Город Горечи. Том 1

Глава 2. Postridie

Для Вилены происходящее стало невыносимым кошмаром. Смятение захлестнуло её разум, мысли спутались в хаотичный клубок, из которого она не могла вырваться. Зловонный запах, разящийся от Маммона, ударил в нос, напоминая резкий запах аммиака. Он был настолько сильным, что её чуть не стошнило прямо на его чёрный бархатный пиджак. Грудь сдавило тревогой, и, чувствуя, что выбора нет, Вилена поняла: придётся согласиться с его условиями.

Маммон снова склонился к ней, его рога отбрасывали зловещие тени на стену. Он прижал её к стулу, не оставляя ей даже возможности криком позвать на помощь.

– Я… я согласна! – дрожащим голосом выкрикнула Вилена. Её руки мелко тряслись, а сердце готово было выскочить из груди.

Маммон резко схватил со стола перо, которым только что подписывал бумаги. Его движения были быстрыми, как у хищника, не терпящего промедления. Не сказав ни слова, он схватил её правую руку и крепко зажал большой палец. Прежде чем она успела понять, что происходит, он проткнул подушечку её пальца остриём пера.

Боль была мгновенной и острой, словно раскалённая игла вонзилась под кожу. Вилена дёрнулась, её голова запрокинулась назад, а из горла вырвался немой крик, стиснутый зубами. Её лицо исказилось, дыхание стало неровным. Маммон, не обратив на это внимания, прижал её окровавленный палец к пергаменту.

Кровь оставила яркий отпечаток на бумаге, и он произнёс, уже почти выкрикивая:

– ТЫ ТЕПЕРЬ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ! ДО ТЕХ ПОР, ПОКА Я НЕ БУДУ ДОВОЛЕН ВЫГОДОЙ, КОТОРУЮ ДОЛЖЕН ПОЛУЧИТЬ ВЗАМЕН!

Его голос эхом отозвался в комнате, разрезая напряжённое молчание. Маммон отступил на пару шагов, его тон стал более спокойным, почти насмешливым.

– Что теперь? Что я должна делать? – выдохнула Вилена, её голос был ослабленным и полным вымотанности. Боль, алкоголь и шок смешались, оставив её почти без сил.

– Сейчас – ничего. Ты свободна. Я позову тебя, когда ты понадобишься, – сказал он тоном, который казался почти нежным, но каждое его слово таило угрозу. Он повернулся к окну, глядя в ночную тьму.

– Мне… мне плохо. Я не могу идти, – прошептала Вилена, чувствуя, что теряет сознание.

Маммон обернулся, усмехнувшись. Его глаза блеснули в свете свечей.

– Не беспокойся, мои верные псы позаботятся о тебе.

С этими словами в комнату вошли двое. Внешне это была та же охрана, но их тела претерпели жуткие изменения. Черты лиц стали хищными, клыки выглядывали изо рта, а глаза горели тусклым жёлтым светом, как у волков, засевших в засаде.

–Ведь мне всё равно нужно следить за тобой, – добавил Маммон тихо, словно обращаясь больше к самому себе.

Вилена почувствовала, как её забирают под руки. Головокружение усилилось, и реальность поплыла перед глазами, оставляя её в полузабытьи.

Волки, выглядевшие так, будто они только наполовину люди, грубо взяли Вилену под руки. Их прикосновение было холодным и лишённым человеческого тепла, словно они были созданием чего-то чуждого. Её ноги волочились по полу, а сама она чувствовала себя словно кукла в их цепких лапах.

Её вывели из клуба через боковую дверь. На улице под мрачным небом стояла массивная чёрная машина, её лакированная поверхность поблескивала в слабом свете уличных фонарей. Автомобиль, казалось, впитывал свет вокруг себя, словно был вырезан из самой ночи.

Маммон стоял у окна своего кабинета. Его неподвижная фигура и свет от свечей за его спиной делали его похожим на тёмный силуэт, скрывающий в себе нечто зловещее. Он наблюдал за каждым шагом своих "псов" и за тем, как они осторожно сажали Вилену в машину.

Когда дверь автомобиля захлопнулась, Маммон продолжал следить. Его взгляд не отрывался от машины, пока она не исчезла за горизонтом, оставляя за собой лишь слабое эхо двигателя в пустынных улицах. Его губы растянулись в едва заметной ухмылке.

