Гоа. Инструкция для тех, кто устал жить по инструкциям

Расскажу, не тая и не таясь

В качестве кого бы ни заносила вас Cудьба, или Карма, в Индию, обойти стороной штат Гоа практически никому не удаётся. Ежели вы не дипломатический работник или политический деятель, то, скорее всего, делать это будете первый раз через туристическое агентство. Ведь вы не официально зарегистрированный владелец фирмы и ещё не получили статус резидента Республики Индия, как это делают опытные иностранцы, проживающие в Гоа. Причин тому несколько. Например, визовый режим, существующий в Индии. Для решения этих проблем в Москве имеется несколько «специально обученных» агентств. Они обеспечивают визу различной продолжительности и билеты на чартерный рейс, если сезон чартеров уже начался. Билет обычно берётся в один конец, ибо кто его знает, куда и в какие сроки возжелает направиться ваша персона по истечении визы. Индия страна не курортная, а скорее путешественническая, туристическо-познавательская. Ещё сюда приезжают за медицинскими услугами, не такими, что принято предоставлять в Европе, Америке или Израиле. А традиционными, натуральными – аюрведическими и прочими восточными (как я их называю – гуманистическими))). Самое знаменитое место в Индии по предоставлению коммерческой разновидности этого вида лечения находится южнее нас, а именно, в одном из любимейших мною штатов – Керале. О них я ещё расскажу подробнее в следующих главах. Как таковых курортов здесь раз-два и обчёлся, самый главный и популярный из них и есть Гоа. Поэтому туристические «пакеты» (виза-трансфер-проживание) «тревелкомпани» продают в основном сюда. Обычно к путёвке прилагается рекламно-просветительский буклет в стиле: «зацените, что за чудо мы вам предлагаем, Рай на земле ещё существует». В листовочке отображены: примерный курс индийской рупии к ведущим валютам, температура воздуха, воды, рекомендации не пользоваться услугами кого-либо, кроме представителей туристической компании, не брать в аренду транспортные средства, ибо движение в Индии зеркально отражённое от привычного россиянину (причём во всех смыслах, а не только направлением) и куча дебиловатых советов, типа полоскать рот после чистки зубов водой из бутылочки и надевать панаму, отходя от кондиционера.

Начинается, как водится, подобная «здравица», оптимистически-безграмотным словосочетанием типа «…вы летите НА Гоа…». Если подобное словосочетание попадается на глаза или произносится вслух при «продвинутом» гоанце, я имею в виду тех, кто не первый раз отправляется в Индию, независимо от того, в ладах он с русским языком или нет, возмущению его не бывает предела. Формально он, конечно, прав, ибо Гоа – это не остров, соответственно по правилам русской словесности лететь можно исключительно «в Гоа»… хотя, вот в Японию же летают, и ничего… а она пока ещё остров, но, говорят, что уже движется со скоростью несколько сантиметров в год в сторону Российского берега))). Такие «молодые» и всезнающие «гоаны» (именно так почему-то принято тут выражаться) в среде русской диаспоры называются – «заработавшие синдром подразобравшегося», но чем дольше стаж пребывания на благодатной земле, тем человек становится терпимее и перестаёт презрительно относиться к посягнувшим на чистоту родной речи. Я бы в подобных случаях посоветовал неопытным туристам выражаться – «НА гоанщину»: и «волки» будут целы, и туристы останутся при своём мнении. Выражение «подразобравшиеся» ввёл один из старейших членов русской тусовки, диджей XP-VOODOO, он же в миру Тимур Мамедов. Но речь пока не о ярких представителях нашего землячества, этой темы мы тоже с вами коснёмся немного позже.

Далее в рекламном проспекте пропечатаны статистические данные – длина, ширина, количество населения, процентное содержание приверженцев различных религий, парочка исторических дат, типа, когда штат вошёл в состав Индии и дежурное упоминание о «благословлении» Гоа Джоном Ленноном в качестве Мекки хипповского и прочих неформальных движений. Естественно, вам раскроют тайну, что музыкальный стиль «гоатранс» зародился не на Чукотке, а именно тут. Обычно на этом официальная часть заканчивается, далее идут уже профессиональные туроператорские разводки, чтобы втюхать отдыхающему побольше своих услуг, начиная от массажа в салоне при гостинице, кончая набором экскурсий с ценником, в разы превышающем индийскую реальность. Как правило, историческая информация ограничивается упоминанием того, что до 1962 года, когда Индия объявила об аннексии Гоа, и он вошёл в состав республики, территория эта примерно пятьсот лет принадлежала Португалии, потому здесь превалирует христианство в своей католической версии. Всё оно так и было, если не вдаваться в подробности. Но человеку пытливому должны быть интересны некоторые детали и предыстория, послужившая исторически сложившемуся имиджу этого уникального места на Земле. Итак, немного конкретики о климате, отличительных особенностях, менталитете, нравах и житейско-бытовых тонкостях Гоа.

География и всяко-разно

Начнём с небольшого географического описания и плавно перейдём в тезисный исторический экскурс. То, что здесь немного угнетает широкую русскую душу, – это осознание ограниченности пространства штата. Площадь его действительно настолько мала, что составляет по размерам примерно три с небольшим Подольских района в Подмосковье. Штат вытянут вдоль побережья Аравийского моря, которое является частью Индийского Океана. Протяжённость сто пять, а ширина в самом широком месте шестьдесят пять километров. С запада – воды океана, с востока – предгорья хребта Западные Гаты. Население, даже смешно сказать по индийским масштабам, – всего полтора миллиона человек, примерно, как в ЮЗАО города Москвы. Поэтому сибирякам тут вряд ли будет уютно, ведь ещё в советские времена у них существовала поговорка: «Сто рублей не деньги, сто километров не расстояние, сто лет не старуха». Причём некомфортно им будет по всем трём пунктам. Сто рублей, даже если брать современные российские деньги, уже не говоря о советских, это почти два доллара США, то есть сто тридцать – сто сорок индийских рупий, в зависимости от текущего курса. Сумма, на которую можно купить килограмм говядины, например, или четыре литра потрясающе вкусного молока. Сто километров – это огромное расстояние, которое ехать вам придётся два-три часа, если вы сами будете за рулём и немного больше, если вас повезёт индийский водитель. Второй способ значительно надёжнее первого, и вероятность того, что вы в комплектном состоянии доберётесь до конечной точки своего следования, значительно повышается, особенно в тех случаях, если вы не имеете достаточного опыта перемещения по Азии на любом из видов транспортного средства.

Движение тут не только левостороннее, но ещё и не поддающееся логике зашоренного протокольностью европейца. Ширина проезжей части напоминает козью тропу к водопою. Ездят индийцы, а заодно и иностранцы, не по правилам, а по интуиции и только им понятным порывам души. Алкогольное и прочее опьянение не является злостным нарушением, и если местный гаишник останавливает вас в таком состоянии, то размер штрафа зависит только от тяжести его материального положения и вашей убедительности, когда вы ему объясняете, что приоритетом для вас на текущий момент является добраться до дома, чтобы отоспаться. Сейчас, правда, времена меняются, за гаишниками осуществляется надзор, который мешает им разбойничать на дорогах, поэтому встретить их в наших краях считается «редкой удачей». Сами дороги расширяются, и асфальтовое покрытие не напоминает более рельеф обратной стороны Луны, как это было три-четыре года назад. Что же касается столетнего возраста, то я не встречал здесь долгожителей индийской национальности. Южные женщины взрослеют рано, в сорок лет это уже солидная тётя, если ещё учесть, что в Индии понятие красоты женского тела напрямую связано с его массой – чем больше она, тем красивее тело, в разумных пределах, естественно. А предел этот у каждого индийца свой.

Территория Гоа условно поделена на две части (для сибиряков предлагаю терминологию – «деревни»), Южное Гоа и Северное. А посередине столица – город Панаджи (или Панджим, допустимы оба произношения) и исторические места, такие как Старый Гоа, который когда-то был столицей. Именно в нём и располагаются главные христианские святыни не только штата, но и всей католической Индии, если не сказать всего востока. Юг, поверим турагентскому бумагомарательному творчеству, более респектабельный и богатый, здесь самая большая концентрация пяти-четырёх и даже трёх-звёздных отелей на квадратный километр во всей Индии. «Крестьяне, работающие в поле, машут рукой, приветствуя проезжающие автобусы с туристами…», – написано в рекламном проспекте. Отдых здесь туристические компании называют солидным и близким по сервису к западным стандартам. Не верьте! Понятия: сервис, комфорт, удобство, в Индии вещь настолько эфемерная, что даже из окна делийского «Редисона» видна помойка, по которой шляются коровы и люди. Цены на съёмное жильё (не считая гостиниц) на юге ниже, чем на севере. А секрет этого явления прост – там до скуки нечего делать.

Да, насколько позволяет индийский менталитет, южная часть штата отуречена и уегиптина. Отношение к бледнолицым приезжим гораздо более потребительское, как впрочем, и везде вблизи дорогих гостиниц. А там их действительно в разы больше, чем в северной части. И контингент приезжает реально – COOL и GLAMOOR. Но благодаря тому же менталитету и традициям, унифицировать всё, закатать в пластмассу, измерить килокалориями, человекоднями и литрокилометрами, в Индии невозможно. Короче, нормального стандартного, сертифицированного по западному образцу курорта, каким его пытаются позиционировать турагентства, из Гоа всё равно никогда сделать не получится. И, слава Богу, не в этом его прелесть. Благодаря КУЛОСТИ И ГЛАМУРНОСТИ, возможности заработков на юге выше, из-за чего некоторые иностранцы стремятся в разгар туристического сезона поработать именно там, переезжая в межсезонье «в верхние широты». Таких культовых мест, как на севере, распиаренных народной молвой и легендами, на югах нет. Местное население по большей части католики, что тоже накладывает свой отпечаток на энергетику и дух местности. Брендовые отели располагаются вдоль береговой линии, однако, соблюдая индийский закон, не ближе чем в пятистах метрах от пляжа. Пляжи по всей Индии принадлежат «народу», своих отели не имеют. Правда иногда, нарушая закон, хозяева гостиниц ограничивают часть песка загородкой и не пускают внутрь неё местных торговцев и попрошаек. Однако это до поры до времени. Сегодня действует, а завтра может поменяться начальник полиции, которому заплатили за подобный «беспредел», или приедет какая-нибудь комиссия из центра, и «новая метла»… как же всё это близко жителю бывшего СССР и нынешней России.

То нечто, изюминка и фишка, прочувствовать которые и к чему приобщиться приезжают в Гоа люди, находится на севере штата. Можно быть циником, реалистом, прагматиком, утверждать, что никакого ДУХА Гоа не существует и в помине, однако есть тут некая мистика и магия. И я очень сочувствую людям, не прочувствовавшим этого, не понявших Гоа и не увидевших энергетической уникальности наших мест. Дух этот, с некоторыми натяжками, сродни духу Коктебеля прошлого века. Этакая относительно вольная республика, где разумно допускается то, что не приветствуется в прочих, стандартизированных цивилизацией, местах на планете. Именно здесь, на севере, я бы поставил памятник Джону Леннону на манер того, который увековечил Юрия Долгорукого перед Мэрией Москвы, с вытянутой рукой, осеняющей местность вокруг, только без коня. И надписью: «Сим повелеваю основать здесь хипповское братство». По преданиям, так он и поступил, приехав однажды в Индию, и занесла же его нелёгкая к нам. Хипповское движение, под влиянием веяний времени, с тех пор уже выродилось. На смену ему пришли новые, неформальные тусовки, но престарелых хиппи, которые помнят визит патриарха, ещё можно встретить. Я лично знаю нескольких, преклонного возраста. А одному из них уже перевалило за сто лет. И это единственный попавшийся мне долгожитель, но он канадского происхождения.

