Жизнь там 8

Глава 7

Когда мы вошли друг за другом в зал заседания все остальные уже были на месте.

Дело оказалось не столько интересным, сколько запутанным. Суть состояла в том, что когда-то давно умерла одна старушка, имеющая в своей собственности большое поместье и земли. Наследников у неё было двое, но оставила она все по завещанию только одному из них.

И всё бы ничего, но завещание её наследник благополучно потерял, а земли в поземельном реестре отчего-то значились за обоими, причем не по кусочкам, а целым поместьем.

Казалось бы, наследников двое, в реестре они оба значатся наследниками, раздели землю пополам и будет вам счастье. Тем более, земли то и немало. Но существовало одно такое большое «НО». На одной части этой земли были озеро и небольшой, вытянутый вдоль него сад. А на второй части — огромные пахотные земли. Вот от них то основной доход хозяину поместья и шел. Так что сцепились за эти пахотные земли два наследника не на шутку. Да так, что их судебные баталии уже в столицу перекочевали.

Но меня, как законника и помощника писаря, заинтересовал другой момент. Поземельный реестр. Я первое что сделала, как только как следует ознакомилась с обстоятельствами дела, так это подняла справки оттуда и проверила их на подлинность магически.

Что меня удивило, так это то что обе справки, как две капли воды, походили друг на друга. Точнее они были написаны по одному образцу, одной рукой, с разницей в один день. С одинаковыми печатями и за одно и той же подписью. Более того, проведя над ними быстрый магический анализ я с ещё большим удивлением удостоверилась что оба документа подлинные.

Ещё в прошлой жизни я прекрасно усвоила, что, когда документы оформляются где-нибудь в глубинке на такое большое поместье и земли, все служащие, оформляющие эти документы, прекрасно знают о наличии и первого оформления. Это была непреложная истина. В такой глухомани все всегда друг друга прекрасно знают. И не только друг друга, но и о друг друге: кто чем владеет, у кого кто болеет, кто родился, кто чем дышит, у кого что происходит в семье, в делах. И даже кто чего о ком сказал.

Так что не знать, о том, что данный документ был уже составлен, служащий не мог. Оставался только один вопрос, как быстро можно вызвать этого служащего в суд и хорошенечко допросить. На основании каких именно документов он составил оба столь противоречивых документа и зарегистрировал их.

С другой стороны, я посмотрела на дату документов и приуныла. Данный служащий может давно уже не работать, более того, его могло не быть в живых, потому что писарь всё это оформлял ещё при отцах судившихся. Дело принимало всё более запутанный оборот.

Нет, конечно, вызвать этого служащего в суд стоило, хотя бы потому что это предполагается правилами, но особого результата от этого вызова ждать не следовало. Я недовольно покрутила документы у себя в руках и решила подступиться к решению этой задачи с другой стороны.

Например, со стороны завещания. Допустим данного документа нет у наследников, но в нотариальной конторе то должно оно быть. Правильно, должно. Поискала, что еще есть в бумагах. Нашла.

Конверт с завещанием внутри принят и должным образом заверен. Но уже запечатанным. То есть, получается содержание самого завещания ни нотариус, ни его помощник, ни тем более преемники знать никак не могли. Снова тупик. С какой стороны можно поступиться ещё?

Будь я обычным человеком этого времени на этом бы мои изыскания и закончились. Но обладая памятью человека другого мира я прекрасно знала, что любая сделка, и тем более наследство, оставляет финансовый след. Следовательно, нужно обратиться в налоговую и вот там-то по финансовым выпискам и станет возможным отыскать, кто именно оплатил налог на принятие наследства. Ведь за принятие наследства оплачивается госпошлина.

Остается только установить при помощи нотариальной конторы, когда именно было получено завещание наследником, и в течение какого времени он должен был оплатить госпошлину. А ведь можно ещё проверить налоговые отчисления за землю. Точно, наследник стопроцентно ее платил, иначе бы у него уже давно были проблемы с налоговой управой. А вот тот, кто подделал так ловко документы, вряд ли заморачивался. Нет поймать на подлоге документов, особенно когда его их сделал тот же человек, который сделал подлинник, дело гиблое. А вот привлечь за налоговые долги в государственную казну, вот это вполне реальный вариант. Так и поступим.

Но, как оказалось, судья до этого ведущий это дело, был далеко не формалистом, и поэтому здесь уже присутствовал и представитель нотариуса с выписками о завещании, и государственный писарь, который оформлял данные документы. Пусть уже давно в отставке по причине глубоко пожилого возраста, зато полностью дееспособный.

