Голос сердца

Глава 8. К лучшему

Кристина заметалась по комнате. Жаль, не было возможности просто исчезнуть хотя бы на некоторое время. Чудес не бывает, она уж точно успела в этом убедиться.

Так что стоило отбросить наивную веру во внезапное спасение и найти выход самой. Насколько это вообще возможно сейчас… На размышления было совсем мало времени.

На ум приходил только один более-менее подходящий вариант: притвориться спящей, когда Саша будет здесь. Ну, или уснуть на самом деле, чтобы уж наверняка. Но тут была своя сложность: родители вряд ли позволят ей вот так просто прогулять школу. Начнут будить. Им всё равно, что сейчас последняя неделя перед каникулами.

Но решить это мог старый детский способ, каким Кристина почти никогда не пользовалась: прикинуться больной. Она очень редко врала родителям, а потому они должны ей поверить и сейчас.

Времени на сомнения и раздумья не было. Кристина решительно пошла в комнату родителей. Остановившись возле их кровати, легонько потрепала маму за плечо. Родительница повернулась, и, дотянувшись до выключателя, зажгла свет в комнате.

— Что случилось?

Кристина сбивчиво принялась знаками жаловаться матери на сильную головную боль. Волнение, вызванное сообщением Саши и его возможным визитом, всё ещё давало о себе знать. А потому вид у Кристины и вправду был немного нездоровый: кожа побледнела, тело окутал жар и лёгкая дрожь. К счастью, это сыграло на пользу.

Ей поверили. Оставалось одно, последнее испытание: выпить на глазах у родителей таблетку. Решив, что вреда от одного не особенно сильного лекарства не будет, Кристина твёрдо шла до конца.

*****

Саша не думал, что скажет родителям Кристины, которые, скорее всего, откроют ему дверь. Он решил действовать по ситуации. Гораздо сложнее будет справиться с другим: убедить Кристину, что всё происходящее с ними естественно, что это не жалость, не случайность и не ошибка. Кристина действительно очень нравилась ему, и, возможно, это было взаимно. Саша не упустит этот шанс.

Он решительно нажал кнопку звонка. После первого сигнала к двери никто не подошёл, но Саша повторил ещё несколько раз. Через какое-то время ему открыла довольно миловидная женщина сорока лет. Судя по всему, мама Кристины. В чертах лица было что-то, неуловимо напоминающее одноклассницу.

— Здравствуйте, — сказал Саша.

Всё это время женщина, не сказав ни слова, смотрела на него с неким удивлением. На какую-то секунду у него даже мелькнула мысль, что, возможно, она тоже была немой. Но эта страшная догадка развеялась быстро, как только женщина поздоровалась в ответ.

— Вы к кому? — уточнила хозяйка квартиры.

Похоже, до этого момента мало кто приходил сюда просто так, тем более, из ровесников живущей здесь девушки.

— Я к Кристине, — прямо сказал он. — Мы договорились, что я зайду к ней до школы.

— Я не знаю, о чём вы там договорились, — дружелюбно и легко улыбнулась женщина, — но только она заболела, и сейчас спит.

Саша нахмурился. И как он не предусмотрел такую возможность?..

Ему почему-то даже не приходило на ум, что Кристина будет пытаться избежать его визита. Хотя догадаться было не так трудно.

— И почему я не удивлён, — вырвался у него недовольный протест. Слова были уже сказаны, когда Саша осознал, что мама Кристины всё ещё была рядом и слышала это. — Простите.

Женщина только усмехнулась в ответ. Весёлые искорки в её доброжелательно глядящих на него глазах мелькнули на мгновение, которое оказалось достаточным, чтобы понять: она была на стороне Саши.

Тогда, осмелев окончательно, он не удержался:

— Можно, я всё-таки зайду?

*****

Пообщавшись с матерью Кристины и вкратце рассказав, кто он и что вообще происходило, Саша, наконец, зашёл в комнату «больной». Она лежала на кровати, укутавшись в одеяло, освещаемая лишь постепенно рассеивающимся полумраком. На улице ещё было темно. Поэтому и здесь, в комнате, непривычному взгляду предстали лишь очертания предметов, не раскрывающие общей картины. Тогда Саша решительно потянулся к выключателю, одним движением наполнив комнату ярким светом.