Грамматически-лирическое отступление

Хотелось бы ещё оградить вас от неправильной терминологии – жители полуострова Индостан называются ИНДИЙЦЫ. Пишу об этом потому, что в среде русских чаще употребляется слово ИНДУСЫ. Это в корне неправильно. Индусами именуются только те индийцы, которые исповедуют религию ИНДУИЗМ, а таких в Гоа меньшинство. Называть же индусами всех жителей Индии подряд примерно столь же грамотно, как если бы про всех москвичей говорить, что они православные, смешно получится (я сразу представил себе какой-нибудь московский рынок).

Климат, сезонность, часовой пояс

Климат западного побережья Индии, где и расположился штат, пожалуй, самый благоприятный на субконтиненте. Он значительно мягче, чем в центральных районах, без резкого колебания температур в течение года, как, например, в Дели, когда ночью зимой она опускается до плюс десяти и даже ниже, а в мае прогревается до пятидесяти и даже выше. Год здесь условно поделён на два сезона, сухой и влажный, но я бы всё-таки добавил третий, длящийся месяц, но запоминающийся надолго.

Самый жесткий и не располагающий к праздному времяпрепровождению, это сезон дождей. По-научному он называется сезон муссонов, по-местному – МАНСУН ТАЙМ (время мансуна), а на деле это время, когда в Гоа остаются только истинные фанаты и те, кому деваться больше некуда. Начинается он в конце мая – начале июня и продолжается всё летнее время, захватывая сентябрь и часть октября. В разгар Мансуна на Гоа сваливаются циклоны, дождь может не выключаться по нескольку дней. Во время таких дождей вода с неба уже не капает, а течёт струйками, образуя иной раз стены. Смерчи и порывы ветра во время гроз валят деревья и пальмы. Те в свою очередь рвут линии электропередач. Температура воздуха вкупе с влажностью создаёт парниковый эффект, остаться без электричества означает неработающие вентилятор, холодильник, кондиционер и так далее, по степени важности…, но самое неприятное в отключениях электричества – это отсутствие возможности накачать в накопитель воды из колодца. Подлый насос отказывается работать без оного. В подобных случаях выручает русская смекалка – помывка и чистка зубов под дождём. Сам я проделывал это неоднократно, индийцев за подобным занятием не заставал. Если в многодневном ливне появится перерыв, не дай Бог выглянет Солнце. Тогда парниковый эффект начинает напоминать атмосферу Венеры, выражение «100% влажность» в данном случае не говорит ничего.

Начиная с середины второго осеннего месяца, дожди идут на убыль, но весёленькие ливни могут продолжаться даже в ноябре. Сейчас в связи с изменением климата Земли, погода и в Индии сходит с ума, последние три года дожди могут застать вас врасплох и под Новый год. Но это уже какая-то аномалия, местные жители говорят, что подобного безобразия они на своём веку не наблюдали до последнего времени. Начиная с ноября влажность уменьшается, небо всё чаще становится безоблачным, и температура стабилизируется на комфортных двадцати семи-тридцати градусах, постепенно к январю опускаясь ночами до восемнадцати. Температура воды в море примерно одинаковая круглый год и составляет в среднем двадцать семь градусов. Как говорится – совсем не бодрит славянскую тушку.

Косяки и джойнты перелётных птиц устремляются из северных широт на юг, а с ними и первые чартеры прибывают в Гоа. Начинается сухой сезон, он же туристический, если посмотреть на это дело глазами бизнесменов от туриндустрии и жаждущих отдохнуть со всего мира. Сей праздник души и именины тела продолжаются до конца марта – середины апреля, когда столбик термометра тупо и упорно прёт вверх, преодолевая к середине мая планку в сорок пять, а однажды на моей памяти, даже в пятьдесят один градус. Вот именно это время я называю третьим сезоном, сезоном «духовки». С опытом, а также благодаря близости океана, период этот переносится не столь угнетающе, как в первое время. Однако новичкам следует опасаться плохого самочувствия и различных проявлений на коже. Дело в том, что с повышением температуры и влажности ускоряется обмен веществ в организме и увеличивается выделение токсинов, накопленных нашими телами в процессе жизни. Которые и высыпают на коже различными неприятностями. Тому способствуют и созревающие в этот период фрукты, такие, например, как манго, гуава, джекфрут и хлебное дерево. Природой не просто так задумано их созревание на это время. Употребляя их в пищу, вы помогаете организму очищаться. Но тут главное не переборщить, ибо любое лекарство в больших количествах – яд, а проявления могут напоминать кожные заболевания.

Часовой пояс Индии называется незатейливо: «Индийское стандартное время», при этом в отличие от стандартных разниц во времени между собой у других стран (кратных целому часу), индийцы соригинальничали и сделали эту разницу нестандартной. Например, отличие во времени с Москвой составляет полтора часа. Соответственно с Гринвичем – пять часов тридцать минут, вот так вот, знай наших! Индия никогда не переходила на сезонное (летнее или зимнее время) по той простой причине, что разницы в продолжительности светлой части суток и тёмной практически нет, она составляет менее часа. Здесь всегда темнеет в районе восемнадцати тридцати, а светает примерно в шесть тридцать утра.

Деньги, язык, пунктуальность

Российские рубли вИндии хождения не имеют. И это не шутка. Пишу так потому, что буквально на днях мне пришло из России письмо с вопросом: а правда ли, что в Гоа необязательно везти конвертируемую валюту, можно ехать с рублями и их тут обменять. Обменять можно что угодно на что угодно и где угодно, другой вопрос, какой курс вам предложат. Название индийской валюты ласкает слух русскому человеку. Оно очень созвучно названию наших денег и произносится как РУПИИ. Поэтому россияне, не заморачиваясь, обзывают их в обиходе рублями, и никто не смотрит друг на друга удивленно. Иногда употребляется термин РУПАСЫ. Есть ещё ПАЙСЫ. Их, соответственно, сто штук в рупии, но они нынче такой же раритет, как у нас монета достоинством одна копейка – себестоимость производства выше номинала. У меня вообще закралось подозрение, что индийцы когда-то спёрли название денег у русичей, вот только данный им природой речевой аппарат не позволяет чётко и членораздельно, как нам, произносить сочетание букв «БЛ», поэтому со временем они и заменили их на «ПИ». По нынешним котировкам ихние «…ПИ…» составляют две трети от нашенских «…БЛ…». То есть доллар меняют по курсу: один к шестидесяти рупиям. Если стоит цена пятнадцать рупий – отнимаем примерно 10–15%, получается двенадцать полновесных российских рублей или двадцать центов США. Заметьте, курс – штука не постоянная, и после «большого наезда 2014 года» на Россию со стороны западных «партнёров» он основательно просел, сейчас мечется и пытается прийти к прежнему балансу.

Американские бумажки памяти почивших президентов, с цифрой сто, здесь привычнее весёленьких и нестандартных по размеру европейских фантиков. Причём было так всегда, ещё до того, как встал вопрос об их существовании. С индийской купюры любого достоинства на вас смотрит, ласково, по-ленински улыбаясь, дедушка Ганди. Оно и не мудрено, Ганди обоснованно носит звание Махатмы, а это даже значительнее, чем «святой». Это маха святой, то есть «очень святой». Тем более что для большинства индийцев он значит гораздо больше, чем Ленин для советского человека, и это искренне, а не по указанию сверху, как бывало у нас. В последние годы выпустили в обращение две экспериментальные купюры достоинством пять и пятьдесят рупий без портрета вождя. Но эксперимент свернули из-за «глубокого возмущения» общественности, а банкноты эти стали нумизматической редкостью. Индийцы консервативны в своих привязанностях и традициях.

Как и у любого народа, у индийцев сложилось сленговое обозначение достоинства купюр. Если у русских десять рублей называют – червонец, то у индийцев – дар. Пятьдесят рупий – парнас или пачас. А сто – чамбар. Рекомендую запомнить, и вы будете выглядеть на рынке «своим пацаном», а это, глядишь, даст вам преимущества для торга.

В Индии существует два государственных языка, которые, по-хорошему, должны знать все граждане. Это английский и хинди. Третий по значимости язык называется бенгальский, потом идут маратхи, наш Гоанский конкани, где-то на шестом месте – урду, на нём говорит исламская Индия, и до Гоа он почти не дошёл, тут сейчас не много мусульман, по местному – муслимов. Поэтому про такой язык многие гоанцы и не слышали. Вообще, количество языков на Индостане по некоторым данным исчисляется сотнями. Но это скорее диалекты, однако, есть языки абсолютно отличные, к тому же более древние, чем хинди. К примеру, наш гоанский язык называется конкани, по утверждению учёных он когда-то лёг в основу древнего санскрита и, впоследствии, хинди. И среднестатистический индийский гражданин знает несколько языков. Свой местный, хинди и английский, и ещё на всякий случай пару соседских. Как уже упоминалось, локал (местный) язык у нас конкани, а в соседней Махараштре есть свой язык – марати. И гоанские локалы (местные жители) обычно знают их оба. Такое разнообразие языков и написания букв приводит к тому, что жители удалённых районов Индии, пытаясь объясниться между собой на хинди, помучившись немного в непонимании, переходят на простой и примитивный английский язык, и тогда взаимопонимание устанавливается. Но справедливости ради стоит сказать, что пятнадцать процентов индийцев, а по некоторым данным гораздо больше, не знают английского языка, да и вообще никакого, кроме местного. Но больше это утверждение относится к людям пожилым и старым. Молодёжь, если она не из самой низшей касты или глухой деревни в джунглях, языком своих прежних главных колонизаторов владеет. Но всё-таки, рекомендую развивать в себе абстрактное мышление, фантазию и актёрские навыки, если покупать овощи и фрукты вы собираетесь на рынке, а кроме рынка сельхозпродукцию купить можно только на овощных развалах, где цены выше. Навыки пригодятся вам в традиционной восточной забаве – поторговаться. Учитывая, что продавец может не иметь высшего английского филологического образования, вам придётся изъясняться с ним жестами и тыканьем пальца в кнопочки калькулятора. А также, для пущей убедительности, советую научиться делать страшные круглые глаза, как у злодеев из индийского кино. Если вы в данный момент проживаете в Москве или Питере, вступайте в клуб любителей этого захватывающего вида искусства, в больших городах России они тоже наверняка имеются. Вам не понадобится много времени, чтобы перенять пару-тройку приёмов, и вы будете хорошо подготовлены для общения с индийскими крестьянами.

