало страшно. Всегда такой беспристрастный, циничный и хладнокровный человек сейчас почувствовал опасность. Как хищник, который был загнан в ловушку на своей территории.
Неожиданно. Внезапно.
— Сиди здесь, — он открыл какую-то невзрачную дверь ив толкнул меня чуть ли не в подвал в той части дома, где даже я ни разу до этого не была.
— А ты? — опомниться не успела, чтобы даже шаг сделать к нему. Только и могла, что смотреть как закрывается дверь. И, судя по звукам, на это место был сдвинут комод…