На этот раз его взгляду предстала обычная девичья комната. Разве что, тщательно убранная. На столе не стояло ничего, кроме настольной лампы, нескольких сложенных стопкой учебников и ручек, карандашей и линеек в специальной подставке. Бежевые занавески на окне гармонично дополняли обстановку, в которой выделялись светлые тона. Единственное, что заметнее всего отличалось от обычных квартир, так это отсутствие ноутбука, планшета или хотя бы компьютера. Телевизора тоже не было, по крайней мере, в её комнате.

Саша перевёл взгляд на кровать. Кристина продолжала лежать спокойно, даже не пошевелившись при бесцеремонно включенном свете, будто ничего не произошло. Либо она хорошо играла свою роль, либо и вправду уснула.

На всякий случай подойдя ближе, он сел на край кровати. Кристина лежала на правом боку, повернувшись к стене, что не позволяло заглянуть в её лицо. Протянув руку, он коснулся её волос, слегка погладив по голове и проверяя реакцию. Кристина не вздрогнула от неожиданности, не заворочалась, не попыталась увернуться.

Но даже это ещё ничего не означало. Когда хотела, она могла играть свою роль с завидным упрямством. А потому выяснить правду сложнее, чем он мог себе представить.

Одно ясно, Кристина собиралась построить непробиваемую стену между ними. Причём, похоже, только из-за того, что боялась. В другой ситуации, скорее всего, Саша бы отнёсся к этому с пренебрежением, потому что все её попытки оградиться были очевидными, в чём-то даже глупыми и намеренно испытывающими нервы. Но Кристина чувствовала себя другой. Она вела себя так, потому что искренне верила, что у неё были причины. И поэтому к ней нужен совсем другой подход, и терпение в этом случае очень бы понадобилось.

— Не нужно притворяться, — вслух сказал Саша, откинув волосы с её виска.

Он, наверное, и сам не понял, чем была вызвана эта фраза. Проверял ли он таким образом реакцию Кристины, чтобы узнать, спала ли она на самом деле, или причина была гораздо серьёзнее.

Кристина не шелохнулась. Её мерное дыхание выдавало спокойный и умиротворённый сон. Да, скорее всего, она хотела избежать этой встречи и притворилась больной, но сейчас спала по-настоящему. Возможно, сыграло её самовнушение или что-то подобное, но факт оставался фактом. Кристина не слышала его.

Уходить ни с чем не хотелось, но будить её он почему-то не спешил. Саша задумчиво поправил слегка съехавшую под ней подушку и вдруг почувствовал тетрадку.

Не сомневаясь ни на секунду, он быстро вытащил её. Пролистал, чтобы понять, почему Кристина хранила её возле себя. Судя по обложке, в его руках была та самая тетрадь, в которой одноклассница писала что-то время от времени по переменам. Саша заметил это ещё в свой первый день в новой школе.

Он пробежался взглядом по первым попавшимся строчкам на случайно открытой странице.

«Странно, что я ещё продолжаю надеяться на это. Возможно, было бы проще смириться. Сегодняшний день это ещё раз доказал. И я снова вру родителям. Они продолжают верить в меня, и я понимаю, что это — то, что мне нужно, что без этого я пропаду, но в тоже время мне стыдно от того, что все их надежды окажутся обманутыми. Им, наверное, стало бы легче, если бы я однажды сказала, что не хочу бороться. А может, доктор прав? Может, пора уже признать правду и жить, не оглядываясь на то, что могло бы быть?»

Захлопнув тетрадку, Саша снова посмотрел на спящую Кристину. С одной стороны, ему повезло, у него появился стопроцентный шанс по-настоящему узнать её. Ведь наедине с собой каждый был честен. С другой, можно было только догадываться, как неприятно должно быть человеку, в душу которого нагло и без спросу лезли.

Но угрызения совести оказались слабее соблазна. А потому единственное, что останавливало Сашу — возможность, что Кристина проснётся и помешает ему. Или это сделает кто-то из её родителей, невовремя войдя в комнату.

Риск быть застуканным подтолкнул на более решительные действия. Не задумываясь о правильности или последствиях, Саша быстро засунул тетрадку к себе в рюкзак. Затем поднялся, собираясь уходить.

Возможно, то, что всё получилось именно так, было только к лучшему. Теперь Саша будет знать наверняка, о чём она думала и что чувствовала. А это поможет им обоим. Пора уже оставить проблемы позади и просто жить, не оглядываясь ни на что. Перемены могли быть к лучшему, и не стоило их бояться.