Уровень знания английского языка не напрямую зависит от местности проживания его носителя. Вы можете не понять произношение культурного чиновника в аэропорту, зато прекрасно пообщаться с брахманом из деревенском храма. В Индии в целом, и в Гоа в частности, ещё по заветам дедушки Ганди стал воплощаться в жизнь величайший лозунг Советской эпохи в истории России: «Деревню с городом сравняем…». Даже в больших городах вполне реально встретить бредущих по своим надобностям коров, мимоходом по пути зажёвывающих брошенные картонные коробки. На окраинных станциях делийского метро даже существует должность «специально обученного» вышибалы, предотвращающего проникновение коров в подземку. Животина в Индии святая, потому бесцеремонная, сильно бить её не представляется возможным из-за последующих проблем с Кармой, посему охранники и проходят предварительный инструктаж, ведь попади она на станцию метро, могут возникнуть проблемы, в том числе и религиозного плана. Или приехав в деревню, состоящую из хижин с крышами, покрытыми пальмовыми листьями, можно обнаружить шалаш со спутниковой тарелкой на бамбуковом шесте и гордой надписью «Internet cafe».

Однажды в провинции Пернем, на самой окраине Гоа, в абсолютно не туристическом, глухом месте, я остановился на перекрёстке в недоумении, куда двигаться дальше. Заметьте, было это в те времена, когда навигатор являлся редкостью, если вообще был тогда изобретён, по крайней мере, у меня такого девайса нет до сих пор, обхожусь и не парюсь. Рассчитывал я только на себя и помощь своего неоконченного театрального образования, которое получил в период «моих университетов». По плану, я решил членораздельно произносить название нужного мне населённого пункта и тыкать пальцами в разных направлениях, пока ответчик не кивнёт утвердительно головой в тот момент, когда мой палец задержится на нужном (именно так решались навигационные проблемы). Не успел я выбрать жертву среди двух стоящих в ожидании автобуса людей, как один из них подобру-поздорову направился ко мне и на чистейшем английском языке с оксфордским произношением, испросил о причине моей остановки и видимом на лице недоумении. Я не сразу нашёлся ему с ответом. Мой английский родом из Индии, я жил в ее столице Дели с родителями в советские времена, то был конец шестидесятых – начало семидесятых. Поэтому я неплохо понимаю язык «индгриш», то есть индийский английский и теряюсь в общении с англичанами, особенно лондонцами, этих я могу немного разуметь на третий день общения. Про американцев можно и не говорить, их речь напоминает пережевывание гамбургера вперемешку с детским «агу». Товарищ с перекрёстка ну никак не походил даже на дальнего потомка англосаксов, скорее, на бухгалтера из индийской сельской конторы самоуправления. О принадлежности к интеллигенции в нём говорили: урожденно белая рубашка цвета сумерек с длинным рукавом и ботинки с носками))). Когда я изложил ему причину моего угнетённого состояния духа, он рекомендовал не печалиться, а воспользоваться той удачей в его лице, что послало мне Провидение. И если я соблаговолю выслушать его объяснения, то без труда найду нужное мне направление к побережью, жаль, что ему не по пути со мной, и он не сможет составить мне компанию. Компанию мне он составить всё-таки сумел. В благодарность я решил сделать небольшой крюк и подвезти его. Но главной причиной дополнительного расхода бензина было пообщаться с деревенским интеллигентом по дороге. Я не сразу доверился своим ушам, он и впрямь учился в Оксфорде и двенадцать лет прожил Манчестере. Но разочаровался в европейском образе мыслей и решил вернуться на родину, послужить во благо её. Вот уж поистине верно гласила советская присказка: Индия – страна контрастов.

Про восточную обязательность и пунктуальность ходят легенды. Немного поясню, что в них вымысел, а что совсем неправда. Когда индиец говорит вам: «вейт файф минат», то есть «подождите пять минут», это не означает, что даже по прошествии получаса вы дождётесь их истечения. Пять минут по восточному времяисчислению – это не временной отрезок, это образ, некий символ того, что ваша просьба или заказ будут когда-либо исполнены, но ни в коем случае не обозначает, что именно за тот промежуток, который проходит минутная стрелка часов сектор круга, поделённый на равные двенадцать частей. Время на востоке – величина не постоянная и движется совершенно по другим физическим законам, нежели те, к которым привык европеоид. Если у арабов «пять минут» могут длиться до получаса, то в Индии они иной раз растягиваются на сутки, а бывало, и дольше. Причин тому множество – от философских до религиозных и ментальных. Время здесь не имеет такого значения, как на Западе. У гоанцев даже есть поговорка: «Никогда не делай сегодня то, что можно отложить на завтра». К слову, в языке хинди понятие ВЧЕРА и ЗАВТРА звучат абсолютно одинаково – КАЛ. И в этом огромная жизненная сила их существования. Что вчера, что завтра, всё едино – КАЛ. Поэтому ведя в Гоа бизнес и планируя свои дела, факт сей не учитывать, по меньшей мере, опрометчиво, а в худшем случае – убийственно для бизнеса и вредно для вашего психического здоровья. Так что если вы соберётесь сюда на полу-ПМЖ или на целое, пометьте это красными буквами в своём ежедневнике. И то, что не успели сделать КАЛ, не спешите воплощать сегодня, на это у вас есть КАЛ, а ещё лучше послеКАЛ или после-послеКАЛ. Живите сегодня, ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.

Бытовые мелочи

Вот и настало время слегка осветить бытовые аспекты гоанской жизни. Даже если ты проживаешь в городе, всё равно получается, словно на природе. Я не могу назвать себя знатоком жизни в маленьких городах России. Как-то не заставляла меня судьба надолго задерживаться в них. Но уверен, что компании самостоятельных коров или погонщик, охраняемый слоном, явление там не самое распространённое. Как, например, в столице нашего штата – городе Панаджи. Ну, с хоботатыми-то понятно: «… известно, что слоны в диковинку у нас…». Коровы тоже, видимо, станут в неё же, вот только окончательно повяжут Россию обязательствами по ВТО. Но события последних лет начинают внушать осторожный оптимизм. Вот в телевизоре показывали недавно Президента в белом халате, посещающего коровник. А доярки в штатском ему демонстрировали уникальные возможности нанотехнологического доильного аппарата имени А. Чубайса, правда, не на коровах (может, сгодится в качестве инструмента во внешней или внутренней политике).

Местные дояры и доярки – конченые консерваторы, доят коров вручную. Однако на качестве, количестве, а главное, цене молока это не отражается или отражается, но в лучшую сторону. Кстати, англичане называли Индию страной мёда и молока. Причём слово МЁД ставили на первое место. Пожалуй, это единственный вопрос, в котором можно доверять этим проходимцам. Ибо они знают, «с какой стороны мёдом намазано». Россиян, первый раз пробующих здешний дар пчёлок, «терзают смутные сомнения» относительно его подлинности. Местный мёд абсолютно не соответствует славянскому (северному) представлению о вкусе этого чуда природы. Русскому вкусу, помноженному на цивилизованную недоверчивость, он кажется странноватым сиропом. Да и пчёлы тут не похожи на тех, что в рекламе БИЛАЙНА. Полосатых я вообще не наблюдал, хотя мёдом занимался, можно сказать, профессионально, то есть импортировал его из других областей Индии и Непала на продажу окружающим иностранцам. Так что о мёде я кое-чего разузнал и могу ответственно утверждать – ОН в Индии есть, но и на подделку нарваться можно, хотя вероятность того очевиднее в местах, более подверженных западному влиянию, то есть центровых.

Дело в том, что объектом сбора нектара в южных широтах, являются не цветущие травы, как это бывает в средней полосе, а цветы деревьев, в том числе и манго, которое зацветает в конце декабря. А травы цветут во время сезона дождей, их корни не такие длинные, и влаги им в сухой сезон не хватает. Пчёлам же в ливни летать на работу лениво и нет никакого кайфа. Поэтому у него такой необычный вкус и более жидкая консистенция. Он никогда не засахаривается, даже если засунуть его в морозилку. Это нектар с цветов деревьев, деревья экзотические и вкус у мёда непривычный, весёленький. Я попробовал такое разнообразие дикого мёда, в том числе и уникального, из долины Парвати, конопляной житницы Индии, а по моему убеждению, и всей Юго-восточной Азии. Пчёлки собирают его с мужских растений КАННАБИСА (как утверждал мой проводник), потом копошатся в женских, опыляя их, отчего на лапках налипает смола. И эффект от употребления столовой ложки такого дара природы ощущался потом в течение нескольких часов.

В Гоа есть электричество. Его подают регулярно. Бывают даже дни, когда отключения случаются не более трёх раз. Если Россия достроит, наконец, обещанную АЭС, то будем надеяться, что отключения сократятся в количестве и продолжительности. Но пока наши страны разбираются в вопросе, кто же украл больше денег на этой стройке века, мы закупаем свечки и примуса. Номинально напряжение считается 220 вольт. Брехня, на самом деле вольтметр редко когда показывает больше двухсот. Холодильник ухитряется работать через стабилизатор, а вот вентилятор крутится еле-еле, микроволновка гудит и даже исполняет свои функции, правда, в полтора раза дольше обещанного. Розетки внешне похожи на привычные нам, только европейские вилки из них вываливаются с раздражающей частотой, пока не приходит в голову мысль разогнуть их плоскогубцами.

Нагреватель воды (центрального горячего водоснабжения в Гоа нет категорически) тоже тугодум, но тут это явление не шокирующее, ибо куда спешить-то? Да и без него обходиться можно, не в Сыктывкаре, поди, живём. Водопровод с холодной и приправленной хлоркой водой у нас существует. Не везде, конечно, но в столице, прибрежных посёлках и даже некоторых деревнях, он есть. Подача воды также происходит регулярно – с одиннадцати вечера и часов до трёх-четырёх утра. Поэтому, как на частных домиках, так и на многоэтажных, на крыше стоят баки, обычно чёрного цвета, чтобы лучше вбирать солнечное тепло. Если вы любитель частых водных процедур, да ещё имеете стиральную машинку, то расход воды у вас нестандартный, и она заканчивается в самое неподходящее для того время. На этот случай можно посоветовать ставить на крышу бак большего размера (максимальный пятнадцать тонн). Если боитесь, что она не выдержит, используйте водяную помпу, то есть насос, и наливайте воду в бак из колодца по мере её расхода. Именно так все и поступают, колодцы есть повсеместно, что в городах, что в деревушках.

Грунтовых вод – изобилие, однако чем ближе к кромке моря, тем больший привкус соли в ней ощущается. Для очистки воды в колодцы подсаживают рыб и огромных лягушек. Обычно там сидят две-три лягоматки по полкило весом каждая и много-много маленьких лягушат. Численность их следует регулировать путем съедания самых больших, если их разводится очень много. На вкус они потрясающие и очень полезные, особенно для тех, у кого проблемы с суставами, позвоночником и хрящами.

Если у вас в России есть любимая лампочка, и вы боитесь испытать ностальгические чувства по ней, всё равно не стоит брать лампочку в Индию. Ну, разве что держать её на столе, умиляться и утирать слезу, вспоминая свою Родину и белые берёзы. Прикладного использования ей здесь найти не удастся. Даже для штопки носков. Во-первых, для этой цели подойдёт и местная, во-вторых, носки тут носят только опять же местные, облечённые должностью люди, в чью форму одежды включены ботинки. У меня, к слову, есть одна пара, на случай поездки в более прохладные широты. Цоколь местной индийской лампы не имеет резьбы, у него есть два штырёчка, благодаря которым он и фиксируется в патроне, а не вкручивается. Так что если вдруг вы всё-таки захватили с собой подобный сувенир из России, то попросите знакомых прислать вам к нему ещё и сам торшер, куда её можно будет вкрутить.

