Горе от ума

Светает!.. Ах! как скоро ночь минула!

Вчера просилась спать – отказ.

«Ждем друга». – Нужен глаз да глаз.

Не спи, покудова не скатишься со стула.

Теперь вот только что вздремнула,

Уж день!.. сказать им…

Господа,

Эй, Софья Павловна, беда:

Зашла беседа ваша за ночь;

Вы глухи? – Алексей Степаныч!

Сударыня!.. – И страх их не берет!

Ну, гость неприглашенный,

Быть может, батюшка войдет!

Прошу служить у барышни влюбленной!

Да расходитесь. Утро. – Что-с?

Который час?

Всё в доме поднялось.

Который час?

Седьмой, осьмой, девятый.

Неправда.

Ах! Амур[1] проклятый!

И слышат, не хотят понять,

Ну чтó бы ставни им отнять?

Переведу часы, хоть знаю: будет гонка,

Заставлю их играть.

Ах! барин!

Барин, да.

Ведь экая шалунья ты, девчонка.

Не мог придумать я, что это за беда!

То флейта слышится, то будто фортопьяно;

Для Софьи слишком было б рано??

Нет, сударь, я… лишь невзначай…

Вот то-то невзначай, за вами примечай;

Так, верно, с умыслом.

Ой! зелье[2], баловница.

Вы баловник, к лицу ль вам эти лица!

Скромна, а ничего кромé

Проказ и ветру на уме.

Пустите, ветреники сами,

Опомнитесь, вы старики…

Почти.

Ну, кто придет, куда мы с вами?

Кому сюда прийти?

Ведь Софья спит?

Сейчас започивала.

Сейчас! А ночь?

Ночь целую читала.

Вишь, прихоти какие завелись!

Всё по-французски, вслух, читает запершись.

Скажи-ка, что глаза ей портить не годится,

И в чтеньи прок-от не велик:

Ей сна нет от французских книг,

А мне от русских больно спится.

Что встанет, доложусь,

Извольте же идти, разбудите, боюсь.

Чего будить? Сама часы заводишь,

На весь квартал симфонию гремишь.

Да полноте-с!

Помилуй, как кричишь.

С ума ты сходишь?

Боюсь, чтобы не вышло из того…

Чего?

Пора, судáрь, вам знать, вы не ребенок;

У девушек сон утренний так тонок;

Чуть дверью скрипнешь, чуть шепнешь:

Всё слышат…

Всё ты лжешь.

Эй, Лиза!

Тс!

Ушел… Ах! от господ подалей;

У них беды себе на всякий час готовь,

Минуй нас пуще всех печалей

И барский гнев, и барская любовь.

Что, Лиза, на тебя напало?

Шумишь…

Конечно, вам расстаться тяжело?

До света запершись, и кажется всё мало?

Ах, в самом деле рассвело!

И свет и грусть. Как быстры ночи!

Тужите, знай, со стороны нет мочи,

Сюда ваш батюшка зашел, я обмерла;

Вертелась перед ним, не помню что врала;

Ну что же стали вы? поклон, судáрь, отвесьте,

Подите, сердце не на месте;

Смотрите на часы, взгляните-ка в окно:

Валит народ по улицам давно;

А в доме стук, ходьба, метут и убирают.

Счастливые часов не наблюдают.

Не наблюдайте, ваша власть;

А что в ответ за вас, конечно, мне попасть.

Идите; целый день еще потерпим скуку.

Бог с вами-с; прочь возьмите руку.

Что за оказия[3]! Молчалин, ты, брат?

Я-с.

Зачем же здесь? и в этот час?

И Софья!.. Здравствуй, Софья, что ты

Так рано поднялась! а? для какой заботы?

И как вас Бог не в пору вместе свел?

Он только что теперь вошел.

Сейчас с прогулки.

Друг. Нельзя ли для прогулок

Подальше выбрать закоулок?

А ты, сударыня, чуть из постели прыг,

С мужчиной! с молодым! – Занятье для девицы!

Всю ночь читает небылицы,

И вот плоды от этих книг!

А всё Кузнецкий мост[4], и вечные французы,

Оттуда моды к нам, и авторы, и музы:

Губители карманов и сердец!

Когда избавит нас Творец

От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок!

И книжных и бисквитных лавок!..

Позвольте, батюшка, кружится голова;

Я от испуги[5] дух перевожу едва;

Изволили вбежать вы так проворно,

Смешалась я…

Благодарю покорно,

Я скоро к ним вбежал!

Я помешал! я испужал!