–Игра только начинается, – тихо прошептал он, снова обращаясь к ночи.

Вилена проснулась в своей комнате, её тело было тяжёлым, а голова словно набита ватой. Свет, пробивающийся сквозь шторы, причинял резкую боль глазам. Она медленно огляделась, пытаясь понять, как оказалась здесь, дома. В памяти была пустота, словно кто-то намеренно стёр события прошедшей ночи.

"Как я вообще вернулась?" – подумала она, пытаясь хоть что-то вспомнить. Её мысли были спутанными, и каждая попытка углубиться в происходящее вызывала головокружение. Утро началось с тяжёлого осознания: её день начнётся с вопросов, на которые она пока не знает ответа. Благо, учеба начиналась с двух часов, и у неё было время прийти в себя.

Она машинально проверила телефон, и её взгляд замер. Новое сообщение. Незнакомый номер.

"Здравствуй. Надеюсь, ты помнишь о нашем договоре."

От этих слов внутри всё похолодело. Руки затряслись, телефон чуть не выскользнул из пальцев. Перед глазами вспыхнули обрывки воспоминаний, которые она пыталась подавить.

"Как ты нашёл мой номер?!" – кричала она в воспоминаниях, её голос дрожал от страха. "Я знаю всё о всех, кто был у меня в гостях. Тем более ты – мой дорогой экземпляр," – звучал низкий голос Маммона, словно эхо в её голове.

Сердце Вилены колотилось. Каждое слово в сообщении возвращало её к событиям, которые она скорее хотела бы забыть, но память упрямо вытаскивала всё наружу, рисуя образы оленьей головы и чернильного контракта.

Эти слова из сообщения не выходили у Вилены из головы. Что значит "дорогой экземпляр"? Кто такой Маммон? Что ему от неё нужно? Она пыталась найти хоть какое-то объяснение происходящему, но вместо ответов находила лишь новые вопросы. Чем больше она размышляла, тем сильнее ощущала, как её сознание погружается в хаос.

Стараясь отвлечься, она начала собираться на учёбу. Но даже обычные утренние действия – умыться, приготовить завтрак, выбрать одежду – казались тяжёлыми. Её мысли путались, а тревога росла.

На улице тем временем становилось всё мрачнее. Ветер с силой теребил тополя за окном, и густые серые облака наползали, предвещая дождь. Вилене не хотелось выходить наружу: мрачная погода усугубляла её внутренний беспорядок. "Прими то, что произошло. Это уже не изменить," – пыталась она себя убедить, но слова Маммона и воспоминания о странном контракте не давали покоя.

Она собиралась выходить, когда раздался звонок в дверь. Его звук был таким резким, что она вздрогнула. Страх мгновенно сжал её грудь, сердце заколотилось, дыхание стало прерывистым. "Кто это? Маммон? Его люди?" – мысли вихрем проносились в голове.

Она медленно подошла к двери. Рука дрожала, когда она протянулась к глазку. Звонок повторился, заставив её отшатнуться. Набравшись храбрости, она осторожно заглянула. За дверью стояла Лиза, её соседка. Гора свалилась с плеч.

Вилена поспешно открыла дверь. Лиза, тяжело дыша, втащила два больших пакета с продуктами.

– Привет! Ты чего так долго открывала? Я уж думала, никто не дома, – сказала Лиза, снимая куртку.

– Ой, привет. Просто… не ожидала, что кто-то придёт, – с облегчением ответила Вилена.

– Понятно. Я, кстати, выходной взяла, зарплату получила. Думала, ты со мной погуляешь, но ты спала, будить не стала, – Лиза прошла на кухню, разгружая пакеты.

– А ты не в курсе… как я вчера домой попала? – спросила Вилена, стараясь сделать вид, что это просто из любопытства.

– Ну… пришла поздно, сразу сказала, что идёшь спать. Хотя от тебя перегаром пахло жутко! Кстати, и сейчас тоже. Купи жвачку хоть, а то на учёбе наругают, – фыркнула Лиза, прикрывая нос.

Вилена побледнела. Она ожидала услышать что угодно, но эти слова только усугубили её состояние.