Ещё одна непривычная деталь, вводящая в ступор европеоида,– это выключатель, имеющийся возле каждой электрической розетки. По-первости вы втыкаете вилку своего прибора в розетку, а он и не думает работать. Обычно выключатели собраны в блок, и в каждом таком блоке находится розетка или две. Ближайший к ней выключатель надо нажать в положение «включено», то есть «утопить» нижнюю часть. Тогда она заработает на радость вам. Я подозреваю, что придумано это очень предусмотрительными индийцами в борьбе с несанкционированным замыканием. В сезон дождей влажность воздуха достигает 100% (что у них за шкала такая, я не понимаю, ибо у воды она должна быть подобной, а в воздухе ещё и кислород имеется), но другого объяснения не нахожу, да и в прочих странах с не меньшей влажностью подобного не встречал.

В случае, если вы везёте с собой какие-нибудь бытовые электрические приборы, не забудьте положить в чемодан крестовые отвертки, дабы суметь в случае необходимости открутить винты. К тому же крестовые отвёртки (в Индии их называют «филипсовские»), являются лучшим подарком технически грамотному человеку или профессиональному механику. До недавнего времени, купить их здесь было просто невозможно, как и болты с шурупами под подобные отвёртки. Не просто невозможно – отвёртки такого типа были запрещены! И в технике местного производства они не применяются.

А объясняется всё очень просто и исторически обоснованно. В Индии огромное население, которому надо создать условия, при которых оно сможет прокормиться, найти себе хоть какой-нибудь заработок для этого. Крестовые отвертки и шурупы подразумевают возможность использования шуруповёртов, следовательно – механизации. Механизация в состоянии заменить нескольких работников с плоской отвёрткой в руках. Соответственно, они будут уволены и останутся без средств к существованию.

Какая разница, платить сто рупий за выполненную работу человеку с шуруповёртом или по десять рупий десятерым диким заворачивателям винтов с плоскими отвёртками? Для западного человека со скрученными в сторону цивилизованности и технологий мозгами, она заключается в прогрессивном подходе. Иметь дело с одним вменяемым человеком гораздо проще и с точки зрения учёта и бухгалтерии. Из него можно сделать специалиста, добавить ему зарплату и вчинить в обязанность ещё больше работать на ниве закручивания шурупов. Получится ощутимая экономия. Так логично рассуждает человек с западным менталитетом. Однако у Индии своя логика, основанная на заботе о том, что будут кушать оставшиеся без работы девять человек, имевших ранее хоть какие-то гроши на миску риса, и своя ментальность, сформированная условиями жизни. Поэтому найти в гоанских магазинах крестовую отвёртку задача практически невыполнимая. И первое, что просят привезти из-за границы индийские самоделкины – это именно набор подобного инструмента.

Бензин. Бензин в Индии нынче дорог, типа как в Европе. Так как главным, а для большинства жителей наших тёплых мест единственным средством перемещения по штату, является мотоцикл или скутер, а в него, в отличие от велосипеда, всё-таки приходится заливать бензин. Кстати, гоанское топливо – самое дешёвое в Индии, правительство штата своей властью снизило на него налоги, и теперь мы заправляемся на десять рупий с литра дешевле соседей. Немного расскажу, где его приходится добывать. Это только людям несведущим кажется, что на заправке. Главными точками розлива топлива в баки наших транспортных средств являются супермаркеты и маленькие лавчонки, торгующие всякой всячиной, в том числе и съедобной. С как таковыми АЗС (автозаправочными станциями) у нас не богато. Зато в таком частном топливном предпринимательстве есть свои плюсы. Хоть и приходится переплачивать сверх государственной цены, зато в любое время суток, в самом глухом месте, вы можете разбудить хозяина лавки и попросить его налить вам литр. Частники спекулируют бензином, разливая его в литровые бутылки из-под питьевой воды, и выставляют их на видное место на улице, чтобы оповестить о наличии топлива проезжающих. Если вы увидели бутылочку с жидкостью оранжевого цвета, значит, это бензин с октановым числом примерно девяносто. Если цвет его более жёлтый, значит, и число меньше. Видимо, индийцам нравится такой цвет, потому как и кришнаиты, и индуистские священники облачаются в близкие по гамме одежды.

Раз речь зашла о том, что надо заливать в бак, то и о техсредствах передвижения, к которым приделан этот бак, упомянуть стоит. Предпочтение здесь отдается двухколёсным машинам. Это по большей части скутера и мотоциклы, по-нашему они все называются байки, для простоты. Хотя разница имеется, и довольно принципиальная. Байкэто все-таки уже солидная штука, на которую в цивилизованных странах желательно иметь права или, как тут говорят, лицензию. А скутер, он и в Африке скутер, ещё его называют ласково – табуретка, потому что сидишь на нём не верхом, а типа присел на стульчик без спинки. Есть у него и другие прозвища, «тырчик» или «дырчик» – видимо, в знак уважения к тому звуку, что издаёт его работающий двигатель. Дырчиково преимущество, по сравнению с мотиком, заключается в том, что с его помощью можно перевозить гораздо больше груза, положив под ноги или повесив сумку на крючок, вделанный между ног. И, что радует обычно девушек, на нём нет надобности в переключении скоростей, ибо коробка передач полностью автоматическая. Но он проигрывает в солидности, а русскому человеку без неё ну никак. Ещё мотоцикл менее прожорлив всё из-за той же коробки скоростей. Расход бензина у самоходной сидушки составляет один литр на тридцать километров, что при его цене становится статьёй расхода и занимает определённую часть месячного бюджета, если вы, конечно, не домосед. Ну а тех, кто выбирает реальный мотоцикл, да ещё если он красивый и близок по возрасту к разряду антикварных, каких тут немало, девушки больше любят.

Официально права всё-таки желательно носить при себе, но, как и в России, здесь имеется универсальная бумага, дающая вам право ездить без них. Только на родине она гораздо большего номинала, здесь при желании возможно обойтись ста рупиями, по крайней мере, я больше не отдавал ни разу.

Стоимость проката байков колеблется от шестидесяти долларов в месяц до ста пятидесяти, в зависимости от срока вашей взаимной проникновенности в отношениях с хозяином и умением торговаться. Если у вас стойкое отвращение к двухколёсным аппаратам, можно взять в аренду автомобиль. Это уже встанет дороже, от двухсот «почивших американских президентов», но зато тогда появится крыша над головой, даже при выезде из дома, что немаловажно во время мансуна. Также можно нанять такси хоть на весь день, это обойдётся вам с учётом вышеозначенных факторов, от двадцати долларов. Ну и наконец, самый дешёвый вид перемещения по штату, который подойдёт не сказать, чтобы экстремалам, но людям, ищущим приключения и имеющим московскую час пиковую подготовку, это муниципальный автобус. Зато прокатиться на нём можно с ветерком (не у всех стёкла бывают в сохранности) и задёшево. Стоимость билета аж пятнадцать индийских рупий и катайся себе хоть весь день. Я не получал достаточного опыта езды на нём, мне и одного раза хватило. Во-первых, здесь не принято уступать место никому, поэтому я выглядел полным идиотом, когда сделал это, увидев беременную женщину. А сподвигло меня прокатиться уж больно заманчивое название, отображённое на боковых стенках этого чудо-транспорта. Оно гласило: «Devki travel». Тревел (путешествие) получилось так себе, с девками меня глумливо обманули. Оказалось, что Devki – это фамилия владельца бусика.

Импортные автомобили здесь очень большая редкость. На них рассекают лишь по-настоящему богатые люди, политики, бизнесмены высшей градации, звёзды болливуда и национального сумасшествия – крикета (командная игра, заимствованная индийцами у древних славян, сохранившаяся в России под названием лапта))). Политика правительства такова, что любое заграничное тут облагается сумасшедшими пошлинами, чтобы защитить национальный рынок. И Индия с благодарностью клепает всё своё. От брендовой бытовой техники, скупая право на производство устаревших моделей, до тех же машин и прочего. Любой продукт, произведённый за границей, стоит в три-пять раз дороже.

А спасибо надо сказать национальному сокровищу Индии (без подколок), совести нации и просто МАХАТМЕ (звание, определяющее высшую степень просветлённости, святости) Ганди. Ибо пророненное им: «Каждая деревня должна иметь всё своё, от доменной печи до небольшой электростанции, от кузницы до школы, чтобы можно было выжить самостоятельно…». Короче, производить надо всё своё и не надеяться на глобализацию, ВТО, МВФ, доллар, китайцев и манну небесную. То есть, по Жванецкому: «… автономно, как ледокол…». До чего же золотые слова! Как знал старик про ситуацию в первых десятилетиях двадцать первого века, будто лично был знаком с пророками Майя… июня и августа. Не слушают мудрого человека: то пытаются металлургический завод на Украине прикупить(!), то электростанцию атомную пристроить, то вплести свою экономику в мировую и завязаться с сырьевыми рынками. Ну, посмотрим, чем дело кончится!

Если же вы всё-таки сели за баранку индийского пепелаца, то неплохо бы иметь некоторое представление о принципах передвижения по индийским же дорогам.Правило номер один: сигналить везде и всегда, как только вам придёт в голову мысль, будто что-то идёт не по-вашему. Сигнал в Индии самая необходимая вещь. Можно не иметь прав, тормозов, выкрутить лампочки из фар, но сигнал – это святое. Можно не иметь поворотников, на мотоцикле это вообще вещь второстепенная, даже если они работают, индийцы дублируют их указание рукой. Это старая азиатская традиция – показывать пальцем, в какую сторону ты собираешься повернуть. А вот с неработающим звуковым сигналом пройти ТО нет никакой возможности. Не зря на всех больших авто английским по белому написано: «Horn ok, please», то есть сигнальте, пожалуйста. А правительство Индии даже утвердило премию имени Джавахарлала Неру, которую вручат тому, кто ответственно назовёт достойную причину, способную уберечь индийского водителя от нажатия на клаксон. И Нобелевский комитет держит ситуацию под контролем))) (шутка). Благодаря этому, если оказаться в час пик в транспортном потоке, что неизбежно, когда посещаешь большой город или Гоа в период Новогодних праздников, ты будто попадаешь внутрь зазвонившего будильника. А если измерить шум в децибелах, показатель будет равен замеру на взлётном поле аэродрома. Включать ближний свет, когда слепишь встречных, тоже дело добровольное, по крайней мере, я стараюсь это делать, не рассчитывая на ответный ход. Видимо, надо подождать. Ограничение скорости также вещь формальная, я не видел ни разу, чтобы полиция обращала на это внимание, хотя и проводил эксперименты. А уж гаишник в кустах с радаром… такое может пригрезиться только в наркотическом бреду. Разогнаться тут сложно: и дороги тому причина, и прочие участники движения.

