Главное в ленинизме

Из статьи «О карикатуре на марксизм и об “империалистическом экономизме”» (Полн. собр. соч., т. 30)

Вопрос о диктатуре пролетариата имеет такую важность, что не может быть членом социал-демократической партии, кто отрицает или только словесно признает ее. (Стр. 122)

Из статьи «Империализм и раскол социализма» (Полн. собр. соч., т. 30)

В истории всегда бывало, что имена популярных среди угнетенных классов революционных вождей после их смерти враги их пытались присвоить себе для обмана угнетенных классов. (Стр. 177)

Из статьи «Открытое письмо Борису Суварину» (Полн. собр. соч., т. 30)

Раскол! Это пугало, которым социалистические вожди стремятся напугать других и которого они сами так боятся! (Стр. 265–266)

Истинно-революционные интернационалисты численно слабы? Рассказывайте! Возьмем в качестве примера Францию 1780 г. и Россию 1900 года. Сознательные и решительные революционеры, которые в первом случае были представителями буржуазии — революционного класса той эпохи, — а во втором случае были представителями революционного класса настоящего времени — пролетариата, были чрезвычайно слабы численно. Это были лишь единицы, составляющие максимум ¹/_{10 000} или даже ¹/_{100 000} своего класса. А спустя несколько лет эти самые единицы, это самое, якобы столь ничтожное, меньшинство повело за собою массы, миллионы и десятки миллионов людей. Почему? Потому что это меньшинство представляло действительно интересы этих масс, потому что оно верило в грядущую революцию, потому что оно было готово беззаветно ей служить.

Численная слабость? Но с каких это пор революционеры ставят свою политику в зависимость от того факта, в большинстве ли они или в меньшинстве? (Стр. 266–267)