– Спасибо, что сказала. Ладно, я побежала, а то опоздаю!

Она торопливо надела обувь и выскочила за дверь. На улице холодный ветер пронзал насквозь, напоминая ей о непривычной атмосфере вчерашней ночи.

Перед учебным заведением она купила жвачку и что-то перекусить. Весь день Вилена пыталась найти Настю, виновницу её бед, но та как будто испарилась. Сокурсники сказали, что Настя перевелась в другое учебное заведение по семейным обстоятельствам, но подробностей никто не знал.

День прошёл относительно спокойно. Она почти успокоилась, погрузившись в занятия. Но чувство, что что-то висит над ней, вернулось, как только она направилась домой.

Занятия закончились в 8 вечера, и Вилена, как обычно, вышла на две остановки раньше, чтобы прогуляться. Холодный воздух обжигал щёки, улицы были пустынны, а лёгкий шум города лишь подчёркивал её одиночество. На улице уже сильно стемнело. Идя по извилистым тропинкам, видя, что нет людей на улицах, её чувство страха начало возрастать. Идя уже ближе к дому ей оставалось лишь повернуть за здание чтобы выйти на главную дорогу и перейти её и, она была бы уже дома, вдруг Вилена остановилась, так как её показалось что за ней кто-то идет. Видя позади что горят только окна в домах и пару фонарей, она продолжить идти, но уже более медленнее вслушиваясь в звуки. Каждый шорох заставлял её сердце колотиться быстрее. Она постоянно оборачивалась, прислушиваясь к звукам, которые могли бы выдать присутствие кого-то ещё. "Может, это просто ветер?" – пыталась она успокоить себя, но каждая тень казалась живой, каждый звук напоминал чью-то незримую фигуру. Резко мигнувший фонарь напугал её, ведь ей показалось будто метнулась тень, и она рванула с места и уже побежать до дома.

Страх переполнил её. За этим мигающим фонарем таилось что-то пугающее и загадочное. «Может, я не одна?» – снова отдалось у неё в голове. Стремление защитить себя, укрыться в безопасности своего дома, стало первостепенным. Она не оглядывалась, весь её ум был сосредоточен на том, чтобы вернуться домой, туда, где было тепло, светло и безопасно. Каждый шорох и каждый звук, казалось, следовали за ней, подгоняли её скорость. Она чувствовала, как к её щекам прирастают холодные, капли пота. Дом, наконец, показался впереди, его свет выглядел как спасение. Вилена, не думая больше о том, что могло её напугать, рванулась к подъездной двери. Впопыхах ища ключи от подъезда, она елозить у себя в карманах, но человек открывший подъездную дверь её успокоил. Она вошла, стремительно поднялась по лестнице к квартире. Страх ещё бушевал в сердце. После того как она позвонить в дверь и ей открыли соседки, и Вилена с громким звуком распахнул её, практически влетая внутрь. Закрыв дверь, она оперлась на неё, стараясь успокоить учащённое дыхание. Дом, милый дом, соседи дома, как же хорошо, что они дома.

После того как Вилена вернулась домой, её не покидало беспокойство. Едва отдышавшись, она решила поговорить с соседками о случившемся. Однако пересказать события вечера оказалось сложнее, чем она ожидала. Слова путались, и она не смогла рассказать всю правду, особенно о сделке и таинственном незнакомце. Всё, что она смогла объяснить, – это то, как Настя её обманула, и о своей новой работой в клубе.

Соседки внимательно слушали, на их лицах читалась обеспокоенность. Они пытались её утешить, обсуждали между собой, как лучше поступить, но ничего конкретного предложить не могли. Единственное, что их немного успокоило, – это решение клуба позволить Вилене погасить долг трудом, избегая лишнего внимания полиции.

Когда Вилена закончила свой рассказ, она почувствовала облегчение. Пусть её слова и не раскрыли всей правды, но выговориться помогло снять часть напряжения. Соседки отнеслись к её откровениям с пониманием, и этого было достаточно, чтобы она хотя бы на время почувствовала себя в безопасности.

После разговора они вместе поужинали, и на мгновение вечер показался обычным, почти уютным. Но когда всё было убрано, а соседки разошлись по своим комнатам, Вилена почувствовала, как усталость наваливается на неё.

Время пришло ко сну.