Ещё один совет, мало кем освещаемый новичкам – если вы видите бредущую посередине дороги корову или группу коров, не стоит их давить, орать, ругаться матом или пытаться распихать бампером, они всё равно этого не поймут. Ни мата, ни вашего «пацанского наезда». А вы лишь наживёте неприятности. Корова в Индии – создание святое и имеющее полное право… к тому же она абсолютно такой же участник движения, как любое колёсное средство. И объезжать её надо ласково, со стороны хвоста, ибо прёт эта дура только вперёд и пятиться не умеет, почему-то Бог не предусмотрел у неё такую опцию, как задний ход. Немного отступлю лирически, описав плакат, который я видел два года назад по дороге из аэропорта Даболим в родные Моржимские пенаты. Это было в начале августа, во время сезона я его не видел или просто не обращал внимания, хотя второе – вряд ли, такое трудно не заметить и не оценить. Плакат вдоль дороги был огромных размеров и лаконично гласил: «Драйвер (водитель), помни: технические характеристики твоего ангела-хранителя могут не соответствовать подобным характеристикам автомобиля, которым ты управляешь, помни о скоростном режиме, не превышай его». На мой взгляд – креативно и должно прекрасно срабатывать, особенно в местности с преобладанием католического населения. И что удивляет: при всей видимой на первый взгляд хаотичности, нелогичности движения, странности стиля вождения, смешанности в одном потоке всевозможных средств передвижения, от четырехколёсных до парнокопытных, аварии здесь – большая редкость. А если они и происходят, то участниками в девяноста процентах случаев являются иностранцы, хотя бы с одной стороны.

Ну, наконец-то мы добрались до самого простого, бесплатного и полезного метода передвижения по штату. Этот метод называется пешком или – на своих двоих. Индийцам подобный вариант более присущ, чем европейцам. Россиян, бредущих вдоль дороги, встретить значительно сложнее, разве что они решили прогуляться за бутылочкой пива в соседнюю лавку. И пользуются им те из них, что по возрасту уже боятся садиться на двухколёсное средство передвижения, или только приехали и не успели обзавестись колёсами. А также женщины, направляющиеся в соседний магазин. В Гоа НЕТ ТРОТУАРОВ. Индийцы не видят смысла делать отдельные дорожки людям и транспорту. Посему, все движутся скопом и стараются поменьше друг другу мешать.

Идти по дороге тут принято спиной к движению и не бояться, что не заметишь опасности. Во-первых, дорога для всех, и если вы даже по обочине будете двигаться навстречу, это помешает остальным участникам движения, придерживающимся обычного направления. Во-вторых, помните о Карме, не надумывайте, не моделируйте себе неприятности, и они вас минуют. Именно так рассуждают индийцы и смело поворачиваются спиной к несущимся мимо машинам. Водители их прекрасно понимают, ибо они и сами из Индии, а иностранцы быстро привыкают. Как и на Руси, здесь преимущество имеет тот, у кого железа больше. Лучше не спорить о приоритетном праве с грузовиком или автобусом, ибо они всегда правы. В Гоа водители грузовиков, конечно, делают скидку на то, что дороги полны непуганых туристов, но лучше не экспериментировать, вдруг это заезжий чел из другой местности и он еще не свыкся с мыслью, что попал в самый «европеизированный» штат. Некоторые водилы привязывают на зеркала чёрные ленты – не пугайтесь, это не катафалк. Ленты должны напоминать окружающим, что от машины можно ожидать неприятностей. Например, рассеянное внимание драйвера в связи с долгой и тяжёлой работой или просто усталость с недосыпом. Первое время я не притормаживал на узкой дороге, когда навстречу ехал автобус. Мне казалось, что места разъехаться хватает обоим. Подобная беспечность вызывает панику у индийских водил. Автобусники сами начинали судорожно тормозить и уходить к обочине. Я до сих пор не могу понять природу этого явления. Видимо, глазомер у индийцев такой, что они не могут рассчитать расстояние.

Ещё одна уникальная черта индийцев, редко подмечаемая иностранцами. Они всегда по умолчанию делают так, как удобнее им.Если ваш таксист не предупреждён о вашем больном горле, то кондиционер в автомобиле будет включён на полную, ибо ему жарко. Если, наоборот, он приболел, то и охлаждение салона будет выключено. Не стесняйтесь, ведь вы тут хозяин положения, так как платите ему за работу на вас деньги. Скажите, что и как сделать, и команда ваша будет выполнена.

Мобильная связь. И этого добра в Индии хватает. Количество операторов примерно как в России. Ретрансляторные вышки понапиханы где только можно, в том числе и на исторических объектах, охраняемых ЮНЕСКО. Лет шесть назад появились радующие глаз яйца на красном фоне. В Гоа МТС не был так популярен, а вот коммунистический штат Керала весь ими пестрел, аж светился и начинал кудахтать. Два основных атрибута Кералы последние несколько лет – это как раз знаменитые яйца эМТэСберже и красные знамёна с серпом и молотом. Вкупе со знаменитыми фьордами, они создают настолько сюрреалистическую картину, что Сальвадор Дали с его цивилизованным творчеством кажется ребёнком из кружка «Умелые руки». Заехав в этот штат, первое время никак не можешь сообразить, куда попал: то ли в районный советский городишко, украшенный пальмами в преддверии первомайских праздников, то ли время совместилось с пространством и закрутилось в спираль. А может, всё-таки добрался до Индийского Океана господин Жириновский и таки ухитрился, старый проказник, ополоснуть сапоги и переделать декорации на свой лад?

Цена на связь приятно удивляет европейски адаптированных граждан. Минута общения в регионе стоит одну индийскую рупию, это поменьше рубля будет. Минута разговора с Москвой за последнее время подорожала и вместо девяти рупий стала стоить целых четырнадцать. Наиболее популярные операторы – ВОДАФОН и АЙДИЯ. Что несколько удручает, это агрессивная рекламная атака СМСками, они сыплются в трубку пачками. Есть ещё более весёлый прием, это звонок на трубку автомата, который восторженным женским голосом, под музыку, начинает вам рассказывать приятности на языке конкани. В первое время действительно забавляет, но вскоре начинает раздражать. По прошествии ещё какого-то времени уже не обращаешь на то внимания. Деньги за разговоры кладёшь на счёт не абы сколько, а определённые суммы, тогда все деньги идут на трёп, и не берётся комиссия. Это называется «фулл ток тайм», то есть все деньги «чиста потрендеть по полной».

Где добыть себе еду и прочие блага цивилизации? Как и во всём мире, в Индии существует несколько таких источников. Это, прежде всего, рынок. Следующие по значимости – магазины со знакомым нам и милым сердцу названием «супермаркеты». Именно в таком порядке, ибо купить мясо или рыбу-курицу в других местах невозможно. Большущий магазин «Оксфорд» в Вагаторе всегда славился наличием европейски адаптированных продуктов вплоть до замороженных сосисок и куриных окорочков памяти президента Буша. Сейчас, правда, появились ещё супермаркеты в прямом понимании этого слова, типа нашего «Перекрёстка». Как с воодушевлением рассказывала одна девушка: «Там даже тележки для продуктов есть и кондиционер работает». Но такой сервис – не повод покупать в Индии мороженную расчленёнку «трупов животных». Для этих целей существует рынок. И дело первейшей важности каждого уважающего себя гоана, собравшегося жить в северной части штата и питаться по-человечески, это запомнить дорогу в районный центр – городок Мапса или Мапуса, и то и другое название имеют право на существование. Здесь расположен глобальный по нашим понятиям продуктовый рынок. Купить тут можно практически всё. От парного мяса до экзотических фруктов, коими тут являются, например, яблоки. В Индии они растут только на самом севере, в предгорьях Гималаев. Говорят, что завезли их англичане, большие любители «яблочного пая». А живший поблизости Рерих поступил оригинальнее, он посадил русские липы. Местные яблочки дешевле, но ещё есть импортные, в основном китайские. Бананы, папайя, манго и прочая лабуда – это уже совсем не экзотика. Говядину, ясное дело, продают мусульмане, иногда католики, ибо индуисту в таких рядах даже появляться скабрезно. Свинину – только католики, её ни тем, ни другим не положено вкушать. А вот козлятиной и индусы промышляют. Козлятина – самое дорогое мясо, видимо, из-за универсальности его употребления в пищу всеми, относящимися к различным верам. Кстати, она здесь обзывается маттон, что означает баранину, это потому, что индийцы не делают между ними разницы.

Курей лучше закупать возле дома, повсюду разбросаны мини-фермы. Ты приходишь, указываешь перстом, какую именно цыпочку соизволишь сожрать. Её вылавливают, взвешивают в живом виде, далее перерезают горло и дают потрепыхаться в большой бочке. После чего в течение минуты выдают обесшкуренную тушку. По желанию могут нарезать на необходимые вам куски. Из головы вырубается кубик, содержащий мозги, это вместе со съедобными потрохами выдаётся в пластиковом пакете. Первые разы подобная процедура шокирует, но со временем привыкаешь. Куриное мясо здесь жёсткое, не похожее на продукцию «Петелинки», но значительно вкуснее. Кто помнит знаменитых советских «беговых» куриц (их ещё называли «синюжными»), почувствует приступ ностальгии, задумав сварить из неё суп. В магазинах остаётся покупать лишь продукты ежедневного спроса, типа молока, которое, кстати, можно ещё приобретать на пунктах розлива, куда его сдают частники. Называются такие заведения «дейри». Еще один вариант – у соседа, держащего корову, а тут это подобает каждой индуистской семье. Ещё в магазин приходится наведываться за бытовыми мелочами и тем, что хранится в холодильнике. Индия – страна с государственным регулированием цен. Практически социализм с рыночным, но человеческим лицом. Цена пропечатана на каждом продукте, подлежащем регулированию, то есть на всём, что имеет этикетку. Называется это MRP, цена, выше которой товар продавать нельзя, дешевле – пожалуйста. Так что продавцу невозможно накрутить на неё больше, и вы всегда можете убедиться в ней, глянув в наклейку. Посему во всех магазинах этот товар стоит одинаково, рупья в рупью.

Кроме рынков, в больших посёлках существует ещё множество регулярных и не очень, развалов. О них стоит спросить у местных жителей – и ехать ближе, да и цены там ниже. Стоит упомянуть ещё об отдельных базарах, торгующих свежей рыбой. Они открываются в пять часов вечера (плюс– минус «пять минут», которые не длятся более получаса, в зависимости от подвоза товара). Самые известные – это «у сиолимского моста» и в рыбном порту в Чапоре. Сюда за товаром съезжаются к назначенному часу и туристы, и локалы, и форенеры, и ресторанные снабженцы. Обстановка деловая, но весёлая и по-восточному темпераментная. Торговаться можно, но большого удовольствия это вам не принесёт, так как цены тут не принято сильно завышать, и они сразу объявляются вменяемые. В зависимости от сезона, то есть спроса, стоимость может колебаться. Лобстеры и огромные креветки джамбо в новогодние дни резко дорожают, потом после нашего Старого Нового Года, спадают в цене. Далее в зависимости от улова.