Но что самое неприятное, оказалось, три года назад, когда столицу князь Верисавский так удачно защитил от подтопления, данный городок, пусть и незначительно, но от паводка пострадал. Пострадали в большинстве своем подвальные и полуподвальные помещения. Но вот здание писарского приказа, а главное архивы, находящиеся как раз в подвале и, разумеется подмокли. И, к сожалению, восстановлению, на данный момент, не подлежат. Не правда ли, очень удобное обстоятельство для всякого рода махинаций?

— А кто, скажите мне, все эти… — я заглянула в бумаги, — 37 лет с момента получения наследства у вас им пользовался?

— Так я пользовался, — сказал первый наследник. — Как тётка мне всё оставила, да потом по закону перешло всё ко мне, так я и пользовался.

— А почему второй наследник никогда не высказывал своих претензий по этому поводу? — спросила я второго наследника.

— Так, я-то ничего об этом не знал. К тому же, я в Белогории бываю только наездами. Основное время проживаю в Полесье. У меня там ферма своя. Я птиц развожу. А за фермой пригляд нужен. Это я сюда заехал в очередной раз родственников навестить, дела кое-какие уладить, и вот совершенно случайно узнал, что я, оказывается, стал наследником. А этот ничего не сказал мне про мое наследство. Все время пользовался самолично. Что за дела? Я сразу в суд и обратился.

— Понятно, — задумчиво протянула я. — На оглашении завещания вы вместе были или по отдельности?

— Так мой стряпчий был, — почти синхронно ответили судящиеся.

— И где те самые стряпчие, что вас представляли? — спросил судья, изначально ведший это дело.

— Так мой уже в годах был. Лет двадцать как Боги его забрали, — поведал первый.

— А мой, гад, крал. Я его со стражей на горячем с поличным поймал. Потом тюрьма, а дальше я им не интересовался, — рассказал второй.

— Понятно, что ничего не понятно, — раздраженно сказал младший из судей, сидящий рядом со мной. — В этом деле, куда ни кинь, везде одни вопросы и никаких ответов.

— А ещё одни правые. А так не бывает, — сказал судья, тот что постарше, сидящий от меня через младшего судью. — Ваши предложения по поводу решения этого вопроса?

На этой фразе я, по привычке своей работы с наставником, выставила звуконепроницаемую сферу. Совет между судьями комиссии — это не тот разговор, который должны слушать остальные присутствующие в зале.

— А у вас у самого какие идеи? — Тут же поинтересовался младший из судьи.

— Да какие тут могут быть идеи? Пусть договариваются о том, как делить поместье и земли пополам будут.

— И я того же мнения, — согласился с ним второй.

— А я сначала бы проверила налоговые документы. И выписки на уплаты пошлины за завещание и зачисления на право владения землей.

Оба уставились на меня.

— Это, конечно, хорошее дело. Но как оно поможет в данном решение данного вопроса?

— Прояснит, кто всё-таки является владельцем, — пояснила я. — Неужели вы думаете, хоть кто-то согласится платить за землю и поместье немаленькие налоги, при этом даже не являясь владельцем?

— Но это не даст возможность установить право собственности одного и подлога другого, — возразил судья, тот что сидел от меня дальше.

— Зато даст возможность передать всё поместье и земли в руки действительного собственника, а не присоединившись в последний момент.

— И как вы это предлагаете сделать?

— Я предлагаю подключить к этому делу тайную канцелярию. А точнее, их внутренний отдел.

— И вы думаете, они вот так просто, всего лишь по вашему желанию, присоединяться к делу? — удивился старший из судей.

— Понятия не имею. Но, думаю, попробовать стоит.

— Хорошо, как мы это обоснуем для всех присутствующих? — поинтересовался судья, тот, что помладше.

— Разумеется, необходимость рассмотреть это дело более пристально и подробно. Провести дополнительные проверки оставшейся документации, той которая не утонула. И поэтому назначим следующее судебное заседание неделей позже, а сами тем временем проверим то, что я сказала. И подключим внутренний отдел тайной канцелярии. Сдаётся мне, это не единственный такой случай. Если где-то что-то утопло вместе с документами, то на такой лакомый кусочек всегда найдется куча мошенников, жаждущих заполучить себе незаконным путём имущество других.

На том и порешили закончить это судебное заседание.