Бытовую технику и прочую канитель лучше приобретать в столице – Панджиме. Но не факт, что вы на этом сэкономите, хоть цена там и ниже, но накладные расходы на транспорт могут аннулировать разницу. Ещё одна небольшая зарисовка к портрету рынка, она же совет рачительному хозяину. В Гоа зажигалка – вещь не просто необходимая и унитарная. Зажигалка является символом гоана. Свежий воздух и здоровая жизнь не даёт многим бросить курить, здесь почему-то это не мешает здоровью так, как случается, например, в Москве, где я вообще не курю, а здесь – бывает за компанию. Зажигалки местного производства не отличаются качеством, китайские зажигалки говорят сами за себя своим происхождением. Хотя, что в мире сейчас не производится в Китае? Этот бытовой приборчик имеет множество предназначений, лучше покупать такие, в которые встроен ещё и фонарик, они очень популярны в связи с частыми отключениями электричества. Но больше всего ценятся привезённые из России хорошие зажигалки типа «Крикет». Беда их в том, что газ быстро кончается и, по нашим понятиям, их следует выбрасывать, за одноразовостью. В Индии такой подход к вещам кажется неоправданным. Если вы попадаете на рынок в Мапусе, то справа от центрального входа видите сидящих на табуретках мужичков с различными запчастями к зажигалкам и баллонами с газом. Собирайте все закончившиеся прикуривалки и смело несите им. Любую не заправляющуюся они вам заправят газом, поменяют кремень и настроят так, чтобы она вам послужила ещё долгие годы. Стоит такое удовольствие пять рупий, примерно четыре российских рубля. Делается это очень просто. В корпусе шилом прокалывается дырка, через неё закачивается из баллона газ, потом в дырку вставляется гвоздик и запрессовывается так, чтобы газ не выходил. На корпусе остаётся видимой лишь маленькая точка металлической пробочки. У меня есть зажигалка «Крикет», некогда сделанная из чёрной пластмассы, теперь это солидная, приятно лежащая в руке пупырчатая металлическая штука. Сколько в ней натыкано гвоздиков, подсчитать невозможно, а лет ей уже скоро восемь.

Экскурс в историю

Как уже утверждалось, Гоа самый малюсенький штат Индии. Кроме того, он ещё самый-самый по нескольким более радостным для россиян показателям. Например, тут самый дешёвый алкоголь во всей Индии. Штат самый европеизированный, что тоже немаловажно для русского самочувствия (мы ведь себя самоопределяем как часть Европы))). Самый христианский, хоть и не нашей ветви этого культа, не православием славится, но католицизмом. Здесь самые высокие цены на продукты, ну, это трудно занести в плюсы. К тому же мы сами и являемся причиной этого – спрос рождает предложение, иногда убивая здравый смысл. Туризм расхолаживает и располагает к лёгким и большим, по меркам Индии, деньгам. Бывшие рыбацкие деревеньки становятся курортными посёлками. Рыбаки и крестьяне – домовладельцами и хозяевами постоялых дворов и бунгало, сдаваемых в аренду туристам: праздно отдыхающим, сезонникам и пытающимся пустить корни. Но так было не всегда.

Итак, узнав из рекламного проспекта, что Индией Гоа стал лишь в 1962 году, а до этого являлся заморской территорией родины портвейна, вы, возможно, озадачитесь – а что этот Парадайз представлял из себядо того. Ведь не может же такого быть, чтобы лакомый и удобный во всех отношениях, благодатный кусочек земли не являлся яблоком раздора или согласия в более далёкие времена. Истории всегда надо верить с оглядкой, ибо пишут её люди, они подстраивают факты под свои нужды и понимание. Порой специально искажают или искренне недопонимают произошедшего. Ведь у людей есть своя корысть, и они обладают таким орудием самообороны, как лукавство, а у некоторых искажение истории происходит не со зла, а просто от банальной фантазии. Потом неточности и ошибки накладываются одна на другую. Последующие поколения додумывают и прибавляют своё. А мы всю эту художественную литературу читаем и делаем уже свои выводы. Так и получается «испорченный телефон» истории, религии и так далее. С развитием средств коммуникации и массовой информации положение усложняется и усугубляется. В интернете одна статья в корне противоречит другой. Как докопаться до правды и надо ли людям её знать? Некоторые скажут, что, мол, есть летописи, официальные документы. А кто их составлял и писал? И кто этим занимается сейчас, какую чушь про наше время будут читать потомки? Я, кроме общеизвестных источников, предпочитаю общаться с людьми. Причём, желательно пожилыми, далёкими от националистических понятий и мало интересующимися политикой. Когда обобщаешь услышанное от «простых» людей, сопоставляешь это с почерпнутой информацией от людей «сложных», вот тогда и вырисовывается картина, уже более приближённая к действительности, нежели официально принятая.

На самом юге штата есть река под названием Кушавати, берега её скалистые и являются началом предгорья Западных Гат или Гхат (в разных языках произносится по-разному). Тут находятся пещеры, в которых недавно было обнаружено наскальное творчество товарищей, живших аж двенадцать тысяч лет назад. То есть во времена неолита. Я сам не так давно об этом узнал и побывал в них случайно, во время разведывательной поездки в соседний штат в поисках добытчиков мёда диких пчёл, проживающих в джунглях. Пещеры находятся в настолько укромном месте, что знали о них лишь местные жители, а историки и археологи не беспокоили вопросами. В Индии так принято, что если вас не расспрашивают, то и нечего приставать к другим с рассказами. Благодаря этому стоянка первобытного человека не подвергалась нашествию учёных и туристов и сохранилась в первозданном виде, как будто сообщество недавно встало из-за камня, служившего столом, и отправилось на рыбалку, оставив даже не помытой посуду. Спустя некоторое время, этак с десяток тысяч лет, а именно, за десять веков до появления ПРОЕКТА, послужившего точкой отсчета Нашей Эры, мы можем найти первое упоминание об этой местности в истории. Было всё примерно так: случилась на севере Индостана сильнейшая засуха, приведшая к голоду и прочим неприятностям. Как всегда бывает во время «неспокойных времён», пришла людям в голову мысль об эмиграции. И случилась у них миграция. Кто куда. А вот часть семей брахманов-сарасватов в количестве девяносто шести штук (насколько скрупулёзны и точны были первые индийские летописцы!))) добралась до наших краёв. Впоследствии они тут прижились и включили своё место жительства в состав империи Мауров или Маурьев. Было это примерно за триста-двести лет до так называемой Нашей Эры.

Далее империи сменялись, царства рушились и возрождались вновь. Индуистский Гоа процветал, хотя современного названия у нашей местности ещё не существовало. Строились города, на побережье – порты. Налаживались связи и торговля с восточным побережьем Африки, Аравийским полуостровом, островом Ланка. Так исторически сложилось, что главным Богом и покровителем являлся великий и бескомпромиссный Шива, соответственно, в почёте были члены его семьи и окружение, описанное в эпосах. С тех пор утекло много воды в богатом реками Гоа, однако божественные привязанности в наше время тоже возродились после многих веков главенства сначала ислама, а затем и христианства. Всё возвращается на круги своя.

Сначала под ярким солнцем полуострова Индостан начинает себе отвоёвывать место молодая религия, пришедшая с запада, с просторов Аравийского полуострова. Дели стала столицей султаната. Потом, в начале четырнадцатого века, мусульмане завоевали территории царства, в которое входил и Гоа. На эти годы приходится самый расцвет науки, искусства, градостроительства не только в наших пенатах, но и по всей территории Индии. Молодые муслимские правители считали себя прогрессивными деятелями и рьяно брались за дело. Они отстроили на реке Мандови город, назвали его Ила, который ныне более известен под именем Старый Гоа. Здесь бойко развивался экспорт-импорт, начали культивировать специи и фрукты, появились невиданные доселе арабские скакуны. Кстати, за все те годы, что я нахожусь в Гоа, я не видел ни одной лошади, слонов хватает, есть один облезлый верблюд, но вот с лошадьми напряжёнка, видимо, их забрали с собой сумевшие спастись от христиан мусульмане, а португальским католикам не привита любовь к этим милым копытным. Ислам в то время, скорее всего, был более терпимой и плюралистической религией, чем та, во что её пытаются трансформировать сейчас. Индуизм с ним вполне уживался и даже был в приятельских отношениях. И управление областью проводилось на паритетных началах, ну, или что-то вроде того.

Во второй половине пятнадцатого века государство Бахманидов, провинцией которого был Гоа, достигло наивысшего расцвета и могущества. И тут, как водится, не обошлось без нашего брата. Брата того звали Афоней, фамилию он носил вполне русскую – Никитин, а по профессии и бывшему роду занятий подвизался купцом в Тверской губернии или уезде, или области, не знаю, как тогда называли на Руси сии административные единицы. Это был наш первый соотечественник, положивший начало российскому дауншифтингу. Чем мы с вами можем сейчас по праву гордиться. История умалчивает, поэтому я не могу с уверенностью утверждать, добрался он до Гоа или нет. Скорее нет, ибо в противном случае он мог затеряться в эйфории, и мы о нём ничего бы не услышали в дальнейшем. Но совсем недалеко от границы нашего штата, в Махараштре, ему поставили памятник как незаурядному гражданину иностранной державы, посетившему эти края. Как это принято у дауншифтеров, он написал книгу, в которой живописал все свои индийские похождения. Интернета тогда ещё не существовало, посему после трёх лет тусовки, он решил отправиться на родину, чтобы лично передать в издательство рукопись, которая вышла в свет под названием «Хождение за три моря».

К концу пятнадцатого века царство Бахманидов стало загибаться, области решили взять «столько суверенитета, сколько смогли унести», и оно развалилось на несколько частей. Гоа приобрёл своеобразную автономию. Правление взял на себя Юсуф Адиль Шах, личность в истории одиозная. Первым делом он отгрохал себе дворец на месте, где в будущем появился город Панаджи, который сейчас является столицей штата, а в его дворце расположились государственные органы власти. Шах нашёл новый путь пополнения своей казны, благо порт, расположенный в устье реки, на которой стоит дворец, стал перевалочным пунктом для паломников в Мекку, с которых он и стал собирать паломнические взносы.

Тут на восток обратили своё внимание европейцы. И первыми подсуетились португальцы. Сначала некий Диаш, которому мы обязаны происхождением названия самой южной точки Африки (Мыс Доброй Надежды), ломанулся сюда. Вышло это, как обычно, по недоразумению. А в 1497 году Васко Да Гама решил повторить его авантюру, прошёл по тому же маршруту, но заблудился и его отнесло к арабам. Там он разжился местным «Сусаниным», но тот не смог отвертеться, как его последователь с поляками и таки привел корабли Васьки в Индию. Высадилась его братва на территории нынешней Кералы (самый южный штат Индии). И поняли они, что тут есть чем разжиться и чем поживиться. В то время не было учреждено международного антимонопольного комитета, всю торговлю специями, шёлком и прочей экзотикой из юго-восточной Азии захапали себе арабы, а португальцы никак не могли поделить мировые водные пространства с другой «владычицей морей» – Англией. Любители портвейна приободрились такой удаче и сообразили, что настал их звёздный час. У них созрел план – стать в этой области пищевой промышленности магнатами. Что на какой-то исторический период они и воплотили в жизнь. Сразу после успешного вояжа Васко, свою экспедицию в Индию снарядил другой патриот креплёного напитка Педро Альвареш Кобраль. Правда, он переборщил с количеством загруженного на корабли портвейна, иначе как можно объяснить, что эскадра его промахнулась мимо полуострова Индостан, и команда пришла в себя лишь в Бразилии. С досады выдув все оставшиеся бочки, они отправили одну каравеллу домой в качестве «гонца», чтобы та привезла, чем догнаться и опохмелиться. Забили с ней стрелку в Индии, куда отправилась основная часть компании. История умалчивает, но план, скорее всего, сработал, эскадра добралась до индийской земли, и португальцы основали первое поселение. Произошло это на территории всё того же штата Керала, теперь там располагается крупный город Кочин. Чтобы окупить поездку, они сложили на корабли всё, что плохо лежало у местного населения и отчалили восвояси. Когда в Лиссабоне Альвареш «подбил бабки», то чуть не заработал цирроз печени от восторга, в котором находился, обмывая наживу. Такого навара он себе и представить не мог.

Вот так, с огоньком и энтузизизьмом, и началось освоение европейцами западного побережья Индии. Они принялись шнырять вдоль берега и больше всего им глянулись наши места. Здесь и бухт хватало, и береговая линия была очень удобна для мореходства, и прибрать находилось чего. Однако проблема заключалась в том, что здесь уже существовала вторая столица султаната Биджапура город Ила, главным шахом которой был Юсуф Адиль. Португальцы решили, что для них и их богоугодного дела такая безделица вовсе не проблема, и они быстро устранили её, захватив крепость. Однако недолго им пришлось отмечать победу, ибо Шах возгневался и показал захватчикам истинную исламскую кузькину мать. Да так, что бравый кабальеро-конкистадор по фамилии Альбукерки еле ноги унес и сумел спастись от смерти лишь благодаря гуманности тогдашних незлопамятных мусульман. Кстати, в наше время потомок того кабальеро, имеющий эту самую фамилию, является почётным консулом России в Гоа. Затаивший же злобную обиду Альбукерки вернулся в Гоа через полгода и поступил так, как это было принято у средневековых европейцев, то есть подло. Он нашёл предателя, который по совместительству, в свободное от основной работы мелкого правителя время, подрабатывал пиратом или просто разбойником (историки разошлись во мнении), и с его помощью захватил крепость. Описывать, что же происходило в следующие пару дней нет смысла, книжка эта может попасться детям. Скажу лишь, что за первую ночь португальцы вырезали шесть тысяч мусульман, по большей части женщин и детей, так как гарнизон, состоявший из наёмников, разбежался, и мужчин в городе было немного.

Вот и началась новая история Гоа, а с ним и всей Индии. Арабские и индийские купцы не были вояками, это были люди торговые и у них имелся свой абсолютно мирный кодекс поведения. Торговля и сосуществование нескольких вероисповеданий регулировались этическими и моральными канонами и законами. Поэтому столкнувшись с диким, не вписывающимся в восточную философию поведением, как бы сейчас сказали, «отморозков» из дремучей и вонючей средневековой Европы, индийцы на несколько десятилетий лишились жизненных ориентиров и воли. Что, в конце концов, и послужило причиной длительной колонизации их страны, и не только португальцами. Флот их был исключительно торговый, не предназначенный для нападений и грабежей. Завоеватели, наоборот, почувствовав своё могущество и безнаказанность, потеряли все остатки совести. В течение нескольких десятилетий они навели ужас на жителей огромной территории земного шара, от Мыса Доброй Надежды до Японии. На море творился полный беспредел. Грабежи, пиратство, истребление мирных жителей и набеги на береговые поселения. Португальцы стали хозяйничать в Индийском и частью Тихом, океанах, а центром этой колониальной империи стал Гоа. Он, на пару с Лиссабоном, приобрёл репутацию крупнейшего мирового рынка работорговли. В Индии даже существовала поговорка: «Благо, что португальцев не много, как тигров в джунглях, иначе они бы истребили весь род человеческий».

Управление колониальными территориями, как это водится в огромных империях, велось непосредственно из центра, указы, изданные метрополией, не согласовывались между колониями. Каждая мнила себя автономией и вела отдельную политику. Губернаторы назначались за взятки, по блату и «командно-территориальному признаку». С тех пор в мировой политике и методах управления мало что изменилось, лишь придумали слово «демократия», чтобы напустить побольше тумана и запудрить электорату мозги. А также для оправдания агрессий, ибо раньше они совершались во имя веры, а теперь во имя демократии. Вот почему любой враг португальцев, в простодушном восприятии индийцев, представлялся им союзником. Эта доверчивость, в конце концов, и привела к захвату Индостана англичанами. Она сыграла с индийцами такую печальную шутку, расхлёбывать которую пришлось до середины двадцатого века, а последствия в развитии и ущерб национальному самосознанию чувствуются до сих пор.

Главная задача любой оккупации и колонизации – это власть, власть над людьми, чтобы заставить их работать на тебя. Власть и деньги тождественны. Власть всегда пытается захапать себе как можно больше денег, деньги в лице их обладателей, всегда стремятся во власть, поближе к власти, чтобы регулировать и влиять на неё. Ибо они – ДЕНЬГИ – и есть ВЛАСТЬ. В этом аспекте с властью в течение последнего тысячелетия изменений также не произошло. Поменялись лишь формы и терминология. И различные объединения, сменяя друг друга, правят этим миром до сих пор. Пока ещё правят.

В то время, в самый разгар махрового средневековья, Европу держала в страхе и фанатизме святая христианская инквизиция. Управление практически всеми государствами осуществляли королевские фамилии, в разной мере контролируемые так называемым духовенством. Наряду с Испанией, Португалия была «законченной» христианско-инквизиторской державой. Поэтому первым пунктом в программе освоения и подчинения заморских территорий у «носителей истинной веры» значилось показать «дикарям и язычникам» «путь к спасению» в том виде, как они его себе представляли. То есть «развесить местному населению по ушам» свои представления о Боге, чтобы те поменьше задумывались о происходящем и, воспринимая тот бред как благость, работали на завоевателей. Приносили подношения и безропотно выполняли приказы. Кого-то можно было облохачить проповедями во славу суперрелигии. Совсем фанатам выдать индульгенции и пообещать отпущение грехов, Рай в загробный период существования. Тех, кто поумнее, но без совести – банально купить. И всё это «…во славу господа нашего…», главное «не ропщите, ибо во искупление…» и так далее. Сейчас происходит примерно та же фигня, лишь технологии и наука нашли более действенные средства массового облохачивания. В наше время эту задачу можно сформулировать следующим образом: необходимо ОТФОРМАТИРОВАТЬ дикарям мозги и ИНСТАЛЛИРОВАТЬ НОВОЕ РЕЛИГИЗНОЕ ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ.

Как гласит история, христианство отметилось в Индии ещё на заре нашей эры. Спасаясь от иудейского преследования, христиане бежали из Святой земли трёх религий. В обход Персидского залива, через территорию современного Ирана и Пакистана, они добирались до Индостана. Обвинённая официальной церковью в суперапокрифичности, теория повествует, что Иисус наш Христос сумел избежать экзекуции на Голгофе. Та, прилюдно свершившаяся трагедия, как утверждает она, была ничем иным, как инсценировкой. Далее господин Иисус инкогнито отправился по описанному мною выше маршруту. Тормознулся в Гималаях, где вёл жизнь проповедника, окружённого почётом и учениками. Умер он глубоким старцем и похоронен в Кашмире. Могила его всегда ухоженная, не остаётся без внимания приверженцев этой легенды. Я сам посещал её, правда, в юные годы, и даже знакомился со служителем, ухаживающим за ней. По вероисповеданию он мусульманин. Кстати, дело это потомственное и родовое, его семья уже более тысячи лет занимается им. Оно и немудрено, Кашмир – штат с преобладанием ныне исламской веры, мусульмане тут везде.

Некогда, как раз в те времена, когда по нему путешествовал просветлённый философ и мыслитель, назначенный впоследствии Богом, Кашмир являлся оплотом буддизма и перекрёстком караванных путей. Ислам, пришедший сюда в виде своей суфийской ветви, был настолько плюралистичен, что мог мирно сосуществовать с кем угодно. Он внимал или хотя бы прислушивался к речам мудрецов, невзирая на их веру. Лишь бы они «в натуре» были мудрецы, а не маскирующиеся под них пустобрёхи, как это случается обычно. Даже сейчас, когда ситуация в штате накалена, так как он является спорной территорией между индуистской Индией и исламским Пакистаном, да ещё китайцы отчинили себе кусочек, здесь не редкость увидеть места, где бок о бок молятся и те и другие, и даже христиане, а святыни у них общие.

Однако первые проникновения христиан в индийские земли никак нельзя было назвать миссионерством. Просто тогда не было такого понятия, и положение христианства никак не располагало к подобным порывам. Выжить бы. За прошедшие полтора тысячелетия оно подросло, окрепло, а подростковый период у многих ознаменовывается агрессивностью и неадекватностью, помноженных на непоколебимую уверенность в своей правоте и неправоте других. Первых католических попов подогнал в Гоа ещё Василий де Гамович, не мудрствуя, он просто ссадил с корабля служивших на них капелланов и определил им дальнейшее место справления культовых нужд в виде экзотического берега Индии.

Если с мусульманами у португальцев был только один вид общения, при помощи кинжалов, то к индуизму они относились более лояльно, могли предварительно и поговорить, и гуманно выслушать ответ. Однако надо было гнать план по окатоличиванию туземцев. И тут уже все методы считались неплохими. Не сильно вникающие из-за языкового, ментального и религиозного барьера в суть христианской идеи, индусы понимали лишь одно – «хоть горшком назовите, только в печку не ставьте». А до этого тоже доходило: и на кострах сжигали, и звания «ведьм» и «колдунов» со всеми вытекающими из этого последствиями присваивали. Крестили целыми деревнями. Но обращение в христианство носило по большей части формальный характер, обусловленный иногда коммерческими порывами, иногда из-под палки. Короче, и пряник и кнут, всё шло в дело. Конечно, представители таких каст, как БРАХМАНЫ или КШАТРИИ предпочитали смерть смене религии, даже ВАЙШЬИ, и те кобенились. Но ШУДРАМ принятие христианства давало больше плюсов, нежели минусов. Шудры – низшая каста, предназначенная для тяжёлых и неквалифицированных работ, они не могут за себя ничего решить без одобрения брахмана. Ни тем более, заключить брачный союз с представителем другой касты. Они вообще ничего не могут и ни на что не имеют право. Уровень их интеллекта под стать положению. Конечно, для них обращение в католики – решение многих проблем, как казалось бы. Некоторые думали, что таким образом можно обмануть КАРМУ, выйти из кастовой системы и зажить припеваючи, повесив в углу дома распятие и шествуя по праздникам с куклами новых святых на носилках. Но бесплатный панир (индийский полусыр-полутворог) бывает лишь в тех устройствах с пружинками, которые привезли с собой завоеватели, чтобы ловить непуганых крыс и мышей (для индуистов крыса – животное, уважаемое многими Богами, это не тот городской монстр, к которому привыкли мы).

Имея дело с некоторыми христианами в Гоа, я вполне согласен с этой теорией. Их предки явно перекрестились из шудр. Но слегка понимая индуизм и менталитет носителей этой религии, я не уверен в правильности вышезаявленной теории. Терпимость индуизма и индуистов, принятие всего, что тебе даётся ЖИЗНЬЮ и КАРМОЙ, вера в то, что дано оно не просто так, а за допущенные в одной из жизней грехи и во искупление их при нынешней, дабы в следующих подняться на ступени выше, даёт повод усомниться в массовости этого явления. Хотя и не исключает того, что подобные случаи происходили.

Слухи о миссионерских подвигах и рьяном охристианивании заблудших азиатов дошли и до Папаши Римского. В те годы им работал Павел №3. Для Римских Пап существует возрастной ценз, не младше скольких-то там лет. От насыщенной жизни в борьбе за папское кресло они довольно быстро впадают в маразм. И отвесить им на уши большую порцию лапши не составляет труда. По крайней мере, так было в те далёкие времена. Иначе Паша №3 должен был сообразить, что его разводят припапские кардиналы и прочие приживалы. В очередном припадке эйфории он присвоил Гоа статус епископства. Соответственно, послал туда крупного сановника. А границы епископства определил ни много ни мало – аж от Африки и до самых до окраин. Самым крайним местом на земле португальцы в те времена считали Японские острова.

Поддерживаемые отрядами солдат, миссионеры как перитонит разносили по близлежащим окрестностям воспаление «истинной веры». Воспользовавшись богатым опытом родной пиренейской инквизиции, один носитель её в компании полусотни солдат прибывал в деревню. Солдаты убивали некоторое количество крестьян, поджигали их дома и рекомендовали оставшимся во избежание рецидива поверить им на слово в истинность веры и того счастья, что наконец-то улыбнулось им с приходом образованной и развитой цивилизации. Перекрещённые индуисты убирали в потайные места изображения своих Богов, вывешивали на видное место две скрещенные палочки с прибитой к ним фигуркой человека-Бога, и всё на какое-то время улаживалось. С утра они ходили в церковь, а вечерами поклонялись традиционным Богам веры своих предков. Кстати, это происходит и сейчас. На видном месте стоит гипсовая, засиженная многочисленными тропическими насекомыми, китчевая фигура Иисуса или девы Марии, а подальше от соседских католических глаз стоят скульптуры Шивы и Ганеши.

Таким образом, обращение в христианство принимает массовый характер, примерно как когда-то в СССР множились и пополнялись ряды КПСС и ВЛКСМ. У Папы Павла в экстазе возникает идея: в целях поощрения и ободрения присвоить Гоа очередное более высокое звание. Из епископства – в архиепископство. На территории начинается масштабное строительство церквей, монастырей, семинарий и прочих заведений справления культовых нужд. Для чего уничтожаются индуистские храмы, а их фундаменты служат постаментами для христианских. Уничтожено было практически всё, напоминающее о вере предков. Впрочем, ничего нового и из рук вон выходящего носители христианства не придумали, примерно так оно насаждалось везде – от Руси и до… под лозунгом: «И только попробуйте у нас не быть счастливыми»!

В конце концов, возникает конфликт между бизнесом и носителями духовности. Если купцам было важнее «срубить» как можно больше «бабла» с гоанского клондайка, то фанатичные святые отцы ставили себе задачу спасти души всех без исключения, кто попадался под руку и был на тот момент ещё жив. Купцам во все времена было не до принципиальности, бизнес всегда делает людей менее разборчивыми в религиозной принадлежности деловых связей. К тому же большие деньги изменяют шкалу ценностей, а материальные возможности подталкивают людей на менее целомудренный образ жизни. «Крышка» у них съезжает, и методы инквизиции приходится применять не только к туземцам – людям не первого сорта, но и к распоясавшимся соотечественникам, отвлёкшимся от богобоязненной жизни.

В середине шестнадцатого века Ватикан принимает решение о введении в Гоа Святой Инквизиции. Упомянутый выше святой человек и представитель Бога на земле, Папа Римский Павел №3, официально ввел этот институт в Европе, а с 1560 года он стал действовать повсеместно в христианском мире. Именно в этом году Трибунал Инквизиции и прибыл в наши благословенные Папой края. Вообще 1560 год для Гоа значит очень многое. К этому десятилетию шестнадцатого века здесь было уничтожено более пятисот индуистских святилищ. Возведено восемьдесят церквей. Организовано католическое училище (колледж св. Павла))) по типу интерната, куда собирали детей уничтоженных индуистов для воспитания из них истинных христиан (ни Гитлеру, ни Сталину, ни Пол Поту не приходилось позже изобретать велосипеды). Запущена типография для печати христианской литературы, в том числе и на местном языке. Введена цензура. Печатается первое в Азии периодическое издание, всё той же весёлой божественной направленности. Провозглашён полный запрет на исповедание индуизма, ислама и даже параллельного христианского направления, пришедшего в Индию задолго до португальцев – Сирийского Несторианства.

Костры инквизиции периодически вспыхивали на этом маленьком кусочке благодатной земли. Трибунал, как это ему и полагается, выносил приговоры. Новые хозяева жизни массово обращали «дикарей» в спасительную «веру». Отчёты с приписками по выполнению плана охристения и охристинения плыли морем в Лиссабон. Вокруг Гоа за границами португальских владений скапливалось всё больше и больше изгнанных жителей, которые отказались «быть счастливыми». И сбежавшие от преследований, те, кому посчастливилось скрыться, уносили и прятали атрибуты веры и изображения своих Богов. Случались и восстания. Самое первое произошло 25 июля 1583 года. Поводом послужил инцидент в местности под названием Канколим. Иезуитские попы, пришедшие в одну из деревень с целью возвести крест и обозначить место строительства культосправного помещения, были забиты местными жителями насмерть (дурные примеры заразительны). За компанию с ними погибло несколько солдат и воцерковлённых гоанцев. Всю бригаду позже назначили «Канколимскими мучениками». А старейшин провинившейся деревни вызвали в крепость оккупантов якобы на мирные переговоры для разрешения конфликта. Как только делегация оказалась у португальцев, те набросились на них и стали резать. Нескольким индуистам удалось спастись, они спрыгнули со стены в море. Спасшиеся и подняли восстание. Но с граблями не ходят в атаку на бронепоезд. А с булыжниками на регулярные войска. Подавление было быстрым и жестоким. Султан смирился с потерей Гоа.

Новое поколение стало получать вместе с крестом и имена с Пиренеев. Окуная младенцев в купель, католические священники, не мудрствуя лукаво, нарекали их своими именами. Стали появляться Да Сильвы и Франциски, Диаши и Соузы. Их потомки с теми же самыми именами и сейчас составляют большинство населения штата. Хозяин дома, который я снимал в Сиолиме, носит имя Лоуренс, за что я называю его Лаврентием, а фамилия его – Де Соуза. Как он рассказал мне, такую же фамилию носят 40 процентов католиков в Северном Гоа. И правда, фамилия весьма распространённая. Как говорится: «…да мало ли в Гоа донов Педро…» (С).

Влияние Португалии в Индийском океане было непререкаемое – от восточного побережья Африки и Персидского залива до Малайского полуострова и Китая. Но тут на нашем шарике появляется новый, амбициозный, пока ещё гуманно, но уже решительно настроенный игрок в партии за мировое господство. С начала семнадцатого века всё неоднозначнее о себе стала заявлять Голландия. Куда же без них, они уже тогда задумали легализацию лёгких наркотиков и искали сырьевые базы, потому и заглядывались на Восток (шутка).

Любая империя всегда имеет один конец – крушение и дробление на мелкие составляющие. А как же иначе? Причин много – эйфория всемогущества, расстояние от окраин до метрополии, следовательно, эффективность и оперативность управления ими. А тут ещё маленькие, но злющие и кусачие молодые выскочки так и норовят оттяпать у тебя чего-нибудь, как только зазеваешься. Далее начинаются годы упадка и застоя, иногда плавно перетекающие в десятилетия, а у некоторых и в века. Чего мы с вами и наблюдаем в конце двадцатого – начале двадцать первого века. По сравнению с португальским флотом, корабли которого строились ещё по принципу галеонов, голландские представляли из себя образцы последних научно-технических достижений. Португальские успешно воевали с лодками индийцев, но противостоять фрегатам уже не могли. Тут ещё осамосознались как великие мировые державы жабоглотики-французы и будущая трагедия мира – англосаксы. Буквально за одно десятилетие, в тридцатые годы семнадцатого века Нидерланды захватили полторы сотни португальских кораблей, блокировали Гоа и прочие территории португальцев с моря и установили свою гегемонию в этой части света. В 1641 году португальский король подписал с Голландией мирный договор, сутью которого было «лечь под нового, ужасного и могучего», да ещё лоханулся со сроками, указав, что в колониях он вступает в силу спустя год. Это развязало голландозам руки, и они прибрали к ним практически все бывшие владения «раненого португальского зверька», ограничив их к концу века тремя областями: Гоа, Диу и Дамана. Вот так и сменяются формации, через кровь, войны и потрясения. На смену феодальной колониальной империи пришла прогрессивная по тем временам Ост-Индская компания. Именно голландцы расчистили дорогу англичанам, ибо сами они недолго похозяйничали на полуострове Индостан, а уступили место туманным товарищам с Альбиона.

Ну, о масштабах последствий деятельности «товарищей» в мире за прошедшие четыреста лет написано много и жёстко, до сих пор они живут и никак не проживут награбленное. А уж насколько они затормозили развитие обобранных ими колоний, можно и не упоминать. Однако внесу и я свои пять индийских пайсов в общую бочку мирового отношения к выше обозначенной державе. Много говорить не буду, озвучу лишь практически официальное обозначение Англии, употребляемое в дореволюционной России – «коварный Альбион». На мой взгляд, оно не в полной мере отражает двуличие его политики и поступков, особенно в международных отношениях. Эпитет этот пристал к королевству не только в России, нам как раз они делали и делают гадости издалека и исподтишка. А вот спросите китайцев или других азиатов, куда ступала нога англичанина. «Гдѣ Англичанинъ, тамъ коварство и корысть!… «Царствія небеснаго нѣтъ»,– закричалъ, умирая, несчастный невѣрующій… «А если бы оно было, такъ англичане давно бы туда пробрались и заняли всѣ мѣста»». Ну, да Бог им судья, как порядочные люди, так и прочие есть везде в количествах, определённых на то обстоятельствами и им же – Богом.

Хоть Гоа и не миновала участь «побывать под англичанами», длилось это всего лишь шестнадцать лет и принципиального влияния не произвело. Да и то они под шумок разразившейся в Европе наполеоновской войны тихой сапой ввели сюда войска. Но, надо отдать им должное, не сильно поглумились над успевшими к тому времени придти в упадок португальскими институтами власти, к тому же разбавленными представителями местного населения под влиянием демократических веяний. Соответственно и индийцев-гоанцев они не сильно напрягли и отвратили от английской короны, как это произошло окрест. Вероятно поэтому отношение к ним здесь терпимое. Однако ещё в 1642 году (с мыслью нагадить голландцам) они заключили с португальцами несколько договоров и соглашений, венцом которых стало подписание так называемой «Конвенции Гоа», дающей Великобритании исключительные права на торговые взаимоотношения с колонией, а также использование гаваней и портов на льготных условиях. Если прямолинейные горячие португальские парни всё решали инквизиторски-силовыми методами, что естественно вызывало среди местного не христианского населения ненависть к ним и противодействие, то эти хитрые ребята акцент делали на дипломатических приёмчиках. Которые, кстати, и в историю вошли под названием «английская дипломатия». Главным лозунгом которой являются «разделяй и властвуй», то есть ссорь между собой общины на оккупированных территориях, тогда легче будет ими управлять, позиционируя себя миротворцем. И почёт, и уважуха тебе будет с верой в твою мудрость и доброту. А прибавьте ещё любимый ими метод «кнута и пряника» – получите классику дипломатической английской школы, актуальную до сих пор и принятую на вооружение всем цивилизованным миром.